Читать книгу "Инстинкт совершенства"

Глава 11

– Сестренка! – Тейлор буквально впечатывается в мою грудь, стремительно сбежав по лестнице, как только охрана пропускает меня в дом.

– Привет, дорогая, – смеюсь, крепко обнимая сестру.

– Я так рада тебе, – взволнованно шепчет, и я чувствую, как она дрожит.

– Я здесь, рядом. Все будет хорошо, – подбадриваю ее, едва сдерживая рвущийся наружу гнев.

Только бы не сорваться…

– У нас еще есть немного времени, пойдем в мою комнату, – Тей обхватывает мою руку холодной ладошкой и ведет на второй этаж.

Успеваю заметить суету, царящую в доме. Горничные тщательно протирают все от невидимой пыли. Садовники подстригают кусты в саду. Все заняты делом, сразу давая понять, что ожидают важных гостей.

Мы оказываемся в комнате сестры, и она закрывает дверь, звучно выдохнув.

– Ты как, дорогая? – сочувствующе оглядываю ее, видя, как раскраснелись щеки и в серо-голубых глазах плещется волнение.

– Х-хорошо, – натягивает улыбку. – Почти всю ночь не спала. Лучше расскажи, как у тебя дела? Мне нужно отвлечься.

– У меня все нормально, Тей. Недавно Мартини немного приболел, но с ним уже все хорошо.

– Что случилось?

– Отравился чем-то, – до сих пор испытываю вину за свою неосмотрительность.

Теперь на всех ящиках и шкафах в квартире стоят заглушки, которые он не сможет открыть. А мусор я заранее оставляю за дверью, чтобы больше не забывать выносить.

– Ох…бедный малыш.

– Я успела вовремя отвести его к ветеринару, – опускаюсь в кресло, стоящее у окна, закинув ноги на подлокотник.

– Это очень хорошо, – Тей садится на край кровати.

– Теперь он пользуется своим положением и спит со мной каждую ночь, – смеюсь.

– Хитренький какой, – искренне улыбается сестра. – А я так надеялась, что пойду в колледж, и папа разрешит мне завести собаку, – милое личико мрачнеет.

– Возможно, твой…эм…жених будет не против животного.

– Было бы здорово, – мечтательно улыбается. – Эверин, я бы хотела у тебя кое-что спросить, – сестра опускает взгляд в пол, заметно засмущавшись.

– Спрашивай.

– В первый раз с мужчиной и правда очень больно? – летит вопрос, и я запинаюсь, поняв, что мы никогда с сестрой не обсуждали подобные вещи.

Я знала, что Тейлор еще невинна и мне горько понимать, что ей предстоит пройти через этот опыт с тем, кого ей навязали.

– Не всегда, Тей, – озвучиваю то, о чем сама не имею понятия, только чтобы сестра не начала паниковать. – Если мужчина опытный, он все сделает как надо.

О своем первом разе я даже не желаю вспоминать. Это было настолько больно, мерзко и отвратительно, что иногда хочется лишиться памяти. Это произошло в день моего школьного выпускного. В расстроенном состоянии я пошла в какой-то бар и набралась там до чертиков. Познакомившись с каким-то парнем, я согласилась пойти к нему домой, и это было моей самой большой ошибкой. Алкоголь притупил мой разум, и я фактически отдалась первому встречному. А тот без зазрения совести воспользовался моим состоянием и делал со мной грязные вещи. Под утро я сбежала, пока он спал, а вернувшись в съемную комнату, меня рвало всю оставшуюся часть дня. А потом я просидела под горячим душем не один час, пока меня в полуобморочном состоянии не вывела хозяйка. Мне хотелось умереть. Хотелось сгореть от стыда. Содрать с себя кожу. После этого я долго не могла даже думать о сексе с кем-либо. Единственный, кого я подпустила это был Чарли, заранее зная, что дальше секса заходить не собираюсь. Фактически он мой второй сексуальный партнер.

– Думаешь, мне не стоит переживать?

– Я думаю, что тебе лучше думать о хорошем.

Остальное время разговариваем с сестрой на отвлеченные темы, и мне удается ее немного успокоить. За пятнадцать минут до приезда гостей в комнату входит мама и, немного побыв с нами, спускается вниз, чтобы проверить все ли готово.

Тей каким-то образом удается уговорить меня переодеть джинсы и толстовку на одно из ее платьев. Сегодня я просто не могу ей ни в чем отказать. Платье изумрудного цвета, красиво сочетается с цветом моих глаз. Фасон с завышенной талией и расклешенной юбкой длиной ниже колена. На плечах платье держится на толстых бретелях с нашитой волнистой каймой. Спереди по центру по всей длине его украшают маленькие золотистые пуговицы.

Сестра расчесывает мои волосы и закалывает на затылке, выпуская пару прядей по бокам, оставив длинную шею открытой. От предложения нанести макияж я отказываюсь. Это уже слишком.

Сама же Тей выглядит просто, как настоящий ангел. В приталенном воздушном платье с летящей юбкой, нежно-розового цвета. Ее блестящие длинные волосы завиты локонами и перекинуты на один бок.

Мы спускаемся с сестрой вниз, и я замечаю Говарда, вышедшего в холл для встречи гостей. Весь его вид кричит о высокомерии и надменности. На очерченных губах играет победная ухмылка, которую я часто замечала еще в детстве. Он останавливается рядом с мамой и что-то говорит ей, поправив галстук на шее. В какой-то момент он замечает нас с сестрой и, посмотрев на меня, на доли секунды замирает. Пытаюсь увидеть хоть что-то в холодных зеленых глазах, но там беспросветное безразличие. Будто я не его дочь, а пустое место. Ни намека на тоску или сожаление.

Не стоит искать в людях того, чего в них никогда не было и быть не может.

– Тейлор, подойди, – зовет сестру, отводя от меня взгляд.

Сестра нехотя отпускает мою руку и подходит к отцу.

– Будь вежлива и учтива. Они уважаемые люди. От вашего союза зависит очень многое. Поняла?

– Поняла, пап, – послушно кивает, и я сжимаю челюсти до скрежета зубов.

Как же можно быть такой эгоистичной сволочью, чтобы отдавать свою дочь неизвестно кому.

– Ты замечательно выглядишь, милая, – мама подбадривающе сжимает плечо сестры.

– Спасибо, мам.

– Сэр, они уже приехали, – сообщает дворецкий, ожидающий у открытой парадной двери.

– Отлично.

Тей возвращается ко мне и хватается за мою руку мертвой хваткой.

– Все будет хорошо, – шепчу, наклонившись к ней.

– Как же хорошо, что ты здесь, – я вижу всю панику, царящую на лице сестры, и злость переполняет все мое нутро.

Через минуту в дом входит высокий и плечистый мужчина лет шестидесяти пяти. На удивление прекрасно сложенный на свои годы. Вот только настораживает то, что за ним больше никто не заходит.