Текст книги "Эта чудесная жизнь"
![](/books_files/covers/thumbs_240/eta-chudesnaya-zhizn-211470.jpg)
Автор книги: Татьяна Тронина
Жанр: Социальная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Причем, что интересно, дети Нины жили в районе № 1, А там, кстати, еще находился главный компьютер. То есть, Истина, если выражаться высокопарно, «существовала» именно там.
– Какие новости, Рита? – спросила меня Нина, осторожно хлебая большой ложкой жидкую субстанцию малинового цвета.
– Никаких… – пожала я плечами. – Ники научился вызывать меня через Око, и мы с Диной удивились.
– Ах, разбойник! – покачала головой Нина.
– Еще Лена опять придиралась к Алексу, – шепотом произнесла я, оглянувшись на своего соседа. Но он сидел далеко и не мог нас слышать. – А Алекс, такое впечатление, ее просто ненавидит. Почему Истина не разведет этих двоих по разным местам, по разным районам даже?
– Не знаю. Мне все равно, – равнодушно произнесла Нина. – И тебе должно быть все равно. Но вообще… – она оглянулась на Алекса, и произнесла, тоже шепотом, нечто неожиданное: – Мне кажется, из Лены и Алекса могла бы получиться неплохая пара.
– Ты думаешь? – недоверчиво спросила я.
– Да. Мой опыт подсказывает. И именно поэтому Алекса никуда не отправляют. Он неравнодушен к Лене. И Лена неравнодушна к Алексу, и именно потому она одна до сих пор.
Я задумалась. В первый раз испытала сочувствие к Алексу. Пробормотала смятенно:
– Может быть, может быть…
– Ты куда-то собиралась?
– Да с Диной прогуляться если…
– Вот и иди, – строго сказала Нина. – Нечего мне в рот смотреть, я ведь так и подавиться могу.
– А я сбегаю за каталкой, отвезу тебя в Медикал, и там тебя спасет Истина.
– Ой, балаболка… Иди, иди, не мешай мне думать о вечном! – подтолкнула меня Нина.
Я прижалась щекой к ее плечу, затем вышла из Столовой. В Лабиринте немного застряла, пытаясь подобрать мелодию, потом услышала, что кто-то идет за мной, а сильно толпиться тут не полагалось.
Я вышла на улицу, остановилась, огляделась.
Следом из Лабиринта выскочил Алекс. Не поленился, выработал свою долю электричества… Неужели это замечание Лены на него так подействовало?
– Пока, Рита, – махнул он мне рукой, направляясь в сторону.
– Пока, Алекс, – ответила я, подумав в этот момент – а как я на самом деле отношусь к этому мужчине?
И тут Око на моей ладони зачесалось. Опять Ники решил меня вызвать?
Но нет. На экране было изображено сердечко желтого цвета. «Что это? – с недоумением подумала я. – Такого значка я еще не видела».
Я провела другой рукой над Оком, мозг расшифровал мой вопрос – что это? – мгновенно. Потому что на экране возникла надпись: «совместимость в паре – 13 %», и лицо Алекса рядом.
– Алекс! Стой! – я побежала за ним.
Алекс остановился, посмотрел на меня как-то недовольно.
– Ну что еще?
Я показала ему свою ладонь с Оком. И этой надписью про 13 %.
– А… понятно, поздравляю, – равнодушно ответил он.
– Ты о чем?
– О том, что мы никогда не станем с тобой любовниками, вот о чем. 13 % – очень невысокая совместимость.
И тут только я поняла, что сейчас случилось.
Я стала взрослой.
Сегодня передо мной открылись новые возможности. Какие? Да даже не сообразишь сразу…
– Алекс!
– Что?
– И так теперь всегда будет? Со всеми встречными мужчинами?
– Всегда, пока ты ищешь себе любимого… и каждый раз пытаешься определить свою совместимость с кем-то. Вот что за жизнь, все на этом помешаны… Стать парой, любовь, дети… – он сморщил лицо. – Объясни мне, Рита, в чем прелесть семьи, в наше-то время?
