Текст книги "Всё, что было"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vse-chto-bylo-180130.jpg)
Автор книги: Валентин Богданов
Жанр: Биографии и Мемуары, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
– Мы хорошо помним его мальчишкой, ласковым, добрым и доверчивым, очень подвижным и любопытным, с прекрасной памятью, потому он и учился в школе и университете легко, без проблем, чем нас всегда радовал. Конечно, высокая и ответственная должность, со специфическими полномочиями начальника отдела, а потом и заместителя по экономической безопасности на предприятии, заметно изменила его характер, отношение к людям и реальному восприятию российской действительности, без неуместного в его работе ура – патриотизма. – Нелёгкий путь прошёл Андрей на этой работе в дважды награждённым орденами Ленина производственном объединении Юганскнефтегазе, судьба которого в перестроечные годы круто изменилась, особенно в период грабительской приватизации. После ряда замысловатых реформаторских манипуляций он стал собственностью М. Ходорковского, и созданная им компании ЮКОС, бесславно закончившая свою деятельность, как и сам её владелец, но вдаваться в детали его деятельности я не намерен. Приведу лишь один любопытный факт о его отношении к своей собственности, компании Юганскнефтегазу и людям, которые в ней работали. Точно не помню в каком году это было, когда Нефтеюганск навестил Ходорковский и, как заботливый хозяин побывал на некоторых нефтепромыслах, буровых площадках и коротко пообщался с трудягами. На их вопрос почему зарплата в Сургутнефтегазе заметно выше нашей, он коротко бросил в ответ «не нравится – увольняйтесь, я китайцев привезу» и уехал, не слушая вдогонку вопросы рабочих. Признаемся, что россиянам в общем – то повезло, что российская власть решительно избавилась от такого опасного «патриота», иначе Нефтеюганский регион был бы заселён китайцами, а может и другие регионы России, где вольготно хозяйничал этот «патриот». Однако, не могу не сказать, что руководство ЮКОС высоко оценивало работу Андрея в занимаемой должности и наградило его тремя корпоративными орденами трёх степеней за его добросовестную и эффективную работу в борьбе с преступлениями в экономической сфере. Руководство же Роснефти не награждало его, какими-либо, орденами, но всегда ставило в пример другим профильным сотрудникам из дочерних компаний, а это о многом говорило и дорогого стоило, о его профессионализме и добросовестном отношении к работе, и он этим гордился. Мы, родители, тоже.
– Удивительно интересна и во многом загадочна судьба Юганскнефтегаза в период злополучной приватизации, ставшего собственностью, бывшего комсомольского инструктора одного из райкомов партии столицы Ходорковского, но писать об этом я не буду за неимением фактического материала. Тогда, в суматошные годы Ельцинского раздрая в российском взбаламученном обществе скоропостижно выдурел, как дурь-трава, воровской конгломерат, казавшийся несокрушимым бастионов в деградирующем государстве. Именно, в те годы, из его потаённой глубины и вылупились вертлявые в шулерских делах и скорые на язык новые хозяева предприятий в важнейших отраслях промышленности и начали диктовать правительству правила жизни по их воровским понятиям. Среди них особенной удалью и масштабом захвата государственной собственности и присвоения фантастической прибыли, ярко выделялся М. Ходорковский, ставший примером для всех участников возникшего конгломерата. Руководство страны их волчьими повадками в наживе любым способом было не на шутку встревожено и приняло решительные меры к их обузданию в экономической сфере и удаление из властных структур. Одного из лидеров воровского конгломерата М. Ходорковского по приговору суда отправили «топтать» зону на девять лет, приговор вступил в законную силу и комментировать его нет оснований. Трое остальных заблаговременно умотались за рубеж. Один оказался в Англии, там и с гинул, другой навсегда осел в Израиле, на своей обетованной родине. Четвёртый откупился «заработанным» капиталом в смутное время и тоже причалил к английскому берегу и перед глазами россиян, почти, не маячит. Живёт на вид скромно, но в своё полное удовольствие. О них у нас много писали и воздержусь о них писать, повторяя уже известное. остановлюсь. Однако, напомню вот о чём. В НК «Сургутнефтегазе», что в 80-ти км. от Нефтеюганска системного воровства нефти, связанного с убийствами чиновников разного уровня в те, суматошные, годы не наблюдалось, не слышно и сейчас. Есть повод для сравнения и размышления о моральном и деловом отношении руководителей этих компаний к своим должностным обязанностям. Выводы от их сравнения резко контрастные, не в пользу руководителя НК Юганскнефьтегаза.
