Текст книги "Тафгай"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tafgay-211890.jpg)
Автор книги: Сола Рэйн
Жанр: Эротическая литература, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Глава 4. Эш
– Хм, – Эмбер задумчиво осмотрела пустую гостиную, пока я возился в баре, и ее темные азиатские глаза сверкнули дьявольским блеском.
Мать Эмбер – китаянка, а отец – голландец индейско-американского происхождения. Уже представили, какая она красотка? Дэйв зовет ее Мулан. В честь диснеевской принцессы. И дело не только в том, что мудак никогда не запоминает имена моих девчонок, просто Эмбер реально на нее похожа. По крайней мере лицом. Ее соблазнительные округлости явно имеют индейские корни.
Эмбер работает моделью. Рекламирует нижнее белье. Она большая профессионалка в этом деле. Если вы понимаете, о чем я.
– Нравится? – Я протянул ей бокал с ее любимым виски, а себя оставил со стаканом минералки без газа.
Сегодня алкоголь был под запретом. Что бы там не болтал мой долбанутый диетолог, я всегда слежу за тем, что попадает в мой рот накануне игры.
– Здесь явно не хватает…
– Красок? – нахмурился я, разглядывая скучные белоснежные стены.
– Мебели! – ответила Эмбер и рассмеялась.
Ее громкий смех прокатился эхом по пустому пространству гостиной.
И говоря – пустому, я не преувеличивал.
Я приобрел этот дом всего пару недель назад. Серый двухэтажный красавец с огромной террасой, двумя бассейнами и потрясающим видом на озеро Мичиган словно сошел со страниц журнала «Американская мечта». Он продавался без мебели, и это было идеально. Мне чертовски не хотелось, чтобы кто-то решал за меня, на каких стульях должна сидеть моя задница или в какое зеркало я буду пялиться по утрам. Это мой первый в жизни дом, который я купил самостоятельно, понимаете? Поэтому все здесь должно быть по-моему.
Каждая. Гребаная. Деталь.
Полностью оборудованными в доме были только одна ванная комната и кухня. Из мебели в остальной части дома: лишь круглая кровать королевского размера, которую привезли вчера, да вешалка в прихожей.
– Я уже заказал кое-что, – моя свободная рука опустилась на ее талию, и я прижал Эмбер к себе, вдыхая пряный аромат ее духов. – Просто все это дерьмо с обустройством требует гораздо больше времени, чем я думал.
– Я могла бы помочь тебе с этим, милый.
Твою мать… А вот и причина дьявольского блеска в глазах!
Так и знал, что не стоило показывать Эмбер новый дом. Видимо, она оценила этот жест, как переход на новый уровень отношений.
Дерьмовая, дерьмовая ошибка!
Я не собирался вить с Эмбер одно гнездо. И для нас обоих будет лучше, если она сразу это поймет и перестанет все усложнять.
– Забудь об этом, – холодно отрезал я.
Она отстранилась, подошла к барной стойке, которая отделяла кухню от гостиной, и поставила на нее свой бокал. В воздухе повисло напряжение.
– Ладно, прости, – ее голос дрогнул. – Я просто подумала…
Я направился к ней.
Счет уже шел на секунды.
Либо она сейчас расплачется и окончательно испортит мне настроение, либо мы снимем напряжение проверенным способом и, наконец, расслабимся.
Быстро преодолев расстояние между нами, я запустил руку в ее короткие черные волосы и притянул к себе, обрушивая поцелуй на ее губы. Эмбер застонала. Мне понравился этот звук. Моему члену тоже. Ее руки скользнули по моей спине, и я помог ей снять с себя футболку.
– Господи, я никогда не привыкну к твоим огромным размерам, – Эмбер немного отстранилась, с восхищением разглядывая мою широкую татуированную грудь, а затем опустила взгляд ниже. – Покажи мне… свою спальню, Эш. Надеюсь, кровать у тебя уже есть?
– Нет, – моментально выпалил я и заткнул ее очередным поцелуем.
Моя спальня – священное место.
Вы же не трахаетесь в церкви, верно?