Кажется, Алекс решил затеять очередную пустопорожнюю дискуссию. Меня это не устраивало, поэтому я, в свою очередь, набралась наглости, и сама спросила его:
– Да ничего я не ищу, на самом деле. Просто пока не научилась с этой новой функцией управляться… Алекс! Алекс, а с Леной у тебя – сколько процентов совпадения?
Алекс явно растерялся. Потом сказал:
– Какая разница. Я тоже не собираюсь – ни с Леной, ни еще с кем-то – строить семейные отношения.
– Ты не ответил. Сколько у вас с ней процентов совместимости? – не думала отлипать от него я. А что, пусть знает, как приставать к другим с пустой болтовней!
– Прилично, – вдруг ответил он серьезно. – Уж не 13 %, как у нас с тобой. Мы ходили когда-то с Леной к Ловемату.
– Да-а?!
– Ну так, ради любопытства. Ругались-ругались, спорили, потом пошли… Нет, не для того, чтобы стать парой, я тебя умоляю… Просто ради прикола, говорю. Я был уверен, что Истина устроит сейчас эту дешевую свистопляску с огоньками и музыкой: типа, Лена и Алекс, теперь вы готовы к совместной жизни и всяким там проявлениям любви, уси-пуси, ля-ля-ля… Истина снимет с нас все эти гормональные ограничения, откроет нам либидо, и мы с Леной займемся сексом… Нет, ну правда, я хотел бы узнать, что это такое – секс, я ж никогда…
– Ты серьезно? – вытаращила я глаза. – У тебя никогда не было отношений с женщинами?
– Никогда, – грубо ответил он. – И не вздумай кому-то рассказать об этом. Хотя, нет, болтай себе на здоровье, мне плевать, что люди скажут, да они и не скажут ничего, никому дела нет… Но раз ты стала взрослой, я хочу открыть тебе глаза на жизнь.
– А почему Истина не позволила вам с Леной стать парой?
– Я ж говорю – совместимость большая, да, но буквально чуть-чуть, все же, не хватило. Пары процентов. Истина предложила мне пройти тесты.
– Это нормально… Так ты прошел их?
– Вот еще, – с яростью ответил Алекс. – Это вообще бред все. Получать согласие от какой-то дурацкой программы – на любовь, или там, на дружбу, усыновление… Кто она, что она, эта Истина? Разве она имеет право командовать мной? Вот ты, ты – ходила когда-нибудь к этому пошлому Ловемату?
– Да. С Ниной когда-то. Так она стала моей воспитательницей. С Диной мы тоже проверяли свою совместимость на приятельские отношения. Очень трогательно было, когда Истина подтвердила нашу дружбу…
– А что, без благословения Истины ты не стала бы дружить с Диной? Это же все полная ерунда. Нина и так бы стала о тебе заботиться, с Диной вы точно так же трепались бы в Столовой, и шлялись бы по району…
– Если бы Истина не признала Нину моей воспитательницей, нас бы не поселили с ней рядом. Ну, а то что Истина подтвердила нашу с Диной дружбу, то это сильно облегчило жизнь мне, и Дине… Я теперь знаю, что нам с ней можно общаться спокойно, и не бояться, что кто-нибудь из нас способен интриговать, говорить гадости за спиной, и все такое прочее… Вспомни, раньше люди только и делали, что предавали друг друга, а потом страдали от этого годами, иногда до самой смерти. А теперь человек точно знает, что вот, данный друг, одобренный Истиной – его не предаст, не воткнет, образно говоря, ему нож в спину. Нет, ссор и выяснения отношений тоже невозможно избежать, но от них зато, в данных отношениях, не испытаешь мучительную боль. Вот почему так, с одним человеком поговоришь о пустяках, и потом не по себе, буквально раздражение в душе… А с другим поцапаешься по серьезному вопросу – и ничего, все нормально… Легко и ясно. Ни обид, ни придирок! Поэтому проще общаться с теми, кого одобрила Истина: не надо годами проверять дружбу, не надо проходить жестокие испытания…
– Вот именно – не надо думать! – оборвал меня Алекс.
