Текст книги "Краткое содержание «Русский доктор Илья Мечников. Путь к Нобелевской премии»"

Обзор по книге «Русский доктор Илья Мечников. Путь к Нобелевской премии»,
Автор обзора: Валерий Чумаков

Жизнь к людям несправедлива, это 30-летний Илюша Мечников знал прекрасно. Вот он, безусловно, умный, способный, занимается чрезвычайно важными делами. А что получает взамен? Грошовую зарплату преподавателя, на которую и кошке прожить сложно. Первая жена умерла от туберкулеза, не оставив детей, а сейчас и вторая умирает от брюшного тифа. И никто ему не помогает, и никто не поможет, потому, что никому не нужен, ни он, ни его труды.

Ольга, конечно умрет. Но раз так, то с ней вместе умрет и он. Илья набрал в шприц специально подготовленную культуру бактерий возвратного тифа, стравил воздух, аккуратно ввел иглу в вену и нажал на поршень.

Вундеркинд

Илья не мог надеяться на богатое наследство. Его отец, Илья Иванович Мечников, служивший в царской охране, еще до рождения сына успел проиграть в карты большую часть приданного, которое дал за своей дочерью Эмилией богатый еврейский писатель Лев Невахович. Осталась небольшая деревня Ивановка, расположенная недалеко от Харькова, куда жене и удалось утащить непутевого супруга. Именно здесь в мае 1845 года у них родился пятый ребенок, названный в честь отца Ильей.

Несмотря на семейные неурядицы и сложное материальное положение, матери удалось дать Илюше хорошее образование. Он блестяще учился в Харьковском лицее, уже в шестом классе перевел с французского языка книгу Груве «Взаимодействие физических сил», а в 16 лет опубликовал в московском журнале свою первую статью, в которой раскритиковал учебник по геологии.

Получив в 1862 году вместе с аттестатом зрелости золотую медаль, Илья решил продолжить обучение в Вюрцбургском университете, куда и отправился не мешкая. Однако по прибытии в Германию он обнаружил, что немного поторопился: до начала занятий оставалось еще почти два месяца, которые надо было где-то прожить на крайне скудные средства. Пришлось возвращаться в Харьков и поступать в университет на физико-математический факультет уже там. В Харьковском университете юноша проучился недолго, меньше года. После чего подал заявление с просьбой об отчислении. В одном из ведущих ВУЗов империи его не устраивал темп обучения. Терять на учебу четыре года Илье не хотелось, поэтому, уйдя из университета, он за год освоил оставшуюся программу и уже в 1864 году сдал экстерном экзамены за весь курс.

Молодой профессор

После получения диплома юный Мечников уехал к Северному морю, на остров Гельголанд, где взялся за написание докторской диссертации на тему эмбрионального развития рыб и ракообразных. Три года он провел, практически не отрываясь от окуляра микроскопа, и катастрофически испортил себе зрение. Однако сделал множество замечательных открытий, – например, обнаружил чередование в поколениях гермафродитного и полового способов размножения у ряда паразитов.

Получив в 1867 году докторскую степень и должность преподавателя биологии и сравнительной анатомии Петербургского университета, 22-летний Илья Ильич переехал в столицу империи. Нельзя сказать, что он был рад такой перемене в жизни: меланхоличному, небогатому и нелюдимому Мечникову гораздо уютнее было на далеком, забытым и Богом острове.

Илья Ильич Мечников

Короткое семейное счастье

С Людочкой Федорович молодой ученый случайно познакомился на обеде у общих знакомых Бекетовых. Молодая, миниатюрная, тихая девушка покорила Илью своей мягкостью, добротой, загадочной печалью в глазах и бледностью кожи. Последним двум чертам было объективное объяснение: к моменту знакомства девушка уже болела чахоткой, как тогда называли туберкулез. Несмотря на смертельную болезнь возлюбленной, Илья предложил Людочке стать его женой. Девушка уже была до того ослаблена чахоткой, что с трудом передвигалась, поэтому в церковь невесту вносили на кресле.

Для того чтобы достать деньги на дорогостоящее лечение, Мечников выкручивался как мог. Он бросил Петербург и переехал с женой в Одессу, климат которой был более благоприятен. Илья Ильич читал публичные лекции и курсы студентам, делал переводы, даже писал стихи в газету. Практически все деньги уходили на лечение, но оно не помогло. 20 апреля 1873 года Людмила Васильевна умерла.