Так вот для меня это почти тоже самое.
Можете считать меня чудаковатым придурком, но я верю в ауру, эмоциональный след и прочую эзотерическую хрень. Если хотите еще немного откровений, то Эмбер не та девушка, с которой я готов делить свою кровать. Ну, в буквальном смысле, разумеется. Нашим отношениям больше подходят отели, VIP-зоны или апартаменты в центре Чикаго, которые я для нее арендую. В крайнем случае – вот эта пустая гостиная.
Но спальня… Даже если на кону будет стоять лучший секс в моей жизни, я не пойду на это.
– Знаешь, мы ведь можем обойтись и без кровати, – лукаво усмехнулся я, отрываясь от ее губ.
– Кажется, я даже знаю, с чего начать, – подмигнула красотка.
Она медленно опустилась на пол, не прерывая зрительный контакт, и потянулась к молнии на моих джинсах. Приятель по ту сторону ширинки уже рвался в бой. И я, черт возьми, прекрасно его понимал. Эмбер была невероятно сексуальна. Особенно когда стояла передо мной на коленях.
Эмбер освободила мой член, и я громко простонал, когда она провела языком по его головке. На меня нахлынуло наслаждение. Я зашипел от желания, когда увидел, как голова Эмбер движется вперед-назад. Фантастическое зрелище. Мое дыхание сбилось. Она брала меня глубоко. Настолько, что я чувствовал, как мой член пульсирует в ее глотке.
– Да, вот так, – я двигал бедрами ей навстречу, проталкиваясь глубже. – Черт, как хорошо…
Я дернулся от неожиданности, когда почувствовал, как в заднем кармане джинсов завибрировал мобильник.
Просто пиздец как вовремя.
Вытащив его, я мельком взглянул на экран и нахмурился. Эмбер застыла и послала мне ты-должно-быть-шутишь взгляд. Мой член по-прежнему находился у нее во рту, и это делало ситуацию немного неловкой. Но Бобби всегда звонил по делу, поэтому я не мог его проигнорировать.
– Прости, детка. Это мой агент, – севшим от возбуждения голосом пробормотал я и принял вызов: – У тебя секунда, Бобби.
– Я нашел твоего художника, – послышался довольный голос Фишера.
– Твою мать, – я подался бедрами вперед и тихо застонал. – Ты лучший!
– Вспомни об этом в конце месяца, когда будешь выписывать мне чек, – усмехнулся Бобби.
Эмбер вытащила мой член изо рта и громко выругалась, поднимаясь на ноги.
Похоже, у меня неприятности.
Ее темные глаза метали молнии, а ноздри гневно раздувались.
– Эгоистичный мудак! – она резко смахнула с барной стойки свой бокал, тот ударился о каменную кладку камина и разлетелся вдребезги, осыпая пол гостиной стеклом.
Блять, похоже, я по уши в дерьме.
Фишер громко заржал в трубке. Его ебаный смех походил на крики раненого оленя. Я прервал звонок и запрятал свой все еще гордо стоящий член в джинсы.
– Эмбер! – крикнул я и услышал, как за ней захлопнулась тяжелая входная дверь.
Глава 5. Мерфи
Наш самолет из Питтсбурга прибыл в международный аэропорт «О'Хара» в два часа дня. Из-за сильной метели рейс в Чикаго задержали на несколько часов. Джо впервые летела на самолете и, конечно же, пришла в полный восторг при взлете, поэтому весь наш недолгий путь не отлипала от иллюминатора.
Она выглядела очень счастливой, а значит, я тоже была счастлива.
Билла не очень обрадовала новость о нашем временном переезде в Чикаго. Он сказал, что это предложение больше похоже на чью-то глупую шутку.
– Кто в здравом уме столько заплатит тебе за эту мазню, Мерф? – рассмеялся Билл, когда я показала ему контракт, который мне прислали по электронке.
Эти слова ранили меня. Они поселили во мне неуверенность и сомнения, груз которых оказался гораздо тяжелее моих чемоданов.
– Мамочка, мы сейчас опять полетим на самолете? – поинтересовалась Джо.
