Читать книгу "Темная Ведьма. Тропа войны"

Наверх она поднималась уже в чудо-комнате. И магический артефакт вел себя почти прилично. Мягко подхватил девушку и вознес на нужный этаж.

Айрис очень понравилась эта новинка, в Светлой Империи такого не было. Нет, конечно, она читала о чем-то подобном в темных запрещенных книгах, но ни разу не пользовалась. А пользоваться так нравилось. И эти чудесные холодильные камеры!

В Светлой Империи продукты тоже замораживали, накладывали временное заклинание, например, на рыбу, и она, замерзнув, хранилась дольше. Но чтобы наложить заклинание на комнату, а уже туда складывать продукты, до такого надо было додуматься. У темных было больше интересных открытий и разработок, чем у светлых.

Айрис направилась в свою комнату, по углам коридора она заметила еще несколько резных решеток, значит, поднимательно-опускательных комнат было несколько на каждом этаже, и то, что она приняла за чуланы, оказалось магическими артефактами.

В дверях своей комнаты девушка остолбенела.

Из ванной комнаты в спальню вползали кольца пара. На застеленной кровати лежали теплая меховая накидка-плащ, платье и кожаные сапожки.

В комнате кто-то был. Заправил постель – ведьма точно помнила, что оставила ее неприбранной – набрал ванну и убрал в комнате. Принюхиваясь, как дикий зверь, к влажному воздуху, ведьма двинулась на разведку.

Интуиция молчала. Ни тревоги, ни чувства опасности, ничего. В комнатах девушка была по-прежнему одна. Может быть, это какие-то хитрые заклинания? Они включились тогда, когда ведьма появилась в замке. Но тогда можно было бы ощутить остаточную магию.

Айрис ничего не чувствовала. Чары были на нуле. Но кто был тот странный человек? Не могли же ее глаза подвести.

Девушка приняла ванну, согрелась, высушила волосы и переоделась в новую одежду. Бурчание в животе заставило ее спуститься на этаж ниже, в обширную столовую под стеклянным куполом. Как она и предполагала, на столе уже стояли многочисленные тарелки, накрытые серебряными крышками.

Утолив голод, девушка начала охоту на призраков.

Прихватив из библиотеки интересную книгу, она спряталась на подоконнике, прикрывшись темно-зеленой, почти черной портьерой. Книга была презанимательная. Для начала надо отметить, что магией от нее и не пахло.

Девушка даже потрясла ее и пощекотала, но никакой реакции это не вызвало, книга была мертвой! То есть неживой, немагической. И оставалась таковой, что бы ведьма с ней ни делала! Неодушевленной вещью, не наделенной сознанием.

Айрис всегда думала, что все вокруг наделено разумом и сознанием. Камни, деревья, книги, часы, инструменты, вещи. Просто они не разбужены, при помощи чар их можно оживить, вдохнуть в них капельку магии, а значит, самосознания и подобия жизни.

А эта книга была просто вещью, бездушной, мертвой, как труп.

Если бы Фоля об этом узнала, она бы ужаснулась.

Время от времени, читая увлекательную бумажную находку, девушка поднимала взгляд и смотрела на гору грязной посуды на столе, она все еще стояла нетронутой. Ведьма специально расставила приборы пирамидкой, таким образом, чтобы они загремели, когда кто-то или что-то – например, заклинание – тронет предметы, стоявшие на столе.

Но пока было тихо.

Ее вновь засосало в книгу.

Она нашла ее на специальном стеллаже, под стеклом, бережно хранимую, как реликвию. Долго провозилась, взламывая замок.

Наверно, этот специальный прозрачный короб был гробницей, последней усыпальницей для мертвых книг. Под прозрачной защитой лежало еще несколько погребенных. Все они были очень старыми и потрепанными, видно, на своей обложке они испытали огонь, воду и медные трубы. Оттого и умерли.

Две из них Айрис побоялась брать в руки, до того они были измучены. Третью и четвертую вполне можно было осторожно читать. Ведьма остановила свое внимание на той, что была с черно-белыми картинками-чертежами.

С того момента, как она открыла книгу, мир для ведьмы исчез.

