![](/books_files/covers/thumbs_240/korporaciyam-zakon-nepisan-kakprivlech-korporacii-kotvetstvennosti-pomezhdunarodnomu-pravu-zanarusheniya-prav-cheloveka-vbedneyshih-gosudarstvah-130305.jpg)
Автор книги: Станислав Натапов
Жанр: Юриспруденция и право, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Сегодня на смену самостоятельным юридическим лицам пришли группы компаний – Транснациональные корпорации, – определенные в свое время в российской правовой доктрине как «экономическое единство или организация, состоящая из самостоятельных субъектов права»[36]36
Кулагин М.И. Предпринимательство и право: опыт Запада // Избранные труды. М., 1997. С. 184.
[Закрыть]. Сложность трансграничной структуры ТНК отмечена в ряде известных международно-правовых актов, а также ведущими мировыми учеными в области международного права[37]37
Иншакова А.О. Международное частное право. М.: Российский университет дружбы народов, 2011.
[Закрыть].
Трехсторонняя декларация 1977 года обращает внимание, что «сложность многонациональных корпораций и трудность четкого определения их разветвленной структуры, деятельности и политики иногда вызывают озабоченность либо в принимающих, либо в странах базирования, либо и в тех и в других одновременно» (см. п. 1 преамбулы Трехсторонней декларации 1977 года[38]38
Трехсторонняя декларация принципов, касающихся многонациональных корпораций и социальной политики, от 16 ноября 1977 года // СПС «Гарант».
[Закрыть]).
И действительно, все крупнейшие ТНК имеют сложную трансграничную структуру: их головной офис может находиться в одном государстве, акционеры – в других, а деятельность осуществляться по всему миру.
Английский юрист К. Шмиттхофф отмечает, что «Корпорация – это группа компаний с различной национальностью, связанных посредством держания акций, управленческим контролем или путем заключения договора и представляющих экономическое единство»[39]39
Sсhmillhоff C. The English Conflict of Laws, 3rd ed. London, 1954. P. 150.
[Закрыть].
Как писал Б.И. Осминин, своеобразие Транснациональных корпораций как объекта правового регулирования заключается в том, что Транснациональная корпорация, понимаемая как мощная материнская компания, возглавляющая широкую сеть своих зарубежных предприятий, организационно и экономически образует единое целое, которое сочетается с юридической множественностью[40]40
Осминин Б.И. Транснациональные корпорации и международное право: автореферат дис…. канд. юр. наук. М., 1983. С. 16.
[Закрыть].
Л.А. Лунц также обращает внимание на сущность Транснациональных корпораций, которая заключается в экономическом единстве при юридической множественности[41]41
Лунц Л.А. Многонациональные предприятия капиталистических стран в аспекте международного частного права // Современное государство и право. 1976. № 5. С. 123–124.
[Закрыть].
Будучи совокупностью юридических лиц различной «национальности», связанных экономически, Корпорация не представляет собой единого юридически оформленного субъекта. Таким образом, «ТНК как целое» не подпадает под эффективное правовое регулирование отдельного государства. Данную позицию поддерживает М.М. Богуславский, соглашающийся с Л.А. Лунцем, что экономическое единство в Корпорациях оформляется юридической множественностью[42]42
Богуславский М.М. Международное частное право. М., 2010. С. 203.
[Закрыть] и основывается на централизованности управления (контроля), что служит интересам их собственников. В отличие от обычных компаний стратегия деятельности Транснациональных корпораций разрабатывается головным предприятием, которое координирует деятельность зарубежных отделений.
Подконтрольность входящих в состав ТНК предприятий юридически может быть оформлена различными способами: посредством прямого или опосредованного участия в капитале компании, путем заключения договора либо иным образом. Возможно также фактическое установление зависимости, не закрепленной юридически (например, путем осуществления финансирования деятельности лица со стороны Головной компании).
Следует также согласиться с мнением М.М. Богуславского, который считает устоявшийся в литературе термин «Транснациональная корпорация» «не вполне удачным», поскольку «он указывает на наличие всего одного субъекта – корпорации»[43]43
Богуславский М.М. Международное частное право. М., 2010. С. 203.
