Читать книгу "Ноэматикон. Дримланс"

Глава 7

Я ехал в машине между амбалом и наблюдателем. Это я так назвал мужика с бабочкой на руке. Вез нас мужик без балахона. Но надежда быстро угасла, когда я увидел мельком его лицо идя к машине из автобуса: широко раскрытые неморгающие глаза, все напряжено, смотрит куда-то вперед в пустоту… Этот парень в лучшем случае солевой… Т.е. мозг там выключен всерьез и надолго. А может, до него добрались сектанты со своим штырем из капсул. Как знать.

Я ехал в тесноте и раздражении. Бежать было некуда. Совершить какую-то попытку удара – тоже не представлялось возможным. Я корил себя. За то, что попался, за то, что не сбежал. В голове возникали оправдания и тут же решительно разрушались то ли здравым смыслом, то ли самокритикой.

Мы возвращались в Красный Лейпциг, как называли когда-то Питер по аналогии с европейской книжной столицей. Вот показалась стела Тосно. Значит, пол пути уже было позади. Уровень досады продолжал расти.

– Зачем я вам?

Ответа не последовало. Было два пути: сыпать вопросами или заткнуться. И примерно восемьдесят процентов, что первый путь приведет ко второму.

– Я же ничего не знаю. Всю жизнь не лез никуда. Зачем было так заводиться?

Сопровождающие по прежнему молчали. Ладно, попробуем еще раз.

– Куда вы меня везете?

Я не успел договорить, а локоть амбала уже летел в мое лицо. Только стесненное пространство автомобиля спасло мой нос от размозжения. Что ж, красноречиво.

Тем временем мы покинули Тосно. Я старательно гнал от себя мысли, что ехать они могут вовсе не в северную столицу, а где-нибудь свернут по дороге. И тогда моя участь будет совершенно ясна.

Проехав поворот на Колпино, наш зомби-водитель начал икать.

– Домой хочет, – с тенью понимания заметил наблюдатель все таким же тихим и вкрадчивым голосом. – Тормози.

Мы резко встали на въезде на заправку. Наблюдатель вышел. Амбал приобнял меня за плечо, как бы намекая, что попытка дернутся будет фатальной. Мужик с татуировкой бабочки аккуратно взял за руки водителя и вывел его из машины. Так это гипноз, осенило меня! Он подвел жертву к цифровой стеле АЗС, и потихоньку посадил его на землю. Зомби закрыл глаза, расслабился и, видимо, уснул. Наблюдатель вернулся в машину, но уже на место водителя. Мы тронулись.

Значит, у этой секты и такие специалисты есть? Это многое объясняет. Конечно, не массовость, как для сноса дома, но хотя бы что-то.

– Со мной так же нельзя было? – не выдержал я.

Удар под дых был мне моментальным ответом. Меня сложило пополам. В попытках отдышаться я провел всю дорогу. Говорить больше не хотелось. А ведь удар пришелся через косуху. Это ж с какой силой бить надо…

Когда мы доехали до КАДа, наблюдателю позвонили. Он не произнес ни слова. Положил трубку и чуть прибавил газу. Мы понеслись по Витебскому проспекту. Разумеется, перед Лиговским – встали. Как говорится “никогда такого не было и вот опять”. Но когда мы пересекли обводной канал и поехали вдоль него, я снова не сдержался:

– Вы меня домой что ли везете? Так вы снесли его, изверги.

И снова прилетело под дых. В этот раз я успел поставить руки, после чего получил второй удар, чуть выше уха. Говорить мне явно было не дозволено.

– Тебя встретит сам Глава, – все-таки начал мне хоть что-то отвечать наблюдатель. – Будь с ним вежлив. Делай, что он говорит. Может быть останешься жив.

Я не рискнул сейчас что-то спрашивать, но, возможно, их глава даст мне ответы.

На Лермонтовском проспекте сердце мое екнуло, однако свернули мы в другую сторону.

