Читать книгу "Отвергнутая невеста дракона"

Глава 18. Кто здесь?

Мерда стоит в окне второго этажа, испепеляя меня гневным взглядом, кричащим: «Тебе конец!»

– О ней не беспокойся. У меня с ней свои счёты, – заверяет Ливия, положив руку мне на плечо, и я выдыхаю.

С Ливией мы ещё не успели близко пообщаться, но нутром чую, что она скорее друг, чем враг. Боги, пусть будет так, пожалуйста! Хватит мне предателей и лицемеров.

Ливия уходит, и больше мы её не видим. Ни её, ни сваху.

Смеркается, а фонари разжигать нечем, – лишнего масла в академии нет. Уставшие и перепачканные возвращаемся в комнату и толком помыться даже не можем. Вода строго по учёту.

Умываюсь и чувствую такую усталость, что готова упасть и уснуть мёртвым сном. Но где же до сих пор Ливия? И Ксандра пропала.

Девчонки о чём-то шушукаются.

– Неужели наша академия станет такой, как прежде? – шепчутся они, а в глазах дрожит надежда.

Они боятся. Боятся куда сильнее, чем я. Ведь поставили на кон всё, доверившись незнакомке. А я боюсь их подвести.

– Значит, этим вы решили заняться? – раздаётся голос госпожи ректора, и она с ноги входит в нашу спальню. – Ну, и кто это всё придумал?!

Девчонки напрягаются, кто-то отводит взгляд, а кто-то испуганно смотрит на меня.

– Я, – Поднимаюсь с постели и стараюсь говорить уверенно, но внутри всё дрожит.

Что если госпожа Альмас запрёт меня в какой-нибудь кладовке? Тогда всему придёт конец.

– Ливия рассказала мне о сумасшедшем плане, которому вы все решили последовать. – розовощекая женщина обводит взглядом напуганных девочек. – Так что, я дам нам месяц. Месяц, чтобы доказать, что эта идея не глупость!

– Что?

Девчонки ошарашенно переглядываются, а меня пробивает дрожь.

Ректор не против?

Взгляд невольно скользит к её пальцам. Кольцо на месте. Тогда почему женщина даёт нам шанс? Девочки успели подменить перстень?

– Спасибо, – звучит голос за её спиной, и только сейчас я замечаю в дверях и Ливию.

Рядом стоит Ксандра с хитрым, довольным видом. Точно успели!

С этого и начинаются самые трудные дни в моей жизни.

Утром мы встаём никакие. Тело ломит от непривычной работы, но ректор и Ливия уже гонят нас на завтрак, а затем во двор.

Копать решаем у самого края территории, что прилегает к лесу. К удивлению, госпожа ректор не просто берёт на себя роль надзирателя, а закатывает рукава в момент, когда понимает, что нам попросту не хватает инвентаря, и идёт его искать, прихватив с собой парочку девчонок.

К уже готовым вёдрам, что мы выпросили после завтрака у кухарки, добавляются мятые медные тазы. Вид у них, конечно, так себе, но глину в них мешать удобно.

До полудня мы все путаемся: кто и что должен делать. Ноем от усталости и боли в пальцах. Кожу на руках стягивает.

– Надо бы сыскать что-нибудь жирное и питательное, – предлагаю я, и Тала бежит к кухарке, заверяя, на кухне такое найдётся.

А мы начинаем делиться на группы: кто-то копает, кто-то смачивает. Я же успеваю и киркой помахать, и с водой повозиться. Кстати, нам и о колодце нужно подумать. Воды мало.

Когда тазы набираются, я опускаю пальцы в жижу и отдаю ей свою магию, приумножая настолько, насколько могу. Если бы мне дали доучиться, то получалось бы втрое, а то и в четыре раза больше. А так только наполовину.

Но и это хорошо.

К вечеру я не чувствую ни рук, ни ног. Даже не знаю, как вообще завтра встану с постели, но надо. Особенно сейчас, когда слышу жалостливые стоны девочек, у которых болят спины. У них нет сил на разговоры перед сном.

Омывшись абы как, они засыпают так крепко, что некоторые даже похрапывают.

Мне тоже нужно поспать, но не могу. Меня одолевают страхи и тревоги.

Я дико боюсь их подвести. Боюсь ошибиться. Ведь всё намного сложнее, чем на словах. Завтра Ливия пойдёт менять глину на солому. Часть из нас начнёт делать саман, а Тала займётся горшками.

