Читать книгу "Фетиш"

Дэйв опускает глаза, его щеки слегка розовеют. Он начинает теребить салфетку – привычка, выдающая его волнение.

– Ну хватит, – уголки его губ приподнимаются в мягкой улыбке, – Я уже понял свою оплошность утром. Мой план был удивить тебя вечером. Я не забыл про нашу дату.

– Нашу дату? – эхом отзываюсь я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

– Ну да, сегодня же ровно три месяца как мы вместе. – Его карие глаза светятся теплотой и нежностью. – Я помню.

Внутри все сжимается от его искренности. Аромат его любимого парфюма, смешанный с запахом свежеиспеченного хлеба из корзинки на столе, внезапно становится удушающим.

– Тебе нравится? – в его голосе проскальзывает неуверенность.

– Дааа… – выдавливаю я, чувствуя, как дрожат мои руки под скатертью.

Дэйв подается вперед, его брови слегка сдвигаются:

– Ты уверена? Просто твоя реакция…

– Дэйв, – перебиваю я, комкая салфетку, – я забыла твой подарок. – Слова вылетают торопливо, спотыкаясь друг о друга. – Прости. Вернее, я не забыла его подготовить, я его купила, просто забыла взять. Звучит как отговорка, но это правда. Он дома. Я… я… просто забыла.

Я нервно облизываю пересохшие губы, но Дэйв лишь качает головой и накрывает мою ледяную руку своей теплой ладонью. От этого простого жеста к горлу подкатывает ком.

– Не говори глупости, – его голос звучит успокаивающе, – Главное – это ты здесь.

– Мне правда так неловко… – шепчу я, не в силах поднять на него глаза.

– Всё нормально, Одри, не переживай. – Он слегка сжимает мою руку. – Мне от тебя ничего и не нужно, кроме твоей улыбки. – Дэйв чуть наклоняет голову, пытаясь поймать мой взгляд. – Ты уверена, что тебе нравится браслет?

– Да, он великолепный… – отвечаю я, чувствуя, как каждое слово царапает горло, словно острые осколки стекла.

– Может, поедем ко мне? – вдруг предлагает он, и его голос звучит мягче обычного. – Открыли бы вино, послушали музыку…

Я киваю, не доверяя своему голосу. Сейчас мне как никогда нужно отвлечься от тяжёлых мыслей, а рядом с Дэйвом всегда становится легче.

Он подзывает официанта и просит счёт, доставая кредитную карту. В ресторане становится душно, и я чувствую, как щёки заливает румянец.

После ужина мы отправляемся к нему. Входя в его квартиру, и я сразу ощущаю знакомый, уютный аромат его дома. Дэйв бережно держит меня за руку, ведя в гостиную. Он включает музыку – мягкие, обволакивающие аккорды заполняют пространство. Мы начинаем танцевать, медленно, будто весь мир замедляет ход, чтобы подстроиться под наш ритм.

Дэйв наклоняется ко мне, его губы касаются моей шеи, и я чувствую, как мурашки пробегают по коже. Его поцелуи становятся всё ниже, и во мне рождается волна нежного возбуждения. Он шепчет: «Хочу тебя», и эти два простых слова превращают мой мир в водоворот чувств и желаний.

Мы начинаем медленно избавляться от одежды. Он стягивает с меня блузку, я помогаю ему снять рубашку, наши движения синхронны, как в танце. Дэйв поднимает меня на руки, и я смеюсь, чувствуя себя невесомой в его объятиях. Он бережно несёт меня в спальню и опускает на кровать, словно я – самое драгоценное, что у него есть.

Каждое его движение наполнено нежностью и заботой. Он надевает защиту, аккуратно входит в меня, и наши тела начинают двигаться в унисон. Меняя позу, я оказываюсь сверху, и наше слияние становится ещё более интенсивным.

Внезапно перед глазами вспыхивает картина: я и Джейсон, смотрим друг другу в глаза, пока рыжеволосая Дженни склонилась над его членом. Эта мимолетная сцена неожиданно усиливает мое возбуждение, и я начинаю двигаться быстрее. Волна удовольствия захлёстывает меня, и я издаю протяжный стон.

