Текст книги "Сглаз"
![](/books_files/covers/thumbs_240/sglaz-99736.jpg)
Автор книги: Вадим Галар
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– С тобой буду жить я, а не семья, – твёрдо сказал Володя, – мне и решать.
Они и не заметили, как появилась Валя, которая сразу же напала на Полю:
– Ты чего пристала к моему брату! Чего он в тебе такого нашёл!? Ведьма, ты приворожила его!
– Не суйся в чужие дела. И не смей оскорблять. Быстро замолчала, и домой! – Сказал по– мужски Володя, строго посмотрев на Валю, и сестру, как ветром сдуло. – Не обращай на неё внимания, она, как шавка: только лает. – Затем он повернулся к Поле, с надеждой заглядывая ей в глаза. – Ну, так каков ответ?
– «Да», – сказала, как выдохнула она, – и пойдём к нам пить чай.
После чая, прощаясь с Полей, Володя пообещал всё уладить дома. А её попросил завтра же подать на развод. Он выглядел очень счастливым и радостным.
Утром, придя на работу, Поля сразу же выполнила просьбу Володи, и, наконец– то, подала на развод. День пролетел быстро. Семён Львович заметил перемены в настроении Поли, вернувшуюся улыбку и лёгкость в движениях.
– Вот, теперь, ты похожа на Полю, что пришла ко мне в первый раз! Видать всё у тебя налаживается, девонька. – Произнёс добрый старик. – Ты и впрямь заслуживаешь счастья.
Поля только рассмеялась в ответ. Дома мать поведала ей последние новости. Оказывается, пока её не было, приходила Мария и плакала, потому что Володя упёрся, и сказал, что всё равно женится на Поле. А если мать и сестра будут мешать его счастью, то он застрелится, чтобы они всю жизнь чувствовали себя виноватыми в его смерти.
– И что с ним произошло! Такой ведь был послушный, слова никогда поперёк не говорил, – продолжала Мария, – а тут упёрся и всё. А сестре сказал, что отправит её обратно, если она своим грязным языком будет что– нибудь про Полю говорить.
Развод долго не давали, по причине неявки Анатолия. И, только, когда Поля встретила одну из его сестёр, работающую в загсе, и явно помогающую брату, и сказала ей, что она беременна, и ребёночка запишет на Анатолия, с последующей подачей документов на алименты, то процесс мигом сдвинулся с мёртвой точки. Оказалось, что ложь во благо, иногда работает лучше, чем правда.
***
Поля и Володя расписались, и он переехал жить к ней. Мальчишки были страшно рады такому переезду, мать вела себя сдержанно, скорее всего, никак. От усыновления Володей сыновей Поля отказалась.
– Володя, и так спасибо тебе за то, что ты относишься к моим мальчикам, как родной отец. Анатолий должен хоть что– то сделать для них. Так пусть платит алименты, чтобы жизнь лёгкой ему не казалась. Заодно меньше пропьёт.
Всё стало налаживаться, но сестра и мать Володи никак не могли успокоиться. Слухи про то, что Поля ведьма, привораживающая мужиков, поползли давно. Поля боялась не сдержаться и ответить злом на зло, как она умела, поэтому, как мудрая женщина, она предложила Володе переехать, но недалеко. Тот согласился с радостью, потому что недовольные и кислые лица матери и сестры ему тоже надоели. Помог бывший его сослуживец, да и золотые руки его сделали своё дело. Володю тут же пригласили на работу в небольшой городок на должность механика и водителя с приличным окладом и жильём, а жене предложили место бухгалтера. Деньги за проданный дом, мать предложила положить на сберкнижку, на её имя, объяснив это тем, что если не сложится жизнь с новым мужем, то хоть Поля без копейки не останется.
Переезжали уже, когда Поля была беременна на втором месяце. Володя был очень рад, поглаживал её по животу, выполнял все её прихоти, и не разрешал носить тяжести. Она ничего не говорила Володе, о том, что не хочет этого ребёнка, она, почему– то боялась, что останется одна с детьми, как было в первом браке. А тут ещё один маленький, да опять с нуля. Дров в огонь подкидывала и мать, убеждая Полю, что ей не нужен ещё один лишний рот. По приезду они получили всё, что им обещали. Домик был небольшим, но тёплым, с обширным участком земли и сараем.
