Читать книгу "Теория государства и права"

§ 5. Пробелы в праве. Применение аналогии закона и аналогии права

Под пробелом в праве обычно понимается полное или частичное отсутствие правового регулирования той сферы отношений, которая объективно требует регламентации и без обязательных для исполнения юридических норм не может нормально функционировать.

Пробелы в праве могут быть выявлены в выступлениях различных лиц в средствах массовой информации, в научных исследованиях, опросах общественного мнения. Это пробелы в общесоциальном смысле. В собственно юридическом смысле пробел имеет место, когда с определенной очевидностью можно констатировать, что данный вопрос входит в сферу правового регулирования и должен решаться юридическими средствами, но конкретное его решение в целом или частично не предусмотрено в нормативных актах.

ЗАКОН ГЛАСИТ -

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 17 февраля 2003 года Дело № 78-Г03-6

В частной жалобе муниципальный Совет просит отменить указанное определение и передать дело на новое рассмотрение в Санкт-Петербургский городской суд.

Изучив доводы жалобы, как основной, так и дополнительной, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит обжалуемое определение судьи Санкт-Петербургского городского суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

Приостанавливая производство по делу, судья сослалась на аналогию права и положение п. 4 ст. 214 ГПК РСФСР.

Пробельность законодательства – и его недостаток, и его перманентное свойство. Трудно представить себе столь полное и совершенное законодательство, в котором имеются исчерпывающие ответы на все жизненные вопросы. Даже если такое совершенство и достижимо, то это в любом случае временное состояние, так как жизнь развивается по собственным неюридическим закономерностям. Законодательство в силу разных обстоятельств не успевает быстро реагировать на общественные потребности, кроме того, пробельность выражает изъяны законодательства, возникшие по вине правотворческих органов, допустивших определенные упущения. Суды вправе признавать нормы неконституционными, но сами пробел восполнить не вправе, они участвуют в создании пробелов. Но все перечисленные сложности формирования полного и справедливого законодательства не освобождают суд и другие правоприменительные органы от вынесения законного акта.

Существует два способа преодоления пробелов в праве: аналогия права и аналогия закона.

ЗАКОН ГЛАСИТ -

30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ

ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Статья 6. Применение гражданского законодательства по аналогии.

1. В случаях, когда предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 2 настоящего Кодекса отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон и отсутствует применимый к ним обычай, к таким отношениям, если это не противоречит их существу, применяется гражданское законодательство, регулирующее сходные отношения (аналогия закона).

2. При невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости.

При обнаружении пробела в праве первоначально следует найти норму, регулирующую наиболее близкое (аналогичное) отношение. Такой способ представляет собой аналогию закона.

Если аналогичной нормы нет, то применяется аналогия права, т. е. применение к рассматриваемому случаю общих начал и принципов правового регулирования отрасли права или правового института.

Применение аналогии права и закона осуществляется с учетом некоторых правил.

Аналогия возможна только в тех отраслях права, где она разрешена. Так, разрешение на аналогии установлено п. 6 ст. 13 АПК РФ, ст. 6 ГК РФ. Статьей 5 СК РФ установлено разрешение использовать аналогии: «Права и обязанности членов семьи определяются исходя из общих начал и принципов семейного или гражданского права (аналогия права), а также принципов гуманности, разумности и справедливости».

В некоторых отраслях права аналогии запрещены, например, ч. 2 ст. 3 УК РФ установлено, что применение уголовного закона по аналогии не допускается.

Первоначально поиск соответствующей нормы осуществляется в рамках одной отрасли права, затем в родственных отраслях, а лишь затем в принципах права.

Следует при этом иметь в виду, что применение аналогии не является способом восполнения пробела в праве. Пробел продолжает сохраняться, так как создание правовых норм отнесено к компетенции правотворческих, а не правоприменительных органов.

ЗАКОН ГЛАСИТ

УГОЛОВНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Статья 3. Принцип законности

1. Преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только настоящим Кодексом.

2. Применение уголовного закона по аналогии не допускается.

Рекомендуемая литература

1. Бошно С.В. Правоведение: основы государства и права. М.: Юрайт, 2014.

2. Галаган И.А. К проблемам теории правоприменительных отношений // Государство и право. 1998. № 3. С. 12–19.

3. Исаков В.Б. Юридические факты в советском праве. М., 1984.

4. Лазарев В.В. Применение советского права. Казань, 1972.

5. Маликов М.К. Проблемы реализации права. Иркутск, 1988.

