Текст книги "Хрестоматия по литературе. 7 класс"

Хрестоматия по литературе. 7 класс
Сост. М. Бастрыгина

Составитель М. И. Бастрыгина,

учитель русского языка и литературы, суперфиналист конкурса «Педагоги года Москвы», полуфиналист Всероссийского конкурса «Классная тема!»

© Бастрыгина М. И., текст, 2025

© Охотникова В. И., перевод, 2025

© Симонов К. М., текст, насл., 2025

© Чуковский Н. К., текст, насл., 2025

© Шолохов М. А., текст, насл., 2025

© Крашенинникова С. А., ил., 2025

© Цыганков И. А., ил., 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

* * *

От составителя

Эта книга поможет тебе разобраться в сложном сплетении исторических и литературных событий в России на протяжении почти тысячи лет. Такое знакомство с текстами подарит много открытий, превратится в увлекательное исследование.

Из произведений классиков мировой литературы ты узнаешь «преданья старины глубокой» о судьбах людей, о жизни нашей страны. Неспешно читая, ты увидишь живые картины эпохи. Литературные произведения часто используют также в качестве исторических источников. Учёные находят в них подтверждение многим гипотезам. Но для этого нужно быть очень эрудированным, уметь анализировать информацию. Тебе помогут исторические комментарии и вступительные статьи к разделам, биографические справки. Отнесись к ним вдумчиво, серьёзно и, возможно, критически. Именно умение анализировать, сопоставлять события, выявлять причинно-следственные связи позволяет нам получить прочные знания.

Разделы хрестоматии включают темы от древнерусской литературы до двадцатого века – такая последовательность помогает систематизировать знания. Но ты можешь читать так, как захочешь. Если тебе интересно узнать про времена правления Ивана Грозного, о периоде Смуты, о победах Петра Великого, о реформах Александра II и т. д., используй выборочное чтение.

На страницах книги ты встретишь QR-коды на аудиотексты и музыку, а также на сайты музеев нашей страны. Ты сможешь познакомиться с памятниками культуры, связанными с литературными произведениями. Это позволит расширить кругозор, облегчит восприятие.

Изучая художественные тексты, представленные в хрестоматии, постарайся ответить на сложный и важный вопрос. Может ли творчество писателя изменить ход истории? Для этого вспомни, например, о военных корреспондентах, которые в годы Великой Отечественной войны (1941–1945) поддерживали боевой дух народа, по-своему приближали Победу. А ещё поразмышляй над строчкой из стихотворения Владимира Маяковского: «Я хочу, чтоб к штыку приравняли перо…» Почему слово поэта и писателя обладает огромной силой?

В книге представлена литература разных эпох. Но есть во всех текстах общая идея: человек не игрушка в руках судьбы, он сам создаёт историю, переживая и горькие моменты, и минуты торжества. Ты тоже творец истории своей страны: кем бы ты ни стал – школьным учителем, врачом сельской больницы, машинистом скоростного поезда, дипломатическим работником, инженером летательных аппаратов, режиссёром документального кино – ты будущее России! Для того чтобы стать личностью и достойным гражданином, важно знать историю и культуру своего народа.

Приятного чтения! Мы постарались сделать так, чтобы информация была для тебя полезна, понятна и интересна. Вперёд!

Погружение в прошлое
Древнерусская литература

Историческая справка

Давай вспомним, какие исторические события повлияли на развитие государства и жизнь людей в Древней Руси. Выделим кратко несколько пунктов:

1. Начало Руси.

Древнерусское государство начало формироваться в IX веке, когда варяжский князь Рюрик был приглашён править в Новгород. После его смерти править начал Олег: в 882 году он захватил Киев и сделал его столицей. Это важное событие объединило северные и южные земли и положило начало Древнерусскому государству.

2. Крещение Руси.

До X века люди на Руси поклонялись языческим богам, например, Ярилу – богу солнца, Перуну – богу грома и молний, Стрибогу – богу ветра. Но в 988 году князь Владимир Великий (известный также под именами Владимир Креститель, Владимир Красно Солнышко) крестил Киев и сделал христианство государственной религией.