[Закрыть]. В связи с этим в западной литературе в основном используется выражение «многонациональное предприятие» (multinational enterprise), при котором предприятие понимается не как субъект права, а как имущественный комплекс, подчиняющийся единому управлению.
А.В. Асосков, анализируя правовую природу ТНК, в качестве основного признака выделяет именно централизованное (единое) управление ее деятельностью, которое неразрывно сосуществует «с признаком наличия нескольких правосубъектных образований в структуре ТНК»[44]44
Асосков А.В. Проблемы правового регулирования транснациональных компаний // Юридический мир. М., 2000. № 8. С. 43–47.
[Закрыть]. Отметим: признак централизованного управления в ТНК носит экономический характер, что схоже с критерием осуществления контроля одной компании в отношении другой с правовой точки зрения[45]45
Шевцова О.И. Правовая природа транснациональных корпораций // Журнал международного права и международных отношений. 2008. № 4. С. 7–15.
[Закрыть].
Таким образом, одна из главных черт ТНК – ее существование как множества юридических лиц, зарегистрированных в разных юрисдикциях, при сохранении экономической целостности и централизованного управления.
И хотя формально Корпорации состоят из совокупности самостоятельных и независимых юридических лиц, деятельность каждого из которых регулируется законодательством государства регистрации, очевидно: любая деятельность всех этих юридических лиц контролируется и направляется Головной компанией. Контроль, осуществляемый Головной компанией в отношении всех компаний, входящих в состав Корпорации, обеспечивает ее единство, выражающееся в скоординированной трансграничной деятельности.
Ведение деятельности на национальных и международном уровняхТранснациональные корпорации осуществляют свою деятельность в глобальном масштабе, влияя на мировые политические, экономические процессы и одновременно являясь ключевыми игроками на национальных аренах отдельных государств.
Любое входящее в состав Транснациональной корпорации юридическое лицо регулируется и несет ответственность в соответствии с национальным законодательством той страны, где оно зарегистрировано и осуществляет деятельность, а также в соответствии с экстратерриториальными нормами права иных государств.
По мнению многих ученых в области международного права, в условиях укрепления международного правопорядка, в том числе в области защиты прав человека, все острее встает вопрос о необходимости комплексного регулирования деятельности ТНК на уровне как национальных законодательств, так и международного права[46]46
Иншакова А.О. Унификация корпоративного регулирования в ЕС и СНГ. – Германия: LAP LAMBERT Academic Publishing, 2011.
[Закрыть]. Специфика Транснациональных корпораций такова, что, имея отделения на территориях многих стран, Корпорация в целом не подпадает под юрисдикцию какой-либо отдельной страны. Ее деятельность как единого образования не может быть урегулирована национальным правом какого-либо государства, это возможно лишь в рамках международного права[47]47
Лысенко Д.Л. Проблемы правового статуса транснациональных корпораций: международно-правовые аспекты // Московский государственный институт международных отношений (Университет) МИД России, 2003. С. 34–38.
[Закрыть]. В связи с этим возникает потребность в комплексном подходе к регламентации работы Транснациональных корпораций, необходимости сочетания национального и международного регулирования их деятельности. Оба вида такого регулирования должны дополнять друг друга. При этом представляется, что роль международного регулирования должна постепенно увеличиваться.
Учитывая данную характеристику Транснациональных корпораций, нужно рассматривать их деятельность как с позиции международного права, так и через призму ее национально-правового регулирования.
В связи с этим сегодня в западной доктрине все шире распространяется мнение, что необходимо применять национальное право к образованиям, находящимся под юрисдикцией государств, и международное право к «Корпорации как целому», то есть объекту международно-правового регулирования.
Ограниченная ответственность юридических лиц, входящих в состав КорпорацийВопрос ограниченной ответственности входящих в состав Транснациональных корпораций юридических лиц – ключевой для комплексного понимания природы современных ТНК.
Такие неотъемлемые черты Транснациональных корпораций, как юридическая множественность и централизованный контроль (единое управление), привели к возникновению другой важнейшей характеристики современных Корпораций – отсутствию ответственности Головной компании за деятельность дочерних структур.
