Текст книги "У любви на крючке"
![](/books_files/covers/thumbs_240/u-lyubvi-na-kryuchke-269814.jpg)
Автор книги: Тесса Бейли
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
– Так тут еще и не один мужчина? – вздохнула Опал, по очереди окинув взглядом внучек. – Господи, где мои двадцать лет…
– Сергей – режиссер и мой босс, только и всего. На этом фронте никаких изменений, – растолковала ей Ханна. – Карьера и любовь – разные вещи, хотя врать не буду: мне действительно хочется, чтобы Сергей видел во мне женщину, а не просто одетую кое-как личную ассистентку.
В голове зазвучал голос Фокса: Между прочим, он ревнует.
Все четыре дня с момента приезда в Уэстпорт Ханна была ужасно занята: устраивала актеров и съемочную группу в арендованном жилье, распаковывала аппаратуру, встречалась с местными бизнесменами… Тем не менее не настолько занята, чтобы не вспоминать о Сергее. Уж на съемочной площадке она его видела то и дело. В Уэстпорте темперамент режиссера бил через край, привлекая к нему всеобщее внимание. Ревновал, значит? Наверное, уже забыл о той сценке у автобуса – во всяком случае, с Ханной он общался с вежливым безразличием.
Хриплый голос Фокса продолжил: Уж поверь, если Сергей – парень стоящий, то его заставит ревновать даже рассказ о том, как я обработал тебе ранку.
Почему она постоянно возвращается мыслями к этому рыбаку, а не к Сергею? Ханна часто прокручивала в уме тот разговор на кухне – о репутации Фокса, о том, что он не хочет сплетен об их отношениях, поскольку разговоры могут повредить Ханне. Неужели сам верил в этот бред?
– Ну что ж, – перебила ее размышления Пайпер. – Я ведь тоже не так давно выросла из детских штанишек и точно могу сказать, что это процесс волнительный, но полезный. Куда деваться – и еду нужно готовить, и джинсы носить приходится. – Она сделала вид, что уронила слезу, и Ханна хихикнула. – Без тебя я повзрослеть не смогла бы. Именно ты заставила меня задуматься о возможностях, которые мне и в голову не приходили. Поэтому и не сомневаюсь: ты способна на многое. Шишка на голове тебя остановить не должна, образ чумазой ассистентки – тоже. Моя сестра – человек надежный и творческий, и унижать себя не позволит. Не получишь шанса на этой киностудии – получишь на другой, черт возьми. Извини, что я выражаюсь, Опал, – мило улыбнулась Пайпер. – Просто хочу, чтобы до Ханны дошло.
– Я – мать рыбака, дорогая, ругательства – часть нашего лексикона.
На этот раз Пайпер выступила для сестры в роли статистки, оттеняющей звезду, и Ханна оценила ее отношение. Наверное, смена ролей и заставила ее обратиться к Пайпер с необычной просьбой:
– Можешь сегодня одолжить мне кое-что из одежды? Хочу вечером выйти из образа. – Она просунула палец в дырку в рукаве толстовки. – У нас намечается вечеринка в одном из арендованных домов.
Пайпер положила руку ей на локоть.
– Ты хочешь, чтобы я тебя приодела?
– На сегодняшний вечер. Мне потребуется полная уверенность.
– Бог ты мой, – едва не прослезилась от радости Пайпер. – У меня точно есть подходящее платье!
– Только не слишком яркое…
– Тихо, молчи. Доверься мне.
Ханна подавила улыбку и примолкла. Наверное, в ней заговорило тщеславие – уж очень хотелось привлечь на вечеринке внимание Сергея. Вдруг наряд в стиле Пайпер даст ей шанс? Если она намерена продвинуться по карьерной лестнице, следует заставить коллег воспринимать ее серьезно. Вроде бы просто и ясно. В Голливуде встречают по одежке, а уж правильно это или нет… Блесни – и тебя выслушают; твоим словам будут придавать значение. Никому и в голову не придет попросить Пайпер или Бринли подержать трубочку в кофе или помешать его против часовой стрелки, а не наоборот?
