Читать книгу "Иван. Скорая помощь. Через тернии к звёздам"

Подготовленная информация по производству наркотиков, фабрикам, производящим наркоту, крышующим лицам была отправлена двум журналистам и заготовлена для двух иностранных информационных агенств. Завтра пойдёт по федеральному телевизионному каналу и столичной массовой газете.

Работа с депозитами олигарха, корреспондентскими счетами, не менее грязных банков, как олигарха Б., так и других банков, и моими счетами на Тюленева была завершена. Олигарх Б. теперь был беднее церковной мыши, он был должен по зарплате уже и наёмным работникам.

Этой ночью отошла в мир иной, у него же на вилле, и Лили – удушье, спазм бронхов. Это сняло давление с Николая Олеговича, хотя оказывающие его, уже в реанимации, инсульты, инфаркты бывает. Олигарх бежал в Англию, нанял охрану из Моссад, пусть тешится.

Подготовка к похоронам шла.

Прибор с искусственным интеллектом использовал, как физический элементарный блок для конфигурации силовых элементов защиты и нападения. Для облегчения задания конфигурации силового поля и его длительного удержания нужна элементарная база из химических элементов. Причём, многое было на уровне рефлекса на обстановку до осмысления опасности её в сознании, например, «танк» формировался при направлении в меня физического или энергетически-волнового воздействия … «из-за угла».

Если попроще, то «меч», «копьё», «снаряд», «ракета» закачивали энергию, плазму в атомарные микросердечники с полевым или атомарным покрытием внешним, в зависимости от целей и задач. Поэтому и фиксация менялась как на: пояс, предплечье, плечо в каждом конкретном случае. Базовая была на поясе. Автоматическая защита постоянная, зависящая от ситуации оцениваемой самим искусственным интеллектом по угрозе для жизни, здоровью для меня, а также по корректировке вносимой мною сознательно.

К примеру: прицеливаться в меня не то, что из соседнего дома – из соседнего города было смертельно опасно, а моё нападение легче представить линиями-параболами от пояса (плеча) к каждому объекту одновременно, будь то экипаж машины или морской линкор в море, самолёт в небе. Хитрость была в закачке энергии в эти воображаемые траектории, «линии». Да, Тесла был бы доволен.

Это было до завтрака.

Спустившись в зал, посмотрел на себя в зеркало, чеканная рельефность форм тела несколько разгладилась, волосы приобрели цвет, как золотисто-пшеничный, в общем паспорт менять не надо, соответствую.

За завтраком некоторая напряжённость сохранялась со стороны Марии, Пётр был невозмутим.

– Мария, – обратился я. – Пётр пройдёт с тобой, как приезжий дядя, если какие-то трудности, сразу звоните мне, я подожду пока в этом доме. Улетаем мы вечером. Да, телефон и планшет всегда держи с собой, рядом.

Всё-таки новенькая, по возрасту старше, а в группе много из местной «золотой молодёжи» к тому же другой этнической культуры, и деньги их родителей все криминалдьного характера происхождения.

– С тобой на связи по необходимости. – обратился к Петру.

Простившись с компаньонами, я прошёл к деревянному креслу на своём участке сада около дома у моря. Тренировался во взаимодействии с Кузей и Артом, так решил назвать носимый прибор, для взаимодействия по новым возможностям. Виртуальный внутренний экран уже давал панорамную зону по экватору сферы. К тому же открылись для меня «полюса» сферы.

Это как бы сразу «шорох движения морского гада» слышать… И играть на силах планеты и Солнца одновременно, вот с этой сложностью и учился работать. Заняло весь день.

Наблюдение за первым днём вливания Марии в коллектив было параллельным и не занимало даже одного процента времени и внимания. Так, одна ячейка сферы. Но пришлось вмешаться, чтобы ненавязчиво поставить на место «золотую молодёжь», которая посчитала Марию своей сексуальной рабыней, свалившейся с неба для их развлечения. Блю туф очень хорошая разработка АНБ США, для меня. Все телефоны её одногрупников были уже у меня, включая и их папаш.