3. Нашествие ордынского ига.

В нашей речи можно услышать фразеологизм: «Как Мамай прошёлся!» Так говорят о беспорядке, разгроме, опустошении. Происхождение этого выражения уходит корнями во времена Древней Руси. В 1237–1240 годах Русь подверглась нашествию войск под предводительством хана Батыя. Многие города были разрушены, а Русь попала в зависимость от Золотой Орды почти на 240 лет! Русские княжества платили дань Орде и подчинялись её ханам, в том числе и беспощадному Мамаю.

Только в 1380 году произошла Куликовская битва – важнейшее сражение между объединённым русским войском под командованием князя Дмитрия Донского и войском Золотой Орды. Русские войска победили! Это стало важным шагом на пути к освобождению от ордынского ига. Битва показала: если княжества объединятся и будут действовать сообща, все враги не страшны.

Окончательное освобождение от Золотой Орды произошло в 1480 году при великом князе Московском Иване III. Битва на реке Угре завершилась уходом ордынцев и прекращением выплаты дани. Это означало одно: конец многовековой зависимости и начало нового этапа в истории Руси.

О литературе

Наверное, это самый сложный для прочтения и понимания пласт русской литературы, но от этого не менее интересный. Почему сложный? Потому что люди в Древней Руси жили совсем иначе и мыслили по-другому.

Давай по порядку. Границы существования древнерусской литературы условны: c XI по XVII век. Конечно, до этого времени люди рассказывали сказки, легенды и пели песни, но всё это – устное народное творчество, то есть произведения не имели определённого автора и главное – не были записаны, а передавались из уст в уста.

«Настоящая» литература появилась только после того, как была создана письменность. Славянскую азбуку в 863 году придумали братья Кирилл и Мефодий.

Появление письменного языка связано с распространением христианства. В 988 году произошло Крещение Руси, и с этого времени начали активно завозить книги из других стран. Это дало толчок к созданию собственной литературы, в основном религиозной.

Первыми писателями на Руси стали монахи. Они рассказывали о жизни святых и исторических событиях. Интересно, что все эти произведения писались от руки! Каждый экземпляр книги переписывали вручную, поэтому копии могли отличаться (копировальщик мог что-то не разобрать, а возможно, и добавить собственные мысли). Однако благодаря этим летописям мы знаем много об истории этого периода.

Древнейшим памятником русской литературы считается «Слово о законе и благодати» Илариона Киевского. Наверняка тебе также известны и другие произведения русского Средневековья: «Повесть временных лет» монаха Нестора, «Житие Сергия Радонежского» Епифания Премудрого, «Повесть о Петре и Февронии Муромских» Ермолая-Еразма.

На страницах хрестоматии ты познакомишься с двумя памятниками древнерусской литературы: «Сказанием о житии Александра Невского» и «Словом о полку Игореве».

Образ Александра Невского

«Сказание о житии Александра Невского» – княжеская биография, однако автор не ставил задачу рассказать о всей жизни славного воина. Он повествует о великих победах князя на Неве и на льду Чудского озера, его дипломатических отношениях с Ордой и папой римским. Ты увидишь, что в тексте явно прослеживается мысль: княжеская власть священна, сам Невский – избранник Божий.

Время составления этого жития относят к 80-м годам XIII века. Автор доподлинно неизвестен, но можно утверждать, что первый вариант жития был создан в монастыре Рождества Богородицы во Владимире, где было погребено тело князя.

Узнай больше здесь.

Исторический контекст «Слова о полку Игореве»

Примечательно, что древнерусские авторы рассказывали не только о славных подвигах, но и о горьких поражениях русских воинов. Сюжет «Слова о полку Игореве» повествует о неудачном походе новгород-северского князя Игоря Святославича на половцев в 1185 году.