На новой работе Поле оказалось много сотрудников, которые сразу подошли знакомиться к ней. Но больше всех ей понравилась Ульяна, женщина лет сорока, взявшая над ней сразу, же шефство. Ульяна проживала недалеко от работы, и на обед потащила упирающуюся Полю к себе. Оказалось, что в их судьбе много общего. Так и подружились они, как будто всю жизнь были закадычными подругами. Ульяна помогла Поле договориться насчёт аборта.
– Не переживай, всё будет хорошо. Я врачей этих знаю хорошо. – Авторитетно рассказывала она. – Купишь шампанское и коробку конфет – всё– таки тебя впихнули без очереди, должна же быть какая– то благодарность, да и делать будут после работы уже в своё личное время. А Володя тебя к вечеру оттуда заберёт.
Далее она объяснила, как проехать в больницу, на каком этаже искать, и всё прочее. Дома, когда Поля рассказала Володе, что она договорилась насчёт аборта, он сразу, как– то осунулся.
– Я так понял, что решение уже принято, и убеждать тебя не имеет смысла, – и, увидев положительный кивок Поли, продолжил. – Ну, тогда и я приму своё решение. Если ты сделаешь аборт, то меня дома не застанешь. Я уйду. Я хочу этого ребёнка. Я люблю Алёшу и Серёжу, но хочу и своего. – Он ушёл, оставив Полю со своими мыслями.
***
На следующий день, после работы, Поля поехала в больницу на аборт. Она весь день думала над словами Володи, и понимала, что тот слов на ветер не бросает. Отдав цветы и конфеты, она прошла машинально в операционную, но вдруг, что– то в ней щёлкнуло, и она сказала молоденькой медсестре:
– Не надо ничего, я передумала. Извините. До свидания. – И, развернувшись, быстро вышла.
– Куда же Вы, женщина, – за ней, запыхавшись, бежала та медсестра. – А как же цветы и шампанское?
– Оставьте их себе за хлопоты, – и, улыбнувшись медсестре, Поля заторопилась домой.
Дома, мать сразу же надула губы, узнав, что она не сделала аборт, а Володя же, наоборот, был очень счастлив.
Вообще, Володя по своей натуре, был человеком очень добрым, и каким– то светлым. Всегда аккуратно одет, он не разбрасывал одежду, а складывал на место. В дождь и слякоть, приходил домой в чистой обуви, и как он это умудрялся, Поля никак не могла понять. К Володе тянулись все: к нему тянулись и люди, и животные. Соседи, сотрудники, друзья и знакомые отзывались о нём только хорошо, его любили, с ним советовались и обращались за помощью. Володя никогда никому не отказывал, помогал с лёгкостью, с шуткой и бескорыстно. Все считали, что Поле очень повезло с мужем, о чём говорили ей прямо в лицо, и это Полю немного задевало. Алеша и Серёжа называли его папой, он баловал их по– мужски и отцовски, терпеливо отвечая на многочисленные детские вопросы, и никогда не поднимал на них руку. Животные тянулись к нему, куры клевали у него с рук, а приблудившиеся кошка и собачонка, несмотря на несогласие женщин, всё– таки оставленные им для мальчишек, каким– то шестым чувством из сотен машин узнавали его, и бежали встречать хозяина. Володя ласково гладил их по шёрстке, разговаривая с ними. Даже голос у него был какой– то спокойный, в тоже время ласковый и приятный. Володя, в отличие от Поли, обожал природу и относился к ней бережно: грибы аккуратно срезал, цветами любовался, с удовольствием слушал пение птиц, изготовляя им домики и кормушки, рыбу ловил на удочку в удовольствие, а не сетями, как остальные. Помимо всего прочего, Володя обладал каким– то особенным даром: он мог только движением рук снять зубную боль, излечить от бородавок, и пр. И только Полина мать недолюбливала Володю, возможно, это было проявлением материнской ревности, а может и мужененавистничества.
