Электронная библиотека » Владимир Корн » » онлайн чтение - страница 4


  • Текст добавлен: 16 декабря 2013, 14:53


Автор книги: Владимир Корн


Жанр: Попаданцы, Фантастика


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 4 (всего у книги 31 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Шрифт:
- 100% +
Глава 6
«Элиза в лунном свете»

В море мы вышли затемно, с первым дуновением легкого бриза, потянувшего с берега.

Когда рассвело, ветер немного посвежел и карасса, а именно так назывался здесь этот тип судов, рванула вперед, словно породистая беговая лошадь.

Я стоял, облокотившись на планширь, и поглядывал на Фреда, который пытался что-то втолковать рулевому. Жаль, что не видят его сейчас многочисленные подружки и те дамы, что все еще сомневаются в своих чувствах. В красном камзоле нараспашку и широкополой шляпе (у нас такие когда-то называли зюйдвестками) смотрелся Фред весьма достойно.

На корабле имелось четыре пушки, по две на каждом борту, и длинноствольная кулеврина, уткнувшаяся зевом в море за кормой. На баке орудий не было, что и неудивительно, вряд ли команде приходилось кого-то преследовать, скорее уж наоборот. Парусное вооружение судна впечатляло. Поймав мой взгляд, Фред лишь развел руками, мол, знаю, что «Мелисса» моя – красавица, так ведь и сам я на своем месте и выгляжу ничуть не хуже корабля. Веселая бесшабашность, иначе и не скажешь.

Команда «Мелиссы» состояла из тридцати семи человек. Обычно Фред обходился и меньшим количеством, расширяя экипаж по мере надобности. В Дертогене это сделать несложно, моряков там хватает.

Как и все морские порты Империи, этот городок принадлежит короне. При каждом порте есть крепость с гарнизоном. Комендантом Дертогена являлся барон фер Энгнуа. Дважды в неделю он со своей свитой объезжал вверенный ему объект с самым важным видом. Довелось и мне его видеть несколько раз.

Фред появился в городке четыре года назад, продемонстрировал коменданту крепости рекомендательные письма, да так и остался на постоянное место жительства. О своем прошлом мой новый знакомый никогда не рассказывал. Зарабатывал он на жизнь тем, что брал фрахты за перевозку грузов. Причем по известным только ему причинам мог отказаться от очень выгодного дела и не менее легко взяться за другое, чуть ли не копеечное. В общем, человек-загадка.

Но был у него и еще один приработок, о котором мы и говорили в таверне.

В нескольких днях хода от Дертогена, в открытом море, проходит торговый морской путь, ведущий в крупнейший порт Империи, Гроугент. Это только кажется, что по морям существует множество дорог, ведущих к намеченной цели. На морях и океанах тоже есть свои, строго ограниченные пути, разве что не огороженные бордюром и не отмеченные столбиками с километражем. Цель любого плавания – добраться до порта назначения с наименьшими затратами времени и ресурсов.

Так вот, в том месте, куда мы сейчас направлялись, судоходство было довольно оживленным, а в непосредственной близости находилось множество банок с острыми подводными скалами. И практически после каждого шторма эти особенности морского ландшафта собирали свои жертвы. Такое случалось здесь регулярно, и, как правило, непогода налетала внезапно, в этом я и сам успел уже убедиться.

Для Фреда стало уже чем-то вроде игры в лотерею появляться на этих банках после каждого шторма. Зачастую ему улыбалась удача в виде разбитых и полузатопленных кораблей. Иногда он зарабатывал на спасении таких судов. Случалось, что покидал заповедные места впустую. Бизнес, вероятно, не очень солидный, я даже не догадываюсь, чем он его привлекал, но он почему-то предложил мне составить ему компанию.

Когда я решил узнать о причинах интереса к моей персоне, сообщив ему, что лазить по вантам его «Мелиссы» меня только крайняя нужда заставит, он только рассмеялся и заявил, что у меня очень забавный акцент. А еще, как он сказал, ему нравится, что я постоянно задаю вопросы. Трудно понять, когда он говорит серьезно, а когда шутит. Как человек он мне нравился, еще бы ему на Аниату чуть иначе поглядывать… Вот так и вышло, что отправился я вместе с ним на «Мелиссе» в это путешествие. Фред уверял, что выплатит мне мою долю сполна, если я буду ему помогать. Не в моем положении проявлять особую гордыню, тем более что не душегубством ведь мы собирались заниматься.