Дальше напишу воспоминания, интересные на мой взгляд, об одном сотруднике Юганскнефтегаза, запомнившегося мне своей необычной судьбой, характерные для того времени. В ту далёкую пору я работал в Нефтеюганском аэропорту на беспокойной и ответственной должности и мой кабинет находился в его здании и был на виду, как у пассажиров, так и лётноого состава. Помню, как из столицы одной южной республики, уже не помню какой, доставляли вахтовиков на самолёте АН-24 и его командиром был сравнительно молодой мужчина, прекрасной внешности со странной фамилией Люксемэн, (фамилия изменена) которая мне показалась неправильной, будто нарочно придуманной. Но не ошибусь, если скажу, что правильных и неправильных фамилий не бывает, их названия уходят своими корнями в непроглядный мрак далёкого прошлого и не очень далёкого, которое нам недоступно. И я, как мне показалось, довольно легко разгадал смысл его фамилии, в нашем обывательском понимании. Известно, что английское слово МЭН переводится, как мужчина, а слово ЛЮКС означает высшее качество чего-то, гласная же буква Е является соединительной. Таким образом, без всякой заморочки его фамилия выглядит правильной и понятной каждому и без преувеличения можно сказать, что она в моём переводе означала люксовский мужчина, или мужчина люкс, что одно и тоже. И действительно, Люксемэн полностью соответствовал своей прекрасной внешностью своей фамилии, на которую любой человек обратил бы внимание, особенно женщины. Без сомнения, раздумывал я, что стройный брюнет, чуть выше среднего роста, сразил бы наповал любую из них, на которую положил бы свой пристальный огненный взгляд и мигом сокрушил бы её непрочный суверенитет. В подтверждение моего мнения о нём, знакомая по работе женщина, увидев его, подошла ко мне и, кивнув на него сказала, будто пожаловалась: «А красивый зараза» и, тяжело вздохнув, обиженно поджала подрагивающие губы, с сожалением покивала головой и торопливо от меня отошла, будто застеснялась своей откровенности. Но дело не в его внешности, а в дальнейшей судьбе этого незаурядного человека. Не зря говорят: внешность на время, душа навсегда. О его внешности сказано достаточно, а о душе, пока, ни слова. И это понятно, чужая душа потёмки и трудно в ней что-то рассмотреть, взглянув лишь мельком, но мне и это не доступно и судить о его душе могу лишь по его делам, о которых немного осведомлён. Согласимся, что командир воздушного судна, не важно военного или гражданского, должен обладать безупречным здоровьем и конечно зрением, мгновенной реакцией на неожиданное изменение режима полёта и быстро принимать верное решение для исправления обнаруженной неисправности в самолёте. Всеми этими качествами в полной мере обладал Люксемэн. Более того, летая на эшелоне семи, или восьми тысяч метров над землёй он – каким-то непостижимым образом, умудрился разглядеть, что крупной нефтяной компанией в этом северном городе управляют его соплеменники в лице генерального директора и одного из его заместителей и навострился их навестить. Встретили они его, видимо, радушно, но какой разговор между ними состоялся никому неизвестно, но вскоре Люксемэн сменил кресло командира экипажа АН-24 на кресло солидного чиновника этой компании и взлетел на такую высоту, которая была недоступна названному типу самолёта, на котором он летал. Он стал директором крупного ведомственного санатория, чуть недостроенного, на территории западной Украины, недалеко от города Ивано-Франковска, на строительство которого были вбуханы руководством этой компании немалые денежные средства. Не знаю и не буду писать сумел ли достроить новоявленный директор, вверенный ему санаторий и как руководил его коллективом, об этом наверняка знает только узкий круг из числа руководителей этой нефтяной компании.