***
В положенный срок Поля родила девочку. «Вылитый Володя», – подумала про себя она, когда ей впервые принесли ребёнка на кормление. Мальчики отнеслись к новой сестрёнке по – разному. Семилетний Алёша, как будто это было для него обычным делом, приблизился к ней и, поцеловав в щёчку, и по– взрослому важно сказал:
– Вы только её никому не отдавайте, я буду о ней заботиться, и защищать её.
Пятилетний Серёжа, узнав, что родилась девочка, сразу же надул губы, потому что он просил у мамы братика, и произнёс:
– Я, когда вас дома не будет, её в форточку выкину. Вот… – Заплакал, и выбежал из комнаты.
Поля пыталась ему объяснить, что мальчики в роддоме кончились, и остались только девочки, поэтому она и взяла то, что было. Об этом важный Серёжа и поведал соседскому другу Васе.
– Ты что, дурак, – картавя, произнёс товарищ по играм, у которого недавно родился брат, – детей не покупают, их выраживают.
Разочарованию Серёжи в том, что мать его обманула в таком важном вопросе, не было предела. Положение спас Володя, сделав ему небольшой кораблик, который они вместе и запускали в ручье после дождя.
Навестила Полю после родов и её подруга с работы Ульяна. Она пришла с кучей подарков, причём всем детям, с домашними пирожками и бутылкой шампанского. За столом, когда выпили за здоровье матери и новорожденной, Ульяна спросила, кто крёстная этой чудесной девочки. И, узнав, что у ребёнка нет крёстной, она возмутилась и сказала, что это непорядок, и она берёт эту роль на себя. «Крёстная» конечно была символическая, т. к. крестить ребёнка никто и не собирался.
Когда девочке был уже месяц, мать и сестра Володи, поняв, что сын и брат для них уже потерян, решили вернуться на родину. Там у них было много других родственников, остался дом с садом и большим участком земли, да и деньжат подзаработали так, что на безбедную жизнь бы хватило. Володя, уходя к Поле, оставил им всё заработанное и нажитое, чтобы они ни в чём не нуждались. По пути на родину, Мария и Валя заехали по приглашению Поли и Володи посмотреть на внучку и племянницу. Мария, так мечтавшая о внуках, лишь издалека взглянула на девочку, не проявляя желания даже к ней приблизиться или взять на руки.
– Ну, мама, как? – С улыбкой спросил светящийся Володя.
– Хорошенькая… Поздравляю. – Это всё, что смогла выдавить из себя Мария.
– Знаешь, что, мама, а давайте я вас сейчас прямо на станцию и отвезу, а то у нас и места нет, и ребёнок маленький, отдохнуть вам не даст. – Неожиданно принял решение Володя, стараясь скрыть свою разочарованность реакцией матери на его ребёнка.
***
Дочку назвали, по желанию Володи, Светой. Она и впрямь была светленькая, миниатюрная и спокойная. Когда девочке исполнилось 2 месяца, то Поля вернулась на работу. Семья к тому времени переехала в более просторный дом с пристройками в виде сарая и бани, а также с большим участком земли. Поле на работе рады были все, кроме главной бухгалтерши. Она ей сразу сказала, что никаких привилегий той, как кормящей матери не будет, и придиралась к Поле по любому поводу. Досталось и пытавшейся заступиться за подругу, Ульяне. Поле, в тот момент, очень нужна была эта работа, поэтому, дома она только и сказала, что кормить Свету днём возможности не будет. Володя нашёл выход из положения, и вернулся домой с козой, таким образом, обеспечив дочери свежее питание. На возмущения тёщи, отказывающей ухаживать за животным, Володя отреагировал, как всегда с улыбкой:
– Не переживайте, козу я беру на себя полностью. И сено, и траву, и кормёжку, и дойку. Вам только и остаётся, что процедить молоко, и покормить ребёнка, да и мальчикам не повредит.
Недовольная мать только проглотила обещания зятя, не найдя им достойных отговорок, на что Поля тихо улыбнулась про себя.
На работе главный бухгалтер и Полина непосредственная начальница продолжала тактику выживания. Причин для недовольства находилось всё больше и больше. Ульяна, вернувшаяся из отпуска, сообщила причину такой перемены начальницы по отношению к Поле.