Я отстоял часть вахты за штурвалом, удерживая корабль на курсе. Дело в общем-то привычное, с единственной разницей, что нужно еще и за парусами присматривать, чтобы не потерять ветер. На обед был приглашен в капитанскую каюту Фреда, занимавшую большую часть кормовой надстройки.

Убранство каюты впечатлило даже меня, что уж говорить о его гостьях, которым он наверняка не раз хвастался подобным великолепием. Резная мебель, кровать с балдахином, мягкий ковер на полу, серебряный сервиз в шкафчике со стеклянными дверцами, где каждый предмет был закреплен в специальной нише для защиты от шторма и сильной качки. У Фреда даже зеркало имелось. Почему даже? Да потому что за время своего пребывания здесь я видел этот замечательный предмет лишь во второй раз. А первый был на городском рынке. Далеко не бедный торговец использовал его как приманку для покупателей. Возле небольшого зеркала, висевшего на стене его лавки, постоянно толпились люди, любуясь своим отражением. А где много народа, там и покупатели всегда найдутся.

Наконец хозяин каюты указал мне на картину, скромно висевшую на одной из переборок. Поначалу я даже не заметил ее, разглядывая разложенную на столе морскую карту. И совершенно напрасно не заметил: это творение живописи было достойно внимания.

Как ни странно, на картине не был изображен морской пейзаж. Я вообще с трудом мог понять, что решил запечатлеть неизвестный мне художник. Откуда-то из глубины пробивался слепящий свет – вот, по сути, и все, если бросить на картину беглый взгляд. Но если присмотреться повнимательнее… Художнику совершенно невероятным образом удалось передать бесконечную глубину перспективы и придать изображению объемность. Какие средства он для этого использовал – непонятно, ведь свет не может изгибаться так, как изгибаются реки или дороги на картинах.

Среди широких темных мазков угадывались искаженные полупрозрачные лица, изо всех сил тянущиеся к свету. Картина завораживала, хотелось стоять и рассматривать ее бесконечно.

С трудом избавившись от наваждения, я повернулся к Фреду. Тот внимательно наблюдал за моей реакцией.

– Что ты увидел? – спросил он заинтересованно.

– Колодец, – не стал напрягаться я.

– Колодец? – Он был явно удивлен моим ответом.

Ну да, колодец. А что я там должен был увидеть?

Перебравшись в город, мы со Стрегором решили первым делом почистить колодец во дворе дома. Им давно не пользовались, и он изрядно забился всяким мусором. Я сидел на беседке, это такая доска с веревками, и вычерпывал ведерком скопившуюся грязь. Ведерко было небольшим, чтобы Стрегор мог вытаскивать его заполненным, не очень надрываясь.

То ли я переполнил ведерко, то задел случайно за кладку колодца из крупных неотесанных камней… В общем, липкая масса попала мне точно в лицо. Еще и комком грязи в голову угодило. Вот тогда я и увидел примерно то же, что и на картине. Даже искры были, они кое-где и на полотне присутствуют.

– Обычно тех, кто в первый раз ее рассматривает, мне приходится за руку оттаскивать, они еще и сопротивляются, – сообщил мне Фред.

Ну что тут скажешь? Волшебная сила искусства. Но картина действительно впечатляла.

А еще мне вспомнился один мой хороший знакомый по прежнему миру. Художником он был от Бога и получил соответствующее образование.

Так вот, есть у него картина, навеянная музыкой великого Людвига ван Бетховена. Навеянная двумя, наверное, самыми известными его произведениями, она так и называется – «Элиза в лунном свете».