Посмотрим, что ты теперь скажешь, Кристиан…
Никто ведь не ждет, что Бринли будет работать на износ, если ей не платить по заслугам? Ханна довольно долго пребывала в уверенности, что дело не в размере оклада. Какого черта? Они с родителями жили в Бель-Эйр, имели во дворе бассейн не хуже тех, в которых соревнуются олимпийцы, и круглосуточную прислугу. Вновь завоевав расположение отчима, она могла бы рассчитывать на дополнительное подспорье, если не хватало заработной платы, однако собственный скромный заработок стал вопросом принципиальным. Вряд ли съемочная группа получила бы столь идеальную натуру без их с Лэтрис неустанного труда. Другое дело, что Лэтрис точно платили столько, сколько она стоила.
Попытка добиться успеха с помощью эффектной одежды представлялась Ханне задачей не более сложной, чем те, которые она решала в последнее время, и овчинка выделки точно стоила.
– Все ваши разговоры о саундтреках и альбомах «Флитвуд Мак» мне кое о чем напомнили, – заявила Опал, прервав размышления Ханны. – Девочки, сейчас я вам кое-что покажу.
Бабушка встала и решительным шагом прошла в другой конец гостиной, где вытащила из книжной полки тонкую синюю папку. Ханна не сомневалась, что ее содержимое имеет отношение к покойному отцу, и, разумеется, пала духом. Наступила традиционная вторая часть встречи с бабушкой, которой Ханна всегда опасалась: Опал и Пайпер сейчас прослезятся, припомнив очередной эпизод из папиной биографии, а она будет сидеть дура дурой, пытаясь подстроиться под их настроение.
– Эти бумаги принес мне один из членов старой судовой команды Генри, когда мы с девчонками сидели в баре «Наповал».
В голосе Опал звучала гордость: она тяжело переживала смерть сына и довольно долго жила отшельницей – фактически до того дня, когда в ее жизни появилась Пайпер, которая заставила бабушку сделать современную прическу и приобрести модную одежду. Только после знакомства со старшей внучкой Опал вновь вышла в свет. Ханна надеялась, что и ее плей-листы помогли бабушке обрести новую жизнь.
– Это написал ваш папа, – сказала Опал, откинув обложку.
Сестры склонились над папкой и, прищурившись, начали разбирать мелкий почерк отца, покрывавший несколько пожелтевших, испещренных пятнами страничек.
– Это письма? – спросила Пайпер.
– Не письма. Песни, – ответила бабушка, проведя пальцем по неровным строчкам. – Матросские песни, если на то пошло. Он напевал их, когда приходил из моря. Я понятия не имела, что он записывал тексты.
Ханна с неохотой рассматривала отцовские каракули. Она уже не надеялась, что старая фотография или вещь, принадлежавшая отцу, сможет пробудить в ней хотя бы тень интереса.
– Он хорошо пел?
– Голос у него был глубокий, сильный. Богатый голос. И смех такой же – будто проникал тебе прямо в сердце.
Взволнованно вздохнув, Пайпер пролистала папку.
– Ханна, ты должна взять ее с собой.
– Я? – Она испытала невольное отторжение, однако смягчила тон, решив, что не стоит обижать бабушку. – Почему я?
– Это же песни, Ханна, – в недоумении пожала плечами Пайпер. – Кто у нас увлекается песнями?
– Полагаю, именно от Генри ты и унаследовала любовь к музыке, – поддержала бабушка, положив мягкую руку на бедро Ханны.
Черт, почему ей не хочется с этим соглашаться…
Что с ней не так, в конце-то концов?
Ханна уже открыла рот, собираясь отказаться…
Нет, любовь к музыке мне ни от кого не досталась. Музыка – мой мир и только мой. Случайное совпадение, вот и все.
…и сама не поняла, почему кивнула.
– Конечно. Возьму на пару дней, посмотрю.
– Отлично! – заулыбалась Опал.
Ханна забрала папку у сестры, ощутив знакомое желание перевести разговор с воспоминаний об отце на другую тему.
– Так, Пайпс. Сколько можно интриговать? Давай рассказывай – как там родители Брендана? Приехали, в конце концов, твои будущие родственники или нет?
Сестра уселась поглубже в своем кресле и закинула ногу на ногу, сверкнув ногтями с великолепным педикюром.
– М-м-м… Ну, я говорила, что на этой неделе отвезла их в Сиэтл – Брендан ведь ушел в море. Распланировала поездку до последней секунды…
– И что? – подначила ее бабушка.