Она деловито катила за собой детский голубой чемоданчик с банановым принтом и вертела головой по сторонам. На ней была розовая куртка с изображением «Хеллоу Китти», белые сапожки на овечьем меху и смешная шапка с вязаными оленьими рогами, которую она вынудила меня купить на городской рождественской ярмарке. Джо обожает ярко и эксцентрично одеваться. Конечно, я держу эту ситуацию под контролем, но стараюсь не мешать ей самовыражаться и часто покупаю вещи, которые она выбирает сама.
– Нет, Пчелка. Теперь мы поедем на машине, – я остановилась, окинула рассеянным взглядом людей, стоящих за перегородкой для встречающих, и принялась читать таблички.
Семья Керри, Мистер Дуглас, Люси Хилтон…
Чем дольше я искала свое имя, тем сильнее нарастала паника.
Марлен Гюго, Диана Санкт-Петербург, Паттинсоны…
Святое дерьмо… Неужели Билл был прав?
– А ну-ка подвинь свою тощую задницу, приятель! – донесся из толпы встречающих суровый женский голос.
Он принадлежал крупной афроамериканке в красной куртке, которая выглядела как второй всадник Апокалипсиса, имя которому – Война. Она грубо пробивалась сквозь толпу и махала куском твердого коричневого картона, на котором от руки было написано: «Мер Фи».
Я шокировано уставилась на эту надпись.
Мер Фи – мой творческий псевдоним. Просто имя, разбитое по слогам.
Но постойте… Почему нас встречает эта социально-опасная дамочка, и где, черт возьми, сам мистер Фишер?
Я с опаской махнула женщине рукой, и мы с Джо направились к ней.
– Вообще-то я торчу здесь уже третий час, милочка, – пробурчала она самое милое в мире приветствие, а затем опустила глаза на Джо, и ее строгий взгляд смягчился. – Ну привет, моя румяная тыковка!
Джо широко улыбнулась ей.
– Здравствуйте.
– Простите, – забормотала я, когда мы зашагали в сторону выхода. – Рейс немного задержали из-за непогоды. Я думала, мистер Фишер в курсе… Вы, наверное, его жена?
– Храни тебя Иисус, девочка! – воскликнула женщина-война, перед которой люди в переполненном аэропорту расступались, как Красное море перед Моисеем. – Я его мать!
– Вы мать Иисуса? – изумленно спросила Джо.
В этот момент я поняла, что наши приключения в Чикаго только начинаются.
* * *
Мы покинули стоянку аэропорта на черном Форде Эскейпе Табиты. Именно так нам представилась женщина-война. Джо разместилась на заднем сиденье в детском автокресле, наличие которого меня удивило и обрадовало, а я – спереди на пассажирском, рядом с Табитой.
На вид женщине было около шестидесяти. Волнистые черные с проседью волосы обрамляли круглое лицо и стекали на широкие плечи. Вокруг больших карих глаз собралась тонкая сетка морщин, густо покрывавшая темную кожу, а над губой виднелось маленькое родимое пятно. Уверена, в свое время оно вскружило не одну мужскую голову.
Если бы я перенесла на холст свои эмоции от знакомства с Табитой, то это были бы оттенки красного и оранжевого цветов. Красный олицетворял бы ее яркий экспрессивный характер, а оранжевый – тепло, которое, вопреки ее неоднозначному поведению, от нее исходило.
– Сколько тебе лет, Джо? – спросила Табита, когда мы застряли в пробке.
– Пять, – гордо ответила она. – А вам?
– Ох, мне уже целая вечность, Тыковка, – усмехнулась женщина и, поглядывая в зеркало заднего вида, обратилась ко мне: – Хорошая девочка. Думаю, мы поладим.
– Что вы имеете в виду? – осторожно спросила я.
– Разве Бобби не сказал вам? – ее темная тонкая бровь вопросительно изогнулась. – Я ваша новая няня.
– Что-о-о?!
– Да! – радостно воскликнула Джо.
