Текст книги "Без страха и сомнений"
![](/books_files/covers/thumbs_240/bez-straha-i-somneniy-241.jpg)
Автор книги: Стелла Камерон
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 4
– Все это не вызывает у меня ничего, кроме отвращения. – Сейбер отступил в тень балкона над бальным залом Иглтонов.
Девлин Норт прислонился к резной каменной балюстраде.
– Ты хотел сюда прийти. Ты не хотел сюда прийти, – промолвил он чертовски безразличным тоном, которым всегда объявлял самые неприятные новости. – Ты наконец решил появиться в обществе. Ты решил больше никогда не появляться в обществе. Ты желаешь ее видеть. Ты не желаешь…
– Я не желаю слушать твою болтовню, Норт. Я просил тебя составить мне компанию и прийти сюда со мной, поскольку решил завершить одно дело. И ничего больше.
Девлин отвернулся и скрестил руки на груди.
– И ради этого я оставил теплую постель… и теплое местечко.
– Всегда терпеть не мог Лондон во время сезона, – мрачно заметил Сейбер, не желая обсуждать последнее увлечение Девлина. – Мне отвратительны игры, в которые тут играют.
– Кажется, ты умудрился пропустить почти все лондонские сезоны, старина. Мы оба прекрасно понимаем, что ты бы ни за что здесь не появился сегодня, если бы мог держаться подальше от…
– Марго сообщила мне, что тоже приглашена. Девлин коротко рассмеялся:
– Пытаемся скрыть истину, не так ли? Прекрасно. Да, Марго приглашена. Один ее родственник знаком с отцом графа Иглтона.
– Она скорее всего не придет.
– Да, скорее всего, – согласился Девлин. – Мне и самому здесь скучно, старина. Смотреть на праздник со стороны никогда не доставляло мне особенного удовольствия. Я привык быть в гуще событий.
Сейбер с нескрываемым презрением заметил:
– И тебе приятно находиться среди стаи мамаш, которые кудахчут, как наседки, и их пискливых цыпочек? Не говоря уже о скучающих папашах этих самых цыпочек или целой армии так называемых достойных женихов, которые строят из себя невесть что.
– По-моему, это ты строишь из себя невесть что, – спокойно заметил Девлин.
Сейберу было нечего возразить. Девлин взглянул вниз через кольцо роскошных знамен, которые тихо колыхались над пестрой толпой в холле.
– Ты явился сюда, чтобы увидеть ее, – промолвил он, обращаясь к Сейберу. – Мне не обязательно произносить вслух ее имя – мы и так понимаем, о ком идет речь, верно? И есть еще одна причина, что заставила тебя появиться здесь сегодня, но об этом ты предпочитаешь молчать. Что ж, каждый вправе хранить свои секреты.
Секреты? Да вся его жизнь отныне стала тайной – болезненной, устрашающей тайной. И пусть так и будет. Но Элла напомнила про обещание, которое он дал когда-то, – он говорил, что придет на помощь, стоит ей только попросить. И не будет ему покоя, пока он не объяснит девушке, что он теперь другой человек и прошлые клятвы отныне теряют свою силу.
– Знаешь, что о тебе говорят в Лондоне? Сейбер нахмурился:
– И что же именно?
– А то, что вы с Марго любовники, что ты ее покровитель. Предполагают, что загадочный граф Эйвеналл имеет необычные сексуальные пристрастия и что он платит графине Перруш, чтобы та удовлетворяла его желания.
– Кто же эти болтуны, распускающие подобные небылицы? – Он понимал, что про него ходят всякие слухи, но в то же время не подозревал, что стал предметом светских сплетен.
– Эти болтуны – люди влиятельные, Сейбер. Ты ведь знаешь, до чего капризен наш маленький круг избранных. Там питаются сплетнями, и в последнее время основное блюдо – прекрасная вдовствующая графиня, которая проводит большую часть своего времени с графом-отшельником – одна, в его доме.
– Пускай этим и кормятся. Девлин пожал плечами:
– Я всего лишь предупреждаю тебя – ты должен понимать, что тебя ждет, если ты решишь продолжать в том же духе.