Группа под предводительством Султана и Арсена окружили Марию в тёмном переходе из лекционного зала к библиотеке, находящейся в цоколе. Тишина, оттеняемая возбуждённым дыханием с сопением, чувствующих свою безнаказанность молодняком. Пётр стоял у подъёма выхода из библиотеки, образующего угол с коридором, был мною предупреждён. Мария знала, что он там, получила сообщение через наушник от телефона. Но сохранять невозмутимость для девушки её возраста в толпе… зверят. Да, стойкий оловянный солдатик. Тут зазвонили все телефоны, то есть у каждого из зверят. Вначале взял только один, Мага, у него вытянулось лицо, побледнело, он резко повернулся к Султану и судорожно показал на телефон, требуя ответить. За Султаном телефоны взяли и остальные. Не звонил только у Тимура, просто он уже собирался защищать Марию, Шекспир… однако.

Всё просто, главы семейств, извиваясь от боли, сквозь зубы своим непутёвым отрокам внушали проявить уважение к девушке самым явным и недвусмысленным способом. Мальчиков перекосило, они резко отшатнулись от Марии и не успели ничего сказать. Пётр, как ледокол, раздвигал их, проходя к Марии, неся в одной руке пломбир, в другой шёлковое полотенце с невозмутимостью и осанкой, которой бы позавидовали и английские дворецкие.

Мария приняла мороженое, с удовольствием откусила и спокойно пошла к библиотеке. Пётр, проигнорировав толпу испуганно растерянных из мужской половины и разозлённой женской, которой предстояла дома та же лекция о «уважении» к новенькой.

Всё просто. Не заморачивался каскадами «незаметности», поймут. Поэтому чёткая демонстрация Силы. Для Марии можно. Она не проболтается, не выдаст. А сделал следующее. Боевой финансовый треугольник из меня Кузи, Арта, практически «бегущей волной» из центра, планшет Марии, через блу туф смартфонов одногрупников и их смартфоновской инфобазы, к таким же – их родственников, затем – их банков. Зафиксировав сеть точек воздействия. С расчётных счетов снял по десять процентов, с каждого из имеющегося актива.

Следующее воздействие было через сообщение главам семей, что они потеряли десять процентов активов, которые предварительные, что их далее Ф. И. О., в данный момент проявляют «неуважение» к новенькой студентке. Если через тридцать секунд не будет блокировано не подобающее поведение, то будут сняты девяносто процентов активов, и инвалидность первой степени гарантирована всем присутствующим при «обиде» и первому кругу родственников… Но если поведение будет исправлено и уважительно, то после окончания университета пять процентов активов будет возвращена.

У тех, у кого был мобильный банк, те получили уведомления от счетов сразу, а потом смогли удостовериться, проверив свои счета и депозиты, позже.

Поясню, если бы на данный момент у меня не было наработано умения дистанционного мониторинга за компаньонами и я был бы поставлен перед фактом свершившегося ущерба для члена команды, то ответные меры были бы более летальные и абсолютно естественны. Для постороннего наблюдателя. Марии дам инструкцию, когда они с Петром вернутся.

Например, такая мелочь, что Игорь, не понимая, смотрит на упавшего за их с Лерой спиной, в пяти метрах, мужика, задыхающегося, судорожно старающегося вдохнуть, точнее, которому стараются помочь, то есть, если точно, недоумённо столпились пять человек его компашки.

Лена, проходя холл гостиницы, обратила внимание на упавшего у бара мужика, такого вида, что мысль о помощи такому злобному индивиду в красных туфлях отпадала при первом взгляде. Впрочем, такие же обувеносцы уже образовали галдящий круг около своего белеющего подельника.

Смерть, а точнее убийство Инны заставила меня пересмотреть, как главную, директиву «государство – это монополист аппарата насилия».

Подошло время отдыха. Вышел к морю, покормил чаек, голубей. Бездонность неба, просторы нежных оттенков изумрудно синего моря, блики солнца завораживали. Наблюдал и за оправившимися после щелчка по самолюбию семьями «золотой молодёжи», они думают, что, отключив телефоны и собравшись в комнате с выключенным телевизором и панорамным стеклом на море – конспиративно встречу проводят?

Пора обеспечить из них трепетную охрану для Марии. Предупредил Петра, что режим – наблюдение. Сам вернулся в кресло, развернул его к морю и стал смотреть природу реально и разворачиваемую драму – виртуально.

Решил пока выбрать телефонный номер в Англии. Выбрал из утерянных служащих нужного мне банка. Вояк решил не подключать, чтобы избежать расследования. А банкиры любят тишину. Пусть местная прослойка великих туземцев ищет и выходит на Англию, им буду отвечать я, когда понадобится.

