Текст книги "Черный спецназ"
![](/books_files/covers/thumbs_240/chernyy-specnaz-43208.jpg)
Автор книги: Тимоти Зан
Жанр: Зарубежная фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 3
Начальником архивной службы оказалась очень молодо выглядевшая женщина. Уже после первой минуты общения с ней каждому становилось ясно, что впечатление это достигается только благодаря солидной порции идунина.
К архивным документам она относилась как к кровному детищу и защищала их не хуже, чем мать-медведица своих детенышей.
– Никаких исключений, мистер Риенци! – твердо заявила она. – Неужели я непонятно выражаюсь? Конечно, мне очень жаль, но удовлетворить вашу просьбу никак невозможно.
Ее вызывающая бескомпромиссность, больше похожая на банальную твердолобость, очень раздражала Кейна.
– О'кей, – сказал он, – я понимаю.
Выйдя на залитую солнцем улицу, он сел на скамейку в сквере возле архива и развернул путеводитель по Капстону. После первой неудачи ему не терпелось выйти за пределы Хаба и вплотную заняться поисками подполья. Но сейчас такой поступок был бы слишком опрометчивым. Для начала нужно создать видимость кропотливой работы над книгой и побеседовать с местными чиновниками. Пусть какое-то время будет потеряно даром, но вероятность слежки сбрасывать со счетов нельзя.
Добиться встречи с кем-либо из официальных лиц оказалось на удивление просто. Большинство из них, казалось, только и ждало случая, чтобы бросить свои дела и поприветствовать визитера с Земли. С одной стороны, Кейна весьма забавляло, что его встречают с таким интересом и почтением. В то же время излишнее внимание к его персоне могло повлечь за собой опасность.
Почти четыре часа, изнывая от скуки, он выслушивал воспоминания и впечатления двух толстых чиновников какого-то департамента. Наступил уже полдень, и терять время в Хабе было непозволительной роскошью. Сердечно поблагодарив собеседников за «неоценимую помощь», Кейн вышел на улицу, поймал автокэб и направился в сторону стены.
Он вышел из машины возле северных ворот, через которые въезжал накануне с Гарвеем. Возле ворот стояли охранники.
– Я хотел бы пройти в тот район, – сказал Кейн одному из них.
– Да, сэр, – проворно отозвался охранник в серо-зеленой форме. – Садитесь в машину, я открою ворота.
Кейн покачал головой.
– Я хотел бы пойти пешком.
Охранник удивленно уставился на Кейна.
– Э… не рекомендуется, сэр!
– Почему?
– Народ тут не всегда дружелюбный. Могут случиться неприятности. Кейн усмехнулся и снова покачал головой.
– Не волнуйтесь, все будет в порядке. Открывайте.
– Да, сэр, – охранник неуверенно шагнул к электрощиту и потянул за рычаг.
Одна из створок ворот медленно отъехала в сторону, и Кейн вышел за ограждение.
Двигаясь не спеша, он внимательно наблюдал за всем, что его окружало, дабы не упустить никакой мелочи. Город не походил ни на одно из тех мест, где Кейну пришлось бывать раньше. Однако, как и на Земле, во всем ощущалась некая подавленность, ставшая привычным состоянием после нашествия рекрилян. Запыленные, похожие на коробки здания в два и три этажа высотой выглядели еще более безликими, чем подобные им на Земле.
«Архитектура покоренных» – так это иногда называли. Видимо, Плинри досталось в этой войне еще больше, чем Земле. Бедно одетые люди, сутулясь бредущие по улицам, представляли грустное зрелище. Большинство – среднего возраста или чуть старше. Видимо, сколько-то идунина сюда все же поступало. Молодежи нигде видно не было, будто такого понятия вообще не существовало.
Однако вскоре несколько молодых людей все же попали в поле зрения Кейна. Пройдя еще два квартала, он услышал звуки музыки и свернул за угол.
Там находилось нечто вроде кафе на открытом воздухе. На тротуаре беспорядочно стояли около двадцати легких столиков и еще примерно столько же располагалось под крышей одноэтажного здания, больше похожего на прочный навес. Около четверти столиков занимали пожилые люди, по двое или в одиночку попивая что-то вроде пива. Несколько столов было занято молодыми людьми, сидевшими по четыре-пять человек. От одной из таких групп доносился шум.
