Текст книги "Вечные предметы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vechnye-predmety-183642.jpg)
Автор книги: Тамара Яблонская
Жанр: Прочая образовательная литература, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
«Это не поэты придумывают…»
Возьмешь в руки тоненькую книжечку
Где слова взвешены
Отчеканены фразы
И золотой нитью неспешно
Вьется по страницам мудрая мысль
Весь вечер будешь наслаждаться
Благородной искусностью автора
Забыв про пустой желудок
Не замечая холода в доме
Радуясь что мир прекрасен и так интересно жить
Потом загремит магнитофон соседа
Дети-варвары разобьют за окном фонарь
Ты увидишь что ужин давно остыл
Но не это тебя рассердит
А то что снова кому-то ловко
В который раз удалось провести тебя
«Куда смотрят народы…»
Это не поэты придумывают
Чьи песни печатать чьи не печатать
Чьи слова читать чьи не читать
Это не зодчие придумывают
Какие дворцы сносить
Какие стадионы строить
Это не художники придумывают
Чьи краски плохи чьи хороши
В чем красоты больше в чем ее меньше на грамм
И уж только не боги придумывают
Кому в полночь радоваться кому курить на рассвете
Кому жить кому умирать
Латиноамериканский штрих
Куда смотрят народы
Когда начинаются войны
В экраны телевизоров
В кошельки
В кастрюли
В лица вождей и пророков
Никто не смотрит вперед
Когда войны кончаются
Выступают на митингах
Громко клянутся
Строят
И смотрят в прицелы
Никто не смотрит назад
Попытка бегства
Качается остров посреди океана
Не знает штилей не помнит отливов
Тонкие пальмы молят небо о солнце
Перед стеной лиловых тайфунов
В президентском дворце тишина
Вперемешку с тревогой
В нем кто-то смотрит в щелку жалюзи
Читает слова транспарантов
В воскресные дни он тих и спокоен
Любит устриц скорость Мерседес-Бенца
Пока шофер выбирается из клубка улиц
Лениво играет марионеткой
«Этот парень вернулся с войны…»
Я пыталась убежать в рай
Но меня остановили на границе
Схватили за плечи больно и грубо
Глупые сомнения и врождённая робость
Что тебе там шептали на ухо
Подумаешь лето подумаешь блаженство
Для тебя ли розовые рассветы
Сонный покой и гармония неба
Кто идет один по минному полю
Тот любит в жизни странные вещи
Твоя сладость в том чтобы ошибаться и плакать
Отворачиваться от правил и не переставая верить
Автобус
Этот парень вернулся с войны
Когда мы поем любимые песни
Он молчит
Смотрит на струны гитары
Но слышит только себя
Нет ему дела до песен
Он в колодце
Он на далекой вершине
Стоит поехать на юг к теплому морю
Скучен и отдых и пляжный песок
Но нет только не в горы
Он не грустит
Не думает не тоскует
Он сразу откликается на имя
Когда волны взрываются рядом
Рассыпаясь на тысячу брызгов
Он дремлет спокойно на пляже
Лишь руки скользят по ремням парашюта
В последний раз ощупывают замки карабинов
Предчувствие
Туристский автобус
Кунсткамера на колесах
Возит наши тела
Озабоченные культурой
Замороченных серпантином
Довезет нас до горного храма
До самого главного места
Хоть до Эгейского моря
Комфортабельный
Почти без запаха бензина
На остановках терпеливо ждет груза
Который стоит
Оглупев от восторга
Дивясь кладке мозаике лепке
Наизусть изучив
Прейскурант исторических тайн
Преемники ясного дня
Не верим насупленным предкам
Всё перетряхиваем наследство
Боимся чтобы нас не обманули
Надеемся на новые находки
«Амфоры кубки кувшины…»
Потом на луга светляком опустится осень
Печальное золото успокоенья рассеет по душам
В его тихих лучах мы сможем греть руки
Читать мелкие буквы трактата о небесных телах
Отказавшись от пищи старых привычек
Станем питаться изысканными плодами
Пальцы узнают сладчайшую мягкость бумаги