– Постойте-постойте, – я сжала переносицу пальцами. – Как это понимать? Такие вопросы нельзя решать без меня! У вас есть опыт? Рекомендации?
– Опыт? – фыркнула Табита. – Мерфи, я вырастила шестерых здоровых и крепких оболтусов, и все они, между прочим, стали уважаемыми людьми. Ну за исключением среднего сына Айзека. Тот пошел по стопам своего отца и сейчас мотает срок за грабеж в окружной тюрьме. Но тут уж ничего не поделать… В каждом поколении Фишеров рождается паршивая овца.
– Что такое «паршивая овца»? – спросила Джо.
– Это овца, которая оторвалась от стада и потерялась, – терпеливо пояснила Табита. – Иногда так еще говорят о потерянных людях.
– Значит, мой папа тоже «паршивая овца»?
У меня разболелось сердце.
Я тяжело вздохнула и поймала на себе пронзительный взгляд Табиты. Джо очень редко спрашивала меня о своем отце, поэтому я еще не успела выдумать единую легенду. Обычно я просто отвечала, что он живет в другом городе, и осторожно меняла тему. Но сейчас я чувствовала себя абсолютно растерянной. Этот вопрос сильно отличался от всех предыдущих.
Помощь пришла неожиданно.
– Приехали! – Табита заглушила двигатель и многозначительно посмотрела на меня. – Я проведу для Джо экскурсию по вашему новому дому, а ты пока можешь немного прогуляться по округе и привести свои мысли в порядок.
Я вытерла слезу со щеки и кивнула.
– Спасибо.
Мы с Табитой обменялись мобильными номерами, и я вышла из машины, чтобы помочь Джо выбраться из детского кресла.
– Снег! – радостно завопила Джо, оглядываясь по сторонам. – Мамочка, смотри, как много снега!
Я и сама не заметила, как заулыбалась, разглядывая длинную выбеленную метелью дорогу, по обе стороны от которой стояли заснеженные дома. Они были разными по форме и величине, но все одинаково опрятными на вид. Мы словно попали в зимнюю сказку. Холодный северный ветер с озера Мичиган подхватывал мокрые хлопья снега и игриво швырял нам в лица. Джо хохотала, когда ей удавалось поймать ртом крупную снежинку, пока Табита вела ее за руку в сторону небольшого симпатичного домика.
Когда они скрылись из вида, я набросила на голову капюшон, засунула наушники в уши, и медленно побрела вдоль дороги. В плеере играла старая песня Тейлор Свифт, слова из которой стреляли разрывными пулями в самое сердце.
Ты пронес меня над местами, где я не бывала прежде,
А затем спустил на грешную землю…
Вопрос Джо о ее отце крутился в голове вместе с этой песней, придавая особое значение каждому слову, звучащему в ней.
Очередной зарубкой на столбике твоей кровати —
Вот чем максимум я останусь для тебя.
Эта тема была очень болезненной для меня. Каждый раз, когда она поднималась, я снова чувствовала себя той брошенной девятнадцатилетней девчонкой, которая дрожащей рукой подписывала бумаги о разводе.
Растерянной. Разрушенной…
Я так глубоко погрузилась в свои мысли, что едва не врезалась в чей-то автомобиль, который стоял в самом конце улицы. Он был белого цвета и хитро сливался с зимним пейзажем. Я наклонилась, чтобы взглянуть на свое отражение в тонированном стекле, когда сквозь музыку услышала за спиной мужской голос:
– Могу я чем-нибудь помочь?
Я повернулась и почувствовала, как сердце взрывается в груди.
Напротив меня стоял мой бывший муж.
Отец Джо.
Глава 6. Мерфи
– Мерфи? – на лице главного мерзавца планеты отразился настоящий шок. – Что ты здесь… Погоди-погоди! Мер Фи. Так это ты мой художник из Питтсбурга?
Господи Иисусе…
Я вытащила наушники из ушей и недоуменно захлопала ресницами, как спятившая корова. Происходящее казалось мне каким-то сюром. Может, в бизнес-классе бесплатные орешки посыпают кокаином?
– Ты ненастоящий.
