Читать книгу "Всё чудесатее… Стиховорения"

Всё чудесатее…
Стиховорения
Вера Мещерская

© Вера Мещерская, 2017

ISBN 978-5-4490-0671-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Шуту

C l o w n. But, indeed, words are very rascals, since bonds disgraced them.

Shakespeare W. Twelfth Night, or What you will.

Ш у т. Слова стали сплошным жульничеством с тех пор, как на них понавешали замки.

В. Шекспир / Д. Самойлов «Двенадцатая ночь»

 
Не печалься, мой шут, улыбайся,
Как ты делаешь это всегда.
Уходи, улыбаясь, теряйся,
А потом приходи сквозь года…
 
 
Пёстрым строем шагают у трона
Твои братья в цветных колпаках,
Ну а ты улыбнёшься влюблённо
И останешься, может, в веках.
 
 
Если всё же безжалостной шуткой
Обернутся удары судьбы,
Ты чуть-чуть прослезись на минутку,
Лишь в преддверии новой борьбы.
 

«Мои стихи рассыпаны везде…»

 
Мои стихи рассыпаны везде,
как-будто вскользь оброненные слёзы.
Так чудеса растут среди людей,
И из навоза вырастают розы.
Не блещущие пышностию фраз,
Составленные в суете привычной,
И, может, выставленные напоказ,
Они покажутся мечтой обычной…
Но всё же жалкая и мелкая мечта
уже не пошлой фразы суета.
 

Бабушкины строфы

«Как нить в испорченном клубке…»

 
Как нить в испорченном клубке
Дремала мысль моя когда-то,
Пылилась тихо в сундуке…
Её распутать сложновато.
 

«Любовь не повод для греха…»

 
Любовь не повод для греха,
Её использовать не надо
Ни для высокого стиха,
Ни для сомнительной услады.
 

К И. Я

 
Ты так любишь теряться из виду
В окружении тёмных кошмаров,
Как вуалью закрывшись обидой,
Призывая блаженство угара.
 

Подруге

За то, что Вам, мой демон крутолобый

Скажу прости,

За то, что Вас – хоть разорвись над гробом! —

Уж не спасти!

М.И.Цветаева

 
Ты – Божье чадо, ты спасёшься!
В движеньи к свету ты верна.
Не важно, как здесь назовёшься
Сестра, подруга ли жена.
 
 
Есть высшее в тебе стремленье,
То, что бывает не у всех,
Сонм Ангелов развеет тьмы сомненья,
И ты преодолеешь грех.
 

Воскресный экспромт

 
Я домашняя, ручная,
Приручить меня легко.
Нежность сразу изливаю,
Как на блюдце молоко.
Только всё же будь в ответе
Среди ночи, среди дня
Если изо всех на свете
Выбираешь ты меня.
 

Моей литературной бабушке

Австралийской писательнице Нэнси Като, которой недавно исполнилось бы 100 лет

 
Я нарекла Вас бабушкой своей…
Смешно сравнить шотландца с малороссом!..
А что дало бы нам родство кровей,
Помимо общих черт, болезней и земель?!.
Но так же как и Вы болезненным вопросом
Я задаюсь… О смысле бытия
И вечной неустроенности быта…
Хоть Ваша обустроена земля,
Ну а моя, как прежде неумыта…
Что общего у нас? Стремление к искусству?..
Но Вы уже добились своего,
В кристаллы слов повергнув мысль и чувство.
Я лишь пытаюсь быть проводником его…
И если, подхватив из рук клубок,
Прибавила узор при перевязке,
То это лишь последствие того,
Как бабушкиной не хватало сказки
Мне наяву. Так, может, хоть во сне,
Который явью делает искусство,
Удастся, моя бабушка, и мне
Облечь в хрустальные слова и мысль, и чувство.
 

В пол-шаге от мечты

 
Как часто мы стоим в пол-шаге от мечты
Несбыточной, манящей и пьянящей…
А может, чтобы не упасть нам с высоты
Её свершением на гору возводящей?
Ведь правда: умный в гору не пойдёт,
Подумает, и если надо обойдёт.
 

Экспромт о любимой сказке

 
За зеркало ушла Алиса,
И странный мир открылся снова ей:
Недетской страсти и капризов,
И шахматных ферзей и королей…
 

Экспромт-размышление о русском алфавите

 
Забыли буковок немало
С тех пор, как волны перемен
Всё заменили и не стало
Ни буквы «ять», ни «ер», ни «хер»,
И «ижицы» совсем не стало,
Куда-то скрылась и «фита»…
Вдруг «ё» откуда-то восстала,
Как непонятная мечта!..
В любви всё также непонятно,
Но суть – не ищет своего,
И «ё – моё», как всё неладно,
Когда нас эго завело!…
 

Экспромт о поэзии

 
И снова, как Наташа у окна,
Любуется луной кокетливо девчонка,
То хмурится задумчиво, то звонко
Вдруг засмеётся, будто не одна…
 

Анне Бондаревой

автору сборника стихов «По Праге на шпильках»

 
В твоих ладошках корочка диплома —
Зачем же время отгонять назад?
Из двух копеек дерево у дома
Пусть вырастет (как Буратино рассказал!..),
Пусть здрав сосед бывает, хоть и изменился,
(А если молод, хорошо б женился!…
А если стар, то лучше б он не спился!..)
Ну а тебе чтоб суженый приснился,
И ты б могла немного отдохнуть
И с новой силою продолжить путь!!!!
 

