Читать книгу "Мы ненавидим всех. Преданные"

– Называй это как хочешь. Я уже привык, что ты не веришь моим словам. —Ладонь Дарио поглаживает мою ягодицу и забрасывает ногу ему на бедро. Пах вплотную прижимается к моей промежности, и я ощущаю, как увеличивается в размерах член, упираясь мне между ног.

– Это плохая идея.

– У тебя есть лучше? – Он покачивает бедрами, задевая стояком клитор.

– Ага, – сглатываю слюну. – Озвучу утром. Как и договаривались.

– Имей в виду, я больше не вернусь, если ты снова прогонишь меня.

– Знаю… – Обхватываю его длинный, твердый член и двигаю кистью вверх-вниз, проворачивая кулак у головки. – На это и рассчитываю.

– Твою мать, Ревендж… – Он втягивает воздух сквозь зубы и нетерпеливо вонзается поцелуем в мои губы.

– Поцелуй так, будто берешь меня в последний раз. – Я раскрываю рот, но Дарио отстраняется.

– Нет. Мне это не подходит. Я хочу целовать тебя так, будто ты будешь принадлежать мне каждый гребаный следующий день.

Он напористо овладевает моим ртом, проталкивая язык внутрь, одновременно вторгаясь в мое нутро. Я вскрикиваю, но мой всхлип, как и последующие несдержанные стоны, гаснет на устах моряка.

***

Самое нежеланное утро наступает слишком быстро и назойливо – кто-то пытается прошибить мою входную дверь настойчивым стуком. Я выкарабкиваюсь из-под одеяла и хочу вскочить с постели, но рука, прикованная к запястью моряка, не позволяет мне уйти далеко.

– Эй, Дарио… – Толкаю его в плечо. – Проснись. Слышишь? – Тормошу сильнее. – Кто-то пришел. Нужно открыть.

– Шли их в задницу, бейби. И иди ко мне. – В полудреме и не открывая глаз, Дарио тянется к моему телу, обвивает руками талию и валит обратно на кровать. – Еще слишком рано, чтобы выбираться из постели. Особенно, когда рядом со мной такая сексуальная, голая попка.

– Нет! – Бью ладошкой ему в грудь. – Отпусти. Я должна открыть. Вдруг что-то случилось. А вдруг…

… это Энзо?

Сердце застывает и пропускает удар.

Он убьет меня. А потом и Дарио. Или наоборот. Но итог будет одинаковым – нам обоим придется заказывать похоронную церемонию.

Страх проносится леденящей дрожью по позвоночнику, вызывая тряску в конечностях.

– Дарио, прошу тебя, сними наручники. – Позвякиваю цепью. – Пожалуйста. Уже утро. Ты обещал.

В дверь снова стучат, и я подскакиваю на месте. Сердце реагирует так же, не находя себе пристанища в груди.

– Дарио! – штурмую его обеими руками. – Просыпайся!

– Хорошо, – наконец-то реагирует он, зевая и растягиваясь по моей кровати. – Боги, как же сладко с тобой спится…

– Дарио. – Я стискиваю зубы, раздражаясь.

– Ладно. Идем. – Он ворочает шеей и медленно поднимается на ноги. Я за ним, прихватив одеяло, чтобы не светить обнаженным телом в лучах утреннего солнца.

– Куда?

– За ключом от наручников, бейби. Он в моем рюкзаке. А рюкзак спрятан под стулом на заднем дворе.

– И ты предлагаешь мне в таком виде выйти на улицу? – возмущаюсь я по пути к кухне.

– У тебя есть другие варианты? Не ты ли спешишь открыть дверь этому навязчивому типу?

– Давай быстрее. – Скрипя зубами, я следую за Дарио, все туже обматывая вокруг своей фигуры длинное одеяло.

***

Вернувшись на кухню, Дарио отстегивает наручники от своего запястья, и я сразу же бегу в спальню за халатом, не дожидаясь, пока моряк освободит и меня. Находу набрасываю одежду и распахиваю входную дверь, не удосужившись даже причесаться.

– Тео? – сглатываю, когда мой взгляд ударяется о спину удаляющегося мужчины. Он уже хотел уйти, но оборачивается, и я встречаюсь с замешательством в голубых глазах.

– Астра… Слава богу, ты дома. – Тео спешно возвращается к моему крыльцу и останавливается в шаге у двери, где застыла я.