Где-то через полчаса петляния по до боли знакомым улицам мы приехали на Севкабель. Огромные площади, заполненные людьми: там сейчас ремонты, какие-то магазины и кафешки уже размещены. Где здесь могла расположиться секта? Припарковавшись у перехода, наблюдатель вышел прямо на дорогу, жестом тормозя машины. Амбал же вышел на поребрик, выдергивая меня за собой за руку. Я дернулся было бежать. Но здоровяк не растерялся и нанес быстрый и точный удар в челюсть. Провернувшись вокруг своей оси, я распластался на земле. Если бы мы были друзьями, я бы сказал, что это было круто.

– Да чтоб вас.

Надо мной склонился наблюдатель.

– Слова о количестве жертв все еще в силе. Встань и иди.

Кем ты себя возомнил? Сам я теперь точно вставать не буду.

Поднял меня амбал. За шкирку. Протолкнул в проем, оставленный поворачивающейся стеной и чуть дальше, вглубь. В целом, бежать было уже некуда: территория, насколько я знаю, закрытая. Вокруг стройматериалы, песок, какие-то конструкции…

Мы проследовали чуть направо. Дом 40Е. Серые свежепоставленные двери в большом кирпичном здании бывшего НИИ. Внутри – будто замерший во времени ремонт и тишина. Мы повернули влево и пошли в конец здания. У лестницы меня ждало неожиданное открытие: спуск вниз. Никогда бы не подумал, что тут есть подвал.

У лестницы нас встречал улыбчивый здоровяк. Веселая парочка снова положила мне руки на плечи. А наблюдатель опять куда-то испарился. Мы пошли вдоль длинного коридора из того же кирпича, что и все здание. Слева были большие прямоугольные проемы без дверей. И лишь у того, что был с дверью, мы остановились. Электронный замок мелодично пиликнул, и дверь отворилась. Меня втолкнули внутрь. Челюсть страшно болела. Здесь было не очень уютно: пахло сыростью и немного плесенью, плохое освещение явно было сделано на скорую руку, а на стенах красовался отсыревший гипсокартон с разводами. Складывалось ощущение, что их затопили. Я невольно улыбнулся. Карма, господа.

Во всех четырех стенах этой комнатушки были двери. Только та, через которую я прибыл была металлической и с замком. Остальные – обычные деревянные, лишь с кругленькой ручкой. На полу красовалась большая зеленая бабочка, явно подмоченная затоплением, оттого не очень яркая и не очень целая. Я снова улыбнулся. А ведь еще вчера я не был таким злорадным. Дверь напротив открылась и мне предстал мужчина с квадратным лицом. Его черты были мягкими, но все его поведение говорило о том, что он задумал что-то недоброе. Широченная неестественная улыбка озарила комнату и меня фальшивой благодатью проповедника.

– Дорогой друг! Очень о тебе наслышан.

Он выделил слово “очень”, отчего мне стало не по себе, ведь его глаза сверкнули. Ему бы очень пошла форма гестапо, почему-то подумал я. Вряд ли меня ждет здесь что-то хорошее.

– Наш брат Ян отзывался о тебе очень… эмоционально.

Да что ж такое, вторая реплика – и второй раз меня передергивает от ожидания расправы. Это и есть “глава”? А я все-таки думал, что это Ян. Ну, видимо он из ближайших приспешников.

– Ты заставил нас побегать. Меня это даже удивило.

Улыбка с каждым словом была все меньше. Но злобы в интонациях я не слышал. Он словно репетировал эту речь. А раскрытие сверкающих глаз при этом всем не менялось. Пристальный взгляд разглядывал каждый сантиметр меня. Под его взором у меня заныли и ушибленная челюсть, и дых, и голова над ухом, и вывихнутое плечо, и даже разбитые костяшки… Я чуть не усмехнулся, что бояться нечего, ведь желудок в кои то веки не болел. Но сдержался.

– Пройдем. – Он поднял левую руку, указывая на дверь справа от меня.

И она распахнулась. Я заметил, что над дверями есть лампочки. Так они автоматические? А ручки для антуража? Изнутри, кстати, ручки не было. Опять допросная. Ладно, в целом, эту игру мы уже знаем. Давай сыграем.