На его дурацком идеальном лице вспыхнула улыбка, и я внезапно разучилась дышать.
Ослепительная улыбка – визитная карточка Сандерса. Миллионы женщин готовы пожертвовать свои внутренние органы, лишь бы увидеть ее вживую. Но на этом достоинства ублюдка не заканчивались.
Он был невероятно высок и сложен как гора. Волевое лицо, прямой нос, упрямый подбородок и пронзительные голубые глаза, настолько яркие, что казалось, будто они светятся. За шесть лет его плечи стали в два раза шире, взгляд – наглее, а профиль – мужественнее. От частых улыбок и смеха в наружных уголках глаз пролегли мелкие морщины, а по крепкой шее, торчащей из сумасшедшей желтой куртки, расползлись новые татуировки.
Проклятье.
Я никогда не ходила в любимчиках у фортуны, но чтоб настолько…
Огромный мегаполис. Разгар хоккейного сезона. Я была уверена, что наши шансы пересечься в Чикаго равны нулю.
Постойте, он сказал, что…
Нет, этого не может быть.
Неа. Черта с два это правда.
– Ты знаком с Бобби Фишером? – мой голос напоминал воронье карканье.
– Бобби мой агент, – ответил Эш, продолжая с интересом разглядывать меня. – Черт, а я и забыл какая ты красивая, Мерф.
Кровь ударила мне в голову, растекаясь предательским румянцем на щеках, а затем до меня дошел смысл его ответа. Если Фишер его агент, а Эш назвал меня «своим» художником, значит…
– Ты мой заказчик, – обреченно заключила я.
– Похоже на то, – кивнул флоридский буйвол, поглубже засовывая свои кувалды в карманы. – Не знал, что ты рисуешь…
– Да что ты вообще обо мне знал? – с горечью вырвалось у меня.
Между нами повисла неловкая тишина. Даже снег почти перестал падать, только редкие снежинки кружились в воздухе. На улице было так пусто и тихо, что на мгновение мне показалось, будто мы в этом мире одни.
– Мерфи. – Его широкие светлые брови слегка нахмурились. – Давай просто зайдем в дом и все обсудим, окей? Ты, наверное, замерзла? Где твои вещи?
– Э-э-э… Мои чемоданы в машине Табиты.
– О, ну тогда они в полной сохранности. – Эш мягко рассмеялся и от этого звука по моей коже пробежали мурашки. – Тэбби уже показала тебе съемное жилье? Если оно тебе не понравится, то Бобби подыщет вариант получше. В этом районе многие дома сдаются, так что с этим не будет проблем. Я просто подумал, если художник будет жить рядом с объектом, то это сэкономит кучу времени, верно?
– Я не буду на тебя работать, Эш, – с трудом поддерживая жалкое подобие контроля, я посмотрела ему прямо в глаза. – Это… слишком, понимаешь?
«Тем более, когда ты так близко к Джо», – добавила я про себя.
– Ладно, приятно было повидаться, и все такое… – Что еще говорят мудакам, которые разбили тебе сердце, в подобных ситуациях? – Я верну тебе деньги за билет, как только вернусь в Питтсбург.
Я развернулась, чтобы уйти.
Мне необходимо было уйти.
Сбежать. Уехать. Улететь.
Быть как можно дальше от него.
Но не успела я сделать и трех шагов, как Эш догнал меня и схватил за руку. Я застыла как парализованная, все еще не веря в реальность происходящего. Каждый нерв в моем теле откликнулся на его прикосновение. Это потрясло меня.
– Всего десять минут, Мерфи, – спокойно произнес он, глядя своими гипнотическими глазами мне прямо в душу. – Посмотришь дом, обсудим условия, и, если захочешь уйти, я куплю тебе обратный билет.
Я задумалась. Для этого миллионера пара сотен баксов – ничто. Он официанткам на чай, наверняка, больше оставляет. Для меня же двести долларов – это серьезные деньги, и тратить их на билеты мне бы очень не хотелось.
Десять минут. Это не так уж много, чтобы сберечь свои деньжата, правда?