Как справедливо отмечает В.Д. Федчук, собственный интерес и воля, принадлежавшие ранее каждому юридическому лицу, постепенно уступают место воле и интересу группы компаний (Корпорации), притом что порядок их реализации остается прежним: конкретные действия и правонарушения формально осуществляются на уровне отдельных юридических лиц[48]48
Федчук В.Д. De facto зависимость de jure независимых юридических лиц: проникновение за корпоративный занавес в праве ведущих зарубежных стран. М., 2010. С. IV.
[Закрыть]. Материнская компания несет ответственность по каким-либо обязательствам своей дочерней компании лишь в размере вклада в уставный капитал последней, что, по мнению В.Д. Федчука, отражает действие классического принципа ограниченной ответственности[49]49
Федчук В.Д. De facto зависимость de jure независимых юридических лиц: проникновение за корпоративный занавес в праве ведущих зарубежных стран. М., 2010. С. IV.
[Закрыть].
Схожую позицию выражал М.И. Кулагин, который указывал, что произошло расхождение «между юридическими формами и экономической сущностью»[50]50
Кулагин М.И. Государственно-монополистический капитализм и юридическое лицо // Избранные труды. М., 1997. С. 141.
[Закрыть], интерес теперь принадлежит одному юридическому лицу (материнской компании ТНК), а исполнение и ответственность – другому (подконтрольным юридическим лицам). Контроль, осуществляемый материнской компанией, играет решающую роль, заменяя классическое внутреннее управление компанией внешним[51]51
Кулагин М.И. Государственно-монополистический капитализм и юридическое лицо // Избранные труды. М., 1997. С. 235.
[Закрыть]. Такой контроль позволяет Корпорации осуществлять свою деятельность на территориях развивающихся стран без хозяйственных рисков[52]52
Comparato Fabio K. Les gropues de docietes dans la nouvelle loi brezilienne des societies par actions // Revue international de droit compare. 1978. № 3. Р. 792.
[Закрыть].
Конечно, целесообразность и правомерность ведения деятельности через дочерние компании не вызывает сомнений. Однако в настоящее время такая деятельность зачастую используется Транснациональными корпорациями в качестве удобного инструмента достижения поставленных целей за чужой счет, без риска быть привлеченными к ответственности за правонарушения, формально осуществляющиеся «самостоятельным и независимым» юридическим лицом – местным подразделением Корпорации[53]53
См.: Федчук В.Д. De facto зависимость de jure независимых юридических лиц: проникновение за корпоративный занавес в праве ведущих зарубежных стран. М., 2010. С. IV.
[Закрыть].
Можно согласиться с определением Транснациональной корпорации, предложенным В.Д. Федчуком: это «группа компаний, представляющая собой экономическое единство (entity), состоящая из двух или более компаний, каждая из которых является самостоятельным юридическим лицом, но которые связаны или контролем, осуществляемым одной компанией, называемой материнской, над другими компаниями, или же фактом, что эти компании, являясь независимыми, находятся под общим управлением»[54]54
См.: Федчук В.Д. De facto зависимость de jure независимых юридических лиц: проникновение за корпоративный занавес в праве ведущих зарубежных стран. М., 2010. С. 400.
[Закрыть].
Таким образом, очевидно, что Транснациональные корпорации обладают рядом уникальных черт, не свойственных ни одному другому субъекту либо участнику международных отношений. Транснациональные корпорации благодаря экономической мощи могут оказывать влияние на глобальные процессы и политику отдельных государств. Перечисленные выше черты Транснациональных корпораций в совокупности с глобальными возможностями требуют особого подхода к регулированию деятельности ТНК на уровне международного права, в связи с чем возникает вопрос о международно-правовом статусе Корпораций и возможности применения к ним норм международного права.
Глава II
Статус и регулирование деятельности Корпораций в международном праве
§ 1. Международное право, защита прав человека и Корпорации
На международном уровне особое внимание к вопросам, связанным с нарушением прав человека, возникло после Второй мировой войны с созданием Организации Объединенных Наций (далее – ООН либо Организация). Статья I Устава ООН провозгласила, что одна из целей Организации – осуществление международного сотрудничества в «поощрении и развитии уважения к правам человека и основным свободам для всех, без различия пола, расы, языка и религии»[55]55
Устав Организации Объединенных Наций (Сан-Франциско, 26 июня 1945 года) // Текст устава официально опубликован не был. СПС «Гарант».
