Текст книги "Воевали на «гробах»! Упадок в танковых войсках"
![](/books_files/covers/thumbs_240/voevali-na-grobah-upadok-v-tankovyh-voyskah-220506.jpg)
Автор книги: Владимир Бешанов
Жанр: Военное дело; спецслужбы, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Две диагонально расположенные средние башни с 45-мм пушкой и пулеметом были аналогичны применявшимся на БТ, только без кормовой ниши. Две пулеметные башни – идентичны малым башням танка Т-28. Передние и задние башни попарно сообщались между собой. Поворот башен, в том числе главной (со всем оборудованием весившей 1870 кг), осуществлялся вручную с помощью ступенчатого механизма.
Ходовая часть, прикрытая 10-мм экраном, представляла собой видоизмененный вариант, примененный на «гросстракторе» фирмы «Крупп»: четыре тележки по два опорных катка в каждой, шесть верхних и один передний поддерживающие катки, «ленивец» с винтовым механизмом натягивания цепи в передней части, в корме – «звездочка» (ведущее колесо). На танке устанавливался двигатель М-17Т мощностью 500 л.с., позволявший на шоссе развивать скорость до 30 км/ч, на местности – порядка 12 км/ч. От разработанной Гроте системы пневматического управления отказались. Запас хода по шоссе составлял 120 км. Экипаж – 11 человек, которые, несмотря на внушающие размеры машины, едва в ней умещались.
Танки Т-28 и Т-35 поступали на вооружение отдельных танковых полков РГК, которые в декабре 1935 года были развернуты в отдельные тяжелые танковые бригады. Если первый оказался вполне приличной машиной, то второй оставался чрезвычайно сложным в производстве, ненадежным и трудным в эксплуатации: перегревался двигатель, ломалась коробка передач, рвались гусеницы. Не говоря о стоимости, ну да за ценой мы не построим.
Большую часть своей службы «тридцатьпятые» либо ремонтировались, либо дефилировали на парадах, олицетворяя грозным видом мощь Советской Страны.
![](i_025.jpg)
Английский тяжелый танк А1Е1 «Индепендент»
![](i_026.jpg)
Французский тяжелый танк 2С
Обычно их сравнивают с тем же «Индепендентом» и французскими танками серии 2С, доказывая, что «наша техника» была намного лучше. На самом деле сравнивать нечего, поскольку никто таких машин в 30-е годы не строил. За ненадобностью.
Британцы на вооружение своей армии их не приняли. Обладавший приличной подвижностью «Индепендент» остался в единственном экземпляре и после шести лет экспериментов и доработок отправился прямым ходом в танковый музей.
Что касается 70-тонных танков FCM 2С, то этот пережиток Первой мировой войны французы начали проектировать в 1917 году для преодоления «линии Гинденбурга», планируя построить 300 «прорывателей». Но война закончилась раньше, в результате до 1923 года изготовили лишь 10 машин. Они были малоподвижны, на шоссе развивали максимальную скорость до 12 км/ч, несли броню толщиной до 37 мм, были вооружены одним 75-мм орудием и четырьмя пулеметами «Гочкис», размещавшимися в носовой и кормовой башнях, а также в боковых стенках корпуса. Причем башни не могли вести круговой обстрел. В 20-х годах на отдельных машинах 75-мм пушку заменили короткоствольными 105-мм и 155-мм гаубицами, установили новые двигатели, усилили элементы подвески. Танк обслуживался экипажем из 12 человек и скорее годился для усиления обороны, чем ее прорыва. Но, кстати, эти архаичные машины имели электромеханическую трансмиссию.
Концепция громоздкого, слабобронированного, ощетинившегося пушками и пулеметами гиганта, представляшего собой тихоходную большеразмерную цель для вражеской артиллерии, к этому времени себя исчерпала в пользу маневренной, подвижной, хорошо защищенной однобашенной машины. Теоретически Т-35 мог сосредоточить огонь двух орудий и трех пулеметов в любом направлении. Непонятным оставалось, каким образом этого добиться в реальной боевой обстановке? Конкретно, как командиру танка управлять всем этим «ползучим арсеналом», вести наблюдение за обстановкой, давать команды механику-водителю, башнеру, целеуказания остальным четырем башням, стреляя при этом из своей табельной «трехдюймовки»?