Из нее она узнала о таком, что не в каждой запрещенной книге темных прочитаешь. Некромантия и заклинания «выверни на изнанку» меркли по сравнению с чарами в этом источнике информации. Там рассказывалось, что при помощи таинственного э-лек-три-чес-тва можно сделать настоящую морозильную камеру, и она будет работать! А светящаяся трубочка с ярким светом на одном конце и ба-та-рей-ка-ми с э-лек-три-чес-твом на другом конце может давать света не меньше, чем магический огонь. В книге было еще много разных схем, а называлась она «Сделай сам».

Что это за электричество такое, некая разновидность магии?

«Вот так книга! Интересно, Фоля стала бы ревновать к покойнице или пожалела бы ее?»

Айрис в очередной раз подняла взгляд.

Стол был пуст.

– Какого?! – завопила девушка. Пока она читала, кто-то унес грязную посуду. – Да кто, черт возьми, бродит по замку незамеченным? – ведьма вскочила, позабыв о занимательной книге. – Привидение, что ли, почему я не могу никого найти?

Айрис выбежала в коридор и остолбенела, впереди покачивалась фигура. Нет, не призрака – человека!

– А ну стой! – завопила ведьма. – Стой, я приказываю тебе! – гаркнула она во всю мощь легких и сорвалась на спринтерский бег, лишь бы не упустить!

Девушка разогналась не на шутку. Такая удача! Вот она и прищучила этих неуловимых призраков.

Ведьма уже протянула руку, чтобы достать до плеча незнакомца…

В этот момент человек медленно повернулся к ней лицом.

Белесая с зеленоватым оттенком кожа. Пустые, подернутые пленкой глаза, дыры… сквозь которые можно было видеть коридор.

Айрис изо всех сил нажала на тормоза и, пропоров каблуком сапога, дыру в ковре, припечаталась мягким местом к полу.

– Ы-ы-ы-ы? – вопросительно протянул ходячий труп. У Айрис волосы на всем теле встали дыбом. В руках у него была аккуратно сложенная посуда. Тарелка в тарелке, чашка в чашке, и наверху торчали воткнутые столовые приборы.

То есть, пока она читала, он вошел в комнату и собрал посуду, а ведьма и не заметила!

Трупяшник все так же вопросительно смотрел на нее.

– А вы не знаете, который час? – спросила первое, что пришло в шокированный мозг, девушка.

Зомби открыл рот:

– Бва-а-а! – ведьму обдало пылью.

– Ой, да неважно! – замахала она рукой. – В холле на разбитых часах посмотрю…

Пошатываясь, мертвец развернулся и неземной скользящей походкой пошаркал дальше. И так плавно это у него получалось, что девушка сразу осознала, почему она долго не могла никого заметить. Трупы передвигались абсолютно бесшумно. То есть, пока она спала, ела, одевалась, вокруг нее скользили мертвые.

Ну и Темная Империя! Айрис прислонилась к стеночке. Мертвые люди, мертвые книги, что еще интересного здесь?

Мертвых становилось все больше и больше.

Айрис уже стала замечать их, а еще она видела, что крепость преображается. Зомби-лакеи и зомби-горничные убирали и ставили вещи на место, сметали сухие листья, дохлых мышей и осколки камня. Чистили, чинили и восстанавливали. Крепость оживала.

Бояться ведьма их почти перестала, они были безобидные. Девушке было только их жалко. Некоторые из них уже полностью сгнили, остались только кости и клочки одежды. Другие все еще продолжали активно гнить. Только магия не давала рассыпаться первым и окончательно истлеть вторым. Мертвяки были покойными слугами и челядью замка.

Девушка вспомнила Костимера, коня-скелета, значит, дурная животина тоже была восставшим зомби. У темных это в порядке вещей – держать слуг-покойников?

А что? Очень удобно. Умер и продолжай работать, арбайтен по-стахановски! Только спать тебе уже не нужно. Теперь понятно, что такое пожизненный найм.

Ведьма нашла место от куда они вылезали. С самого высокого места смотровой площадки на башне она следила за тем, как мертвецы, будто муравьи, начинают разбирать завалы вокруг крепости.

В восточной части лабиринта зияла дара, уходившая глубоко под землю. Оттуда тянулись все новые и новые струи загробных слуг.