– А где еще я должна быть?

– Ну я… После вчерашнего странного звонка я подумал, что, возможно, с тобой что-то случилось… И… – Тео запускает руку в волосы на затылке и почесывает голову. – Я должен был убедиться, что с тобой все в порядке.

– Все хорошо. Я просто перебрала вчера с вином, – улыбаюсь самой нелепой улыбкой. – Вот и отключилась, – хихикаю еще глупее, чем улыбалась.

– Я разбудил тебя? – Взгляд Тео скользит по моему силуэту, облаченному в домашний халат. – Извини. Помню, ты говорила, что бегаешь по утрам… Вот я и заявился так рано. Еще раз прости.

– Все в порядке. Не стоит извиняться. Это я повела себя глупо. – Поправляю волосы правой рукой и заправляю непослушные локоны за ухо, совсем забывая, что именно на этом запястье висят не отстегнутые наручники.

Я лишаюсь дара речи, когда вижу, что Тео смотрит прямо на железный браслет, свисающий с моей руки.

– Это не то, о чем ты подумал… – Нервно прячу руку обратно в карман халата. – Я просто… Я…

Да, черт возьми, как эту ситуацию вообще можно объяснить?!

– Я все понял. – Тео прочищает горло. – Извини за беспокойство. Я не имел права врываться в твой дом вот так. Да еще и в выходной день.

– Тео… – У меня сжимается сердце. Вместо того, чтобы действовать согласно плану и сближаться с ним, я бегу совсем в другую сторону, в другие объятия, к другому парню.

Что, блин, в моей голове?! Какого хрена я внезапно поменяла местами приоритеты?

– До встречи на работе, Астра, – кивает Тео, впопыхах удаляясь от меня.

Я сжимаю кулаки и громко хлопаю дверью, поддаваясь досаде.

Вместо того, чтобы провести эту ночь с ним, я выбрала одиночество. Отклонила все его приглашения, но позволила его сводному брату влезть в мой дом.

Вместо того, чтобы тратить силы на соблазнение Тео, я опять трахнулась с его братом. Хоть и обещала себе, что больше никогда не поддамся чувствам и не совершу повторную ошибку.

И наконец вместо того, чтобы двигаться к победе, я сама создала себя хренову тучу препятствий, зависла на середине пути и уже не знаю, в какую сторону свернуть, когда изначально должна была следовать по одной прямой дороге.

Я плюхаюсь на диван в гостиной и опускаю в ладони лицо.

Какого черта я не послушала Энзо и в первый же день пребывания в Роли потащила свою задницу на поиски приключений? Какого черта мне повстречался этот гребаный неугомонный моряк? Он ведь должен был остаться одноразовым парнем без имени и истории, а теперь я сама же лезу к нему в душу, зная, что все равно в конце концов сбегу от него.

Нежное прикосновение к моему запястью заставляет меня вздрогнуть.

– Я просто сниму наручники. – Облаченный в черные джинсы Дарио дотрагивается до моей руки и запускает ключ в браслет.

– Почему ты не сделал этого раньше? – Не хочу слышать ответ на этот вопрос. Я просто разбита разочарованием в самой же себе. – Теперь Тео думает, что у меня кто-то есть… Кто-то, кто трахает меня, приковывая наручниками к кровати.

– Почему тебя волнует, что он думает? – Наручники с лязгом падают на пол, а Дарио остается неподвижно стоять напротив меня. Кажется, если я задержу дыхание, то даже услышу, как дико клокочет в груди его сердце.

– Уходи, – тихо произношу я.

– Вас что-то связывает? – не успокаивается моряк.

– Простой уйди. Ты обещал. – Не поднимаю на него взгляд.

– Что у тебя с ним, Астра? Какого хрена мой брат делает на пороге твоего дома ранним утром в воскресенье? – Я вижу, как сжимаются кулаки Дарио и белеют костяшки пальцев. – Поэтому ты боишься подпускать меня? Из-за него? В этом основная причина?

– Уходи. – Я стискиваю зубы, чтобы не заплакать. – Иди прочь. Проваливай! И больше никогда не смей вламываться в мой дом, понял? – Запрокидываю голову, пытаясь выглядеть равнодушной, когда у самой трясется даже подбородок, и я прикусываю щеку изнутри, чтобы не позволить себе заплакать. – Ты здесь никому не нужен.