Я прошел в комнату. Глава прошел за мной.

Вокруг были кирпичные стены. Окон нет, камер нет, даже вентиляции – и той не предусмотрено. Пол ровный, бетонный. Посередине комнаты стояли стол и два стула, прикрученные к полу. Я узнал их по мелким дефектам – это была мебель из прошлой комнаты. Т.к. спина после падения на асфальт тоже была не восторге от случившегося, я просто устало сел и начал разглядывать главу этой чертовой секты. Он мгновение, с легкой улыбкой смотрел на меня, но уже не разглядывая, а скорее пытаясь проникнуть куда-то внутрь.

– Для удобства можешь звать меня Полемарх, Игорь. У тебя наверняка много вопросов.

Дипломатично. Интересно. Этот – добрый полицейский? Полемарх – это имя или прозвище? Или самоназвание? Так или иначе, он сел напротив меня, сложив пальцы домиком на уровне груди.

– Куда делся Ян? – зачем-то спросил я, хотя мне было совершенно все равно.

– Ты знаешь, кто такие Охотники?

– О, Ян тоже спрашивал… Нет, не знаю. Мне вас хватает более чем. Дримланс…

– Ты запомнил наше название, – лидер секты расплылся в улыбке. – Охотники – чем-то похожи на нас.

Ну, так я и думал. Секретные организации в целом все похожи друг на друга, не так ли?

– Тоже психи и рушат чьи-то жизни?

– Думаю, что даже больше нас. Но в будущем. Кулон, что ты видел на шее Яна – их инструмент. Я хотел бы извиниться за состояние нашего брата. Когда Ян использует эту шутку, это его… как бы сказать… дестабилизирует. Психически и физически.

Я молчал. Если он думает, что на что-то мне ответил, то все совсем наоборот.

– Ян восстанавливается, – резюмировал глава.

– А я вам зачем?

– Она что-то дала тебе, – сказал Полемарх спокойно, совсем не так, как Ян. – Мы хотели это получить. Но уже не нужно. Теперь нас интересуешь ты.

– Чем же?

– У тебя есть потенциал послужить нашей цели.

– Оставь свою вербовку для кого-нибудь другого. – Я уже не контролировал ситуацию и почти орал на него. – Вы уничтожили мою жизнь. Моя собака спятила, от меня ушла жена, а потом вы… Вы… Вы разрушили мой дом! Вы сумасшедшие извращенцы! Вы отняли у меня все! Все!

Полемарх оставался каменно спокоен и чуть улыбался. Если бы я не был таким уставшим, то вскочил бы со стула, но усталость…

– Так если тебе больше нечего терять, о чем беспокоиться?

– У вас есть гипнотизер. Я видел. Могли бы забрать, что вы там хотели, и оставить меня в покое!

– О, Глеб пытался. В тот же день, в автобусе. Но ты так и не поддался гипнозу. Эти методы не на всех работают.

– Зачем? Зачем было сносить мой дом?.. – Казалось, я прохожу все стадии принятия в этом диалоге. Что не так с этим парнем? Он как-то на меня влияет?

– Мы пытались от тебя избавиться, – заявил глава секты, словно это была обыденность. – Но ты легко обошел эту ловушку.

– Как вы нашли меня? – Вспыхнувший пожар негодования уже погас. У меня больше не было сил.

– Через сны. Когда ты заснул в автобусе, тебя нашел Ян.

– Да что ты несешь?!

– Я покажу! – внезапно оживился Полемарх. Его квадратное лицо стало еще чуть шире. – Чтобы понять важность нашей миссии, тебе нужно поговорить с нашим основателем!

Это он в формате бреда? Сколько у вас лидеров, ребята?

– Но сделать это можно только во Сне! Не бойся, это безопасно. А с твоим потенциалом…

– Штырь?! Серьезно?! – я подскочил как ошпаренный.

В голове сразу всплыл образ Яна с кабелем в руках и этот металлический инструмент пыток.

– Штырь? – глава секты первые удивился и даже пальцы разжал, положив руки на стол. Его квадратное лицо стало круглее. Повисла тишина.