М-да, в башне становилось тесновато. Нельзя было пройти по коридору, чтобы не наткнуться на горничную, сметавшую пыль, или на лакея, который стоял на лестнице и протирал люстру от паутины. Бойкие мертвячки ловко на бегу делали Айрис книксен и беззвучно неслись дальше.

Жуть началась тогда, когда, встав утром, девушка обнаружила, что в комнате она не одна. Дородная зомби-дама стояла около кровати и пялилась пустыми глазницами в ничего не понимающую со сна девушку. Из окна струился яркий лунный свет.

Страшная тетенька нависла над ведьмой.

– Ы-ы-ы!

Айрис в испуге закрылась одеялом.

***

Темная Империя.

Лавель.

Мурлыка, Фоля и Равен Лавель стояли на пустынном перекрестке старой дороги. Заброшенные тракты, выложенные круглой брусчаткой, убегали в противоположные стороны и терялись в туманной дали.

Лавель и Фоля пытались разобраться в указателях. Кошка чесала за ухом задней лапой, она была не рада вновь оказаться в Темной Империи. Но винить в этом было некого, кроме извечного кошачьего любопытства. Можно было не совать свой усатый нос в дела этих двоих, и вот результат: она вновь ездовая кошка! Прикинуться больной, хромой, мертвой не удалось, ректора не так-то просто обмануть. Теперь она сидела рядом с поклажей и вяло наблюдала за руганью этих двоих.

– Знаю, о чем ты думаешь, бесстыдник! – верещала книга всю дорогу. – Ты к ней клинья подбиваешь, охальник, совратить хочешь! Признайся, грязные мыслишки не раз тебя посещали. Как я могу позволить так обращаться с моей воспитанницей? – книга пилила ректора до самого лагеря, так что он даже пожалел, что взял ее с собой.

«Надо было бросить ее там», – думал маг.

– Фоля, заткнись, она и моя воспитанница тоже, – огрызнулся почему-то покрасневший Лавель.

– Вреш-ш-шь, вреш-ш-шь, я знаю, ты тайно сохнешь по ней и планы свои коварные строишь! – шипела книга на ухо. Терпение ректора уже кончалось. – Только если она и соизволила обратить на тебя внимание, то это еще не значит, что она в тебя влюблена, не зазнавайся. С чего ты взял, что люб ей?

– А с чего ТЫ взяла, что не люб? – разъярился ректор.

– Я не только магическая книга, я еще ее подруга и ее личный дневник! Она все секреты своего сердца в меня записывала, – гордо выдала Фоля и осеклась…

Глаза ректора жадно горели.

«Ее тайны, – пронеслось у него в голове. Вердикт измученной сомнениями души: – Хочу! Это положит раз и навсегда конец всем сомненьям, мыслям и предположениям, что терзают меня».

«Взгляд, какой тяжелый взгляд…» – подумала книга.

Лавель стартовал первый, но Фоля успела отпрыгнуть. Ректор приземлился на пузо. Но тут же вскочил.

Мурлыка лениво открыла третий глаз, зевнула, показав миру острые клыки, закинула на спину поклажу и поплелась следом за ненормальными попутчиками.

На горизонте возвышался столб дыма, это поднималась пыль из-под быстро мелькающих членистоногих ножек магического фолианта. Книга, набрав крейсерскую скорость, улепетывала от бегущего за ней Лавеля. Тяжелый топот сапог ректора нагонял болтливую дуэнью.

***

Мурлыка свернулась калачиком и попыталась засунуть голову глубже, себе под живот. Шум у костра стоял невообразимый: пыхтенье, клацанье зубов, вскрики, шипенье и рычанье мешало спать.

У костра боролись Лавель и книга. Ректор, схватив Фолю за обложку, пытался разжать ее и раскрыть, как створки устрицы. Книга поддавалась на сантиметр, стараясь заманить пальцы ректора внутрь, потом упрямо захлопывалась обратно, пытаясь при этом откусить их ректору. Мышцы на руках мага напряглись. Книга втянула ножки и хвост-закладку и тоже поднатужилась, дрожа.

На корешке книги было написано название: «Обломись, ректор!».

