Читать книгу "В объятиях офицера"

Глава 5

Женя

От его вопроса тут же пропадает аппетит.

Я понимаю, что, в принципе, он имеет полное право задавать вопросы. Но я вообще не в настроении, чтобы кто-то посторонний лез в мою жизнь. Обсуждать свои неудачи тяжело даже с близкими.

– Упала, Виктор, – отвечаю тихо.

Он усмехается.

– Понял, – просто сказал и вернул все внимание к завтраку.

Вот так просто?

Даже не стал дальше расспрашивать.

Странный он, этот Виктор.

Я украдкой рассматривала его. Мужчину нельзя назвать классическим красавцем, но он притягивает взгляд. Есть в нем что-то звериное и первобытное. О таких, как он, обычно женщины мечтают по ночам.

– Я сейчас уеду, – говорит мужчина. – На столе в прихожей оставлю ключи и деньги, купи все, что надо.

– Нам ничего не надо, – тут же отвечаю.

– Купи все, что нужно для Ангелины, – настаивает. – Меня не будет часа четыре, ляг тоже отдохни.

Виктор выходит из кухни, а я быстро мою посуду и иду обратно в комнату. Прислушиваюсь к звукам. И вот уже через десять минут слышу, как закрылась входная дверь, перевожу дыхание.

– Господи, – бормочу я.

И что мне делать?

Поворачиваюсь лицом к Лине, она так сладко спит. Я улыбаюсь, закрываю глаза и моментально засыпаю. А просыпаюсь от того, что моя красотка уже встала и требует внимания. Я целую и обнимаю ее, а потом веду завтракать. У Ангелины отличное настроение. Ей очень нравится квартира Виктора, она носится туда-сюда, а потом и вовсе идет Барсика кормить.

А у меня сердце сжимается от боли и обиды, что я не могу ей дать такую же квартиру, чтобы она чувствовала себя свободно и в безопасности. Я иду в комнату, достаю из сумки деньги, пересчитываю, хоть и до копейки знаю, сколько там. Мне не хватит этих денег, чтобы оплатить первый и последний месяц съемного жилья. Можно посмотреть в объявлениях комнату, но мне страшно вот так снимать. Но я понимаю, что здесь оставаться нельзя. Виктор просто предложил по доброте душевной, просто человек хороший. Зачем ему наши проблемы?

– Ангелиша, давай собираться.

Малышка без лишних слов и капризов идет одеваться. Я надеваю ей шорты и тунику, а сама надеваю легкий сарафан. Беру сумки и зависаю в коридоре, раздумывая над тем, как дверь закрыть-то. Все же беру ключи, решаю, что потом отдам владельцу квартиры.

Мы с моей любовью выходим под палящие лучи летнего солнца. И просто идем, куда глаза глядят.

У меня не было доступа в интернет, поэтому мы зашли в интернет-кафе. Я посадила Линку себе на колени. На одной половине экрана включила ей мультики, а на другой – искала нам жилье. Позвонила по нескольким заинтересовавшим местам, некоторые можно посмотреть сегодня.

Я немного воодушевилась такой удачей. Надеюсь, что мы найдем подходящее место. После интернет-кафе мы с Линкой пошли в супермаркет, и я там оставила наши вещи в камере хранения, чтобы не таскаться с ними по всему городу.

Мы поехали смотреть одну комнату, но как только хозяйка увидела Лину, то сразу отказала. Что было странно, я же предупреждала, что с ребенком. Я была такая злая, что высказала все, что о ней думаю. Дом находился вообще на другом конце города! Мы добирались туда на трех маршрутках.

Теперь поехали в другое место. Я вижу, что малая уже устала. Но выбора особо нет. Нас встречает хозяин. Это его квартира. Жилье, вроде чистое и хорошее, но мне не понравился этот мужчина. То, как он смотрел, вызывало мурашки. Мы немного поболтали и ушли.

Нет. Там мы точно жить не будем.

– Мам, я хочу есть, – говорит дочь.

Я смотрю на небо, уже начало темнеть. День просто пролетел. Я понимаю, что мне придется вернуться к Виктору, если он, конечно, пустит, а если нет… То я не знаю, что делать. Но я старалась не думать об этом. Буду решать проблемы по мере их поступления.