Увидят глаза вдали ослепительный свет
«Что же нам остается…»
Амфоры кубки кувшины
Сосуды из серебра бронзы и глины
Ищу среди них самый ёмкий и скромный
Подарю его дальнему другу
Наполнив до верха молчаньем
Бесценной субстанцией пониманья
Вопросы
Что же нам остается
Вытирать известковую пыль с портретов
Очищать замшелые плиты
Ночами стеречь пантеон
Давно ушли в никуда пропилеи
Рухнули от времени триумфальные арки
Разбились победные кубки
Никто не знает где растет благородный лавр
Но для кого-то еще горят в небесах
Иероглифы тусклых созвездий
И светят из тьмы на узкие тропы
Сигнальные костры маяки скитальцев
Камни
Протяни мне руку звонкая Сафо
Помоги ответить на горькие вопросы
Не о любви Ты знаешь многое другое
Скажи зачем нам столько ошибок
Вот среди разных линий одна прямая
Хорошо подготовься и шагай не споткнувшись
Но почему каждый путь оказывается лабиринтом
Плутаем себя отыскать не можем
Ты должна знать молчаливая Гипатия
Не о логике Спрашиваю о наших чувствах
Кажутся нам долговечнее звезд
И раньше всего другого сгорают
Петух лишь готовится петь на рассвете
А мы уже предаем Почему
Всегда убиваем только самых любимых
Под светом звезд электрических ламп
Сложение стихов
Душа собрание редких камней
Где стынут не нашедшие отзвука чувства
Надгробья несовершённых поступков
Валуны отчаянья с трещинами сожалений
Надо бы войти высветить профили
Дать экспонатам побольше света
Чтобы на опыте прошлых ошибок
Хоть чему-нибудь научиться
Для этого пришлось бы поработать
Поворочать неприступные мертвые глыбы
Очистить вход разнести завалы привычек
Тяжелое и скучное дело
Откладываю его на потом
Вообще-то рассчитываю на чужую помощь
Быть может когда-нибудь встречу Сизифа
Уже привычного к подобному труду
Далекие братья
На сыром песке наступает обновленье
К этому толкает беспокойство моря
Душа едва прикрытая кожей
Внезапно вздыхает в унисон с миром
Результат рождение странных песен
С секретом гармонии самой природы
Возникших из волн из пульса крови
Из воздуха насыщенного солями
Осторожно увозишь в глубь континента
Творенье достойное Анакреона
Но вдали в нем живут одни завыванья
Тоскливых звуков Эоловых арф
Читая историю
Те одинокие сильные духом
И те одинокие сильные сердцем
Они веками толпятся
В памяти нашей архивах
Мои далекие братья
Носители беспокойства
Сгорели на странных кострах
Пали от разных мечей
Не сказать им
Что были правы
Не обнадежить
Что иду за ними
Следующим летом перекопаю картофельное поле
Выращу алые розы и положу на воду
Может быть донесет до реки впадающей в Лету
Парусник
У Тацита у Геродота
Сквозь толщу подробностей
С трудом просвечивает
Суть истории
Втиснутой в ворох
Закономерностей
После долгого чтения
В череде потускневших имен
Всплывает лицо человека
На фоне предательств обманов и войн
Дипломатических фокусов
Оно ничего не выражает
Смотрит спокойно
Похоже на мумию
Поэтому неясно
Как мы догадываемся
О горькой его судьбе
Из чего заключаем
Он хотел сделать больше
Но не смог одолеть событий
Сократ
По гладкой поверхности моря
Плывет белоперая птица
Мелькает на разных широтах
Вместе с ветром меняя галс
Посвистывают боцманские дудки
Оглушительно хлопает парус на фоке
Молодой мечательный юнга
Вздрагивает при сладком слове абордаж
Что он вспомнит утром в бескрайних водах
Когда звезды утонут в темных глубинах
Только не пожар на горизонте
Не скользкие трапы не страх не руки в липкой крови
Осень
Преисполнены ненависти
Жители Афин
Сполна рассчитались с Сократом
Он и не подозревал
Выпивая спокойно цикуту
Что враги крикуны и глупцы
После смерти
Его не забудут