И там, и тут мне не хватает знаний, чтобы всё грамотно организовать. Вскакиваю, вспоминая, как кто-то сегодня говорил про библиотеку на первом этаже. Там всё ещё сохранилась часть книг, которые не успели продать. Вдруг найду что-то полезное?

Беру с подоконника одну свечу, но не зажигаю, чтобы не тратить фитиль. Иду по тёмным коридорам практически на ощупь. Жутко настолько, что вздрагиваю от свиста ветра в разломе стены.

Эту трещину я в первую очередь заделаю, клянусь!

Ступаю дальше, и теперь мне совсем не по себе. Ещё и чудится, что кто-то смотрит в спину.

Странно, меня ведь и днём посещало что-то подобное, но за работой я отмахнулась от этой мысли, а теперь хочется завопить от страха и убежать, однако я иду вперёд, к двери, за которой, предположительно, находится библиотека.

Едва хочу её открыть, как чувство, что за мной кто-то следит, усиливается.

Нет, это не воображение, это чутьё!

Поток ветра пробегает по спине, и я вздрагиваю. Каждой клеточкой тела ощущаю, что позади меня кто-то стоит.

И он мне не друг!

Глава 19. Сон

Что мне делать? Обернуться?

Да ни за что! Бежать и ещё раз бежать!

Так и поступаю, толкаю дверь библиотеки, которая, к счастью, не заперта. Заскакиваю внутрь и тут же захлопываю её за собой.

Сердце колотится как бешеное. А вдруг преследователь вломится сюда?

Но за дверью тишина. Полная. Мне что, почудилось?

Смаргиваю, прислушиваюсь: в коридоре ни звука. Только моё сбитое тяжёлое дыхание нарушает тишину.

Но выходить отсюда я точно не хочу. Пожалуй, лучше посижу тут до самого рассвета.

Подперев ручку двери ветхим стулом, прохожу вглубь стеллажей и зажигаю свечу. Огонь подрагивает, бросая кривые тени, а я старательно вычитываю названия на корешках книг. Нужно отыскать полезную литературу как можно скорее, чтобы свечи хватило.

К счастью, «Гончарное дело» тут есть. Оказывается, горшки лепить не так просто, как фигурки. Нужен специальный круг, над устройством которого я не на шутку задумываюсь.

Впрочем, попробовать соорудить эту конструкцию можно. Завтра посоветуюсь ректором и девочками.

Так увлекаюсь чтением, что почти не замечаю, как догорает свеча. Фитиль, подрагивая, гаснет, отпуская тонкую струю дыма вверх.

Всё погружается в темноту. Букв не разглядеть и делать здесь больше нечего, но мне не хватает смелости вновь выглянуть в коридор.

Подхожу к окну и пытаюсь увидеть хоть что-то под светом луны. Даже не замечаю, как засыпаю. Но сон, который приходит ко мне, совсем нехороший.

Я снова бегу по своей бывшей академии вся в слезах. Влетаю в наш в дом, но оказываюсь вовсе не в холле, а сразу в каминном зале.

Связанной и поставленной на колени.

Надо мной нависают огромные тени. Мачеха, Стейша и отец. Они что-то галдят, орут. Обвиняют меня, тыча пальцами.

Я хочу кричать, но голоса нет. Хочу освободиться и дать сдачи, но словно обездвижена.

Нет. Я больше не там. Не среди них! Я должна проснуться!

Закрываю глаза, моля богов прервать этот сон, и наступает тишина.

Медленно открываю ресницы. Вокруг мрачно. Старые стены с облупившейся штукатуркой и трещинами. Я здесь, в нашей академии.

Но не в библиотеке, а в обеденном зале. Столов и лавок почему-то нет. Здесь совсем пусто. И тихо.

Слишком тихо.

Лишь тяжёлые уверенные шаги раздаются всё ближе и ближе. Дверь открывается, и я вижу тёмный силуэт.

Широкоплечий высокий мужчина входит сюда уверенно. Лицо его скрыто от меня, но я узнаю эту походку.

Рэй.

Какого гоблина, ты пришёл в мой сон?!

– Я ищу тебя, Белла, – выдаёт он мне, остановившись напротив так близко, что я начинаю задыхаться.

– Сгинь!

Я вскакиваю в панике, просыпаюсь и тут же замираю, увидев напротив себя два синих глаза.

Глава 20. Колодец

Застыв смотрю не то на мышь, не то на кота, который в прямом смысле ловит шок, поняв, что его застукали.