– А я и не собирался продолжать. Один тайный визит вовсе не означает, что я буду и впредь участвовать в подобных безумствах. А моего отсутствия никто и не заметит.
– Ошибаешься. О тебе говорят как о самом распутном повесе во всем городе.
– Меня считают распутником? – изумленно переспросил Сейбер. – Ради всего святого! Они называют меня повесой?
– Именно так. Загадочный Сейбер, граф Эйвеналл. О тебе шепчутся все эти пушистенькие цыпочки, прикрывшись веерами. За спинами своих мамаш они обмениваются между собой щекотливыми измышлениями на твой счет. И мамаши, в свою очередь, тоже кудахчут про тебя, мой друг. Как бы то ни было, ты неплохая добыча, старина.
– Да как же я могу…
– Это так, не спорь, – перебил его Девлин. – Я тебе лгать не буду. Как только ты начнешь появляться в обществе, то немедленно будешь включен в списки кандидатов в женихи. И будешь одним из первых в этих списках. Итак, я тебя предупредил.
– А ты сам? – отрывисто спросил Сейбер. – Вряд ли кто не знает об истинных размерах твоего состояния. Ходят слухи, ты богат, словно царь Мидас. Удивляюсь, почему ты до сих пор не женат.
Девлин вскинул руки и лениво потянулся.
– Я тебе сочувствую, дружище. Отбиваться от них до того утомительно – но я как-то справляюсь.
Сейбер не смог скрыть усмешку.
– Как скажешь. Не сомневаюсь, что ты преуспеешь в этом. Что ж, я открою тебе свой секрет – надеюсь, это тебя порадует. Я пришел сюда с единственной целью – и ты поможешь мне осуществить мой замысел. Я хочу увидеться с Эллой. Наедине. – Он указал на дверь за спиной. – Я буду здесь.
Девлин всплеснул руками.
– Понятно. Но мне кажется, по своей воле она не поднимется сюда со мной, а заставить ее – задача не из легких.
– Придумай что-нибудь, – промолвил Сейбер. – Отведи ее в сторонку и незаметно передай ей вот это.
– Что это? – спросил Девлин, уставившись на сложенный вчетверо листок бумаги, который Сейбер сунул ему в руку.
– Элле всегда нравилось получать письма. Она и сама рассылает огромное количество записок. Так что еще одно письмо не возбудит ее подозрений.
– Но…
– Постарайся вручить ей мою записку. Уговори девушку подняться ко мне. Тогда все скоро закончится, уверяю тебя. После сегодняшнего вечера ее будет передергивать от отвращения при одном упоминании моего имени.
Элле больше всего сейчас хотелось закрыть глаза и перенестись на тысячи миль отсюда. Красавец граф Иглтон и его супруга встретили мать и отца как старых друзей. Леди Иглтон была особенно приветлива с Эллой, но все остальное на этом тщательно подготовленном вечере не внушало ничего, кроме омерзения.
Ну почему она не может вернуться домой, в Шотландию? Теперь, когда она поняла, что должна отказаться от Сейбера, ей незачем больше оставаться в Лондоне.
Леди Джастина слегка тронула ее локтем и тихо сказала:
– Элла, прошу тебя, приободрись. И улыбайся. А то Джеймс и Селина решат, что тебе не нравится у них.
– Да мне и правда не нравится, – сердито прошипела в ответ Элла. – Они очаровательная пара. И к тому же никого не видят – только друг друга. Поэтому вряд ли заметят, что я несчастна.
– Элла! – Глубокие янтарные глаза матери затуманились печалью. – Тебе следовало сказать мне, что ты согласилась отправиться в Лондон только из-за Сейбера, – ты знала, что он здесь. По крайней мере я была бы к этому готова. Возможно, мне удалось бы уговорить его не прятаться от тебя.
Элла не в силах была заставить себя рассказать матери, что произошло между нею и Сейбером в последний раз, когда она была у него дома.
– Вряд ли бы он тебя послушал. Он эгоист да вдобавок ко всему упрям как осел. Надавать бы ему пощечин – он того заслуживает.