Дэйв понимает, что я достигла пика, и его движения становятся более интенсивными. Вскоре он тоже достигает оргазма, его стон сливается с моим, и мы замираем, тяжело дыша.

«Что это было?» – думаю я, пытаясь разобраться в своих чувствах. Почему картина орального секса его друга с другой девушкой вдруг возникла в моей голове и разожгла во мне такой огонь? Этот вопрос крутится в моей голове, пока мы лежим рядом, уставшие, но довольные.

***

На следующий день мы с Амандой идем на обед в наше любимое кафе на углу. Усаживаемся за столик у окна, и она, не теряя времени, задает вопрос, который я ожидала.

– Ночью ты не вернулась. Как всё прошло? Ты рассказала Дэйву про Джейсона? – её глаза горят любопытством, и она наклоняется ближе, чтобы не пропустить ни слова.

Я тяжело вздыхаю, прикладывая руку ко лбу, как будто это может облегчить мою головную боль.

– Нет, – отвечаю я, чувствуя, как внутреннее напряжение снова поднимается волной.

Аманда откидывается на спинку стула, сложив руки на груди.

– Почему? Стой, ты что передумала? – её голос становится настороженным. – Почему ты надела браслет?

Я нервно кручу на запястье подарок Дэйва, чувствуя прохладу металла на коже.

– Нет, я не передумала. Этот браслет мне вчера подарил Дэйв. Браслет Джейсона до сих пор лежит в ящике, – пытаюсь объяснить я, стараясь не запутаться в собственных мыслях.

Аманда поднимает брови, её лицо искривлено в смеси удивления и недоверия.

– Ну и ну… Дэйв подарил тебе точно такой же браслет? Они с ним сговорились?

Я смеюсь, но смех звучит горько.

– Надеюсь, что нет. Но именно поэтому я вчера ничего и не рассказала Дэйву. Как ты представляешь себе это? Мой парень дарит мне этот браслет на нашу дату, про которую я забыла, а я ему говорю, что точно такой же утром мне подарил его друг? Это бы сильно расстроило его. Я и так всё испортила тем, что забыла, не хотела портить вечер ещё сильнее.

Аманда кивает, словно взвешивая мои слова.

– Да, ты права. Ситуация затруднительная.

Я ударяю себя руками по голове, как будто пытаюсь вытрясти из неё все тревоги.

– Не то слово. Это катастрофа.

– А что будешь делать со вторым браслетом? – Аманда наклоняется ближе, её голос едва слышен за шумом кафе.

Я смотрю в окно, наблюдая, как прохожие спешат по своим делам, и на мгновение завидую их простоте.

– Верну Джейсону. Мне мерзко от самой мысли, что он думает, что может покупать так людей. Только не знаю, как с ним связаться так, чтобы Дэйв ничего не заподозрил.

Аманда морщит лоб, обдумывая мои слова.

– Хм, ну может подвернётся случай. Вдруг вы ещё раз где-нибудь пересечётесь на общей встрече.

Я вздыхаю, чувствуя, как внутри все сжимается.

– Я бы не хотела его больше видеть, – говорю я, и в моей душе разливается ледяное спокойствие, как будто решение уже принято.

Вернувшись с обеда, я решаю разобраться в своих чувствах. Пальцы дрожат, когда я набираю запрос в поисковике: «Почему чужая эротическая сцена вызвала у меня возбуждение?» Сердце колотится, будто я делаю что-то запретное. Украдкой оглядываюсь на стеклянную дверь кабинета – никого. Только приглушенный гул офиса за стеной напоминает, что я на работе.

Статьи открываются одна за другой, успокаивая мои взбудораженные нервы научными объяснениями о сложности человеческой природы. Желудок все еще сжимается от волнения, но дышать становится легче.

На форуме я нахожу откровения незнакомки, так похожие на мои собственные метания. Ее слова о том, как она представляет другого мужчину во время близости, вспыхивают внутри ослепительной вспышкой осознания: я не одна. Горло пересыхает, а щеки начинают гореть. Стук собственного сердца отдается в ушах, заглушая привычный офисный гул – стрекот принтера, приглушенные разговоры коллег, звонки телефонов.