За чем? За разглядыванием спящей меня?

Боги!

Опомнившись, вскакиваю, а существо мигом ныряет за стеллажи, вписываясь так, что книги с грохотом падают на пол.

Я с ногами забираюсь на подоконник. Сердце колотится как бешеное. Сейчас и рёбра проломит.

Что вообще такое было? Мышь? Кот? Котомышь?

А такое бывает?

Нет, конечно, глупая!

Может, почудилось? Тогда и книги, разбросанные на полу, мне чудятся. Мамочки!

Так, Белла, тихо, ты не чокнулась! Выдыхай.

– Что происходит? – влетают толпой в библиотеку девчонки.

Ого, они уже встали? Ну, конечно. Уже солнце светит вовсю!

– Вот ты где! А мы думали, сбежала, – подкалывает Дайра. Чтоб её!

– Я сильно проспала? – игнорируя колючие слова блондинки, обращаюсь к Тале и другим.

– Только на завтрак идём. Ты что, тут всю ночь провела?

– Ага! И вот что я вычитала! – Я спрыгиваю с подоконника и показываю девочкам гончарный круг.

Обсуждение новой темы занимает весь завтрак, а затем книгу, как и ответственность за «добычу» круга, берёт на себя ректор. Опять. А мы идём в поле.

Рутинная работа выматывает, но мои мысли не покидает та мышь (или кот), которую я видела в библиотеке. Уловив момент, спрашиваю Талу, однако та жмёт плечами.

– Даже крысы от нас сбежали, когда поняли, что нет еды, – смеётся рыжая, а мне невдомёк, что же я тогда видела?

И снова возникает то самое чувство, будто кто-то смотрит в спину. Оборачиваюсь, но чужих не нахожу.

Что за дела? Даже мурашки по коже.

Настолько не по себе, что следующей ночью одна идти в библиотеку не решаюсь, зову с собой Талу. Хочу и матрас прихватить, чтобы она поспала, пока я читаю, но девушка решает учиться. Ксандра собирается с нами, а позже приходит и Ливия с подарком – свечами.

Под дрожащим светом мы вместе делаем пометки. Но уже через несколько дней понимаем, что у нас есть и другие проблемы: с саманом что-то не так.

Он трескается по мере высыхания, а так быть не должно. В чём мы просчитались?

Как назло, и горшки выходят кривыми, и при попытке их обжечь брак виден налицо.

Отчаяние и страх поглощают меня с головой. Я боюсь взглянуть в глаза девчонкам, боюсь увидеть там разочарование. Увидеть снова ту боль, о которой они только начали забывать, объединив свои силы и поверив мне.

– Ну, маленькая леди, – Дайра ставит руки в бока, преграждая мне путь.

Таз, что я тащу, тяжёлый, но ей, кажется, всё равно. Она бы с радостью меня в него окунула.

– Может, хватит играть в героиню-всезнайку?

– Дайра! – останавливают её девочки.

– А что? Мы только в грязи извалялись, а толку ноль! Зря мы ей поверили!

– Нет! Не зря! Так ведь? – Тала смотрит на меня.

А я…

Мне кажется, что от отчаяния я сейчас сойду с ума. Нельзя показывать слабость, нельзя.

– У нас даже вода заканчивается! Полдня копаем колодец, но её там нет! – Дайра тычет в меня пальцем, а мне нечего сказать.

Я не владею стихией воды. Крайне редко случается, что магичка обладает более, чем одной стихией. Практически никогда. Я ориентировалась на влажность грунта, чтобы определить, где копать. Неужели и с этим ошиблась?

– Ну, мы хотя бы попытались, – вздыхает Тала и зовёт всех в академию. – Ты идёшь, Белла?

– Вы идите, я потом, – говорю я девочкам, хватаю лопату и спускаюсь по верёвке в тот самый колодец.

– Хоть убейте, но я чувствую, что вода тут есть, – бубню себе под нос, пока рою землю.

– Есть, – раздаётся над моей головой голос.

Поднимаю взгляд и застываю, вновь увидев это существо.

– Как любопытно, – рассматривая меня с ног до головы, говорит мне… та самая мышь? Или кот?

– Ты кто? – пугаюсь я.

– Я? – переспрашивает существо да таким басом, что мышью назвать его уже не получится. – Это не важно. Важно, кто ты. Отвергнутая невеста Рэйдара Герра, я прав?

– Откуда ты?.. – хочу спросить я, но отвлекаюсь, чувствуя, как ног касается что-то холодной и мокрое.