– Племянницу, она свою пристроить на твоё место хочет. А ты у нас самая лучшая работница. Знаешь, что, Поля, меня буквально на днях просили кого– то посоветовать им умного и толкового, как раз, ты подходишь. И к дому тебе ближе, но только оклад меньше. Хочешь, я всё выясню?
– Да, наверное, выбора нет. Хотя, ты же знаешь у меня каждая копейка на счету. Алименты на пацанов получаю курам на смех. Алёшка в этом году в школу пойдёт, столько покупать всего надо… – И неожиданно встряхнув головой, произнесла неуверенно. – А может всё к лучшему. Обидно, конечно, не за что пристаёт.
Вечером, того же дня, начальница решила добить Полю очередной придиркой, но на этот раз, подчинённая решила дать отпор зарывшейся главной бухгалтерше. Выслушав незаслуженное очередное нарекание, Поля с улыбкой спросила:
– Татьяна Михайловна, что не терпится на моё место племянницу пристроить? Так, Вы скажите прямо и честно, чего же ко мне понапрасну придираться. Вы же знаете, что я работаю хорошо, могу и Вас заменить без труда. Когда Вы болели, я за Вас работала, так вроде бы начальство было довольно.
– Кто тебе дал право так со мной говорить! И что в тебе такого, что мне должно нравиться? Понаприехали тут! Одни бабы раз замуж выйти не могут, а эта дважды! – Начальница выплёвывала слова с такой ненавистью и злостью, что Поля даже поначалу оторопела. – Смотри– ка, должность ей моя приглянулась! Да, чтоб ты подавилась!
– Смотри, – перейдя на «ты», тихо и внятно произнесла Поля, – сама не подавись. – И, сверкнув глазами, вышла из кабинета, оставив прилипшую к стулу начальницу.
***
На следующий день, когда Поля пришла на работу, её уже нетерпеливо поджидала Ульяна.
– Ну, ты где? Я всё выяснила, рассказала про тебя, и, где ты раньше работала. Короче, они тебя берут. – Закончила излагать новости подруга.
– А на какую должность, и с каким окладом? – Спросила Поля, которой после вчерашнего разговора с начальницей было всё равно, лишь бы сбежать отсюда.
– На должность бухгалтера – счетовода, но с меньшим, конечно окладом, вроде обещали повысить, если будешь хорошо работать. – И, видя, как расстроилась подруга, решила её подбодрить. – Но ты не переживай, я тебе постараюсь подыскать что– нибудь получше. А пока, как говорится: «на безрыбье и рак рыба».
– Спасибо, Ульяна, и дай Бог тебе счастья и доброго здоровья! – У Поли на глазах выступили слёзы.
– Ну, всё, пошли по местам, а то наша кикимора скоро придёт. Так не будем давать ей шансов для злобы, – скороговоркой произнесла Ульяна, и они, смеясь, разбежались по своим комнатам.
Через час, к ним в кабинет прибежала возбуждённая Ульяна с последними новостями.
– Девчонки, не поверите! Наша Татьяна Михайловна, царство ей небесное, померла! Представляете, подавилась во время ужина! Скорая пока приехала, а она уже синяя! – Без тени сожаления рассказывала Ульяна. – Всё– таки есть Бог на белом свете, – но тут же, как бы раскаиваясь, подняла глаза вверх, как бы смотря на небо, добавила. – Прости меня, Господи, грешную!
Поля знала, что Бог тут не причём, а обнаглевшая, и на сей момент усопшая главная бухгалтерша, сочувствия в ней не вызвала.
Ближе к вечеру, Полю вызвал к себе начальник конторы. «Наверное, успела всё– таки нажаловаться Татьяна Михайловна, увольнять будет», – подумала про себя Поля. Но начальник неожиданно попросил Полю занять место внезапно умершей Татьяны Михайловны.