Мы с Линой вернулись за вещами, а потом пошли к дому. Поднялись на нужный этаж.

Перед дверями в квартиру я засомневалась. Топталась с ноги на ногу.

– Мам, я хочу писять, – громко сказала Ангелина и свела ножки вместе.

Я только хотела вставить ключ в замок, как дверь открылась. Нас впустил Виктор. На нем была футболка и спортивные штаны.

– Привет, Виктор! – закричала Лина и пробежала мимо него в туалет.

А я так и осталась за дверью, прижимая сумки к себе. Мужчина шумно выдохнул и забрал вещи из моих рук.

– Картошка с мясом на плите, – сказал, не оборачиваясь.

Я зашла все же в квартиру, и мне снова захотелось рыдать.

– Спасибо, – прошептала и привалилась к стене в коридоре.

– Как погуляли? – вышел ко мне и прислонился к противоположной стене.

– Плохо. Я искала квартиру и ничего не нашла.

– Я же сказал, чтобы здесь остались. Квартиру невозможно найти за один день. Нельзя выбирать жилье впопыхах.

Смотрит серьезно. Я понимаю, что он прав. Но.. Но он же совсем чужой человек!

– Я подумала, что так будет лучше для тебя. Мы тебе мешаем…

– Не надо думать за меня, Женя, – резко обрывает меня. – Я уже сказал тебе все. Живите сколько хотите.

– Но почему? – смотрю на него в ответ. – Ты же нас даже не знаешь! Ничего не спрашиваешь. Пустил совершенно посторонних людей в свой дом.

Он долго молчит, я думала, что уже не ответит.

– Потому что в жизни должно быть добро. Иначе можно сдохнуть.

Мужчина оттолкнулся от стены и, хромая, пошел к себе в комнату.

Кто же ты такой, Виктор?

Глава 6

Женя

Линка быстро справила нужду и уже вовсю играла со своими игрушками. Моя малышка, как и любой ребенок, очень шумная. Я пытаюсь объяснять ей, что нужно вести себя тише, но она не особо меня слушает.

Я переоделась и вышла на кухню, чтобы разогреть еду. Мне было очень непривычно и не по себе, что для нас кто-то готовил. Я заглянула в кастрюлю и обнаружила там пюре и курицу в сковороде. Я разложила по тарелкам, заварила чай, усадила Ангелинку за стол. Мы стали ужинать, я с удивлением поняла, что картошка без комочков и курица довольно вкусная. Ничего себе. Мне кажется, в наше время большая редкость, когда мужчина умеет готовить что-то, помимо полуфабрикатов.

Мы как раз заканчивали есть, когда на пороге появился Виктор. Я в очередной раз удивилась, насколько он мощный и большой. Видно, что он держит себя в отличной физической форме. Мне стало любопытно, почему он хромает, что случилось. Но, естественно, вопросов я не задавала.

– Виктор! Я сегодня видела розовую собаку! Она была такой красивой, – завизжала Ангелина.

– Тише, – шикнула я.

Но дочь выплескивала свой восторг и рассказывала абсолютно рандомные вещи. Казалось, что мужчина внимательно следил за ее рассказом, хоть она и перепрыгивала с темы на тему.

– Извини, – пробормотала я.

– Нормально все.

Он налил себе стакан воды и залпом выпил.

– Малую уложишь спать, приходи – поговорим, – произнес небрежно и снова скрылся в своей комнате.

А у меня внутри все похолодело.

Я как бы понимала, к чему все идет. Но оказалась совершенно не готова к этому.

Я постаралась взять себя в руки. Я же была готова согласиться на помощь Игоря, буквально прямым текстом сказала, что готова на все ради крыши над головой и безопасности дочери. Естественно, Виктор тоже не будет нас держать у себя по доброте душевной. Он здоровый взрослый мужчина, а я привлекательная женщина…

Остаток вечера я сидела, как на иголках, но, глядя на Ангелину, на ее счастливое личико, я поняла, что готова терпеть практически все. Мы подготовились ко сну, и малышка быстро заснула.

Я взяла вещи и пошла в ванную. Я очень долго стояла под душем и разговаривала сама с собой.

– Все нормально, Жень. Все будет хорошо, – проговаривала тихо, как мантру.