Преисполнены любовью
Для славы Афин
Ничего не пожалеют
Поставят посреди города
Золотую статую
Откупятся от любопытства
Будущих моралистов
Сибилла
Воцаряется сонная роскошь деревьев
Блеск дорогих металлов заселяет лужи и стекла
Наплывает с севера тревога на сердце
И время больно ранит протекая сквозь пальцы
Ко всему равнодушна слепая растительность
Играет пышный бал перед своим уходом
Вот он парад красок нажитых богатств
Но на этой палитре не вижу главной
Единственной краски хмурой реальности
Всему назначающей истинную цену
Cogito, ergo sum
Засыхают оливы
По ночам не летают совы
Сибилла сидит у ручья
Мнет в руке белый песок
Внимательно смотрит в небо
Отступила былая мудрость
Перед шумом военной славы
Сибилла сидит у ручья
В бегущей воде читает
Изменчивую книгу времен
Музыка победных барабанов
Неуклонно заглушает плеск воды
Сибилла сидит у ручья
Не роняет вещих прорицаний
Но не потому что не знает
Еще не взошла луна
Перед рассветом
Если кто и был врагом славы то это он
Хотя и желал все изменить
Ибо ничего не принимал на веру
Переезжая в расхлябанной повозке
Из Франции в Голландию или в тихую Швецию
Он смотрел на бег облаков
И грустил о беге времени
В погожие дни методично крушил авторитеты
По ночам ворочался вздыхал оттого
Что в мире нет ничего стойкого
Не на что опереться не к чему прислониться
Прошли века словно облака гонимые ветром иллюзий
На высоких каменистых тропах я ищу следы картезианцев
Никто здесь не ходит шумят только птичьи базары
Деревья
Мрак и пыль на столетьях
Ветер
Тени на стенах витают
В это время при тусклых свечах
Керосиновых лампах
Лучинах
Неотрывно читают
Строки Пимена строки Иова
Заклятую боль
Житие Аввакума
Человека большого как Русь
Пробиваясь сквозь время
Упрямо лелеют
Тепло правой десницы
В любом деле правой
Поднимаясь над крышей
На крепнущих крыльях
Уже видят
Конец злоключений
Ободренные
Души спасают от порчи
Молчаливые сильные
Смотрят с надеждой
На розовый гребень восхода
Дорога
Кажется эти деревья
Старые липы и клены
Стоят здесь вечно
В своем движении
По заданным спиралям
Мы их не задеваем
Не понимаем
Если бы они умели говорить
То рассказали бы много интересного
О событиях прошелестевших мимо
Открыли бы то
Что нам до сих пор неизвестно
Обнародовали бы то
О чем хотим умолчать
Фортуна
Мы
Только дорога
Ляжем в сухие колючие травы
Белыми камнями
Что может быть в темноте
Лучше этой приметы
Завтра не будет здесь бездорожья
По каменным вехам
Смогут другие дойти до конца
Куда мы не смогли
А так долго стремились
Гость
Всем богам предпочитаю Фортуну
Безрассудную в выборе
Но неподкупную
Встречаясь с ней на многолюдных перекрестках
Ловлю ее неудержимую улыбку
Отсвет неба в горячих глазах
Когда она стремительно проходит мимо
Все долго оглядываются
Каждый думает
Так вот как выглядит настоящее счастье
Она идет
Не обращая внимания на встречных
Скромно опускающих под ее взглядом ресницы
Она летит
Хохоча над скопидомами
Прячущими в раковины ушей
Шелест крыл и ее платья
А я запоминаю путь
Которым она ходит
«Есть край двоеликих монет…»
Когда-нибудь он войдет в эту дверь
Черный молчаливый
В мрачном одеянии монаха
Подпоясанный веревкой
Похожий на Джордано Бруно
Или кого-то еще
С горькой усмешкой
Готовности и пониманья
С профилем словно
Усталый герой
Кампанелла
Кто-то войдет в эту дверь
Потрясет за плечо если спишь
Скажет теперь твой черед
Тебе восходить на костер
Терпеть униженья и пытки
Стирать тяжелые слезы с лица
Даже если он ошибется
Постучит не к тебе а к соседу
Все равно будешь знать что к тебе
Даже если тебя не застанет
Все равно будешь знать что он был
Потому что давно его ждешь