Я читаю комментарии, и каждый из них словно маленькая игла, впивающаяся под кожу. В висках пульсирует. Тревога нарастает, как волна – что если кто-то увидит экран моего ноутбука? Что подумают коллеги?

Когда я печатаю вопрос сексологу, мои руки едва заметно дрожат. В офисном воздухе становится трудно дышать.

Нервно постукиваю пальцами по гладкой поверхности ожидая ответа. Флуоресцентные лампы заливают офис холодным светом, от которого начинает болеть голова. Чашка с недопитым кофе давно остыла, но запах все еще витает в воздухе, смешиваясь с привычным ароматом офисной бумаги и чьих-то духов.

Внезапно приходит уведомление:

“Да, это совершенно нормально. Фантазии и воображение играют важную роль в нашей сексуальности. Они могут включать в себя самые разные образы и ситуации, которые помогают усилить возбуждение. Такие фантазии не обязательно отражают ваши реальные желания или намерения, и они не означают, что вы хотите действовать на основе этих мыслей в реальной жизни. Это просто часть вашего внутреннего мира, которая может проявляться в разных формах. Важно помнить, что сексуальные фантазии – это личное дело каждого, и они могут быть удивительно разнообразными.”

Ответ специалиста приносит облегчение, но длится оно недолго.

– Одри, вижу ты занята, – резкий голос начальницы заставляет меня вздрогнуть так сильно, что я чуть не проливаю остывший кофе, – Тебя ожидает твой клиент.

Кровь отливает от лица, а сердце, кажется, пропускает удар – неужели она видела, что я искала? Но нет, она говорит о клиенте…

– Клиент? – мой голос звучит хрипло от волнения. – Но у меня нет…

– Уже есть, – ее тон не терпит возражений, и что-то в нем заставляет мой желудок сжаться от необъяснимого предчувствия. – Иди встречай его.

Я поспешно закрываю все вкладки браузера, руки все еще подрагивают. Странное ощущение, будто этот неожиданный клиент каким-то образом связан с моими недавними поисками, не отпускает меня, пока я иду за начальницей по коридору, цокая каблуками по начищенному до блеска полу.

Джейсон

Пять минут назад

Стеклянные двери бесшумно разъехались, впуская меня в прохладу кондиционированного воздуха. Просторный офис встретил меня приглушенным гулом голосов и мягким светом, льющимся через панорамные окна.

Переступаю порог и едва уловимый аромат женских духов наполняет воздух. Меня встречает сотрудница в безупречно сидящем темно-синем костюме, её каштановые волосы уложены в строгий пучок. Она смотрит на меня с отработанной вежливой улыбкой, но я замечаю, как чуть подрагивают её ресницы – явный признак волнения.

– Джейсон Винсент, очень приятно, – произносит она ободряющим тоном, протягивая изящную руку с безупречным маникюром. – Большая честь для нашего агентства, что вы решили стать нашим клиентом. Мы уже назначили вам нашего ведущего маркетолога. Ребекка Стоун будет вести ваш проект.

Внутри меня что-то напрягается. Я медленно качаю головой, чувствуя, как сердце начинает биться чуть быстрее от предвкушения.

– Нет, – мой голос звучит спокойно, но внутри разгорается непреклонное желание увидеть её. Ту, ради которой я здесь.

Она моргает, её идеально выщипанные брови слегка приподнимаются.

– Простите? – переспрашивает она, чуть наклонив голову. На её шее нервно пульсирует тонкая голубая жилка.

Я выдерживаю паузу, наслаждаясь моментом, и, понизив голос, произношу:

– Мне нужна Одри Картер, у вас есть такая сотрудница?

При упоминании этого имени что-то неуловимо меняется в атмосфере. Она морщит лоб, её пальцы нервно скользят по планшету, будто ища спасение в цифровых данных.

– Эм… да, у нас есть Одри, но… – её голос дрожит, – у нас есть более опытные и компетентные сотрудники, например, Аманда, – с надеждой предлагает она, изучая моё лицо.

Я делаю шаг вперёд, сокращая дистанцию между нами. Мой взгляд становится жестким, непреклонным.

– Я настаиваю на том, чтобы моим проектом занималась Одри. Именно она порекомендовала обратиться в вашу компанию, – твердо произношу я, глядя собеседнице прямо в глаза. – И сотрудничать я намерен исключительно с ней.