Вода?! Я всё-таки её нашла!

Боги, надо собраться! Вновь поднимаю взгляд вверх, а существа уже нет. Или оно мне от чудится от усталости?

Точно чудится, не иначе. Стала бы эта котомышь приплетать Герра, да ещё и напоминать, что меня отвергли?

Ком поднимается к горлу, а на глаза просятся слёзы. Нет. Это потом. Сейчас нужно выбраться и сказать девочкам, что вода есть. И её становится всё больше. Уже выше щиколоток.

Будем нормально смачивать глину, и саман выйдет отлично! И с горшками мы разберёмся! Печь построим. Да!

Хватаюсь за верёвку, чтобы выбраться, но она вдруг срывается вниз.

Это ещё что? Так быть не должно!

– Ты думала, что сможешь мне помешать, маленькая леди?! – звучит злорадный смех, от которого в жилах стынет кровь.

Мерда!

Именно она и заглядывает в яму, пронзая меня ядовитым взглядом, от которого сердце падает в пятки. Хуже встречи и не придумать.

Я здесь, внизу, а женщина стоит наверху, зная, что мне не сбежать, а её когтистые пальцы начинают искриться магией!

Котомышь

Глава 21. Время

Всё, что я вижу во тьме, – это светящиеся безумием глаза Мерды, её пугающий оскал и искры, срывающиеся опасным плетением с когтистых пальцев. И это плетение летит прямо в меня, но я не готова умирать!

Не здесь! Не сейчас! Не так!

– Нет! – вырывается крик из недр моей души, а следом за ним и огромная волна, поднявшаяся прямо из-под моих ног с такой мощью, что застилает меня от плетения и выносит вверх, сшибая Мерду с ног.

– Там что-то происходит! Кто-то кричал! – Слышу сквозь звон в ушах.

Горло и нос жжёт от воды, которой я успела наглотаться. Больно сделать вдох, но надо! Открываю глаза и обнаруживаю себя сидящей на вытоптанной траве.

Мерда, мокрая как кошка, откашливается, и пытается подняться на четвереньки в нескольких метрах от меня.

О боги, она опять попытается меня убить!

Почему не выставляет руку? Женщина что-то ищет в траве. Нашла! Розовый камень. Артефакт, магией которого она и пользуется, как своей?

– Стой! – раздаётся голос ректора, когда сваха вновь направляет пальцы с плетением в мою сторону, и следующую секунду в её руку прилетает камень.

– А-а-а! – издаёт вопль сваха. – Вы совсем обезумели?! – рявкает она на девочек, прижимая к себе повреждённую руку.

Я же спешу добраться до отлетевшего артефакта, чтобы Мерда вновь им не воспользовалась.

– Это ты обезумела, Мерда! Нападать на мою подопечную в моей академии! – пылает гневом ректор Альмас.

– Что?! – Вытягивается лицо свахи.

– Что слышала! Схватить и связать её! – отдаёт приказ госпожа ректор.

А девочки хоть и хотят, но бояться ступить к свахе. Все, кроме Ксандры и Ливии. Они и хватают Мерду, а остальные, немного осмелев, бегут за веревками.

– Утром я отдам тебя констеблю! – выдаёт ректор свахе. – И в этот раз ты не отделаешься. У меня тут куча свидетелей!

– Не боишься, что я и тебя за собой потяну? – рычит Мерда, от её могильного голоса и взгляда нам всем всё ещё не по себе.

– Тяни, если хочешь провести в темнице больше положенного, – напоминает ректор про законы.

Затем она снимает с пальца то самое кольцо.

– Артефакт подавления воли, который ты замаскировала под подарок. Им это понравится. Так что подумай, стоит ли открывать рот.

Мерда кривится, плюется гневом и сыплет ядовитыми проклятиями, от которых кровь стынет в жилах.

– Это всё из-за тебя, выскочка! Не думай, что это конец! – Она плюет в мою сторону, а безумие в её глазах въедается в сердце.

Даже дышать становится тяжело до той самой секунды, пока госпожа ректор не закрывает меня собой.

– Заприте её в чулане! – командует Альмас, и девчонки спешат сопроводить главную угрозу.

А я так и остаюсь сидеть на земле, пытаясь понять, что только что произошло. Как и почему хлынула вода? Я ведь не маг воды. Я слышу только землю. При чём сейчас особенно остро. Особенно ту, где огороды. Она стонет, взывая ко мне, и остро реагирует на артефакт Мерды, который я держу в руках.