– Да, не надо думать, – согласилась я. – То есть, не надо тратить время на какую-то фигню, на сомнения. Все легко и ясно, – повторила я, точно заклинание. – Я не трачу годы на неподходящего мне человека, я сразу знаю – возможен между мной и еще кем-то контакт, или нет. Существует у нас психологическая совместимость, или нет.
Алекс смотрел на меня, поджав губы. Потом произнес:
– Да, ты точно повзрослела, Рита… рассуждаешь, как твоя Нина. Ладно, про дружбу и усыновление – я соглашусь, тут очень важна совместимость. Про создание семьи – тоже соглашусь, неохота связываться всерьез и надолго с человеком, которого можешь разлюбить, или он – тебя… Детей надо тоже заводить с умом, уж лучше, чтобы у ребенка были хорошие, любящие родители. Но либидо-то зачем отняли, зачем отняли у людей саму эту возможность, просто так заниматься сексом?
– Да потому что уже никто и не хотел им заниматься, вспомни, – нашлась я. – Ты в Мемори-то загляни, что там раньше-то творилось на Земле. Люди превратились в одиночек, которым и на дружбу, и на любовь, и на секс, и на семью, и на то, чтобы детей родить – было уже глубоко плевать. Все страдали и страдали, из-за любой мелочи. Сидели в этих самых, как их… социальных сетях, и изливали друг на друга свои страдания, и ругались еще. Человечество с какого-то момента просто стало вымирать! Это был мир несчастных одиночек. Или тех ненормальных, которые пытались взять любовь силой, на один раз… А теперь – все только и думают о том, как найти друга, найти пару, завести детей. Потому что запретный плод сладок!
– Да, сейчас мы семимильными шагами идем к прогрессу… – пробормотал Алекс. Он после моих речей как-то сдулся, потерял запал, ему, видимо, уже расхотелось со мной спорить.
– Конечно. Мы, люди, стали счастливыми, – убежденно произнесла я. – В нас больше нет страха (кроме страха перед инфлюэнцей, конечно), у нас появились желания и цели… Ты читал старые книги?
– Старые книги?
– Не читал, – констатировала я. И добавила с гордостью: – А я – читала. И я в шоке, признаюсь, от литературы прошлого, от этого искусства так называемого. Например, «Ромео и Джульетта», главная книга человечества. Просто кошмар! Все герои убились…
– Люди раньше могли плакать и смеяться, – с тоской произнес Алекс.
– И сейчас могут. Когда есть действительно повод, а не гормоны там у них, разыгрались, или они всяких дел наворотили, и теперь сами от себя в истерическом шоке. Ты не забывай, люди раньше на эмоциональных качелях качались, у всех была расшатана психика.
– Какая ты нудная, Рита. Ладно, не станем продолжать этот разговор.
Я заставила себя наклонить голову в знак согласия, и направилась прочь. Усилием воли прекратила спор. Хотя, непонятно, зачем я в него вообще ввязалась… Но это все Алекс! С другой стороны, Алекс ни при чем, сегодня это я, именно я затеяла дискуссию… И чем я тогда лучше него? Такая же нудная спорщица, оказывается. И как права Истина, она права, как всегда! 13 %…
Надо найти Дину, с Диной легко. Хотя, нет, лучше заняться делами на благо общества.
Я направилась к Тренажерной. Это была довольно большая площадка под открытым небом, где располагались различные тренажеры. Если раньше подобные устройства служили для развития мышц, для спорта и еще чего-то там (уже не помню, но уточнять в Мемори не полезу, зачем, конкретно спорт – меня не интересует), то теперь с помощью тренажеров также вырабатывалось дополнительное электричество. Не требовалось прилагать какие-то особых усилий, от которых потом шел градом пот, и вздувались мышцы, нагрузка нынче являлась для каждого посильной и приятной.
Всякое движение должно иметь смысл. Нажимаешь кнопку – идет электричество. Идешь в Столовую через Лабиринт – вырабатываешь электричество. Находишься дома в Камере, двигаешься внутри нее – вырабатываешь электричество. Бегаешь на тренажере – вырабатываешь электричество. Катаешь ребенка на коляске – тоже самое…
Раньше люди работали, то есть, занимались чем-то странным, отчего на Земле росли горы мусора, усиливалось неравенство и угнетение человека человеком.