Я вытерлась полотенцем и надела на себя легкий домашний халат. Каждый шаг к дверям Виктора давался мне с трудом. Сердце молотило о ребра набатом. Меня всю потряхивало.

Я постучала в дверь и, когда услышала “войди”, быстро прошмыгнула внутрь, плотно закрыв за собой дверь. Виктор смотрел на меня с легким удивлением, как мне показалось. Но я не стала ничего анализировать. Надо просто сделать. Как с пластырем.

Было ли мне страшно? До суеверного ужаса.

Казалось, что я предаю саму себя.

У меня был всего один мужчина. Я его любила. Мишка был для меня первым во всех смыслах. И как бы больно мне ни было, жизнь продолжается. Да, без него она стала серой, но я не могу себе позволить рисковать безопасностью нашей малышки.

Я иду к Виктору, он смотрит на меня, приподняв брови. А мои глаза блуждают по его лицу, по его телу. Я прислушиваюсь к себе и с удивлением понимаю, что мысль о том, что он будет меня трогать, не вызывает приступ тошноты,как бывало обычно.

Мужчина сидит на кровати, широко расставив ноги, а я становлюсь между ними. Делаю глубокий вдох и чиркаю молнией на халате, он распахивается, я скидываю его с плеч. Я абсолютно голая.

Виктор ни на секунду не опустил взгляд ниже моего лица. Но я замечаю, как потемнели его глаза, как в них загорается желание. Он медленно встает, и я чувствую, как ткань его одежды щекочет мою кожу. В легкие моментально забивается его запах.

Мы оба молчим.

А я начинаю нервничать.

В моей голове он уже должен был повалить меня на кровать и жестко взять. Но он просто рассматривает меня.

Я начинаю переживать. А что если, я ему не понравлюсь? Что если он скажет уходить прямо сейчас? А нам просто некуда! Я боюсь этого жутко. Потому что я не могу провести с ребенком еще одну ночь на улице. Я просто не могу. Меня захлестывает такое отчаяние.

Я тянусь к рукам мужчины, беру в свои ладони. Одну его ладонь опускаю себе на талию, а вторую – на попу. Виктор шумно втягивает в себя воздух. Меня колошматит мелкой дрожью. Он легонько сжимает мою ягодицу, я вздрагиваю сильнее и закрываю глаза.

Все нормально, все хорошо.

– Женя, посмотри на меня, – говорит мужчина.

Я открываю глаза.

– Одевайся, – говорит и убирает с моего тела руки.

Меня захлестывает паника.

– Н-нет, пожалуйста. Я… Я готова.

– Готова к чему, Женя? Ты мне предлагаешь трахать тебя насухую? Или воспользоваться смазкой?

– Я… Я потерплю, – говорю тихо.

Он смеется, но в его смехе ни грамма веселья.

– Я не хочу, чтобы ты терпела. Я хочу, чтобы женщина подо мной орала от кайфа, а не морщилась от отвращения.

– Ты мне не противен.

– Рад слышать. Но секса у нас не будет. Пока сама не захочешь, пока течь не будешь. Одевайся, и мы поговорим. Просто поговорим. Буду ждать тебя на кухне.

Сгорая от стыда и унижения, я поднимаю халат и быстро надеваю его на себя.

Господи, что же я натворила? Дура! Идиотка!

Я практически бегу к двери, но меня останавливает голос Виктора.

– Все что сейчас было – забудь. Не грузись по этому поводу. Нормально все. И приходи поговорить.

Глава 7

Женя

Легко сказать – не грузись.

Я забежала в комнату и закрыла за собой дверь. Сердце стучало, как сумасшедшее, что пришлось ладонь на грудь положить, чтобы оно ребра не проломило.

Боже, боже, боже.

О чем я только думала?

Пришла и разделась перед Виктором!

Я вообще уже разум потеряла?

Что же он сейчас подумает?

А если скажет собирать вещи и уходить?

Какая же идиотка! Просто дура набитая.

А как теперь в глаза ему смотреть? Стыд какой.

Ведь он ждет, поговорить хочет…

Выбора особого у меня не было, и времени грызть себя тоже.

Я снимаю злополучный халат и надеваю нижнее белье, домашние штаны и футболку. Если бы у меня был скафандр, то я непременно бы в него нарядилась.

