![](/books_files/covers/thumbs_240/russkaya-povsednevnaya-kultura-obychai-i-nravy-s-drevnosti-do-nachala-novogo-vremeni-101676.jpg)
Автор книги: Татьяна Георгиева
Жанр: Религия: прочее, Религия
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Татьяна Георгиева
Русская повседневная культура. Обычаи и нравы с древности до начала Нового времени
Русь, куда же несешься ты, дай ответ! Не дает ответа…
Н. В. Гоголь
Независимость и самоуважение одни могут нас возвысить над мелочами жизни и над бурями судьбы.
А. С. Пушкин
Предисловие
![](img925aa2dd846f48cbbfe2b448947c1efd.jpg)
Не все просто складывалось в жизни русских людей. В глубине веков нашей истории через преодоление тысяч трудностей происходило зарождение безыскусственных – нравственных и духовных ценностей, составляющих основу русского характера. Мужество и бесстрашие наших предков удивительным образом сочетались с милосердием и душевной добротой, тягой к прекрасному и к безудержному веселью.
В исторической ретроспективе, начиная с незапамятных времен, перед нами предстает мир русских людей, в том числе частная жизнь исторических личностей, выдающихся деятелей и просто чудаков, особенности их семейных отношений, общения, манера одеваться, их кулинарные предпочтения, ремесла, обряды, поверия, связанные с язычеством, появлением и распространением единобожия, христианства, православия на Руси. Последуем А. С. Пушкину, считавшему, что «климат, образ правления, вера дают каждому народу особую физиономию, которая более или менее отражается в зеркале поэзии. Есть образ мыслей и чувствований, есть тьма обычаев, поверий и привычек, принадлежащих исключительно какому‐нибудь народу».
От эпохи к эпохе, от одного правителя до другого, вплоть до наших дней, целые поколения чередой проходят перед нами, а вместе с ними их привычки и особенности речи, забытое, но не утраченное множество обычаев, ритуалов, национальных праздников. Мы видим, как наши традиции видоизменялись, а что‐то стержневое сохранялось и продолжает цементировать наше общество и сегодня.
Преемственность поколений, их повседневной культуры – это главное, что сохраняет самобытность русского народа, России.
Суть содержания данной книги, не ведая о том, очень хорошо выразил наш современник – прекрасный русский поэт, оказавшийся в советское время в изгнании, ныне живущий в США, Наум Коржавин:
В наши трудные времена
Человеку нужна жена,
Нерушимый уютный дом,
Чтоб от грязи укрыться в нем.
Прочный труд, и зеленый сад,
И детей доверчивый взгляд,
Вера робкая в их пути,
И душа, чтоб в нее уйти.
В наши подлые времена
Человеку совесть нужна,
Мысли те, что в делах ни к чему,
Друг, чтоб их доверять ему.
Чтоб в неделю хоть час один
Быть свободным и молодым.
Солнце, воздух, вода, еда —
Все, что нужно всем и всегда.
И тогда уже может он
Дожидаться иных времен.
Нас интересуют обиходные реалии культуры русских людей, их, так сказать, житейская культура, и, конечно же, сам русский человек. Каков он? Кто такой русский вообще? Чем живет и как живет? Каков его образ мыслей и представлений о самом себе и об окружающем его мире?
Итак, предметом нашего рассмотрения является русская повседневная культура, понимаемая как образ жизни коренного населения страны – России, его веками складывавшиеся в трудах и жертвах обычаи и традиции, ритуалы и святыни, горести и радости, творения его высокого духа и нравственной чистоты.
В 1914 году Осип Мандельштам сказал:
Я получил блаженное наследство —
Чужих певцов блуждающие сны…
Изменив «чужие» на «другие», эти слова замечательного поэта можно было бы отнести и к автору предлагаемой вашему вниманию работы, где кропотливо собрано немногое из поистине огромного «блаженного наследства» – нашего далекого прошлого. Ведь еще Белинский говорил, что «нет ничего приятнее, как созерцать минувшее и сравнивать его с настоящим. Всякая черта прошедшего времени, всякий отголосок из этой бездны, в которую все стремится и из которой ничто не возвращается, для нас любопытны, поучительны и даже прекрасны»11
Белинский В. Г. Полное собрание сочинений. М., 1953. Т. 2. С. 200.