На работе со смертью начальницы всё успокоилось. В основном, женский коллектив их конторы, жил и работал дружно. Поля была на хорошем счету и нареканий от начальства не получала. Значительное повышение в её окладе на новой должности помогло семье зажить ещё лучше. Дети подрастали, и особых проблем не доставляли. Соседки ставили в пример своим мужьям Володю, который в короткий срок привёл хозяйство в порядок, отремонтировав наружные постройки. Но нерадивые мужья соседок тоже не оставались в долгу, объясняя своим спутницам жизни, что Володе просто повезло с женой мало того, что при хорошей должности, так ещё и собой хороша, и аккуратно со вкусом одета, и дети ухожены, и дома всегда наварено, и пироги вкусные печёт, и муж в глаженных рубашках ходит, и в огороде порядок, и живут душа в душу…
***
Как– то раз от работы Поли вся семья, кроме бабушки, поехала в выходной день отдыхать на речку. Мальчишки быстро разделись и побежали в воду. Света, увидевшая реку впервые, рванула за ними, и через несколько мгновений яркий красный бант на её голове скрылся под водой. Поля остолбенела, как тогда при случае нападения бодучей коровы на Алёшу. Володя не растерялся, и, как был в одежде, рванул за дочерью, вытащив её на берег. На счастье, та только испугалась, и не успела нахлебаться воды. Но в воду в тот день больше не заходила, а тихо сидела, прижавшись к папе. Володя пытался успокоить девочку, учил её выкладывать из камушков фигурки.
– Ты молодец, Володя, не растерялся, – говорила ему Поля по возвращению. – А на меня, как ступор нашёл: понимаю, что надо срочно что– то делать, а сдвинуться с места не могу. Если бы не ты, то утонула бы наша Светочка.
– А я, когда увидел, ещё не успел сообразить, как очутился в воде и вытащил Светика. – Рассказывал о пережитом Володя. – Потом, смотрю: она глаза открыла и дышит, только тогда я успокоился, – он вздохнул. – Да, сегодняшний день прибавил мне, наверное, седых волос…Всё, не надо об этом, страшное уже позади. – С этими словами он обнял жену.
***
Через несколько дней счастливый Володя пришёл домой пораньше с радостными новостями о расширении жилплощади. Вскоре семья переехала в новый большой дом, полученный от Володиной работы. К дому прилагались все постройки: добротные сарай с выгулом для животных, летняя кухня, баня. А, также большой огород, двор, палисадник. Колодец был далековато, поэтому «рукастый» Володя пробурил колонку возле дома и построил беседку над ней, сварил качели, смастерил лавочки и песочницу, привёз и переделал списанный вагончик для строителей в домик для детских игр. Также, Володя построил свою мечту – небольшую мастерскую с полочками, верстаком, где каждый необходимый инструмент занял своё место. Рядом с домом был и природный водоём, поэтому не воспользоваться этим было никак нельзя, и к хозяйству прибавились гуси и утки. Получился настоящий птичий двор. Недалеко от дома был огромный луг, где дети и взрослые играли в футбол, лапту и другие игры. Единственный недостаток нового дома заключался в том, что он находился относительно далеко, на окраине города, возле леса. Соседи были простые и добрые, по возрасту в основном, как Володя и Поля, молодые с детьми, почти все держали скотину и дружили по– соседски. Обилие сочной травы, расположение дома на окраине и наличие места в сарае продиктовало желание обзавестись коровой. Содержание, которой в данных условиях было не в тягость, а вкусной добавкой к столу в виде свежего молока, творога и сметаны. Так появилась большеглазая красавица корова, сразу влюбившаяся в Володю. Потому что тот знал, где она любит, чтобы её ласково погладили и почесали, и всегда угощал чем– нибудь вкусным. Поля и мать считали, что все животные нужны только для того, чтобы приносить пользу. На ласку они не расточались, считая, что достаточно того, что они кормят их. Животные это чувствовали, и не радовались им так, как Володе. Поля вообще, зная про свои особенности, старалась к живности не подходить. Однажды бабушка поймала Свете случайно залетевших в сарай двух воробьёв, и, связав им лапки, дала ребёнку поиграть. Девочка растерянно смотрела на птичек, не понимая, почему те не летают. За этим её и застал Володя. Он отпустил напуганных воробышков, и доходчиво объяснил дочери, что нельзя так поступать.
– Светик, а если тебе ножки связать, тебе же не понравится! Воробышки должны жить на воле, там их место. Ты же видела, как они испугались, могли бы от испуга и умереть. Ты же не хочешь этого.
