Читать книгу "Вкус моей ночи"

Глава 8

Морвейн

Полиция ушла, а вот мысли остались. Лея не может контролировать пока свой голод и в целом мне на руку ее встреча с женихом. Пусть сгрызет его к чертям.

А с другой стороны, лишний шум сейчас ни к чему.

Поэтому я просто поднялся за Леей, взял ее за локоть и потащил за собой.

– Куда мы? – пискнула она.

– На тренировку. Полар! Принеси порцию крови!

Мы спустились в подвал. Там у меня есть прекрасная пыточная для моих недругов. К сожалению, сейчас там не было никого. Но справлюсь и так.

Закрыв дверь, я начал расстегивать пуговицы.

– Ты… ты что делаешь? – пролепетала Лея, отступая к выходу.

– Будем учиться, милая.

Дворецкий принес реквизит и вздохнул.

– Знаю, растрата. Но что поделать, – прочел я его мысли. – Запри нас на часик, пожалуйста.

– Как пожелаете.

Он еще раз бросил печальный взгляд на пакетики с кровью и вышел. Мой замысел он понял. Первые дни сложные для вампира. Ему то хорошо, то разум отключается. Если не давать еды, то будет ой как несладко всем вокруг.

Я же стащил с себя рубашку.

– Да что ты делаешь?! Я не буду с тобой спать! Тем более здесь! – заверещала Лея и бросилась к двери.

Но дерганье ручки ни к чему не привело.

– Соглашусь, здесь не очень удобно. – Я открыл первый пакетик и вылил на себя бордовую жидкость. – Но для секса у меня есть более сговорчивые девицы.

Темная и густая, как смола, кровь побежала по груди. Она остыла до температуры подвала. Я не торопился. Подождал, пока первая струйка дойдет до пояса, и только тогда поднял взгляд на Лею.

– Это, между прочим, легкий вариант, Одуванчик. Кровь холодная, мертвая, без сердцебиения. Когда-нибудь под тобой будет живое и теплое тело с пульсом, который ты будешь слышать ушами. И вот тогда мы посмотрим, как ты справишься. Сейчас – это репетиция.

Я видел, как ее зрачки расширились, проглатывая синеву.

В этой комнате не было ничего, кроме стола и стула. И Лея, подбежав к последнему, попыталась его схватить, чтобы хоть как-то защититься от меня. Только вот он приварен к полу.

– Да черт! – выругалась она и заметалась по помещению.

– Ты уже чувствуешь этот вкусный запах? Поэтому такая паника? Ты ведь знаешь, Одуванчик, что я тебе ничего не сделаю. И сейчас ты от меня не убежишь.

Я медленно наступал, загоняя ее в угол.

Голод. Она ощущала нестерпимый голод, который сложно контролировать. Кровь пусть и не свежая, но сводила ее с ума.

Вжавшись в стену, Лея ощетинилась, выпустила клыки и с рыком бросилась на меня, пытаясь вгрызться в шею.

Но я одним движением перехватил ее и пригвоздил к холодной поверхности. Ладонью сжал ее горло.

Девушка брыкалась, дергалась. Сейчас больше напоминала взбесившегося пушистого котика.

– Ты должна уметь контролировать свои импульсы, Одуванчик. Давай, девочка.

– Я не могу, – облизнулась она, жадно смотря мне на шею.

Ее тело выгибалось и вжималось в мое.

– Аккуратнее, милая. Это меня заводит, – чуть ближе наклонился я.

Девушка хищно засмеялась, но дыхание сбилось. Зубки вылезли сильнее.

– И как ты прошла комиссию, дикая кошка? – прорычал я, вдавливая Лею в стену, потому что молодая вампирская сила рвалась наружу.

– У кого-то сильная эрекция, – промурлыкала Лея и посмотрела мне в глаза. – Я даже и не против…

– Знаю я твой хитрый план. Соберись! И вспомни своего милого жениха. Если парень случайно порежет руку, то ты его сожрешь, а не трахнешь. Конечно, расставание будет эпичным, но убирать дерьмо за маленькими вампиршами в мои планы не входило. Хотя знаешь что… я наврал. Ты его больше не трахнешь, потому что не захочешь.