[Закрыть]. Эту формулу практически повторяет статья 55 Устава ООН[56]56
Устав Организации Объединенных Наций (Сан-Франциско, 26 июня 1945 года) // Текст устава официально опубликован не был. СПС «Гарант».
[Закрыть], а в статье 56 устанавливается обязанность всех членов ООН «предпринимать совместные и самостоятельные действия в сотрудничестве с Организацией для достижения целей, указанных в статье 55»[57]57
Устав Организации Объединенных Наций (Сан-Франциско, 26 июня 1945 года) // Текст устава официально опубликован не был. СПС «Гарант».
[Закрыть]. Таким образом, международным сообществом было признано, что защита прав человека – одно из важнейших направлений международного сотрудничества.
Необходимость регулирования деятельности и привлечения к ответственности частных субъектов (в частности, Корпораций) за нарушения прав человека возникла в основном в связи с осознанием как государствами, так и негосударственными (частными) субъектами того факта, что привлечение к ответственности только государств – недостаточно эффективная реакция на нарушения прав человека. Как было отмечено в ходе одного из слушаний в рамках Нюрнбергского процесса, преступления против международного права совершаются людьми, а не абстрактными существами, и только при наказании индивидов, которые совершают такие преступления, положения международного права могут быть исполнены[58]58
См. судебные процессы над главными военными преступниками, которые были проведены Международным военным трибуналом (1948 год).
[Закрыть].
Один из первых международных нормативных актов, регулирующих данную сферу отношений, – Всеобщая декларация прав человека[59]59
Всеобщая декларация прав человека (принята на третьей сессии Генеральной Ассамблеи ООН резолюцией 217 А (III) от 10 декабря 1948 года) // Текст декларации опубликован в «Библиотечке “Российской газеты”» совместно с библиотечкой журнала «Социальная защита» (1995. № 11. С. 10); в «Российской газете» (1998. 10 дек.); в «Библиотечке “Российской газеты”» (1999. № 22–23).
[Закрыть], принятая 10 декабря 1948 года. Принятие Всеобщей декларации прав человека 1948 года, Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах 1966 года[60]60
Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (Нью-Йорк, 19 декабря 1966 года). Текст пакта опубликован в Сборнике действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных с иностранными государствами (М., 1978. Вып. XXXII. С. 36), в «Ведомостях Верховного Совета СССР».
[Закрыть], Международного пакта о гражданских и политических правах и Факультативного протокола к нему 1966 года[61]61
Международный пакт о гражданских и политических правах. Принят резолюцией 2200 А (XXI) Генеральной Ассамблеи от 16 декабря 1966 года. Текст пакта опубликован в сборнике действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных с иностранными государствами (М., 1978. Вып. XXXII).
[Закрыть], которые были и остаются основополагающими международными актами в области защиты прав и основных свобод человека, оказало существенное влияние на развитие международного права в области прав человека.
В основе международного права в области прав человека лежит один из фундаментальных принципов международного права – принцип уважения прав и свобод человека. В Заключительном акте Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (1975) данный принцип закреплен следующим образом: «уважение прав человека и основных свобод, включая свободу мысли, совести, религии и убеждений»[62]62
Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе // Ведомости СССР. 1975. Прилож. к № 33.
[Закрыть].
Следует отметить, что Устав ООН содержит сверхимперативные положения (jus cogens) для международного сообщества, которые обязательны для применения любым государством независимо от членства в ООН[63]63
Богуславский М.М. Международное частное право. М., 2010.
[Закрыть]. Прежде всего это касается положений о защите прав и свобод человека[64]64
См.: Абашидзе А.Х. Организация Объединенных Наций и защита прав коренных народов. М., 2010.
[Закрыть].
Международное сообщество придает огромное значение соблюдению принципа уважения прав и свобод человека, что подтверждается наличием большого количества международных нормативно-правовых актов в данной области и созданием специальных международных и региональных институтов защиты прав человека.