Пока организовывалась группа захвата Марии. Отобрали из боевиков отца Султана, его отец Аслан оказался самым большим самодуром.

Конечно, не кино. Слишком долго выдвигались, абсолютно неграмотно занимали точки наблюдения, во всём этом не было никакой красоты.

Ну, и я тренировался в тонкой моторике и логистике манипулирования подсобными материалами. Из железного прута, изъятого из ограды около дома Аслана, сформировал цилиндры размером двадцать один миллиметр в длину, пять миллиметров в диаметре – сто штук. Пять цилиндров поместил на крышу высотки за два километра от дома Аслана, другие – по четырём крышам высоток вокруг выхода из здания университета.

Буду отрабатывать манипулирование электромагнитными туннелями для снарядов из этих железных болванок.

Сеть визуального представления переговоров с автоматически представляемыми списками задействованных для каждого узла сети образованной группкой сынков, боевиками и папиками вокруг фигур Петра и Марии выстраивалась. Трое своими высказываниями заняли места в «листе смерти», остальные распределяли тяжёлые и лёгкие телесные поражения между собой.

«Я знаю, что они сказали. Я знаю, что они потребовали для себя», более того, я всё записал.

Связался с Петром:

– Пётр, там вас комитет по встрече ждёт.

– Большой?

– Человек двадцать на пяти экипажах. Хотя ещё авто кого-то из «красных туфлей» будут участвовать.

– Прорвёмся.

– Нет, не надо. Единственно, страхуй Марию и себя «от дурака», а потом Султана упакуешь в его машину. Будешь ждать меня.

– Хорошо.

Не выдвигался, потому что вести две реальности, реальную действительности и выстроенную абстрактно – символическую, было для меня ещё тяжело. А рисковать упущенной вспышкой агрессии, не выявленной пока, – не мог.

– Тут Кузя выдал:

– Вашу тушку могу я вести по чисто бытовому, штатному стандарту в доме, городе до указанной цели. Арт будет контролировать окружающую территорию на потенциальные орудия насилия и потенциалы и их вектора.

Вы высвободитесь на основной поток событий.

Задумался:

– А Москва, Приуралье? И что за лексикон?

– Легко. Могу ещё до тысячи таких упрощённых фронтов событийных вести с Артом. А «тушка» – это из вашего обращения к своему телу.

Интересно, а что тогда «не упрощённый фронт». И это он меня подкалывает?

– Хорошо. Принимай все сервисные процессы от второй до пятой бифуркации под контроль. Вызывай такси и выезжаем.

Мозаика картины восприятия перестроилась. Квадрат центра внимания в виде прямоугольника событий вокруг компаньонов варьировал масштабами, в зависимости от внимания для охвата выделяемых мною деталей. Детали фиксировались от всей группы с боевиками по периметру, до ближайшего окружения вокруг компаньонов и детали их активных зон. Всё – под запись, для дальнейшего анализа и разбора с ними. Экран центрального прямоугольника, а вокруг кольцо из прямоугольников для оценки участников по блокам. Например: вверху папики и далее по окружности пояс прямоугольных экранов.

Ну надо же, Азият хотела подножку сделать Марии, хотя та и ловко танцевальным движением обошла, но… Да, вывих голеностопа в самый раз, привычный вывих на семестр, пока.

Пошло шоу. Я на автомате у Кузи вышел к воротам, всё закрывая за собой и садясь в подъехавшую машину, говоря адрес и смотря на дорогу… внешне.

Компаньоны спустились к стоянке машин перед зданием. Их взяли в кольцо боевики. Султан и Арсен просто светились счастьем, чуть ли зубами не щёлкали. Тимур явно готовился защищать Марию. Тут выступил вперёд Магомед, бригадир банды, к Петру и начал говорить ему указывая на Марию:

– Она поедет отдохнуть с нами, а ты можешь пока ехать мыть полы.

Султан со своими дружками довольно заржали. Ехидно заулыбались наблюдающие девицы.

У Петра зазвонил телефон, он спросил разрешения и достал… У бандюков загорелись глаза от оценки модели, когда Пётр протянул телефон Магомеду, тот величаво взял его.

– Слушай меня внимательно, сын ишака, вы – на прицеле – красные указатели, как от лазерного прицела обозначились на лбах всех боевиков и детках.