Бой был равный и честный. Оба драчуна были вредными и упорными. Время от времени они начинали драться, вокруг них поднималась пыль. Фоля вцеплялась в Лавеля зубами и начинала, рыча, как собака, драть его штаны и отщипывать клешнями куски кожи. Потом ректор опять ловил книгу и старался разжать ей пасть, он использовал все, что подвернется под руку: ложку, палку, сапог.

Книга не сдавалась.

Ректор тоже…

Утром проснувшаяся Мурлыка обнаружила ректора, сидящего у потухшего костра. Искусанного, пыльного, в кровоподтеках. В руках у него безжизненно висела взъерошенная, с торчащими наперекосяк страницами и свисающими клочками бумаги, книга. На корешке ее виднелся заклеенный лейкопластырем крест-накрест разрыв.

Название на обложке гласило: ХХХХХ

Ректор, быстро пробегая глазами, что-то искал в книге, нетерпеливо переворачивая страницы.

***

Лавель перебросил поводья на спину Мурлыки и одним махом запрыгнул в седло, кошка присела на задние лапы.

Пришибленная книга висела вниз головой, привязанная к седлу. Злой ректор туго примотал ее хвост-закладку к луке.

– Обманула, дрянь, – ругался про себя Равен.

– Не обманывала, – простонала книга, – не виноватая я, что она чарами страницы склеила, чтобы никто не читал.

– Оправдывайся мне еще! – кипятился маг, прикручивая поклажу к седлу. – И почему именно от нее столько проблем? Посажу под домашний арест. Навечно! – каблуки сапог врезались кошке в ребра, Мурлыка взяла с места в галоп. Лавель закрыл глаза и прислушался. Вот опять. Ее магия грохотала, как гром. Теперь это было не легкое дрожание струны, а полноценные титанические раскаты.

Музыка души, слышимая только им и гремящая только дня него, переливалась, будто горный обвал, душа его трепетала, чувствуя эти вибрации.

«Надо спешить, – подумал ректор. – Если я не успею вовремя, она погибнет, поглощенная своей собственной силой, или сгорит в сверхвзрыве, не справившись с таким объемом магии, в конечном итоге она всего лишь адептка, а не полноценный дипломированный маг».

Привстав на стременах, Лавель хлестнул поводьями кошку, и она поскакала резвее.

***

Темная Империя.

Дайрен бродил по колено в болоте. Пять мнут назад он покрошил мелкими кубиками какую-то жирную пиявку, что вознамерилась напиться его крови. Скользкая тварь за его спиной, покрытая инеем, медленно уходила под воду. Вынимая ноги из болотной жижи, полукровка уверенно хромал на север. Мечи, источавшие холод, были наготове. Кольцо в форме дракона на его пальце вибрировало.

***

Тедди слез с дерева. Деловито снял с себя халат, вывернул наизнанку, тысячью мелких кармашков наружу, и снова надел. Парень двигался уверенно и быстро. Достав из кармашка травяной порошок, распылил его в воздухе, вызывая призрачных помощников.

Пучеглазые рыбки с вуалевыми плавниками брызнули во все стороны и замелькали среди деревьев. Несколько вернулись назад, они нашли воду.

Присев у ручья, зельевар зачерпнул в ладони пригоршню воды и выпил. Это тоже была своего рода магия. Вытирая рукавом капли, Тодеус трансформировался. К нему подплыли его фамильяры.

Русал протянул руку – между пальцев виднелись перепонки, в ладони лежала горсточка порошка.

Вспыхнула магия.

Сизый дым рассеялся и закружился вокруг вуалехвостов. Рыбки дернулись, всплеснули плавниками и обратились. Бока ощетинились острыми, как лезвия, плавниками, морды заострились и вытянулись, на лобике каждой рыбки вырос острый ядовитый шип, пасти заполнились игловидными зубами. Движения фамильяров тоже изменились, они стали резкими, агрессивными и пугающе быстрыми.

Тедди приложил руку к уху. Хрустальная лилия на его пальце тихо пела подобно шепоту волн.

Парень сделал уверенный шаг на запад, вдоль русла реки. Ноги его ступали по воде, не проваливаясь, вокруг плавала, патрулируя периметр, стая хищных рыб.