![](i_027.png)
Советский тяжелый танк Т-35А
Вдобавок довольно странно выглядят представления советских полководцев об «особо сильно укрепленной оборонительной полосе». К примеру, немецкая 37-мм противотанковая пушка «Рейнметалл», компактная и низкорослая, полуавтомат со скорострельностью до 15 выстр./мин, появилась на свет в 1926 году, тайно была испытана в СССР, состояла на вооружении РККА и, естественно, вермахта и пробивала 30-мм броню с дистанции 500 метров. К 1937 году такие же и более мощные противотанковые орудия имелись в польской, чехословацкой, французской армиях.
Первый серийный Т-35А еще не успели собрать, когда по настоянию штаба РККА и УММ было принято решение о замене его еще более могучим монстром весом 90–100 тонн. Машина, заказанная М.Н. Тухачевским и И.А. Халепским, получила индекс Т-39 и должна была иметь в четырех башнях 152-мм и 107-мм орудия, бронирование 40–60 мм, двигатель мощностью 1000 л.с. Однако, осмотрев изготовленные макеты, товарищ Ворошилов засомневался, «нужна ли нам вообще такая боевая машина» стоимостью 3 миллиона рублей?
(В этот период Л.Н. Троянов выдвинул на конкурс свой проект тяжелого танка, как сообщает восхищенный биограф конструктора, «до сих пор не имеющего аналогов в мире»: «Он предложил танк массой 300 тонн собрать из двух гусеничных «полутанков» и поперечной платформы с главной орудийной башней и гаубицей 203 мм. На каждом «полутанке» располагались две «малые» орудийные башни с пушками калибра 152 мм. Соединенные в одну громадную машину, все три элемента образовывали 4-гусеничный агрегат длиной 17,5 м, шириной 6,52 м и высотой 5 м, защищенный 150-мм корабельной броней. В качестве силовой установки могли быть использованы два паровых двигателя по 1500 л.с. или дизель-электрические агрегаты от подводной лодки. Каждый «полутанк» имел возможность действовать самостоятельно (и поперечная платформа с «главной гаубицей» тоже?). Эти три работающих элемента (на четырех гусеницах!) могли быть также смонтированы на железнодорожных платформах и образовывать бронепоезд». Чем-то это напоминает фантазии Дыренкова. Неясно лишь, как там было задумано с «подводной проходимостью».)
Проектирование сухопутных дредноутов прекратили и вплоть до 1939 года малыми партиями – от 7 до 15 танков в год – продолжали выпускать стремительно устаревавшие «тридцатьпятые».
В 1933 году было сочтено, что «Система» 1929 года успешно выполнена. На вооружении Красной Армии имелось пять основных типов танков: малый разведывательный Т-37А, идущий на смену танкетке Т-27, легкий танк сопровождения Т-26, легкий танк оперативного типа БТ, средний танк качественного усиления Т-28 и тяжелый танк особого назначения Т-35.
Однако первые же летние учения первых механизированных соединений РККА выявили недостатки практически всех гусеничных танков. Красные командиры на практике столкнулись с проблемой оперативной маневренности: перегревались и ломались двигатели, летела трансмиссия и беспрерывно рвались гусеницы. Например, в 45-м механизированном корпусе за один день маневров по причине обрыва гусениц вышла из строя четверть боевых машин. Очумевшие ремонтные бригады не успевали устранять поломки. Представители различных КБ откомандировывались в воинские части, помогая личному составу осваивать эксплуатацию новой техники. Но гусеницы все равно рвались просто потому, что это были плохие гусеницы, сделанные по устаревшим технологиям, к тому же халтурно. Лишь «переобувшиеся» БТ, уложив гусеницы на полки, гордо проносились мимо матерящихся коллег.