Неужели сваха отравляла землю магией?

– Белла, ты как? – доносятся до меня голоса, и я только сейчас замечаю, что ректор и несколько девочек остались со мной.

Но мне не до них. Я варюсь в собственных мыслях. Все чувства так обострены, что волосы встают дыбом.

– Белла, ты нас слышишь? Ты как? – Тала присаживается возле меня и спешит обнять, не боясь промокнуть.

– Нормально, – шепчу я, пытаясь совладать с бурей внутри меня.

Чувствую, какая мощь заключена в этом артефакте.

– Даже отлично, – сообщаю я, когда мозг наконец-то начинает работать. – У нас будет печь!

– Чего? – пугаются девчонки.

– Печь! Магии этого камня хватит, чтобы её соорудить! – соображаю я.

От радости вскакиваю на ноги. Даже дрожи не чувствую. Лишь предвкушение, побед!

И они будут. Непременно! Иначе и быть не может!

Теперь всё изменится! Нам только нужно время и… мощь этого артефакта.

Да-да, артефакты как раз и придумали для того, чтобы маги со слабым резервом могли пользоваться зарядом чужой силы, купленным задорого. Да что там говорить, даже некоторые люди, как сваха, умудряются ими пользоваться.

Я всегда считала, что артефакты создают дома драконов, так как их мощь никому не переплюнуть, но Ксандра рассказала мне о подпольных местах, куда продают юных беспризорниц-магичек, и там они становятся пленницами, пока сила полностью не истощается, расходуясь на зарядку артефактов.

Жутко до дрожи. А я-то думала, что все ужасное в этом мире осталось еще в том прошлом, когда Эдэрх, драконье царство, и Инзания, населенная обычными людьми, враждовали.

Магов и в помине еще не было, когда драконы запугивали людей, требуя человеческих женщин себе в дань, не относясь к ним, как к равным. Это продолжалось ровно до того дня, пока Инея, одна из тех кого отдали “в дар”, не оказалась истинной.

Она была первой человечкой, кто смог родить настоящего дракона. Это было скандалом, ведь до этого от человечек драконы не рождались, только такие же люди с драконьей икрой внутри, которая позже мутировала и стала причиной той самой магии, которой мы пользуемся сейчас.

Некоторые драконы до сих пор очень любят напоминать, что если бы не их предки, то не было бы у людей магии, и не было бы самих магов. “А вот магичка уже кого угодно дракону выносит. Вот, как стало хорошо!” – поговаривали особо неприятные личности, а я, как глупая верила, что быть магом хорошо, пока не услышала рассказы Ксандры.

А из них выходит, что обладать магией, когда у тебя нет защиты и связей, очень опасно. Тале, например, повезло, что её сплавили в приют от бедности до того, как ее искра проснулась. Иначе сразу бы продали на “черный” рынок.

Рыженькая познакомилась с Ксандрой уже в Альмасе, и та ей советовала держать всё в тайне. И не ошиблась. Знай Мерда про магию Талы, на аукцион бы её выставила.

И да, такое беззаконие в нашем мире может случиться только с человечкой или никому не нужной магичкой, которую не будут искать. Будь ты с рождения драконом, априори бы не знал беды.

Они ведь элита и, как правило, сильнейшие. “Голубая кровь”, так сказать.

“А нам, не имея покровителей или способности защититься самостоятельно, лучше не отсвечивать своей магией”, – четко запомнила я одно из наставлений новых подруг, услышанном за дни и ночи, что мы вертелись возле гончарного круга и печи.

Так и проходили дни.

– Есть! – взвизгивает Тала, отрывая меня от воспоминания, и я замечаю, что горшки вышли идеальными не только после печи, но и после правильного охлаждения.

Тала настолько счастлива, что прыгает, лезет обниматься и чуть ли не ревёт. Я разделяю её чувства, ведь это наша вторая идеальная партия!

И пусть мы отдадим её в соседний городок за ту же сниженную цену, но это шаг! Ещё один очень важный шаг к светлому будущему, которое начинают видеть все, кто живёт под этой крышей.

Академия всё ещё убогая, вся в «заплатках» из самана, но в ней уже намного теплее и уютнее. Она возрождается, а вместе с ней крепнет и надежда в наших измученных душах. Она наш дом, который мы восстановим!

– Красота! – восхищаются девчонки, глядя на то, как ровненько подсыхает ещё одна заделанная трещина в стене.