***

Рыжий Рей сидел, свесив ноги вниз, и похлебывал чай из фляжки. Под ним проплывали облака. Парень тоже скользил вместе с ними. Над ним и под ним пели, порхали птички, чирикали и резвились. Вольный ветер развевал красные космы.

Рыжий жмот доел бутерброд, облизал палец и, собрав последние крошки, отправил их в рот, не поделившись с пернатыми. Упаковав остатки чая в рюкзак, проныра надел на глаза летные очки, их еще называют консервными банками. Зажал метлу между ног и сиганул в пропасть.

Плавучий остров, немного покачавшись от толчка, так же неспешно поплыл по воздуху среди облаков, неся на себе карликовые деревья, а в них – гнезда птиц.

Далеко на юге, за облаками, скоростная метла превратилась в черную точку.

***

Патрик догрызал длинного, как анаконда, удава. Эта тварь прыгнула на него сверху в надежде поживиться его внутренностями, но ее саму ждал подобный печальный конец. Парень разодрал на куски голыми руками эту чешуйчатую колбасу и, перекинувшись, подзакусил ею. Лишние калории в походе не помешают. Война войной, а обед по расписанию.

Обнюхав недоеденные останки, перевертыш фыркнул и скачками, перепрыгивая с камня на камень, начал спускаться вниз в долину.

В горах в эту ночь притихли все сумеречные твари. Время от времени над освещенными восходящей луной горными пиками раздавался злой громоподобный рык.

На фоне полной луны виднелся силуэт голого мускулистого парня. Он прикладывал блестящую вещицу к груди и слушал ее пульсацию. Подобно биению сердца или колебанию огня в горне кованое обручальное кольцо посылало сигналы. Слушать их можно было только сердцем.

Парень наклонился и спрыгнул со скалы. В прыжке он трансформировался, и на землю уже приземлился полосатый тигр. Легкими прыжками, распугивая ночную живность, он понесся на звук ударов сердца, к обрученной с ним.

***

Темный Дворец.

Айрис.

Мучения продолжались с утра и не прекращались ночью. Стоило луне померкнуть, под окнами начинали грохотать строительные работы: зомби расчищали завалы. Но и в дневные часы, когда луна ярко освещала все вокруг в комнате, Айрис не было спасенья.

Она попала в плен к дородной и полной надменной важности даме-камеристке. Зомби-прислуга мучила ее, каждое утро заставляя вставать рано, причесываться и примерять разные наряды. Так как с зомби невозможно было вести конструктивный диалог, – они могли только мычать, – на все свои возражения девушка получала один ответ:

– Ы-ы-ы! – и упорно протянутые в ее сторону платья, чулочки и туфельки. Загробная камеристка ходила за ней и мычала, пока девушка не сдавалась и не надевала предложенную ей одежду.

Замок совсем ожил, если так можно было выразиться, потому как единственным живым существом в крепости была Айрис, все остальные – трупаки. В холлах и коридорах горел яркий свет, струился он из вытянутых, раздутых на конце пузырей. Внутри них ярко что-то пылало.

И что больше всего удивило Айрис, магия там была на нуле! Она вообще не ощущала никаких колебаний. Это и было то самое волшебство под названием электричество. Действие его было каким-то странным, несмотря на яркий свет, который резал глаза и безжалостно освещал все вокруг мертвым светом, лучше от этого не становилось.

По углам клубились тени, они пытались складываться в замысловатые фигуры. Если им это удавалось, можно было разглядеть краем глаза силуэт мужчины. Но если резко повернуть голову, то фигура тут же рассыпалась и темные дымные спирали, которые безжизненно струились по полу.

Айрис научилась видеть эту фигуру в отражении столового серебра, в зеркале в холле, в оконном стекле. Она всегда стояла и дымилась тьмой за ее спиной. Вот она-то и пугала девушку больше, чем мертвые, но продолжающие бродить восставшие трупы.

Мгла настолько нервировала девушку, что она решила ее поймать.

В это утро она, как всегда, покочевряжившись немножко, оделась под зорким взглядом зомби-камеристки и, не подавая вида, пошла в тронный зал. Шагая по коридорам, она ловила отблески черноты в сверкающих предметах. Убедившись, что загадочная фигура следует за ней, девушка, ускорившись, вбежала в главный зал.

Робкие струи мглы вплыли в дверной поем, как бы осматриваясь и ища беглянку. Скользнули на середину помещения. Девушки нигде не было.

Дверь, произведя душераздирающий скрип, медленно закрылась.

Тихий хлопок и звук задвигаемого засова.

Притаившись, за створкой двери стояла Айрис. Заведя за спину руку, она щелкнула выключателем, безжалостный мертвый свет погас. В пламени свечей фигура в центре тронного зала стала четче видна.

– Кто вы? – от резкого голоса дымные очертания дернулись.

Девушка смело подошла к призраку и, задрав голову, всмотрелась в его пустые глаза. Взгляд тени был безжизнен. Айрис стало жалко призрак. Протянув руку, она коснулась его щеки. Девушка думала, что рука ее пройдет сквозь мглу, но она дотронулась до холодной, как мрамор, кожи. Глаза тени вспыхнули, призрак поднял взгляд.

В нем засветилось подобие жизни. Вспыхнули чувства.

Жадные глаза остановились на лице девушки, скользнули, осматривая весь ее образ. В ужасе ведьма убрала руку, столько безумия было в этом взгляде. Призрак, всосав в себя тьму, клубящуюся в помещении, стал материален. Руки его взметнулись вверх и не дали Айрис убрать ладонь. Ее руку крепко прижали к щеке и потерлись о нее.

– Как долго я тебя ждал… – простонало привидение.

Звук этого голоса перевернул все внутри девушки, страх сковал позвоночник. В звуке голоса слышались мертвые потусторонние гармоники, девушка поняла: этот человек давно мертв. Он ходит, дышит, думает, но внутри он пуст. Душа его выжжена.

– Нас разлучили, как я по тебе скучал! Ты изменилась, но твои глаза я узнаю из тысячи.

Волосы зашевелились на затылке у Айрис.

«Он меня принимает за кого-то другого!» – она попыталась осторожно вынуть руку, мраморные пальцы крепче сжались. И отпустили.

– Какая красота… – Темный Лорд взял лицо девушки в свои ладони. Ведьма вздрогнула от холода. Как зачарованный, он смотрел в ее глаза, гладил руками волосы. Девушка терпела, боясь пошевелиться. Сквозь его тело можно было видеть потолок залы, но тело было материально.

«Как такое может быть? – ужаснулась она. – И как должен страдать человек, пребывая в таком состоянии между жизнью и смертью?»

– Ты останешься со мной? – шептал черный маг.

Призрачный мужчина клонил ее вниз. Загипнотизированная холодом и ужасом, Айрис поддалась безумному напору. Темному Лорду удалось положить ее голову на свое предплечье, его руки гладили ее лицо, завораживая и успокаивая. Айрис крепко, до боли, прижимали к напряженному телу.

«Как вырваться из этой судорожной безумной хватки?»

Ужас на грани истерики отражался в лице девушки, но темный человек не замечал этого. Туго накрученные красно-оранжевые кудри коснулись мужского плеча. Айрис сдалась и прижалась к этому высокому стройному мужчине.

«Может, это его успокоит?»

Холодные руки обвили ее, баюкая.

Хватка немного ослабла.

Закрыв глаза, девушка вдыхала странный для мертвеца аромат – горько-сладкий запах луговых цветов.

Расслабив тело, Айрис быстро начала искать средства спасения из сложившейся ситуации. У нее было время все обдумать, пока призрак наслаждался своими иллюзиями и самообманом. Может, поняв, что он ошибся, темный маг отпустит ее?

Единственной, кто занимался самообманом в этой зале, была Айрис. Лицо мужчины с безумными от страсти глазами стало наклоняться к ней. Строй мыслей рассыпался от неожиданности, и девушка запаниковала.

Холодные губы прижались к ее губам, обжигая.

Девушка вздрогнула.

Вспыхнуло пламя.

Тот, кто раньше был самой тьмой, осязаемым, но все-таки призраком, обрел материальность. Темный Лорд восстал из небытия.

Перед девушкой стоял высокий темноволосый широкоплечий мужчина. Тонкие правильные черты лица выдавали в нем аристократа. Плотно сжатые губы, прямой нос.

В глазах его больше не было отрешенности и печали, только огненная всепоглощающая безумная страсть.