Как уже говорилось, существовало два способа решения проблемы: повышать ресурс гусениц либо строить машины с двойным движителем. Абсолютное большинство танкостроителей в 30-е годы сделали выбор в пользу первого пути. Так, уже 6-тонный «Виккерс», закупленный советской стороной в 1931 году и скопированный в точности, имел от Т-26 одно существенное отличие – его «родные» мелкозвенчатые гусеницы из марганцовистой стали выдерживали 4800 км пробега. На 16-тонном «Виккерсе» этот показатель достиг 6000 км. Кроме того, для доставки легких боевых машин непосредственно к линии фронта широко применялись грузовые автомобили и платформы. Но советской промышленности никак не давались секреты отливки качественных траков и термозакалки пальцев. Поэтому у танка Т-26 ресурс гусеницы до поломки составлял 40–60 км, у Т-28 – около 400 км. А разработать приличный грузовик оказалось труднее, чем танк.
Летом 1933 года, принимая программу танкостроения на вторую пятилетку, с удовлетворением констатировав, что «специальная производственная база по танкостроению» обеспечивает производство 11 000 танков в год, советское руководство приняло два принципиальных решения. Во-первых, перевести практически все танки на колесно-гусеничный ход; во-вторых, все машины оборудовать дизельными двигателями, как наиболее предпочтительными с точки зрения экономии и пожаробезопасности.
Вместо имевшихся двух легких машин – Т-26 и БТ – начальник УММ (вскоре переименованного в Автобронетанковое управление) И.А. Халепский предложил внедрить единый дизельный колесно-гусеничный танк Т-26А. Вместо среднего Т-28 – новую, тоже колесно-гусеничную, машину «оперативного назначения» Т-28Б с мощным дизель-мотором, а также выпустить малой серией дешевый «мобилизационный танк» Т-34А. Машины марки БТ предполагалось снять с производства, а Харьковский завод переориентировать на выпуск колесно-гусенично-плавающего ПТ-1А.
К этому времени харьковчане запустили на испытательном стенде первый опытный образец 12-цилиндрового «быстроходного дизеля» БД-2 с номинальной мощностью 400–420 л.с. и отрапортовали, что эта машина, построенная «целиком из советских материалов», по своим показателям является одной из лучших в мире. В ноябре 1933 года мотор установили на танке и артиллерийском тягаче, а год спустя два дизельных БТ-5 были показаны на военном параде в Москве. В конце 1934-го появилось правительственное решение: начать – параллельно с доводкой – подготовку к серийному выпуску танковых дизелей, для чего развернуть на ХПЗ строительство новых цехов и создать производство, способное обеспечить выпуск 10 000 моторов в год. На приобретение в заграничных моторостроительных центрах станков, оборудования, технологий, патентов выделялись колоссальные средства. Группа конструкторов под руководством Г.И. Аптекмана приступила к проработке авиационного варианта БД-2А.
К 1936 году планировалось иметь в производстве пять основных типов танка – разведывательный Т-37А, общевойсковой Т-26А, оперативный ПТ-1, танк качественного усиления Т-28Б, мощный танк особого назначения Т-35А, с последующей заменой его новым образцом. Кроме того, в системе бронетанкового вооружения РККА должны были наличествовать огнеметные, саперные и танки управления, бронемашины разведывательного и «боевого» типов, самоходные артиллерийские установки на базе общевойскового танка, железнодорожные боевые машины, «быстроходные» и «мощные» тракторы, транспортеры боеприпасов и бронетранспортеры для пехоты на шасси легкого трактора.
Сразу отметим, что обе генеральные задачи остались невыполненными, как и почти все остальное.
Серийный выпуск дизельных двигателей, несмотря на наличие опытных образцов, в течение последующих пяти лет наладить не удалось: мотор потреблял масло и топливо в неимоверных количествах, нещадно дымил, вибрировал, плевался газами и саморазрушался. Что касается колесно-гусеничного движителя, то это была дорога в тупик. Никто этим путем уже не шел, кроме, пожалуй, поляков. Англичане, заинтересовавшись подвеской Кристи, приобрели у изобретателя образцы ходовой части, но собственные крейсерские танки строили исключительно на гусеничном ходу.