Видимо, мои слова охладили ее пыл немного. И да, моя кровь не такая вкусная, она еле теплая и с привкусом страданий. Поэтому Лея спокойно могла пройти комиссию. Да и накормить я ее успел до этого. А сейчас в ней пробудился голод. И с каждым днем он будет расти. Ей придется научиться с ним жить.

– Что я должна сделать? – прошипела девушка.

– Я тебя сейчас отпущу и дам лизнуть кровь с тела. Но никаких укусов. Ты поняла?

– А вот это вряд ли. Я бы тебя убила, если бы могла.

– Но-но-но, – цокнул я. – Полегче. Еще не доросла до этого. Готова?

Лея неуверенно кивнула, и я разжал пальцы. Отошел на шаг.

Когда в последний раз я кого-то учил справляться с вампирством? Это было, наверное, век назад с одной из моих любовниц. Уж очень хорошо девушка управлялась со своим ротиком, и хотелось запечатлеть ее умение на века. Жаль, ее убили сумасшедшие фанатики. Но она сама виновата. Не смогла совладать со своими эмоциями.

А сейчас? Мне что… стало скучно? Наверное.

Меж тем Лея медленно приблизилась, не отрывая взгляда от меня, и ее губы коснулись моей кожи. Затем я почувствовал нежное касание язычка. Им она провела вверх. Одной рукой девушка притянула меня за затылок и лизнула шею.

– Умница, – пробормотал я, а сам осознал, что мои руки уже блуждали по ее спине.

Секунда, и в мою шею впились клыки.

– Твою мать! – дернулся я в сторону, отстраняя красотку. – Не кусать! Забыла?

– Это месть!

– Я люблю пожестче, сладкая, но пока не время.

Я поймал себя на том, что глубоко дышу. Сейчас я сам потеряю контроль, потому что эта девчонка вызывала бурлящий коктейль внутри. Хотелось ее выпороть и в то же время совратить. Прямо здесь.

Повинуясь инстинктам, я подхватил ее и усадил на стол, расставив руки по обе стороны от девушки. Провел двумя пальцами по своему торсу, собирая остатки крови, и поднес их к ее губам.

– Оближи!

Я видел, как в ней борются чувства. Отвращение и желание перемешивались в этой прекрасной головке. Она сопротивлялась и в то же время летела на вампирское пламя.

Пальцами я прошелся по ее лепесткам и заставил открыть рот. Девушка дернулась, но я обхватил свободной рукой затылок. И ей пришлось подчиниться.

Сладкие губки скользнули по моей коже, а потом она снова меня тяпнула.

– Плохая собачка, – втянул я воздух. – Давай еще раз.

Я повторил процедуру. На этот раз девушка только прикусила. Но по капелькам пота, выступившим на ее лбу, я видел, как сложно ей с собой справиться.

Тогда я взял второй пакет и очень медленно надорвал его зубами. Провел им по грудине и ниже. До самого ремня. Кровь стекала тонкими ручейками, разветвляясь. Я же следил за лицом Леи и видел, как ее взгляд опускается вслед за каплями. Губы приоткрылись, обнажив кончик клыка под верхней губой.

– Достань, – приказал я.

– Что?

– Проведи языком снизу вверх и не торопись. Если укусишь, начнем сначала.

Секунду девушка помедлила, а после соскользнула со стола и наклонилась. Я почувствовал ее дыхание у себя на животе.

Первое прикосновение языка было робким. Она слизнула нижнюю каплю у ремня и медленно повела вверх. Как я и велел.

Я же откинул голову и уставился в потолок, потому что смотреть вниз было сейчас нельзя.

Ее язык дошел до грудины и замер.

– Не останавливайся, – приказал я хрипло.

– Ты сам сказал – не торопиться, – хмыкнула Лея.

Маленькая дрянь.