– Нет, – пролепетала дочка, чуть не плача, вспомнив, как они с соседскими детьми хоронили найденную мёртвую птицу. – Но я их не просила, папа, так связывать, мне бабушка их дала.
– Да дала, – вмешалась в разговор тёща. – Ну и что тут такого, пусть играет.
– Но, это жестоко, – произнёс Володя. – Птички могли бы умереть. Нельзя так относиться к животным…
– Ну ладно спорить, пойдёмте кушать, еда на столе. – Прервала разговор Поля, чтобы избежать ругани. – Мама, ты больше не делай так, смотри, вон Света из– за этого плачет.
– Всегда у вас мать виновата. – Пробурчала тёща.
– Папа, я не буду больше так. Я люблю птичек, и хотела только их погладить. – Сквозь слёзы прошептала Света.
Похожая на отца внешне, Света получила от него также доброту, ласку и, какой– то особый внутренний свет. Девочка с детства подбирала брошенных животных, предпочитая играть и разговаривать с ними вместо кукол. Она прятала котят от матери и бабушки у себя в кровати, охотно делилась едой с собаками и кошками, гладила и играла с ними. Этого всего не было у самой Поли. «Дочка – то, не в меня пошла, может, если только умом». -Не раз думала она про себя, наблюдая за Светой.
Мальчишки Свету никогда не обижали, и всегда приносили ей различные подарки. Алёша, как– то на Новый год принёс ей сделанную изо льда Снегурочку, так Света горько плакала, когда пришло время, и ледяная девочка растаяла. Серёжа, любитель природы, принёс Свете бурундука, который забрался в стеклянную банку, и, они потом вместе выпускали любопытное животное на волю. Сестра тоже обожала своих братьев. Если же Свету, как самую маленькую в семье угощали конфеткой или ещё чем– нибудь вкусным, то она никогда это не съедала одна, а делила на всех. У них так было принято в семье: если детям покупали что– то, то покупали всем, чтобы никому не было обидно, что кого– то любят больше или меньше. Мальчишки к Свете относились с нежностью, понимая, что она самая маленькая и, даже не обиделись на неё, когда она их «случайно» сдала матери. Как– то раз, возбуждённая Света, прибежала домой и начала возмущаться с порога:
– Мама, мама мальчишки за сараем курят, а мне не дают!
Пришлось Поле вмешаться в такую «несправедливость», а Володе вечером после работы терпеливо объяснять детям о вреде курения.
***
Но вскоре, у каждого из сыновей появилась своя компания. У старшего Алёши появился новый друг – второгодник Колька. Этот нежеланный, по мнению Поли, союз, принёс плохие результаты, для хорошиста Алёши. Он стал пропускать занятия, плохо учиться. Мать приглашали в школу, сидеть на уроках с сыном. Она– то сидела, а Алёша в это время гулял по территории школы. Несмотря на такое поведение, Алёша был мальчиком добрым, но озорным. Поля просила Володю наказать Алёшу, ремнём, как делали другие родители, считая, что это внушительная мера действует безотказно. Володя наотрез отказался, мотивируя это тем, что он не сторонник такого метода, и никогда этого делать не будет. За что Алёша, зауважал Володю ещё больше, вознеся его в свои авторитеты.
Дошкольница Света тоже извлекла пользу из сложившейся ситуации, и регулярно её каракули можно было видеть в Алёшиных тетрадках, которые она находила в портфеле, спрятанном братом в тайнике возле дома, когда тот прогуливал школу. «Должен же был хоть кто– то в этих тетрадках писать, а то им грустно в одиночестве». – Так она объясняла свои «записи».
Серёжа же учился хорошо, и был любимцем учителей. Он рос тихим и спокойным мальчиком без хлопот, которого всегда ставили в пример старшему брату.
