Читать книгу "Тихоня против боевого мага"

Глава 14. Отработка

Вивьен Силвертон

Вот гад!

Всё я поняла, хотя и не с первого раза.

Но зачем было утаскивать блокнот? Я его всегда при себе держала, никому бы не дала нос сунуть, особенно теперь, когда лорд ткнул меня носом в основы безопасности.

Сегодня же попрошу помощи у наставника. Он заставит этого самоуверенного громилу всё вернуть.

О том, что этот боевик в чём-то оказался сообразительнее меня, я старалась не думать. Не в алхимии же.

– Кейранчик, – злобно прошипела я в пустой дверной проём. – Скорее Кейранище.

И угораздило же его заявиться именно в тот момент. Всё успел услышать и про зелье, и про Кейранчика.

Надеюсь, не подумал, что я отношусь к его фанаткам? При этой мысли в прохладном помещении стало жарко.

Я вообще не то имела в виду. Ласковое имя относилось больше к мандрагоре. Да, точно. Она же теперь маленький слепок магии большого Кейрана.

Что только теперь с этим слепком делать, если хозяину он не нужен? Я забарабанила пальцами по столешнице. Мне тут как-то тоже не особенно хочется хранить постоянное напоминание о лорде Стормвейле.

Может, накачать её опять чистым эфиром?

Ага! И уничтожить доказательство эксперимента.

Нет. Сначала стоит показать её профессору Мелони такой, как есть. Он сильнейший из целителей – поймёт и оценит перспективы.

В лазарет порой привозят магов, пострадавших на разломах. Помимо обычных травм, у многих наблюдается истощение магического ресурса. Теперь можно будет им оперативно помогать.

А насчёт безопасности… Я задумалась. Это моё изобретение вряд ли заинтересует секту. У Безмолвных нет задачи накачивать магов силой, скорее наоборот.

Вот только сразу бежать к Мелони, пожалуй, не стоит. Прежде чем трубить об открытии, нужно проверить, не сработал ли катализатором ещё кто-нибудь из участников переполоха: эссенция Хаоса, нейтрализатор или тот же Люцидус.

Завтра сделаю запрос на ещё один корень. Можно будет никого не привлекать, а накачать его своей магией.

Я приободрилась. План действий есть: добыть блокнот и получить ещё один корень. А пока нужно устроить мою драгоценную мандрагору поудобнее и вернуть лаборатории рабочее состояние. А то шага не сделать: осколки хрустят.

Первым делом я достала с одной из полок большой стеклянный короб и водрузила его на стол, затем из тумбы стола извлекла подушку, набитую сушёной мятой и лавандой, и уложила её внутрь короба.

– Ну что, пойдём осваивать новое жильё?

Мандрагора недовольно заворчала – совсем как человек, который начал засыпать, а его потревожили.

– Ты устала, маленькая, – проворковала я. – Ещё бы, столько всего произошло. Ты полежишь, отдохнёшь, а я приберусь. Иначе нахватаешься остаточного магического фона.

Я бережно перенесла корень на подушку. Мандрагора завозилась, пуская по матовым стенкам синие блики, свернулась в подобие клубка и затихла.

Её поведение смущало меня всё больше. Надо показать её наставнику.

На всякий случай я прикрыла короб стеклянной пластиной. Чистить лабораторию придётся при помощи оставшегося нейтрализатора. Один флакон, тот, которым я опрыскивала Кейрана, уцелел. Обнулять мандрагору точно не надо. Она живое доказательство того, что летучий эфир можно привязать к предмету и… моя заявка на стипендию в следующем году.

Я с удовлетворением оглядела своих рук дело. Внутри полупрозрачного тельца мандрагоры пробегали синие сполохи. Запах кедра и озона теперь стал слабее, но окончательно улетучиваться не желал.

Теперь приборка. Я огляделась.

После ухода массивного Стормвейла моя довольно скромная по размерам лаборатория внезапно показалась мне слишком просторной.

Кстати! А зачем он вообще сюда приходил?

Боевики случайно в лабораторный корпус не заглядывают. Их вообще здесь не бывает, разве что первокурсников приводят пару раз для ознакомления.

Вчера, ясное дело, Кейран был под зельем. А сегодня что он тут забыл?