По её лицу пробегает тень понимания. Она быстро кивает, признавая поражение в этой маленькой битве.

– Хорошо. Будет как вы скажете, – бросает она, разворачиваясь на своих высоких каблуках. Цокот её шагов эхом отражается от стен, становясь всё быстрее по мере удаления.

А я остаюсь стоять, чувствуя, как внутри растет предвкушение встречи с той, чье имя я произнес с таким нажимом. Одри Картер. Наконец-то.

Сотрудница возвращается через несколько минут с Одри, и я мгновенно чувствую, как воздух в комнате наэлектризовывается. Изумрудные глаза широко распахнуты. На ней строгое черное платье, подчеркивающее каждый изгиб фигуры.

Одри колеблется на пороге, затем её взгляд встречается с моим, и она замирает. Я вижу, как краска приливает к её щекам, а грудь часто вздымается от прерывистого дыхания.

– Джейсон? – её голос дрожит, а длинные ресницы трепещут. В этом единственном слове столько эмоций – удивление, растерянность.

Я чувствую, как по позвоночнику прокатывается волна мурашек от звука моего имени в её устах. Для неё моё появление явно сюрприз. Только пока не пойму – приятный или нет.

– Одри, рад тебя видеть, – отвечаю я с деланной небрежностью, хотя внутри все переворачивается от её близости.

Она молча ведет меня к своему кабинету. Я следую за ней, невольно любуясь её грациозной походкой. Кабинет оказывается небольшим, но уютным – светлые стены, панорамное окно с видом на город, несколько живых растений на подоконнике.

Одри опускается в кресло напротив меня, и только сейчас я замечаю то, что упустил в первые секунды. На её тонком запястье поблескивает изящный браслет —тот самый, что я отправил ей вчера. Звенья из бриллиантов мерцают, словно дразня меня. Непроизвольная улыбка касается моих губ.

– Вижу, тебе понравился мой подарок, – произношу я, не сводя глаз с браслета. Внутри разливается странное удовлетворение.

Одри медленно поднимает взгляд. В её изумрудных глазах мелькает что-то похожее на замешательство, смешанное с раздражением.

– Что? – её голос звучит сухо, одна идеально очерченная бровь приподнимается.

Я откидываюсь на спинку кресла, чувствуя себя победителем. Странно, я ожидал сопротивления, яростных споров, попыток вернуть подарок. Но она, похоже, быстрее сдалась, чем я предполагал.

Вдруг её взгляд падает на браслет. Она издает короткий раздраженный звук и проводит ладонью по лбу, словно пытаясь стереть неприятную мысль. Краска медленно заливает её щеки.

– Нет, – её голос звучит надломленно, – Это совсем не то, что…

Она резко выдвигает ящик стола – звук царапает тишину комнаты. Её пальцы, слегка подрагивая, извлекают маленькую бархатную коробочку. Та с глухим стуком приземляется на стопку документов.

– Вот твой подарок. Я собиралась его вернуть, а это…

– Подделка, – перебиваю я с усмешкой, наслаждаясь тем, как темнеют от гнева её глаза. – Ты оказалась хитрее, чем я думал. Решила оставить браслет себе, а мне подсунуть фальшивку? И остаться при этом такой чистой и невинной?

Она резко вскидывает голову. В глазах плещется ярость, ноздри трепещут от возмущения.

– Да как ты смеешь? – её голос дрожит от едва сдерживаемого гнева. – Этот браслет, – она почти яростно указывает на своё запястье, – мне вчера вечером подарил Дэйв. А твой, – она толкает коробочку в мою сторону, – даже не распакован. Забери его. Мне. От тебя. Ничего. Не нужно!

Я медленно подаюсь вперед, упираясь локтями в стол. От её близости внутри поднимается темная волна адреналина, затапливая разум первобытным желанием доминировать. Чем сильнее она сопротивляется, тем больше мне хочется сломить это сопротивление.

– Мне всё равно, какой браслет ты носишь, – говорю я, намеренно смягчая голос и наблюдая, как она нервно теребит тонкую цепочку на запястье. – Подаренный мной или Дэйвом, но забирать я его не собираюсь. Оставь, вдруг пригодится, если с одним что-нибудь… случится.