Только почему-то Элиза у него обнажена, опустилась на колени и локти и грациозно выгнула спинку. Хорошо хоть боком к зрителю стоит, только голову повернула. И серебристый лунный свет затопил все вокруг. Только вот образ девушки часто меняется: она и блондинкой успевала побывать, и брюнеткой, и рыженькой. Так вот, эта картина меня тоже сильно притягивала, всякий раз у него в гостях подолгу ее рассматривал.

На следующий день, ближе к вечеру, на самой границе видимости появились пятнышки островов, растянувшихся по всему горизонту.

– Немного ближе подойдем и будем до утра ждать, – сказал Фред. – То, что нам нужно, как раз за островами и находится. Но в темноте мы туда не полезем, чревато.

Всю ночь, убрав паруса, мы пролежали в дрейфе. Спать я отправился далеко за полночь, слишком уж впечатляла картина: такие близкие звезды отражаются в почти неподвижной воде.

Под утро поднялся ветер, принеся с собой волнение. Балла три, не больше, определил я: на гребнях волн барашков не видно. Шли мы круто к ветру, приближаясь к островам. Наконец один из них, поросший буйной растительностью, оказался почти на траверзе левого борта. Неожиданно из-за острова показался трехмачтовый парусник с высокими носом и кормой. На его правом борту я насчитал двенадцать орудий, бомбард, по-моему, но ручаться не буду, далековато.

– Право на борт! – заорал мгновенно побледневший Фред и сам же бросился выполнять свое приказание. Оттолкнув рулевого, он с бешеной скоростью закрутил штурвалом.

«Мелисса» неохотно откликнулась на приказ: слишком мала была ее скорость. И потянулись томительные минуты, когда ничего нельзя изменить и ничего уже от тебя не зависит. На корабле, движущемся в нашу сторону, часть парусов была зарифлена, но ветер ему благоприятствовал, задувая в корму.

Наконец наша карасса развернулась достаточно для того, чтобы захватить парусами полный ветер. «Слаженно у Фреда команда работает», – подумал я, наблюдая за действиями матросов. Я бы и сам помог, но не с моим опытом туда лезть.

Трехмачтовик взял еще правее, чтобы ударить пушечным залпом. Было хорошо видно, как суетятся канониры на его борту. «Мелисса» рванула с места, недаром хозяин ее даже лишним количеством орудий не отягощает, хотя мог бы установить еще не меньше дюжины. Правый борт нашего противника окутало дымом, затем донесся грохот пушечного залпа. Поздно. Ядра подняли столбы воды за кормой, и лишь одно проделало дыру в стакселе грот-мачты.

Рявкнула кулеврина, установленная на корме «Мелиссы», и через некоторое время на нижнем фоке преследующего нас корабля появилось аналогичное украшение.

Канониром у Фреда был старый Могнир, всю жизнь отслуживший в имперском флоте. Теперь он выходил в море просто потому, что не мог без этого обойтись. Чего на берегу сидеть? Дети выросли, внуки тоже, а правнуками еще не обзавелся. Был он подслеповат, глуховат – издержки профессии, но ядро положил мастерски. Фред даже кулак на одной руке сжал, в знак одобрения. Один-один получается, если считать по попаданиям.

Старик продолжал возиться со своей кулевриной, задирая жерло ее ствола все выше в небо. Наконец он застыл, выбирая момент для выстрела. Мы тоже все замерли в ожидании. И старый комендор не промахнулся. Ядро попало в марс – площадку на мачте, в бочку, называемую вороньим гнездом. Бочка накренилась, выпавший из нее человек скользнул по раздутому ветром полотнищу грота и упал в воду. Команда «Мелиссы» прокомментировала увиденное восторженным ревом. Вряд ли Могнир стремился попасть именно туда, куда угодило ядро, возможно, ему даже не удалось разглядеть результаты своей работы, но принимал поздравления он с самым спокойным видом.

Пока наш противник разворачивался левым бортом, расстояние между нами увеличилось, и следующего залпа уже не последовало.

– Старый знакомый, – ответил на мой молчаливый вопрос Фред. – Из тех знакомых, что век бы не знать и не видеть.