[Закрыть].
«Стереть память – это как выбросить драгоценность»22
Лэндри Ч. «Креативный город». М., 2006. С. 369.
[Закрыть].
Необходимо сказать, что постепенно, со временем мы приходим к исключительно культурологическому пониманию того, кто же такой в наше время русский.
Петр I считал: «Русский – это тот, кто Россию любит, кто России служит».
Одно существенное замечание. Поскольку данная книга посвящена знакомству с повседневной культурой русских, она не претендует на строгое исследование истории как таковой. И последнее: в работе все даты используются в соответствии с современным общепринятым летосчислением.
Часть первая
Древняя и средневековая Русь. Двоеверие и становление обыденной культуры (IV – XV века)
![](img54ad31dbadd044fa98a8b5a5715d5682.jpg)
Арабы и греки о русах. – Формирование русской государственности. – Крещение Руси. – Первые школы. – Начало каменного строительства на Руси. – «Двоеверие» и «двукультурье». – Укрепление семьи и появление предсвадебных сговоров. – Ярослав Мудрый и цивилизационное становление Руси. – Библиотека Анны Ярославны и собрание Петра Дубровского. – Исконно русская письменность – слоговая руница. – Создание кириллицы. – Первые монастыри. – «Русская правда». – Владимир Мономах и его «Поучение». – Образ жизни, старинные предания и прически русских. – Былины и другие виды устного народного творчества. – Берестяные грамоты. – Первые русские книжники. – «Повесть временных лет». – Основание Москвы. – Внутреннее устройство Новгородской республики. – Торговые товарищества – складничества. – «Слово о полку Игореве». – Гога и Магога – монгольское нашествие на Русь. – Удар по Руси с Запада и Александр Невский. – Расширение границ Московского княжества. – Андрей Рублев. – Освобождение русских земель от ордынского ига. – Иван III – собиратель земли русской. – Софья Палеолог. – Теория старца Филофея: «Два убо Рима падоша, третий стоит, а четвертому не быти!» – Провидец Василий Немчин. – Рост русских городов. – Организация почтово-ямского дела. – Ереси. – Осифляне и «нестяжатели»
Изучение истории русской культуры обычно начинается с периода становления Руси как самостоятельного государства. Однако истоки русской культуры уходят в глубь веков, в историю славянских племен и их предков, а также русов, или россов.
Итак, в VI веке различные славянские и финские племена объединились под началом племени Рось, или Русь. Свое название, по одной из версий, это племя получило от реки Роси, притока Днепра, по берегам которой оно расселилось. О русах VI века современники пишут, что «это мужи огромного роста». Арабы сообщают о русах: «Они были высоки, как пальмы». Позднее, в IX – Х веках, восточные авторы описывали русов так: «Русы мужественные и храбрые… Ростом они высоки, красивы собой и смелы в нападениях». Византийский император Маврикий (539 – 602) отмечал терпеливость русов, которые могут часами сидеть в засаде, погрузившись в воду и дыша при помощи тростника. По словам Льва Диакона33
Лев Диакон. История в десяти книгах. Перевод М. М. Копыленко. Кн. IV. Гл. Х. СПб., 1820. С. 46.
[Закрыть], видевшего русов в битве, они держались плотной массой, были похожи на медную стену, усеянную копьями и сверкавшую от щитов. От них слышались сдержанные клики, рокот, напоминавший шум моря. Огромные щиты закрывали их до земли, и когда они отступали, то закидывали эти щиты на спину и делались неуязвимыми. Они, как и норманны, в пылу битвы не помнили себя, никогда не сдавались, потерпев поражение. Убежденные в том, что в загробной жизни павшие под ударами врага осуждены служить ему, они распарывали себе животы.