6. Петровский И.А. Метод аналогии в юриспруденции // Современное право. 2009. № 5.

7. Решетов Ю.С. Реализация норм советского права. Казань, 1989.

8. Фалькина Т.Ю. К понятию механизма реализации права как разновидности правового механизма // Право и образование. 2007. № 4.

9. Яковлев В.Ф. О системном применении права (выступление в Высшем Арбитражном Суде РФ) // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2007. № 4.

Глава 15. Толкование норм права

✓ Понятие толкования права.

✓ Причины и цели толкования.

✓ Способы толкования.

✓ Логическое толкование.

✓ Филологическое толкование.

✓ Историческое толкование.

✓ Виды толкования норм права.

✓ Официальное и неофициальное толкование норм права.

✓ Аутентичное толкование норм права.

✓ Особенности судебного толкования.

§ 1. Понятие толкования норм права

ЗАКОН ГЛАСИТ -

КОНСТИТУЦИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Статья 125

5. Конституционный Суд Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, органов законодательной власти субъектов Российской Федерации дает толкование Конституции Российской Федерации.

Статья 126

Верховный Суд Российской Федерации является высшим судебным органом по гражданским, уголовным, административным и иным делам, подсудным судам общей юрисдикции, осуществляет в предусмотренных федеральным законом процессуальных формах судебный надзор за их деятельностью и дает разъяснения по вопросам судебной практики.

Вопрос о толковании права является как традиционным, так и дискуссионным вопросом теории права, особенно в связи с применением и других форм реализации права. Об актуальности толкования свидетельствует тот факт, что ряд положений Конституции РФ непосредственно регулирует вопросы толкования. Например, часть 5 ст. 125 Конституции РФ предоставляет Конституционному Суду Российской Федерации по запросам Президента Российской Федерации, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, органов законодательной власти субъектов Российской Федерации давать толкования Конституции РФ. На основании ст. 126 Конституции РФ Верховный Суд Российской Федерации уполномочен давать судам разъяснения по вопросам применения законодательства при рассмотрении ими гражданских, уголовных, административных и иных подсудных этим судам дел. Толкования даются в виде постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации и основываются на обобщении судебной практики, анализе судебной статистики и решений, принятых по рассмотренным делам.

Причины необходимости толкования норм права достаточно разнообразны:

✓ обеспечение единообразия практики применения одних правовых норм;

✓ неясности смысла нормативных актов;

✓ конкуренция законов;

✓ чрезмерное изобилие законов;

✓ наличие устаревших, но не отмененных законов;

✓ двусмысленность текстов.

Толкование должно служить целям правильного и единообразного понимания и применения закона, выявления его сути, которую законодатель вложил в словесную формулировку, призвано противодействовать любым попыткам отойти от точного смысла правовых норм, противопоставлять под разными предлогами «буквальный» и «действительный» смысл, букву и дух закона, его содержание и внешнюю форму, что является на самом деле скрытой формой изменения закона.

Определяя толкование, исходят из следующих основных подходов: толкование есть уяснение смысла права; толкование есть разъяснение смысла права; толкование представляет собой как уяснение, так и разъяснение смысла права. Считать толкование только уяснением смысла права – значит игнорировать специальную деятельность по разъяснению права (акты толкования). И наоборот, сводить толкование только к разъяснению смысла права – значит игнорировать мыслительный, познавательный процесс, предшествующий по времени любому разъяснению. Таким образом, разъяснение и уяснение – это взаимосвязанные стороны процесса толкования права. Толкование может состояться только как уяснение, но может перейти в разъяснение.

Толкование представляет собой мыслительный процесс, направленный на установление содержания норм права путем выявления значений и смысла терминов и выражений (знаков естественного языка), заключенных в нормативных актах.

Толкование-уяснение представляет собой внутренний мыслительный процесс познания, не выходящий за пределы сознания самого интерпретатора (т. е. лица, осуществляющего толкование). Оно характеризует гносеологическую (познавательную) природу толкования. Уяснение правовых норм предполагает творческую интеллектуальноволевую активность интерпретатора. От правильности, полноты и юридической точности уяснения права во многом зависит эффект его реализации.

Толкованию-уяснению подлежат все нормы права, но интенсивность подобного толкования зависит от индивидуального правосознания конкретных лиц, уровня юридической культуры субъектов, осуществляющих толкование. Оно тем незаметнее, чем выше юридическая подготовка соответствующих лиц. Следовательно, на толкование оказывает влияние общая эрудиция, уровень профессиональной подготовленности, индивидуально усвоенные навыки и умения работы с правовой материей. Уяснение неизбежно сопровождает процесс изучения правовых норм; оно осуществляется любым лицом вне зависимости от его образования, рода деятельности, правовой культуры, цели толкования.