Она снова двинулась. Еще медленнее, чем раньше. Я чувствовал ее рот каждым сантиметром своей кожи и через связь понимал, что девушка тоже едва справляется с желанием.

Когда ее язык дошел до ключицы, она остановилась окончательно и подняла на меня глаза. Они блестели хищно и весело.

– Морвейн, у тебя там что-то твердое в брюки упирается. Это тоже часть тренировки или ты не справился?

Я взял ее за подбородок и прошептал:

– Это часть твоей тренировки. Ты должна научиться не пользоваться этим против меня.

– Ну тогда я провалилась, потому что уже этим пользуюсь, – нахально улыбнулась Лея, облизнувшись.

И тогда я понял, что вторая часть тренировки нужна мне не меньше, чем ей. Может, даже больше.

Я собрал двумя пальцами остатки крови на своей груди и провел по ее шее. Услышал рваный вдох, а невольно прикрывшиеся глаза девушки заставили гореть.

Капля поползла вниз по ключице, и я наклонился сам. Поймал ее языком у края ткани, и Лея задохнулась. Впилась пальцами мне в плечи.

Я, не торопясь, провел языком вверх до яремной впадины. Там, где у девушки бился пульс. И остановился.

Мы оба чуть дрожали.

– А вот это, – пробормотал я ей в кожу, – было только для меня. Я тоже тренируюсь.

Из нее вылетел нервный смешок, и я выпрямился.

– Прекрасно, – шепнул я.

Но отстранился не сразу. Еще несколько секунд наслаждался этой близостью. Затем взял последний пакетик и дал Лее. Она с жадностью его выпила.

– Ты заслужила, милая. Завтра попробуем еще раз. Вечерком. Когда проголодаешься.

Лея мотнула головой, приходя в себя. Провела ладонью по лицу.

И схватила меня за руку, только когда я приблизился к двери.

– Стой! Мне нужно сегодня! Там мои вещи! И еще… есть кое-что. Это по Рону! Там есть карта! Над ней Мэй долго сидела…

Карта. Меня пробило холодом. Если Мэй работала над картой вместе с Валероном, значит, они были близки к тому, чтобы найти Дверь. И Дариэн об этом знает. Или догадывается.

– Я сам заберу!

– Нет! Ты не знаешь, где она. Я все спрятала!

Я громко постучал. Лея не выпускала моей руки. Продолжала тараторить.

– Я смогу справиться! Поверь! Просто сейчас… Я злилась.

– Ага! – развернулся я и схватил пальцами ее подбородок. – Думаешь, я не проходил через это сам? Я прекрасно знаю, что ты чувствуешь. Этот голод первых дней навсегда останется в памяти.

– И… как ты с ним… справился?

– Жестоко, Лея. Тебе лучше не знать. Наставников у меня не было.

Девушка сглотнула. В ее глазах плескался страх.

Замок щелкнул, и дверь распахнулась. За Поларом стояли две собаки. Они скалились.

– Ты и их сюда припер?

– На всякий случай, господин де Нуарэтт. И вам письмо.

Я быстро выхватил конверт. Как старомодно. И да, только Дариэн занимается такой ерундой.

– Нас приглашают на ужин завтра! – бросил я и посмотрел на Лею. – Приведи себя в порядок. Полар даст тебе на выбор платья.

Дариэн зовет нас к себе. Вынюхивает? Хочет взглянуть на Лею вблизи. Понять, что я знаю. А может, проверить, не нашел ли я то, что он ищет. Что ж, я тоже хочу кое-что проверить…

– Дай хотя бы позвонить!

– Твой жених обойдется еще денек без тебя.

Я вышел за дверь. Слышал, как Полар дает команду собакам, чтобы вывести их из режима атаки.

Надо принять ледяную ванну после такого. А то я так долго не продержусь.

Но из головы не выходила приписка Дюваля в письме: «P.S. Надеюсь, твоя невеста любит одуванчики. У меня в саду как раз расцвели».

Ублюдок просмотрел камеры. И, видимо, они не только немое кино показывали, но еще и звук. Он слышал все, что я говорил. Знает, как я называю Лею. Ужин – это ловушка. Но идти все равно надо, чтобы узнать его план.