Не обращая внимания на любопытные взгляды, Кейн подошел к подковообразному сооружению вроде стойки бара. Оторвавшись от созерцания местных тинейджеров, бармен переключил внимание на Кейна.
– Привет, дружище. Что будем пить?
– Пиво. Любое.
Бармен кивнул и поставил на стойку темную бутылку.
– Что-то я тебя не припоминаю, – сказал он, наливая пиво в щербатую стеклянную кружку. – Недавно в городе?
– Только что приехал, – ответил Кейн, пробуя напиток.
Пиво имело странный и не очень вдохновляющий на питие привкус. – Риенци меня зовут.
– А я Джон, мистер Риенци, – представился бармен. – Откуда вы, если не секрет?
– С Земли.
Глаза Джона расширились, и он даже немного отодвинулся от стойки.
Потом, неожиданно скептическим тоном, произнес:
– Понятно. Посещение трущоб с целью благотворительности.
Кейн проигнорировал вызов, скрытый в этой фразе, и покачал головой.
– Пишу книгу о войне. Думал, найду здесь кого-нибудь из старых солдат или тех, кто видел все своими глазами.
Бармен помолчал, переваривая услышанное.
– Кое-кто еще остался, – наконец сказал он. – Только вряд ли их рассказы подойдут для книги колли.
– Колли?
Джон немного смутился.
– Это жаргон. Здесь так называют тех, кто работает на правительство.
Сокращенно от «коллаборационист».
– А, вроде «предатель»? Не очень-то лестно, надо сказать.
– Не вам судить… – будто спохватившись, бармен умолк и принялся энергично протирать полотенцем мутный стакан.
Кейн позволил паузе затянуться на несколько секунд, прежде чем заговорил снова.
– Должность у меня, в принципе, невесомая, но зато есть прямой доступ к одному из сенаторов. Если на Плинри какие-то проблемы, могу посодействовать.
– Вряд ли вы чем-то поможете. Разве что у вас завалялся где-нибудь лишний миллион рабочих мест. – Джон вздохнул и поставил стакан на прилавок. – Помощь. Ха! Неужели вы не видите – Рекрил практически растоптал нас. Благодаря своей тактике «выжженной земли», они благополучно уничтожили три четверти населения планеты, а семь восьмых территории превратили в бесплодную пустыню. После войны не осталось ни промышленности, ни клочка пахотной земли. В первую зиму около миллиона тех, кто остался в живых, просто замерзли.
Бармен вздохнул. Чувствовалось, что он разволновался от нахлынувших воспоминаний.
– Впрочем, не буду утомлять вас перечислением деталей. Сейчас все уже немного устоялось. Вот только безработица по-прежнему страшная. Думаете, сидело бы здесь столько народу, да еще в такой час? – он ткнул пальцем в сторону молодых людей.
Потягивая пиво, Кейн посмотрел на сидящих за столами. Какие-то пришибленные, с безысходным выражением на лицах, они почти не разговаривали, поглядывая друг на друга поверх кучи пустых бутылок, стоявших на столе.
– Понимаю, – сказал он. – Когда вернусь на Землю, я обязательно доведу это до сведения сенатора Ориоля. А пока, не подскажете ли, с кем я могу побеседовать о войне. Да и о проблемах Плинри тоже.
Джон посмотрел в сторону, плотно сжав челюсти. Казалось, что он собирается с духом, чтобы крикнуть в лицо землянину: «Да тебе же плевать на все, кроме твоей паршивой книжонки!»
– Ну, что ж, – услышал Кейн через несколько секунд. – Если хотите откровенности, попробуйте поговорить с Даймоном Лейтом. Вон он сидит, – бармен указал в сторону улицы.
Кейн оглянулся и увидел седого старика с длинной бородой, сидевшего в одиночестве за столиком. На вид ему было лет семьдесят, и внешне он ничем не отличался от людей такого же возраста.
– Спасибо, – сказал Кейн. – А чем он занимался во время войны?