Что если
Есть край двоеликих монет
Левых и правых притоков
Розовых праведников черных грешников
Крика и шепота
Там не говорят вполголоса
Не судят в полмеры
Бдительные
Там нас сразу раскусят
И вынесут приговор смерть
За индифферентность
Вещи
Что если поселюсь у озера
У берегов Уолдена или Севана
Стану питаться орехами и рыбой
Жить плодами рук и ума
Начну с того что буду тесать
Корявые бревна для дома
И свои шершавые мысли
Что ждет меня потом знаю
Молчание тех кто и сейчас против
Труднее всего от них оторваться
Переплыть утром на другой берег
Не оглядываясь пойти туда
Где за деревьями уже светает
Мгновенье
Среди тех кто мечтает
О дивных высотах
Посвисте крыльев
Резком вкусе паренья
Есть и такие
Что не взлетят никогда
Их взгляды укорочены
Думой о сегодняшнем
Тела отягощены
Грузом счетов и вещей
Вещи вещи
Всесильная сущность
У них есть особенность
По ночам
Надгрызают перья
На розовых крыльях
И нежные робкие души
Утром не могут лететь
Одиночество
Остановимся отдышимся
От забот от обид от ошибок
Посреди бесконечного марафона
В сутолоке улиц и дней
Пусть кто-нибудь подойдет
Пусть скажет что завтра будет иначе
Поспешно вытрем слезы охотно поверим
Неважно что это продлится мгновенье
На Пушкиновке
Одиночество странная штука
Неприятная как после дождя одежда
Привычная как наша вторая кожа
Мы всё хотим ее сбросить
И предстать неизвестно кем
Но отвергнутое одиночество
Мстит изменившему телу
И вот мы все как есть
Фальшивомонетчики духа
Соединяем несоединимое
Чеканим монеты иллюзий
И пожаром чувств упрямо и глупо
Всю жизнь поджигаем холод рассудка
Подруги
Когда над домом шумят зимние дубы
А в изразцовой печи гостиной резвится огонь
Хочется лишь смотреть на старые вещи
Словно они единственная разгадка
Или на этот скрипучий паркет
Помнящий порывистые шаги
Хотя его нога здесь никогда не ступала
И руки не открывали белых дверей
Потом спускаясь по снегу в город
С тревогой долго ищешь напрасно
Маленькую вещицу с затейливой вязью
Ключ от шкатулки с субстратом гениальности
Который тебе незаметно от сторожа
Удалось опустить в карман пальто
Лишенные юмора
В тиши пирамид современных домов
На закате
Сидят на скамейке
Склонив головы друг к другу
Священные кошки
Лениво покачивают ногами
Шевелят руками
Таинственно пересказывают
События
Имевшие место всегда
Проходящие мимо парни
С большими ладонями
В карманах кожаных курток
Смотрят пристально им в глаза
Ожидая с тревогой
Короткого всплеска
Голубого сцепления взглядов
Зубки кошек маняще блестят
Золотится от солнчной пыли их кожа
И в зорких холодных зрачках
Дрожат силуэты загадок
«Кто отрывается не от порога…»
Хуже всего ходить в кабинеты
Где сидят лишенные юмора
Не поверят ни одному твоему слову
Даже если начнешь не с анекдота
А с предметов им более понятных
Светлыми глазами будут смотреть с Олимпа
Терпеливо ждать когда наконец кончишь
Даже если откроешь им неизвестные тайны
Выстроишь захватывающие дух перспективы
Будут слышать только знакомую мелодию
Одну-единственную песню дятла
Всегда исполняемую карандашом по столу
«Лучше нас будут те…»
Кто отрывается не от порога
А от почвы
Становится кем-то вроде урода
Он разрушает созвучие мира
Он забыл тропинки
Далеких предков
Он вступил в другое relation
Там счет идет
Не на мгновения и годы
Не на сигналы опасности или пищи
Сухо щелкают стрелки приборов
Высекают
Статистическую вероятность
В которой нет места
Ни звериному крику
Ни жалобам филина в полночь
Незачем волноваться
По поводу темного леса
По поводу страха в горах
Ни вообще
По какому-либо поводу
«Волненье нерационально»
Бесстрастно заявит машина