Смотрю на дочь, она сладко спит. Я несколько раз целую ее в щечку и говорю, что все будет хорошо. Делаю несколько глубоких вдохов и выхожу за дверь. По коридору иду, словно по эшафоту. Трусливо заглядываю на кухню, вижу, что Виктор стоит на балконе и курит. Он замечает меня, словно на затылке глаза, делает затяжку и с прищуром рассматривает меня. Я тут же вспыхиваю. Он кивает, чтобы к нему зашла, я делаю, что приказывает.

– Садись, – говорит, показывая на плетеное кресло.

Я сажусь на него и сразу же подтягиваю ноги к груди, обнимаю колени. Замечаю, что на столике стоит две кружки. Одна с кофе, другая с чаем.

– Я… Я хочу извиниться за… – я никак не могу вытолкнуть из себя слова.

– Проехали, сказал же, – Виктор делает глубокую затяжку и тушит окурок в пепельнице, садится в кресло. – Чай пей и рассказывай.

Я хватаюсь за чашку, словно она может сейчас меня спасти. Делаю глоток, но от нервов не чувствую вкуса.

– Я даже не знаю, с чего начать, – говорю честно.

– Где отец Ангелины?

– Он… Умер еще до ее рождения, – отвечаю тихо. – Так и не узнал, что она у нас будет.

Мне не хочется говорить о своем прошлом. Вообще. Но Виктор заслуживает правды. Поэтому я рассказываю все быстро и сухо.

– И вот тетка нас выгнала. Идти мне больше некуда. Моих сбережений не хватает ни на что. Я стараюсь, правда стараюсь. Но… Меня не хватает. Мне постоянно кажется, что Лина несчастна со мной, что я ей всего не додаю. Постоянно думаю о том, что я плохая мать. Блть, – ругаюсь, не выдержав. – Я даже в садик ее оформить не могу, потому что у меня прописки нет. Я с ужасом думаю, что делать со школой. А самое ужасное – я не знаю, как вылезти из ямы. Такое чувство, что я тону. Что бы я ни сделала, все становится только хуже.

Чувствую, как по щеке течет одинокая слеза, и быстро ее стираю.

Я не жалею себя, нет. Это просто правда. Вот такая уродливая, как есть.

– Ты хорошая мать, Женя, – говорит Виктор.

Он весь мой рассказ слушал меня молча, вникал в каждое слово, не комментировал.

Я печально улыбаюсь. Потому что я не чувствую себя таковой.

– Вопрос с пропиской и жильем считай решен. Останетесь здесь.

– Я не могу. А вдруг, – и тут я холодею от ужаса.

Я тут же смотрю на его правую руку – кольца нет. Но как же я раньше не додумалась, что у него может кто-то быть? Сейчас многие и не носят кольца. Может, у него девушка, и все серьезно.

– Тормози, Женя, – говорит и снова прикуривает. – Нет у меня никого, – говорит, словно мысли мои прочитал.

– Я бы вообще с ума сошла, – говорю честно.

– Я так и понял.

– Но я все равно не могу злоупотреблять твоим гостеприимством. Мешать. Ангелинка классная, но когда у нее плохое настроение, то вокруг плохо всем.

– Слушай, вот что у тебя за привычка такая решать за всех? Я же сказал, что мешать не будете. Места в квартире полно. А если ребенок орет – это нормально. Она же взрослеет, растет. Ты просто меня плохо знаешь, поэтому так паришься. Если бы я не хотел вас приглашать, то оставил бы там на лавочке, – говорит серьезно.

– Я вообще не знаю тебя, Виктор, – замечаю.

Он хмыкает и протягивает мне ладонь.

– Виктор Валдаев. Можно просто Вик.

Я протягиваю свою.

– Евгения Светлова, можно Женя.

Как только наши ладони соприкасаются, меня словно током шарахает. Я вздрагиваю, и Виктор, то есть Вик, тут же разжимает ладонь.

– Вот и познакомились. У меня есть друзья в МВД, с пропиской помогут, документы подготовь.