Джон фыркнул и состроил насмешливую гримасу.
– Он из «Черного спецназа».
– Неужели?! – Кейн чуть не подпрыгнул, на миг забыв о всякой бдительности.
Положив на стойку банкноту в две марки, он взял свой бокал и направился к старику.
Лейт, поглощенный созерцанием содержимого пивной кружки, даже не поднял головы, когда к его столику подошел незнакомец.
Кейн кашлянул, стараясь обратить на себя внимание старика.
– Мистер Лейт? – осторожно спросил он. – Меня зовут Аллен Риенци. Не возражаете, если я сяду за ваш столик?
Старик пожал плечами и указал на один из стульев.
– Садитесь. Делать тут все равно нечего. Мы с вами, должно быть, знакомы?
Кейн занял место напротив. Лейт совсем не походил на моложавого бдительного спецназовца, образ которого всегда рисовало его воображение.
«Вот что значит тридцать лет без идунина», – подумал Кейн.
– Нет, – сказал он. – Я только недавно сюда приехал. Я с Земли.
– А-а-а, – кивнул старик, – колли… Ну и как там, дома?
Кейн ожидал такой же негативной реакции, которая была у бармена, поэтому вопрос несколько озадачил его.
– Все хорошо. Вы – землянин?
– Точно. Из Оденса, если быть еще точнее. Это в Дании. Жил там до 2420-го года, пока не ушел в армию. Давно уже дома не был. Война, знаете ли… Я ведь черный спецназовец. Слыхали о таких? – он расстегнул воротник выцветшей рубашки и похлопал рукой по черной материи, плотно облегавшей шею. – Эластичная броня, мы все такое носим.
Его рука бессильно опустилась на стол. Водянистые глаза старого солдата, казалось, были устремлены в прошлое.
– Да, славное было времечко, – пробормотал он. – Где уж теперь…
Кейн молча слушал старика. Что бы ни представлял из себя Лейт в прошлом, война с Рекрилом и прожитые после войны годы отняли у этого человека и молодость, и силы. Стоило ли теперь ворошить былое? Кейн уже собирался вежливо попрощаться и уйти, когда старик снова заговорил:
– О чем же вы хотели поговорить со мной, мистер?..
– Риенци, – подсказал Кейн. – Я разыскиваю ветеранов войны, собираю материал для своей книги. Не подскажете, где я могу повидать еще кого-нибудь?
– О да, конечно. Мы, спецназовцы, часто собираемся вместе. Говорим о войне.
Лейт задумчиво покручивал массивный перстень, надетый на средний палец правой руки. Кейн уже давно обратил на это внимание. Изготовленный из серебристого металла, перстень был сделан в виде головы какой-то рептилии с перепончатым гребнем на затылке. Глазами ей служили два ярких драгоценных камня красного цвета.
– Нравится? – спросил старик, поднимая ладонь и демонстрируя перстень.
– Да. Ничего подобного раньше не видел.
– Это и не удивительно. Вееровый дракон с планеты Карно. Наш символ. Шустрая тварь и отменный охотник. Только «Черный спецназ» имел право носить такие перстни. – Он горько усмехнулся. – Только их уже никто не носит. Колли относятся к таким вещицам настороженно. Рекриляне вообще терпеть не могут. Но я свой не снимаю.
Он вдруг поднял голову и пристально посмотрел на Кейна.
– Важную, должно быть, книжицу пишете, раз в такую даль прилетели?
– Ну… она имеет большое значение скорее лично для меня.
Лейт понимающе кивнул.
– Что ж, буду рад тебе помочь, сынок… мистер Риенци. Только вот память у меня уж не та, – он провел рукой по лицу. – Я тогда был капралом. Да, капрал Лейт. Было у меня в подчинении одиннадцать ребят – самые отчаянные головы во всей Галактике! Да… Теперь один я остался.
Старик вздохнул, и плечи его поникли.
– Они все погибли? – спросил Кейн.
– Все. – Лейт снова погладил кольцо. – Дело это прошлое. Ах да, ты же хотел еще с кем-нибудь поговорить.
Вытянув изборожденную морщинами шею, он оглядел кафе.