Глава 8

Мы еще пару секунд смотрели друг на друга. Я – терялся в догадках, нужно ли ему объяснять какой штырь… Или что вообще такое штырь. А он… Черт разберет, что в голове у лидера секты. Он просто смотрел на меня непонимающе и, видимо, этот поворот его план диалога не предполагал.

Дверь открылась. В проеме появился наблюдатель, теперь также известный как Глеб.

– Все готово, Глава.

И тут меня осенило: Полемарх тянул время! Я приготовился драться за свою жизнь и даже успел напрячься. Но в комнату по одному, боком вошли двое из ларца. Один из них все также улыбался, что делало ситуацию еще более неприятной. Хмурая рожая второго теперь выглядела укоризненно. Я попытался вырваться, но амбалы схватили меня под руки и выволокли из комнаты. Моя гордость таяла с каждой секундой. Вместе с шансами выжить.

Дверь напротив была открыта. За ней виднелась лаборатория, блестела капсула, похожая на ту, что были в первом убежище.

– Это хаб, – начал оживившийся глава секты. – Через него мы входим в Сны. Возможности Снов безграничны!

У меня мгновенно родилось с десяток шуток. И про то, что, конечно, это лучше, чем спать на потолке, ведь одеяло не падает; и про то, что есть множество способов поспать – проще и безопаснее; и про то, что спать надо дома, а не по сектам шляться; и что им не хаб, а ре-хаб нужен… Но положение мое было не веселым и шутить было совсем неуместно. Хотя справедливости ради, в реальность происходящего я перестал верить, кажется, в тот момент, когда засмотрелся на солнце, а рядом на остановке какой-то единорог наблевал блестками. Может я все там же? Просто мне снится кошмар? Прикорнул на солнышке после бурной ночи, переживаю себе случившееся… таким вот отборным бредом.

– В этом хабе оборудование чуть получше, чем то, что ты видел на прошлом, но численность установок меньше.

Меня заносили в комнату. Я вдруг осознал, что безвольно вишу на руках амбалов, словно тело не очень-то меня слушается. Здоровяки встали, ожидая приказов начальства.

Комната по уровню была на голову выше предыдущей лаборатории. Хаб? Видимо, они тут включаются в какую-то систему. Все стены были покрыты каким-то пластиком, вдоль стен располагались стеллажи и столы, занятые документами, дисками, мониторами. В одном из углов стояла серверная стойка, весело мигающая огоньками. По середине дальней стены удобно расположилась дверь с вентилем, как на подлодках. Все-таки, что-то от старого НИИ тут осталось, да? Посреди комнаты стояла толстенная колонна с мониторами. Это уже была не консоль, а целый супер-компьютер. На каждом мониторе бежали показатели и картинками показывались части тел с какими-то текстовыми блоками. Капсулы были пусты. У каждой стояло что-то вроде стула или кресла, но с подвижными частями. Я мельком подумал, что человека сажают, подключают, а потом как бы поднимают в капсулу. На спинке кресел лежали шлемы с идущими от них проводами. Штырей на удивление не было. И даже в этой тьме и духовной, и физической забрезжил свет надежды… Я посмотрел на Полемарха. Он выглядел вдохновленным. Тело, вроде, снова начинало меня слушаться.

– Как волнительно… Помню, когда я впервые увиделся с Основателем. Это было еще до всех наших систем и механизмов, представляешь? Он явился мне прямо здесь, в этом подвале.

Я посмотрел на Полемарха другими глазами. Он – псих!

Извернувшись, я ударил одного из амбалов под колено. Двое из ларца сложились домиком, стукнувшись лбами. По комнате раздался глухой “бум” словно в студии звукозаписи. Амбалы начали сдуваться прямо на глазах. И я, и Полемарх, и наблюдатель-Глеб следили за этим процессом как завороженные несколько секунд, пока в одеждах явно не по размеру не оказалось два блондинистых хлюпика. Я невольно подумал, не девушки ли они, столь утонченными и хрупкими они стали.