Я сижу, слушаю мужчину и просто не могу поверить своим ушам. Он говорит все так просто и складно, что мне хочется ущипнуть себя. Неужели мне повезло? Мне? Или я делаю огромную глупость, доверяя первому встречному? Но когда верить в чудо, если не сейчас.

А еще… Еще внутри такое странное чувство. Никто не решал за меня мои проблемы. Нам с Линкой вообще никто никогда не помогал, всегда сами. А тут словно гора с плеч. Такое чувство облегчения, что плакать хочется.

– Спасибо, Вик, – говорю искренне. – Ты даже не представляешь, что твоя помощь значит для меня. Если бы я располагала возможностями, то никогда не согласилась. Но у меня правда безвыходная ситуация, если бы не Линка…

– Женя.

– Нет, послушай, пожалуйста, я хочу, чтобы ты понял. У меня же нет ничего. Вообще. Кроме гордости, понимаешь? И я готова растоптать ее ради ребенка. На все готова.

Наверное, каждая мама меня поймет.

– Говорю же, хорошая ты мать, Евгения Светлова. Я не претендую на твою гордость, Женя.

– А если встретишь кого-то, а тут мы? – все же не могу удержаться.

Ну, а что? Он здоровый мужик, таким секс подавай на завтрак, обед и ужин.

– Если прижмет, то в городе полно отелей. На крайняк можно в машине, правда, неудобно, я лет пятнадцать такое не практиковал.

Я почему-то смеюсь.

Не знаю почему.

– Поверю на слово.

Вик тоже улыбается.

Ему идет улыбка.

– Так что будем дружить, Женя.

– Будем.

Глава 8

Женя

Прошло две недели с тех пор, как Вик пустил нас к себе. Мы понемногу притираемся друг к другу. Хотя, в принципе, притирок у нас и нет. По большей части мы с Ангелишкой сами по себе. Виктор большую часть времени проводит в комнате, а мы не мешаем.

Я убираю в квартире, готовлю еду и хватаюсь за каждую подработку. Валдаев, как и обещал, решил вопрос с пропиской, и мне удалось устроить дочь в детский сад, правда, пришлось отдать ее в платный, потому что в государственном небыло мест. Виктор взял на себя оплату, как бы я ни упиралась, он пошел и оплатил год до конца. Сказал, мое дело водить ребенка или нет.

Я бы не водила, потому что это ненормально, что он за все платит. Я чувствую себя ужасно. Но Лине так сильно нравится в садике, что пришлось сцепить зубы и водить. Тем более сад в пешей доступности.

Вот как раз утром отвела малую в сад, и мне никуда не нужно сегодня. Виктор ушел еще раньше нас. Я решила, что пора снова помыть полы. Переоделась в шорты и топик, чтобы ничего не мешало, потому что полы я люблю мыть именно руками, не используя никакие гаджеты, так, мне кажется, получается намного чище. Включила музыкальный канал и приступила к работе.

Я как раз из комнат перешла в коридор, когда услышала, что в дверь звонят. Странно, неужели Вик забыл ключи?

– Осторожней, я полы мою, – говорю, открывая дверь и тут же замираю.

На пороге стоит не Виктор.

Два огромных мужика, под два метра ростом каждый. Они заняли собой все свободное пространство. Смотрят на меня цепко, такое ощущение, что от их взгляда ничего нельзя скрыть. Я хватаюсь за дверь, внезапно начиная нервничать.

– Здравствуйте, – здоровается один из них.

– Доброе утро, – отвечаю я.

– Вик дома? – спрашивает другой.

– Нет, он ушел.

– Давно?

– Давно.

– Тогда мы подождем, – произносит, и потом оба делают шаг вперед.

А я хватаюсь за дверь и прикрываю, оставляя небольшое пространство.

– Извините, но я не стану пускать вас в квартиру, – говорю спокойно.

Хотя я очень далека от спокойствия. Эти громилы могут мизинцем отодвинуть меня от двери. Но я реально не собираюсь их пускать. Я их не знаю, и Виктор не говорил, что ждет гостей. Тем более они – незваные гости, раз не знают, что его нет.

Оба мужика смотрят на меня с удивлением.

– Дорогуша, – кривит один из них губы в улыбке. – Валдай будет нам рад.

– Охотно верю. Но в квартиру я вас не пущу. Можете подождать во дворе, там удобные лавочки.