– Вот еще один как раз идет. Эй, Скайлер! Подойди на секундочку.
Кейн увидел высокого, хорошо сложенного мужчину, который уверенной походкой приближался к их столику. Заметив, что Лейт не один, он на мгновение заколебался, но все же подошел.
– Привет, старина, – обратился он к Лейту.
Голос у подошедшего был ровным и чистым. А во взгляде его Кейн уловил некоторое сочувствие.
– Это твой приятель?
– Да. Парень с Земли. Его зовут Риенци. А это, сынок, – он повернулся к Кейну, – мой добрый товарищ, Рейф Скайлер.
– С Земли? – Скайлер холодно посмотрел на Кейна. – Ну, и как вам нравится обстановка по эту сторону стены? Не совсем подходящая, правда?
Кейн холодно усмехнулся.
– Я разыскиваю людей, с которыми мог бы поговорить о войне.
– Ага, понятно, – Скайлер медленно повернулся к Лейту. – Я вот что думаю, а не собраться ли нам в охотничьем домике послезавтра? Пора ненадолго выползти из этого крысиного логова.
– Почему бы и нет? – ответил старик. – Я-то не особенно занят. А для Риенци как раз шанс побеседовать со всеми сразу. Как, сынок, поедешь с нами?
– Лейт! – строго сказал Скайлер. – Что ты несешь? Он не может с нами ехать.
– Это почему?
– Потому что он чужак! К тому же – колли.
Лейт поднес правый кулак к лицу Скайлера и похлопал другой рукой по перстню.
– Я – капрал. Ты забыл? Об этом говорят вот эти красные блестящие глазенки. Если я сказал, что он поедет, значит, так оно и будет.
– Но… – Скайлер пригладил редеющие волосы. – А, к черту. Пусть едет. Если он этого, конечно, хочет. Но гляди – остальным это не понравится.
Оба спецназовца повернулись к землянину.
– Ну что? – спросил Скайлер.
Кейн пытался быстро оценить ситуацию. Несомненно, контакт со спецназом был той зацепкой, благодаря которой можно выйти на подполье.
Второй такой случай мог больше не представиться.
– Если это не доставит вам неприятностей, – осторожно начал он, – я, конечно, хотел бы поехать. Это мне очень поможет.
– Значит, едем! – Лейт хлопнул ладонью по бедру. – Я знал, что он захочет. Охотничий домик находится к востоку от Капстона. Риенци, у тебя есть машина?
– Думаю, найду.
– Не нужно, – вмешался Скайлер. – Кто-нибудь из наших тебя подвезет. Приходи послезавтра к восточным воротам Хаба. В шесть тридцать утра.
– Отлично. Большое спасибо за… – Кейн неожиданно умолк, увидев, как патрульная машина Службы Безопасности плавно подкатила к кафе.
Из машины вышли трое и направились в их сторону.
«Бежать!» – первое, что пришло ему в голову. Рефлекс, выработанный в процессе работы на Сопротивление. Кейну пришлось собрать в кулак всю свою волю, чтобы не выдать никаких эмоций. Прибывшую группу возглавлял префект Гарвей, собственной персоной. Заметив Кейна, он оставил двоих возле входа и направился к столику.
– Ага! Наш многоуважаемый префект почтил своим присутствием потенциальных преступников, – съязвил Лейт. Чувствовалось, что он явно недолюбливает Гарвея и плевать хотел на то, как к этому относится сам префект.
Кивком головы он поприветствовал спецназовцев.
– Добрый день, джентльмены.
Скайлер с большой долей сарказма отдал префекту честь. Тем временем Гарвей обратился к Кейну:
– Мистер Риенци, меня, признаться, удивило, что вы покинули Хаб без сопровождения. Я забыл вас предупредить, что в этой части города не совсем безопасно.
– Неужели? – Кейн изобразил на лице удивление. – Прошу прощения, если причинил вам беспокойство. Я всего лишь разыскивал нужных мне людей. И, знаете ли, меня пригласили побеседовать с группой черных спецназовцев.