Добиваю последней фразой: вонзаю нож в его самолюбие, режу по живому и вгоняю клинок прямо в сердце Дарио. Моя душа тоже кровоточит. Но так будет лучше. Лучше закончить все прямо сейчас, чтобы потом не погибнуть от неизлечимых ран.

– Какого черта, Астра?! – Дарио резко хватает меня за плечи и встряхивает, поднимая на ноги.

Мои глаза, полные слез, приковываются к его синим, где снова бушует яростный шторм.

– Ночью ты была другой и говорила совершенно другие вещи! Что изменилось? Почему ты снова гонишь меня?!

Я отвожу взгляд, не в силах смотреть ему в глаза.

– Все дело в нем, так? – Челюсти Дарио со скрипом смыкаются. – Ты влюблена в Тео? – Его грудь часто вздымается. Руки напряжены до такой степени, что вздулись вены.

Бог, я знаю, что ты и так ненавидишь меня, но я заранее прошу прощения за то, что сделаю дальше. Можешь наслать на меня проклятие, ладно? Только убереги сердце Дарио. Я его не заслуживаю.

– Да, – сквозь всхлип, отвечаю я. – Ты прав. Не знаю, как так вышло, но… Сердцу не прикажешь. А тобой я пользовалась, чтобы отвлечься. Но, как видишь, не сработало.

Дарио мгновенно выпускает меня из рук, так и не поняв, что я снова лгу. Жестокая ложь все-таки разобьет ему сердце. Никакие мольбы не помогут. Мое уже надломилось и треснуло, заставляя испытывать ноющую боль. Но я должна поставить жирную точку.

– Уходи, моряк. Нам нужно все прекратить. – Он обещал исчезнуть из моей жизни, если я повторю эти слова.

В трещины сердца забивается гвоздь за гвоздем. Это больнее, чем я могла себе представить. Нутро требует задержать его. Объясниться. Рассказать правду. Но я не могу. Он – преграда на пути к моей цели, и если я позволила себе слабость, то должна понести наказание.

Прощай, Дарио. И прости.

Я наблюдаю, как он уходит, но не двигаюсь с места до того, пока не слышу хлопок задней двери, и только потом позволяю себе расплакаться.

Это длится недолго, и когда я успокаиваюсь, беру в руки телефон и начинаю печатать вторую заметку. Если я выскажусь, делая вид, что пишу другому человеку, мне должно стать легче. Когда-то так говорил мой психолог. Самое время проверить, действует его техника или стоит послать и технику, и психолога к черту.

Во всяком случае первая заметка после вечеринки в честь Дня Университета помогла мне игнорировать Дарио целых две недели.

Поэтому, скорее всего, мне придется писать чаще.

Глава 6. Тук-тук. Кто там?

Конец ноября

Астра

Еще одна, третья заметка, созданная в целях сохранения самообладания где-то в середине ноября, позволяет мне сосуществовать и обмениваться односложными фразами со сводными братьями Сантана вот уже почти целый месяц.

Тео отстранился и, кажется, пытается избегать меня. Прошло уже около трех недель с той ситуации, когда он увидел наручники на моей руке и убежал, как ошпаренный.

Что касается Дарио… Здесь все в разы сложнее. Я вижу его на каждой тренировке. Вижу, как он выплескивает агрессию через спорт и добивается ошеломительных результатов. Вижу, как он даже не косится в мою сторону. Теперь я для него пустое место. Как я того и хотела. Вот только в груди жжет так, что я готова вырвать сердце, наблюдая, как он флиртует с девочками из группы поддержки.

Плюс ко всему, теперь Дарио завсегдатай на местных вечеринках, ведь он уже как три недели живет на территории кампуса в доме братства в эпицентре студенческой жизни, среди веселья, полуобнаженных молодых девиц и рядом с дотошной сучкой Синди. Каждый раз, когда во время тренировки Дарио пробегает мимо нее, она задирает свою чирлидерскую юбку все выше, оголяя подкаченную задницу, а к моему горлу подкатывает тошнотворный ком. Но самое обидное, что так же, как ее, он сейчас не замечает и меня.

Ну и плевать. Теперь я наконец-то смогу сосредоточиться на Тео. Нужно что-нибудь придумать, чтобы снова завладеть его вниманием. И идея приходит сама собой, когда легкий форвард Коул Донован, снова лажает на площадке.