Для понимания произведения очень важен исторический контекст: 70-е годы XII века на Руси – время междоусобных войн. Противостоять могучему внешнему противнику – половецкому войску под предводительством хана Кончака – в таком раздробленном состоянии было тяжело. В 1185 году князь Игорь организовал поход в половецкие земли: в первом бою он одержал победу, однако следующий закончился разгромом войска Игоря, а сам князь попал в плен. Это поражение – серьёзный урок для всех. Автор открыто осуждает княжеские распри, ослабившие Русь, призывает к объединению сил для борьбы с врагами.

Узнай больше здесь.

ИНТЕРЕСНО!

«Слово о полку Игореве» переводили В. А. Жуковский, Н. А. Заболоцкий, К. Д. Бальмонт, Е. А. Евтушенко, Д. С. Лихачёв – всего более 100 вариантов! В. В. Набоков сделал перевод на английский. Знаменитая на весь мир мелодия «Улетай на крыльях ветра» из оперы А. П. Бородина «Князь Игорь» тоже создана по мотивам «Слова о полку Игореве».

Слово о полку Игореве

 
Не прилично ли будет нам, братия,
Начать древним складом
Печальную повесть о битвах Игоря,
Игоря Святославича!
Начаться же сей песни
По былинам сего времени,
А не по вымыслам Бояновым.
Вещий Боян,
Если песнь кому сотворить хотел,
Растекался мыслию по древу.
Серым волком по земле,
Сизым орлом под облаками.
 
 
Вам памятно, как пели о бранях первых времён:
Тогда пускались десять соколов на стадо лебедей;
Чей сокол долетал, того и песнь прежде пелась:
Старому ли Ярославу, храброму ли Мстиславу,
Сразившему Редедю перед полками касожскими,
Красному ли Роману Святославичу.
Боян же, братия, не десять соколов
на стадо лебедей пускал,
Он вещие персты свои на живые струны
вскладывал,
И сами они славу князьям рокотали.
 
 
Начнём же, братия, повесть сию
От старого Владимира до нынешнего Игоря.
Натянул он ум свой крепостью,
Изострил он мужеством сердце,
Ратным духом исполнился
И навёл храбрые полки свои
На землю Половецкую за землю Русскую.
Тогда Игорь воззрел на светлое солнце,
Увидел он воинов своих, тьмой от него прикрытых,
И рек Игорь дружине своей:
«Братия и дружина!
Лучше нам быть порубленным, чем даться в полон.
Сядем же, други, на борзых коней
Да посмотрим синего Дона!»
 
 
Вспала князю на ум охота,
А знаменье заступило ему желание
Отведать Дона великого.
«Хочу, – он рек, – преломить копьё
На конце поля половецкого с вами, люди русские!
Хочу положить свою голову
Или выпить шеломом из Дона».
 
 
О Боян, соловей старого времени!
Как бы воспел ты битвы сии,
Скача соловьём по мысленну древу,
Взлетая умом под облаки,
Свивая все славы сего времени,
Рыща тропою Трояновой через поля на горы!
Тебе бы песнь гласить Игорю, оного Олега внуку:
Не буря соколов занесла чрез поля широкие —
Галки стадами бегут к Дону великому!
Тебе бы петь, вещий Боян, внук Велесов!
 
 
Ржут кони за Сулою,
Звенит слава в Киеве,
Трубы трубят в Новеграде,
Стоят знамёна в Путивле,
Игорь ждёт милого брата Всеволода.
 
 
И рек ему буй-тур Всеволод:
«Один мне брат, один свет светлый ты, Игорь!
Оба Святославичи!
Седлай же, брат, борзых коней своих,
А мои тебе готовы,
Осёдланы пред Курском.
Метки в стрельбе мои куряне,
Под трубами повиты,
Под шеломами взлелеяны,
Концом копья вскормлены,
Пути им все ведомы,
Овраги им знаемы,
Луки у них натянуты,
Тулы отворены,
Сабли отпущены,
Сами скачут, как серые волки в поле,
Ища себе чести, а князю славы».
 
 
Тогда вступил князь Игорь в златое стремя
И поехал по чистому полю.
Солнце дорогу ему тьмой заступило;
Ночь, грозою шумя на него, птиц пробудила;
Рёв в стадах звериных;
Див кличет на верху древа:
Велит прислушать земле незнаемой,
Волге, Поморию, и Посулию,
И Сурожу, и Корсуню,
И тебе, истукан тьмутараканский!
И половцы неготовыми дорогами
побежали к Дону великому.
Кричат в полночь телеги,
словно распущенны лебеди.
Игорь ратных к Дону ведёт!
Уже беда его птиц скликает,
И волки угрозою воют по оврагам,
Клектом орлы на кости зверей зовут,
Лисицы брешут на червлёные щиты…
О Русская земля! Уж ты за горами
Далеко!
Ночь меркнет,
Свет-заря запала,
Мгла поля покрыла,
Щёкот соловьиный заснул,
Галичий говор затих.
Русские поле великое червлёными щитами
прегородили,
Ища себе чести, а князю славы.
 
 
В пятницу на заре потоптали они
нечестивые полки половецкие
И, рассеясь стрелами по полю,
помчали красных дев половецких
А с ними и злато, и паволоки, и драгие оксамиты,
Ортмами, епанчицами, и кожухами,
и разными узорочьями половецкими
По болотам и грязным местам
начали мосты мостить.
А стяг червлёный с бедою хоругвию,
А чёлка червлёная с древком серебряным
Храброму Святославичу!
 
 
Дремлет в поле Олегово храброе гнездо —
Далеко залетело!
Не родилось оно на обиду
Ни соколу, ни кречету,
Ни тебе, чёрный ворон, неверный половчанин!
 
 
Гзак бежит серым волком,
А Кончак ему след прокладывает к Дону великому.
И рано на другой день кровавые зори
свет поведают;
Чёрные тучи с моря идут,
Хотят прикрыть четыре солнца,
И в них трепещут синие молнии.
Быть грому великому!
Идти дождю стрелами с Дону великого!
Тут-то копьям поломаться,
Тут-то саблям притупиться
О шеломы половецкие,
На реке на Каяле, у Дона великого!
О Русская земля, далеко уж ты за горами!
И ветры, Стрибоговы внуки,
Веют с моря стрелами
На храбрые полки Игоревы.
Земля гремит,
Реки текут мутно,
Прахи поля покрывают,
Стяги глаголют!
Половцы идут от Дона, и от моря, и от всех сторон.
Русские полки отступили.
Бесовы дети кликом поля прегородили,
А храбрые русские щитами червлёными.
 
 
Ярый тур Всеволод!
Стоишь на обороне,
Прыщешь на ратных стрелами,
Гремишь по шеломам мечом харалужным;
Где ты, тур, ни проскачешь,
шеломом златым посвечивая,
Там лежат нечестивые головы половецкие,
Порубленные калёными саблями шлемы аварские
От тебя, ярый тур Всеволод!
Какою раною подорожит он, братие,
Он, позабывший о жизни и почестях,
О граде Чернигове, златом престоле родительском,
О свычае и обычае милой супруги своей
Глебовны красныя.
 
 
Были веки Трояновы,
Миновались лета Ярославовы;
Были битвы Олега,
Олега Святославича.
Тот Олег мечом крамолу ковал,
И стрелы он по земле сеял.
Ступал он в златое стремя в граде Тьмутаракане!
Молву об нём слышал давний великий Ярослав,
сын Всеволодов,
А князь Владимир всякое утро уши затыкал
в Чернигове.
Бориса же Вячеславича слава на суд привела,
И на конскую зелёную попону положили его
За обиду Олега, храброго юного князя.
С той же Каялы Святополк после сечи
увёл отца своего
Между угорскою конницею ко святой Софии в Киев.
Тогда при Олеге Гориславиче сеялось
и вырастало междоусобием.
Погибала жизнь Даждьбожиих внуков,
Во крамолах княжеских век человеческий
сокращался.
Тогда по Русской земле редко оратаи распевали,
Но часто граяли враны,
Трупы деля меж собою;
А галки речь свою говорили:
Хотим полететь на добычу!
 