Воины в Древней Руси сражались в тяжелых доспехах. Если воина сильно ударяли по шелому (шлему), он терял сознание, падал и не мог биться. Его «ошеломили». Отсюда: «Он меня ошеломил», то есть чем‐то сильно удивил, поразил. Так наша современность уходит в глубь веков.
Греки издавна ценили храбрость русов и нанимали их к себе на воинскую службу. Под именем русов или варягов они составляли собственную гвардию императора и занимали достойное место во всех византийских армиях. Заметим, что варяг – это профессия, то есть это профессиональные воины, совершавшие сами нападения или нанимавшиеся на службу в воюющие государства.
Вместе с тем летописи единодушно славят гостеприимство русов, путешественников они встречали с радостью, а уходя из дома, оставляли дверь открытой и готовую пищу для странника. По обычаю древних славяно-русов, никто не имел права отказать человеку в воде. С тех пор и пошло выражение «как пить дать» в значении: точно, несомненно.
Формирование русской государственности, по преданиям, начиналось в двух основных центрах – в Киеве и Новгороде – со своими самобытными культурными традициями, языковыми диалектами, поклонением различным языческим божествам. Существенно различались и формы складывающейся государственности: вечевая форма на севере и автократическая на юге.
Истощенные раздорами и междоусобицами, русы решили сами призвать к себе варягов. Вот как пишет об этом летописец Нестор: «Поищем себе, – сказали они, – иже бы володел нами и судил по праву», ибо наша «земля велика и обильна, а наряда в ней нет». С этой даты – с 862 года – года «призвания» и начала княжения норманнского конунга (князя) Рюрика традиционно ведется отсчет русской истории.
Так выходец из варягов Рюрик стал первым князем на Руси, основателем первой династии русских великих князей. Он, как полагает доктор исторических наук, профессор А. Н. Кирпичников, «возможно, был выходцем из абодритов – племени западных славян (территория Северной Германии). Или из Скандинавии или Норвегии. По одной из версий, его мать была русской»44
См.: «АиФ», 2010, № 51. С. 45.
[Закрыть].
Когда Рюрик умер, его сыну Игорю было только два года. И тогда править стал старший в Рюриковом доме – князь Олег. Позднее он перенес свою столицу в захваченный им город Киев, на берег Днепра.
До этого в Киеве, с 864 по 882 год, сидели русские каганы (правители) Дир и Аскольд – прямые потомки Кия – основателя Киева. Они совершили удачные походы на поло– чан в 865 году, а в 866 году на печенегов – союзников хазар. Около 866 года (по некоторым источникам – в 860 году) под предводительством Аскольда и Дира Русь совершила первый поход на Константинополь. Но летописцы ведут отсчет победам русов начиная с Олега, незаслуженно не упоминая Аскольда и Дира.
Олег подошел к Киеву в 882 году. При этом он и его приближенные назвались мирными купцами. Они хитростью заманили Аскольда и Дира в свой лагерь и убили их. Память людская справедлива: в вечно живом народном творчестве она донесла до нас в сказаниях и песнях облик невинно погибших Аскольда и Дира, первых на Руси принявших христианство. До сих пор на берегу Днепра есть место, именуемое Аскольдовой могилой.
Киев сдался Олегу почти без сопротивления. Формально он был захвачен для сына Рюрика, называемого в летописи Игорь Старый. Может быть, потому, что, по одной из версий, его первенец Святослав родился, когда Игорю было 60 лет, а его жене Ольге было примерно 50 лет (хотя это и маловероятно).
После этого Олег подчинил себе многие окрестные племена; так в IX веке появилось государство, именуемое «Русь», «Русская земля». Ее столицей Олег провозгласил город Киев.
С именем Олега, кстати, связана первая известная политическая акция Древнерусского государства – поход на Константинополь (древнерусское – Царьград) – столицу Византийской империи, наиболее могущественного государства Восточного Средиземноморья и Причерноморья. Войско Олега, в том числе флот, состоявший из двух тысяч лодок, подошло к Константинополю в 907 году и начало опустошать окрестности города, чем побудило византийцев к переговорам. Результатом стало заключение в 907 и 911 годах двух выгодных для Руси мирных договоров. Их тексты, донесенные древнерусской летописью начала XII века «Повестью временных лет», – самые древние памятники русской дипломатии и права. А сам русско-византийский договор 911 года является первым русским памятником славянской письменности.