Всё уже сказано. Конфликт исчерпан. Ко мне у него нет претензий.

Стоп! Он ведь, перед тем как уйти, заявил, что скоро вернётся.

Что. Ему. Тут. Делать?

Мысли снова вернулись к блокноту. Главное – отвоевать его обратно, а всю эту историю забыть, как дурной сон. Пройдёт пара дней, у звезды академии выветрится из головы и моё имя, и прозвище, которым он меня наградил. Я снова засяду в лаборатории и буду спокойно работать.

Где-то в этой цепочке рассуждений затесалась логическая ошибка. Я её подсознательно чувствовала, но найти не могла.

Ладно, пора заняться делом. Учитывая, сколько всего разбилось, придётся начать с верхних полок: там наверняка тоже осколки. Прежде чем подметать пол, сначала нужно смести всё сверху, а заодно проверить, что уцелело, да и вообще выяснить, что там у меня хранится. К моему стыду, помнила я далеко не всё. И ведь собиралась устроить ревизию – руки не доходили. Не было бы счастья…

Я приставила стремянку к первому стеллажу, вооружилась нейтрализатором для атаки на остаточный магический фон и полезла наверх.

– Как дела, Вив? – раздался от входа знакомый голос.

В дверях стоял Маркус. Почти сразу же за его плечом вырос охранник.

– Доступ в лабораторию запрещён для посторонних, – заявил страж порядка.

– Я не посторонний, – возразил Маркус и вскинул взгляд на меня, уже забравшуюся под потолок. – Вив, скажи ему. Я бы мог тебе помочь, у меня есть время.

– Да, он не посторонний, – подтвердила я. – Пусть заходит.

– Не положено, – возразил охранник, набычившись.

– А лорда Стормвейла вы пропустили? – вскипела я. – Он здесь был точно лишний, в отличие от моего однокурсника. Или для вас титул важнее здравого смысла?

– Лорд Стормвейл есть в списке. Он допущен.

У Маркуса брови на лоб полезли, да и у меня тоже. Это что ещё за список?

– Что за список? – удивлённо озвучил тот же вопрос Марк.

– На время расследования и впредь до особого распоряжения в лабораторию студентки Силвертон доступ ограничен, – отчеканил охранник. – Распоряжение ректора академии магистра Рейна Олриджа.

– Это какая-то ошибка, Марк, – растерянно произнесла я. – Я сама первый раз слышу об этом. Час назад я была в кабинете ректора, и ничего подобного он не говорил.

Хотя вроде бы речь об охране шла. Ну так вот он, охранник. Но почему в список включён Стормвейл? Он-то тут каким боком?

– Как-то несерьёзно, – пожал плечами Марк.

Если не сказать, что глупо. Вслух я, разумеется, этого не сказала.

– Я бы мог заняться сортировкой твоих пузырьков, тех, что уцелели.

– Я поговорю сегодня с наставником. Мне помощь не помешает. Спасибо, Марк.

Маркус кивнул, но уходить не спешил. Он вытянул шею, пытаясь разглядеть короб с мандрагорой.

– У тебя что-то новенькое?

Из-за матового стекла со своего места он мог видеть только синие сполохи.

Я не успела ответить.

– Маркус Торн, – прогремел из глубины коридора утробный рык. – Слова ректора «доступ запрещён» – для тебя пустой звук?

Отодвинув небрежным жестом охранника, Кейран навис над Маркусом, поигрывая мышцами. Он успел сменить костюм на тренировочную форму и, надо сказать, выглядел угрожающе рядом с моим щуплым однокурсником.

– Он пришёл мне помочь, – неуверенно заявила я.

Кейран поднял на меня взгляд, от которого сразу стало неуютно: что-то там, внутри, было похожее на недовольство – а затем, взяв Маркуса за плечо, он развернул его одним небрежным движением.

– Свободен, – рявкнул Кейран напутственно, разве что коленкой под зад не ускорил.

Маркус растворился в глубине коридора.

Это что ещё за хозяйский тон? От возмущения я едва не рухнула сверху.

– Что ты себе позволяешь? Марк – мой друг.

– Кто-то мне недавно заявлял, что у него нет друзей, – проходя внутрь и останавливаясь возле стремянки, напомнил Кейран.