Важность вопросов, касающихся прав человека и основных свобод, подчеркнута государствами-участниками Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) в рамках документа московского совещания конференции по человеческому измерению 1991 года, где было указано, что «вопросы, касающиеся прав человека, основных свобод, демократии и верховенства закона, носят международный характер, поскольку соблюдение этих прав и свобод составляет одну из основ международного порядка»[65]65
Документ Московского совещания конференции по человеческому измерению СБСЕ 1991 г. // Действующее международное право / сост. Ю.М. Колосов и Э.С. Кривчикова. Т. 2. С. 162–173.
[Закрыть]. В документе также отмечено, что данные вопросы представляют «непосредственный и законный интерес для всех государств-участников и не относятся к числу исключительно внутренних дел соответствующего государства»[66]66
Документ Московского совещания конференции по человеческому измерению СБСЕ 1991 г. // Действующее международное право / сост. Ю.М. Колосов и Э.С. Кривчикова. Т. 2. С. 162–173.
[Закрыть].
Нет ничего ценнее человеческой жизни. Вышеперечисленные и иные международно-правовые акты провозглашают права человека «высшей ценностью», а многие нормы о защите прав человека обладают особым (сверхимперативным) международно-правовым статусом. Именно в этой связи вопросам охраны прав и свобод человека необходимо уделять особое внимание на уровне международного права, и нарушения прав человека не могут быть поставлены в один уровень с нарушениями иных норм международного права.
Обязанность государств обеспечивать соблюдение и защиту прав и свобод человека не вызывает сомнений. Такая обязанность в настоящее время недвусмысленно закреплена международным правом. Вместе с этим сегодня большие споры вызывает международно-правовой аспект обеспечения соблюдения и защиты прав и свобод человека со стороны частных субъектов, прежде всего Транснациональных корпораций.
В Германии во время Второй мировой войны Корпорации сыграли значимую роль в совершении жестоких нарушений прав человека, таких как геноцид, преступлений против человечности, а также военных преступлений, которые, как правило, осуществлялись в ходе массового системного насилия. Корпорации производили запрещенные виды оружия, например биологическое, для использования против вражеских группировок или гражданского населения. Корпорации также использовали принудительный труд на производстве в военное время. И хотя большинство дел в Нюрнберге рассматривались против государственных служащих, некоторые дела касались руководства ряда Корпораций, замешанных в преступлениях, совершенных нацистами[67]67
Military Tribunal VI, U.S.A. v. Karl Krauch et al., Nuremberg, 1946–1947.
[Закрыть].
Но сами Корпорации не привлекались к ответственности в рамках Нюрнбергского процесса, поскольку трибунал обладал юрисдикцией только в отношении физических лиц[68]68
См. Stephens Beth The Amorality of Profit: Transnational Corporations and Human Rights // Berkeley International law journal. 2002. Vol. 20. P. 45, 76.
[Закрыть]. В соответствии со статьей 2 Устава Нюрнбергского трибунала устанавливалось право трибунала «судить и наказывать [физических] лиц, [действующих] индивидуально или в качестве членов организации»[69]69
Charter of the International Military Tribunal // UN DOC, Aug. 8, 1945, 82 U.N.T.S. 279.
[Закрыть].
Высказывалось мнение, что и сами нацистские Корпорации были виновны в нарушении первичных норм международного права и избежали судебного преследования только благодаря ограничениям в юрисдикции трибунала (статьи 9 и 10 Устава Нюрнбергского трибунала)[70]70
См.: Stephens Beth. Op. cit. P. 45, 76.
[Закрыть]. В поддержку данного вывода отмечалось, что военный трибунал имел полномочия провозгласить ряд организаций преступными предприятиями[71]71
Charter of the International Military Tribunal // Документ ООН, Aug. 8, 1945, 82 U.N.T.S. 279.
[Закрыть], и ряд Корпораций были названы таковыми[72]72
Jägers Nicola Corporate Human Rights Obligations: In Search of Accountability // Intersentia, Oxford. 2003. Vol. 142. P. 222–225.
[Закрыть].
В рамках Нюрнбергского процесса впервые в мировой истории вопросу о привлечении Корпораций к ответственности было уделено столь серьезное внимание. Именно тогда стало ясно, что ни у одного международного органа нет юрисдикции для привлечения к ответственности Корпораций за грубейшие нарушения прав человека, как это делается в отношении государств и их должностных лиц.