Теперь работать не надо было – в том, прежнем, значении слова… Основным занятием людей стало вырабатывание электричества в той или иной форме, любой, которая нравилась, и которая не вызывала отторжения. Соединение полезного и приятного. Уже никто не сомневался в том, надо или нет вырабатывать электричество: никому неохота сидеть в полутьме, или голодным, поскольку и кухня, как я уже упоминала, тоже целиком зависела от электричества.
Результат от подобных занятий виден сразу. Всем светло, все сыты. И здоровы!
Идеальный вариант труда.
И все равны, никто никого не угнетает, как в прежние времена. Да, встречаются иногда люди типа Алекса, вредноватые, которые порой пренебрегают своими общественными обязанностями… Но общей картины это не меняет. Да в общем и от Алекса тоже есть польза, он любит целыми днями сидеть в Камере, а значит, тоже делает свой вклад в энергетику района.
…В Тренажерной занималось довольно много народу, Лена оккупировала один из ближайших ко мне – бежала, передвигая палки. Двигалась она бодро, ритмично переставляла сильные ноги, спина прямая, руки взад-вперед…
Я заняла соседний тренажер, такого же типа.
Лена меня не замечала. Значит, находилась в виртуальной реальности. В режиме так называемых тренажерных Прогулок. Компьютерный имплант в ее мозге транслировал изображение какой-нибудь подходящей картинки – в зрительные отделы ее головного мозга. В режиме Прогулок окружающий пейзаж был полностью смоделирован Истиной, под желание гуляющего.
Тогда я коснулась Ока на своей ладони: «Желаю попасть туда, где Лена. Если она не против, конечно!» (Иногда человек хочет побыть в одиночестве, тогда Истина никого не пускает в его фантазии).
Раз, и я погрузилась в иную реальность, в ту Прогулку, в которой сейчас находилась Лена. Это значило, что она ничего не имела против гостей в своем мире.
…Я мчалась на лыжах с горы, снег блестел передо мной, и единственное, что являлось не совсем правдоподобным – это то, что я почти не чувствовала холодного ветра на своих щеках. То есть, ветер «дул» мне в лицо, и вроде холодный (благодаря компьютерному импланту в моей голове, заставлявшему меня поверить в то, чего нет на самом деле), но мешало жаркое солнце – то, что в обычной жизни, сейчас оно светило на меня сверху, грело. И эти два ощущения, накладываясь друг на друга, несколько диссонировали. Все же, ощущения в Камере гораздо более приближены к живой жизни, а на открытой тренажерной площадке абсолютное погружение в вирт невозможно.
Лена мчалась на лыжах рядом. Волосы ее развевались на ветру. Она повернула ко мне лицо, подмигнула.
– Привет! Наперегонки, а? – крикнула она мне.
– Давай!
Снежный склон уходил вниз, иногда лыжня виляла между деревьев. Мы катались так довольно долго, потом у меня зачесалась левая ладонь. Я взглянула на Око: картинка из двух скрещенных рук – хватит. Оно и понятно, пора передохнуть. Лене тоже пришел сигнал от Истины, она начала тормозить.
Я провела ладонью правой руки над Оком, и вновь оказалась в этой реальности. Лена – за мной, она внимательно смотрела на меня, и двигалась на своем тренажере едва-едва – снизила нагрузку.
– Рита, у тебя такая ошарашенная мордочка… Ты что?
– Лена, поздравь меня. Я теперь взрослый человек, – не выдержала, торжественно произнесла я.
– Что? Не может быть… надо же! Поздравляю, Рита. Все уже в курсе?
– Нет, только Алекс знает.
Лена издала звук – «пфф».
– Алекс мне рассказал, что вы с ним ходили когда-то к Ловемату, – выпалила я.
– Трепло твой Алекс! – с раздражением произнесла Лена.
– Мы с Ниной считаем, что он тебя любит.