– Хорошо, – я выдернула руку и вытащила из кармана телефон. – Только сначала сделаю один звонок.
Мне нужно было убедиться, что с Джо все в порядке, поэтому я отошла в сторону, надела наушники и позвонила Табите по фейстайму. Она ответила почти мгновенно.
– А вот и наша пропажа, – усмехнулась Табита, глядя на меня с экрана, а затем перевела камеру на Джо.
– Мамочка, тут такой большой телевизор! – воскликнула Джо. Она жевала шоколадное печенье и выглядела очень радостной. Мне сразу стало спокойнее на душе.
– И кабельное есть! – подсказала ей Табита.
– Ка-а-а-абельное, – мечтательно протянула Джо.
– Ого, а вы там неплохо устроились, – я улыбнулась и помахала дочери рукой. – Я скоро приду, Пчелка. Надеюсь, ты по мне хоть немножечко скучаешь?
– Очень сильно!
– А ты где, Мерфи? – на экране снова показалась Табита. – Звонил Бобби, сказал, что скоро подъедет. Он все время болтал про какие-то там бумаги, которые вы должны подписать…
– Да-да, я тут как раз встретила мистера Сандерса, – ответила я, поглядывая в сторону Эша, который, в свою очередь, удивленно таращился на меня.
– Понятно, – кивнула она. – Ну, работайте…
– Спасибо, Табита.
– За что?
– За Джо, – прошептала я.
Женщина закатила глаза и отключилась.
– У тебя есть дочь? – Эш выглядел ошеломленным.
– Ага, – я опустила голову, пряча наушники в карман куртки. У меня возникло чувство, будто мой внутренний моторчик сейчас остановится от перегрузки. – Разве Фишер не доложил тебе, что я прилечу не одна?
– Не успел. Он вчера позвонил немного невовремя, и я… – он прищурился. Сколько ей лет?
– У нас есть десять минут, – напомнила я, меняя опасную тему.
– Десять минут, – фыркнул Сандерс и, сексуально понизив голос, добавил: – Ты же знаешь, я способен на большее.
По телу прокатилась волна жара. Я внезапно ощутила давно забытый трепет в животе и моментально возненавидела себя за это.
Гребаные бабочки… Я думала, вы уже сдохли!
Глава 7. Эш
Мерфи Бреннан.
Черт бы меня побрал.
Это и в самом деле была она. Моя первая жена. Первая гавань, к которой я причалил. Первая и единственная в моей жизни девственница. Первая и единственная в моей жизни девушка, которая порвала со мной.
Да-да, вы не ослышались.
Мерфи Бреннан бросила меня.
Ну, окей, фактически это я ее бросил, но на моем месте так поступил бы каждый гребаный джентльмен. Порой обстоятельства влияют на нас сильнее, чем собственные желания.
– Этот дом прекрасен, – с восхищением произнесла Мерфи, когда мы спустились по лестнице на первый этаж.
– Ты можешь сделать его еще прекраснее.
Это прозвучало немного двусмысленно, но мне было наплевать. Я видел электронное портфолио Мерфи. Ее работы – потрясающие. Как раз то, что нужно мне и этим унылым белым стенам.
– Эш, я не могу работать на тебя.
Бла-бла-бла.
Знаете, существует поверье, что Вселенная не слышит частицу «не», она слышит фразу без нее. Так вот, со мной та же фигня.
– Сто тысяч долларов.
Мерфи резко повернула голову в мою сторону и приподняла темную, красиво очерченную бровь:
– Что, прости?
– Сумма твоего гонорара, – я оперся плечом на дверной проем в гостиной и скрестил руки на груди. – Сколько Бобби предложил тебе? Десять штук? Так вот, мы дорисуем в контракте еще один нолик.
– Ты спятил, – она в неверии покачала головой.
– От любви к искусству, – широко улыбнулся я. – Почему ты думаешь, что твои работы менее ценны, чем какие-то нарисованные треугольники или консервные банки, которые продаются на «Сотбис» за миллионы?