Через пару часов гонки стало очевидным, что преследующий нас корабль безнадежно отстал. Враг понял это и прекратил гонку. Еще два часа – и мы потеряли его из виду. Я так и не сумел его классифицировать. Три мачты, бизань расположена вплотную к гроту, и на ней лишь одинокий косой парус. Да, здесь в кораблестроении имеются свои особенности. «Мелиссу» я успел облазить, что называется, от киля до клотика. Все в наличии: и шпангоуты, и пиллерсы, и бимсы всякие. У баллера руля пятка присутствует. Внешне, конечно, есть отличия, но в основном все, как и у нас было. Вон даже ахтерлюк имеется, в него как раз судовой повар полез.

Мне почему-то казалось, что после этой встречи Фред решит повернуть на Дертоген, но я ошибался. Он не из тех людей, кто отступает так просто. На следующий день карасса огибала гряду островов, вытянувшихся в линию до самого горизонта. Этим путем обычно и следуют суда, стремящиеся попасть в Гроугент. Все свободные от вахт матросы пытались высмотреть то, ради чего мы сюда и прибыли.

Фред рассказывал, что эти воды – излюбленное место обитания пиратов. Правда, в последнее время их стало здесь не так уж много, зона активных пиратских действий переместилась на юг, где пролегал морской путь, связывающий Империю с другим могущественным государством – Абдальяром.

Раньше в этих местах постоянно курсировала эскадра военных кораблей Империи, чьей основной задачей и являлось обеспечение безопасности мореплавания торговых судов. Сейчас этих судов стало гораздо меньше. И получается, что встретить пиратов значительно проще. Корабль, с которым мы недавно столкнулись, тоже был пиратским. Назывался он «Пулус», что на местном наречии обозначает морское животное, похожее, судя по описанию, на моржа. Командовал кораблем Бундриг Стор, давний недруг Фреда.

За день плавания вдоль гряды островов нам попалось два торговых каравана. Один весьма приличный, судов пятнадцать. Купеческие суда обычно сбиваются в целые флотилии, так им легче отбиваться от пиратов. Правда, после шторма их может раскидать, а в одиночку сопротивляться джентльменам удачи гораздо труднее.

Другой караван был значительно меньше, всего три торговца. Но охраняли их два военных трехпалубных корабля с незнакомыми флагами и непонятным гербом.

Имперский герб я уже знал, практически каждый день им в Дертогене любовался, когда ветер разворачивал штандарт на шпиле. И соответствовал он гербу правящей династии Крондейлов. На нем изображена стоящая на задних лапах фигура какого-то животного, похожего на стилизованного льва. Сверху три короны, верхняя самая большая. Внизу – два перекрещенных меча. И еще две ленточки по бокам, похожие на муаровые. Девиз – просто верх глубокомыслия: «могущество в мощи». Ага, «победность в победе», «правдивость в правде», «стильность в стиле» и так далее…

– Это абдальярцы, – пояснил Фред, заметивший мой интерес.

Повезло мне, наверное, что попал именно сюда. Тут тебе и пираты, и романтики полно. И воздух чистый, не загаженный. Возможно, вон на том острове с длинной желтой песчаной косой, выступающей далеко в море, какой-нибудь местный Морган клад свой зарыл.

Попади я в будущее, во мне бы давно чужака обнаружили. И изрезали бы мой бедный мозг тонкими-тонкими ломтиками, чтобы понять, как далеко шагнула эволюция за пару столетий.

Хотя вряд ли. Вот смотрю я на этих людей и понимаю, что ничем они от нас не отличаются. Разве что знаниями и какими-то навыками. Но вот перебрось любого из них в мой мир, так им еще легче, наверное, чем мне здесь, будет адаптироваться. Долго ли микроволновкой научиться пользоваться или телефоном? Да враз.

Это что же получается: наше общество, выходит, больше потеряло, чем приобрело с течением времени? Бред какой-то.

Глава 7
Звериный оскал

На следующий день Фред смирился с тем, что удача на этот раз ему не сопутствует. Он принял решение вернуться в Дертоген, но перед этим зайти в еще один порт Империи, Торпент, в надежде захватить попутный груз. Мы прошли между двух островов и взяли курс вдоль северного берега левого из них.