Свету перед школой, как ни упиралась бабушка, отдали всё же в детский сад, в котором на ребёнка посыпались сразу все несчастья. Мало того что надо было есть противный манный пудинг и пить рыбий жир, так ещё там заставляли спать в сонный час. В первую же неделю, девочка принесла вши, с которыми боролись дустом и, на радость Светы, короткой стрижкой. Она уже давно просила Полю подстричь её, потому что бабушка заплетала её длинные светлые волосы в косу с такой силой, что натягивалась и краснела кожа головы. Помимо всего, стрижка принесла такую лёгкость, что девочка порхала и крутила от радости головой. Бабушка за такой вандализм по отношению к волосам внучке, долго не разговаривала с Полей. Вши, несмотря на проведённые меры, возвращались с завидным постоянством. И только, когда Поля, устав от бездействия работников детсада, вызвала представителей санэпидстанции, рассадник насекомых был найден. Им оказался мальчик Саша, занимавший соседнюю раскладушку на сонном часу. Когда со вшами наконец– то было покончено, Свету в садике на прогулке переехал велосипед, хорошо хоть без каких– то последствий. А затем ей чуть не выткнула глаз ножницами драчунья и забияка девочка Лена, которая обижала всех детей в группе. Вот тогда– то тихая и примерная Света и дала сдачу в первый раз, отшвырнув обалдевшую Лену с силой в угол. Вечером, когда родители собирали детей домой, то Ленина мама попыталась наехать на Полю по поводу недостойного поведения Светы.
– Ты, видать, не все факты знаешь. Твоя дочь, чуть мою Свету, без глаза не оставила. На, посмотри! – С этими словами Поля развернула Свету к матери Лены. – Видишь, – и Поля показала на лицо дочери, возле глаза которой, было обильно намазано зелёнкой. – Ещё бы немного, и ножницы бы воткнулись в глаз.
Ленина мать сразу же заткнулась и дала дочери звонкого подзатыльника. По дороге домой, Света сказала матери, что в детский сад больше не пойдёт. «А, девочка– то с характером».-Подумала Поля, но вслух сказала:
– Ничего не поделаешь, надо тебе к школе готовиться.
– А, я уже всё выучила к празднику Букваря, и не только свои стихи, но и всех остальных детей. На праздник я пойду за букварём, а в садик ходить не буду. – Сказала Света уверенным голосом. В том, что дочка запоминала с лёгкостью стихи, Поле приходилось убедиться не раз, когда она разучивала стихи с мальчиками, и, когда те забывали их при последующих пересказах, неумеющая читать Света, уверенно подсказывала братьям. Помимо всего прочего, девочка также поведала, что не любит спать днём, и не может есть суп, потому что в него наливают этот противный обязательный рыбий жир. На этом, они и договорились, что Света будет дома до школы, а в садик сходит только на праздник Букваря.
***
С годами мать менялась не в лучшую сторону, и Поле приходилось жить между двух огней: с одной стороны муж, с другой мать. Если с мужем было всё ладно и хорошо, то мать не разговаривала с ней, если же, как и в любой другой семье между мужем и женой происходили размолвки, то мать была с дочерью ласкова и добра. Володя, когда тёща и Поля ссорились, частенько по возвращению с работы домой заставал такую картину: несчастные голодные животные в загоне подавали голоса, пытаясь привлечь хозяев. Он не пытался их примерить, понимая, что ему самому это боком выйдет, а просто кормил, доил, убирал за животными, причём с удовольствием. «Скотина– то не причём в ваших разборках», – пытался он не раз вразумить жену, но та только отмалчивалась.
Несмотря на неприятные обстоятельства расставания, Володя и его мать Мария переписывались, а он, как порядочный сын посылал посылки и ежемесячный денежный перевод. Мать писала, что живёт хорошо, но очень сильно скучает, а также она просила прощения за всё и звала всю семью в гости. «Сынок, здоровье моё не очень, и боюсь я, что мы больше не увидимся, – писала Мария. – А мне есть тебе, что сказать перед тем, как я умру». Володя уговорил Полю съездить в отпуск к нему на родину. Было решено поехать втроём: Володя, Поля и Света. Но тут мать Поли наотрез отказалась оставаться с мальчиками. Хотя те обещали ей быть послушными, и во всём помогать. Отпуск срывался, но на помощь пришла добрая бездетная соседка пожилая тётя Феня, которая всегда считала, что мать Поли – Фрося с жиру бесится, живя, как «у Христа за пазухой».