В июле 1934 года, когда количество танков в Красной Армии перевалило за 8000 единиц, в Германии сошел с конвейера серийный Pz Kpfw. I Ausf. A – первая ласточка официально еще не существовавших Панцерваффе.
При проектировании шасси крупповские инженеры Хогельлег и Вельферт ориентировались на технические решения, примененные в «малом тракторе» и английской танкетке «Карден-Лойд»: смешанная подвеска – передний каток на индивидуальном узле со спиральной пружиной, остальные блокированы попарно с листовыми рессорами. Задний каток играл роль «ленивца». Тележки катков соединяла балка жесткости. Танк комплектовался 57-сильным четырехцилиндровым двигателем воздушного охлаждения «Крупп» М305. Силовая коробка – механическая, с пятиступенчатой коробкой передач и бортовыми фрикционами в качестве механизмов поворота. Корпус собирали при помощи сварки из катаных броневых листов – 13 миллиметров хромоникелевой стали. В смещенной к правому борту башне находилась спаренная установка 7,92-мм пулеметов Дрезе MG13.
Танк обслуживался двумя членами экипажа, имел «рост» 172 см, весил 5,4 тонны, развивал скорость 37 км/ч, запас хода составлял 145 км. На дальние расстояния его транспортировали грузовым тягачом, оснащенным пандусом, или в прицепе. Через год слабосильный двигатель заменили шестицилиндровым мотором фирмы «Майбах» мощностью 100 л.с., добившись увеличения скорости до 40 км/ч. Но для этого пришлось удлинить корпус и добавить еще один каток. В результате вес модификации «В» вырос до 5,8 тонны, хотя вооружение и бронирование остались без изменений.
![](i_028.png)
Немецкий танк Pz.Kpfw.I
С самого начала Pz. I – по сути, танкетка – рассматривался немецкими генералами как учебная машина «до того времени, пока не будут готовы боевые танки».
«Никто, конечно, не думал, – вспоминает Г. Гудериан, – что с этими небольшими учебными танками нам придется в один прекрасный день вступить в бой с противником». Однако так получилось, что к началу Второй мировой войны именно пулеметный «Панцер I» был самым массовым танком Вермахта, он же составлял основу парка немецких танковых войск и во время Французской кампании. На 1 сентября 1939 года в германских войсках имелось 1145 таких машин.
2 августа 1934 года умер президент Веймарской республики фельдмаршал Гинденбург. Через час после его смерти нацистское правительство издало указ о слиянии постов президента и канцлера. Армия была приведена к присяге с клятвой верности лично Адольфу Гитлеру. Он официально стал «фюрером и канцлером германской нации». Ряд фирм получил задание на проектирование 10-, 15– и 20-тонных танков. В 1935 году Гитлер денонсировал Версальский договор и публично объявил о создании танковых частей.
Вслед за этим национал-социалисты приступили к реализации своего четырехлетнего плана.
В СССР под фанфары и здравицы делегатов съезда «победителей» началась вторая пятилетка, целью которой ставилось еще больше усилить Страну Советов, «как опорную базу мировой пролетарской революции».
Итак.
«Мобилизационный» танк Т-34 массой 4,7 тонны был разработан еще в 1932 году. Он представлял собой практически копию машины Т-37, только не плавал. С другой стороны, танк имел более простую конструкцию, усиленную до 10 мм броневую защиту, приличную подвижность, двигатель в 70 «лошадей» и в перспективе (опытный образец имел один пулемет) более мощное, чем у «плавунца», вооружение – 20-мм автоматическую пушку. В случае войны на автомобильных заводах страны из освоенных агрегатов предполагалось развернуть его массовое и дешевое производство. Однако в конце 1934 года работы по подготовке к производству «мобилизационного танка» на заводе АМО-ЗИС были полностью прекращены.