– Да кому какое дело… – Лена едва не захлебнулась от возмущения. – И вообще. С чего вы взяли, что он меня любит? Любил бы, так согласился бы пройти тесты. Но нет, он отказался их проходить. Он отказался, ты представляешь?!
– А ты?
– А мне не предлагали никаких тестов, вся проблема в нем! Он не захотел, да и пожалуйста.
– Я этот момент не очень поняла, – подумав, призналась я. – Он упомянул о тестах, но что сам отказался от них – не сказал… «Я не прошел тесты», и «Я не стал проходить тесты» – это ведь разные вещи, да?
– Он упрямец.
– Тогда ты – почему одна?
– Рита, ты не имеешь право приставать ко мне с этими вопросами! Ты взрослая с сегодняшнего дня, да? Так вот, не будь ребенком – не лезь в чужие дела.
– Не сердись. Я просто пытаюсь понять… Получается, все равно нет в жизни счастья, что ли? – спросила я.
– А разве я несчастна, или Алекс? – опять возмутилась Лена. – Мы были бы несчастными, если бы сошлись… Сейчас это невозможно, но представь: мы в каком-нибудь другом мире, или в прошлом. Истины нет, про совместимость не особо понятно, и мы с Алексом вместе. Мы – пара. Сошлись. И начинаем ругаться с утра до вечера, и все на нервах, и ни одно совместное дело у нас не получается… Представила? Вот что было бы, если мы с ним стали парой, и жили бы вместе – просто так, даже не поработав над собой, не подготовив себя к этим отношениям.
– Зато у вас был бы секс, – с видом знатока произнесла я.
– Рита, нет, ты все еще ребенок, что ты об этом знаешь… У меня был муж когда-то, и мы с ним любили друг друга, и сын у нас родился, и мы с мужем заботились о нем… Я знаю, что такое секс, я им занималась, и сколько лет это делала, пока мой муж не умер от инфлюэнцы… Секс приносит настоящую радость, только когда двое любят друг друга.
– Алекс говорит, что это совершенно отдельное понятие, и Истина могла бы и не выключать либидо…
– А ты Алекса не слушай. Может, оно и легче бы кому стало, а кому-то – тяжелее во сто крат.
– Значит, ты довольна, что твоей жизнью управляет Истина? – спросила я.
Лена вдруг улыбнулась, вся ее злость куда-то исчезла.
– Да, я довольна, – задумчиво произнесла она. – Что моей жизнью управляет она, как некий высший разум, а не мои гормоны – толкают меня на необдуманные поступки, – она помолчала, а потом неожиданно сменила тему: – Я хочу уехать отсюда. Хочу к морю. Ты была на море?
– Когда-то давно, в совсем раннем детстве, мы с родителям прожили там какое-то время… Только я ничего не помню.
– Море прекрасно. Раньше все всё время переезжали. Почему-то раньше не существовало таких жестких ограничений из-за инфлюэнцы. То есть, были регулярные карантины по приезду, ограничения… А сейчас словно что-то сломалось. Когда я стала взрослой, мир замер. А раньше, да… Какое-то непрерывное движение все время происходило.
– И в твоем детстве?
– Да, и в моем, – согласилась Лена. – Бабушка рассказывала, что в ее детстве вообще творилось что-то невероятное, люди регулярно переселялись. И это все делалось для того, чтобы мир пришел к некоему единообразию. Спланированная ротация… В результате люди стали одинаковыми. Нет наций, нет различий по цвету кожи.
– Я знаю, – кивнула я. – Видела, в Мемори. Прежде люди были – темнокожие, светлокожие, с разным разрезом глаз… Забавно.
– Ничего себе, забавно, сколько бед порой возникало из-за этих различий! – воскликнула Лена.
– Разные страны, разные языки! – подхватила я. – Непонимание… Так ты тоже любитель истории?
– Да… Немного. Теперь нам, людям, не из-за чего стало ссориться и воевать. Стран нет, государств нет. Раньше одна страна на другую могла до смерти обидеться, и затеять с ней войну! А сейчас смысл обижаться, если стран вообще нет, и твои предки, они жили везде, их ни к одной нации не причислишь, ни к одной стране… А, и городов тоже теперь нет! Нет столиц и провинций. Все по районам и номерам. Кодировка. Район номер один, два, три, тридцать три… Как одна цифра может обидится на другую цифру? Так что теперь всем спокойно живется. Язык – один на всю Землю, все друг друга прекрасно понимают, переводчики не нужны, – она помолчала. – Только вот с переездами в последнее время, повторю, стало сложнее. Хотя переезд дело хлопотное и дорогое, сейчас, наверное, уже нет смысла метаться с места на место, как раньше. Да, и богатых и бедных тоже нет теперь. Истина стерла все различия между людьми; поводов придираться, затевать революции и войны – больше не существует. Думаю, мы достигли вершины развития, – она сделала очередную паузу. – Но я перееду отсюда, обязательно. Отдохнула? Ну-ка, давай, еще погнали… – Лена опять принялась энергично двигаться на своем тренажере.
Мы с ней оказались все в том же зимнем лесу, мы мчались на лыжах по склону.
– Раз ты теперь взрослая, ты можешь сделать Хистори! – крикнула мне Лена, лавируя среди заснеженных деревьев, вместо листьев у которых – колючки.
– Что? А… Это. Скукота. Тоже мне, сокровище… Я все детство лепила эти истории, из серии «как я провела день», – с насмешкой произнесла я. – А Хистори, насколько я понимаю, тоже самое, но только для взрослых.
– Ты не понимаешь! Хистори – это другой уровень!
…После посещения Тренажерной я решила не искать Дину, а отправилась к себе. Сбросила сабо у входа в дом, где стояли еще другие (Истина напомнит, где твои, а где нет – на этот, конкретный день), босиком побежала по лестнице наверх. «Ты воображуля, – сказала я себе. – Наврала Лене, что Хистори тебе безразлична, а на самом деле, ты мечтала до нее дорваться! И дня не прошло, как стала взрослой, и сразу же за Хистори решила взяться, вот как только тебе о ней напомнили».
…Дома я сначала заглянула в туалетную комнату, а потом сразу же полезла в свою Камеру. Натянула на себя специальный костюм, с системой подвесов. Шарообразная форма Камеры позволяла человеку, находящемуся внутри, совершать любые движения. Можно было, оставаясь на одном месте – идти, бежать, переворачиваться, карабкаться вверх, падать в глубину. Плыть и лететь.
А еще испытывать ощущения, идентичные реальным. Чувствовались, как «живые» – запахи, температура (жар или холод), морские брызги на щеках, или снег на ресницах…
Сама по себе Камера – это просто шар, в котором висит человек на веревках. В полутьме. Вокруг скучные серо-бежевые стены. Но стоит коснуться Ока, и изображение из компьютерного импланта в голове – передается в зрительные отделы головного мозга. И человек обнаруживает, что он вдруг оказался внутри дивного нового мира.
Причем, пока человек барахтается внутри Камеры, он еще и электричество вырабатывает своим движением…
Я в Камере, словно от первого лица, принялась смотреть настоящие, взрослые Хистори. Те, что Истина считала самыми лучшими, и другие, те, что Истина советовала именно мне. Впервые Истина дала мне возможность заглянуть в мир взрослых.
Но я немного разочаровалась, получив доступ к «настоящим» Хистори. Оказалось, тут все действительно просто, как и с заданиями в детстве. Из серии – расскажи, как прошел твой день, или целый кусок жизни…
Взрослые, чтобы создать Хистори, тоже брали из Мемори самые интересные, красивые и значимые эпизоды своей биографии, и компоновали их под музыку, иногда с текстом, иногда без. Или просто голос за кадром пускали. Получался короткий фильм, вернее, ролик, дающий полное представление о жизни данного человека.
А потом этот ролик мог посмотреть любой желающий. И это порой, интересно, когда получаешь возможность влезть в «шкуру» другого человека, увидеть мир его глазами. Сам становишься, пусть и на короткое время – другим. Это расширяет сознание, помогает понимать окружающих.