– Друзья как раз есть. Я говорила о том, что ни с кем не делюсь технологиями.

– Вот и умница, Мышь, – похвалил меня лорд весьма снисходительно, словно зверушку за ухом почесал. – Рассказывай, что тут надо делать в первую очередь.

– А ты-то тут при чём? Пока что от тебя один вред.

– Знаю, – коротко ответил Кейран. – Поэтому мне и назначили отработку. Сам разрушил – сам должен ликвидировать последствия.

Я открыла рот от удивления.

– А разве… разве это правило к боевикам относится?

– В первую очередь. Тот, кто способен разрушить, прежде всего учится восстанавливать. Ты не знала, что на первом курсе мы проходим целительство до того, как нас учат убивать?

Я сглотнула, выцепив из его речи слово «убивать». Нет, я поняла и весь смысл фразы, но «убивать»... К пятому курсу такие, как Стормвейл, становятся машинами для убийства. Кажется, я и впрямь была на волосок от гибели.

– Эй, Мышь, ты чего там зависла? Говори, что делать.

Я недоверчиво посмотрела на Стормвейла. Впервые я делала это сверху. Каждое плечо Кейрана было такого размера, что я могла бы встать на него, как на ступеньку, обеими ногами. И мои «лапки» поместились бы полностью. Делать я этого не собиралась, но зрелище всё равно было впечатляющим.

И вот эта махина готова выполнять мои распоряжения? Ну держись, Кейранчик.

– Маркуса я бы попросила рассортировать мои флаконы, – лицемерно вздохнула я. – Но твои пальцы, боюсь, для этого не приспособлены. Ты их просто-напросто раздавишь.

– Мои пальцы? Раздавят? Ты даже не представляешь, Мышь, на что эти пальцы способны.

Голос Кейрана стал вкрадчивым, в нём появилась пленительная хрипотца.

Моё следующее пренебрежительное «Доски проламывать» застряло у меня в горле.

Он это сейчас на что намекает?

Шум в коридоре оказался кстати. Он отвлёк Кейрана от созерцания моих покрасневших щёк. Пришли рабочие восстанавливать выбитую дверь.

– Ну же, Мышка. – Синие глаза снова посмотрели на меня, буквально препарируя и вычленяя мои эмоции. – Жду распоряжений.

Я собралась с духом.

– А ты не слышишь, как хрустят под ногами осколки? Только мне что-то не верится, что сам лорд Стормвейл способен поработать метлой.

Кейран посмотрел на меня как на несмышлёное дитя.

– Мышь, ты вообще ничего не понимаешь в подготовке боевых магов. Ни разу не видела, как боевики чистят полигон после занятий?

Я моргнула.

– Нет. Разве вы делаете это сами?

– Это ваши лабы прибираются слугами. А боевой маг обязан сам привести в порядок место своего боя. Это вопрос дисциплины и контроля.

– Я сама прибираюсь! – возмутилась я. – У меня здесь десятки опасных веществ, так что слуг здесь не бывает.

– Поэтому у тебя здесь такой бардак? – ехидно спросил он.

– Бардак потому… – Я ткнула в него пальцем. – …что вчера здесь кое-кто порезвился, словно единорог в посудной лавке.

Кейран замер на секунду, а потом вдруг коротко, хрипло рассмеялся.

– Ты умеешь снять напряжение, Мышь. Где твоя метла?

Глава 15. Ревизия

Вивьен Силвертон

– Где твоя метла?

– Там, – буркнула я, тыча пальцем в угол и поспешно отворачиваясь к полке с флаконами, чтобы скрыть пылающее лицо.

Покраснела я вовсе не от смущения. Я злилась.

Пошлых намёков за три года учёбы я наслушалась предостаточно. В основном не в свой адрес.

Я вообще не любила быть в центре внимания. Студенческих вечеринок избегала. Мои перемещения по академии состояли из трёх основных пунктов: аудитории, лаборатория, столовая. По коридорам между своими местами обитания я пролетала на предельных скоростях с вечно замороченным лицом, не реагируя на подкаты.

И их становилось всё меньше, особенно после того, как занятия физкультурой перестали быть обязательными.

Возможно, подсознательно именно желание уклониться от липких взглядов мешало мне надеть обтягивающую форму для тренировок и выйти на пробежку.