– Пощечин? – усмехнулась мать. – Какое странное желание. Милая моя, лучше бы тебе оставить подобную затею – что-то подсказывает мне, что этого делать не следует.
– Если бы я и хотела осуществить свое желание, как до него добраться? Он же все время сидит в своем мрачном особняке, запершись от всего света.
Леди Джастина обернулась к Элле.
– А откуда тебе известно, что у него мрачный особняк? Элла раскрыла белоснежный кружевной веер.
– Просто предполагаю, – небрежно промолвила она. – То, как он вел себя в Сибли, наводит на мысль о каком-нибудь зловещем месте. Мне не нравится мое платье.
– Но ведь ты сама его выбирала, разве не так? Элла мысленно поздравила себя с удачной отговоркой.
– Я выбрала его, чтобы польстить вкусам общества. Белый цвет придает моему лицу болезненный вид. Терпеть не могу блеклые, безжизненные цвета. По правде говоря, вообще не люблю носить вечерние платья вне зависимости от цвета. Вот только вернусь домой и ни разу их больше не надену. Может, поедем на Ганновер-сквер"1 Пожалуйста, я прошу.
Но прежде чем мать успела ответить, причем по выражению ее лица было ясно, что ответ будет отрицательный, перед Эллой вдруг возник худощавый шатен.
– Добрый вечер, мисс Россмара, – промолвил он. – Меня зовут Помрой Уокингем. Я друг вашего батюшки.
Элла прямо посмотрела в светло-серые, пустые глаза говорившего.
– Может, виконт упоминал наши имена? Мой отец – лорд Уокингем.
Элла услышала, как мать ахнула, потом сказала:
– Добрый вечер, мистер Уокингем. Как мило, что вы подошли к нам. А теперь прошу нас извинить, мы с Эллой…
– Лорд Хансиньор позволил мне поговорить с вами, Элла, – продолжал он со льстивой фамильярностью, от которой все внутри нее переворачивалось от отвращения. – Он сказал, что вы с удовольствием прогуляетесь со мной по саду. Насколько мне известно, парк здесь прелестный.
Полная дама вынырнула из пестрой толпы и тронула Помроя Уокингема за локоть. На ней были лиловое атласное платье и тюрбан, который был ей не совсем впору. Она обнимала за талию полногрудую пышную девицу с ярко-рыжими волосами.
Помрой бросил на даму безразличный взгляд.
– Мадам? – холодно промолвил он. Его леденящий душу взгляд остановился на девице. Сначала он взглянул в ярко-голубые, словно китайский фарфор, глаза, потом перевел взгляд на полные губы, затем – на пышную грудь, едва прикрытую тканью. Элла отметила про себя, что его внимание привлекли холмики белоснежной плоти с голубыми прожилками, обтянутые землянично-розовым газом.
– Мистер Уокингем, меня зовут миссис Эйбл. Жена преподобного Эйбла. Вашего отца и моего мужа судьба сводила много раз – вы об этом, вероятно, знаете. В церкви мы вас ни разу не видели, но ваш род имеет древнюю историю, и он связан с Сент-Сесиль. Я думаю, Октавий представил нашу маленькую Пришес в приходском доме в последний раз, когда вы навещали Ланкашир. Как жаль, что меня тогда не было дома.
Помрой беззастенчиво вперился взглядом в грудь рыжеволосой девицы.
– Я тоже сожалею об этом. – Наконец он вновь обратил внимание на миссис Эйбл. – Передайте мой поклон вашему супругу, – добавил он, продолжая стоять между миссис Эйбл и Эллой. – Итак, мисс Россмара, мы отправляемся на прогулку по саду.
– На улице прохладно, – вмешалась леди Джастина. – Не думаю, что нам с Эллой понравится эта прогулка.
– Элла накинет мой плащ, – возразил Помрой, почти не разжимая тонких губ. – Лорд Хансиньор убеждал меня, что это отличный выход из положения.
Тень тревоги пробежала по лицу матери.
– Уж не полагаете ли вы, что пойдете гулять вдвоем.
– Ну-ну, не волнуйтесь, – тихо промолвил Помрой. – Мы же не собираемся делать ничего дурного, вы меня понимаете, миледи?