До конца обозначенного ректором срока ещё неделя, но мы уже решили, что не свернём с этого пути. Сваха под арестом, и нам никто не должен помешать! Так ведь?

Я опускаю пальцы в гнутый алюминиевый таз, отдавая последние капли силы, чтобы приумножить глину, и к вечеру уже валюсь с ног.

Но это приятная усталость. Это цена нашей свободы, и я готова её платить сколько потребуется. Лишь бы всё получилось!

Омываю руки и уставшая иду в обеденную залу к девчонкам. На душе тепло и радостно от их улыбок. Они смеются и шутят, обсуждая, как счастливо мы заживём.

Это случится не скоро, но мне приятно, что они начали мечтать. Ведь раньше даже мечты для них были непозволительной роскошью.

После ужина мы расползаемся по кроватям, а мне опять не спится. Душу сосут тревоги. Точно ли Мерда не вернётся? Могла ли она откупиться или сбежать? Ректор говорит, что нет, но я не верю.

А ещё я побаиваюсь слухов.

В тот день никто не понял, почему хлынула вода. А я не осмелилась рассказывать, что чувствую не только землю, но и воду. Ведьма с двумя стихиями – это не шутка. Никому не стоит об этом знать.

Хотя и я сама не уверена, что той водой управляла именно я. Может быть, та котомышь?

Только я больше ни разу её не видела. И всё ещё не отвергаю мысль, что она мне привиделась.

Но даже если нет, даже если в тот день меня спасла она, то почему я чувствую воду почти так же остро, как и землю? И с каждым днём всё сильнее и сильнее.

Мотаю головой, выкидывая тревоги, поправляю подушку и стараюсь уснуть. Но вновь вижу тот же сон, где я бегу по академии, а потом оказываюсь среди родных, что насмехаются надо мной.

Вот только той Беллы больше нет. С каждым днём я всё сильнее. Я больше их не боюсь, но Его…

Сердце падает в пятки, когда я вновь вижу этот высокий статный силуэт, размах плеч, очертания сильных ног. Я слышу его чёткие шаги, раздающиеся гулким эхом, и не могу пошевелиться. Я даже его запах чувствую.

Древесина с нотками цитруса.

Как же всё реально…

– Я нашёл тебя, Белла, – говорит мне Рэйдар.

И я вскакиваю в холодном поту.

Дышу так глубоко, будто всё это время тонула. Переживаю, что могла напугать девчонок, но с удивлением обнаруживаю, что за окном уже светит солнце, а моих соседушек нет.

Почему меня не разбудили? Зато записку оставили: «Выспись хоть раз. Завтрак мы принесём».

Вот же девчонки!

Улыбаюсь сквозь слёзы, оставленные тревожным видением, и выбираюсь из постели. И когда этот дракон оставит мои мысли в покое? Мне даже до сих пор кажется, что я чувствую его запах, будто он рядом.

Стыдно, Белла, что ты до сих пор позволяешь этим видениям мучить своё сердце. Стыдно!

Спешу умыться холодной водой, чтобы прогнать горький осадок видения. Вода уже прозрачная, а не жёлтая, как раньше. Радуясь этой крохотной победе, спешу надеть форму, приятно пахнущую мылом. Да-да, теперь нам и такое по карману.

А ещё меня радует то, что теперь форму нужно подпоясывать, ведь я каким-то чудом умудрилась похудеть на пару килограммов. Хотя с такой работой это вовсе неудивительно.

Что ж, пока у нас есть маленькие радости и большие ожидания. И, чтобы эти ожидания претворились в жизнь, мне нужно работать ещё больше и ещё усерднее. И тогда мы заживём как люди! Нам нужно лишь время! Много времени.

Вприпрыжку бегу вниз к девчонкам, но обнаруживаю их вовсе не в столовой, а у входа. И мне совсем не по душе тот шёпот, что катится в толпе, и бледность на их лицах.

– Что случилось? – Я спешу к Тале.

– Проверка, – выдаёт она мертвенным голосом.

Сердце падает в пятки.

– Как проверка? Почему именно сейчас? Мы ведь только начали! Кто?! Кто позвал их сюда? – паникую я и тут же пытаюсь себя успокоить.

Вдруг девочки ошиблись? Может, это просто торговцы из деревни?

С надеждой кидаюсь к окну и застываю, когда вижу четыре чёрные кареты, направляющиеся прямо сюда.

На одной из них герб, который я предпочла бы никогда не видеть.

Герры?!