Имя Олега, прозванного Вещим, окружено чудесными легендами о необыкновенной находчивости, храбрости и мудрости князя. Так, например, утверждается, что он достиг по суше ворот Царьграда на лодках, приделав к ним колеса и оснастив их парусами.
Увидев гонимые ветром челны у стен своего города, император Лев VI Мудрый донельзя напугался и немедленно согласился заплатить дань. Но столь легко побежденные византийцы решили избавиться от русских, предложив им отравленные яства. Прознав об этом вероломстве, Олег наложил на них тяжелую дань и, заключив выгодный для себя торговый договор, отбыл восвояси. В знак победы он повесил свой щит на знаменитых Златых вратах.
До нас дошла легенда о том, что один кудесник предсказал Олегу смерть от его любимого коня, после чего Олег с конем расстался. Через пять лет, узнав, что конь околел, он решил попрощаться со своим боевым товарищем и посмеяться над невежеством и обманом кудесника. Но из черепа коня выползла змея и смертельно ужалила Олега в ногу. Так князь Олег был отомщен судьбой за смерть Дира и Аскольда.
В 1982 году в Бухаре среди средневековых астрономических книг нашлась рукопись на персидском языке, в которой содержится рассказ о Руси первой половины IX века, то есть о времени правления Олега и Игоря Старого, который княжил в 912 – 945 годах. Сообщается, что это – обширная страна, чрезвычайно богато одаренная природой всем необходимым, а ее жители непокорны, воинственны и держатся вызывающе… Говорится также, что часть русов составляет «рыцарство» и что большим уважением у них пользуются жрецы.
Игорь Старый в 941 году совершил новый, третий по счету, поход на Константинополь, но был побежден с помощью «греческого огня». После этого он опять собрал силы, но до боевых столкновений дело на этот раз не дошло: византийцы предпочли откупиться данью. Текст заключенного в 944 году договора сохранился в летописи. Сам же Игорь на обратном пути был убит древлянами, с которых он взял дань по пути в Византию.
В те времена войны нередко происходили ради захвата живого товара – пленников, которых превращали в рабов и продавали на невольничьих рынках. Состраданием и заботой о судьбе соотечественников, попавших в плен и томившихся на чужбине, было продиктовано заключение Киевской Русью с греками ряда специальных договоров. Так, в договоре 911 года, заключенном при великом князе Олеге, обе стороны брали на себя следующие обязательства: «… если пленник той или иной стороны насильно удерживается русскими или греками, будучи продан в их страну, и если, действительно, окажется русский или грек, то пусть выкупят и возвратят выкупленное лицо в его страну и возьмут цену его купившие… Также, если и на войне взят будет он теми греками, – все равно пусть возвратится он в свою страну и отдана будет за него обычная цена его…» Заботы об «искуплении пленных» были подтверждены впоследствии и договором 944 года, заключенным при великом князе Игоре: «Если окажутся русские в рабстве у греков, то, если они будут пленники, пусть выкупают их русские по 10 золотников; если же окажется, что они куплены греком, то следует ему поклясться на кресте и взять свою цену – сколько он дал за пленника».
После гибели Игоря государством правила его вдова, княгиня Ольга (945 – 964), которая поддерживала мирные отношения с Византией. В году 946 или 957 (этот вопрос спорен) она совершила дипломатический визит в Константинополь и приняла христианство. Ольга не могла до этого не знать о христианстве, так как немало христиан появилось в Киевской Руси после знаменательного события, когда русы, как сообщают византийские летописи, «отправили послов в Константинополь просить крещения». Считается вполне установленным фактом, что Аскольд и Дир и некоторое количество народа приняли крещение в Киеве от епископа, посланного константинопольским патриархом Фотием не без ведома императора Василия Македонянина (правил в 867 – 886 годах); тогда и случилось чудо: пламя пощадило ввергнутое в него Евангелие. Так Аскольд волей случая оказался первым христианским русским князем, отсюда и благоговение к его могиле и его памяти, а 867 год вошел в историю как год частичного крещения Руси Фотием.