Александре Золотарь

 
Уводить за собой, конечно же,
Лестно!.. Что ещё говорить?..
Все же лучше полюбопытствуйте,
Кто ту дверь Вам решил открыть…
 
 
Для овцы заблудшей из стада
Есть одна благодатная дверь,
Долго ждать благодати не надо —
Просто сердцем в неё поверь!
 

Из Гейне

 
Душа моя подобна морю —
Шумит, бурлит,
А в глубине
Жемчужный клад сокрыт на дне…
 

Рождественское

Из Эмили Дикинсон

 
Пока пруды лёд не сковал,
Не превратил в каток,
И щёки ночью миновал
Морозный холодок,
Пока в полях жизнь не уснёт,
Ель в дом не принесут,
Очарование чудес
Льнёт к сердцу моему.
Что бы мы не делали
Летнею порой,
Просто возращались
По мосту домой;
Отчего беседы мы попросту ведём,
Песенки весёлые так порой поём,
Будто мы в последний день
На земле живём?..
 

Рождественский цикл

стихи, подаренные под Рождество

«Шекспир был не угоден Богу…»

 
Шекспир был не угоден Богу
За воспевание страстей,
Но всё же верную дорогу узрел.
И в милости Своей
Его постигла воля свыше —
ТАК дьявол о любви не пишет.
 

Мастеру и Маргарите

 
Любовь, забывшая о Боге,
Всегда погибелью грозит.
Погибнет грешный ум в итоге,
Коль страсти плен не отразит.
А если двое силой чувства,
Поддавшись прелести греха,
Вольют тот яд в поток искусства —
Мазка ли, ноты ли, стиха —
Погибель многих не минует —
Своею сладостной чертой
Она вскружит и зачарует
Навеки разум молодой…
И только волею святой
Спасти его возможно будет.
 

Марине Цветаевой

 
К любви узревши путь единый,
Сама ты выбрала, Марина,
Весь жар пленительных страстей
И сладкий яд земных скорбей.
Сама любви ты не познала
И Божий дар свой растеряла,
Как и земных своих детей
По белу свету разбросала…
Возможно ли тебя спасти?!.
 

Жар-птица и Отшельник

Из Вильяма Шекспира

 
Птичьей песни пронзительный звук
Из-под кроны старинной сосны
Возвещает, что трепетный стук
Сердца слышен в волнах тишины.
 
 
Не томи ты чириканьем дух
О несбыточной, пошлой мечте,
Не предсказывай гибели двух
В лихорадочной той суете.
 
 
Прочь со страшного зала суда,
Что собрался на птичьем дворе!
Петуху не понять никогда,
Для чего он поёт на заре.
 
 
Для чего в светлой келье монах
Позабытые гимны поёт
О душе, потонувшей в волнах,
Что давно уже милости ждёт.
 
 
Чёрный ворон не вейся кругом,
Не предсказывай древний вещун
Толпы плачущих в дни похорон,
Что с тоски на поминки идут.
 
 
Пусть анафеме предан был род
И на гибель уже обречён —
Рак-отшельник, разбив скорлупу,
В ярком пламени птицы сожжён.
 
 
В это пламя Жар-птица и Рак
Были брошены в посланный миг,
Ставши двое всей сущностью так,
Что единый конец их постиг.
 
 
Две души безраздельно слились,
(А до мига рознились во всём!).
Рак-отшельник с невестою ввысь
Устремился чудесным путём.
 
 
Так, в сияньи небесной любви,
Рак-отшельник всю правду узрел:
Растворившись в Жар-птице, увы! —
Понял, раньше лишь частью владел.
 
 
Эти души так прочно сплелись,
Что уже невозможно разнять —
Их теперь по земным именам
Не посмеет никто окликать.
 
 
И единое то существо,
Сознавая контрастность свою,
Не боялось уже ничего,
Бессознательно встав на краю.
 
 
И взмолившися силой двоих,
Что слились в гармоничной мечте
О разумно-безумной любви,
Вспыхнувшей вопреки суете,
 
 
Вознесло сей молитвенный гимн
От Жар-птицы и Голубя ввысь,
Где в сияньи небесных светил
Эти души трагично сплелись.
ГИМН

...

конец ознакомительного фрагмента