Толкование-разъяснение есть деятельность по изложению и доведению до сведения других лиц познанного смысла права. Разъяснение выступает, во-первых, как интеллектуально-волевой процесс и, во-вторых, как его результат в виде акта толкования (постановление, разъяснение, инструкция и т. д.).

Разъяснение раскрывает, оформляет предшествующую познавательную деятельность в форме суждений, понятий, умозаключений. Цель разъяснения – словесно обосновать смысл норм права путем конкретизации правовых требований, развертывания содержания толкуемого правила до уровня дополнительной ясности.

Разъяснение может быть устным или письменным, но независимо от внешней формы оно включает в себя суждения и оценки по поводу содержания правовых норм.

Эти суждения и оценки составляют основное средство привнесения дополнительной ясности в смысл толкуемых норм. Результатом разъяснения является формулирование акта толкования права.

Уяснение может и не перерасти в разъяснение. Такова роль уяснения при соблюдении и использовании правовых норм. Вместе с тем, перерастая в разъяснение, процесс толкования всегда заканчивается актом толкования.

Взаимоотношение уяснения, разъяснения и акта толкования как основных элементов толкования может быть охарактеризовано на примере взаимосвязи философских категорий содержания и формы. Акт толкования является формой, в рамках которой осуществляются познание и объяснение смысла правовых норм (т. е. содержание).

С учетом изложенного толкование права можно представить как интеллектуально-волевую деятельность по уяснению и разъяснению смысла норм права в целях их наиболее полной реализации. В ходе толкования осуществляется постижение смысла права, расшифровка и обоснование его в форме конкретизирующих понятий, суждений о содержании государственной воли.

Для понимания толкования большое значение имеет вопрос о воле законодателя. В этой связи развернулась дискуссия о том, что подлежит уяснению в процессе толкования: воля законодателя или смысл самого закона. Высказываются мнения, что толкование должно воспроизвести те представления и понятия, которые связывал с данной нормой ее создатель, т. е. в толковании должна быть выявлена невысказанная прямо воля законодателя, такой подход можно назвать расширительным. Противоположное мнение состоит в том, что для толкования существенно то, что выражено в законе, а не то, что хотели в нем выразить. Эта точка зрения направлена на сужение свободы интерпретатора. Он лишается возможности домысливать законодателя.

Проблема эта особенно важна в политически сложные, переходные периоды жизни и развития общества, особенно когда между временем издания закона и ситуацией его применения лежит значительный отрезок времени. Изменившиеся условия общественного развития зачастую создают представления о возникновении разрыва между волей законодателя и волей самого закона.

Однако следует помнить, что сама постановка вопроса, допускающая отрыв воли законодателя от словесной формы его выражения, содержит в себе возможность теоретического оправдания вольного обращения с формами права на том основании, что они не всегда выражают действительные намерения их создателей. Поэтому правоприменитель должен помнить: в процессе толкования установлению подлежит воля законодателя, получившая свое объективное выражение в действующем законодательстве.

Не намерения и мотивы законодателя, оставшиеся за пределами созданного им нормативного акта, а государственная воля, объективно закрепленная в письменной форме, является объектом познания и интерпретации.

Целью толкования законов является раскрытие истинного смысла законодательных норм, каждая из которых представляет собой выраженную в словах мысль законодателя.

Следовательно, при толковании нормативного акта должны соблюдаться правила, необходимые для его понимания в качестве литературного произведения. Эти правила вырабатываются особой отраслью филологии, называемой герменевтикой – наукой, занимающейся построением теории искусства понимать устную и письменную речь. Учение о толковании законов является специальной ветвью этой науки – юридической герменевтикой.

Используя знания герменевтики, следует учитывать следующие особенности законодательных текстов:

✓ предназначены к применению на практике;

✓ составляют в своей совокупности одно связное целое;

✓ издаются для какой-либо практической цели, к достижению которой должен стремиться законодатель;

✓ основываются на тех или иных соображениях справедливости и целесообразности;

✓ законодатель может самостоятельно устанавливать обязательные правила толкования.

Таким образом, материал для способов толкования черпается из юридической герменевтики, из анализа свойств законодательных норм и предписаний самого закона.

Прежде чем приступить к толкованию нормы, которая подлежит применению в данном случае, юрист должен удостовериться, не получила ли она ранее толкования, в первую очередь официального. Если окажется, что такое разъяснение существует, то задача юриста упрощается. Поскольку безусловная юридическая обязательность присуща только нормативным актам, то и разъяснения могут быть обязательными только тогда, когда они заключаются в тексте самого законодательства или когда такая обязательность придана им нормативным правовым актом. Поэтому обязательные разъяснения называются законными, или легальными, толкованиями. При отсутствии обязательного разъяснения юристу приходится самостоятельно заниматься исследованием смысла нормы.

Толкование распадается на две стадии сообразно тем средствам, которые ведут к познанию смысла норм права. Смысл каждой нормы можно определить прежде всего на основании значения слов, из которых она состоит. В таком случае толкование является чисто словесным, так как имеет дело только со словесной оболочкой нормы и ведет к раскрытию словесного или буквального ее смысла.

Но слова редко являются полным воплощением мысли. Поэтому буквальный смысл закона далеко не всегда соответствует его действительному, внутреннему содержанию, которое может быть обнаружено, если, кроме слов нормы, принять во внимание другие данные, например логическую связь нормы с другими нормами, ее цель, отношение к прежнему праву и т. д. Определение действительного, внутреннего смысла составляет задачу реального толкования.

Таким образом, выяснение смысла каждой нормы должно происходить в следующей последовательности:

✓ убедиться в отсутствии легального толкования (например, словарь терминов, постановления высших судебных инстанций);

✓ произвести словесное толкование для установления буквального смысла;

✓ произвести реальное толкование для установления истинного смысла норм права.

Реальное толкование осуществляется на основании следующих правил:

✓ нормы должны быть толкуемы с помощью внутренних источников;

✓ если смысл нормы права после его толкования с помощью внутренних источников выяснился, то ни изменять, ни дополнять его на основании внешних источников нельзя; пользоваться ими можно только для проверки и подтверждения уже полученного результата;

✓ если норма осталась неясной, несмотря на толкование ее с помощью внутренних источников, то необходимо обратиться для выяснения ее смысла к внешним источникам, официально опубликованным для сведения.

Толкование норм права – это деятельность органов государства, должностных лиц, общественных организаций, отдельных граждан, направленная на установление содержания норм права, на раскрытие выраженной в них воли социальных сил, стоящих у власти.

Толкование права имеет определенную социально-политическую направленность, ибо связано с уяснением и разъяснением выраженной в праве государственной воли. Толкование права должно служить целям выявления точного смысла правовых норм для того, чтобы обеспечить их правильную реализацию, в соответствии с режимом законности.

§ 2. Способы толкования норм права

Способы толкования норм права – это специальные приемы, правила и средства познания смысла правовых норм, используемые интерпретатором сознательно или интуитивно для получения ясности относительно правовых явлений.

Следует различать способ и приемы толкования права. По объему понятие способ шире и включает в себя технические приемы и средства познания. Прием – это конкретное познавательное действие, движение мысли интерпретатора (сравнение, аналогия).

Рассмотрим наиболее востребованные способы толкования. Систематический способ состоит в уяснении смысла правовой нормы путем сравнения ее с другими нормами, выявление ее связей в общей системе правового регулирования или системе права. Этим способом изучаются системообразующие связи права: субординация, координация, управление, происхождение и т. д. С использованием этого способа выявляются и устраняются противоречия (коллизии) между нормами и актами.

Данный способ имеет специфические правила:

✓ в случае противоречия между нормами, изданными разными органами, следует исходить из субординации органов;

✓ в случае издания противоречащих норм одним органом действительной является норма, принятая позднее.

Филологический способ (языковой или грамматический) представляет собой рассмотрение словесной оболочки норм права. Сущность этого способа состоит в выяснении смысла правовой нормы при помощи средств грамматического анализа текста нормативного акта. Содержанием филологического толкования выступает совокупность мыслительных операций, позволяющих путем грамматического разбора письменной речи законодателя устранить возможные противоречия смысла нормы или между нормами выяснить значение отдельных слов и всего текста в целом. При этом выясняется роль союзов, предлогов, запятых и т. д.

Первая стадия филологического толкования – установление принадлежности нормы законодателю и проверка ее истинности (критика нормы). Например, если мы имеем дело с нормативным правовым актом, изданным в составе сборника или отдельной брошюрой, то надо сверить этот текст с официальным. Таковым является документ в публикации «Собрания законодательства Российской Федерации», «Российской газеты», «Парламентской газеты», сайта www.pravo.gov.ru. Не исключено, что будут обнаружены ошибки неофициального издания, примеров чему достаточно.