Дел у меня было много, и я легко находила для себя отговорки.

Ко мне привыкли и практически перестали замечать.

Зато я всё замечала, порой против своей воли. Уши и глаза у меня были в порядке. От взаимного флирта парней и девушек перегревалась еда на раздаче. Когда столько магов собирается в одном месте – это неудивительно. Меняется и гормональный фон, и, как следствие, магический.

Так что намёки парней про умелые пальцы и про снятие напряжения успели выработать у меня иммунитет и вызывали только раздражение.

Самое неприятное: почти всеми девушками подобное обращение поощрялось. Неужели только я поступила в академию ради получения профессии?

И нет, я не считала, что со мной что-то не так. Со мной как раз всё было так.

Не я прибегала в лабораторный корпус за кремом от синяков под глазами после ночных слёз.

Бегали, правда, не ко мне, хоть и за моими наработками. Я старалась не афишировать то, что делаю, передавая средства в распоряжение Лии, Маркуса, Антея и Эрики. Последних двоих я вычеркнула из своего окружения после вчерашнего утра, хоть они об этом ещё не знают.

– Эй, Мышь, ты чего там зависла под потолком? Думаешь, чтобы ещё сомнительное соорудить?

Я покосилась на Стормвейла и с досадой отметила, что некоторых даже метла в руках не портит. Он как раз сделал очередной «вжих» – мышцы на его руках при этом вздулись буграми – и остановился, опершись на древко.

– А ты, я вижу, уже устал? – огрызнулась я. – Ненадолго же тебя хватило.

– Не дерзи, Мышь. Я в любом случае уже больше тебя сделал.

Я выдохнула, загоняя внутрь необоснованную злость. Тут он прав. Половина лаборатории уже была выметена.

Ладно, не стоит ругаться с предоставленной рабочей силой. Польза от него есть.

– Возле самих стеллажей пока не подметай, – перешла я на деловой тон. – Здесь наверху тоже кое-что разбилось. Буду сметать вниз. Постараюсь аккуратно.

Тяжело вздохнув, я приступила к работе. На самой верхней полке почти всё уцелело: ударная волна ушла ниже. Всего пара разбитых склянок со средством от головной боли. Но убрать мелкие осколки с заставленной флаконами полки не получится. Придётся разгружать всю. Я взяла за горлышки несколько флаконов. За один раз получилось захватить четыре штуки. Но держаться стало нечем.

Я нащупала ногой ступеньку ниже и покачнулась.

– Тебя уже ловить? – с ехидцей осведомился Кейран. – Или послушаешь голос разума?

– Твой, что ли? – фыркнула я и на всякий случай локтем зацепилась за перекладину, чтобы не доставить удовольствие наблюдателю своим полётом.

– Держи! – Кейран подошёл к стремянке и протянул мне корзину. – Сгружай сюда содержимое.

– Спасибо, – поблагодарила я, наступив на горло неприятному ощущению собственной недалёкости.

Я послушно сложила в корзину то, что уже взяла с полки, ухватила её за ручку и вернулась на ступеньку выше.

Некоторое время я аккуратно складывала в корзину флаконы из чёрного непрозрачного стекла с молнией на крышке. Их тут было большинство, не менее дюжины. Но нашлось и пять баночек, на крышках которых был нарисован глаз с роскошными длинными ресницами. Всё стояло вперемешку, как попало.

Едва я собралась спуститься вниз, Кейран перехватил у меня из рук корзину, поставил её на стол рядом с контейнером мандрагоры и тут же вернулся, подавая мне совок и щётку.

Молча, что само по себе было приятно. Аккуратно сметя в совок мелкое стекло, я обменяла его на влажную тряпку. И опять же, никем не было произнесено ни слова. К тому моменту, как я протёрла полку, он успел опустошить корзину и снова вручил её мне.

А с лордом Стормвейлом, оказывается, можно работать в команде.

Однако уже в следующий момент я умудрилась закипеть от одной его фразы, подобно ледяной воде – где-то от плюс двух до плюс ста.

– Надо всё пересчитать и записать. У тебя есть ещё какая-то тетрадь, кроме блокнота?