– Ну что… Сначала расписала всю поездку, а потом уж осознала, что весь поход сводится к шопингу. – Пайпер перешла на драматический шепот. – Оказывается, мать Брендана ненавидит шопинг…
Ханна с бабушкой расхохотались.
– Покажите мне женщину, которая не любит прошвырнуться по магазинам, – захныкала Пайпер.
Ханна подняла руку, и сестра раздраженно по ней шлепнула.
– Слава богу, что сегодня приедет Брендан! Я уже не знаю, как их развлечь. Пятый день бесцельных прогулок…
Сердце Ханны тоже трепетало от ожидания. Нет, разумеется, возвращение Фокса тут совершенно ни при чем. Обычное дело: приезжает старый друг, и ей уже не придется в одиночестве коротать часы в его странной пустой квартире.
Пайпер бросила умоляющий взгляд на сестру с бабушкой.
– Посоветуйте что-нибудь!
Ханна на секунду задумалась, входя в роль актрисы второго плана.
– Попроси будущую свекровь научить тебя готовить любимое блюдо Брендана, которое ему нравилось в детстве. Ручаюсь, она тут же ощутит, что может принести тебе какую-то пользу, а тебе-то не повредит. Пригодится, когда будешь готовиться к дням рождения и прочим праздникам. Что скажешь?
– Гениально! – воскликнула Пайпер, обняла Ханну за шею и под смех Опал повалила ее на диван. – Теперь точно будет чем ее занять! Что бы я без тебя делала, Ханнс…
Ханна уткнулась носом сестре в плечо и вдохнула ее запах, наслаждаясь близостью родного человека. В голове заиграла песенка Синди Лопер[25]25
Американская поп-певица, автор песен и актриса, обладательница премий «Грэмми», «Тони» и «Эмми».
[Закрыть] «Раз за разом»[26]26
Cyndi Lauper – Time After Time.
[Закрыть]. Уходить расхотелось – так здорово было сидеть в этой квартире вместе с бабушкой и сестрой… Да, она снова исполняла роль помощницы – а что в этом плохого? Ханне было комфортно в этой роли, однако именно поэтому ей и пришлось так долго прозябать в статистках. Сегодня все изменится. Сегодня дирижировать оркестром будет она.
Глава 6
Ханна брела по тротуару, держа в руке бутылку вина. Тащилась как черепаха – идти на трехдюймовых каблуках было непривычно, но еще больше стесняло движения платье. Она только покачала головой, когда Пайпер расстегнула матерчатый чехол. Красное? Реально? Ее личный гардероб отвечал требованиям удобства и функциональности. Цвета исключительно серые, синие, черные и белые – что ни надень, все будет сочетаться. Из красных вещей имелись лишь бейсболка да кеды. Так, яркий мазок в наряде.
Надев платье, Ханна словно вернулась в девяностые, окунулась в дух старого, милого ее сердцу гранджа. В таком красном мини появлялась на вечеринках в долине Сан-Фернандо Шер Горовиц, героиня «Бестолковых»[27]27
Американская комедия 1995 года, основанная на романе Джейн Остин «Эмма».
[Закрыть]. Пайпер сказала, что сравнение меткое. Потом они занялись прической под непрерывное бормотание Ханны о том, что она, дескать, в полном шоке.
В большинстве профессиональных сообществ подобное платье посчитали бы совершенно неподходящим, однако в индустрии развлечений царили особые нравы. В конце любой вечеринки запросто можно было застать в коридорах целующиеся взасос парочки. Да что там в коридорах – у всех на виду. Не обходилось без наркотиков и тем более без алкоголя. На следующее утро все как ни в чем ни бывало впрягались в работу, и жизнь съемочной группы шла своим чередом. Разумеется, слухи и сплетни были неизбежны, однако любые эскапады в нерабочее время делали тебя полноправным членом команды, а отнюдь не изгоем.
Приближаясь к месту вечеринки, Ханна издалека заметила тени операторов и актеров, мелькавшие в тускло освещенных окнах. Громыхала музыка, раздавались взрывы смеха. Ханна отдавала себе отчет, что вечеринки с участием звезд шоу-бизнеса, даже самые незначительные, умиротворенностью не отличаются, потому и арендовала место почти на окраине городка – во избежание жалоб. Похоже, поступила правильно: на лужайке перед домом уже кто-то отключился, хотя не было еще и десяти вечера.