– К счастью, или к несчастью может сказать только Люксемэн и его покровители, но нашу кипучую державу начало лихорадить опасными потрясениями во всех сферах жизни, особенно, с её неприкрытым разграблением, начавшейся приватизацией и последовавшим распадом страны Советов. Также неизвестно в чью собственность перекочевал этот санаторий, волею судьбы оказавшийся на территории Незалежной, и к чьим ловким рукам прикипел полученный немалый навар за его передачу, или продажу, догадаться не трудно. Только предполагаю, что наш герой вернулся к своим покровителям довольно состоятельным человеком, о других фигурантах моих воспоминаний умолчу за неимением достоверной информации. В скором времени он, благодаря своим покровителям, успешно трудился в компании ЮКОС и смею предполагать на высокой должности с приличным жалованьем, так как с комфортом жил в столице, не обременяя её казну. Вскоре до меня дошёл слух, что после неустанного труда в выше названной компании, он решил вернуться на обетованную родину, но там, видимо, его не поняли, не оказали ожидаемого радушия, и он принял верное решение вернуться обратно в российский Клондайк, сказочно озолотивший за короткое время некоторых его соплеменников, которых мы до сих пор помним по фамилиям. Надо учитывать, что, будучи в прошлом командиром воздушного судна, он не утратил необходимых ему профессиональных качеств и на земле, а именно в мгновенной реакции и принятия верных решений в изменившейся жизненной ситуации. По-хорошему позавидуем его таланту комфортно устраивать свою жизнь в российской действительности, но большинство из россиян такими способностями не обладают и способны лишь завидовать, или ненавидеть подобным счастливчиков. Грех очевидный, но без грешников, как говорят, не бывает и праведников. Истина бесспорная.
– Как стали для меня тяжелы и мучительны в последнее время бессонные ночи, когда беспрестанно ворочаюсь с одного бока на другой, пытаясь уснуть и так до утра. А в уставшей голове несётся хаос воспоминаний о прошлой жизни, будто кадры кинохроники мелькают в моей памяти, и укорота этому хаосу найти не в силах. Иногда, мысленно себе приказываю ни о чём не думать и на несколько минут это удаётся, но помимо моей воли снова включается моя «думалка» и хаос воспоминаний, мучающий меня, продолжается. Утром встаю с тяжёлой уставшей головой, почти обессиленный бессонницей, свет белый не мил от наступившего дня. С трудом заставляю себя сесть за письменный стол и работать над книгой. Тяжело она мне даётся, как никакая другая, ранее написанная. Моих сил для работы над книгой с утра хватает, примерно часа на два, затем делаю перерыв. Проще говоря меняю своё занятие на приятный для меня отдых. Я слушаю русские романсы и народные песни в исполнении моего любимого артиста, прекрасного исполнителя этого жанра Бориса Штоколова, ленинградца и, будто на крыльях улетаю ввысь, и в свободном парении с изумлением смотрю на нашу российскую землю, её поля, леса и бесчисленные реки и озёра и думаю, да какая же она у нас красивая и приветливая, будто создана только для счастливой жизни и забываю обо всём на свете. Особенно я полюбил песню в его исполнении, «Жалобно стонет ветер осенний» и её слушаю, когда устаю от работы. Признаюсь, впервые услышав эту песню в его исполнении, я чуть не заплакал, так она меня всего пронзила своим очарованием, будто проникла во все закоулки моей души, глубоко растрогала, взволновала, разбудила во мне, почти угасшие чувства, что стала моим спасением от тягот наступившего дня. Спасибо и низкий ему поклон, что он был, что жил в наше время и, хотя его сегодня нет, но есть его колдовские романсы и песни в его восхитительном исполнении, они живут и долго будут с нами жить, скрашивая серые будни, делая нас духовно богаче и человечней.