Одри вздрагивает от моего намёка, её пальцы сжимаются в кулаки.

– Нет, ты должен его забрать, – она впивается в меня взглядом, в котором читается плохо скрываемое раздражение.

Я медленно откидываюсь на спинку кресла, позволяя себе неторопливо изучить её кабинет. Замечаю, как она незаметно поправляет выбившуюся прядь волос – жест, выдающий её нервозность.

– У меня мало времени, Одри, – произношу я с нарочитой ленцой. – Я приехал обсудить маркетинговый план продвижения моих ночных клубов, а не… камушки. – Последнее слово я выделяю особенно. – Давай вернёмся к делу.

Она шумно выдыхает, её плечи едва заметно опускаются. На долю секунды маска профессионализма соскальзывает с её лица, обнажая что-то глубоко личное.

– Конечно, – цедит она сквозь зубы, но я улавливаю в её голосе нотку невольного уважения.

Я намеренно медленно устраиваюсь удобнее, скрещивая руки на груди. Её взгляд на мгновение опускается на мои предплечья, прежде чем вернуться к лицу.

– У тебя есть идеи? – спрашиваю, не разрывая зрительного контакта, пытаясь пробиться за стену её профессиональной отстранённости.

Она отклоняется назад, машинально пропуская пальцы через волосы.

– Для начала я изучаю сам продукт, прежде чем представить концепцию продвижения.

– Отлично, – растягиваю губы в улыбке, от которой она едва заметно напрягается. – Значит, вечером мы поедем в мой клуб, чтобы ты могла лучше познакомиться с продуктом, который тебе предстоит продвигать.

Поднимаюсь, нависая над её столом.

– Клуб открывается ночью, поэтому заеду за тобой в десять.

Её глаза расширяются, на щеках проступает едва заметный румянец.

– Что? Но моё рабочее время… – начинает она, но я уже разворачиваюсь к двери, чувствуя, как её взгляд прожигает мне спину.

Останавливаюсь в дверях, медленно оборачиваюсь через плечо. Наши глаза встречаются, и время будто замирает.

– Время. Да. У меня оно закончилось, поэтому увидимся вечером. – Небрежным жестом кладу визитку на край её стола. – Адрес напишешь сюда.

Выхожу, не дожидаясь ответа, но кожей чувствую волны напряжения, исходящие от неё. Это будет интересный вечер.

Глава 4

Одри

«В чём мне идти?» – в отчаянии думаю я, судорожно перебирая вещи в своём гардеробе. Половина гардероба уже свалена на кровати в хаотичной куче, напоминающей последствия небольшого торнадо. Пальцы скользят по разным фактурам – шелк, хлопок, деним – но ничего не кажется подходящим.

«Надо надеть что-то поприличнее», – твержу я себе как мантру, хотя желудок уже сводит от нервного напряжения. Не хочу, чтобы он подумал… А впрочем, какая разница, что он подумает? Но почему-то есть разница, и от этого осознания жар разливается по щекам.

Наконец, мой взгляд падает на бежевое платье с длинными рукавами и аккуратным воротником – мой верный спутник на всех деловых встречах. Оно всегда казалось мне сдержанным, но элегантным – именно то, что нужно.

Натягиваю его через голову, чувствуя знакомый запах кондиционера для белья. На секунду появляется надежда, но она тает быстрее снега в июле, когда я замечаю первые признаки катастрофы. Подмышки начинают намокать от волнения, и я чувствую, как паника медленно поднимается к горлу. «Чёрт, чёрт, чёрт!» – мысленно кричу я, наблюдая, как на светлой ткани расползаются влажные пятна.

В отчаянии хватаю другое платье, похожего кроя. Вспоминаю о маленькой хитрости из TikTok – решение кажется спасительным. Трясущимися руками пытаюсь приклеить ежедневные прокладки к подмышкам, но они отказываются сотрудничать, отклеиваясь быстрее.

Время утекает. Сердце колотится где-то в горле, а в висках пульсирует от напряжения. До встречи остается всего сорок минут, а я все еще стою посреди спальни в одном белье, окруженная горой отвергнутой одежды.