Провалилась и затея повысить «оперативную подвижность» плавающих танков. Изначально их переброску предполагалось осуществлять в кузовах грузовиков, но освоить производство подобных грузовиков отечественная промышленность не смогла. Тогда было принято решение о разработке под индексом Т-43 плавающей машины с колесно-гусеничным ходом, предназначенной для оснащения «разведподразделений мотомехвойск». Делали ее на конкурсной основе сразу два предприятия – ленинградский завод № 185 имени Кирова и московский № 37 имени Орджоникидзе. Первый проект разрабатывался инженерами Зигелем, Симским и Максаковым под руководством Гинзбурга, второй – конструкторами Сазоновым, Брусенцовым, Козыревым, Зориным под водительством Астрова. В качестве двигателя предполагалось использовать мотор «Форд V-8», производство которого осваивал ГАЗ.
Оба танка были собраны к весне 1935 года, оба – с мотором ГАЗ-АА (поскольку тот «Форд» упорно не осваивался, использовали другой «Форд»), установленном поперек корпуса в кормовой части, одинаковой броней толщиной 4 – 10 мм и пулеметом ДТ во вращающейся башне.
Т-43-1 представлял собой машину весом 3,6 тонны. Ходовая часть состояла из трех пар опорных катков большого диаметра, двух ведущих и двух направляющих колес, трансмиссию заимствовали у грузовика ГАЗ. Для движения по воде вместо гребного винта использовались поперечные лопасти на ведущих колесах.
Танк москвичей – Т-43-2 – весил 3,7 тонны, имел аналогичную ходовую часть, традиционный гребной винт для движения на плаву и турель для зенитного пулемета на крыше башни.
Испытания показали, что обе машины одинаково непригодны для принятия на вооружение. Обе были чрезвычайно сложны по устройству, дороги в производстве и ненадежны в эксплуатации. Кроме того, имелись и индивидуальные недостатки: первый образец плохо плавал, второй – не желал ездить на колесах. Впрочем, бесперспективность этого направления конструкторы понимали еще на стадии получения задания на проектирования. Поэтому в конце 1935 года работы по плавающим колесно-гусеничным танкам были окончательно свернуты.
Однако еще до принятия этого решения коллектив Астрова в инициативном порядке проработал вариант гусеничной машины на базе Т-37А, которая была бы надежнее, имела бы больший запас хода и плавучести, и к июню 1935 года изготовил первый образец.
Новый танк по компоновке повторял Т-37А, только место механика-водителя теперь сдвинули к правому борту, а башню – к левому. Он имел более широкий корпус, зато без надгусеничных поплавков, сохранил почти такой же вес, идентичное бронирование, двигатель и трансмиссию от автомобиля ГАЗ-АА, конструкцию башни и вооружение – 7,62-мм пулемет ДТ. Небольшим изменениям подверглась ходовая часть, в которую добавили дополнительную пару поддерживающих катков, дифференциал заменили бортовыми фрикционами и упростили конструкцию тележек.
29 февраля 1936 года танк под индексом T-38 приняли на вооружение Красной Армии взамен Т-37А, серийное производство началось в марте 1937-го. Машина стоила значительно дороже, чем Т-37А, и, как показал опыт эксплуатации, тонула охотнее и чаще. Уже осенью 1937 года танк Т-38, ввиду множества выявленных в процессе эксплуатации дефектов, был объявлен небоеспособным и его приемка была ограничена.
Всего за шесть лет в войска поступило около 4000 плавающих машин.
Танки Т-37А и Т-38 состояли на вооружении до начала войны с Германией и использовались в качестве разведывательных. В частности, в 1937 году в штат механизированного корпуса входило 67 танков Т-37. Имелись они и в штате танковых батальонов стрелковых дивизий и в разведротах отдельных танковых бригад (штат танковой роты – 22 машины). Один из двух эскадронов механизированного полка кавалерийской дивизии был укомплектован 30 плавающими танками. Накануне войны танковый полк из 50 единиц Т-38 входил в штат воздушно-десантных корпусов.