– Заметил? Кивни.

Магомед кивнул.

– Хорошо. Вы не проявили должного уважения. Поэтому трое из вас умрут здесь. Также снайперы сейчас пробьют двигатели ваших авто.

Красиво разлетелись моторные отсеки. И тихо осели три тела с оторванными головами. Ещё восемь упали, кто со стоном, кто с хрипом, кто крича. Замечания по обращению с Марией и Петром были оценены и оплачены.

– Теперь Султан и Арсен пусть подгоняют свои машины и ждут, сейчас подъедет переговорщик. Дальше – по его указаниям.

Я уже подъезжал.

Таксист, испугано наблюдая сборище, подвёз к краю тротуара. Отдав деньги, которые посчитал Кузя, мне просто надо было шевелить мускулами, я вышел и поздоровался.

Подъехали две машины. Мерседес спортивный и порше купе. Кивнув на порше с Султаном, я сказал Петру:

– Этот сын ишака сейчас довезёт вас до дома, возьмёшь у него все документы на машину, вызовешь такси и отправишь домой.

Увидя, как стало корчится лицо Султана, отвесил ему пощёчину и добавил:

– Если будет неуважительно себя вести, можешь отрезать ему все выступающие части тела, позвонишь мне или передашь «посылкой» с одним из этих.

Выбрав целого бандита, сказал:

– Поедешь следом, лови такси.

Магомед, разрешающе кивнул бандиту. Пётр забрал тем временем свой телефон и открыл пассажирскую дверь для Марии, сам сел за руль. А Султана поместил на пассажирское сидение.

Посмотрев на мерс, сказал:

– Магомед поедешь на нём, впереди, к отцу Султана. – Потом, – чья та вольво?

Оказалась Тимура.

– Не подвезёшь меня?

Тимур был напряжён, но собой владел. Не каждый день у тебя на глазах устраивают побоище. Он подумал и потом, соглашаясь, кивнул. И пошёл за машиной. Пока отъезжали компаньоны, с бандюком на такси в кильватере.

Устроился Магомед с Арсеном в мерсе, к нему и подъехал Тимур. Остальные бандюки ловили такси и пристраивались к двигающейся колонне за мной с Тимуром.

Тимур внимательно посмотрел на меня, задумался. Затем сказал:

– Они тебя убьют, давай я за поворотом тебя высажу, там спуск к морю среди камней, сможешь уйти.

В это время я перемещал оставшиеся семьдесят восемь железных заготовок над нашими головами на высоте трёхсот метров. Тренировка. Парень хорош.

– Спасибо. Не надо. Ты человек. Таким и будь. Всё будет хорошо. Если хочешь досмотреть до конца это кино, оставайся.

Так мы и подъехали к воротам усадьбы с домом, изображающим замок. Магомед связался по телефону, затребовал въезд. Ворота начали открываться.

Заезд был наш первым.

– Тимур, разворачивайся и становись перед воротами, оставив проезд для этих такси.

Спокойно вышел, костюм перевёл в режим «защита», так меня и из пушки не повредишь. Опять же – тренировка. Подошёл к мерсу:

– Ты, доставай все документы на машину и оставь на сиденье, сам свободен, будешь нужен, вызову, прибежишь.

– Магомед, пригласи хозяина во двор, с его гостями.

Магомед, задумчиво улыбнувшись, отошёл в сторону. Ко мне направлялись пять человек из дома. Арсен тем временем застыл, ожидая продолжения, явно, не в мою пользу.

– Ну, почему такие тупые. Ведь уже было сказано, что сделать, – говоря, одновременно, я оторвал ухо и засунул в открывшийся рот Арсена. – Если сейчас не будут документы на торпеде оторву уже всё.

Засучив руками по карману, Арсен вытащил бумажник и из него документы на машину, выложив на торпеду.

За загривок выдернул его из машины и, придав ускорение в пятую точку, отшвырнул к воротам:

– Беги!

Побежал, выплюнув ухо и подвывая.

Развернувшись, указав на старшего подходящей группы (Муслим – по паспорту, убийства, изнасилования, ответственный за сопровождение сексуальных рабынь в Турцию):

– Помой быстро машину после этого урода. Аккуратно!

Посмотрел на второго за ним (помощник, убийства, садист.):

– позови отца Султана с его гостями. Даю пять минут, потом штрафные санкции.