И тут мой взгляд падает на «то самое» платье – черное, с глубоким декольте и идеальным пушапом. Я купила его в порыве безумства и ни разу не надевала, считая слишком откровенным. Но сейчас…

«Будь что будет», – шепчу я, натягивая его на себя. Шелковистая ткань скользит по коже, идеально облегая все изгибы. В зеркале отражается совсем другая я – уверенная, сексуальная, притягательная. Грудь в этом платье выглядит так, словно ее можно заметить с орбитальной станции, но странным образом это придает мне уверенности.

– Ну что ж, – усмехаюсь я своему отражению, – по крайней мере, потные подмышки больше не проблема.

Бросаю взгляд на телефон, лежащий на туалетном столике среди россыпи косметики. Джейсон должен приехать с минуты на минуту, но вместо его сообщения экран высвечивает фото улыбающегося Дэйва. Меня бросает в жар – я совсем забыла предупредить его! В этой безумной суете с переодеванием и подготовкой к встрече я даже не додумалась позвонить собственному парню.

Пальцы дрожат, когда я принимаю вызов. Его бархатный голос мгновенно окутывает меня теплом. По телу пробегает знакомая волна нежности. Но сейчас к ней примешивается острое чувство вины, которое сдавливает грудь.

– Привет, милый, – говорю я, прикусывая губу и стараясь, чтобы беспокойство не просочилось в мой голос.

– Рад слышать тебя, любимая, – его голос звучит уверенно и ободряюще, как всегда. В нем та особенная хрипотца, от которой в груди разливается тёплая волна.

Я отворачиваюсь от панорамного окна, через которое только что рассеянно наблюдала за вечерней суетой города – светящимися окнами офисов, спешащими домой людьми, мерцающими вывесками. Прислоняюсь к прохладной стене, и она немного отрезвляет меня. Сегодняшний визит Джейсона никак не идет из головы – его пристальный взгляд, странные намеки, то, как он небрежно облокотился на мой стол…

– Ты знаешь… Сегодня ко мне в офис пришел Джейсон, – начинаю я, тщательно подбирая слова.

– Да, я знаю, – в его голосе слышится довольная улыбка, от которой мой желудок неприятно сжимается. – Я очень рад, что он решил обратиться в твое агентство по моей рекомендации.

Рад? По его рекомендации… Внутри все холодеет.

– Постой… Ты рекомендовал ему обратиться в наше агентство? – выдавливаю я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

– Конечно! – воодушевленно отвечает Дэйв. – Джейсон давно искал толкового маркетолога, и я не мог не рассказать ему, какая ты у меня невероятно талантливая. К тому же, ты сама жаловалась, что начальница почему-то зажимает новые проекты…

– Дэйв, – я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоиться. – Ты же знаешь, как важно для меня добиваться всего самостоятельно. Мы столько раз это обсуждали…

– Эй, солнышко, – его голос смягчается. – Я просто хотел помочь двум дорогим мне людям. Что плохого в том, что я свел вас?

Свел нас…

– Мне кажется, Джейсон не совсем…

– Не волнуйся насчет него, – перебивает Дэйв с какой-то странной настойчивостью. – Уверен, вы отлично поладите.

Я механически иду на кухню и включаю чайник, пытаясь хоть немного упорядочить мысли. Наблюдаю, как прозрачные струйки пара поднимаются вверх, закручиваясь в причудливые спирали. Внутренний голос настойчиво шепчет, что что-то здесь не так.

– Он хочет, чтобы я с ним поехала посмотреть его клуб, – говорю я, стараясь, чтобы голос звучал непринужденно, хотя внутри все сжимается от одной мысли об этом. Пальцы крепче стискивают телефон.

– Да, Джейсон дотошный в таких вопросах, – соглашается Дэйв. – Любит показать свою империю во всей красе. Но я уверен, ты справишься. К тому же, я подъеду к вам, как только освобожусь от этой чертовой встречи с инвесторами.

– Правда? – выдыхаю я, и комок тревоги в груди начинает таять. Прислоняюсь лбом к прохладному стеклу, глядя на огни вечернего города внизу. Дэйв всегда знает, как успокоить меня, даже когда я совсем теряюсь в водовороте своих мыслей и страхов.