Советские танки-амфибии участвовали в боевых действиях в районе реки Халхин-Гол (из имевшихся в наличии 22 единиц были потеряны 17), во время Освободительных походов в Западную Белоруссию и Западную Украину (когда выяснилось, что при движении вне дорог «плавунцы» отстают от «пешего пехотинца» и теряют гусеницы), в период войны с Финляндией. Они не оправдали себя ввиду недостаточной проходимости, маневренности, малого запаса плавучести, слабой бронезащиты и вооружения. Уже в Финской кампании Т-37 и Т-38 использовались главным образом для охраны штабов, подвоза боеприпасов, эвакуации раненых, в качестве тягачей и для связи.
В работе остальных КБ до 1937 года генеральной линией также оставался перевод существующих боевых машин на двойной движитель.
Проблемой «приспособления» танка Т-26 к передвижению на колесах еще с 1932 года занимался коллектив самородка Дыренкова, однако его проект признали сложным и неграмотным.
В академии моторизации и механизации под руководством М. Данченко в 1933 году разработали проект КТ-26 с пятискоростной коробкой передач и ходовой частью с тремя парами опорных катков вместо четырех, сочетавшей колесный и гусеничный ход. Проект был отвергнут даже без изготовления опытного образца.
Конструкторское бюро завода имени Ворошилова вело проектные работы над машиной Т-26А, получившей индекс Т-46. Проект выполнялся под руководством С.А. Гинзбурга, ведущим конструктором был В. Симский. Конструкция танка предполагала установку либо дизель-мотора ДТ-4, либо одинакового с ним по габаритам бензинового двигателя МТ-4 мощностью 200 л.с. Оба мотора проектировались на том же заводе. По компоновке Т-46 мало чем отличался от «двадцатьшестого». Он был крупнее по размерам, нес более просторную башню, в которую в перспективе можно было установить 76-мм пушку ПС-3. Опытный образец был простроен в 1935 году и превосходил исходный вариант по весу в полтора раза. В результате коробка передач и бортовые редукторы не справлялись с возросшими нагрузками. Работы над Т-46 продолжила конструкторская группа завода имени Кирова под руководством О.И. Иванова.
29 февраля 1936 года постановлением СТО на вооружение РККА был принят колесно-гусеничный танк Т-46-1, который и пошел в серийное производство. Он весил 17,5 тонны (напомним, что Т-26 – 9,2 тонны), получил новый двигатель воздушного охлаждения МТ-5 мощностью 330 л.с., усиленную до 15 мм броню (щиток механика-водителя – 22 мм), увеличенную башню с возможностью установки «трехдюймовки», пневматический огнемет КС-45. Танк очень хорошо зарекомендовал себя в войсках, был легок в управлении, имел отличную подвижность и проходимость на гусеницах лучшую, чем у БТ. Вот только по цене он сравнялся с трехбашенным Т-28. Поэтому серийно произвели лишь 4 единицы. Выпуск танка Т-46-1 и все работы по нему были прекращены в начале 1937 года.
Параллельно технический отдел Экономического управления ОГПУ силами тюремного КБ под руководством Астрова и при участии ОКМО пытался усовершенствовать ПТ-1. Образец танка ПТ-1А был изготовлен на Опытном заводе Спецмаштреста под руководством ведущего инженера Н.В. Цейса, однако испытания, проведенные в октябре 1934 года, показали, что и здесь овчинка не стоит выделки.
Особые надежды возлагались на колесно-гусеничный вариант трехбашенного танка Т-28, который при боевой массе 17,5 тонны должен был развивать скорость до 70 км/ч, иметь 20-мм броню и вооружение из 76-мм пушки и четырех пулеметов. За основу решили взять шасси ПТ-1А, но без плавательных «принадлежностей». Ведущим конструктором машины был Н.В. Цейц. Эталонный образец танка Т-29 изготовили на Кировском заводе в 1936 году, и со следующего года планировалось запустить машину в серию. Однако не сбылось. Новый танк от Т-28 только тем и отличался, что на колесном ходу имел лучшую подвижность и маневренность, зато оказался сложным и ненадежным, а стоил почти вдвое дороже.
Основными боевыми машинами Красной Армии оставались хорошо освоенные промышленностью Т-26 и БТ. Их удалось сделать не только более дешевыми, но, главное, значительно улучшить качественно. В 1935 году в СССР освоили литье стали Гарфилда, начали изготавливать траки методом горячей штамповки, успехом закончились опыты по закалке гусеничных пальцев токами высокой частоты, соответственно на порядок удалось увеличить ресурс гусениц.
Завод № 174 имени Ворошилова продолжал выпускать танк Т-26, совершенствуя его боевые характеристики.
В конце 1935 года был установлен дополнительный бензобак, что позволило поднять запас хода до 240 км, а в кормовой нише башни, согласно приказу наркома обороны, стали монтировать шаровую установку с «ворошиловским» пулеметом ДТ. Были внесены изменения в ходовую часть. Потрясающий результат дало использование новых траков: опытный образец на гусеницах прошел 200 км без единой поломки. Танк отличался легкостью управления и удобством в эксплуатации. Корпус начали изготавливать с применением электросварки, удалось освоить штамповку маски пушки, над стволом орудия стали крепить два мощных прожектора – так называемые фары боевого света, придавшие танку характерный, узнаваемый вид. Масса машины возросла до 9,6 тонны. В 1935–1936 годах выпустили 55 экземпляров дистанционно управляемых «телетанков» ТТ-26, которые оснащались приборами пуска отравляющих веществ и съемным огнеметом. В 1937 году были разработаны легкие и дешевые бакелитовые бензобаки, на крыше башни появилась вращающаяся турель для зенитного пулемета, а в самой башне – переговорное устройство ТПУ-3. Машина получила новую коническую башню, сваренную из 15-мм бронелистов. Но в целом конструкция себя исчерпала.
Одновременно на ХПЗ, при горячей поддержке военных, мечтавших иметь в мехчастях «танк артиллерийского сопровождения», велись работы по установке 76-мм орудия на БТ, которые привели в итоге к появлению машины БТ-7. Чтобы поставить усиленное вооружение, харьковчане расширили до 440 мм носовую часть корпуса, что позволило сдвинуть вперед механика-водителя с органами управления и улучшить обзорность. Справа от водителя предусматривалось наличие четвертого члена экипажа и курсового пулемета. Многие броневые листы соединялись посредством сварки, а верхний лобовой имел толщину 22 мм. Вместо снятого с производства двигателя М-5 установили М-17Т, ограничив его мощность до 400 л.с. В корме разместили дополнительный топливный бак емкостью 480 литров, доведя запас хода до 500 км.
Поскольку новая танковая пушка задерживалась, «семерка» в начале 1935 года пошла в серийное производство с башней от БТ-5 с 45-мм пушкой 20К и пулеметом ДТ. Курсовой пулемет упразднили. Машина весила 13 тонн и развивала скорость 73 км/ч на колесах и 53 км/ч на гусеничном ходу.
С 1937 года начался выпуск БТ-7 с конической башней. На части машин устанавливался зенитный пулемет. На линейных танках имелся пулемет в кормовой нише. Четырехскоростная коробка передач была сменена на трехскоростную. Толщина лобовой брони возросла до 22 мм, боевая масса – до 13,8 тонны. На базе БТ-7 пытались создать мостоукладчик, бронетранспортер, ракетный, телемеуправляемый, химический и огнеметный танки, минный заградитель и минный тральщик, самоходную артиллерийскую установку, однако до серийного производства ничего довести не удалось. Особой оригинальностью отличался проект летающего танка-трансформера ЛТ-1 с выдвижными крыльями, хвостовым оперением и складывающимся винтом. Автор идеи инженер М. Смалько обещал, что это чудо-оружие будет порхать со скоростью 200 км/ч на дальность 800 км.
Не была забыта и идея «ударного колесно-гусеничного танка дальнего действия»: на корпус БТ установили модернизированную башню Т-26-4 с «трехдюймовкой» КТ-28, получив артиллерийский БТ-7А. С 1936 по 1938 год их выпустили 154 экземпляра.