 
То было в тех сечах, в тех битвах,
Но битвы такой и не слыхано!
От утра до вечера,
От вечера до света
Летают стрелы калёные,
Гремят мечи о шеломы,
Трещат харалужные копья
В поле незнаемом
Среди земли Половецкия.
Черна земля под копытами
Костьми была посеяна,
Полита была кровию,
И по Русской земле взошло бедой!..
Что мне шумит,
Что мне звенит
Так задолго рано перед зарёю?
Игорь полки заворачивает:
Жаль ему милого брата Всеволода.
Билися день,
Бились другой,
На третий день к полдню
Пали знамёна Игоревы!
Тут разлучилися братья на бреге быстрой Каялы;
Тут кровавого вина недостало;
Тут пир докончили бесстрашные русские:
Сватов попоили,
А сами легли за Русскую землю!
Поникает трава от жалости,
А древо печалию
К земле преклонилось.
Уже невесёлое, братья, время настало;
Уже пустыня силу прикрыла!
 
 
И встала обида в силах Даждьбожиих внуков,
Девой вступя на Троянову землю,
Крыльями всплеснула лебедиными,
На синем море у Дона плескаяся.
Прошли времена, благоденствием обильные,
Миновалися брани князей на неверных.
Брат сказал брату: то моё, а это моё же!
И стали князья говорить про малое, как про великое,
И сами на себя крамолу ковать,
А неверные со всех сторон приходили
с победами на Русскую землю!..
О! далеко залетел ты, сокол, сбивая птиц к морю!
А храброму полку Игореву уже не воскреснуть!
Вслед за ним крикнули Карна и Жля
и по Русской земле поскакали,
Мча разорение в пламенном роге!
Жёны русские всплакали, приговаривая:
«Уж нам своих милых лад
Ни мыслию смыслить,
Ни думою сдумать,
Ни очами оглядеть,
А злата-серебра много утрачено!»
И застонал, друзья, Киев печалию,
Чернигов напастию,
Тоска разлилась по Русской земле,
Обильна печаль потекла среди земли Русския.
Князи сами на себя крамолу ковали,
А неверные сами с победами набегали
на Русскую землю,
Дань собирая по белке с двора.
 
 
Так-то сии два храбрые Святославича,
Игорь и Всеволод, раздор пробудили,
Едва усыпил его мощный отец их,
Святослав грозный, великий князь киевский,
Гроза был Святослав!
Притрепетал он врагов своими сильными битвами
И мечами булатными;
Наступил он на землю Половецкую,
Притоптал холмы и овраги,
Возмутил озёра и реки,
Иссушил потоки, болота;
А Кобяка неверного из луки моря,
От железных великих полков половецких
Вырвал, как вихорь!
И Кобяк очутился в городе Киеве,
В гриднице Святославовой.
Немцы и венеды,
Греки и моравы
Славу поют Святославу,
Кают Игоря-князя,
Погрузившего силу на дне Каялы, реки половецкия,
Насыпая её золотом русским.
Там Игорь-князь из златого седла пересел
на седло отрока:
Уныли в градах забралы,
И веселие поникло.
 
 
И Святославу смутный сон привиделся.
«В Киеве на горах в ночь сию с вечера
Одевали меня, – рек он, – чёрным покровом
на кровати тесовой;
Черпали мне синее вино, с горечью смешанное:
Сыпали мне пустыми колчанами
Жемчуг великой в нечистых раковинах на лоно
И меня нежили.
А кровля без князя была на тереме моём
златоверхом.
И с вечера целую ночь граяли враны зловещие,
Слетевшись на выгон в дебри Кисановой…
Уж не послать ли мне к синему морю?»
И бояре князю в ответ рекли:
«Печаль нам, князь, умы полонила;
Слетели два сокола с золотого престола
отцовского,
Поискать города Тьмутараканя
Или выпить шеломом из Дона.
Уж соколам и крылья неверных саблями
подрублены,
Сами ж запутаны в железных опутинах».
В третий день тьма наступила.
Два солнца померкли,
Два багряных столпа угасли,
А с ними и два молодые месяца, Олег и Святослав,
Тьмою подёрнулись.
На реке на Каяле свет темнотою покрылся.
Гнездом леопардов простёрлись половцы
по Русской земле
И в море её погрузили,
И в хана вселилось буйство великое.
Нашла хула на хвалу,
Неволя грянула на волю,
Вергнулся Див на землю!
Вот уж и готские красные девы
Вспели на бреге синего моря;
Звоня золотом русским,
Поют они время Бусово,
Величают месть Шаруканову.
А наши дружины гладны веселием!
 