– Не хотелось мне писать воспоминания о том позорном вечере и проявленной к Борису Евдокимовичу чёрной неблагодарности моих земляков из Нефтеюганска, при его выступлении в этом городе, но подумал, что после издания книги, об этом придётся жалеть, и решился написать. Случилось это, кажется, в середине восьмидесятых прошлого века, год не помню, в зимний холодный вечер. Я тогда жил в небольшом городке Пытьяхе, что в пятидесяти километрах от Нефтеюганска, и пока мы с женой добирались до города, к сожалению, опоздали на несколько минут и цветов купить не смогли, их здесь в зимнюю пору, да ещё вечером, не было. Концерт был великолепным, и зрители благодарили артиста после каждого исполненного номера, пусть не продолжительными и оглушительными аплодисментами, но дружными. Я первый и последний раз вживую видел своего кумира и наслаждался его великолепным исполнением романсов и песен и внимательно, с интересом всматривался в его движения на сцене и выражения мужественного лица этого замечательного артиста, покорившего меня своим талантом значительно раньше. Да вот беда. После окончания концерта меня охватил стыд и возмущение, что никто из зрителей, в знак благодарности, как обычно бывает в подобных случаях, не подарил артисту ни одного цветочка, не додумалась до привычного этикета и городская администрация, организовавшая этот концерт, а такая возможность у них была. Ведь у нефтяников в пригороде имелась теплица, в которой выращивали не только цветы, но и помидоры с огурцами и другую зелень, так необходимую населению города в этой северной местности. Подавленным и огорчённым, проявленным неуважением к знаменитому артисту, выходил я из зала, опустив голову, стараясь не смотреть в лица зрителей и всю обратную дорогу мы с женой с возмущением обсуждали случившийся казус и потом, каждый раз, вспоминая об этом, нас охватывал стыд, и я мысленно просил Бориса Евдокимовича простить нас всех за проявленное к нему невежество. Раздумывая о том концерте, мне иногда казалось, что в зрительном зале в тот вечер сидели одни карлики, а со сцены, будто великан-чародей, да так оно и было, пытался своим проникновенным голосом донести в их души человечность, сделать их нормальными людьми, но не до всех карликов это дошло и принесло им пользу. Не знаю, были ли подобные огорчительные случаи в творческой судьбе Бориса Евдокимовича, но хочется надеяться, что не было.
– Чем будут заняты пенсионерские будни моего сына я не знаю, но тревога за его дальнейшую жизнь меня по-прежнему не покидает, так как я хорошо понимаю, что от безделья мужчины, в таких случаях, зачастую тянутся к бутылке, не замечая, как становятся хроническими алкоголикам и мучительной бедой для своей семьи. Ведь путь к этой тяжкой болезни добровольный и лёгкий, но неизбежно кончается их падением в бездну от алкогольного дурмана, лишившего их здравомыслия. Из этой пропасти выбираются немногие, остальные в мучениях умирают от беспробудного пьянства, позорной для мужчины смертью. Добровольно из них, как правило, никто лечиться не хочет, а принудительное лечение по решению суда наши демократы отменили, посчитали это ограничением свободы личности в демократической России. Эта дикая бредятина в голове не умещается. И мне вспомнились, бывшие ЛТП по принудительному лечению алкоголиков по приговору суда в советское время, но мои воспоминания не очень приятны, со слов моего приятеля, не раз лечившегося в этом заведении. Он был моим напарником по рыбалке, с которым я более пяти лет ездил на своей машине рыбачить, и слушал дорогой его досадливо насмешливый рассказ о себе, как он принудительно лечился от хронического алкоголизма в ЛТП по приговору суда семь раз, а толку от лечения никакого. Как был алкоголиком, так им и остался. Дело в том, что в этом важном и нужном деле проявилась наша привычная русская показуха, безответственность и как следствие безнаказанность работников этого заведения за порученное дело. И, если в нашей гражданской жизни, ныне относительно благополучной, эти недостатки за суматохой других дел и разных событий не так видны, то там, за глухим забором и колючей проволокой, они издевательским образом уродуют человеческое сознание, а значит калечат и наносят ещё больший вред тяжко больным людям. Дело в том, рассказывал он, что эти «пациенты» там пьют не меньше, чем на воле и спиртное достают очень просто. Стоит любому алкашу вечером уплатить энную сумму надзирателю и проноси в зону хоть ящик спиртного. Да неужели об этом не знали руководители этого лечебного заведения? Если не знали, то не соответствовали занимаемой должности, а если знали и не принимали нужных мер, то совершали умышленное преступление и заслуживали строгого наказания. Что любопытно, каждое утро, приходя на работу, врачи и воспитатели принимались усердно перевоспитывать и старательно лечить своих «пациентов», а поздно вечером они были пьяными, иногда в стельку.
Понятно, что эти ЛТП местные власти закрыли по указанной причине и правильно поступили, зачем умышленно калечить тяжко больных людей, но взамен другого подобного заведения, более качественного уровня не создали. Причиной тому послужил принятый закон, запрещающий принудительное лечение алкоголиков, якобы, не совместимый с принципами свободы человека в перестроечные годы. Не сумели вникнуть народные избранники в суть тяжелейшей и характерной для России проблемы, как пьянство и эффективной с ним борьбы. Лишь напакостили, не пощадили ни детей, ни их матерей, когда их отец, или муж, а то и сын стал акоголиком, – семейным мучителем и надёжной управы сладить с ним не стало.