– Ты что, уже его потерял? – Вот сейчас я и впрямь чуть не свалилась. – Или нет, догадываюсь, ты забыл его там, где переодевался. И кто же мне недавно говорил о безо…

Я осеклась. Кейран достал из-за пазухи мой драгоценный блокнот и с громким шлепком припечатал его ладонью к столу.

– Что ж ты такая дёрганая, Мышь? – вздохнул он с мученическим видом. – Тетрадь нужна другая. Твои небезопасные идеи и опись вот этого всего… – Он обвёл глазами мои стеллажи. – …лучше записывать в разные места. Опись нормальных средств можешь бросать хоть на своём столе, хоть где попало. Но там должно быть только то, что разрешено держать в свободном доступе. Кстати… что это за чёрные флаконы с молнией?

– От головной боли, – буркнула я, понимая, что меня в очередной раз поставили на место.

Я спустилась с лесенки и составила на столе стройными рядами вынутое из корзинки. Затем снова полезла наверх.

Очистив таким образом пять полок, я занялась сортировкой и подсчётами.

Зелья от головной боли, которым я по праву гордилась, было больше всего. Затем шёл тот самый крем от воспалённых век. В основном его забирали в городской магазин академии, но и для внутренних нужд оставалось. Выжимки из листьев Мнемоники ясной оказалось всего три флакона. Сейчас на неё спроса не было, но, когда начнутся зачёты… Надо бы сделать ещё с десяток. Вера в неё у травников и зельеваров неистребима. Объяснять, что она всего лишь просветляет мозг, но не заменит знания предмета, было бесполезно.

Дальше шла эссенция синего лотоса в чистом виде, и она же со щепоткой пыльцы сонного мотылька. Первый вариант глубоко погружал в сон. Студент мог за два часа выспаться, как в обычные дни не получилось бы и за восемь. Побочные эффекты, конечно, были, но минимальные, если её употреблять не чаще раза в месяц. То же зелье с добавкой пыльцы обеспечивало быстрое засыпание. Человек отключался на подлёте к подушке.

Ещё тут были капли для глаз, снимавшие напряжение от нескольких часов чтения, и мазь от магических ожогов первой степени. С более сложными студенты бежали в лазарет.

Всё это я перебирала, пересчитывала, записывала и, по настоянию Кейрана, указывала, как они действуют на организм.

Ничто так не приводит в порядок эмоции, как работа, особенно рутинная. Мой нудный помощник перестал меня бесить.

Хм, а когда это он из заносчивого и высокомерного превратился в нудного? Впрочем, вопрос был риторическим, и ответ меня не особо интересовал просто потому, что я устала.

За это время работники успели установить новую дверь. Кейран не позволил мне отвлечься и сам заграбастал магические ключи. Сил возражать не было.

С отчаянием оглядела стеллажи. Я одолела всего пять полок…

Тех, к которым ещё не приступала, оставалось в два раза больше, точнее, в два с половиной.

– Перерыв, – провозгласил Кейран.

– Ещё час до обеда, – возразила я.

– Сейчас по плану пробежка.

– Вот и хорошо. – Я потянулась к своему блокноту. – Ты иди, а я просто посижу, подумаю.

– Нет, Мышь, у тебя тоже пробежка, – заявил Кейран, и его лапища попыталась перехватить мою.

Откуда только силы взялись. Сцапав своё сокровище, я слетела со стула, но рванула в ту сторону, которая не была перегорожена лордом Стормвейлом, то есть в тупик.

Кейран хмыкнул и сделал шаг ко мне.

– Послушай меня, – торопливо заговорила я. – Я обещаю не выпускать его из рук, но он мне нужен. Могу носить его в кармане юбки, а не в сумке.

Кто б меня услышал? Я попятилась, и Кейран сделал шаг ко мне. На моих три он сделал всего один и оказался рядом.

– Мышенька, не серди меня, – пророкотал он, и от его низкого голоса негромко зазвенели флаконы на стеллаже, к которому я прижалась спиной. Или это от вибрации, возникшей во всём моём теле? – На пробежке он тебе не понадобится.

– Я не собираюсь на пробежку, – пискнула я.

– Ты психованная, Мышь. Это всё от физической немощи. Мне тебя поручили, а я не люблю бросать дела на полпути. Я из тебя сделаю учёного с хорошим мозговым кровообращением и стальными нервами. Блокнот.

Я убрала руки за спину.