Сердце девушки упало в пятки. Она зажмурилась, боясь посмотреть в эти жаждущие глаза.

Рука с широкой крепкой ладонью легла на затылок девушки. Вторая, предупреждая побег, сжала ее предплечье.

Эти движения были медленными, тягучими, как змеиные кольца. Что-то мелькнуло на границе сознания. Некое воспоминание.

Лицо вновь приблизилось к Айрис, голодный взгляд был прикован к ее припухшим от соприкосновения с поцелуем, полным вечности, губам.

Девушка почувствовала тяжесть на пальце, что-то сдавливало его.

Айрис резко распахнула глаза. Зеленый взгляд заморозил незнакомца, он замер.

Девушка посмотрела на свою руку, лежащую на плече Темного Лорда. На пальце блеснуло кольцо: белый змей с красными рубиновыми глазками. Ведьме послышался далекий шепот:

«Поверни кольцо два раза, и я найду тебя где угодно».

Все так же удерживая своим взглядом опасного незнакомца, она скрестила пальцы и повернула кольцо один раз, второй.

Секунду ничего не происходило.

В следующий момент окно взорвалось. Их обдало брызгами разбитого стекла. В проем впрыгнул, свивая тело в тугие кольца, здоровенный белый змей. Напружинившись, он ловко плюнул зеленым файерболом в Темного Лорда. Огненный вихрь пронесся в ладони от Айрис.

Лорд попытался закрыться плащом, сотканным из мглы. Не получилось. Повелителя тьмы снесло ударом, сила бросила его на трон, над ним надломился балдахин, и тяжелые портьеры завалили его.

Айрис убрала растрепанные, промелькнувшей мимо нее смертью, волосы, на ней не было ни царапины.

Змей цапнул девушку поперек тела и выскочил в окно. В окне замка вспыхнула фиолетовая зарница. Дьявольский огонь вырывался из башни, снося стены и круша крышу.

Исполинский рык сотряс серые озаренные тусклым лунным светом небеса. Из башни вырвались клубы дыма и тьмы.

Но они уже были далеко.

Вслед им несся сотрясающий тучи вопль:

– Я доберусь до тебя, незаконнорожденный ублюдок! ОНА МОЯ, МОЯ!

Судя по всему, Темный Лорд и белый змей были знакомы.

Ветер свистел в ушах, волосы трепало дьявольским ветром. Айрис барахталась в пасти, цеплялась рукой за морду зверя, тот терпеливо морщил нос. Они неслись сквозь мокрые облака, дождь, молнии и раскаты грома.

Ветер завывал между двумя расправленными крыльями, когда змей закладывал крутые виражи, спасая и у нося свою добычу как можно дальше от дворца темного безумца.

Они догнали зарю.

Стена нестерпимо яркого лунного света обрушилась на них. Тьма осталась позади. Они летели над освещенной солнцем мертвых заснеженной равниной. Снег ловил сияние ночного светила и отражал его неживые лучи. Внизу петляла лента реки. Резко накренившись вбок, Кай спикировал вниз.

***

Последний взмах крыльев, тучи снега, поднятые в воздух, и они на земле. Кай бережно положил Айрис перед собой на снег. И, довольный своим успехом, плюхнулся пузом в сугроб.

Айрис отряхнула с волос снежинки и задрала голову, чтобы посмотреть на Кая.

Змей хитро улыбался. Эта самодовольная ухмылочка вызвала ответный смех у девушки, ведьма прыснула в ладоши – до того смешной вид был у Нагга. К тому же: как ловко они убежали!

Улыбка Айрис померкла.

«Надеюсь, призрачная тень не будет меня искать. Змей подоспел вовремя».

На секунду в душе девушки мелькнула жалость. Что такого ужасного могло случиться с этим человеком, что он стал таким?

Девушка осмотрелась – ее окружали туго свернутые кольца. От чешуйчатого тела шел нестерпимый жар. Ведьма потянула за шнурок-завязку и сбросила с плеч меховую накидку. В темном дворце отопление было только в ее комнате, выходя, девушка одевалась теплее.

Вновь посмотрев на змея, Айрис забеспокоилась. Белая остроносая морда с двумя красными, как кровь, глазами внимательно изучающе смотрела на нее.