Тихо присвистнув, Ханна переступила через стажера и вскарабкалась на крыльцо. Кто бы мог подумать, что она будет чувствовать себя первой модницей в великолепных туфлях с маленькими блестящими бантиками? Стучаться не стала – все равно никто не услышал бы. Свою зажигательную речь она отрепетировала дома, перед зеркалом в ванной комнате, в которой пахло мятой и еще чем-то интересным. Похоже, эфирным маслом с добавлением имбиря.
Хм… Фокс пользуется эфирными маслами?
Ханне невольно захотелось пробраться в спальню хозяина дома и вдохнуть запах прямо из флакона.
Нетерпеливо щелкнув языком, она вошла в прихожую, подавив желание с ходу разыскать человека, отвечающего за музыкальное сопровождение вечеринки. Если она последует своему инстинкту, так и просидит весь вечер в углу, выбирая очередную подходящую к моменту композицию. Например, обязательно включит «Бон Айвер»[28]28
Bon Iver – американский инди-фолк-коллектив из Фол-Крик, Висконсин.
[Закрыть], чтобы успокоить расшатавшиеся нервы съемочной группы после сумасшедшей недели. Нет уж, сегодня у нее была другая задача.
Смирившись с тем, что на вечеринке будет господствовать атмосфера техно, Ханна сняла пальто. Кинула его на ближайшее кресло, махнула рукой парочке звукорежиссеров и прошла по коридору в гостиную, где собралась вся команда.
Едва она переступила порог, как музыка стихла. Не исключено, что ей просто показалось, потому что на нее уставились все собравшиеся. Все без исключения. Если такова доля ведущей актрисы, то лучше податься в статистки!
Но роль девушки из массовки ее больше не устраивала. Побольше уверенности. Приступим к плану.
– Я что же, единственная, кто получил извещение о дресс-коде? – Ханна в притворной растерянности покачала головой, бросив взгляд на джинсы и футболки, в которых красовались гримеры и стилисты. – Как печально…
Коллеги встретили ее слова дружным смехом и вернулись к своим напиткам и разговорам. Ханна облегченно выдохнула. Не помешает для храбрости немного выпить.
Заметив в углу барную тележку с алкоголем и сиропами для коктейлей, она двинулась вперед. Главное, не переборщить. Ханна до сих пор с дрожью вспоминала их с Пайпер прошлогоднюю попойку на местной винодельне.
– Привет! – скучающим тоном приветствовал ее Кристиан. – Что выпьешь? Может, яду?
Поджав губы, Ханна присмотрелась к батарее бутылок.
– Что бы мне такого выпить, чтобы почувствовать наконец твою индивидуальность?
Многозначительно глянув на ее платье, Кристиан одобрительно фыркнул.
– Что это ты пытаешься изобразить?
– Ты бы сам что-нибудь изобразил. С утра шестнадцать дублей сделали, чтобы снять четыре строчки диалога.
– Совершенство – не урок, который отвечаешь с ходу. – Он нетерпеливо хмыкнул и схватил красный бокал для коктейля. – Так что ты пьешь, личный ассистент? Давай смешаю.
У Ханны отвалилась челюсть.
– Ты? Ты смешаешь мне коктейль?
– Расслабься! – Плеснув в бокал водки, Кристиан окинул ее беглым взглядом. – Слушай, а платьице-то тебя неплохо облегает.
– С такими бедрами, как у меня, ты в нем тоже отлично смотрелся бы.
Кристиан добавил грейпфрутового сока и льда и чуть не насильно сунул Ханне напиток.
– Ненавижу себя за то, что ты мне нравишься.
– А мне нравится, что я тебя ненавижу.
Оба заулыбались.
– Ханна!
К ним приближались Сергей, Бринли и несколько молодых талантов, в том числе Максин и актер, играющий ее лучшего друга. Сергей, похоже, потерял дар речи, даже забыл, что держит в руке фужер с напитком.
– Классный наряд, – пробормотал он, уставившись куда-то в район ее короткого подола. – Понял, что это ты, только когда услышал вашу с Кристианом пикировку.