 
Тогда изронил Святослав великий слово златое,
со слезами смешанное:
«О сыновья мои, Игорь и Всеволод!
Рано вы стали мечами разить Половецкую землю,
А себе искать славы!
Не с честию вы победили,
С нечестием пролили кровь неверную!
Ваше храброе сердце в жестоком булате заковано
И в буйстве закалено!
То ль сотворили вы моей серебряной седине!
Уже не вижу могущества моего сильного, богатого,
многовойного брата Ярослава
С его черниговскими племенами,
С монгутами, татранами и шелбирами,
С топчаками, ревугами и олберами!
Они без щитов с кинжалами засапожными
Кликом полки побеждали,
Звеня славою прадедов.
Вы же рекли: «Мы одни постоим за себя,
Славу передню сами похитим,
Заднюю славу сами поделим!»
И не диво бы, братья, старому стать молодым.
Сокол учёный
Птиц высоко взбивает,
Не даст он в обиду гнезда своего!
Но горе, горе! князья мне не в помощь!
Времена обратились на низкое!
Вот и у Роменя кричат под саблями половецкими,
А князь Владимир под ранами.
Горе и беда сыну Глебову!
Где ж ты, великий князь Всеволод?
Иль не помыслишь прилететь издалече,
отцовский златой престол защитить?
Силён ты вёслами Волгу разбрызгать,
А Дон шеломами вычерпать,
Будь ты с нами, и была бы дева по ногате,
А отрок по резане.
Ты же по суху можешь
Стрелять живыми шереширами с чадами Глеба
удалыми;
А вы, бесстрашные Рюрик с Давыдом,
Не ваши ль позлащённые шеломы в крови плавали?
Не ваша ль храбрая дружина рыкает,
Словно как туры, калёными саблями ранены,
в поле незнаемом?
Вступите, вступите в стремя златое
За честь сего времени, за Русскую землю,
За раны Игоря, буйного Святославича!
Ты, галицкий князь Осьмомысл Ярослав,
Высоко ты сидишь на престоле своём
златокованом,
Подпёр Угрские горы полками железными,
Заступил ты путь королю,
Затворил Дунаю ворота,
Бремена через облаки мечешь,
Рядишь суды до Дуная,
И угроза твоя по землям течёт,
Ворота отворяешь к Киеву,
Стреляешь в султанов с златого престола
отцовского через дальние земли.
Стреляй же, князь, в Кончака, неверного кощея,
за Русскую землю,
За раны Игоря, буйного Святославича!
А ты, Мстислав, и ты, смелый Роман!
Храбрая мысль носит вас на подвиги,
Высоко возлетаете вы на дело отважное,
Словно как сокол на ветрах ширяется,
Птиц одолеть замышляя в отважности!
Шеломы у вас латинские, под ними
железные панцири!
Дрогнули от них земля и многие области ханов,
Литва, деремела, ятвяги,
И половцы, копья свои повергнув,
Главы подклонили
Под ваши мечи харалужные.
Но уже для Игоря-князя солнце свет свой утратило
И древо свой лист не добром сронило;
По Роси, по Суле грады поделены,