![](i_005.jpg)
Дочь Валентина Валентиновна
![](i_006.jpg)
Внук Сережа г. Тюмень 2017 год
– Наша дочь Валя, в своей жизни, неустанным трудолюбием и настойчивостью добилась довольно приличной должности, не каждой женщине доступной. Она работает судьёй в арбитражном суде Западно – Сибирского административного округа. Что и говорить должность ответственная и за допущенную судейскую ошибку, у них непременно следует суровое наказание. Конечно, работая судьёй продолжительное время, не могло не отразиться на её характере. Один раз доченька сорвалась на повышенный тон при разговоре с мамой, затем Андрей запретил маме звонить и напоминать ему о вреде алкоголя, чем она была крайне расстроена. Это неизбежные издержки любой профессии. И тем не менее я был неприятно поражён таким необычным отношением к нам своих детей, культурных и образованных и это нас с супругой озадачило. Да неужели наши дети, с недоумением думали мы, были нами так невежественно воспитаны и не понимают, что старые люди легко ранимы, обидчивы, порою мнительны и беззащитны, как дети. Не зря же о них говорят, что старый, что малый. И надо бы всем детям знать, что постаревшие родители постоянно нуждаются в их моральной, а возможно и в материальной поддержке, без чего они больно чувствуют свою обречённость, мучительное одиночество и ненужность им. И любому из нас должно быть понятно, что горькая обида на своих детей вызывает у таких родителей невыносимо мучительные страдания, порой до конца жизни.
– Однажды нас посетил участковый врач при плановом обходе, мужчина пожилого возраста и между нами состоялся короткий разговор, надолго мне запомнившийся необычностью услышанного, в которое трудно было поверить. Мы с женой посетовали на свои болезни, и в общем-то нелёгкую жизнь в пожилом возрасте. Выслушав нас, он с тяжёлым вздохом сказал, если бы вы знали, что горе и страдания от случившихся несчастий сегодня есть почти в каждой семье, но особенно тяжело живётся старым людям, страдающим от плохого отношения к ним своих детей и помочь им в их беде никто не в состоянии. И рассказал необычную историю, даже для наших дней. Навестил он однажды довольно состоятельных, можно сказать богатых людей, проживающих в просторной квартире, со вкусом шикарно обставленной импортной мебелью. В коридоре их квартиры, к своему удивлению, увидел сооружённую из отполированных досок, блестевших желтизной, тесную каморку, в которой ютилась пожилая и больная мать одного из супругов. Она шёпотом ему поведала, что ей запрещено входить на кухню и пищу ей приносят в её клетушку, как собаке в конуру. Нельзя ей было входить и в большую комнату, чтобы посмотреть телевизор, и она коротает своё тяжкое заточение дни и ночи в этой каморке. Услышав эту жуткую историю, я подумал, что это была семейная тюрьма особо режима для издевательского содержания в ней больной матери, как бесправного узника, обречённого на смерть в этом заточении, а строгими надзирателями были её мучители, родная дочь, или сын. Не ошибусь, если назову, её мучителей настоящими манкуртами, не помнящими своего родства, способными равнодушно убить родного человека, не понимая совершённого ими злодейства. Поверьте, видеть это страшно и слышать об этом тоже.