– Конечно, детка. Ты же знаешь, я не оставлю тебя одну в такой ситуации, – его голос звучит как обещание, как якорь в бушующем море моих сомнений.

Улыбка сама расползается по лицу, а внутри разливается приятное тепло. Я делаю глоток чая, чувствуя, как уверенность постепенно возвращается ко мне.

– Ты лучший, знаешь об этом? – говорю я с нежностью. – Тогда до встречи. И… спасибо.

– Люблю тебя, – шепчет он перед тем, как мы завершаем разговор.

Опускаю телефон и прижимаю его к груди. Сердце бьется ровнее, спокойнее. Что бы ни задумал Джейсон, с Дэйвом рядом я справлюсь с этой ситуацией. Теперь я в этом уверена.

В последний раз кручусь перед зеркалом, пытаясь одернуть непослушное черное платье, которое, кажется, живет своей жизнью. Ткань так и норовит подняться выше, обнажая еще больше кожи, хотя куда уж больше? Глубокое декольте, открытая спина, длина чуть ниже той грани, за которой начинается статья за нарушение общественного порядка.

Дверь комнаты Аманды открывается со скрипом (надо бы смазать эти чертовы петли), и подруга застывает в проеме, окидывая меня таким взглядом, будто я собралась на похороны в купальнике.

– Так-так-так… – она картинно прищуривается. – Это та самая «приличная одежда», которая должна была остудить пыл нашего озабоченного красавчика? Одри, дорогая, ты точно не перепутала «отпугнуть» с «соблазнить»? В этом платье ты выглядишь как главный приз в лотерее «Исполни все свои грешные фантазии».

– Да знаю я! – раздраженно фыркаю, снова дергая подол. – Но либо это, либо костюм Санта-Клауса с прошлогоднего корпоратива. Все остальное в стирке.

– В стирке? Все? Одновременно? – Аманда театрально хватается за сердце. – Какое удивительное совпадение!

– Слушай, мы едем в ночной клуб, а не на чтение Библии. И вообще… – начинаю защищаться, но телефон в сумочке начинает вибрировать как сумасшедший.

«Выходи» – лаконичное сообщение от Джейсона заставляет мой желудок сделать сальто.

– Все, он внизу! – хватаю клатч, проверяя наличие помады и ключей. – Пожелай мне удачи!

– Удачи, – хмыкает Аманда. – И помни: если что, у меня есть подруга-адвокат. Специализируется на делах о сексуальных домогательствах.

– Аманда!

– Что? Просто заботливая подруга напоминает о важном, – она невинно пожимает плечами. – И да, если вдруг твой план «отпугнуть» не сработает, я жду подробностей.

Закатываю глаза и вылетаю за дверь под ее довольный смех. Ну что ж, Джейсон, посмотрим, кто кого…

Выхожу на улицу. Сумерки медленно окутывают город, придавая всему вокруг загадочный вид. Джейсон стоит у обочины, облокотившись на свой ярко-красный Ferrari, который отражает последние отблески вечернего света. Машина выглядит так, будто её только что забрали из салона: её гладкие линии притягивают взгляд.

Джейсон одет в элегантную чёрную рубашку, подчёркивающую его спортивную фигуру. Его волосы аккуратно уложены, а на лице играет уверенная, чуть насмешливая улыбка. Взгляд, устремлённый в мою сторону, вызывает во мне смешанные чувства – я знаю, что должна держаться от него подальше, но его магнетизм сложно игнорировать.

Его взгляд задерживается на моем декольте, и я замечаю, как уголки его губ поднимаются в ехидной улыбке, словно он уверен, что я выбрала такой откровенный наряд специально для него. Я стараюсь не обращать внимания на его самоуверенность и мысленно напоминаю себе: "Спокойно, Одри, скоро приедет Дэйв.”

Джейсон галантно открывает дверь Ferrari, и я чувствую, как сердце начинает биться чаще от его близости. Неловко пытаюсь устроиться в низком спортивном сиденье, чувствуя, как мои колени почти упираются в приборную панель. Аромат дорогой кожи и легкий запах парфюма Джейсона окутывают меня, вызывая легкое головокружение.