Я поинтересовался у Фреда причиной столь странных маневров, ведь нам следовало идти почти в противоположную сторону.

– Есть там укромная бухта… Вдруг там какой-нибудь купец ремонтируется, – посвятил меня в свои планы предприимчивый капитан.

Зрелище, открывшееся нам при входе в бухту, было более чем неожиданным. К стоявшему на якоре посреди бухты купеческому кораблю при помощи абордажных крючьев был пришвартован тот самый «Пулус». Его несложно было признать по окраске и характерным обводам корпуса, да и марсовая бочка была по-прежнему накренена в сторону. Схватка была в самом разгаре, до нас доносился шум боя.

Фред заметался по мостику, и его нетрудно было понять. Ведь именно сейчас подходящий момент, чтобы свести счеты с давним врагом. Хотя здесь тоже было над чем подумать. Пираты уходят в море, имея на борту столько людей, сколько позволяют возможности их кораблей. На захватываемых ими судах экипажи защищаются яростно, ведь их ждет незавидная участь – отправиться за борт со вспоротым животом и чаще всего еще живыми. Здесь так принято. И акул хватает, и питаются местные рыбки явно не планктоном.

Купеческий корабль, сильно напоминавший пузатый бочонок, здорово пострадал во время последнего шторма, оставшись без двух мачт. Уцелела только бизань. Вот и спрятался капитан в этой укромной бухте, чтобы поправить такелаж и установить новые мачты. На берегу высоких деревьев достаточно, выбор большой.

Вот только об этой бухте знали не только торговец и Фред, но и хозяин «Пулуса».

У Фреда на борту тридцать семь человек, включая меня. Реальных воинов – еще меньше, всего пятнадцать, и себя я к ним не причисляю. На «Пулусе» – сотни две людей, сделавших пиратское ремесло своим образом жизни.

У купца экипаж около сотни моряков, может быть, чуть больше. Очень нехорошее соотношение получается, даже если напасть на Бундрига Стора со спины.

Наконец марсовый разглядел, что на борту торговца было гораздо больше людей, чем обычно бывает на таких судах. Похоже, купец подобрал людей с затонувшего судна, иначе никак было нельзя объяснить такое количество защитников.

Я посмотрел на Фреда: интересно, какое он примет решение сейчас, когда все так удачно складывается. Оказалось, Фред его уже принял. Послышались распоряжения, забегала палубная команда, задрожали и поползли гитовы, подтягивая шкаторины к реям. На правый борт навешивались плетенные из конопляных тросов кранцы. Люди Фреда, уже в воинском облачении, состоявшем из кирас и шлемов, расположились у борта корабля с абордажными крючьями наготове. Вскоре к ним присоединился и сам Фред в таком же «наряде». Но даже в нем он умудрялся выглядеть щеголем.

За считаные минуты на «Мелиссе» была убрана большая часть парусов. Мы продолжали идти вперед только за счет инерции, да еще кливеров на бушприте.

– Ты с нами? – спросил меня Фред, и я кивнул.

– Кто бы сомневался, – пробормотал он себе под нос, но мне все же удалось разобрать его слова.

Кто, кто? Да хотя бы я сам. Ну какой из меня боец, тем более сейчас, когда все действие будет происходить в тесноте переплетений всех этих шкотов, брасов, фалов и остальной оснастки такелажа, да еще и на скользкой от крови палубе. И не пойти нельзя, есть моменты, когда ценность собственной жизни должна остаться где-то там, в глубине, а на первый план выходит надежда людей на твою помощь.

Когда расстояние между «Мелиссой» и «Пулусом» сократилось, в ход пошли кошки. И вскоре борта кораблей встретились со стуком и скрежетом.

Наша абордажная команда с яростным ревом бросилась на борт пирата. Вторым эшелоном, вместе с десятком матросов, туда же направился и я.

Как оказалось, чтобы немедленно столкнуться нос к носу с врагом, совсем не обязательно бросаться на абордаж в числе первых. Достаточно сделать несколько шагов по чужой палубе – и вот он, враг, сам нашел меня.