– Ну, когда она рядом, у меня на лице гримаса ужаса, – вяло пошутил Кристиан, слегка толкнув Ханну в бок.
– Шикарно выглядишь, – поддержала Сергея Бринли, не отрываясь от смартфона.
– Спасибо…
Почувствовав себя в центре внимания, Ханна испытала непреодолимую потребность сделать глоток коктейля. Водки Кристиан плеснул щедро, и жидкий огонь опалил ее горло.
Наверное, спиртное успокоило Ханну, тем более что вечернее платье давало ей уверенность в собственных силах. Возможно, сказались и ободряющие слова Пайпер. Словом, Ханна заговорила, понимая: если не сейчас, то никогда.
– Бринли! – выпалила она, придерживая руку с бокалом, чтобы кубики льда не стучали о стенки. – Хотела спросить: не возражаете, если я попытаюсь помочь вам с музыкой к фильму? Конечно, вы и сами прекрасно справляетесь, – быстро добавила она. – Просто хотелось бы у вас поучиться, понаблюдать за процессом…
Наступила томительная пауза.
Нет ничего необычного в том, что кто-то использует неформальную обстановку для продвижения по карьерной лестнице. Но чтобы личный ассистент осмелился обратиться с подобной просьбой к коллеге, стоящему неизмеримо выше в иерархии, да еще в такой компании… Наверное, следовало повременить или пообщаться с Сергеем и Бринли без свидетелей, однако Ханна надеялась, что Бринли отнесется к ее вопросу благосклонно: все же задан он не в официальном порядке, а как бы между прочим.
– М-м-м… – Музыкальный директор моргнула, с неожиданно вспыхнувшим интересом разглядывая просительницу. – Вы планируете в дальнейшем связать свою карьеру с музыкальным сопровождением?
– Так далеко я не заглядываю, – с облегчением выдохнула Ханна. – Пока просто хотелось бы побольше узнать об этой стороне кинематографа. Вдруг это и вправду мое будущее?
Бринли покачалась на каблучках и пожала плечами, снова уткнувшись в экран телефона.
– Если хотите понаблюдать – без проблем. Разрешит ли вам Сергей уделять некоторое время для обучения?
До Ханны дошло, что режиссер с самого начала разговора не промолвил ни слова. Стоял, хмурился. Посматривал на свою ассистентку. Услышав вопрос Бринли, вздрогнул, словно сам понял, что ведет себя не совсем обычно.
– Ты для меня жизненно важна, Ханна. Сама знаешь.
Ханна стремительно покраснела. Ты для меня жизненно важна… Впору приложить лед к пылающим щекам.
Снова повисло молчание. Сергей потеребил рукав черной водолазки.
– Но если обучение не пойдет во вред функциям ассистента, возражать не буду.
Ханну охватил жар; сердце затрепетало от затаенной гордости. Мысли смешались, от шока она едва не выронила бокал – и все же изобразила благодарную улыбку, кивнув Сергею и Бринли.
– А кто будет носить мне кофе в перерывах между дублями? – капризно осведомился Кристиан.
Маленькая компания дружно расхохоталась, и напряжение наконец спало. Разговор переключился на воскресную повестку. Вся команда ждала хорошей погоды, которая требовалась для сценки поцелуя между Кристианом и Максин. Снимать планировали в гавани, и синоптики обещали им несколько солнечных дней.
Сергей стал обрисовывать свое видение сцены, которую планировал снять широкими крупными мазками, а Ханна погрузилась в мысли, пытаясь подобрать для завтрашнего кадра соответствующую композицию. Как ни странно, пролистав свой внутренний каталог, подходящей мелодии не нашла.
Ни одной идеи. Удивительно…
Неужели наконец представившийся шанс лишил ее чутья? Вдруг она забыла, как создавать звуком нужную атмосферу? Ведь это умение было с ней всегда, с тех пор, когда Ханна только научилась включать проигрыватель.
Она настолько встревожилась, что не заметила, как Кристиан вновь наполнил ее бокал – причем уже во второй раз. Ритм электронной мелодии бился в такт с ее сердцем, и Ханна ощутила непреодолимое желание танцевать. Да, хватит пить, пора на танцпол! Мысль дельная, однако немного запоздавшая. Спиртное горячило кровь, и Ханна утратила контроль над своими поступками. Болтала со всеми подряд на любые темы, какие только приходили в голову, – от забега быков в Памплоне до утверждения, что уши растут всю жизнь – каждая из которых представлялась ей исключительно интересной. Во всяком случае, все смеялись.