Скайлер презрительно скривился. Кейн уже понял, что у высокого спецназовца сложилось о нем определенное впечатление. Причем весьма не лестное. В то же время он понимал, что Гарвей рано или поздно узнает о приглашении и не хотел раньше времени настораживать префекта.
– Не уверен, что вы поступите мудро, согласившись принять такое предложение, – тоном наставника произнес Гарвей. – Но об этом мы поговорим немного позже. Если вы уже закончили здесь свои дела, могу подвезти вас до Хаба. Если нет, то оставлю вам охрану.
– Благодарю вас, префект, я еду с вами.
Кейн встал из-за стола и попрощался со спецназовцами.
– Приятно было познакомиться. Увидимся через пару дней.
– Пока! – Лейт махнул рукой.
Скайлер не произнес ни слова.
Через несколько минут патрульная машина уже ехала по улице, ведущей к воротам Хаба.
– Считаю, что вам не стоит с ними ехать, – сказал Гарвей после затянувшегося молчания.
– Почему же? Обычная сходка ветеранов, до сих пор играющих в «солдатики».
– Это необычные солдаты. Какие бы они ни были, это все-таки «Черный спецназ».
– Спецназовцами они были больше четверти века назад. Сейчас же они не опаснее всех остальных. Иначе бы вы их всех давно уже пересажали. Не так ли?
Гарвей озабоченно покачал головой, и Кейн понял, что подошел в разговоре к одной из запретных тем. Он пытался быстро исправить ошибку:
– Послушайте, вы, наверное, уже знаете, что в архиве меня постигла неудача. И эта поездка может оказаться единственным шансом получить хоть какую-то ценную информацию и оправдать мой приезд сюда. Поверьте, со мной все будет в порядке, вот увидите.
Гарвей молча смотрел вперед.
– Хорошо, – подумав, сказал он. – В конце концов, я не имею права удерживать вас силой.
Кейн откинулся на сиденье и с облегчением вздохнул.
– Благодарю вас, префект, – сказал он, сдерживая улыбку.
На столе Гарвея лежало около дюжины непрочитанных донесений и целая кипа других официальных бумаг. Вертя в пальцах авторучку, префект нервно поглядывал на часы. Рагузи давно уже должен был вернуться.
Наконец в дверь постучали и на пороге появился его заместитель.
– Я принес то, что вы просили, префект, – сказал он.
– Давай сюда, – Гарвей хлопнул по столу ладонью. Рагузи положил перед ним очередную стопку документов и видеокассету.
– Пока все подтверждается. Предложение посетить убежище спецназовцев исходило от Скайлера, хотя идею подкинул Лейт. По нашим данным, договориться между собой заранее они не могли.
– Если только они не знали о приезде Риенци еще до встречи с ним.
– Это маловероятно.
– Возможно, – согласился Гарвей. – Однако давай посмотрим, что ты там принес.
Рагузи взял со стола кассету и вставил ее в видеомагнитофон. Промотав до того момента, когда Риенци входил в кафе, он включил изображение. Дважды просмотрев запись, Гарвей приказал остановить ленту на том месте, когда Скайлер подходил к столику.
– Прекрасно, – сказал он. – Обрати внимание: левая рука Лейта – под столом. Может, это и есть тот самый условный знак?
Рагузи сел в кресло напротив префекта.
– Извините, сэр, но в данном случае я вашего мнения не разделяю. Вы собираете всякие мелочи, стараясь уловить в них какой-то скрытый смысл. Мы наблюдаем за спецназовцами уже пятнадцать лет и за это время не обнаружили ничего подозрительного, хотя они собираются в своей хибаре два – три раза в год. Так что же вас обеспокоило на этот раз?
Гарвей поставил локоть на стол и оперся о ладонь. Он чувствовал, что заместитель его не понимает. Да, и как тут объяснить, когда он просто нутром чувствовал, что что-то должно произойти. Что-то связанное с приездом Риенци.
– Подумай хорошенько, ведь сейчас они нарушают собственные незыблемые правила. Никогда раньше они не допускали к себе чужаков. А теперь сами пригласили. И кого – члена сената!
– Прошу прощения, префект, но это не совсем так. Если помните, лет шесть назад Скайлер с двумя его дружками пытался заинтересовать подростков искусством рукопашного боя. Так вот, в ту же осень человек двадцать из числа их учеников посетили охотничий домик.
