Читать книгу "Единственная"

Глава 11

Марк

По прилете в Рокфорд моим единственным желанием было добраться до отеля и завалиться спать. Минувшие полмесяца высосали из меня все моральные и физические силы. Я потребовал у Деборы впихнуть все самые важные дела, запланированные на будущий квартал, в график последних нескольких недель, и пахал как проклятый. И все ради того, чтобы в ближайшее время мне не пришлось возвращаться в Лос-Анджелес.

Я со всем справился. С трудом и практически без сна, но теперь я свободен и могу сконцентрироваться на моей главной цели, которая уже больше двух часов крутит возле меня своей аппетитной задницей.

Если быть откровенным, то вечеринки, тусовки и ночные клубы уже давным-давно мне осточертели. Однако, стоило мне узнать, что Мили решила провести пятничный вечер в одном из самых популярных диско-баров города, я, не задумываясь, поперся к ней. Разумеется, сначала заехал в отель, принял душ, переоделся в несвойственный Марку Эндрюзу образ и помчался прямиком в бар, где вот уже который час отжигаю с двумя неутомимыми красотками.

А они реально неутомимые. В Мили с Никс будто вставлены суперядерные батарейки. Сразу видно, что девчонки сто лет не отрывались, и теперь за одну ночь решили наверстать упущенное с лихвой. Утром у них стопроцентно будет болеть не только голова, но и все конечности. В каком убитом состоянии проснусь завтра я – даже представлять страшно, но сейчас мне лучше не бывает. Не знаю, откуда во мне появилось столько энергии, но чувствую, что готов танцевать с Мили хоть до самого утра.

Уверен, так бы все и было, если бы около трех ночи к Никс не подошел тот самый охранник-амбал и не сказал бы ей что-то, что побудило завершить пляски. Лишь выбравшись из душного помещения на улицу, я замечаю вдалеке причину преждевременного окончания тусовки.

Муженек Никс не сумел дождаться ее возвращения и приехал посреди ночи за ней. Класс!

– Слушай, а он, кажется, совсем не злится, – сквозь смех лепечет Мили, глядя на высокую, темную фигуру. Мужчина прислонился спиной к черному внедорожнику и пристально наблюдает, как я придерживаю за локти двух хохотушек-тусовщиц.

Никс переводит взгляд на мужа и прекращает смеяться, однако довольная улыбка не исчезает с ее губ.

– О-о, Эми. Ты даже не представляешь, в каком он гневе.

– Серьезно? А по его лицу и не скажешь.

– По его лицу редко можно что-то понять, но я-то знаю его как облупленного. Как только мы довезем тебя до дома, мне будет жопа.

– Ты имела в виду в жопу? – этот вопрос Мили шепчет подруге на ухо, но мне удается расслышать.

– И туда тоже, – снова смех. – Пошли.

– Нет, Эмилия пойдет со мной. Я сам отвезу ее домой.

Две пары пьяных глаз устремляются на меня. Мили будто только сейчас вспоминает, что ее кольцо до сих пор находится у меня, а Никс несколько секунд вопросительно разглядывает мое лицо как под рентгеном.

– А ты разве не пил?

– Нет.

– Что, совсем?

– Совсем.

Никс задумчиво поджимает губы и переводит внимание на подругу, ожидая ответа от нее.

– Все нормально, Ники. Поезжай без меня.

– Точно?

Мили усмехается.

– Точно. Не съест же он меня, в конце концов.

А теперь усмехаюсь я. На ее месте я бы не был в этом так уверен.

Девушки отходят от меня на пару метров, о чем-то недолго перешептываются, а затем прощаются, крепко обнимаясь и целуя друг друга в щеки.

– Тебя целовать не буду, Эндрюз! – напоследок весело бросает Никс.

– Я ценю твою доброту.

Мне ли не знать, что после поцелуев с ней людей избивают до полусмерти.

Мы с Мили отслеживаем, как Никс неровной походкой добирается до мужа. Тот без слов сажает ее в автомобиль, занимает водительское сидение и резко трогается с места. Когда их машина исчезает с поля зрения, изрядно захмелевший ангел поворачивается ко мне.

Мы встречаемся взглядами, и сердце совершает опасный кувырок, прежде чем одурело забиться под ребрами. Красивая она… Умереть можно. Щеки порозовели, глаза сверкают игривым блеском, темное облако волос чуть растрепалось от активных танцев.

На улице тепло. Больше двадцати градусов точно, но разгоряченная кожа Мили все равно покрывается мурашками. Предварительно вытащив из кармана кольцо, я снимаю с себя пиджак и, в два шага обнулив расстояние между нами, укрываю им хрупкие женские плечи.

– А сам-то не замерзнешь? – прищурившись, спрашивает Мили.

– Я горячий парень.

– Точно, – бьет себя ладошкой по лбу. – Как же я могла забыть. И что же ты, горячий парень, еще прикажешь мне делать взамен на кольцо?

– Если меня память не обманывает, я не приказывал тебе, а вежливо попросил потанцевать со мной.

– Скорее бессовестно вынудил, украв мое кольцо.

– Не особо-то тебя расстроил данный факт. Зажигала как в последний раз в жизни.

– А что мне еще оставалось делать? Сидеть и плакать весь вечер? Нет уж, спасибо. Я Николину не видела несколько месяцев, и мне хотелось повеселиться с подругой. Так что ни ты, ни кто-либо еще не смог бы испортить мне настроение.

– В мои планы не входило портить тебе настроение.

– А что тогда входило в твои планы? И как вообще ты нашел меня? Только не говори, что оказался в этом клубе по чистой случайности. Ни за что не поверю.