Разногласие между государствами в отношении ответственности Корпораций стало также очевидным в течение Римской конференции по вопросу учреждения Международного уголовного суда (далее – МУС). Проект статута МУС, рассматриваемого на конференции, включал предложение Франции расширить юрисдикцию Международного уголовного суда в отношении Корпораций. Несмотря на трехнедельные переговоры по различным интерпретациям предложения, делегаты не сумели договориться. В результате статут МУС был принят на закрытии Римской конференции только в отношении индивидов.
Вопрос о регулировании деятельности и о привлечении Корпораций к ответственности за нарушение международного права в области прав человека неоднократно поднимался в контексте различных нарушений, совершаемых ТНК на территориях принимающих государств.
Начиная с вышеуказанных и иных судебных процессов над руководителями ведущих немецких производителей за военные преступления времен Второй мировой войны и заканчивая широкими кампаниями в США в 1970-х и 1980-х годах, международными правозащитниками предпринимались неоднократные попытки привлечь внимание к деятельности частного бизнеса, связанной с нарушениями прав человека. Многие такие кампании и попытки сводились к тому, чтобы привести к возникновению международно-правовой регламентации и возможности привлечения к ответственности частных субъектов за нарушения прав человека, совершенные Корпорациями при ведении деятельности в принимающих государствах.
Корпорации, в свою очередь, всегда находили множество путей и способов реакции на подобные обвинения, попытки регулировать их деятельность и привлечь к ответственности. Здесь и отрицание каких-либо обязательств по международному праву в области прав человека, и добровольное принятие так называемых кодексов корпоративного поведения, которые были призваны ограничивать действия ТНК, но на практике зачастую демонстрировали лишь показной эффект и полную несостоятельность с точки зрения обеспечения соблюдения прав человека. Связано это с тем, что такие кодексы, как и добровольные инициативы, рассматриваемые далее, не обеспечены действенным механизмом принудительного исполнения, а их реализация полностью зависит от Корпораций.
Юридически регулирование деятельности и привлечение Транснациональных корпораций к ответственности за нарушение норм международного права в области прав человека возможно только в том случае, если соответствующие нормы международного права:
а) прямо либо опосредованно применяются к ТНК (§§ 2–4 главы II настоящего исследования), а также если
б) существует механизм их принудительного применения (глава III).
Спор о возможности прямого применения к Транснациональным корпорациям норм международного публичного права на уровне науки и международных организаций ведется давно. Для определения способности норм современного международного права в области прав человека напрямую регулировать деятельность Транснациональных корпораций необходимо проанализировать:
• статус Транснациональных корпораций в международном праве;
• условия и прецеденты прямого применения норм международного права к частным субъектам;
• роль международного мягкого права в вопросе привлечения Транснациональных корпораций к ответственности за нарушения прав человека.
§ 2. Статус ТНК в международном праве
В соответствии с классическим подходом международное право регулирует деятельность только субъектов международного права. Ко всем остальным лицам международное право может применяться лишь опосредованно, то есть через внутригосударственную имплементацию либо при условии наличия специально предусмотренного международно-правового механизма.
Таким образом, рассмотрение вопроса о необходимости соблюдения Корпорациями норм международного права необходимо начинать с анализа вопроса о международной правосубъектности ТНК.
В связи с возрастающим политическим и экономическим влиянием ТНК на глобальной арене уже несколько десятилетий обсуждается вопрос о необходимости признания за ТНК международной правосубъектности[73]73
См.: Арцт Д.Е., Лукашук И.И. Участники международно-правовых отношений // Вне конфронтации. М., 1996. Гл. III/3.
[Закрыть]. Некоторые западные ученые (например, Н. Макдугал, У. Фридман) считают, что Транснациональные корпорации являются субъектами международного права. По мнению известного российского ученого К.А. Бекяшева, в XXI веке наряду с расширением объема правосубъектности индивидов будет признана и правосубъектность таких коллективных образований, как Транснациональные корпорации[74]74
Международное публичное право / под ред. К.А. Бекяшева. М., 1999. С. 114.