Некоторые исследователи считают, что Ольга приехала в Царьград уже крещеной, со своим духовником Григорием, а крестилась она якобы еще в Киеве в 957 году. Во всяком случае, записи об акте крещения ее в Константинополе нет, хотя о пышном и теплом приеме императором Константином Багрянородным есть несколько упоминаний. Как сообщал Нестор, на приеме у Константина Багрянородного Ольга была так «красива лицом», что басилевс влюбился в нее, а ей, если запись в «Повести временных лет» верна, уже было тогда 62 года!
Похоже, что первой заботой Ольги, оставшейся в сущности своей язычницей, когда она вступила на престол, была языческая месть древлянам за смерть мужа Игоря, который, захваченный в плен, был привязан к двум деревьям и разорван на части. Летописец Нестор записал легенду о том, как княгиня Ольга отомстила древлянам за убийство своего мужа. Она предложила древлянам мир с условием: «… Дайте мне от каждого двора по три голубя да по три воробья. Я ведь не хочу возложить на вас тяжкой дани, как муж мой, поэтому‐то и прошу у вас мало». Древляне обрадовались, а Ольга, «раздав воинам – кому по голубю, кому по воробью, приказала привязывать каждому голубю и воробью трут, завертывая его в небольшие платочки и прикрепляя ниткой к каждому. И, когда стало смеркаться, приказала Ольга своим воинам пустить голубей и воробьев. Голуби же и воробьи полетели в свои гнезда: голуби в голубятни, а воробьи под стрехи, и так загорелись – где голубятни, где клети, где сараи и сеновалы, и не было двора, где бы не горело, и нельзя было гасить, так как сразу загорелись все дворы. И побежали люди из города, и приказала Ольга воинам своим хватать их. А как взяла город и сожгла его, городских же старейшин забрала в плен, а прочих людей убила, а иных отдала в рабство мужам своим, а остальных оставила платить дань».
Несмотря на свою жестокость, Ольга тяготела к христианству и пыталась уговорить вначале Игоря, а потом сына Святослава принять крещение. В народном эпосе воспевается красота и мудрость княгини и нигде не упоминается о ее старости. До самой своей кончины в 969 году, когда ей, судя по летописи, было 76 лет, Ольга вела себя очень деятельно, воспитывала внуков и управляла государством, так как сын Святослав предпочитал ходить в походы.
Впрочем, так или иначе, христианство Ольги осталось не замеченным на Руси, а основная масса дружинников питала к нему отвращение. Тем более что в дружину нередко приглашались норманны – варяги, славившиеся в те времена не только воинским искусством, но и агрессивным нравом. При княжичах в числе воспитателей, советников и воевод также были варяги – воспитателем Игоря был варяг Олег, у Святослава «кормильцем», то есть учителем, варяг Асмуд, а воеводой при нем служил отец Асмуда – Свенельд.
Л. Н. Гумилев отмечает, что в это время старшее поколение носит скандинавские, а младшее – славянские имена, то есть вся власть постепенно сосредоточилась в руках славян, либо ославяненных варягов или россов. Таким образом, на Руси были восстановлены традиции и тот путь, по которому она двигалась до варяжской узурпации55
Гумилев Л. Н. От Руси до России: очерки этнической истории России. Л., 1992. С. 137.
[Закрыть]. Однако и здесь не все просто: ведь и сами славяне, утверждает тот же Л. Н. Гумилев, отнюдь не были аборигенами Восточной Европы, а проникли в нее лишь в VIII веке! «До славянского вторжения эту территорию населяли русы, или россы, – этнос отнюдь не славянский», – пишет он в книге «Древняя Русь и Великая степь».
Еще в X веке Лиутпранд Кременский писал: «Греки зовут Russos тот народ, который мы зовем Nordmannos – по месту жительства» – и помещал этот народ рядом с печенегами и хазарами на юге Руси66
Платонов С. Ф. Лекции по русской истории. СПб., 1987. С. 61.