Но от рыжеволосой дочки миссис Эйбл не так-то легко было отделаться.
– Меня зовут Пришес, – сказала она, обращаясь к Элле. – Моя матушка говорит, что для нас это первый сезон. Я никого здесь не знаю – вот разве что Пома. Ведь правда, Пом? – Она просунула руку ему под локоть и слегка ткнула в бок.
– Неужели? – обронил он в ответ. Жилка нервно подергивалась в уголке его глаза.
– Ну конечно, и ты это знаешь, – сказала Пришес. Голос у нее был детский, что никак не соответствовало ее пышным формам. – Дурачок, ты же прекрасно помнишь наш разговор – я говорила, что в Лондоне мне очень одиноко. Ну, разве что за исключением тех минут, когда я с тобой.
На виске у Помроя пульсировала вена.
– Вас, быть может, ищет ваша матушка, Пришес?
– Я здесь, мистер Уокингем, – зачирикала сзади него миссис Эйбл. – Не тревожьтесь, я знаю, когда моя девочка с вами, с ней ничего не случится.
Элла чуть не расхохоталась – так весело ей не было за весь вечер.
– Очень рада была с вами познакомиться, Пришес, – промолвила она, улыбаясь рыжеволосой девице. Не упрекать же ее за отсутствие вкуса в одежде или детский голосок. – Мистер Уокингем желает прогуляться по саду. Составьте ему компанию, прошу вас.
– О, с удовольствием, непременно! – с жаром согласилась Пришес. – Пойдем, Пом. Ты покажешь мне кустарниковую аллею, – добавила она с глупым хихиканьем.
В этот момент знакомое лицо мелькнуло в толпе. – Девлин! – воскликнула Элла. – Мама, это же Девлин Норт! Ты помнишь, у него поместье в Нортклиффе. – Шотландские владения Девлина граничили с землями Керколди-Касл.
– Как же я могу забыть, – сдержанно ответила леди Джастина. – Хотя и прошло уже много лет, я все помню.
Девлин заметил Эллу и улыбнулся. Раскланиваясь и бормоча приветствия тем, мимо кого он протискивался в толпе, Девлин приблизился к Элле и ее матери.
– Девлин, – радостно промолвила Элла. – Я и не знала, что вы в Лондоне. – Она чувствовала, что Помрой все еще здесь, но не удостоила его даже взглядом.
– Я часто бываю в Лондоне, моя дорогая, – ответил Девлин. Он взял руку Джастины и, склонившись, слегка прикоснулся к ней губами. – Счастлив вновь увидеться с вами, миледи, – сказал он ей.
Она глубоко вздохнула и промолвила:
– Как поживаете, мистер Норт?
– Ну мама, прошу тебя, зови его Девлин. Джастина выдавила из себя улыбку.
– Ну хорошо, Девлин. Мы так давно не виделись. Да, это было давно. Родители тогда еще ошибочно думали, что Девлин пытается ухаживать за Эллой, а она была в то время совсем юной. На самом-то деле Девлин принес ей весть о состоянии здоровья Сейбера, который был серьезно ранен в Индии.
– Счастлива была познакомиться с вами, Элла, – прочирикала Пришес Эйбл. – Мы с Помом пойдем прогуляемся. Не так ли, Пом?
Элла одарила Пришес любезной улыбкой.
– Пусть он одолжит вам свой плащ. В саду прохладно.
– О, несомненно. Ты ведь дашь мне свой плащ, Пом? – подхватила Пришес, дергая его за руку. – Пойдем же, мама.
Помрой весь дрожал от еле сдерживаемой ярости, и тем не менее странное трио неуклонно следовало в направлении французских дверей, выходящих на террасу. Элла проводила их глазами, и от нее не укрылось, что миссис Эйбл не последовала за своей дочерью и Помроем.
– Какое потрясающее сборище, – заметил Девлин, обозревая блистательное собрание.
Джастина устало переступила с ноги на ногу.
– О да, – коротко согласилась она. Когда ей приходилось долго стоять на одном месте, ушиб, полученный в детстве и сделавший ее хромой, причинял боль.