[Закрыть].
Как писал Б.И. Осминин, «обладая способностью к выработке и реализации собственной внешнеэкономической стратегии», а также «осуществляя во имя этой стратегии “корпоративную дипломатию” в своих интересах и в интересах стран базирования, корпорации ставят вопрос об “интернационализации власти”, претендуют на роль “новых суверенов” и на правосубъектность в международном праве»[75]75
Осминин Б.И. Транснациональные корпорации и международное право: автореферат дис. … канд. юр. наук. М., 1983. С. 16.
[Закрыть]. Г.И. Тункин отмечал, что Корпорации «стремятся получить международную правосубъектность, которая открыла бы перед ними новые возможности для получения сверхприбылей»[76]76
Тункин Г.И. XXV съезд КПСС и основные проблемы советской науки международного права // Советский ежегодник международного права. 1978. С. 19–23.
[Закрыть]. Концепция международной правосубъектности Корпораций неоднократно обсуждалась на уровне международных организаций (в частности, Комиссией международного права ООН в ходе кодификации права договоров), но так и не была принята[77]77
Лукашук И.И. Международное право. Общая часть. М., 2003. С. 39.
[Закрыть].
Тем не менее большинство российских ученых придерживаются иного взгляда. Например, В.А. Романов и С.В. Черниченко считают, что субъектом международного права может быть только образование, способное участвовать в межгосударственных отношениях. Поскольку компания не обладает качествами, присущими государству, она не способна участвовать в таких отношениях[78]78
Международное право / отв. ред. Ю.М. Колосов, В.И. Кузнецов. М., 1999. С. 64.
[Закрыть]. По мнению И.И. Лукашука, придание Корпорациям статуса субъекта международного права является нереальным[79]79
Лукашук И.И. Международное право. Общая часть. М., 2005. С. 26.
[Закрыть].
Некоторые ученые в области международного права говорят о снижении роли государства (деэтатизации) в международных отношениях. И.И. Лукашук, который не разделяет приведенное утверждение, считает, что усиление участия в международных связях коммерческих и общественных организаций, движений и индивидов усложняет управление этими связями со стороны государств, но не означает снижения роли государств в международных отношениях. Деэтатизация также отрицается авторитетным ученым-практиком Б.Б. Гали, обращающим внимание на «важность и незаменимость суверенного государства как основного субъекта международного права»[80]80
Гали Бутрос Б. Повестка дня для мира. Декларация Генерального секретаря ООН // Вестник МИД РФ. 1992. № 13–14. С. 46–49.
[Закрыть]. Как справедливо отмечал Ян Броунли, «международное право по существу является правом между государствами»[81]81
Brownlie I. Principles of Public International law. 6th ed. 2003.
[Закрыть]. Конечно, ТНК влияют на политику государств, но «это влияние осуществляется через государства и не сказывается на их юридическом статусе»[82]82
Лукашук И.И. Международное право. Общая часть. М., 2003. С. 326–327.
[Закрыть].
По мнению Г.М. Вельяминова, присвоение Корпорациям статуса субъекта международного права глубоко ошибочно, поскольку «открывает шлюзы для размывания самого понятия и сущности международного права»[83]83
Вельяминов Г.М. Международное экономическое право и процесс. М., 2004. С. 389.
[Закрыть]. Г.М. Вельяминов также отмечал, что «как бы мощна ни была финансово-экономически любая ТНК и как бы слабо и бедно ни было то или иное государство, ТНК и государство всегда будут не равны не только формально-юридически, но и практически»[84]84
Вельяминов Г.М. Международное экономическое право и процесс. М., 2004. С. 141.
[Закрыть]. Корпорациям не хватает как минимум одной черты, чтобы приравнять их к субъектам международного публичного права, – права прямого участия в международном нормотворческом процессе[85]85
Baade H. W. and Everett R. O. African law: new law for new nations. New York, 1963. Oceana. P. 99–119.
[Закрыть].
Таким образом, с учетом изложенного выше, очевидно, что Транснациональные корпорации не являются (и не станут в будущем) субъектами международного права и нормы международного права не применяются к Корпорациям наравне с государствами.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?