[Закрыть]. Долгое время оставались различия между россами и славянами не только в языке, но и в том, что дольше сохраняется, – в бытовых навыках, или, как мы скажем, в бытовой культуре. Она различалась особенно в характерных мелочах: русы умывались перед обедом в общем тазу, а славяне – под струей. Русы брили голову, оставляя клок волос на темени, славяне стригли волосы в «кружок». Русы жили в военных поселках и «кормились» военной добычей. Заметим: авторы X века никогда не путали славян с русами77
Подробнее см.: Артамонов М. И. История хазар. М., 1968. С. 289 – 293.
[Закрыть].
Впрочем, нельзя не отметить, что у Л. Н. Гумилева много оппонентов – современных историков, отмечающих, что археологические находки свидетельствуют о присутствии славян в Подунавье уже в I веке до н.э., а многочисленные письменные источники упоминают славян в Центральной Европе и на Балканах и во II, и в III веках н. э.
Немаловажно также отметить, что выдающийся русский ученый Дмитрий Иванович Иловайский (1832 – 1920) отвергает норманнскую теорию призвания варягов на Русь.
И тут необходимо сделать небольшое отступление, связанное с нашей историей и русами (россами). Не исключено, что со временем коренным образом поменяется сложившийся в мировой науке взгляд на нашу историю. Тут достаточно указать на обнаруженный на Южном Урале в Челябинской области древний город Аркаим88
Иванова Н. О., Зданович Г. Б. Аркаим: Исследования. Поиски. Открытия. Челябинск, 1995; Арии на Урале, или Несостоявшаяся цивилизация//Аркаим: Исследования. Поиски. Открытия. Челябинск, 1995.
[Закрыть], которому более 4 тысяч лет. Дольмены Аркаима, загадочные мегалитические сооружения из огромных каменных плит, насчитывают более 3 000 лет до н.э. Подобные сооружения находят по всему миру вдоль или около тектонических разломов в земной коре.
В Аркаиме сохранились древние каменные укрепления, постройки, обсерватория, плавильные котлы, свидетельствующие о том, что было развито металлургическое и кузнечное дело, дороги, найдены пока еще загадочные огромные круги на земле и сооружения из камня, сходные с английским Стоунхенджем. Некоторые ученые утверждают: найдена родина наших предков. В любом случае Аркаим – это настоящий клубок загадок, которые еще предстоит разгадать.
Если предположить, что найдено место, откуда, по Л. Н. Гумилеву, пришли русы, то становятся понятными упоминания народа русов в Ветхом Завете в качестве легендарного, то есть одного из древнейших99
Иез. 38, 2 и 39, 1, где «Рош» можно прочитать и как «Рос».
[Закрыть]. Об этом же свидетельствует и римское название русов или россов – анты, то есть «древние». Античные авторы, а вслед за ними и византийские историки также различали русов и славян. «Росоманами» наших предков называли готы, давние соседи и враги. «Манн» в германских языках означает «человек» или «люди», и получается, что речь идет о «людях Рос», или «народе Рос». На юге чаще говорили «россы» или «росоманы», на севере – «русы».
Интересно, что во времена А. С. Пушкина «россы» и «россияне» были обозначениями народа в возвышенно-поэтической речи, несколько устаревшей к началу XIX века. Для нас же важно, что «русы», а позднее «россияне» было обычным названием русского народа, а вернее, тесного конгломерата не только русских, но и различных народностей, населявших Россию…
Итак, воспитывавшийся варягом, то есть профессиональным воином в прошлом, Асмудом, Святослав, как мы знаем, в пятнадцать лет начал ходить в походы. Вот как об этом сообщается в летописи: «В год 6472 (964). Когда Святослав вырос и возмужал, стал он собирать много воинов храбрых, и быстрым был, словно пардус (гепард), и много воевал».