– Езжайте, Поля, ни о чём не думайте. Мы с Ефимом, за всеми приглядим. Всё будет в порядке. – Говорила она нараспев, а её муж немой Ефим при этом кивал головой.
Поля и Володя жили с соседями дружно, часто угощали их пойманной Володей рыбой, приглашали на свежину. Володя помогал с дровами, скирдовал сено для соседской коровы. А тётя Феня и дядя Ефим платили добром за добро: протапливали для них свою баню, угощали различными припасами и всякими вкусностями. Пережив голод и тяготы войны, Поля и Володя знали почём фунт лиха, не очерствели, и были рады, что могут помочь людям, не прося ничего взамен.
Благодаря, отзывчивым соседям, отпуск сорван не был, и они втроём с подарками отправились навестить мать, свекровь и бабушку в одном лице. Помимо подарков захватили ещё с собой и еду в виде консервов тушёнки, лосося и икры. Поля к тому времени работала главным бухгалтером в воинской части, поэтому у неё была возможность купить в воинторге кое– какой дефицит.
***
Мария обрадовалась приезду сына, накрыла на стол, позвала родственников. За праздничным обедом мать звала Володю назад вернуться на родину, обещала переписать на него дом и всё имущество. Пожилая женщина никак не могла наглядеться на любимого сына, к невестке и внучке отношение было намного попрохладнее. Света тоже не тянулась к бабушке, ей больше понравился однорукий дедушка Михаил – родной брат Марии и дядя отца. Он ласково относился к девочке, разрешая ей рвать самой в его саду понравившиеся яблоки. Умненькая Света очаровала одинокого старика. Сестра Валентина встретила их сдержанно у себя дома со всей своей семьёй: тремя пацанами и пьяницей мужем Василием, который завидев бутылку в руках у гостей мигом засуетился, дав указание жене собирать на стол.
Но больше всего Поле и Свете запомнилось озеро, на берегу, которого и стояло село. Они всей семьёй отдыхали там, купались, варили уху на берегу. Володя катал их на лодке, и было приятно смотреть, на его сильные загорелые плечи, когда он грёб вёслами. В том, что дочь и муж похожи не только внешне, но ещё и внутренне, Поля смогла убедиться, наблюдая за ними в отпуске. Они одинаково восхищались природой, относились бережно к ней, слушали пение птиц. Света с удовольствием составляла компанию отцу в походе за грибами. Сама же Поля грибы собирать не любила, но готовила их потрясающе вкусно, о чём не раз ей говорили домочадцы.
При расставании, Мария всплакнула, и попросила не забывать её, и, уж коли не хотят переезжать к ней жить, то хотя бы могли приезжать чаще в гости. Накануне, у матери с сыном была серьёзная длительная беседа без свидетелей. Поля пыталась выяснить у Володи все подробности разговора, но тот отшутился, сказав, что ничего особенного. Такая тайность Поле не понравилась, но она успокоила себя тем, что отношение мужа к ней нисколько не изменилось, а наоборот, все завидовали им, как красивой любящей паре.
***
Домой они вернулись с подарками, отдохнувшие и полные сил. Мать их встречала у порога «прямо сама доброта и нежность». Причина такой «перемены» крылась в следующем. Оказывается, пока их не было, пришло письмо от Полиной сестры Веры. Та, наконец– то вышла замуж, и родила девочку. Но муж её пьёт, бьёт её, и совсем той нелегко приходится. Мать слёзно умоляла Полю приютить сестру, дать той пожить у них с ребёнком временно в летней кухне, пока та не найдёт себе работу. Поле и самой было жаль сестру, да ещё с маленьким ребёнком, да при пьющем муже, она сама такое уже когда – то прошла. Володя, приезду Веры с ребёнком, был не против. Ведь помогать людям у него, как и у его жены было в крови. Сестра Вера расплылась, постарела, и, к сожалению, не поумнела. Сбежала она от своего благоверного с одним чемоданом и годовалой дочкой на руках. Да и брать– то было нечего, потому что муж всё пропивал. Вера по– прежнему работала на стройке. Света решила познакомиться с худенькой двоюродной сестрой. И узнав от тёти, что девочку зовут Зина, тут же выдала стишок по этому поводу:
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?