– Я и не собирался этого говорить. Я приехал сюда к тебе, Мили. А узнать местоположение человека в двадцать первом веке проще простого. Главное иметь желание.

– И оно у тебя было.

– Я же здесь.

– Прекрасно. И зачем ты здесь? Или лучше спросить: что ты от меня ожидаешь?

– Я ничего от тебя не ожидаю. Я просто хочу провести с тобой время.

– Каким образом? – скептично изгибает бровь.

– Самым что ни на есть невинным. Я всего лишь хочу погулять с тобой, поговорить и извиниться за свое поведение во время нашей предыдущей встречи.

А теперь брови Мили взлетают на лоб.

– Извиниться? Поговорить? О чем нам с тобой разговаривать, Эндрюз, позволь узнать?

– Обо всем на свете, Харрисон. У нас же с тобой никогда не было проблем с поиском тем, поэтому пошли. Побеседуем как в старые добрые времена. Здесь не самое лучшее место для разговоров. Слишком многолюдно. Не хочу, чтобы меня кто-то узнал.

Прежде чем Мили успевает что-то ответить, я беру ее руку, переплетаю наши пальцы и тяну за собой в сторону парковки. Шагаю не быстро. Так, чтобы пьянчужка успевала за мной на своих высоченных каблуках и, не дай бог, не грохнулась.

– И какая из них твоя? Или мы сегодня тоже будем угонять? – посмеивается ангел, разглядывая длинный ряд люксовых автомобилей.

– А ты хочешь вспомнить молодость и угнать?

– Я? Нет, я точно не хочу. Подумала, может, это ты хочешь тряхнуть стариной.

– Подобных желаний во мне не имеется.

– Ох, каким ты стал скучным.

– Не провоцируй, Мили, – бросаю на веселого ангела предупредительный взгляд.

– Даже не думала.

– Ага. Как же. Ты весь вечер только и делаешь, что провоцируешь меня. И, к слову, не только меня. Вроде как из вас двоих Никс – бывшая стриптизерша, но сегодня в клубе я начал в этом сомневаться.

– Это все занятия по стрип-пластике и Pole dance. Иногда посещаю их вместо тренировок в тренажерном зале. И как выяснилось, не зря.

Вот же черт! Лучше бы она мне этого не говорила. Как представлю ее в облегающем спортивном трико, сексуально выгибающуюся или обхватившую своими бесконечными ногами пилон, так совсем худо становится. От этих горячих картинок член начинает гореть от мощного притока крови.

– Так какая из них твоя? – переспрашивает Мили.

– Никакая.

– Тогда на чем ты собрался… – ангел заминается, когда мы останавливаемся возле двухколесного японского металлического зверя.

Готовлюсь к тому, что Мили испугается или начнет возмущаться, но эта потрясающая девушка опять приятно меня удивляет. Ее глазищи превращаются в два огромных озера, в которых вспыхивают яркие искры восторга. Я и сам радовался, когда сотрудник салона успел доставить мотоцикл к моменту моего приезда в отель, но моя радость ни идет ни в какое сравнение с Милиной.

– Обалдеть! Это же Kawasaki Ninja H2! Он потрясающий! Этот футуристический дизайн – пушка! А начинка какая! В этом монстре более двух ста лошадиных сил! – восхищается она как маленькая девочка, любуясь спортбайком и удивляя меня второй раз за минуту.

– Ты разбираешься в мотоциклах?

– Немного. Когда-то давно встречалась с байкером. Он мог днями напролет болтать о мотоциклах. Я же обожала только ездить на них.

И на самом байкере наверняка тоже, блять!

Что ж у меня за воображение дебильное? Мгновенно загружает в мозг картинки, как Мили верхом скачет на каком-то мужике. Невыносимо. От злости аж зубы сводит, в районе солнечного сплетения все неприятно скручивает.

Однако, хочу я того или нет, мне нужно научиться справляться с этими реакциями и как-то принять тот факт, что Мили далеко не та неопытная девочка, у которой я был первым и единственным. Теперь за ее плечами десять лет общения с различными мужчинами. И насколько я понимаю, жизнью скромницы она не жила.

– А что же случилось с тем врачом, с которым я встретил тебя в Нью-Йорке?

– С Шоном? – хмурится ангел. – Ничего с ним не случилось. Цветет и благоухает. Мы просто не сошлись с ним характерами.

– А с Элиотом в чем не сошлись?

– А ты откуда знаешь, что мы с ним встречались?

– Догадался. Будь я на его месте, точно не упустил бы шанс утешить девушку, которая мне безумно понравилась, – отвечаю первое, что приходит в голову, пытаясь отогнать из мыслей убийственный кадр.

Наш прощальный разговор. Расставание. Парк. Милин душераздирающий плач. И этот чертов парень, сковывающий мою девочку в объятиях. Он пытался успокоить ее, а я безучастно смотрел на это и умирал морально.

Несколько раз моргаю и встряхиваю головой, чтобы отогнать этот старый эпизод, как можно дальше. И у меня вроде получается. Да только вместо него перед взором загорается другой, еще более неприятный, стоит Мили с ухмылкой ответить:

– Не волнуйся. Долго я по тебе не плакала. Элиот утешил меня на десять с плюсом.

Вот нужно было ей это ляпнуть? Закопать готов. Правда, кого именно – не понимаю. Эмилию за то, что превратилась в такую стерву? Элиота за то, что он просто ходит по этой земле? Или себя за то, что не сказал тогда Мили всю правду и не позвал ее уехать со мной?