Типа того, как раньше люди, которые писали книги, или там снимали фильмы, словом, сочиняли всякие истории для развлечения общества – тоже как бы показывали этот мир других…
Но в книгах и фильмах прошлого говорилось, в основном, о губительной власти страстей, о невозможности предотвратить беду, о людских мучениях и страданиях. Как кто-то чего-то (или кого-то) не понял, и потому наворотил дел, после которых остались лишь смерть и разрушения, и вдруг, стоя на руинах, осознал – а не надо было так делать. То есть, раньше человеку, чтобы измениться и познать истину, приходилось сделать кучу ошибок, и лишь потом, он вдруг, с изрядным опозданием, постигал смысл сущего…
Только вот зачем нам, теперешним людям, погружаться в проблемы прошлого? Чтобы что? Только посочувствовать если. Бедняги, эти наши предки, как они жили раньше, во власти своих страстей, угнетая друг друга…
Опыту от них набраться? А зачем сегодня нужен опыт, если уже есть Истина, которая не позволит наделать ошибок!
Искусство осталось в прошлом потому, что исчезли проблемы прошлого.
А почувствовать жизнь других теперь можно через Хистори.
Нет, понятно, что в Хистори много от искусства прошлого, и искусство прошлого – это тоже своего рода Хистори, тех людей, что жили раньше. Истории, сделанные либо хорошо, душевно, либо – так себе. Ведь и сейчас некоторые Хистори популярны больше, чем другие… А иные и вовсе никакого отклика не вызывают… Одно время, да, сама наблюдала, когда взрослые вокруг очень спорили про связь Хистори с искусством, и не есть ли это возрождение искусства – когда все бросились сочинять про себя истории?…
Хотя Истина считала ненужными и вредными споры между людьми. Типа, споры вызывают раскол в обществе и эмоционально дестабилизируют его.
Истина с самого начала считала опасным и ненужным – эмоциональное заражение. Насколько я знаю (из Мемори), помимо вирусов, человечество еще, оказывается, было сильно подвержено психическим эпидемиям. В очень далеком прошлом, в периоде, названным Средневековьем – существовали такие явления как, например, кликушество, самобичевание, одержимость бесами… Люди начинали массово танцевать, икать, падать в обмороки, и прочее.
Или в другие эпохи что еще было. Какой-нибудь авторитетный человек, умеющий хорошо и убедительно говорить, полностью подчинял своему влиянию толпу… И стремительно развязывались войны, революции, репрессии. То есть, эмоциональное заражение вызывало порой мировые катастрофы.
Толпа, охваченная истерией, вела себя даже глупее, чем психически неуравновешенный индивид; вполне разумный человек легко терял в этой толпе рассудок…
Изучение истории человечества являлось моим давним хобби. Хотя, конечно, всю историю не перелопатишь. Раньше дети в школах штудировали ее особо скрупулезно. Сейчас же это не представлялось возможным, подробно изучить всё. Так что я ориентировалась по эпохам в основном: древние времена, Средневековье, новое время, новейшее время – то есть, та эпоха, что была перед тем, как миром стала править Истина…
Так вот, перед Истиной, насколько я поняла, были популярны эти самые социальные сети. Собравшись гигантской толпой в сети, люди бурно обсуждали буквально каждое происшествие. Или какое-нибудь событие, порой не влияющее на общее течение жизни, но зато несущее в себе несправедливость… Начинали яростно спорить, и скоро конфликт раздувался просто до небес. Да, польза в этих обсуждениях тоже имелась: несправедливость, все же, в конце концов, побеждалась, но общество становилось в эмоциональном плане все нестабильнее, и теперь уже любое недоразумение вызывало бурю гнева у людей. Эмоциональное заражение возникало быстро, и охватывало все большие группы людей. Ну, а поскольку информация в то время стала очень доступной, то любое негативное событие в одной точке мира – вызывало взрыв возмущения всего мира.