Святослав всю свою жизнь провел в военных сражениях, разделяя со своими воинами все лишения и трудности. Княжеская дружина представляла собой вольное военное товарищество. Дружинники, свободные люди, и отношение их к князю определялись вольной службой и верностью. Святослав не возил с собой шатра, постели, котлов и посуды. Вместе с дружинниками князь спал под открытым небом, на земле, положив под голову седло, ел полусырое мясо, печенное на углях. Нестор хвалит прямоту Святослава и его честность. Предполагая воевать с кем‐нибудь, Святослав посылал им сказать: «Иду на вы», или «Иду на вас войной».
Святослав, княживший в 957 – 972 годах, имел трех жен, в том числе скандинавку-наложницу Малфред, от которой родился младший сын Владимир Красное Солнышко (годы княжения 980 – 1015). По другим источникам, Владимир был побочным сыном Святослава и ключницы Малуши, «робы» княгини Ольги, матери Святослава. Воспитателем стал при нем родной дядя Добрыня.
Святослав несколько раз одерживал победу над византийскими войсками и проник в глубь Византийской империи. В 971 году в городе Доростоле на Дунае войско Святослава было окружено стотысячной армией императора Иоанна Цимисхия. Воеводы Святослава считали сопротивление бесполезным и советовали ему сдаться. Но князь не последовал их советам и обратился к своим воинам с горячим призывом. «Не посрамим землю русскую, – сказал он, – но ляжем костьми. Мертвые срама не имут. Станем крепко, я впереди вас пойду!» – «Где твоя голова падет, там и мы свои головы сложим», – ответили воины, его сотоварищи.
Погибло почти все войско русов – они потеряли 15 тысяч убитыми, но воинское счастье оказалось все‐таки на стороне Святослава. Цимисхий сам запросил мира. В Византии против него зрел заговор, и он вынужден был спасать свой трон.
Лев Диакон, присутствовавший при заключении Доростольского мирного договора, описывает Святослава как человека среднего роста, но крепкого телосложения, с широкой грудью, толстой шеей, голубыми глазами, густыми бровями, плоским носом, длинными усами, короткой бородой, на бритой его голове была прядь волос как признак его благородного происхождения, в одном ухе висела золотая серьга, украшенная рубином и двумя жемчужинами.
В 972 году Святослав с небольшой дружиной возвращался из Дунайской Болгарии в Киев. У Днепровских порогов на него внезапно напали печенеги. В жестокой битве Святослав погиб. Печенежский хан сделал из черепа Святослава чашу, оковав его золотом. Из этой чаши он пил вино, полагая, что вместе с вином ему перейдет ум и мужество славного русского полководца.
При Святославе была предпринята первая на Руси попытка как‐то регламентировать быт – что делать и чего не делать в определенные дни. Позднее был создан «Изборник Святослава» (1076).
Неделя в Древней Руси называлась седмицей, а воскресенье – днем недельным (то есть днем, когда нет дел) или просто неделей. «Законным» днем отдыха этот день стал с принятием на Руси христианства, так как еще 20 марта 321 года римский император Константин Великий официально объявил воскресенье «днем покоя». У русских существовал обычай, где бы человек ни находился (это касалось даже воинов в походе), в конце недели обязательно устраивать баню.
Бани появились на нашей земле задолго до того, как она стала называться русской. Делали бани из дерева, обязательным их атрибутом были раскаленные камни. И уже тогда мыться ходили, вооружившись веником.
Летописец Нестор пишет, что целыми семьями раздевались догола, брали в руки «прутьё младое» и били себя им до полусмерти. Потом обливались «водою студеною», и так по нескольку раз. «И было им от этого не мучение, а одна радость».
С давних пор основным занятием славяно-русов было земледелие. В северных районах приходилось отвоевывать пахотные земли у лесов – сеяли овес, рожь, пшеницу, ячмень.
Работа в поле всегда была тяжелой, зависела от природных условий. Если проливные дожди или ранние заморозки губили урожай, начинался страшный голод, уносивший многие жизни.
В лесных районах наши предки охотились – ведь всякого зверя было в изобилии. Промышляли уток, зайцев, кабанов. Самые отважные ходили с примитивными рогатинами на медведя. В реках и озерах ловили рыбу. Собирали грибы, ягоды. Разводили пчел и заготавливали мед.