Перед лицом железного факта
Заставит склониться
Присесть на задние лапы
Идти туда где никого
Никого уже нет
Диптих
Лучше нас будут те
Что смогут сказать всё
Что не захотят ссылаться
На здоровье некомпетентность
Старые грехи папу в номенклатуре
Закаленные бодрые
Ненавистники авторитетов
Они посмеются вслед нам
Добровольно втоптавшим себя
В чью-то тень
I
Уйду из тонкого звона рифмы
По чистой воде вверх по ручью
Туда не любят ходить поэты
Тропа далека
Слишком вода холодна
Там у ледяного истока
Просыплю песок языка сквозь сито
У слов отмою забытый смысл
Когда соберу по крупицам богатство
Легко переплавлю его в стихи
II
Звезды
Честь трудолюбивым поэтам
Тем кто не устает
Выпиливать лобзиком
Прихотливые завитушки рифм
Кто выстраивает терпеливо
Остроумные конструкции строф
Достойные восхищенья
Я не знаю их тонкого искусства
Сбиваю гвоздями плоские доски фраз
Подгоняю слова плотно друг к другу
Стараясь чтоб были добротны
Мало забочусь о легкости
И уж совсем забываю об изысканности
Выше всего ценю гармонию простоты
Перемены
Звезды всегда на месте
Исполняют свое назначенье
Светят
Неподвижно взирают на Землю
Если люди их замечают
Открывают глаза пошире
Удивляются
Благоговеют
Астрономы решают загадки
Уставившись в телескопы
Дерзают
Считают парсеки
Но у них ослепленных свеченьем
Невозможно
Принятие чувств
За основу научных расчетов
И никто не способен сказать
Почему
Этот вечный источник покоя
Сильнее всего нас волнует
Механики
Ничего не бойся
Сказала я открыв свежую газету
Вот и они стали думать
Так же как ты
Всё повернулось
Лицом к себе обернулось
История человечности
Совершила новый виток
Мы входим в открытую дверь
Забудем вчерашние страхи
Теперь все пойдет по-другому
На белом снегу больше нет кровавых следов
Шлагбаум
Сидят в кабинетах солидные люди
Наслаждаются тонко своей маленькой властью
Вечерами выходят садятся в автомобили
Если нет дождя то идут пешком
Неспешно бросают спокойные взгляды
Не удивляясь никому и ничему
Им ведом извечный порядок мира
Они твердо знают его законы
Не те что открыты Ньютоном и Кантом
Не те что принес порыв революций
Они создали для себя сами
Полезную науку управления жизнью
Закрыть этот вентиль отпустить тот маленький винтик
Тонкая работа в руках ловких механиков
«Говорю я вам…»
Нерешительно переминаясь
Стоим перед полосатым шлагбаумом
Его медленно поднимают
Выпуская нас на волю
Где все можно
Мы идем и не верим
И минуя шлагбаум не смотрим вверх
Иначе бы увидели что он завис
Почти над нашими головами
И тот кто повыше
Под ним уже не пройдет
Родина
Говорю я вам
Одномоментные блестки
Локомотивы тяжелого рока
Раскрепощенные телом растенья
Металлисты и сатанисты
Ваше время закаты
Час сумерек
И наступление тьмы
Когда на заре объявляют ваш рейс
Где вы птахи ночные
Из породы вегетативных
Хотя и покрыты шипами
Под напульсником
Кровь бормочет хитро
Что одним
В ночи микрофоны
А другим
Восходы тюменская топь душманская пуля
Слова
Это вовсе не то понятие
Которое громко и часто повторяют
О котором поют красивые песни
О нем не говорят с друзьями
Не кричат с торжественной трибуны
Не плачут за горькой рюмкой
Это то что рядом
И ни на что не похоже
В чем ты
И что только в тебе
Та земля кусочек которой
Уезжая прячут смущенно в тряпицу
С которой не расстаются
Воспитание готикой
Ничто так не дешево как слова
Ничто так не лживо
Их подменяют крадут продают
За них убивают
Ничто так не истинно как слова
Ничто так не дорого
За них не жаль и собственной крови
Но бывает иначе
Выплюнь тягучую сладость из горла
Говори слова которые бьют
Пока душа еще чувствует фальшь
Страдает от боли