– Хочешь поиграть? – В его глазах блеснул хищный огонёк.

Огромные ладони легли на мои плечи, скользнули по ним до локтей.

– Ты что творишь? – зашипела я.

Кейран стоял вплотную. Молча. Пространства между нами почти не осталось. Толька тоненькая воздушная прослойка и два слоя одежды. Так себе защита.

Массивное тело, состоящее из одних мышц, опаляло жаром. Я задержала дыхание. Сделай я вдох поглубже, и моя грудь коснётся груди Кейрана через все слои одежды.

Похоже, он это понимал, потому что взгляд, скользнувший в вырез моей рубашки, стал заинтересованным.

Глава 16. Что можно успеть за семь минут?

Вивьен Силвертон

Руки Кейрана скользнули от локтя к моим кистям без давления, нежным поглаживанием. Да и зачем бы ему давить? Я в его руках была чем-то вроде бумажного листика. Шевельнул пальцем и переместил невзначай или смял.

И вот вдыхай я или не вдыхай, а когда его лапищи втиснулись между стеллажом и мной, я оказалась прижата к его телу.

– Не ожидал, что ты мне устроишь такую провокацию, – мурлыкнул Кейран.

Не знаю, чего он от меня ждал, может быть возмущений и охов: «Ой, нет, какая такая провокация… пустите меня, дорогой лорд…», но едва ли насмешливого фырканья.

Я набрала побольше воздуха и, стараясь не обращать внимания на вкусные хвойные запахи, произнесла со всем ехидством, на какое была способна:

– Вы сейчас очень рискуете, лорд Стормвейл.

Его руки, дойдя до моих запястий, остановились, не иначе как от неожиданности.

– Это чем же? – заинтересованно спросил он.

– У вас, насколько я в курсе, нет сейчас магии.

– И?

– А у меня есть.

– Выводы?

– Простые: вы сейчас уберёте свои лапы и сделаете большой шаг назад, если не хотите, чтобы я её применила. Только после этого мы будем разговаривать.

– Мышь, ну кому ты угрожаешь? Ты же понимаешь, что через два дня моя магия вернётся.

– Ну вот не факт. Вы в зельеварении не очень грамотны, возможны и другие сюрпризы, кроме нейтрализатора.

– Пытаешься меня запутать, Мышь? Это интригует. Мне ещё никто не угрожал так… мило. Блокнот отдай.

Мурлыканье на последней фразе исчезло. Жёсткий командный голос требовал безоговорочного подчинения. И, если бы я немедленно повиновалась, этот тип почувствовал бы себя хозяином в моей лаборатории… если только это уже не произошло.

– Руки убери, – прошипела я, – и шаг назад.

Кейран отступил… на шаг и протянул руку ладонью вверх.

Я молча вложила в неё блокнот.

– С собой на занятия возьмёшь новый, – распорядился он.

Я проследила, как исчезают в его кармане мои наработки. Прямо сейчас пойду к профессору Мерфи. Пусть сам разговаривает с этим дуболомом.

– Идём! – скомандовал Кейран и первым направился к выходу.

– Никуда я с тобой не пойду, – выпалила я в самоуверенную спину.

– Понесу.

– Я не в спортивной форме, – попыталась я найти новую лазейку.

– Зайдём – переоденешься.

– А если…

– Переодену.

И я неожиданно поняла… с него станется. Понесёт через всю академию, и плевать ему, кто и что обо мне подумает. Да ещё того гляди в комнату вломится помогать переодеваться. Хотя нет, это я преувеличиваю. Наша коменда всегда на страже женского крыла.

– Слушай, Мышь. – Кейран остановился в дверях. – Тебе не надоело противоречить? Не успеешь выполнить программу – опоздаешь на обед. А будешь умницей, быстро тут всё закончим, и сиди со своим блокнотом хоть до десяти вечера.

– Почему до десяти? – удивилась я.

– Потому что с сегодняшнего дня у тебя режим.

Нет, это невыносимо.

Я только зубами скрипнула, выходя в коридор вслед за ним.

Кейран сам закрыл дверь моей лаборатории на новый замок со словами:

– Потом покажу, как тут всё работает. Сейчас нет времени.

Он кивнул охраннику, и мы вышли из здания.