Крепкий рыжеволосый тип в сшитом из нескольких слоев буйволовой кожи жилете и с абордажным топором в руках. Перекинув опасное оружие из одной руки в другую пару раз, он ухватился за него обеими руками и нанес удар страшной силы, пытаясь попасть в голову. В ту самую, где хранится множество знаний, еще недоступных здешнему миру. Уже одно это заставило меня отскочить в сторону – навстречу, отводя удар левой рукой, а правая с палашом пошла между его ног. Затем режущим движением дернул клинок на себя. Целился я в бедренную артерию, а вот куда пришелся порез, не знаю. Янычары когда-то славились таким ударом, вот уж не думал, что и мне пригодится. Бородач, зажимая руками рану, упал на колени, уткнувшись лбом в доски палубного настила.

Со вторым пиратом я тоже справился на удивление быстро. Парировал его удар своим клинком, сделал выпад, метясь в горло. Попал.

Третий же мой противник чуть не стал для меня последним. Спас меня один из людей Фреда, вовремя толкнув в плечо.

Я поупражнялся в полетах и со всей силы шлепнулся о палубу. Зато вспомнил о пистолете – чудо местной оружейной мысли пребольно врезалось мне в бок. При помощи этого оружия я и достал одного из трех пиратов, наседавших на моего спасителя. Затем отвлек еще одного, делая вид, что сейчас обрушу на него всю свою ярость, и Бронс – именно так звали человека, спасшего меня от верной гибели, – быстро разделался со своим, а затем уже и с моим врагом. Оказывается, у нас отлично получается работать в паре. Пока я вношу ужас в ряды противника, грозя оружием и пугая звериным оскалом, Бронс успевает нашинковать отвлекшихся на меня врагов. В общем, для первого раза вышло неплохо. Это даже Фред отметил.

Бой почти закончился. Экипаж торгового судна, получив неожиданную поддержку с нашей стороны, перешел в контратаку. Совместными усилиями мы загнали уцелевших врагов, среди которых оказался и Бундриг Стор, на высокий ют «Пулуса».

Наступила минутная передышка. Казалось бы, победа уже одержана, но несколько десятков пиратов по-прежнему готовы сразиться с нами. Сейчас, когда эмоции схлынули и весь запал пропал, мирным торговцам было трудно заставить себя снова рисковать своей жизнью. А вот пираты будут стоять до последнего, им терять нечего. В плен их, конечно, никто брать не будет и справедливому имперскому суду не предаст. С ними покончат здесь и сейчас, и совсем не обязательно, что их смерть будет мгновенной и легкой. Поэтому терять им нечего. Хотя нападение они тоже не провоцировали, стараясь держаться как можно тише.

Я был уверен, что дело закончится выстрелами из пушек купеческого корабля. Но все оказалось гораздо интереснее.

На палубе перед кормовой надстройкой появился Фред в красном камзоле с золотыми позументами и в треугольной шляпе с пышным белым пером. И когда это он успел переодеться?

Он важно прошелся перед всеми, затем, не повышая голоса, сказал:

– Бундриг, все равно ведь подохнешь через пару минут. Так, может быть, доставишь мне удовольствие, спустишься и примешь смерть от моей руки? Ты же знаешь, сколько лет я об этом мечтаю.

И Бундриг не заставил себя долго ждать. Через пару минут он уже спускался по трапу. Пиратский предводитель оказался крупным мужиком лет сорока с длинной угольно-черной кудрявой бородой в форме лопаты.

– А его прозвище случайно не Черная Борода? – спросил я у стоявшего рядом Бронса, припомнив известного пирата из земной истории.

– Нет, – усмехнулся тот, – за глаза его называют Хряк, и он очень этого не любит.

Пират небрежно помахивал зажатой в правой руке саблей, больше похожей на длинный меч с односторонней заточкой. Фред, к тому времени успевший скинуть камзол и шляпу, был вооружен не менее длинной саблей со слегка изогнутым клинком.

Похоже, что сейчас я стану свидетелем дуэли двух давних врагов. Должно быть, потрясающее зрелище. Это не общая схватка, когда заботишься в основном о том, как увернуться от сыплющихся со всех сторон ударов, – на все остальное попросту не хватает внимания.