Известно, что неясности смысла в тексте закона иногда являются результатом применения специальных требований законодательной техники. Поэтому при анализе словесного состава нормы следует помнить, что слова могут употребляться в обычном и исключительном значении, в основном и переносном смысле, в обширном и узком значении, в значении обыденном и техническом. Язык законодательства сильно отличается от повседневной речи, в связи с чем постижение его смысла требует усилий. Например, в обыденной речи слово «местный» означает свой, уроженец или житель определенной территории. В юридической терминологии это слово наделено особым смыслом, совершенно не соответствующим общеупотребительному. Так, п. 2 ст. 2 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» установлено, что «термины «муниципальный» и «местный» и словосочетания с этими терминами… применяются в случаях, касающихся осуществления населением местного самоуправления». Очевидно, что в данном случае искусственно образованные законодателем, которые можно установить только из закона. Самому предвидеть такие понимания терминов невозможно.

Словесный способ включает несколько элементов: лексический, синтаксический, логический, стилистический.

Лексический элемент представляет собой рассмотрение каждого слова нормы в отдельности. Он исследуется при помощи словарей, фиксирующих и сохраняющих смысл слов. Одно и то же слово может иметь разное содержание в обыденном и специально-юридическом смысле. Например, слово «владение» в словаре обозначается как территория, здание, пользование, а в контексте права собственности, т. е. в юридическом смысле, владение означает физическое господство над вещью.

Синтаксический элемент представляет собой анализ слов в предложении. Анализируется порядок слов в предложении, способ их сочетания. Синтаксический анализ можно продемонстрировать на примере ст. 532 ГК РСФСР (1964 г.), в соответствии с которой наследником являлся «ребенок умершего, родившийся после его смерти». Последовательность слов определяла хронологию событий, которые предоставляют право наследовать. Часть третья Гражданского кодекса РФ (2001 г.) придала этому правилу другую словесную формулировку защищаемого лица: «зачатого, но еще не родившегося ребенка». О точности и уместности формулировок еще долго будут спорить юристы и филологи. Интересно, что первоначальное словосочетание (1964 г.) более тридцати лет вызывало недоумение. И если в части наследственного права она устранена, то в части второй Гражданского кодекса РФ (ст. 1088) она сохранилась в прежней редакции (ст. 459.1 ГК РСФСР 1964 г.).

Логический элемент — анализ связи между элементами предложения. Так, одни слова обусловливают другие, в словосочетании и в разных целях может изменяться смысл слов. Например, слово «владение» меняет смысл в зависимости от контекста. Наиболее распространенным является подход к владению как составному элементу права собственности, выражающемуся в физическом господстве над вещью. Именно в таком смысле оно использовано в п. 1 ст. 224 ГК РФ: «вещь считается переданной с момента ее фактического поступления во владение приобретателю или указанного им лица». В п. 3 ст. 100 ГК РФ говорится об акционерах, «владеющих акциями». Однако из названия статьи и контекста очевидно, что речь идет о собственниках акций. Добросовестное владение в связи с приобретательской давностью (ст. 234 ГК РФ) предполагает обращение с вещью как со своей, т. е. пользование ею.

Стилистический элемент изучает стиль и слог контекстов нормативных актов. В целом применение данного элемента должно ограничиваться общим требованием экспрессивной нейтральности языка закона и общим стилем законодательства. Тем не менее стиль и слог разных законов имеют определенные отличия. Так, стиль уголовного законодательства куда более определен и точен в сравнении с языком гражданского законодательства. Например, в Гражданском кодексе РФ широко используются такие неопределенные формулировки, как разумные условия (ст. 314 ГК РФ), добросовестность, справедливость (ст. 6 ГК), существенное значение (ст. 178 ГК РФ).

Приведем некоторые правила словесного толкования. Так, если в самом законе указано, в каком смысле употребляется данное слово, то в таком смысле оно и должно быть понимаемо. Это правило теряет силу, если в каком-либо частном случае с несомненностью обнаружится, что вопреки своему собственному определению законодатель придал известному слову другой смысл.

Если смысл слова прямо не определен в самом законе, то следует установить его на основании сопоставления параллельных мест.

Словам нормы должен придаваться тот смысл, в каком они употреблялись во время издания.