Это был какой-то социально-психологический парадокс: жизнь становилась все более налаженной и спокойной (о чем свидетельствовала реальность), а психическое состояние людей, наоборот, ухудшалось. Мир совершенствовался, а человек становился все несчастней. Поводов для действительных, реальных переживаний все меньше, а страданий – все больше. Можно ли кормить женщине ребенка грудью – публично? Надевать ли на собак (домашних питомцев) специальное приспособление – намордник? Употреблять в пищу, или нет – некоторые виды продуктов?…
Люди непрерывно общались в сетях, обсуждая каждую мелочь вокруг, спорили, и тем самым еще сильнее разжигали огонь недовольства. Все стали недовольны буквально всем. Государством, местом жительства, образованием, медициной, детьми, родителями, противоположным полом, да и своим полом тоже…
Волны последовавших за тем эпидемий только подлили масла в огонь, обострили ситуацию, и без того накаленную.
Это было время, когда рушились связи между людьми, когда они запирались внутри своих жилищ, и отказывались от мира, от прежних, привычных ценностей. Люди нигде и ни с кем не находили счастья, именно в тот момент и началась основная убыль населения (плюс еще смертность от эпидемий надо учитывать). То есть, очередной парадокс того времени – до какого-то момента население росло, несмотря ни на что, и казалось даже, что Земле грозит демографическая катастрофа. Но этот эффект был вызван увеличившейся продолжительностью жизнью. Население-то росло, а рождаемость падала. С какого-то момента старшее поколение начало уходить из жизни, и вот тогда стало понятно, что планете грозит не перенаселение, а вымирание.
Депрессиями, кстати, тоже страдали почти все, поскольку это заболевание, с одной стороны, зависело от информационной нагрузки, а с другой стороны, было связано с малой физической активностью. Оно и понятно: люди сидели дома, обсуждали каждый чих в новостях, со стула не вставали…
Даже тогда, когда ситуация с вирусными заболеваниями немного пришла в норму, и появились вакцины, часть населения по привычке оставались сидеть дома, и страдала, обмениваясь жалобами, обсуждая каждое новое происшествие…
Истина прервала этот поток страданий. С ее приходом вступило в силу «правило семи человек». Это когда спорящих не должно собираться вместе больше семи, что в вирте, что в реале.
Почему именно семи? Да потому что после этой цифры начиналось то самое эмоциональное заражение, которое потом трудно остановить.
«Правило семи» действовало до сих пор.
Если собиралось больше семи человек, то тогда общий разговор сразу же начинал прослушиваться Истиной, и, если вспыхивал спор, давалось предупреждение – Око у всех показывало восклицательный знак. Типа, прекратите. Расходитесь. Если собравшиеся не успокаивались, и продолжали спорить, то им рекомендовали пройти к Медикалу на укол.
Алекс, например, ужасно злился, что спорить про Хистори нельзя… Вернее, можно, но только в узком кругу. Он, верно, мечтал о размахе, о вселенском скандале.
Помню, как-то Алекс и Лена сцепились языками в Столовой, на тему, какой должна быть «правильная» Хистори, потом к ним подошли Лара с Дэном (у них имелось свое мнение по этому вопросу), затем подключилась еще одна пара, из соседнего дома. Потом еще кто-то подошел, со своим веским мнением. За количеством спорящих что-то никто не проследил…
Мы с Ниной, до того просто слушавшие этот спор, подошли ближе, и тоже втянулись в него (даже я что-то, помню, ляпнула; я, которая по возрасту понятия не имела о Хистори!), и – все. Истина немедленно напомнила нам, что надо разойтись. Спорщики посмотрели на свои ладони, где горели восклицательные знаки, и разошлись, а что еще оставалось делать…
«Правило семи» не действовало только в Клубах (о них позже), но это потому, что в Клубах собирались единомышленники, и они не спорили, а общались. Тут Истина давала послабление, хотя в Клубах Истина прослушивала все разговоры.
…Короче, мои папа с мамой не сделали Хистори. Не успели. А так, наверное, было бы здорово смотреть сейчас эту Хистори мне, их дочери. Я бы, наверное, больше бы понимала своих родителей, и мне как-то легче было бы, что ли. Вот вроде как они зафиксировали все самое важное о себе, специально для меня. Это был бы их привет из прошлого – мне; их любовь, пойманная и спрятанная в волшебную коробочку. Открой – и увидишь, и прикоснешься, и станет теплей.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?