Снаружи ещё похолодало. Снежинки исчезли, но ледяной ветерок норовил забраться под юбку.

– У меня нет тёплой формы для бега, – выдвинула я последний аргумент, стуча зубами и пытаясь поравняться с Кейраном.

Куда там… Один его шаг включал как минимум три моих. Выглядело со стороны это, наверное, смешно и нелепо. Он идёт, значит, спокойно, а я семеню рядом.

– Мимо, Мышь. Над беговой дорожкой магкупол, круглогодично. Хватит придумывать отмазки. За мной.

Я попыталась ускориться, но в итоге только запыхалась.

– Вот видишь, – наставительно заявил мой мучитель, немного сбавив шаг, – ты ещё на бег не перешла, а уже сдохла.

Едва мы переступили порог женского крыла, как тишину холла разрезал тонкий, на грани слышимости, вибрирующий сигнал. Магическая сигнализация – безошибочный индикатор того, что на территорию «женской обители» вторгся носитель игрек-хромосомы.

Я почти физически почувствовала, как по коридору пронеслось возмущение охранных чар, и из своей каморки выскочила комендант мадам Варга – женщина под два метра ростом и при этом такая тощая, что, казалось, её можно переломить двумя пальцами.

– Молодой человек! – рявкнула она басом, не сочетающимся с её фигурой, и этот звук показался мне музыкой. – Это женское крыло! Вы явно заблудились…

– Семь минут, Силвертон, – небрежно перебил её Кейран, даже не удостоив взглядом.

– Что? – переспросили хором мы с мадам Варгой.

Кейран демонстративно взглянул на свои часы. Его лицо было абсолютно невозмутимым, но в глубине синих глаз плясали опасные искры.

– Если через семь минут ты не спустишься вниз в тренировочной форме, я поднимусь сам и помогу тебе переодеться. Ясно?

У мадам Варги брови взлетели на лоб. Она открыла рот, закрыла его, снова открыла, но так и не издала ни звука. Видимо, наглость Стормвейла была настолько запредельной, что у неё случился системный сбой. Однако через пару мгновений она с собой справилась.

– Что вы себе позволяете? – вскипела наша боевая коменда.

Я замерла, занеся ногу над первой ступенькой лестницы.

Вот он, мой шанс! Сейчас она вцепится в Стормвейла и даст мне время переодеться спокойно. То, что выйти на пробежку всё-таки придётся, – в этом я не сомневалась, но семь минут… Как же… Придётся Кейрану ждать столько, сколько надо. А я не буду спешить просто из принципа.

– Шесть с половиной минут, Силвертон.

Повернув голову, я увидела, что Кейран прислонился к колонне у входа, скрестив руки на груди и всем своим видом показывая, что у него всё под контролем.

У него! Тьма его забери. А не у меня.

Я бросила на него взгляд, полный чистой, концентрированной ненависти, и на всякий случай ускорилась. Через заслон, называемый «мадам Варга», ещё никто не проходил, но мало ли…

Вдогонку мне летел голос пришедшей в себя коменды:

– Это возмутительно! Молодой человек, я требую, чтобы вы немедленно покинули помещение! Подождёте на улице свою даму сердца.

Какая ещё дама сердца? Не дай Тьма, кто-нибудь услышит. Да меня за одно подозрение поклонницы лорда порвут на тряпочки. Надо предупредить Кейрана, чтобы эти три дня, пока идёт расследование, он всё-таки держался от меня подальше. Иначе потом лорд вернётся к своим занятиям, а я останусь с подмоченной репутацией и шлейфом из ненавидящих меня девиц.

На площадке второго этажа я на мгновение остановилась, чтобы перевести дух. Прислушалась. Монолог коменды неожиданно оборвался. А затем после короткой паузы вместо звуков позорного изгнания лорда прозвучал её растерянный голос:

– Сразу бы и показали знак. Конечно, лорд Стормвейл.

Что? Он проломил этот бастион? Какой ещё знак? Да мадам Варга профессоров выставляла на счёт раз.

Но сейчас главным было не это. От семи минут осталось не более шести. И помощи после поражения коменды ждать было не от кого.

Я бы восхитилась собственной скоростью, если бы не была так зла и растеряна. Всего два дня назад я и представить не могла, что буду безропотно выполнять команды этого мужлана-лорда, словно дрессированная собачонка.