– Потому что я не профессиональный художник, Эш. – На ее щеках появился очаровательный румянец. – У меня даже нет специального образования…
– У Фриды Кало[7]7
Фрида Кало (исп. Frida Kahlo) – мексиканская художница, прославившаяся благодаря своим сюрреалистическим картинам.
[Закрыть] его тоже не было, однако это не помешало ей стать великой.
– Ну ты сравнил, – смущенно рассмеялась Мерфи, и мне показалось, что в комнате сразу стало как-то светлее.
Бреннан была великолепна: гладкая кожа персикового оттенка, которая досталась ей от матери-ирландки, стройная подтянутая фигура и выразительные черты лица. На ней была голубая водолазка, темные обтягивающие джинсы с высокой талией, подчеркивающие каждый изгиб ее тела, и потертые замшевые угги песочного цвета. Но больше всего привлекали внимание ее губы – сочные, аппетитные. Созданные для поцелуев.
Очевидно, я утратил свой хренов разум, но мне вдруг захотелось снова попробовать их на вкус.
– Ты замужем?
– Не твоего ума дело, – ответила Мерфи, копаясь в своем телефоне.
– Кольца нет.
Она подняла голову и удивленно посмотрела на меня.
– Уже проверил? – ее взгляд помрачнел. – Ты прав, я не замужем. Грабли – не мой инструмент, Сандерс.
– Значит, я – грабли?
Мерфи закатила глаза и подошла к камину, в котором равномерно горел огонь. Отблески пламени заплясали на ее лице и длинных темных волосах с осветленными кончиками, мистически подсвечивая большие карие глаза.
– В нем нет дров, – растерянно произнесла она. – Откуда огонь?
– Это биокамин, – пояснил я. – Он работает на этаноле.
– Ты все такой же показушник, – улыбнулась Мерфи.
Блять, какая же она красивая…
Я смотрел на нее, как Джафар на волшебную лампу, и в памяти вдруг всплыло воспоминание, как мы трахались с ней на диком пляже в Сан-Франциско. Это было незабываемо… О, а еще у нас был жаркий секс в прачечной, на первом этаже гостиницы Лас-Вегаса, где нас едва не засекли… И на подъемнике, когда отдыхали на горнолыжном курорте в Вермонте…
– Ради всего святого, Сандерс! – услышал я возмущенный голос Мерфи.
Ее щеки пылали алым цветом, а взгляд был направлен прямо на… мой стояк.
Черт, я и не заметил, как мой член начал ностальгировать вместе со мной.
– Ну все, с меня хватит…
– Постой, Мерф! – я направился к ней.
Далее все произошло как в замедленной съемке.
Мерфи сделала шаг к выходу и красивое лицо внезапно исказилось от боли. По пустому дому эхом пронесся ее крик, который быстро превратился в стон. Она покачнулась на одной ноге и начала терять равновесие. Я едва успел подхватить ее, поднимая на руки.
– Нога, – сдавленно произнесла Мерфи, цепляясь за мою шею. – Черт, как больно…
В доме почти не было мебели, поэтому я посадил Мерфи на барную стойку и приподнял ее левую ногу, на которую она указала, чтобы осмотреть. Из потертой каучуковой подошвы сапога торчал острый кусок стекла.
Дьявол, я был уверен, что утром убрал с пола все осколки бокала, который накануне разбила Эмбер.
– Что там? – испуганно спросила Мерфи, в глазах которой уже стояли слезы.
– Это стекло, – ответил я, осторожно опуская ее ногу. – Не волнуйся, я вытащу его, Мерф. Просто посиди минутку не двигаясь, ладно? У меня в машине есть аптечка.
Мерфи крепко зажмурилась и кивнула.
Я опустил взгляд и увидел, как побелели костяшки ее пальцев, которыми она вцепилась в барную стойку. Ей было больно. Очень больно.
И это произошло по моей вине.
Не сдержавшись, я нежно взял в руки ее лицо и поцеловал в щеку. Большие карие глаза широко распахнулись.
– Эш?
– Я сейчас вернусь, – бросил я напоследок, вынося свою бесстыжую задницу из дома.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?