А храброму полку Игоря уже не воскреснуть!
Дон тебя, князя, кличет,
Дон зовёт князей на победу!
Ольговичи, храбрые князи, доспели на бой.
Вы же, Ингвар, и Всеволод, и все три Мстиславича,
Не худого гнезда шестокрильцы,
Не по жеребью ли победы власть себе вы похитили?
На что вам златые шеломы,
Ваши польские копья, щиты?
Заградите в поле врата своими острыми стрелами
За землю Русскую, за раны Игоря,
смелого Святославича!
Не течёт уже Сула струёю сребряной
Ко граду Переяславлю;
Уж и Двина болотом течёт
К оным грозным полочанам под кликом неверных.
Один Изяслав, сын Васильков,
Позвенел своими острыми мечами
о шлемы литовские,
Утратил он славу деда своего Всеслава,
Под червлёными щитами на кровавой траве
Положен мечами литовскими,
И на сём одре возгласил он:
«Дружину твою, князь Изяслав,
Крылья птиц приодели,
И звери кровь полизали!»
Не было тут брата Брячислава,
ни другого – Всеволода.
Один изронил ты жемчужную душу
Из храброго тела
Через златое ожерелье!
Голоса приуныли,
Поникло веселие,
Трубят городенские трубы.
И ты, Ярослав, и вы, внуки Всеслава,
Пришлось преклонить вам стяги свои,
Пришлось вам в ножны вонзить мечи повреждённые!
Отскочили вы от дедовской славы,
Навели нечестивых крамолами
На Русскую землю, на жизнь Всеславову!
О, какое ж бывало вам прежде насилие
от земли Половецкия!
На седьмом веке Трояновом
Бросил Всеслав жребий о девице, ему милой.
Он, подпершись клюками, сел на коня,
Поскакал ко граду Киеву
И коснулся древком копья до златого престола
Киевского.
Лютым зверем в полночь поскакал он из Белграда,
Синею мглою обвешенный,
К утру ж, вонзивши стрикузы,
раздвинул врата Новугороду,
Славу расшиб Ярославову,
Волком помчался с Дудуток к Немизе.
На Немизе стелют снопы головами,
Молотят цепами булатными,
Жизнь на току кладут,
Веют душу от тела.
Кровавые бреги Немизы не добром были посеяны,
Посеяны костями русских сынов.
Князь Всеслав людей судил,
Князьям он рядил города,
А сам в ночи волком рыскал;
До петухов он из Киева успевал к Тьмутаракани,
К Херсоню великому волком он путь перерыскивал.
Ему в Полоцке рано к заутрене зазвонили
В колокола у святыя Софии,
А он в Киеве звон слышал!
Пусть и вещая душа была в крепком теле,
Но часто страдал он от бед.
Ему первому и вещий Боян мудрым припевом
предрёк:
«Будь хитёр, будь смышлён.
Будь по птице горазд,
Но Божьего суда не минуешь!»
О, стонать тебе, земля Русская,
Вспоминая времена первые и первых князей!
Нельзя было старого Владимира пригвоздить
к горам киевским!
Стяги его стали ныне Рюриковы,
Другие Давыдовы;
Нося на рогах их, волы ныне землю пашут,
И копья славят на Дунае».
 