– Как не вовремя, – только и вымолвил Глеб, попытавшись меня ударить по затылку.

Я смахнул его руку, словно сухую ветку, и рванул к выходу. Электронный замок на тяжелой двери изнутри открывался просто кнопкой. Повезло.

– Куда же ты! – кричал Полемарх. – Ты еще не узнал самого главного!..

Как будто мне до этого есть дело, ага. Я уже бежал к лестнице. Сверху все сильнее был слышен какой-то механический гул.

Спотыкаясь и падая, я поднялся на первый этаж и не поверил своим глазам: везде были рабочие. Вокруг было так шумно, что даже собственного голоса не было слышно. Не обращая внимания на крики, я рванул той же дорогой, что шел сюда, – на выход. Я не добежал пары метров, когда на меня упал мужик в дождевике и забродниках.

Я сильно ударился головой о бетон. Находясь в прострации, попытался вырваться из цепких лап несостоявшегося мистера Хайда.

Со всех сторон к нам сбежались рабочие и растащили нас в разные стороны. Техника все еще шумела, хоть и меньше. Где-то сверху, судя по всему, готовили перекрытия второго этажа. Нам что-то говорили, кричали, возмущались. Я слышал, как верещал Ян. Видел, как он набросился на одного из рабочих. Как Яну прописали в крикливую морду. Сердце мое радовалось в этот момент. Хотя бы кто-то… Но затем все встали ровно и молча. Только Ян что-то бубнил и выговаривал, поправляя свое снаряжение, и этому рабочему, и всем остальным рабочим, и, наверное, всему миру.

Зрение еще было нечетким, но я увидел вдалеке, у лестницы ровно стоящую фигуру. Глеб опять за свое. Еще один ответ на вопрос, теперь уже о массовости. Он и так умеет, зараза. Из-за его спины, мгновенно приводя меня в чувство одним своим видом, показались двое из ларца. Амбалы уже неслись ко мне, сшибая рабочих по пути.

– Нет! – только и кричал я, не в силах вырваться из их цепких лап. – Я не хочу! Отпустите меня уже! Хватит!

Наверное, надеяться было глупо. Меня тащили обратно, вниз. Наш путь закончился в допросной. Меня усадили на стул и оставили одного. Через пару минут пришел Полемарх. Дверь за ним не закрылась. За ней я снова видел двух амбалов, смотревших куда в пол, словно дроиды без питания.

– Ну хоть меня не ударил…

– Подходи.

Ощупывая место удара, я явно не был настроен на разговор. И пытался дать ему это понять.

– Ха. Ты прыткий. – У Полемарха явно успело сбиться дыхание, пока меня ловили. Готовил план Б?

– Да вот Ян более прыткий. Откуда только взялся…

Я разглядывал кровь на пальцах. Голову я все-таки расшиб. Ситуация опять стала хуже некуда.

– Совершил удачный Переход. Для Яна это скорее редкость, но в Дримланс он лучше всех владеет Переходом.

– Подземным? Что ты несешь? – Я уже даже не пытался играть в вежливость. Уважения к этим фанатикам у меня изначально не было, а теперь не было и сил что-то из себя строить.

– Это сродни телепортации. Ты потом научишься. Если, конечно, заберешь себе у Охотников такой же трофей, как забрал Ян. – Полемарх говорил с легкой улыбкой, от чего хотелось врезать ему просто чтобы снять ее с его лица.

Переход… Связано ли это с его нестабильностью? Это тот кулон? Телепортация, но не совсем. Я опять вспомнил ночь в первом логове. И как Ян появился на лестнице, хотя был в комнате. И как он исчез, выпав из окна. А еще раньше – как обогнал меня, когда я ехал домой. Неприятно, что именно такой пазлинки не хватало, чтобы все сошлось.

– Сны многое позволяют. Я думаю, у тебя большое будущее. Среди нас. Большой потенциал.

– Мне нет дела. Я хочу вернуть свою жизнь.