Замахнувшегося на меня Муслима ударила в шею пуля, оторвав голову. Поморщился. Мощность разгона железного сердечника ЭМП была впечатляюща. Использовал ещё один сердечник для выстрела по стенкам дома, насквозь три этажа и подвал с бетоном. Показал пальцем третьему:

– Мой машину.

Оказался сообразительным побежал за водой и тряпками. В меня пока не стреляли. Ждали решения хозяина. Окружили и ждали.

Я поднял голову к небу и смотрел на звёзды сквозь атмосферу – это было красиво. Потом помахал рукой звёздам и посмотрел на меня окруживших. Подходил отец Султана, Аслан. Смотря на это раскормленное лицо с тремя подбородками и листая его личное дело виртуально, задействовал свой телефон, звонок его услышали все во дворе, такая стояла тишина. Достал трубку, нажал клавишу включения и протянул Аслану. Через Кузю синтезировавший холодный тон и высокомерный голос из моей внутренней мысленной речи:

– С этого момента ты будешь отвечать за благополучие и отсутствие проблем у учащейся на врача Марии. У Марии не должно быть даже лёгкого недовольства на любого жителя города. Чтобы тебе было легче сосредоточиться на её самочувствии и комфорте сообщаю твои счета в банках и какие суммы с них ты должен перечислить и на какие счета, посмотришь свою электронную почту. Также на почту тебе сброшены, какие болезни у тебя и твоих близких, если ты вызовешь недовольство, то болезни будут развиваться вплоть до летального конца. Быстро, но мучительно больно.

Этот телефон оставь себе. Человек сейчас уедет. Машину он заберёт. Родственников Арсена предупреди, им письмо сегодня тоже поступило. Как поступать – решать тебе. Сейчас передай трубку моему человеку.

Аслан протянул мне трубку. Я взял её, поднял руку и махнул небу. Потом отдал трубку Аслану и пошёл к вымытому и протёртому мерсу. Завёл и неспеша выехал через ворота. Никто не тронулся с места. Остановился. Из окна махнул рукой Тимуру, на выезд. Подождал, пока тот тронется и выедет на дорогу.

В письмах, отправленных всем причастным к возжелавшим Марию и уничтожить Петра была указана болезнь: аневризма дуги аорты, обращено внимание, что только начальная лёгкая степень поражения одного слоя оболочки и что это пройдёт после благополучного окончания лечебного факультета Марией, после её отъезда. Разрыва аорты в день недружественного акта по отношению к Марии у бижайшего родственника, при повторении – у главы семьи.

Именно так всё и будет, при первом недружественном акте.

Собрались в моём доме. Ожидающего садовника и техника познакомил с Марией, как ответственной, присматривающей за домом, и отпустил их.

Перешли на кухню. Спросил Петра:

– Что-нибудь приготовишь?

Пётр задумался, подошёл к холодильнику и стал выкладывать продукты, отбирая из них ему нужное.

Посмотрел на Марию, спокойна, волнение определялось только по числу сердечных сокращений, превышающих её норму. Надо объяснить ситуацию:

– Спокойно учись. С одногрупниками сохраняй вежливость, как всегда. Если будет малейшая нарочитая попытка подлянки, позвонишь мне. По вопросам совместной подготовки с командой связывайся с Игорем. Пользуйся этими машинами, любые поломки пусть исправляют Султан или Арсен, не вызывая твоего не удовольствия. Об этом то же будешь сообщать мне. Учись анализировать и управлять. Справишься?

– Думаю, да.

– После еды покатайся на машинах с Петром, всё-таки это не «Газель» «Скорой помощи», навыки другие, надо, чтобы психомоторика наработалась. Время есть.

Пётр уже приготовил чай и какие-то закуски, очень аппетитные, по виду, из нарезок мяса.

У него одновременно что-то скворчало, парилось и жарилось на трёх сковородках. Варилось в двух кастрюлях. И это всё для двух блюд? Да уж.

Потом уже Мария рассказывала с юмором о первом дне, лекциях, практических занятиях. Так при её рассказе мы поели, а затем они с Петром ушли осваивать вождение.

Знакомство с социумом университета навело на идею.

Только внутренний горизонт определяет разрабатываемую логику действий. Метаморфоза меня привела к новым возможностям другого, нового – я. Всё стало в другом свете осознаваться, представляться.