Потом одна из актрис все же вытащила ее на импровизированный танцпол. Ханна закрыла глаза, сбросила туфли и отдалась музыке.
Во время танца у нее закололо в затылке, и, открыв глаза, Ханна заметила, что с другого конца комнаты за ней наблюдает Сергей. Впрочем, его отвлек подошедший с каким-то вопросом Кристиан. Ханна неосмотрительно выпила еще бокал коктейля, предложенный одним из гримеров, и снова пошла танцевать.
Прошло несколько минут, и атмосфера в комнате вдруг изменилась – словно стало светлее. Ханна обернулась. Все смотрели в направлении входной двери, где стоял, прислонившись к косяку, Фокс. Наблюдал за ней. Улыбался.
– Матерь Божья… – прошептала Ханна, не отрывая взгляд от ловца крабов.
Собравшиеся замерли, наступила тишина. Типичная реакция на появление Фокса… Как будто акула величаво заплыла в середину косяка мелкой рыбешки. Фокс только вернулся из моря, и его усталое загорелое лицо было обветрено и пропитано солью. Уверенный в себе, дерзкий и до невозможности сексапильный… складывалось впечатление, что он возвышается над головами участников вечеринки.
– Это тот самый парень, – пробормотала одна из девушек рядом с Ханной, – которого мы видели у автобуса.
– Боже, просто картинка из порножурнала!
– Хочу себе такого…
– Иди к черту, я его уже заняла!
У Фокса дернулась щека – видимо, он услышал разговор и все же смотрел только на Ханну. Она ощутила прилив ярости. «Картинка из порножурнала»? «Я его заняла»? Да как они смеют надеяться соблазнить ее друга?
Или это совсем несложно?
А если одна из этих сучек ему приглянется?
И что? Ей-то какое дело?
Фокс прислушивался к шепоту, гулявшему по залу, и его улыбка померкла. Ханна уже не в первый раз за последние четыре дня вспомнила его предостережение:
Ты не должна пострадать от моей репутации…
Он двинулся было к Ханне и замер на полушаге. Усомнился, стоит ли подходить? Побоялся взглядов?
Ханна, не раздумывая, поставила бокал с напитком на подоконник и решительно направилась к Фоксу. Вероятно, храбрости ей придал бродивший в крови алкоголь, и все же в первую очередь вперед ее толкало негодование. Эти девчонки его даже не знают! До них и слухи-то о нем не успели дойти за эти несколько дней!
У нее при первых встречах с Фоксом тоже сложились кое-какие впечатления. Она восприняла его как красавчика-компаньона, отпетого бабника. Потом, когда они переписывались, не раз вроде как в шутку спрашивала: один ли он сейчас? Мол, вдруг Фокс сейчас с девушкой…
Теперь Ханна ощутила внезапное желание попросить у него прощения. Никто не посмеет при ней давать Фоксу оценки; Ханна не допустит, чтобы он стеснялся подойти к ней на вечеринке. Стоит посреди зала под прицелом жадных глаз… Надо подставить ему плечо.
Надо его успокоить.
Ладно – может, она и ревновала. Кто-то пытается его застолбить!.. Ханна отбросила ненужные мысли и облизала губы.
Она была уже футах в пяти от Фокса, и тот, догадавшись о ее намерениях, изменился в лице. Его неуверенность мигом исчезла, синие глаза потемнели, метнули молнию, заросший щетиной подбородок напрягся. Готов ко всему… Мужчина, который привык, что его желают, и знает, как с этим быть.
Ханна поднялась на цыпочки, Фокс прошептал ее имя, и они слились в поцелуе – прямо в центре танцпола. Ее ошеломил голод, исходивший от твердых губ мужчины. Фокс развернул ее, прижал спиной к притолоке, жадно приник к ее рту и со сдавленным рычанием продолжил поцелуй.
Мысли Ханны спутались, тело охватил жар, руки бессильно повисли вдоль тела.
Ева в Эдеме только что вкусила запретный плод.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?