И мне нужно запастись ронским серебром. На всякий случай. Если что-то пойдет не так.

Глава 9

Лея

Только напившись крови, я немного пришла в себя. Густая сладковатая жидкость притупила сводящий с ума голод и невероятно обострила все остальные чувства. Теперь я слышала, как ветер бьется в окно, и чувствовала Морвейна за несколькими стенами. Меня тянуло к нему невидимым магнитом. Из-за этого ритуала и обмена кровью – я жаждала его близости и обжигающе-холодных прикосновений. Головой я яростно противилась, но тело предавало меня с каждой секундой. И он это знал!

Морвейн в принципе плохо на меня влиял. Хотя как должен влиять вампир?

Еще недавно у меня не было желания сожрать человека, а сегодня все изменилось. А если я, и правда, наврежу Джеку? Или просто невинным людям? Получается, мне нельзя выходить из особняка. И от самого Морвейна тоже лучше не отходить. Он сильный и сможет меня вовремя остановить. Если захочет.

Хочет...

Еще парочка таких тренировок, и я сама соблазню Нуарэтта.

В дверь постучались, и я крикнула из ванной комнаты, не желая вылезать из горячей воды:

– Открыто!

В спальню вошел дворецкий Полар.

– Мадемуазель Летиция, я принес вам платья.

– Оставь на кровати! Спасибо!

Мужчина ничему не удивился, и вскоре я услышала, как дверь закрылась.

Я расслабленно откинулась на край ванны и прикрыла веки.

Попыталась представить Джека. Моего хорошего, доброго и надежного Джека. Когда говорят, что в паре всегда партнеры делятся на кошку и собаку, то они абсолютно правы. Джек самый настоящий золотистый ретривер по характеру, лучший человек и друг в моей жизни. И сейчас он переживает за меня, а я даже позвонить не могу...

Это неправильно!

Вот сегодня ему полицейские скажут, что я не пропала, а живу с другим. И он расстроится. От этого неприятно.

Морвейн сказал, что это были подозрительные полицейские, еще и про Джека намекал, но я не верила. Я же его знаю!

Я попыталась понять, что чувствую к Джеку, потому что меня пугала пустота. Как будто и не было у нас с ним столько месяцев отношений. Пора уже признаться. Да. Я любила Джека, но как хорошего друга. Даже сексом занималась механически, не испытывая ничего. Просто думала, так и должно быть. Но с Морвейном я теряла себя от одного поцелуя. И сейчас прекрасно осознавала, что у меня отсутствовало влечение к Джеку. Полностью.

Внизу послышался шум и громкий стук в дверь.

Лай собак, какие-то разборки. И еще до того, как раздался крик, мой сверхслух уловил бешеный ритм человеческого сердца и дурманящий запах живой крови.

– Лея! Ле-е-ея! Ты не имеешь права ее удерживать! Лея!

Мне же не кажется голос Джека? Боже мой!

Я выскочила из ванной, торопливо обтерлась полотенцем и нацепила свой развратный халат. Просто больше ничего не было под рукой, не вечернее же платье натягивать, да и оно не лучше в своей откровенности.

Я бегом спустилась по лестнице, чтобы успеть застать, как Джек размахивает канделябром, а Полар держит собак.

– Прекратите! – закричала я.

– Лея! – завопил Джек, еще настырнее пытаясь прорваться ко мне.

– Стоп! – гаркнул Морвейн. Он появился из гостиной первого этажа, и молниеносно все успокоились. – Полар, убери собачек.

– Лея! Я пришел за тобой! – радостно воскликнул Джек и сделал шаг ко мне.

Но я отшатнулась от него:

– Не подходи!

Он неуверенно остановился, в его голубых глазах появилась обида.

– Полицейские сказали, что ты здесь по своей воле... Что ты с этим! – Джек бросил на Нуарэтта презрительный взгляд.

– Они правильно сказали, но ты так туп, что не поверил? – усмехнулся Морвейн. – Так сейчас Лея повторит. Да, милая?