– Эй, Тео, – поддеваю его плечом, – у меня есть несколько замечаний по поводу игры. Мы можем это обсудить после тренировки?

– Эм… да, конечно. – В его голосе чувствуется замешательство. – Заходи в мой кабинет, там и поговорим.

– Идет, – улыбаюсь я, и Тео дарит мне ответную сдержанную улыбку, но для начала и этого достаточно.

***

– Тук-тук, – озвучиваю я, стучась в дверь кабинета Тео.

– Кто там? – подыгрывает он.

– Ава.

– Какая Ава?

– А, в, а, б, в, г, д, е, ё, ж, з… – Я улыбаюсь, заглядывая внутрь.

– Это самая глупая шутка из всех в жанре «Тук-тук», – посмеивается Тео.

– Однако ты смеешься.

– Ладно, подловила. – Он жестом приглашает меня внутрь, указывая на стул напротив своего стола.

– У тебя здесь уютно… – Захлопнув за спиной дверь, оглядываю его кабинет, будто вижу эти стены в первый раз.

– Правда? – ухмыляется он. – Здесь статистика прошедших игр приклеена к стенам скотчем.

– Ладно, подловил. – Усаживаюсь в кресло перед Тео. – Тут явно не хватает женской руки.

На его щеках снова появляются те самые сексуальные ямочки. И это хороший знак. Значит, я не ошиблась с выбором пути.

– Хочешь что-то подправить? – Тео откидывается назад, взирая на меня с улыбкой.

– Нет. Я ведь твоя помощница, а не дизайнер. Преображение твоего кабинета не входит в мои обязанности, тренер Сантана. – Я театрально вздергиваю подбородок. – Я хорошо изучила должностную инструкцию.

– Даже не сомневался, мисс Аллен.

Он едва сдерживается, чтобы не рассмеяться, но я сдаюсь первой, срываясь на громкий смех. С сердца будто камень падает, когда Тео подхватывает волну смеха, позволяя себе расхохотаться от души, но наше веселье прерывает внезапное подергивание дверной ручки. Мы оба замираем, и дверь резко распахивается. В кабинет беспардонно вваливается Дарио. Он раскрывает рот, чтобы что-то сказать, но замечает меня.

В синих глазах моряка моментально вспыхивает гнев. Челюсти плотно стискиваются, и я вижу, как вздувается и подергивается вена на его напряженной шее.

– Ты что-то хотел? – спрашивает Тео, в то время как я теряю способность говорить и двигаться. Так и сижу вполоборота, чувствуя, как по телу разливается дрожь.

– Да, – грубо отвечает Дарио, отводя от меня брезгливый взгляд, будто я низшее из существ, с которым ему доводилось встречаться. Даже грязную крысу он встретил бы радушнее, чем меня в кабинете Тео. – Сотри мой номер из контактов своей невесты. Она задолбала меня своими звонками.

– Что? – хмурится Тео, но Дарио не собирается растрачиваться на пояснения. Он уматывает из кабинета так же быстро, как и ворвался сюда, не удостаивая меня даже беглым прощальным взглядом.

Раздается мощный хлопок двери. Тео тяжело вздыхает. Я царапаю пальцы под столом и закусываю нижнюю губу.

Однажды он успокоится и будет только рад, что вовремя отказался от меня. Со временем он поймет, что для нас обоих никогда не был заготовлен совместный путь в «долго и счастливо».

– В последний месяц между мной и Дарио все еще паршивее, чем было, – раздосадовано сообщает Тео, запуская пальцы в волосы на затылке. Очевидно, он переживает по этому поводу. – Не знаю, в чем дело. – Кажется, я знаю. Но от этого не легче. – Дарио отказывается говорить со мной. Дома не появляется. Все время проводит в кампусе. Я убедил Алонсо не устраивать публичный скандал и дать Дарио немного свободы, но я не думал, что он отвернется даже от меня.

Всему виной моя ложь. И мне горько от того, что я заставляю страдать обоих братьев, поэтому неумело пытаюсь сгладить углы:

– Завтра День благодарения1010
  День благодарения – важнейший семейный праздник для американцев. Отмечается в четвертый четверг ноября. Люди откладывают все важные дела, чтобы собраться и пообедать в кругу родных. Перед трапезой члены семьи по очереди произносят слова благодарности за дары на столе, за жизненные блага, а также за радость семейной встречи.


[Закрыть]. Возможно, вам удастся разрешить конфликт в такой чудесный семейный праздник, – робко улыбаюсь, стараясь хоть как-то поддержать Тео.

– Сомневаюсь, что Дарио порадует наш дом своим визитом. После того, как он съехал, еще ни разу не появлялся в поместье.

– Я думаю, что вам все же стоит его пригласить. Возможно, Дарио и озлоблен на весь мир, но этот день принято проводить в кругу семьи. Мне кажется, ему будет приятно ваше внимание.

– Обычно каждый семейный ужин заканчивается скандалом из-за выходок Дарио. – Тео пристально смотрит мне в глаза. – Но знаешь, – он поджимает подбородок пальцами, – ты права. Может, американские традиции хотя бы на один день усмирят Дикий пыл.

– Хотелось бы в это верить, – посмеиваюсь я, улавливая во взгляде Тео надежду.

– А у тебя какие планы на завтрашний день? Здесь принято посещать церковь, потом участвовать в городском традиционном параде, Алонсо, как обычно, выделит щедрую сумму на благотворительность в фонд города, а потом расставит по кварталам еще парочку новых билбордов с рекламой своей компании, – добродушно усмехается Тео.

«О да, как один из тех, в который мы с Дарио запустили твою машину…» – прокашливаюсь, чтобы не засмеяться.

– Ну, как тебе известно, я не американка и не знаю традиций этого важного праздника, поэтому планирую не вклиниваться в чужую культуру и просто тихонечко отсижусь дома.

– Нет, так нельзя! – резко оживляется Тео. – Нельзя в этот праздник оставаться одной. Моя мама планирует грандиозный ужин. С запеченной фаршированной индейкой под традиционным клюквенным соусом по середине стола и кучей закусок. А еще она обязательно испечет свой фирменный тыквенный пирог. Ты такой точно не пробовала. Это ее новый рецепт. Но клянусь, он ничуть не уступает тем, что мы ели в детстве на Рождество.

В нашем недолгом, счастливом детстве, которое пропало вместе с моей мамой и ароматными пирогами Эммы.

– Спасибо большое за приглашение, Тео, – вздыхаю я, ощущая внутри терпкую горечь, – но не думаю, что твоя мама будет рада видеть меня в вашем доме. И уж тем более за вашим праздничным столом. Если ты и забыл нашу последнюю встречу с Эммой, то я не забыла. Она прямым текстом сказала, что не желает больше видеть меня.

– Я все помню. – Его лицо резко приобретает серьезное выражение. Голубые глаза пронзительно смотрят на меня. – Я помню все, что произошло в ту ночь. Даже то, что ты сослала на текилу и, скорее всего, стерла из памяти.

Он говорит о нашем поцелуе.

Я не рассчитывала на такое внезапное и прямолинейное откровение со стороны Тео, поэтому теряю дар речи и с трудом сглатываю слюну, смачивая в миг пересохшее горло.

– Поэтому напомню. – Он встает из-за стола и направляется ко мне, приросшей к креслу напротив.

Что значит напомню?

Здесь? Прямо сейчас?

Я разлепляю губы, чтобы хоть что-то произнести в ответ, но изо рта не выходит ни слова. Я будто немая рыбка, способная только пускать пузыри без единого звука и наблюдать, как Тео подступает все ближе. И в этот момент я зачем-то вскакиваю на ноги, едва не ударяясь лбом ему в грудь.

– Наверное ты забыла, но… – Тео замирает в паре дюймов от моего силуэта, и я запрокидываю голову, чтобы встретиться с ним взглядом, – тогда я сказал, что ты моя коллега и подруга детства. И ты имеешь право быть моей гостьей в любое время дня и ночи.

Я боюсь сделать даже лишний вдох, чтобы не выдать смущения. Ведь я подумала совершенно о другом моменте из той сумасшедшей ночи. Конечно, Тео говорит о другом. Он бы никогда не посмел припомнить мне тот нелепый поцелуй. Это скорее в стиле Дарио. И мне пора бы понимать разницу в том, кто стоит передо мной.

– Поэтому я надеюсь, что ты примешь мое приглашение. Уверен, Алонсо будет очень рад узнать, кто контролирует поведение Дарио на площадке и не позволяет ему строить из себя заносчивую суперзвезду.