Блок был пуст. Ворвавшись в свою комнату, я бросилась к шкафу и с головой зарылась в ворох вещей. Ну почему я их до сих пор не разобрала? Было же время. Где этот проклятый костюм?

Я выудила из кучи надёжно запрятанный и почти забытый тренировочный костюм – тёмно-синий комплект из плотной эластичной ткани. С трудом справилась с пуговицами блузки: пальцы плохо слушались после прогулки по холоду. Из юбки, расстегнув пояс, просто вышагнула. Сердце колотилось как ненормальное. Натягивая облегающие легинсы, я из-за спешки едва не запуталась в штанинах.

Затем натянула топ и, наконец, смогла выдохнуть.

Уф! Стратегически важные места прикрыты.

Однако, оглядев себя в зеркале, я усомнилась в этом. Костюм сел после последней стирки? Или я поправилась? Ткань обхватила фигуру слишком… бескомпромиссно. Она подчеркнула всё то, что я обычно старательно прятала под лабораторными халатами и бесформенными юбками.

Тьма! Именно поэтому я перестала ходить в спортзал и на пробежки, как только физкультуру перевели в разряд необязательных предметов.

Студенты академии деликатностью никогда не отличались: когда ты «тихоня», звенящая пробирками где-то там, в лаборатории, тебя не замечают, но когда ты «тихоня» в облегающем трико – ты внезапно становишься мишенью скабрёзных шуточек.

Я рухнула на банкетку и принялась торопливо обуваться. Один шнурок был развязан, а вот второй оказался затянут тугим узлом.

– Пять… четыре… три… – раздался за дверью знакомый голос.

В следующее мгновение дверь распахнулась, и Кейран бесцеремонно ввалился в комнату.

– Успела, – констатировал он с ноткой разочарования.

Я вскочила, наступила на развязанный шнурок и взмахнула руками, чтобы удержать равновесие.

– Ты совсем?! – крикнула я, краснея от злости. – Здесь женское общежитие! А если бы не успела? Тебе, в принципе, знакомо понятие «личное пространство»?

Кейран проигнорировал мою тираду. Он стоял, опершись ладонью на дверной косяк, и неторопливо скользил по мне взглядом. Я захлебнулась собственным негодованием.

Тьма. Под его взглядом я не чувствовала себя одетой. Очень хотелось сдёрнуть с кровати покрывало и замотаться в него. Но так было бы ещё позорнее.

– Теряешь время на болтовню, – бросил Кейран.

Голос прозвучал глухо. Я отметила, как у него дёрнулся кадык и порозовели скулы.

– Пожалуй, – пробормотал он, – одну тебя на пробежку выпускать не стоит.

Я нахмурилась. Это был комплимент?

Не найдя что ответить, я шумно выдохнула и снова опустилась на банкетку, чтобы разобраться со шнурком.

Кейран остался стоять, сверля взглядом мою кроссовку, пока я подрагивающими от бешенства пальцами завязывала на ней бантик. А потом я вцепилась в узел.

– Не так, – раздался над головой голос моего надсмотрщика.

Я вскинула голову, готовясь выдать очередную колкость, но Кейран уже опустился на одно колено, и наши лица оказались так близко, что я невольно отшатнулась. Стало только хуже. Теперь взгляд Кейрана находился на уровне моей груди. И этот тип беззастенчиво на неё пялился.

– Смотри, как развязывать такие узлы, и учись. – Он всё-таки опустил взгляд вниз. – Шнурок мягкий. Скручиваем его вдоль оси до тех пор, пока он не станет твёрдым как прут. И проталкиваем. Таким образом, можно что угодно сделать твёрдым, Мышь.

Кейран поднял глаза, и наши взгляды пересеклись. Мир замер. Я не дышала. И дыхания Кейрана тоже не слышала. Затем его взгляд опустился к моим губам. Ещё мгновение и…

О нет! Я на такое не поведусь.

– Пробежка, – напомнила я просевшим голосом.

– Точно, – мрачно откликнулся Кейран, поднимаясь во весь свой огромный рост. – Завязывай шнурки, Мышь, и на выход. Будем делать тебя крепкой и выносливой. А то загнёшься со своими колбами.