– Да, действительно, – Гарвей нахмурился и потер лоб. – Но, как я помню, ребятам это занятие скоро надоело, и тренировки прекратились. Или нет?
– Совершенно верно. И тем не менее – прецедент уже был. Сейчас же инициатива Исходит чисто от Лейта, и, кто знает, что у него на уме.
– Да. Лейт… – Гарвей откинулся в кресле, постукивая ручкой о костяшки пальцев. – Что нам о нем достоверно известно?
Рагузи открыл папку и зашуршал бумагами.
– Вот его досье. Родился на Земле 27 июля 2403 года, в Дании. Город Оденс. В «Черный спецназ» вступил…
– Довольно! – прервал его Гарвей. – Все это нам рассказал сам Лейт после капитуляции. Я хочу знать, что нам самим удалось выяснить.
– Похвастаться нечем. Все документы по «Черному спецназу» были уничтожены на Земле во время войны. Когда объявили амнистию военным преступникам, Лейт просто вышел из леса и сдался властям. Все остальные поступили таким же образом. По сути, мы даже не можем утверждать, что они и есть спецназовцы, ибо никогда не видели их в деле.
– Видеть-то мы видели, – рассеянно пробормотал префект. – Помнишь, лет десять назад на Мердока напали шестеро головорезов? Не повезло беднягам.
– Ну, если только это безобразное избиение можно считать боем… – Рагузи пожал плечами. – Все-таки я уверен, что без постоянной тренировки боевые навыки с годами утрачиваются.
– Ладно, – подвел черту Гарвей. – Не спускай глаз с их убежища.
Аппаратуры там Достаточно?
– В домике «жучков» больше чем достаточно. Кроме того, мы вшили микропередатчики в личные вещи Риенци. Разумеется, кроме той одежды, что была сегодня на нем. Но если он вечером отдаст ее в чистку, мы и это поправим.
– Хорошо. А как насчет моего запроса по проверке личности Риенци?
– Боюсь вас огорчить, префект, но рекриляне не стали нас даже слушать, посчитав это пустой тратой времени. Ведь удостоверение успешно прошло идентификацию. Оно не подделанное.
– Знаю, знаю, – проворчал Гарвей. – И все равно, какой-то он подозрительный. Не верю я ему, и все тут!
– Думаете, он может быть шпионом Рекрила?
Гарвей фыркнул. Единственное, что он действительно терпеть не мог в рекрилянах, так это их навязчивую практику всюду внедрять своих тайных соглядатаев. Как глава Службы Безопасности, он привык держать все нити управления департаментом в своих руках, и ему очень не нравилось, когда параллельно действуют еще какие-то силы. Но в данном случае он думал иначе.
– Сомневаюсь. Если он приехал шпионить за нами, то оставался бы здесь надолго, и ему бы подыскали неплохую должность. А если он должен работать среди простого люда, его бы высадили где-нибудь тайно. Что меня действительно беспокоит, так это его «забывчивость» в отношении допуска к работе с архивом. Но, черт побери, пока мы можем только ждать, что же он предпримет дальше.
Гарвей бросил ручку на стол и взглянул на часы.
– Все. Ты свободен, можешь идти домой. Только сначала прикажи кому-нибудь следить за восточными воротами. Я должен знать, кто будет подвозить Риенци. А бумаги положи мне на стол.
– Слушаюсь, сэр, – Рагузи встал и положил документы на край стола. – Спокойной ночи, префект.
Гарвей подождал, пока закрылась дверь, и взял оставленные бумаги.
Информации – минимум, да и та мало чего стоит. Он в очередной раз с сожалением подумал, что, будь он префектом Службы Безопасности тридцать лет назад, когда в обмен на амнистию спецназовцы прекратили свою партизанщину, уж он-то точно настоял бы на применении верифина при их допросе. Сейчас, без явных доказательств вины, он не имел права этого делать. А на его интуицию вряд ли обратят внимание.
Гарвей пододвинул кресло ближе к столу и, сделав над собой усилие, углубился в чтение очередного донесения.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?