Произошло это на Мадейре, куда Мечников, по совету врачей, вывез тяжело больную супругу. После того, как эта слабенькая ниточка, связывавшая Илью с земной жизнью, оборвалась, он решил, что дальше тянуть не стоит и вколол себе ударную дозу морфия. К счастью, она оказалась слишком большой и, прежде чем организм получил смертельное отравление, Мечникова банально стошнило. Это и спасло ему жизнь.

Новая надежда

Пустота в душе требовала наполнения, и вскоре в сердце Ильи поселилась новая девушка – студентка Одесского университета, в котором Мечников преподавал, Олечка Белокопытова. Ольга была младше Ильи на 13 лет, но для того времени подобная разница в возрасте была чуть ли не правилом. Девушки, «засидевшиеся», до 20 лет получали клеймо старой девы, а вот мужчины, напротив, женились только после того, как чего-то добивались в своей жизни, – в 30-35 лет. Нельзя сказать, что Илья в материальном плане добился многого, но имя его уже пользовалось среди ученых некоторым авторитетом. Свадьба состоялась в феврале 1875 года.

Однако злой рок продолжал преследовать ученого. Вскоре Ольга заболела брюшным тифом. Болезнь прогрессировала, а врачебные прогнозы были самыми неутешительными. Молодой супруг поклялся, что разделит судьбу жены, и ввел себе препарат возвратного тифа – смесь блошиной и клещевой разновидности. Это удивительно, но клятву ему сдержать удалось, ибо и сам он, и Ольга после этого пошли на поправку и, наконец, полностью выздоровели. Более того, необъяснимым образом после тяжелой болезни у Мечникова значительно поправилось зрение. Словно взяв на себя судьбу дочери, вскоре почти одновременно умерли отец и мать Ольги, оставив старшей дочери «в наследство» двух маленьких братьев и трех сестер.

Последнее Мечникова даже обрадовало: несмотря на тяжелое материальное положение, он мечтал о детях, но ни первая, ни вторая жена ему родить не смогла. Зато теперь у него в семье появилось пятеро малолеток, о которых он мог заботиться, а о нем самом нежно и преданно заботилась супруга.

Эмиграция и великое открытие

Удивительно, но все стрессы и потрясения не сломили пессимистичного Мечникова окончательно. Напротив, он стал веселым и жизнерадостным, любил свою внезапно расширившуюся семью, дважды спасенную Богом жизнь, своих студентов и свою работу, науку. Правда, отдаться любимому делу до конца мешала чрезвычайная политизированность жизни в России конца XIX века. После убийства в 1881 году царя Александра II накал политических страстей в Одессе и в университете, где преподавал Мечников, достиг такого градуса, что нормально работать стало просто невозможно. Мечников подал в отставку и переселился с семьей в тихую итальянскую Мессину.

Здесь он и совершил открытие, навсегда прославившее его имя. Вроде бы, что можно узнать полезного, наблюдая за поведением зародышей морской звезды? Обычные люди могут посчитать такое занятие блажью, удовлетворением собственного любопытства, не имеющим практического смысла. Но смысл нашелся: зорко наблюдая за жизнедеятельностью этих прозрачных организмов, Илья Ильич заметил, что внутри них тоже кипит своя жизнь. В теле зародышей звезд «разгуливали» довольно большие клетки, которые, судя по всему, охотились на всевозможные, попавшие в организм, чужеродные тела: мелкие бактерии и посторонние частицы. Найдя объект, клетки окружали и поглощали его. Эти странные агрессивные существа доктор Мечников назвал фагоцитами – «пожирающими клетками».

В самом наблюдении ничего нового не было, ученые уже давно знали об этом процессе и считали, что таким образом организм распределяет внутри себя чужеродные вещества, разводя их по разным веткам кровотока. Но Мечникова такое предположение не удовлетворило, и он выдвинул свою версию. С его точки зрения, основной задачей фагоцитов была борьба с попадавшими в организм болезнетворными микробами и другими вредными объектами. Те же цели преследовали и подобные им, но живущие в крови человека и прочих высших животных белые кровяные тельца – лейкоциты.

«Согласно этой гипотезе, – писал Мечников, – болезнь должна рассматриваться как борьба между патогенными агентами – поступившими извне микробами – и фагоцитами самого организма. Излечение будет означать победу фагоцитов, а воспалительная реакция будет признаком их действия, достаточного для предотвращения атаки микробов».

Такое объяснение вызвало в кругах биологов и медиков неудержимый смех. Это же надо – войны в крови! И кто о них говорит? Человек, у которого даже нет медицинского образования! Тогда всем было прекрасно известно, что пришлые бактерии в крови уничтожаются не какими-то фагоцитами, а специальными, вырабатываемыми организмом, веществами.