 
Голос Ярославнин слышится,
на заре одинокой чечёткою кличет:
«Полечу, – говорит, – чечёткою по Дунаю,
Омочу бобровый рукав в Каяле-реке,
Оботру князю кровавые раны на отвердевшем
теле его».
 
 
Ярославна поутру плачет в Путивле на стене,
приговаривая:
«О ветер, ты, ветер!
К чему же так сильно веешь?
На что же наносишь ты стрелы ханские
Своими легковейными крыльями
На воинов лады моей?
Мало ль подоблачных гор твоему веянью?
Мало ль кораблей на синем море твоему лелеянью?
На что ж, как ковыль-траву,
ты развеял моё веселие?»
 
 
Ярославна поутру плачет в Путивле на стене,
припеваючи:
«О ты, Днепр, ты, Днепр, ты, слава-река!
Ты пробил горы каменные
Сквозь землю Половецкую;
Ты, лелея, нёс суда Святославовы
к рати Кобяковой:
Прилелей же ко мне ты ладу мою,
Чтоб не слала к нему по утрам,
по зорям слёз я на море!»
 
 
Ярославна поутру плачет в Путивле
на стене городской, припеваючи:
«Ты, светлое, ты, пресветлое солнышко!
Ты для всех тепло, ты для всех красно!
Что ж так простёрло ты свой горячий луч
на воинов лады моей,
Что в безводной степи луки им сжало жаждой
И заточило им тулы печалию?»
 
 
Прыснуло море к полуночи;
Идут мглою туманы;
Игорю-князю Бог путь указывает
Из земли Половецкой в Русскую землю,
К златому престолу отцовскому.
Приугасла заря вечерняя.
Игорь-князь спит – не спит:
Игорь мыслию поле меряет
От великого Дона
До малого Донца.
Конь к полуночи;
Овлур свистнул за рекою,
Чтоб князь догадался.
Не быть князю Игорю!
Кликнула, стукнула земля;
Зашумела трава:
Половецкие вежи подвигнулись.
Прянул князь Игорь горностаем в тростник,
Белым гоголем на воду;
Взвергнулся князь на быстра коня,
Соскочил с него босым волком,
И помчался он к лугу Донца;
Полетел он, как сокол под мглами,
Избивая гусей-лебедей к завтраку, обеду и ужину.
Когда Игорь-князь соколом полетел,
Тогда Овлур волком потёк за ним,
Сбивая с травы студёную росу:
Притомили они своих борзых коней!
 
 
Донец говорит: «Ты, Игорь-князь!
Не мало тебе величия,
Кончаку нелюбия,
Русской земле веселия!»
Игорь в ответ: «Ты, Донец-река!
И тебе славы не мало,
Тебе, лелеявшему на волнах князя,
Подстилавшему ему зелену траву
На своих берегах серебряных,
Одевавшему его тёплыми мглами
Под навесом зелёного древа,
Охранявшему его на воде гоголем,
Чайками на струях,
Чернедями на ветрах.
Не такова, – примолвил он, – Стугна-река:
Худая про неё слава!
Пожирает она чужие ручьи,
Струги меж кустов расторгает.
А юноше князю Ростиславу
Днепр затворил брега зелёные.
Плачет мать Ростислава
По юноше князе Ростиславе.
Увянул цвет жалобою,
А деревья печалию к земле преклонило».
 
 
Не сороки защекотали —
Вслед за Игорем едут Гзак и Кончак.
Тогда враны не граяли,
Галки замолкли,
Сороки не стрекогали,
Ползком только ползали,
Дятлы стуком путь к реке кажут,
Соловьи весёлыми песнями свет прорекают.
 
 
Молвил Гзак Кончаку:
«Если сокол ко гнезду долетит,
Соколёнка мы расстреляем стрелами злачёными!»
Гзак в ответ Кончаку:
«Если сокол ко гнезду долетит,
Соколёнка опутаем красной девицей!»
 
 
И сказал опять Гзак Кончаку:
«Если опутаем красной девицей,
То соколёнка не будет у нас,
Ни будет и красной девицы,
И начнут нас бить птицы в поле половецком!»
 
 
Пел Боян, песнотворец старого времени,
Пел он походы на Святослава,
Правнука Ярославова, сына Ольгова,
супруга дщери Когановой.
«Тяжко, – сказал он, – быть голове без плеч,
Худо телу, как нет головы!»
Худо Русской земле без Игоря!
 
 
Солнце светит на небе —
Игорь-князь в Русской земле!
Девы поют на Дунае,
Голоса долетают через море до Киева,
Игорь едет по Боричеву
Ко святой богородице Пирогощей.
Радостны земли,
Веселы грады! —
Песнь мы спели старым князьям,
Песнь мы спели князьям молодым:
Слава Игорю Святославичу!
Слава буйному туру Всеволоду!
Слава Владимиру Игоревичу!
Здравствуйте, князья и дружина,
Поборая за христиан полки неверные!
Слава князьям, а дружине аминь!