– С удивлением и завистью, иногда, смотрю по телевизору, когда показывают отношение граждан из южных республик России к старикам и родителям. Нет, это не привычная нам показуха, а вековая традиция этих народов, наследующих национальные традиции из поколения в поколение с молоком матери. У них нет домов для коллективного содержания старых, зачастую больных людей, которых, наши, вполне обеспеченные дети, потерявшие совесть, деловито туда устраивают, а фактически избавляются от них, сдают, как завалявшийся утиль, мешающий им в жизни. Их традиции и обычаи свято оберегают духовное здоровье своих граждан, особенно детей, от дурного влияния чуждого их национальным традициям, они не позволяют топтать свою землю нравственно растленным людям, таким как гомосексуалисты и другим отбросам из рода человеческого. Это ли не пример, достойный подражания людей других национальностей. Да какая же дьявольская причина побудила русского человека, по своей натуре доброго и отзывчивого, по – варварски относиться к своим старым родителям? Мне кажется, что одной из причин послужила октябрьская революция и гражданская война, когда Ленин, не послушав совета М. Горького, всё-таки, – разбудил в народе самые низменные чувства, отбросив напрочь нравственные нормы, присущие человеку. И выпущенного им из бутылки джина из бутылки загнать обратно оказалось невозможно. Брат стал убивать брата, отец сына, – ради бредовой идеи строительства коммунизма, о котором россияне в те годы и сейчас, в своём большинстве, не имели и не имеют ни малейшего понятия. Да можно ли здравомыслящему человеку понять и поверить в глупейшие обещания коммунистических горлопанов, что при коммунизме, кто был ничем тот станет всем, или в их догму о получении жизненных благ, которые якобы, каждый член их сообщества будет получать по своим потребностям, но от каждого по способностям. А можно ли вообще понять ещё более очумелый призыв в песне тех лет, что «…все мы как один умрём за власть Советов…». Да зачем же всем умирать, кто же завоёванной властью будет пользоваться, понять невозможно. Со всей очевидностью глупость, в приведённых примерах, невообразимая и ничего, отдалённо, не сравнимая с реалиями человеческой жизни во все времена. Конечно, чтобы вдолбить этот бред народу, нужно было лидеру-фантазёру обладать незаурядным талантом и создать партию, способную силой, хотя бы временно, навязать свою волю российским народам разных национальностей и религиозных конфессий, в подавляющем большинстве безграмотных.
– Нам сегодня известно, что народу ради этой призрачной цели угрохали миллионы, а социалистическое государство, построенное на фундаменте из песка, рухнуло, не выдержав перегрузок современной жизни, что и предсказывали старейшие марксисты и философы старой России при начале его создания. Всеобщая манкуртизация страны Советов по лекалам её создателя с окончанием гражданской войны не закончилась, она продолжалась и в последующие годы страшного голодомора и массовых репрессий. И только с временным затуханием этих бедствий, – в конце тридцатых годов, – каменно-железная власть с напыщенной гордостью объявила своему народу, что в стране построен развитой социализм, но с каким выражением лица не сказала. Народ же, строитель развитого социализма, заметного улучшения своей скудной жизни не ощутил. Бедность в стране была в те годы повальной. Лишь значительно позднее первый и последний Президент, – якобы, – нерушимого союза, публично заявил, – оболваненному коммунистами народу, что нам надо строить в стране, социализм с человеческим лицом, а с каким лицом он был построен тоже не сказал. Избирательная скромность коммунистических вождей по этой болезненной теме просто до умиления трогает.
– Иногда, мне кажется, что манкурты в нашей сегодняшней жизни стали появляться всё чаще, хотя причин для этого, – вроде бы на первый взгляд и нет, а они плодятся, как вредоносные микробы. Да, но для этого есть убедительные примеры из нашей жизни в годы начального строительства социализма. Вспомним известного в недавнем прошлом пионера, Павлика Морозова, духовными растлителями которого были коммунисты и комсомольцы, уже состоявшиеся, как манкурты, и на его примере советская власть воспитала не одно поколение советских граждан с уродливым сознанием поощрения предательства близких родственников, и не только их. Упоминая о манкуртах, неожиданно вспомнил соседку тех лет, когда жил в частном доме в пригородном посёлке. Это была женщина за пятьдесят и у неё в доме жила мать, общительная и словоохотливая старушка, которая однажды выйдя за ограду дома без её спроса и, – встретившись с моей женой, похвасталась, что она в своём почтенном возрасте ещё помнит все советские песни и тут же исполнила некоторые отрывки из песен, не соврав их мотив. Поразительно. Пишу об этой соседке лишь потому, что каждое лето она выселяла мать из дома, как говорила, из-за неприятного запаха, исходившего от неё и поселяла в сарай на всё лето и осень, где содержала свинью и другую скотину, пока их не резали на продажу мяса. Думаю, можно представить, как страшились её глаза по ночам в этом хлеве, исстрадавшиеся без меры, – от жестокого с ней обращения родной доченьки. Однажды я разговаривал с её дочкой и в изумлении смотрел в её холодные рыбьи глаза, почти бесцветные, изредка мигающие при разговоре и не увидел в них ни малейшей живинки человеческой души и проблеска мысли. Да неужели она не понимает своей куриной головой, раздумывал я, что придёт в её жизни час, когда от щемящей тоски содрогнётся её окаменевшее сердце и будет не хватать мамы, самого родного на свете человека, как свежего воздуха и, возможно, останутся в её памяти лишь усталые глаза обиженной мамы, полные смертной тоски, обиды и отчаяния. А если душа родной дочери пустая, холодная и нелюдимая, это законченный манкурт. Ощущение после разговора с ней было тягостным и вспоминать о ней не хотелось, да вот приспичило. Услышав эти страшные истории, хочется заорать во всю глотку: «дети грешники! Покайтесь перед своей мамой за нанесённые ей обиды, попросите у неё прощения, пока она жива, а мёртвая вас не услышит и простить не сможет, и придётся вам доживать свой век с несмываемым клеймом обидчика родной матери и ваша душевная маета будет мучительной». О Господи! Прости и помилуй нас грешных и окаянных, не ведающих какое зло мы, – порою, творим в своей жизни!