Я расстроенно села на ступеньку и запустила пальцы в волосы. Вот как мне все объяснить?

– Лея? – в голосе Джека уже сквозила неприкрытая боль.

Он сделал шаг, и я закричала, вытянув руку вперед:

– Не подходи!

Увидев его расширившиеся от ужаса зрачки, я поднесла ладонь к лицу. Языком ощупала выдвинувшиеся клыки. Запах его крови привлекал мою вампирскую часть, заставляя действовать на инстинктах.

– А я говорил, что лучше не надо или ты его сожрешь, – меланхолично заметил Морвейн. – Полар, убери свидетеля.

– Нет! – Я за секунду оказалась внизу и повисла на руке дворецкого. – Не надо его убивать!

От моего ускоренного спуска удивились все, но первым в себя пришел Нуарэтт. Он подхватил меня за талию и оттащил от Полара. Одно его прикосновение – и голод чуть отступил, сменившись пульсирующим желанием.

– Никто его не будет убивать, – пробурчал он. – Просто заставит все забыть и выкинет вон.

– А как же я?

– А что ты? Ну расстались и расстались, бывает.

– Но я не хочу расставаться, – напомнил о себе Джек. – И забывать ничего не хочу!

Я обернулась к нему:

– Это невозможно, я умерла и теперь опасна для тебя.

– Я не боюсь! Я же не сбегал, когда у тебя было ПМС.

Даже сейчас он старался меня рассмешить.

– Очень похоже, но теперь я могу тебя нечаянно убить.

– Похоже? – пробурчал рядом Морвейн. – Ты даже в виде вампирессы как злой хомячок. А этот просто слабак.

– Прекрати! – Я пихнула Морвейна в бок, но вампир даже не шелохнулся. – Дай нам нормально поговорить.

– Уверена? – выгнул бровь Нуарэтт.

– Да, но будь рядом. Не хочу откусить ему голову.

Наконец-то мы все прошли в гостиную.

Джека усадили в кресло, а мы с Морвейном сели на диван, притом вампир, как специально, положил руку мне на талию и прижал к себе. Мое тело предательски обмякло в его захвате.

На мое возмущенное сопение Нуарэтт состроил невинную моську:

– Это ради безопасности твоего бывшего.

– Я не бывший, – процедил Джек.

Он хмурился, смотря, как Морвейн нагло меня лапает и обнимает.

– Бывший, у нас свадьба через три недели.

Это был удар ниже пояса, и Джек застыл. Очень хотелось его успокоить, но пластырь лучше оторвать.

– Джек, милый, прости, это трудно. Но я позавчера умерла и стала вампиром. Сам видишь, я не вру.

– Но как? – Джек с ненавистью уставился на Нуарэтта: – Это он?

– Он, но это был единственный шанс выжить, хотя бы в таком виде.

– А ты? Как ты себя чувствуешь?

– Плохо. Например, сейчас я хочу тебя съесть. Только в плохом смысле.

– А если я тоже стану вампиром? Ты вернешься ко мне?

– Ты что?! – Я удивленно захлопала ресницами.

– На вечную жизнь места ограничены, – хохотнул Морвейн.

– Не трогайте его, пожалуйста, – тихо попросила я, повернувшись к Морвейну.

– Мы теперь никогда не сможем быть вместе? – уточнил Джек.

Хотела бы я пообещать, но влез Морвейн:

– Да, без вариантов.

Мы еще немного поговорили, но когда мне стало совсем плохо и я уже не могла смотреть на Джека без жажды, Морвейн отправил его восвояси.

А меня повел в спальню.

– Ты его не убьешь?

– Нет, но сейчас Полар поработает с его памятью, про вампиров он знать не должен.

Я грустно кивнула, принимая его правоту.

– Ты его больше не подозреваешь?

– Подозреваю, – пожал плечами Морвейн. – Теперь даже еще больше. Но ты же уверена, что он добрый малый?

– Да! – убежденно воскликнула я. – Я же его знаю!