Мечников не сдавался и продолжал упорно отстаивать свою теорию. Конечно, смеялись над ним не все, были у ученого и сторонники. В 1886 году его пригласили вернуться в Одессу и возглавить только что созданный Бактериологический институт. Илья Ильич принял предложение, вернулся и продолжил изучать жизнь фагоцитов. Ученый наблюдал за тем, как их отряды действуют в крови собак, кроликов и обезьян, уничтожая армии бактерий, вызывающих тиф и рожистое воспаление. Ведомые им «пожиратели» успешно побеждали холеру у кур и сибирскую язву у овец.

В 1887 году, пожалуй, самый уважаемый тогда микробиолог Луи Пастер пригласил Мечникова возглавить в парижском институте новую лабораторию. Несмотря на то, что Пастер не мог предложить Мечникову большую зарплату, он гарантировал максимальную поддержку исследований, и Илья Ильич с радостью согласился. В Париже его семья весь год жила на улице Дюто, рядом с институтом, а летом все перебирались на дачу в Севр.

Илья Мечников с женой Ольгой (Белокопытовой) в Севре

Бессребреник

В институте Мечников продолжал с утроенной энергией наблюдать за фагоцитами и учился ими «командовать». В телах подопытных животных он устраивал настоящие воинские ученья и смертельные битвы, наблюдая за тем, как армии защитников и агрессоров действуют в различных ситуациях. Со временем к «генералу фагоцитов» пришел опыт, он освоил тактику и стратегию «военных действий», разработал методики, которые усиливали иммунитет. Все больше сражений, проходивших под его наблюдением, заканчивались победой.

Беда в том, что такие исследования требовали вложения больших средств – на покупку животных, реактивов и дорогостоящего оборудования, а средств как раз не хватало. Ученый был начисто лишен всяческой коммерческой жилки, часто он просто «отдавал» замечательные идеи, на которых другие зарабатывали миллионы.

В 1907 году Мечников изобрел замечательный способ производства кефира и простокваши, которые были полезны для иммунитета и препятствовали старению. Способ этот используется до сих пор. Если бы ученый оформил патент, денег с лихвой хватило бы и ему, и его потомкам. Но он просто изложил способ в научном труде «О діэтическомъ значеніи «кислаго молока» проф. Мечникова», сделав открытие общедоступным.

Материальный перелом в жизни ученого произошел в 1908 году. Сначала институт Пастера получил по завещанию одинокого миллионера Ифла-Озириса все его состояние – 28 миллионов франков. Теперь ученый уже мог получать за свой труд достойную оплату. А, спустя несколько месяцев, Мечников получил известие, что Нобелевский комитет решил присудить ему и его коллеге Паулю Эрлиху из Института разработки и контроля сывороток в Франкфурте-на-Майне, премию по физиологии и медицине «за труды по иммунитету».

Нобелевский лауреат

На церемонии вручения премии профессор Каролинского института К. Мернер сказал: «После открытий Эдварда Дженнера, Луи Пастера и Роберта Коха оставался невыясненным основной вопрос иммунологии: каким образом организму удается победить болезнетворных микробов, которые, атаковали его, смогли закрепиться и начали развиваться? Пытаясь найти ответ на этот вопрос, Мечников положил начало современным исследованиям по иммунологии и оказал глубокое влияние на весь ход ее развития».

Нобелевская премия окончательно сломала стену, стоявшую между научным миром и Мечниковым. Отныне ученый стал признанным авторитетом, имя его произносили с пиететом, труды почти не подвергали сомнению, все, что он публиковал, принимали как истину. Теперь Мечникова награждали медалями, давали почетные звания, приглашали на престижные должности. За ним и членами его семьи охотились журналисты, и каждый ребенок знал, кто такой русский доктор Мечников.

От былого пессимизма Ильи Ильича не осталось и следа. Напротив, мир увидел жизнерадостного, веселого человека, который призывал всех пить простоквашу и говорил: «Нобелевская премия, подобно волшебному жезлу, впервые открыла миру значение моих скромных работ».

Умер Илья Мечников 2 июля 1916 года, в возрасте 71 года, в Париже. Причиной смерти ученого стал инфаркт. До конца жизни он продолжал воевать с бактериями в своей лаборатории, и главными его врагами были туберкулез и брюшной тиф. Победить тиф ему удалось, а вот с чахоткой он справиться не успел. Прямо, как в жизни…