– Вы прелестно выглядите, Элла.
– Благодарю вас.
– Вам, миледи, очень идет маковый цвет, – сказал Девлин Джастине.
– Благодарю.
«Вы говорили с Сейбером?»
– Давно вы в Лондоне, Девлин? – Если бы только можно было поговорить с ним наедине! Может, он что-нибудь знает… К примеру, как найти Сейбера и заставить того объясниться.
– Я в течение нескольких лет часто наезжаю в Лондон. Что поделать, дела.
– Понимаю.
– Скажите, Арран и Грейс не собираются в Лондон, чтобы помочь вам завоевать высший свет? – спросил он, имея в виду брата Струана и его супругу.
– Они приедут на бал, который папа с мамой дают в конце сезона, – ответила Элла, стараясь выглядеть радостной и оживленной. – И Кэлум… я имела в виду, герцог Фрэнкхот, и Пиппа тоже собираются устроить бал в мою честь.
Девлин пристально разглядывал ее.
– Итак, вся семья собирается вместе?
– Мой брат Макс, вероятно, не сможет приехать. Он сейчас в Итоне. Но мамина бабушка должна вот-вот прибыть в Лондон.
Девлин ухмыльнулся.
– Знаменитая вдовствующая герцогиня Фрэнкхот. У меня уже заранее поджилки трясутся.
Элла вскинула подбородок.
– Прабабушка Фрэнкхот мой лучший друг. Мы прекрасно ладим друг с другом.
– Ой! – Девлин сделал вид, что защищается от невидимых ударов. – Простите меня. Я ничуть не хотел обидеть вашу почтенную родственницу.
Она шутливо стукнула его кулачком.
– Вы смеетесь надо мной, сэр.
Мать нервно теребила складки своей юбки.
– Я думаю, надо отыскать твоего отца, – промолвила она. – Маркиз Кэстербридж намеревался обсудить с ним какие-то дела, но я уверена, Струан нас уже ищет.
– Он ищет тебя, а не меня, – резко возразила Элла. – Почему бы тебе не пойти и не избавить его от утомительного разговора. А я останусь с Девлином, с ним я в безопасности, не так ли? – Она встретилась невинным доверчивым взглядом с его глазами. Глаза у него тоже были зеленые, но не такие темные и завораживающие, как у Сейбера.
Мать укоризненно вздохнула и продолжала, обращаясь исключительно к Девлину:
– С этого момента, сэр, я вверяю вам свою Эллу. Вы ей нравитесь. И она очень скучала до вашего прихода. Раз ваше общество ей приятно, вы оказываете нам всем неоценимую услугу. Но будьте осторожны. Один неверный шаг, и вам придется иметь дело с мужчинами семейства Россмара – и мой брат, герцог, присоединится к ним. Как бы то ни было, у меня по отношению к вам необъяснимо теплые чувства. Но ведь никогда не можешь быть полностью уверенным в ком-то. Так докажите мне, что я не ошиблась в вас, будьте любезны.
Как только мать ушла, краска залила щеки Эллы.
– Простите, – сказала она Девлину. – Мои родители всегда так беспокоятся за меня.
– Да, – промолвил он. Тон его изменился, стал почти сердитым. – Меня мучает жажда. Позвольте я вас отведу к столам с прохладительными напитками.
Элла напряженно смотрела ему в глаза, пытаясь найти разгадку такой перемены в настроении, но так ничего и не заметила, кроме странного отсутствия каких-либо эмоций на его лице.
– Благодарю вас, – ответила она, слегка нахмурившись. – Это было бы чудесно.
Он предложил ей руку, и девушка чинно последовала за ним. От нее не укрылись завистливые взгляды матрон и их незамужних дочек, пока она проходила мимо них под руку с Девлином.
– Поймала кавалера, – слышала она злобный шепот. – А сама-то черна, как цыганка.
Элла надменно вскинула голову, но ускорила шаг.
– Не спеши, малышка, – мягко промолвил Девлин. – Они просто ревнуют. Ты здесь самая хорошенькая, и за это тебя ненавидят.