Один из них смотрит на меня, а потом начинает ржать.

– Блть, где Валдай откопал тебя? Там еще такие есть?

Я тут же вспыхиваю.

– До свидания, – говорю и захлопываю дверь прямо перед их носами.

Закрываюсь на все замки.

Сердце заходится в легкой панике. А если они и правда друзья Виктора, а я повела себя, как дура? Но я же не могла добровольно пустить в квартиру двух подозрительных мужиков! Я заглянула в глазок на двери, они все еще стояли у квартиры! Я побежала за телефоном и набрала номер Виктора. Обычно я ему не звоню. Вообще, точнее, не звоню.

– Слушаю, Женя, – тут же отвечает на вызов мужчина.

– Алло, Вик, привет… Еще раз, – промямлила, как дура. – Я сейчас полы мыла, ну, музыку слушала, как раз собралась мыть коридор… – я не знаю почему, но я до сих пор теряюсь рядом с ним.

– Тебе нужен мой совет по поводу мытья полов? – спрашивает ровно.

А я до сих пор не понимаю, когда он шутит, а когда говорит серьезно. Поэтому вспыхиваю.

– Нет, я звоню по другому поводу.

– С Линой все нормально?

– А? Да, она в садике. Ей там очень нравится. Вик, еще раз спасибо большое, ты даже не представляешь, сколько это значит для…

– Женя, – перебивает. – Ближе к делу. Ты мыла полы, и дальше что?

– А дальше звонок в дверь! Я выключила телевизор, открываю, а за дверью стоят два амбала, спрашивают тебя. Я им сказала, что тебя нет, а они сказали, что подождут внутри. Ну, а я их не пустила. Как я их пущу, правильно? Или надо было впустить? Впустить? Они вроде до сих пор стоят возле двери…

– Не надо их впускать. Ты умница, все правильно сделала. Я буду через час.

– Хорошо. До встречи, – говорю хрипло.

Господи, каждый раз, когда он меня хвалит, со мной происходит что-то странное.

Я быстро домываю полы и бегу в душ. Там ополоснулась и надела на себя велосипедки и футболку, прикрывающую задницу. Провела ревизию в холодильники и решила, что сегодня не буду ничего готовить, еды полно.

Я выглянула с балкона на улицу и заметила тех двух мужчин. Сидят там, куда я их послала: на лавочке. Я вернулась на кухню и сделала себе кофе. Только сделала глоток, как услышала, что дверь открывается.

Выглянула в коридор и увидела Виктора. Сердце сбилось с ритма, к кардиологу, что ли, записаться? Я улыбнулась ему, а он мне подмигнул. А следом за ним вошли те два бугая.

– Обувь снимайте, – говорит Валдаев. – У нас полы помыты.

Я почувствовала, как щеки начинают гореть, все же не соврали они, действительно знакомые Вика.

– Это Егор и Саша, а это – Женя, – представил на Виктор.

– Здравствуйте, – пропищала я и замерла, не зная куда себя деть.

– Блть, Валдай, она стояла на страже, как прекрасная валькирия. Думал, что тряпкой половой погонит.

– Я могла, – серьезно киваю, и они начинают ржать.

Я отхожу в глубь кухни, потому что мужчины проходят сюда же.

– Чай, кофе, еду разогреть? – начинаю суетиться и прикидываю, чем можно накормить трех огромных лбов.

– Жень, не суетись, – говорит Виктор и кладет ладони мне на талию.

Я тут же замираю, потому что от его прикосновений мне становится жарко. Еще и мурашки узорами расходятся по коже. И я так не вовремя вспоминаю, как разделась перед ним…

Я понимаю, что это был обычный жест, чтобы я не мельтешила. Или это был собственнический жест? Неужели он показывал своим друзьям, что я под запретом? Да нет, бред же. Или нет?

Ох.

Я запуталась.

– Мы все сами.

– Я тогда пойду, – шепчу и, схватив свою кружку, вылетаю из кухни.

Но перед тем, как зайти в комнату, слышу, как кто-то спрашивает:

– Она ох*енная, где нашел? Теперь понятно, почему на работу не спешишь возвращаться.

Что Виктор ответил, я не слышу, потому что закрыла дверь в комнату.

На замок.