Зимой наступало более спокойное время. Мужчины чинили охотничьи и рыболовные снасти, вырезали поделки из дерева. Собственно, деревянным было все – начиная от мисок и ложек и кончая лодками, санями и многим другим. Женщины пряли пряжу и шили одежду.
Сам климат определял материал, из которого крестьяне строили себе жилища: на юге это были глиняные мазанки (из веток, обмазанных глиной), на севере строили из дерева. Чтобы легче было уберечь жилище от непогоды, сохранить тепло в зимнюю стужу, дом делали низким, наполовину врытым в землю. Центральное место в каждом доме занимала печь. Она давала тепло, в ней готовили пищу. На печи зимой спали, особенно старики, маленькие ребята и, конечно, кошки, почитавшиеся с языческих времен как мистические хранительницы дома от нечистой силы. Вот почему и в наши дни при переезде на новое место, на новоселье, а тем более в новый дом или квартиру вначале запускают кошку. Само собой разумеется, что кошки были во всех домах, ведь они еще и помогали сохранить зерно и продукты от грызунов. Раскопки и многочисленные рукописные свидетельства говорят о том, что наши предки очень любили и собак – верных помощников в охоте и охране домашнего скота от волков и других диких зверей, в изобилии водившихся в лесах.
Шкафов в крестьянской избе не было, все вещи лежали на широких полках под потолком, которые назывались полатями. Комнату в вечернее время освещала лучина или свеча.
Крестьянский уклад жизни, привычки, традиции были очень стойкими и мало подвержены изменениям.
Жизнь крестьян была крепко связана с землей, с природой. Отсюда и традиционные народные праздники. Они зародились в глубокой древности, в языческие времена.
Первый праздник в честь солнца начинался ранней весной – Красная горка. Молились о плодородии, жгли священные огни. Затем после окончания посевов праздновали так называемый Семúк, тогда хороводы водили вокруг украшенного дерева, что весьма напоминает праздник майского дерева у древних кельтов1010
См. об этом: Георгиева Т. С. Культура повседневности. Книга 2. Частная жизнь и нравы от Средневековья до наших дней. М., 2006.
[Закрыть]. Летом главным праздником считался день Ивана Купáлы, или света, изображавшегося в виде человеческого чучела. На зиму приходился праздник Коляда, когда солнце поворачивало на весну и люди начинали готовиться к весенним посевным работам.
Неизвестно, как сложилась бы дальнейшая судьба Владимира, но перед очередным и, как потом окажется, трагическим походом 970 года Святослав решил посадить своих маленьких детей на княжение. Ярополку был оставлен Киев, а Олегу – Древлянская земля. В то же время новгородцы, недовольные, может быть, властью княжеских наместников, прислали сказать Святославу, чтобы он дал им сына своего в правители. Так юный «робичич» стал князем-наместником в Новгороде. Этот эпизод стал переломным в биографии Владимира и во многом определил его последующую судьбу государственного деятеля.
Через несколько лет после трагической гибели Святослава между братьями началась усобица, подогреваемая боярским окружением. В результате Олег Древлянский был убит, а Владимир, сбежав из Новгорода и три года пробыв за морем, привел с собой наемную варяжскую дружину и в 980 году двинулся на Киев. Не без предательства людей из собственного окружения Ярополк был убит двумя варягами при попытке помириться с братом. Таким образом, Владимир сел на киевский престол и стал единовластно княжить во всей Руси.
Как пишет Карамзин: «Владимир с помощью злодеяний и храбрых варягов овладел государством, но скоро доказал, что он родился быть Государем великим»1111
Карамзин Н. М. История государства Российского. Кн. 1. М., 1988.
[Закрыть]. Варяги считали себя завоевателями Киева и требовали в дань с каждого жителя по две гривны. Протянув время обещаниями, Владимир укрепил и умножил русскую дружину, после чего изгнал из Киева ненужных уже варягов-наемников.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?