– Не торопись, – он мерзко улыбнулся и щелкнул пальцами. Из-за амбалов показался Глеб. Он нес поднос. На подносе был небольшой кувшин и две чашки. Глеб молча поставил поднос на стол и вышел. Если бы весь сервиз не был пластиковым, я бы точно зарядил подносом Полемарху по голове. Но так – дергаться не было смысла.

По запаху в кувшинчике угадывался чай. Полемарх налил себе и мне, взял кружку и сделал глоток.

– Расслабься. На самом деле тебе тут никто не желает зла.

Я расхохотался. Но не от веселья.

– Вы отняли у меня все. Все!

– И также все можем тебе дать…

– Дом вы как отстроите?!

– У нас есть методы.

Он либо совсем поехавший, либо очень могущественный. А что хуже всего – я уже не уверен, что вариант точно первый. В лучшем случае, если это какой-то фокус, Янов – двое. Например, близнецы. Вот только как он из окна выпал и исчез – это не объясняет.

Пить хотелось страшно. Я стер рукой с губ остатки бетонной пыли и взял чашку. Отравлено?

– Не отравлено, – словно прочитав мои мысли ответил Полемарх.

Я сделал пару глотков, промочил горло. Чай на удивление оказался хорош.

– Так в чем суть?

– Все просто: мы хотим спасти мир.

Я улыбнулся. Ну конечно, как же иначе.

– Да, я понимаю, как это звучит в краткой форме. Только спасти мы его хотим не сейчас, а в будущем. Наш Основатель был там.

– И кто же ваш враг? – Я предвкушал широкий разброс: от киборгов до инопланетян.

– Как бы грустно это ни было, другие люди. Вернее говоря, особенно не думающие о нашем мире, власть имущие – главы корпораций.

Ну, это более разумно, чем большинство возможных вариантов. Однако все равно звучит как бред сумасшедшего. В конце концов, такие борцы с корпорациями есть далеко не только в будущем. Но и в настоящем, и в прошлом… Вот только методы у вас ребята…

– Я тут при чем?

После чая появилось странное послевкусие.

– Для нашей борьбы мы ищем Копье Снов.

– Дримланс…

– Именно так. Это древний артефакт, уже сыгравший свою роль несколько раз в истории.

– При чем тут я? – Я выделил каждое слово, я хочу знать ответ именно на этот вопрос.

– Охотники. На связь с тобой вышли Охотники. Их основатели из будущего, как и наш. Только ведет их один из глав корпораций. Они тоже ищут Дримланс. И другие артефакты. Раз они вышли на связь с тобой, ты как-то с ними связан.

– И все? Все, что у вас есть – случайное столкновение в книжном?

При этом слове Полемарха чуть передернуло, как и Яна когда-то. У них аллергия на книжки?

– Да чем вам так книжные не нравятся?

– Лабиринт Фавна – не книжный. Не совсем… книжный. Тебе это знать еще рано. Ты должен увидеться с Основателем. Ты все поймешь.

– Мы это уже проходили, – я показательно на столе сжал кулаки. И вдруг понял, что сжать их нормально я не могу. Я дернулся и попытался встать. Вокруг все поплыло. Гад таки меня отравил.

– Снотворное – не отрава, – заметил лидер секты, снова угадав мои мысли. – Мы о тебе позаботимся.

Словно по кодовой фразе амбалы подняли головы и зашли в комнату. Она взяли меня опять под руки и боком вынесли. Наш путь опять лежал к хабу. Я из последних сил дернулся к двери и заветной кнопочке электронного замка. Безуспешно.

Верзилы занесли меня в хаб. Словно каменные горгульи, они вцепились в мои руки и ноги и вжали их в кресло капсулы. "Какие холодные у них руки", только и подумал я.

– Ты собственными глазами узришь нашего предводителя. И ты все поймешь. Все поймешь… – без устали повторял Полемарх как мантру, надевая мне шлем и, кажется, колдуя что-то в изголовье капсулы.

В глазах устойчиво стоял туман, а тело не слушалось. Я отчаянно пытался проморгаться, но с каждым смыканием веки становились только тяжелее, а мир темнее. Пока совсем не пропал.