– Я никто, – возразила Элла и остановилась. Он взглянул на нее сверху вниз и пробормотал:
– Вот здесь ты ошибаешься. Ты очень даже «кто». Как бы я хотел… – Он на мгновение сжал губы. – Надо найти место, где нам не помешают.
Она судорожно втянула в себя воздух.
– Мне надо кое-что передать тебе от твоего друга. Проводив ее в банкетный зал, где столы ломились от множества деликатесов, приятных глазу и языку, Девлин направился вместе с Эллой в коридор, ведущий к двери у подножия огромной мраморной лестницы.
Войдя в комнату, он приложил палец к губам и прикрыл за собой дверь.
– Читай, – сказал он, протягивая ей сложенный конвертиком лист бумаги. – Быстрее. У нас нет времени.
Элла медленно развернула листок.
– Скорее, – приказал Девлин. – Если тебя хватятся, нам обоим несдобровать.
Элла расправила листок внезапно похолодевшими пальцами и поднесла его к свече в настенном канделябре.
– «Элла, – прочла она, – твоя настойчивость мучит меня. Если ты, наконец поняла, что то, о чем мы оба мечтаем, невозможно, забудь об этом письме. Но если ты до сих пор сомневаешься, приходи сейчас ко мне. Девлин тебе поможет меня найти. Сейбер».
Она ухватилась за рукав Девлина.
– Элла? – Он тревожно склонился к ней. – Ты нездорова?
– Нет, – ответила она, когда к ней вернулся дар речи. – Я потрясена, но со мной все в порядке. Где он? У него дом на Берлингтон-Гарденз.
– Он здесь.
Элла огляделась вокруг.
– Нет, в этой комнате его нет. Но он здесь, в доме. Он ждет тебя в комнате наверху. Очевидно, ты умоляла его о встрече, и он исполнил твою просьбу.
– Отведи же меня к нему.
Девлин сделал движение, словно хотел прикоснуться к ее волосам, но тут же опустил руку.
– Ты уверена, что хочешь его видеть?
– Да! – твердо промолвила она. – Да, да! Я ничего так в жизни не желаю, как увидеть Сейбера.
Он холодно поклонился ей, а когда выпрямился, выражение его лица снова было непроницаемым.
– Тогда не будем больше медлить. Я проведу тебя наверх по лестнице для слуг – остается только молить Бога, чтобы мы никого не встретили по дороге. Я надеюсь, все заняты сейчас гостями Иглтонов.
Элле было все равно, кто их увидит. Она последовала за Девлином мимо тяжелых зеленых портьер, скрывающих вход на лестницу, такую узкую, что ее юбки с шуршанием касались стен.
Они поднимались и поднимались виток за витком, пока не остановились перед очередной портьерой, которая скрывала короткий проход и дверь в глубине.
Девлин открыл дверь, и Элла услышала отдаленный шум праздника. Они находились на балконе прямо над бальным залом.
Сердце девушки сжалось. Она застыла на месте, и Девлин остановился, почувствовав это. Он нахмурился и жестом пригласил ее следовать за собой.
Прижав руку к груди, словно желая успокоить отчаянно бьющееся сердце, она догнала его у следующей двери, обрамленной каменной готической аркой.
Тяжелая дубовая дверь оказалась чуть приоткрытой. Света не было видно.
Элла взглянула на Девлина.
Он взял ее руку в свои и легонько сжал.
– Сейбер ждет тебя, Элла. Помни, ему многое пришлось вынести. Он и сейчас продолжает страдать. Если его поведение покажется тебе странным, будь великодушна и не суди его строго. Он любит тебя.
Сейбер любит ее, но избегает встреч с нею. А теперь он решил назначить ей свидание, чтобы убедить в том, что она ошиблась на его счет.
– Благодарю тебя, – сказала Элла Девлину. – Мне кажется, будет лучше, если ты сейчас вернешься к остальным гостям. Я сама найду дорогу обратно.
Он несколько мгновений пристально смотрел на нее, потом повернулся и пошел прочь, не прибавив больше ни слова.
Элла коснулась рукой двери и слегка ее толкнула.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?