Когда он садится рядом, я ощущаю жар, исходящий от его тела. Он поворачивает ключ зажигания, и мощный рев двигателя вибрацией отдается во всем моем теле. Ferrari плавно выезжает на дорогу, врываясь в поток машин. Салон машины тесный, и я чувствую каждое движение Джейсона: его руки, уверенно сжимающие руль, его плечо, почти касающееся моего. Стараюсь сосредоточиться на дорожных знаках за окном, чтобы не смотреть в его сторону, но магнетическое притяжение его присутствия сложно игнорировать.

– Вот, кстати, твой браслет, я тебе его возвращаю, – говорю я, стараясь придать голосу твердости, протягивая ему коробочку.

Джейсон закатывает глаза, как будто это спор, в котором он давно устал участвовать.

– Опять? Я тебе уже объяснил своё мнение по этому вопросу. Оно не изменилось, – произносит он с явным раздражением, но в голосе слышится легкая насмешка.

Я кладу коробочку между нами и откидываюсь на спинку сиденья, скрещивая руки на груди. Дорожные огни мелькают за окном.

– Моё тоже. Я не принимаю подарки от друзей моего парня, – отвечаю я, стараясь держаться уверенно.

Джейсон на мгновение отрывается от дороги, его глаза встречаются с моими. В них пляшет озорство, смешанное с вызовом.

– Это не подарок, а компенсация за испорченный вечер, – говорит он, его губы изгибаются в легкой ухмылке, но глаза остаются серьёзными.

– Ещё хуже. Каждая вещь несёт не только материальную ценность, но и воспоминание, связанное с ней. Я не хочу носить на руке постоянное напоминание чужих сексуальных сцен, – отвечаю я, стараясь отодвинуть картины вспыхнувшие в моей голове.

Джейсон ухмыляется, как будто мои слова его забавляют.

– Но на твоей руке точно такой же браслет, – замечает он, кивая на украшение на моем запястье.

– Нет, этот браслет – напоминание о Дэйве. О его любви ко мне. О том, как я ему ценна и как он дорожит мной. О нашем вечере, полном романтики и любви.

Я вижу, как лицо Джейсона меняется: желваки начинают играть, как будто он пытается сдержать внутреннюю бурю.

– Ладно, я понял. Раз он тебе не нужен, тогда давай избавимся от него, – с этими словами он выхватывает коробочку и швыряет ее в воздух.

Я наблюдаю, как она улетает прочь в закат. Моя челюсть автоматически отвисает, и я не могу поверить своим глазам. Теперь несколько тысяч долларов валяются на голивудских холмах. Но им не привыкать к такой роскоши.

– Что ты сделал? Зачем? – восклицаю я, но Джейсон уже не обращает на меня внимания.

Он включает газ на полную, и я вжимаюсь в кресло, чувствуя, как поток ветра проносится мимо нас, словно мы – ураган, несущийся по дороге.

Мы подъезжаем к клубу, и я не могу отвести взгляд от неоновой вывески, которая ярко светится на фоне ночного неба. «Hollywood Secret» – название, которое у всех на слуху. Этот клуб словно магнит притягивает всех, кто хоть немного связан с миром шоу-бизнеса. Мне казалось, что я никогда не переступлю его порог. Но вот я здесь, стою рядом с Джейсоном, в предвкушении.

Охранники приветствуют хозяина с уважением. Их взгляды скользят по мне, оценивая, но не задерживаются. Я стараюсь держать голову гордо поднятой, хотя внутри всё перевернулось от волнения. Мы входим внутрь, и я сразу чувствую, как музыка обволакивает меня, проникая в самое сердце.

– Первый этаж открыт для всех, – Джейсон наклоняется ближе, чтобы я могла расслышать его сквозь музыку. От его близости по коже бегут мурашки. – Но настоящий «Hollywood Secret» находится наверху.

Я окидываю взглядом роскошный интерьер первого этажа. Клуб пока полупустой, но это лишь добавляет атмосфере таинственности. Девушки-официантки в элегантных чёрных платьях скользят мимо нас, бросая быстрые взгляды, полные скрытого любопытства.

Джейсон ведет меня к отдельному лифту, возле которого стоит охранник в строгом костюме. Увидев моего спутника, он молча кивает и отступает в сторону. Двери лифта бесшумно открываются.