Ввиду того что на колесном ходу танки БТ имели привод лишь на одну пару колес, без гусениц их можно было использовать только на дорогах с твердым покрытием. На проселке ведущие колеса врезались в грунт и буксовали.
Летом 1934 года к командующему войсками Киевского военного округа И.Э. Якиру с предложениями по улучшению конструкции танка БТ обратилась группа рационализаторов 4-го танкового полка под руководством командира взвода Н.Ф. Цыганова. Он предлагал, во-первых, синхронизировать работу гусеничного и колесного движителей; во-вторых, сделать ведущими не одну, а три пары катков, для подвода мощности к которым внутри танка были продолжены карданные валы, от которых мощность уже передавалась через конические шестерни по вертикальным валам непосредственно к колесам.
Работая в течение четырех месяцев по 16–18 часов в сутки, энтузиасты к апрелю 1935 года изготовили чертежи и модель танка с новым движителем. Поскольку сам Цыганов инженерного образования не имел, за него расчеты проводили молодые конструкторы В.Г. Матюхин и Л.А. Бессонов. По личному указанию Ворошилова для изготовления машины, обозначенной индексом БТ-ИС (Иосиф Сталин – естественно), были выделены необходимые средства, место на харьковском танкоремонтном заводе № 48 и экземпляр танка БТ-2. Постройка опытного образца велась ударными темпами, и уже в июне он был готов к испытаниям. Машина, доработанная по предложениям Цыганова, показала хорошую проходимость не только на проселочной дороге, но даже на пашне. Причем танк сохранял подвижность и маневренность при потере одной гусеничной цепи и до двух опорных катков с одного борта. В результате Ворошилов и Орджоникидзе подписали совместный приказ о совершенствовании колесно-гусеничного движителя и изготовлении 10 машин пробной серии на базе танка БТ-5.
Несмотря на выявленные недостатки – слабость шестерен синхронизаторов, перегрузку ошиновки задних катков, срыв резьбы штоков вертикальных свечей и плохой доступ к дополнительным приводам, – армейская комиссия рекомендовала принять танк БТ-5-ИС на вооружение. Начальник АБТУ РККА Г.Г. Бокис отдал распоряжение: изготовить в 1937 году на ХПЗ установочную партию танков БТ-7-ИС, а заводу № 48 с января 1938 года приступить к переоборудованию по методу Цыганова 300 машин БТ-5.
Однако до конца 1937 года была изготовлена только одна машина «системы ИС».
В СКБ-2 Кировского завода (бывший «Красный путиловец») серьезным доработкам подвергся серийный танк Т-28. Был проведен комплекс мер по совершенствованию конструкции трансмиссии, повышена надежность ходовой части. «Скоростной вариант» марки Т-28А на испытаниях продемонстрировал скорость около 60 км/ч.
Для «тридцатьпятого», словно для заправского корабля, создали танковую систему ПУС (приборов управления стрельбой) для централизованной выдачи целеуказания и наводки орудий. С этой системой, непрерывно ее совершенствуя и периодически испытывая в идеальных полигонных условиях, носились шесть лет, чтобы прийти к печальному выводу: «Прибор ПУАТ-35 является опытным и негодным для войсковой эксплуатации… К числу недостатков прибора следует отнести большие габариты, вес и малую надежность работы… Серийная переделка танков Т-35 под установку ПУАТ не представляется целесообразной из-за малого их количества, высокой стоимости самого прибора и его сомнительной боевой ценности в условиях современной маневренной войны».
К началу 1936 года практически всем танкостроителям стало ясно, что в связи с насущной необходимостью усиления бронирования боевых машин концепция перевода танков на колесно-гусеничных ход себя не оправдывает. Ходовая часть могла вынести что-нибудь одно – либо мощную броню и усиленное вооружение, либо дополнительный колесный движитель. Советских военачальников по-прежнему очаровывали скоростные качества «бэтушек». А в Европе появилось новое поколение чисто гусеничных танков.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?