Линия судьбы
Нас воспитывает готика
Краснокирпичными вертикалями
Парящими звуками органа
Все стрельчатые башни
Возносятся к небу
Лишь устремленностью духа
Это мы уяснили себе еще в детстве
Отсюда привычка в крови против излишеств
Неприязнь к болтовне обжорству вещам
Наши худые фигуры
Дополнение узеньких улиц
Усеченных готической аркой
Ищем причины вещей
Следствия разных времен
Аскеты средневековья
Понимают нас с полуслова
Втискивают в руки пыльные фолианты
По ночам искушают
Скрипом засовов и звоном ключей
Ведут в темноте по следу запертых тайн
Секреты творчества
Отыскиваю на ощупь линию судьбы
Иногда теряю неясный след
Возвращаюсь и начинаю все снова
Ориентируюсь по звездам
И еще по тем великанам
Которых заметишь в любой массе людей
Тоже мне кивают в спину
По нашим дорогам
Хочет пройти в котурнах
Не боюсь насмешек но думаю что будет
Когда кончится время животворных дождей
И высохнут реки из которых пью
Ночные труды
В долгих турнирах с белым листом
Неизменно оказываюсь побежденной
Может быть плохо владею оружием
Или солнце слепит глаза
Когда собираюсь нанести решающий удар
А может ошибка в том
Что не ищу поэтических предметов
Ясных пейзажей птиц и прочей красоты
Также не жду вдохновения
Мешаю упрямую глину слов
Ищу таинственный смысл
Пусть меня выведут на дорогу
С расставленными указателями
Может быть сумею шагать по ней
Если только вдали не откроется
Нехоженая тропа в незнакомом поле
Окна
В темноте по ту сторону окон
Барражируют мудрые совы
Раскинув бесшумные крылья
Летучие мыши
Срываются с гнезд в слепые полеты
Деревья и звезды
Статичные формы покоя
Молчат в полусне медитаций
Идет время таинств
И мысли кипят
Вгрызаясь в загадки
И путь к совершенству
Уже не блестит однозначно
Когда побеждая рутину привычек усталость
Гребем по ночам к каллиграфии слов
Кристаллической точности формул
«Восхожу до собственных истин…»
За стеклянной бронею окон
Уже нет горшков с геранью
Пахнувшей пряно и сладко
Нет больше ковров по стенам
С выцветшими лагунами
Пугливыми ланями
Можно подумать
Что там поселились другие
Такие что любят простор
А эти унылые
Может быть умерли
Может быть вывезены за город
В пределы дымящейся свалки
Все здесь другое
И время и люди
Владельцы тех окон
Обитатели новых миров
Когда из-за праздничных стекол
Ловлю безмятежный от сытости взгляд
Я думаю мне показалось
«В неспокойном море предвзятых мнений…»
Восхожу до собственных истин
Путем крутым и надежным
Ценой ошибок невзгод
Обидных падений
Избегаю всего что может
Столкнуть меня в пропасть
Похвал и полезных знакомств
Исходных расчетов
Волочу за собой
Тяжелое бремя
Корявую память
Свою и еще неизвестно чью
Перед каждым привалом
Клянусь что оставлю
Окаянную ношу
Ведь бывает – бросают
И сразу взлетают наверх
Но это сплетенье корней
Уже проросло мою кожу
Болит нестерпимо
И кажется
Будет цвести
«Сначала – время умирать…»
В неспокойном море предвзятых мнений
Совесть одинокая шаткая платформа
Изо всех сил упираюсь в нее ногами
Чтобы не смыло за борт
Во время репетиции локального потопа
Если хватит сил устоять перед волнами
Безжалостно гнущими даже стальные балки
В непроглядных глубинах души
Ясность настанет
Замолчит наконец взыскательное сердце
Сначала – время умирать
А после – жить
Со страхом в бой готовишься кровавый
Где может быть тебе и повезет
Останешься в живых и даже память
Не сохранит воспоминаний об утратах
Потом любовь и сладость мирной жизни
Растут стихи на цветниках надежд
И только медь оркестров духовых
Твердит нам свой репертуар тревожный
Не делая различий для времен
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?