– Вот мы и вс-с-стретилис-с-сь, моя маленькая девоч-ч-чка, – прошипел змей. – Как я и обещ-щ-щал.

Глаза его вспыхнули красным. Голова у девушки закружилась, мир потек и завертелся. Рука отпустила край мехового плаща и безжизненно повисла. В памяти Айрис остались только эти пылающие глаза.

Ведьма упала на плащ. Она крепко спала. Так ей приказали горящие гипнотизирующие глаза.

Нагг обвил очередным кольцом свою драгоценность. Глупая невинная птичка попалась. Ей надо было знать, что Нагги, один раз выбрав свою спутницу жизни, никогда с ней не расстанутся и не отдадут ее другому. А ее он пометил еще тогда, когда впервые вытащил из кипящего озера. А когда принес девушку в свое логово и убедился, что она та самая единственная, поставил на ней свою метку. Вместе они изменят этот умирающий мир.

Змей, широко открыв пасть, осторожно зачерпнул девушку вместе с ее накидкой и снегом. Мех пригодится в логове, у него прохладно и почти нет вещей. Оставив между зубами щель, чтобы поступал воздух, Нагг втянул в себя лапы и крылья, они прижались к телу и спустя секунды трансформации стали частью туловища.

Откинув голову назад, гигантский удав нырнул в снег. Перемещаться по Темной Империи безопасней под землей или высоко в небесах. На поверхности слишком много хищников, готовых продегустировать твою кровь.

Хвост чешуйчатого гада вильнул и скрылся под снегом.

***

Зомби вновь отстраивали разрушенную башню. Не впервой, их владыка не отличался ангельским терпением. На крыше башни стоял Темный Лорд воплоти. Цвета воронова крыла волосы развевал ветер, плащ струился за спиной. Рука мужчины была вытянута вперед. Из ладони стекал серый дым – черный маг плел чары.

Вокруг него уже наматывала круги стая серых, как пепел, волков. Фамильяры бежали прямо по воздуху. Их было много, издалека можно было вообразить, что вокруг мужчины клубится грозовая туча.

Из руки выползли последние струи мглы и собрались в клубок. Повращавшись, комок сжался плотней и потемнел. На нем появились очертания. Сгусток развернулся. Перед властелином распрямлял хребет здоровенный черный волк.

– Найдите ее… – прохрипел Темный Лорд. После стольких лет молчания и одиночества слова довались ему с трудом. – Вы нашли один раз, найдете и второй.

Черный матерый волчище задрал разбойничью морду к небу и завыл. Стая, признав вожака, вторила его напеву. Этот вой слышали все, даже в самых отдаленных уголках страны, ибо он несся не по воздуху, а в потустороннем призрачном мире.

Разбившись на группы, волки ринулись на поиски. Серые тени метнулись во все стороны света.

***

Змей на секунду выскользнул из снежного сугроба и, закрыв глаза, послушал песню призраков. Ухмыльнулся, кашлянул и нырнул снова под снег.

«Ну-ну, ищите ветра в поле! В подмирье не только призраки шастают. Свою жемчужину я спрячу так, что никто ее не найдет. Никому это не под силу. Надо быть одним целым с кем-то, чтобы найти его в стране мертвых».

***

Они жили все в том же склепе, в который привел ее Кай в первый раз. Костимер конечно же был рад ее видеть и выразил свою радость хаотичными скачками до потолка и рассыпанием на отдельные косточки.

Из Светлой Империи она ушла, за открытый портал перед императорским дворцом ее ищут. В академии она теперь тоже нежеланный гость, потому что темная. Кому хочется держать стипендиатку с темным прошлым и уголовными наклонностями?

Ей нужен новый дом. Здесь не хуже и не лучше, чем где-либо.

Дни проходили за днями.

***

Айрис радостно толкнула дверь и выскочила из склепа. Костимер, погромыхивая суставами, скакал рядом, сшибая своей бестолковой черепушкой все на своем пути. В разные стороны летели: куски снега, ветки, неосторожная птичка, столкнувшаяся лоб с лбом с радостно-оптимистичным конем-умертвием. Птаха спикировала вниз и плюхнулась в снег. Если глупой черепушке повстречается каменная стена, толстый костяной лоб снесет и ее.