Слова закона должны быть понимаемы в том смысле, в каком они употребляются в местном языке или диалекте, из которого они заимствованы. Это правило может иметь значение для законодательства субъектов Российской Федерации. Например, «казачьи круги», «хурал» и другие слова отражают самобытность территорий страны, отдельной местности, национальности.

Словам должно придаваться то значение, какое с ним связывается в данном кругу лиц. Это связано с тем, что смысл слова зависит от его адресата. Например «безопасность» имеет общий смысл, определенный Федеральным законом «О безопасности» как состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз. В других нормативных актах содержание этого понятия существенно изменяется для соответствующих целей. Так, например, Концепцией национальной безопасности Российской Федерации установлено, что под национальной безопасностью Российской Федерации понимается безопасность ее многонационального народа как носителя суверенитета и единственного источника власти в Российской Федерации.

В контексте пищевых продуктов безопасность представляет собой состояние обоснованной уверенности в том, что пищевые продукты при обычных условиях их использования не являются вредными и не представляют опасности для здоровья нынешнего и будущих поколений (Федеральный закон «О качестве и безопасности пищевых продуктов»).

Каждой норме, взятой целиком, должен быть придаваем тот смысл, какой соответствует ее синтаксическому строению.

Как при определении смысла отдельных слов, так и при установлении общего смысла закона, взятого целиком, необходимо сообразоваться с единым стилем юридического документа.

Историко – технический способ объединяет два момента. С одной стороны, изучаются исторические условия издания нормативного акта, с другой – социально-политические цели, которые преследовал законодатель, издавая правовой акт. Изучаются история принятия нормы, цели, мотивы, обусловившие ее принятие, социально-экономические, политические факторы правотворчества. Это способствует более глубокому проникновению в смысл действующего права. Особое значение данного способа в сегодняшних условиях объясняется тем, что законодатель устраняется от части своих обязанностей. Так, при создании новых норм предыдущие нормы по этому же предмету не отменяются. В целом законодатель видит свою обязанность только в создании новых норм права. Следить за отменой устаревших норм, решать вопросы противоречия норм – этим правотворческие органы пока не занимаются в должной степени. Для решения задачи единства правового пространства законодатель отдает соответствующие указания гражданам. Примером может служить ст. 4 Федерального закона «О введении в действие части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации»: «Впредь до приведения законов и иных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, в соответствие с частью третьей Кодекса законы и иные правовые акты Российской Федерации, а также акты законодательства Союза ССР, действующие на территории Российской Федерации в пределах и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации, применяются постольку, поскольку они не противоречат части третьей Кодекса».

Эта традиция была заложена еще в Федеративном договоре и позже отражена в Конституции РФ 1993 года. Пункт 2 Заключительных и переходных положений Конституции РФ указывает: «Законы и другие правовые акты, действовавшие на территории Российской Федерации до вступления в силу настоящей Конституции, применяются в части, не противоречащей Конституции Российской Федерации».

ЗАКОН ГЛАСИТ -

11 ноября 2003 года № 147-ФЗ РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ

ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ЗАКОН

О ВВЕДЕНИИ В ДЕЙСТВИЕ ЧАСТИ ТРЕТЬЕЙ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Статья 4. Впредь до приведения законов и иных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, в соответствие с частью третьей Кодекса законы и иные правовые акты Российской Федерации, а также акты законодательства Союза ССР, действующие на территории Российской Федерации в пределах и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации, применяются постольку, поскольку они не противоречат части третьей Кодекса.

Таким образом, историческое толкование сегодня достаточно востребовано. Проведем один пример. В действующих нормативных правовых актах упоминается выражение «социалистическая законность» (например, в ст. 10 Закона СССР «О кооперации в СССР»), «товарищеский суд» (например, в ст. 2 Закона РСФСР «О судоустройстве РСФСР»). Последний термин сохранился даже несмотря на то, что ст. 49 Федерального закона «Об общественных объединениях» признан утратившим силу Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 11 марта 1977 г. «Об утверждении Положения о товарищеских судах и Положения об общественных советах по работе товарищеских судов».

Логический способ толкования права заключается в использовании средств формальной и диалектической логики при познании правовых явлений. Объектом исследования являются не отдельные слова, а внутренние связи между частями нормативного акта, логическая структура правовых предписаний. При этом логический и языковой анализ сочетаются. Наиболее востребованы такие логические операции, как дедукция, переход от общего к частному, причина и следствие, сравнение понятий по объему, и другие.