– Снова меня тиранит бессонница и, спасаясь от неё, нехотя принимаю снотворное, но утром самочувствие от него скверное, мягко говоря, поэтому стараюсь им пользоваться только в исключительных случаях, когда иного выхода не нахожу. И как ни горько сознавать, но со своим прошлым я смирился, а по – другому, и быть не могло. Вот такие тяжёлые воспоминания меня зачастую одолевают о далёком и близким прошлом, но сколько ни раздумывай, но скоро и я буду там, где нет страданий, а есть вечный покой и забвение. Каждый раз вспоминая об Андрее, невольно вспоминаю и о старшем сыне Коле, злодейски убитом одиннадцать лет назад профессиональными убийцами из спецслужб. Кажется, давно это случилось, но во мне после его убийства, – навсегда застыл вопль, холодом застудивший мою измученную душу до конца жизни, и на вопрос кому это убийство выгодно было совершить и кому какая польза от этого, сплошная немота тех, кто должен был ответить на эти вопросы. Затаившись, молчат земные злодеи, совершившие это варварство. И, чтобы хоть на время спастись от жестокой реальности, не тиранить сердце, я начинаю мысленно возмущаться, что на моё неизбывное горе не откликается и всевидящая небесная бездна, только загадочно мерцающие звёзды, будто в переполохе, торопливо перемигиваются между собой, видимо, догадываясь, какое немыслимое зло творится на крохотной планете Земля. Наверное, поняли, что надо, как-то, вразумить живущее там человечество жить в мире и согласии, или принять к ним более эффективные меры, чтобы образумились. Наверняка, об этом думают, если продолжают перемигиваться. Потом возвращаюсь в реальную жизнь и с надсадой начинаю о ней думать. Говорят, людское горе не забывчиво. Возможно, но об усопших помнят только родные, остальные, кто их знал, к сожалению, вскоре забывают. Равнодушие к живому человеку всегда для него бывает мучительным и тягостным, но как избежать этого, единого рецепта нет, кроме пожелания добрых людей и молитвы. Кто-то из праведников из отлетевших веков изрёк убийственную и, на мой взгляд, циничную фразу, что жизнь человека, – это очередь за смертью. Может это и так, но верить этому и думать об этом, почему – то, не хочется. Ведь в эту немыслимую очередь вмещается вся человеческая жизнь, во всём её причудливом многообразии. А своей смерти, как правило, никто не ждёт и старается о ней не думать из инстинкта самосохранения, кроме пожилых и тяжело больных людей, сокрушённых годами прожитой жизни. А надо бы иной раз о ней думать, и чем раньше, тем лучше, как учит наша православная церковь. Не помню дословно, но что-то, подобное об этом однажды сказал Лев Толстой, что для христианского отношения человека к своей жизни, ему следовало бы почаще посещать кладбище, это полезно. Признаемся, что ко многим высказываниям глыбы русской литературы надо бы нам прислушиваться и, задумываться о своих прожитых годах. Это тоже полезно. Согласимся, но всё-таки, банальна наша жизнь, если о ней серьёзно задуматься, особенно при посещении кладбища, где все равны и нет ни хороших начальников, ни плохих, все смирились со своей долей, но мы никогда не узнаем о результате суда Всевышнего над усопшими. Они навечно обречены хранить эту божественную тайну.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?