Но зрелища не получилось. Отбив размашистый удар пирата, Фред немного отклонился назад и атаковал противника двумя быстрыми выпадами. На втором выпаде он достал Хряка уколом в объемистый живот, погрузив в него чуть ли не треть клинка, правда, сам он при этом получил ранение в левое плечо.

Моряки одобрительно зашумели, Бундриг – фигура зловещая, а вот Бронс недовольно поморщился:

– Я же сто раз показывал ему, что после такого выпада следует защита клинком и нельзя так глубоко проваливаться.

Я с удивлением посмотрел на моряка. Бронс выглядел по меньшей мере лет на пять моложе меня или Фреда.

Вероятно, гибель Бундрига и послужила той искрой, после которой вспыхнула атака. Оставшихся пиратов смели сразу. Сломленные потерей главаря, пираты сопротивлялись ожесточенно, но были обречены. Эх, я бы все-таки сначала картечью пальнул, чтобы уж наверняка.

Чтобы отметить победу и поблагодарить за неожиданную подмогу, хозяин торгового судна угостил всех вином. На корабле даже небольшой салют (если можно так выразиться) устроили, пальнув пару раз из пушки.

А Фред решил обсудить дела с купцами – владельцем шнорка «Глистри» и капитаном со спасенного «Глистри» судна. Разговаривали они долго, и мой приятель остался очень доволен.

Подробности выяснились уже на следующий день, когда мы под всеми парусами летели прямым курсом к Дертогену. За обедом, как обычно проходившим в капитанской каюте, Фред посвятил меня в подробности разговора. Суть его заключалась в следующем.

Пиратский «Пулус» стал призовым кораблем, и дело стояло только за тем, как разделить этот приз. Сначала Фред настоял на том, чтобы распределить доход на три равные части, невзирая на количество людей, принимавших участие в битве. Затем капитан спасенного экипажа решил выкупить у моего приятеля треть «Пулуса», чтобы сразу стать хозяином корабля. С первым купцом он уже договорился заранее, и тот пошел ему навстречу, тем более что два торговца состояли между собой в родстве.

Фреда предложенный вариант более чем устраивал. Ведь лучше получить деньги на месте, пусть даже и потеряв при этом часть суммы, чем перегонять трофейный корабль и мучиться потом с его продажей.

Выглядел наш переговорщик крайне довольным. Не менее довольным был и я, после того как получил свою довольно-таки приличную долю – четверть от выплаченного за «Пулус» золота пошла Фреду, остальную сумму поделили на всю команду. Мне причиталась неплохая сумма – двенадцать славненьких золотых имперских крон. Теперь у меня было достаточно денег для того, чтобы сделать наконец то, к чему я давно стремился, – отправиться в Дрондер, столицу Империи.

После обеда ко мне подошел Бронс. И бесплатно предложил мне то, за что я согласен был заплатить золотом.

– Мне нравится скорость, с которой ты движешься, Артуа. Но вот оружием ты владеешь так, что любой сразу разглядит в тебе новичка. Если хочешь, я мог бы тебя немного поднатаскать. Конечно, фехтованию нужно учиться годами, но уверен, что некоторые вещи ты сможешь освоить довольно быстро.

Еще за обедом Фред сознался мне, что поручил Бронсу присмотреть за мной, и лишь благодаря такому присмотру я и остался жив. На память об этом сражении остался только едва заметный порез на левой щеке.

Не знаю, почему Фред решил позаботиться обо мне, вряд ли из-за моего забавного акцента. А вот Бронс решил позаниматься со мной исключительно по собственной инициативе.

Когда Фред увидел наши тренировки, то был сильно удивлен.

– Как ты его смог убедить? – поинтересовался приятель.

– Я раскрыл ему тайну твоей картины, – заявил я.

– И в чем же она заключается?

– На ней изображена дырка в заднице, если смотреть изнутри. Потому люди и застывают перед ней, мысленно стремясь выбраться из того места, куда определила их жизнь.

Фред хохотал так, что у него разболелось раненое плечо.


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 | Следующая
  • 4.7 Оценок: 6

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации