Читать книгу "Без сожалений"

Глава 4. Помню лекцию по визуальному совращению

Несмотря на вчерашние душевные терзания, новый день я встретила на удивление бодро: поднялась по первому будильнику, приняла душ, вытащила из гардероба белое платье свободного кроя, уложила волосы крупными кудрями и по пути на курс даже успела прихватить любимый ванильный латте в кофейне на углу.

Я добралась до пункта назначения без пробок и опоздания, поэтому удивилась, когда увидела целиком забитую аудиторию.

– Вот же черт, – процедила сквозь зубы и, приняв свою участь, ринулась к единственному свободному месту в верхнем ряду.

Обычно я предпочитала сидеть снизу, на первом ряду, чтобы ничего не упускать и внимательнее рассматривать материал на слайдах (да, я привыкла быть прилежной ученицей), но в этот раз у меня не было выбора. Разочарованная я уселась за дальний стол и принялась раскладывать необходимые вещи. Внезапно голоса замолкли. Едва слышный шепот однокурсников моментально сменился шуршанием бумаг. Подобная реакция могла означать лишь одно – в аудитории появился наш новый преподаватель.

– Оу… – чересчур томно выдохнула сидящая рядом Клара, отчего мне пришлось поднять голову.

И тут я замерла с застрявшей между пальцев прядью волос, так и не успев затолкать ее за ухо.

Черт бы меня побрал…

– Доброе утро. Меня зовут Энтони Марензи. В этом месяце я буду преподавать вам архитектурную светологию и азы светотехники.

– Гребаный Тони… Чтоб мне провалиться…

Я рефлекторно нырнула под стол, ударившись головой о деревянную крышку.

– Черт-черт-черт!

– Тея, что ты делаешь? – прошипела Клара, осторожно толкнув меня коленом.

– Ручку уронила, – шепнула я из-под стола, осознавая, в каком идиотском положении находилась.

– Ну молодец, блин. Теперь на тебя все смотрят. Вылезай скорее.

– Не могу, – сглотнула я.

– В смысле? – охнула Клара слишком, мать ее, громко.

– Что там у вас происходит? – поверх неразборчивых перешептываний раздался голос Тони, и аудитория погрузилась в напряженное безмолвие.

«Какова вероятность того, что подо мной обрушится пол и тогда мне не придется сгорать от стыда на глазах у однокурсников?» – прикидывала я, умещаясь под крышкой стола.

– Мисс?.. – Тон моего нового преподавателя a.k.a.9[9]9
  Аббревиатура a.k.a. расшифровывается как «also known as», в преводе с английского – «также известный как».


[Закрыть] одноразового любовника, стал настойчивее.

– Уилсон, – подсказал кто-то из аудитории.

Спасибо, вашу мать.

– Мисс Уилсон, – теперь Тони обращался конкретно ко мне, – у вас все в порядке? Или нам придется вызволять вас общими силами?

По аудитории прокатился слабый смех, и я взмолилась о падении метеорита прямо себе на голову.

– Тея, этот красавчик смотрит на нас. Самое время выползти из-под гребаного стола, – прикрывая рот ладонью, пробормотала Клара.

Самое время метеориту поторопиться и уже наконец проломить эту чертову крышу!

Метеорит, к сожалению, не спешил, чего не могла позволить себе я. Пришлось собраться с духом, мысленно сосчитав до трех, и выставить себя на всеобщее обозрение.

Ладони вспотели. Сердце готовилось выскочить из груди, лишь бы не участвовать в этом позоре вселенского масштаба. Я нервно прикусила губу и осмелилась посмотреть в голубые глаза, которые чуть больше суток назад пожирали мое тело в служебном помещении бара. Сейчас же во взгляде Тони не было ни капли той раскрепощенности и смелости. Он остолбенел, увидев мое лицо. А я ощутила дрожь, скатившуюся вдоль туловища к низу живота.

Томный вздох Клары был весьма кстати – в тонком сером пуловере и темных джинсах Тони выглядел магнетически сексуально.

– Эм… Что ж… – прочистил горло он. – Я… Я рад, что вы снова с нами. Пожалуй, теперь я могу приступить к лекции.

Тони шагнул назад и тут же вписался бедром в угол своего стола.

– Боже, какой он неловкий, – тихо хихикнула Клара. – Это так мило…

«Заткнись!», – мысленно возмутилась я, не в силах оторвать глаз от Тони, склонившегося над своим ноутбуком.

Он не смотрел на меня, но наверняка чувствовал, как мой взгляд сканировал его, а не слайды, всплывшие за широкими плечами. Однако он не подал вида и принялся уверенно излагать материал. К сожалению, слов я не могла разобрать – мысли были совершенно о другом.

Кажется, курс светологии так и останется для меня чем-то недосягаемым.

– Какой же он горячий! – тихо вздохнула Клара, когда Тони повернулся к нам задом.

– Что?! – Я резко выпала из транса.

– Ну согласись, нам наконец-то попался сексуальный препод. Ты только посмотри, – она закусила губу, – молодой, высокий и такой… – Очередной вздох сорвался с ее уст. – И судя по фамилии – с итальянскими корнями. А итальянцы – самые страстные мужчины, знаешь?

– Нет, не знаю.

– Может, попробовать с ним замутить? – тембр ее голоса напоминал мурчание кошки во время брачного периода, отчего к горлу подкатил рвотный ком.

– Он ведь наш преподаватель! – возмутилась я, включив праведницу Тею, которая, конечно же, не трахалась с первым встречным Тони под воздействием текилы.

– Ну и что? – цокнула Клара. – Какая разница, когда Энтони Марензи охренительно горяч?

Не найдя, что ей ответить, я раздраженно фыркнула и уткнулась в блокнот, пытаясь прожечь дыру в толстом переплете. С какой-то стати ладони под столом сжались в крепкие кулаки.

Долбаная Клара. Да Тони даже не взглянет на нее!

Не взглянет ведь?

***

На протяжении всей лекции я старалась сосредоточиться на новом материале. Правда, старалась. Изо всех сил. Но все, что у меня по-настоящему получилось, – в деталях вспомнить потрясающий секс в служебной уборной Headquarters Beercade.

Стоило Тони невольно облизать губу – в памяти вспыхивали его поцелуи вдоль моих ключиц, жадные покусывания шеи, влажные следы на коже от извилистого языка.

Во рту пересохло, и я невольно поперхнулась, когда в процессе объяснений Тони подтянул рукава пуловера до локтей, и я буквально ощутила прикосновения его рук на своем теле, как это было в ту самую бесстыжую ночь.

Меня окатило дрожью. Никогда не думала, что можно так сильно завестись от какого-то наблюдения. Но сжатые ноги и учащенный пульс говорили об очевидном – я чертовски возбудилась, просто глядя на него. В одежде. В этих темных джинсах, в которых он прямо сейчас ловко запрыгнул на край своего стола.

Черт возьми, да он издевается!

Сознание озарила очередная вспышка о прошлой ночи, когда сильные руки Тони резко подхватили меня и усадили на столешницу, задрав кожаную юбку до талии, когда его футболка полетела на пол, а тесная комната заполнилась звоном пряжки ремня, когда твердый член уперся мне между ног, а ухо опалил сладкий шепот:

«Хочешь его?»

На секунду я прикрыла дрожащие веки, пытаясь совладать с бурной фантазией.

«В тебе слишком хорошо. Я больше не могу терпеть».

«Кончи. Кончи вместе со мной».

Я впилась ногтями в лицо, лишь бы почувствовать боль и временно заблокировать воспоминания, но ничего не получалось. Та запретная ночь слишком ярко горела в памяти и ослепляла здравый смысл.

– Тея, ты что, уснула? – возмущенный тон Клары заставил меня встрепенуться.

– Ч-что? В чем дело? – сглотнула я.

– Спрашиваю: хочешь поспорим, что я пересплю с нашим секси-преподом уже через неделю?

– Спасибо, не хочу, – отрезала я.

– Ты скучная, – фыркнула Клара, даже не подозревая, что прямо сейчас в моих мыслях ее лицо уже впечаталось в крышку стола. Один. Второй. Третий, мать ее, раз. Здорово, что натянутое безразличие всегда скрывает внутренний истинный порыв.

Клара мгновенно потеряла ко мне всякий интерес, а мой взгляд снова приклеился к тому самому секси-преподу, который не давал покоя не только идиотке Кларе, но и похотливой Тее Уилсон.

Я не могла оторвать от него глаз: идеальные пропорции лица, безупречное спортивное тело, скрытое под пуловером, но успешно исследованное мной накануне, напряженные руки, которые прошлой ночью мяли мои груди…

«Боже…» – я облизала пересохшие губы.

И эти широкие плечи, на которых наверняка остались царапины от моих ногтей.

Черт возьми. Мне хотелось поцарапать его еще раз. И не только плечи… И не только спину… И не только поцарапать…

Стиснув зубы, я со злости расчеркала ручкой страницу блокнота и резко захлопнула его. Клара странно покосилась в мою сторону. Тони же абсолютно не замечал меня. Но та частота, с которой он поправлял волосы, выдавала его замаскированную нервозность. Наверняка мое присутствие вызывало у него дискомфорт, что он умело скрывал, в то время как мое нутро поглощал пожар воспоминаний. Тони не смотрел на меня, и я была этому рада, иначе бы от одного взгляда я бы вспыхнула как спичка.

– Спасибо. На сегодня все, – неожиданно объявил Тони. – Все свободны. Увидимся в четверг.

Я быстро подхватилась с места и постаралась затеряться в толпе, чтобы ускользнуть из аудитории незамеченной, но суровый тон за спиной оборвал последнюю надежду на спасение:

– Мисс Уилсон.

Я замерла у выхода.

– А вас попрошу задержаться.

Я отшатнулась в сторону, пропуская мимо ухмылки и насмешливые взгляды однокурсников, покидающих кабинет, и решилась взглянуть на Тони, только когда из помещения вышел последний человек.

Аудиторию захватила тишина. Тони сидел на крае своего стола и что-то печатал в ноутбуке.

– Закройте, пожалуйста, дверь. – Его тон звучал спокойно, а взгляд не отрывался от дисплея.

Я послушно выполнила приказ и осталась стоять у двери.

– Вот уж встреча! – Неожиданно Тони хлопнул крышкой ноутбука. – А я уже и не надеялся. После того, как ты кинула меня в баре. – Выпрямившись в полный рост, он пронзил меня суровым взглядом.

– Наверное, мне стоит объясниться… – смущенно начала я, сжимая двумя руками ремешок сумки.

– О, спасибо. Буду рад услышать, почему остался в одиночестве и без штанов в служебном помещении. Такого со мной никогда прежде не случалось.

– Эм… Прости… Я просто… На самом деле тоже не надеялась тебя больше встретить…

– Вот как, – хмыкнул он, вскинув брови от моего откровения. – Звучит охренительно.

– Нет! Проклятье! – я стиснула зубы, осознав, что взболтнула полную чушь. – Не в том смысле. Я… Я подумала, – сглотнула, – что ты больше не захочешь видеться с такой девушкой, как я. И… собственно, поэтому сбежала.

– С какой такой? – нахмурившись, Тони шагнул ближе. Мне пришлось поймать его взгляд.

– Легкодоступной! – выпалила я. – Я отдалась при первой же встрече, черт побери! Которая даже не являлась свиданием! И мне… – нервоз охватывал тело, и я не знала, куда деть свои руки. – Мне стало стыдно, понимаешь? Ведь это совсем не похоже на меня. Такое поведение мне не свойственно. И я не знаю, что двигало мною в ту ночь. Или количество выпитой текилы… Или атмосфера бара… Или… – я закусила губу, глядя ему в глаза. – Или ты. Не знаю, что на меня нашло.

Мне хотелось, чтобы это внезапное созревшее откровение утащило меня прямо под землю. Чтобы я провалилась в ад и сгорела там заживо. Тогда бы мне не пришлось гореть от стыда напротив глаз Тони.

– Хотелось бы верить, что причина все-таки во мне.

– Что? – я удивленно уставилась на его невозмутимое лицо.

– И если тебе станет легче, то я тоже поступил так впервые. Поэтому, если хочешь, можешь звать легкодоступным и меня, – он рассмеялся, и этот грудной смех заставил меня наконец расслабиться и улыбнуться.

Однако улыбка застыла, как только теплая ладонь Тони дотронулась до моей щеки. Прохладный металл колец коснулся кожи, вызвав мгновенную дрожь. Тони почувствовал трепет моего тела, но не прервал зрительный контакт. И мне тоже хотелось смотреть ему в глаза, вот только взгляд постоянно соскакивал на его губы. На его чертовы соблазнительные губы.

– Ты очень красивая, – томно проговорил он, поглаживая мою скулу. Это незаконно… – уголок его губ на миг дернулся вверх. – Кажется, в прошлый раз все началось именно так, верно?

– О чем ты? – сглотнула я.

Но вместо ответа Тони рывком притянул меня к своей груди, я лишь успела вздохнуть, как его губы настойчиво овладели моими. Мое тело своевольно ринулось навстречу. Рот приоткрылся, впуская горячий язык. Почувствовав его вкус, я позабыла, где мы находились, и с яростью вцепилась в широкие плечи. Под моими пальцами напряглись твердые бицепсы. Грудь содрогнулась от порывистого дыхания. Мы соприкасались каждым дюймом наших тел, но даже этого казалось мало. Ладонь Тони обхватила мою шею, углубляя жадный поцелуй. Вторая рука крепко сжала мою талию и властно скользнула к бедру.

– Хочу тебя прямо здесь… – прохрипел он сквозь поцелуй, обжигая словами мои пульсирующие губы.

– У меня никогда не было секса в аудитории, – зарделась я, чувствуя, как горели румянцем щеки.

– А у меня никогда не было секса со своей ученицей.

Толкнув меня к преподавательскому столу, Тони резко развернул меня к себе задом и нагнул над столешницей.

– О боже… – всхлипнула я, упершись локтями в твердую поверхность.

Между ног просочилась влага. Спина прогнулась под требовательными руками Тони. Он резко задрал мое платье и в один миг стянул трусики до колен. Я закусила губу, борясь с новой волной стыда, охватившей мое нутро.

– Представить не мог, что при свете дня ты будешь еще прекраснее, – за спиной раздался глухой вздох. – Теперь я могу разглядеть каждый твой изгиб. И это божественно. Ты божественна, Тея. Поверь мне как профессиональному художнику. На тебя хочется смотреть. Тебя хочется писать во всех позах. – Он склонился над моим ухом, и позади я расслышала бренчание металлической пряжки ремня. – И брать во всех позах, наслаждаясь тобой до исступления.

Похоть и страсть в словах Тони заставили меня застонать прежде, чем он напористо скользнул между моих ног. Толчок был таким сильным, что я уперлась бедрами в край стола и упала грудью на крышку.

– Тони! – сорвалось с губ, как только я ощутила внезапное проникновение, но крепкая ладонь тут же накрыла мой рот.

– Тише… – прошептал он на ухо. – Иначе у нас могут возникнуть проблемы.

Только тогда я поняла, что в месте, где мы находились, не стоило кричать. Мне следовало контролировать себя. Любой странный звук из запертой аудитории мог привлечь постороннее внимание, а нам этого не хотелось. Поэтому каждый следующий вздох, всхлип или вопль рассыпался частым дыханием на руке Тони, пока он неистовыми рывками погружался в меня.

– Я чувствовал, как ты смотрела на меня во время лекции. – Он обхватил мою грудь, сдавливая ее в пальцах. – Знал, что ты наблюдала. – Его движения стали жестче и быстрее. – О чем ты думала, разглядывая меня?

Он врéзался в меня до основания, и я вцепилась ногтями в столешницу, подавляя желание, укусить ладонь Тони, как делала это ранее с другим мужчиной.

– Ответь, Тея. Что ты представляла, глядя на меня? – Его большой палец очертил контур моей нижней губы и надавил на нее.

– Я… Я вспоминала… – тихо постанывала я сквозь пальцы Тони, – как ты ласкал меня той ночью.

– Где ласкал? Здесь? – Свободной рукой он проник мне между ног и надавил на клитор. – Или здесь? – Пальцы другой руки сорвались с моих губ и стиснули взбухший сосок сквозь ткань платья.

– Да… Здесь… И там… Тони, не останавливайся.

– Тебе нравится?

– Да! Еще! – потребовала я, двигая бедрами в такт толчкам.

– Тебе понравилось и в тот раз?

– Да… Очень…

– Хотела повторить?

– Господи, да!

Рывки глубже. Круговые движения по клитору чаще. Я задыхалась от застрявших во рту стонов, но продолжала искусывать губы, чтобы не закричать от удовольствия. Тони был невероятен. И мое тело уже было готово взорваться.

Я сжалась вокруг него, перекрывая финальный стон собственной рукой, и впилась зубами себе в запястье.

– Тебе было хорошо? – Тони почувствовал, как затряслось мое тело, и вытащил из меня набухший член.

Я смогла лишь кивнуть, все еще собирая осколки сознания от шквала оргазма. Тогда Тони повернул меня к себе лицом, зажмурился, сжал челюсти и спустя пару быстрых трений ладонью кончил мне на живот.

Дыхание обоих было сбито. Кожа взмокла. Деревянный стол не выдерживал и трясся под нашими измотанными телами. Но мои ноги онемели, поэтому я рухнула спиной на столешницу.

– Не смей больше от меня убегать. – Он вытащил из кармана платок и насухо вытер мой живот. – Имей в виду, теперь я знаю, где тебя найти.

Я улыбнулась, поправив платье, и поймала на себе проникновенный взгляд голубых глаз.

– Я не шучу, Тея. Не исчезай больше, ладно? Не хотелось бы тебя потерять.

– Обещаю, – ответила я.

Хоть и давать обещания было совсем не в моих правилах.

Глава 5. Помню, как перепачкалась в краске

Два месяца спустя…

С того дня мы с Тони не расставались, и я наконец-то снова чувствовала себя счастливой. Это позабытое ощущение наделило меня крыльями, позволяя опять воспарить. Мы много времени проводили наедине, изучали искусство, совершенствовали мои навыки и все время целовались.

Тони был блестящим учителем, и благодаря ему мне удалось достигнуть высоких результатов на курсе. Его талант поражал. Им невозможно было не восхищаться. Поэтому я быстро примкнула к числу его фанаток и выбрала Энтони Марензи куратором своего итогового проекта. Он согласился при условии, что до конца курса никто не узнает о «слишком близких» отношениях между преподавателем и студенткой. И не важно, что он вел всего один курс, а я была почти его ровесницей.

Я бы соврала, если бы сказала, что это условие не напомнило мне о тайных отношениях с Нэйтом во время работы в FostTRA, но я не хотела больше проводить параллели между ними.

Они разные.

И точка.

С Тони все было иначе. С ним все было легко и просто, даже учитывая вынужденное условие на время курса. Я знала, что смогу перетерпеть. Знала, что он того стоил.

За месяцы с ним я совсем позабыла дорогу в свою квартиру, как и выбросила из головы такие понятия как: спать в одиночестве, готовить завтрак и скучать по вечерам. Тони не отпускал меня, а я и не сопротивлялась. Мне нравилось, что все свободное время я проводила рядом с ним.

Я обожала его просторную квартиру-студию в стиле лофт, где вечно присутствовал легкий творческий беспорядок, пахло красками и еще нетронутыми полотнами. Где не требовались лишние стены. Где были высокие потолки и старый, скрипучий паркет. Где солнце светило ярче, а музыка казалась приятнее и проникала прямо в сердце. Где каждую минуту хотелось творить и создавать что-то новое.

Но больше всего мне нравилось, что повсюду располагались его работы, которые я могла разглядывать часами. Я была влюблена в атмосферу этого места. Оно казалось особенным и вдохновляющим.

А еще я была влюблена в него.

Это чувство обдавало жаром изнутри, будто там, глубоко под ребрами, горело мое собственное солнце и заставляло трепетать. Я по-настоящему светилась от счастья, излучала тепло и окрашивала им мир вокруг себя. Тепла было так много, что хотелось беспрерывно делиться им с Тони. Хотелось показывать, насколько я была благодарна за то, что он снова подарил мне веру в любовь.

Мне нравилось абсолютно все: чувства, которые Тони пробуждал в моем сердце, его забота, внимание и спокойствие, которым были наполнены наши отношения. Нравилось наблюдать за тем, как Тони работал. И нравилось, что он тоже ловил от этого кайф.

Тони впустил меня в свой мир и не переставал раскрывать новые горизонты. Он хотел, чтобы я стала частью его жизни. Яркой, насыщенной, творческой, в которой я бы с удовольствием осталась навсегда.

Мне нравился он. Целиком, полностью и до дрожи в коленках. А когда-то я и представить не могла, что мои разум и душа будут восхищаться другим мужчиной.

Другим.

Теперь уже не Нэйтом.

***

Это случилось поздним вечером. Тони готовился к важной выставке и усердно работал над новой картиной, а я сидела в кресле, изучая материал по типологии цветовых гармоний в интерьере. Я была увлечена чтением, как вдруг невидимая сила потянула меня взглянуть на него: серьезное лицо, сосредоточенный взгляд, пухлые губы сжаты в узкую полоску, скулы напряжены, на кончиках ниспадающей челки виднелись отпечатки краски, как и на изящных пальцах, что держали кисть.

Я залипла. Устроилась поудобнее и, не отрывая глаз, наблюдала за Тони. Его движения казались настолько грациозными и аккуратными, что мой взгляд заискрился восторгом. Я смотрела на него не моргая и не верила, что этот до безумия талантливый и красивый мужчина принадлежал мне.

– Кажется, я люблю тебя… – мой шепот нарушил тишину комнаты, пока я завороженно вглядывалась в испачканное маслом лицо Тони.

Он опустил кисть и плавно повернулся ко мне.

– Повтори, что ты сказала.

– Сказала, что, кажется, я тебя люблю.

Тони отложил инструменты на тумбу и медленно подошел к креслу, где неподвижно сидела я.

– Еще раз, – тихо потребовал он, опираясь на подлокотники по обе стороны от моих рук, и навис над моим лицом.

– Я люблю тебя, – сказала я, глядя ему прямо в глаза.

Не проронив в ответ ни слова, Тони схватил меня за талию и резко поднял на руки. Я судорожно ахнула, врезавшись в крепкий торс, и обвила бедра мужчины ногами.

– Повтори еще раз. – Язык Тони коснулся моих губ, а затем зубы плавно подцепили нижнюю. – Повтори, Тея. – Его руки сильнее сжали мою задницу.

– Люблю тебя, – прошептала я, изнывая от желания почувствовать на вкус его поцелуй.

– Хочу слышать эту фразу каждую минуту. – Искушающий язык продолжал подразнивать мои влажные губы. – Еще…

– Люблю тебя, Тони, – успела произнести я, прежде чем он запечатал мой рот безудержным поцелуем.

Тони стянул с меня домашнюю длинную футболку, обнажив тело до трусиков, и опустился на колени, укладывая меня прямо на пол. Его одежда быстро полетела следом за моей футболкой. Пылающий жаром торс придавил меня спиной к паркету. Напористый толчок паха развел мои ноги еще шире, позволив члену Тони вплотную упереться в промежность. Но кажется, он не собирался торопиться.

Покрывая мое тело поцелуями, Тони неторопливо и нежно спускался все ниже, выстилая извилистые дорожки горячим языком. Между ребер… К пупку… Я всхлипнула и прогнулась навстречу его ласкам, подставляя под жаркие губы каждый дюйм своей дрожащей кожи.

– Тони… – простонала я, когда его рот добрался до моих трусиков.

Зацепив верхнюю полоску зубами, он продолжил плавный спуск, обдавая внутреннюю сторону моих бедер разгоряченным дыханием. Когда крошечный клочок ткани был стянут с моих ног, Тони впился пальцами в мои разведенные бедра и припал губами к клитору.

– Боже… – громко выдохнула я, прогибаясь в пояснице.

Краска с его рук отпечаталась на моем теле, размазалась по коже, но мне было все равно. Я задыхалась от удовольствия, наслаждаясь тем, как Тони искусно лизал меня. Он владел языком словно кистью – виртуозно, точно, мастерски, зная, где добавить заключительный штрих. Он никогда не спешил, смакуя результат своей работы, пока не получал оценку «А+»10[10]10
  Оценка «A+» – это наивысший балл («Excellent»), означающий выдающиеся достижения и превосходное выполнение учебной задачи.


[Закрыть].

Но сегодня я не позволила его языку забрать все самое сладкое. Мне нужно было почувствовать его полностью и ощутить, как он сливается со мной в единое целое. Поэтому, обхватив его лицо ладонями, я потянула Тони вверх. Его глаза горели безумием и вспыхивали всеми оттенками морских волн.

– Скажи это еще раз, – задыхаясь от желания, попросил он.

– Я люблю тебя, Тони.

Рывком забросив мои ноги себе за спину, он прижался твердой плотью к вульве и, собрав головкой просочившуюся влагу, с легкостью наполнил меня одним толчком.

– Ах! – мой жаркий стон коснулся лица Тони, застыв ожогом на губах.

Я уже была слишком возбуждена, поэтому первые же движения подтолкнули меня к самому краю, и я топталась у обрыва на дрожащих ногах, предвкушая безбашенное падение.

Впиваясь ногтями в рельефную спину, я подавалась бедрами навстречу и принимала его до основания.

Мне нужно больше. Нужно до последнего дюйма.

Тони стиснул зубы, врезаясь в меня глубоко и часто, и я поняла, что он тоже был на грани.

– Тея… Скажи мне… – дрожал его голос. – Повтори… Еще… – еле дыша взмолился он.

– Люблю тебя, Тони. Люблю… Люблю…

Мое тело уже полыхало в лихорадке. От каждого проникновения я сжималась вокруг него все сильнее. И сдалась первой, позволив оргазму овладеть мной.

– И я люблю тебя, Тея… – вырвалось со стоном изо рта Тони.

Дрожа под взмокшим от пота торсом, я почувствовала, как мой мужчина напрягся и извергся в меня. Его влажный лоб прислонился к моему, и прерывистое дыхание опалило лицо.

– Черт… Я всю тебя перемазал в краске, – улыбнувшись, он скользнул большим пальцем вдоль моей щеки.

Я тихо рассмеялась, обнимая Тони за плечи.

– Пусть это будет самое страшное, что ты смог со мной сделать.

***

В тот вечер я впервые сказала Тони о своих чувствах. Возможно, я бы еще долго молчала, но, когда увидела его таким сконцентрированным, увлеченным своим творением, слова вырвались сами собой. И назад их уже было не вернуть. Впрочем, этого и не хотелось. Я была рада снова любить. И больше всего на свете хотела признаться в этом Тони, но только не знала как.

Казалось, теперь я была счастлива вдвое больше. Эту силу придавало осознание – несмотря ни на что, я все равно обрела любовь. Даже после того, как один особенный Натаниэль Фостер разрушил мое сознание и расколошматил сердце вдребезги.

Нет, я не любила сильнее или слабее. Просто мысль о том, что я смогла, что у меня получилось, добавляла красок в наши с Тони отношения. Она придавала мне уверенности в себе и в завтрашнем дне с этим мужчиной.

Тони настолько вскружил мне голову, что я забыла об окружающем мире. Меня попросту не волновало, что там происходило. Я постоянно улыбалась и лелеяла разрастающееся чувство внутри груди. Больше не существовало проблем, прошлого, боли, страха, пустоты и Нэйта.

И находясь на вершине блаженства, я выбросила из головы одну важную деталь… Не учла одну феноменальную способность Натаниэля – врываться в мою жизнь тогда, когда его совсем не ждут.