Читать книгу "Страшный прапор. Долгая интересная прогулка"

– Вот, смотри, дядь Аким. – мой новый неродной племянничек с натугой выволок из дальнего угла здоровенную, опаленную молнией корягу. Ну да, чувствуется сила Перуна, реально есть.

– Из этой можно. Саксаул? Где такой здоровенный рос? И как пилил, у них же древесина как стальная. – я провел руками по корявому стволу и погляжел на идеально ровный срез. В принципе, вполне можно основу для глайдера сработать.

– Тут километрах в полусотне, гоняли с пацанами на питбайках по пустыне. Смотрю, еще дымится. Ну, и спилил, точней… – тут паренек замялся. Но продолжил. – У меня есть старый «пробойник», дед с войны привёз. Порой вожу с собой в пустыню, на шашлыки дрова рубим.

– «Пробойник»? Ты бы поосторожней с ним, тем более со старым. Хотя, знаешь, покажи. Если нормальный, то оставишь, если коррозия контура пошла, то сдашь в ментуру. Не стоит шутить с подобным.

«Пробойник» – это противотанковый артефакт. Оружие последнего шанса, для хотя бы слабого одаренного, потому как если свести фокус, то на расстоянии в пять метров пробьет комплексную броню толщиной миллиметров семьсот. Тем, кто за броней, не поздоровится, убьет резким повышением давления. Примерно, как кумулятивный снаряд. Но танки обычно сами по себе не ходят, потому эта штука и считается самоубийственной. Но уж лучше так, чем никак, тут не спорю. Но артефакт капризный, со временем управляющий контур идет в разнос, и оторвать руки пользователю может запросто. Да и у простых гражданских такая штука радости у властей не вызывает. Осталось их на местах боев в Европах множество, пошли по рукам, хорошо хоть без способностей к магии управлять им невозможно. Зато им можно рубить деревья на дрова, например. Расфокусированный ударный луч срубает толстенное дерево одним ударом. И понятно, чего парень замялся. Саксаул краснокнижный считается, хотя его дохренища. Наверное, на шашлыки рубят как раз саксаулины, его угли плавя дает ровное, жаркое. Но я не егерь, пусть его лесники ловят.

– Хорошо. А ты долго его будешь делать, дядь Аким? И сколько мне это будет стоить? – Славка метнулся дальше, погремел железом и притащил артефакт.

Ну, да, старый уже. Сестрорецкого оружейного завода. Но сделан качественно, управляющий контур в идеальном порядке. Послужит еще.

– Ну, раз триста-четыреста еще использовать можно. Но столько лучше не надо, после пары сотен снова тащи на проверку. И Слав, глайдер делать будешь ты. Пойдешь к Артамоновым, договоришься, они тебе помогут обработать дерево. Вместе сгоняем на штрафстоянку. Наверно, лучше в Ташкент, там хлама битого больше. Найдем тебе битый байк, подберем духов и сделаем вместе контур управления, кристалл контура. Ну а остальное будешь делать сам. Я тебе помогу с чертежами и расчетами, и буду учить строить артефакты. Ты парень умный, упертый, получится. Заключишь со мной краткий ученический контракт, и твой глайдер будет его шедевром, точнее, твоим. Сделаем, получишь младшего подмастерье-артефактора. Понял? – я прихлопнул растерявшегося парня, тот сел на задницу. Хм, да, аккуратней с людями надо, аккуратнее.

Ближе к темноте к сервису подлетел ковер-самолет с одним из тех пареньков-стажеров, что были с Юхаем, когда мы призрака провожали.

– Зыков, верно? Имя и позывной есть? – я подошел к байку, и уселся на стоящий как литой аппарат. Все-таки у меня исключительно удачный комплекс гироскоп-антиграв получился, я же почти двести кил вешу. Карлыгаш смеялась, что кроме как щекоткой не подвинешь. Меня обычно и щекоткой не проймешь, а у нее получается.

– Папа с мамой Ильей назвали, позывной пока не заслужил, пока просто стажёр. – Паренек пожал плечами.

– Ничего, бывает. – я кивнул. Вытащил из седельного хольстера Булаву, погладил и прибрал за спину. Привезли позавчера, наконец-то. Пришлось звонить и напоминать, бюрократы хреновы. Делай для них подвиги. Но зато посох привел в частично рабочий вариант, потому тоже вожу с собой, креплю вертикально сзади, как копье у монгольских всадников. Взял с рулевой вилки и надел шлем. – На рации держи третий канал, идем вдоль трассы, на двадцати метрах и держим скорость сорок километров час. Погнали.

И мы полетели вдоль трассы. Уже стемнело, Илья ориентировался на бортовые огни глайдера, по трассе шли фуры, мощными фарами разгоняя тьму перед собой. Красные габариты у машин с правой стороны трассы уходили вперед, и исчезали за холмами. Ну а мы неторопливо, ибо еще не хватало мне сверзившегося в темноте с ковра стажёра, рулили к той самой скале.

Мда, вот и скала. И тут не парой-тройкой смертей веет, а гораздо больше.

– Что скажешь, Илья? – повернулся я к стажеру.

– Оcuir loreat! – надо же, какой понятливый молодой человек. И чего Юхай их бездельниками обзывает? Парень молча провернулся вокруг своей оси, держа стандартный жезл как указательную палочку. – Там есть отклик!

– Ну, есть. А что дальше? – поинтересовался я.

Парень нахмурился, потом засиял. Вытащил радийку, и вопросительно посмотрел на меня.

– Почти правильно. Но далековато, скорее всего не добьет. Мобильной связи тоже нет. По этому давай, медитируй, и выходи в астрал. Шар тебе в помощь. – для работы за городом всегда берут хрустальные шары. Ну, или бриллиантовые сферы, как у меня в байке вмонтирована, если есть у кого. Сфера компактнее и много мощнее.

Илья сначала попробовал дозвониться с мобилы, но смарт не взял, связи реально нет. Скорей бы пять джи запускали со спутников, тогда по всей планете без проблем свяжемся. Но до этого еще лет десять как минимум, мне так объяснили знающие дяди.

Парень вытащил из кофра в багажном отделении ковра шар, установил треногу и положил на нее шар, расположился поудобней на земле, и уселся в позу сукхасана, и какое-то время молча сидел. Забавно вот так наблюдать за новичками, такие сосредоточенные, брови хмурят, губами шевелят.

Наконец Илья встал, и повернулся ко мне.

– Я доложил дежурному. Велели выставить предупредительные знаки вдоль дороги на расстоянии в километр туда и обратно, установить маячок и возвращаться.

– Ну так делай. – Я уселся на теплый еще камень, и посмотрел на звездное небо. Красиво, все-таки.

– И всё? – явно удивился парень.

– А ты жаждешь подвигов? Запомни, на твою жизнь их хватит с избытком. Самое хреновое, что они случаются внезапно. Потому, давай, ставь знаки вдоль трассы, маячок здесь, и погнали обратно. А то я не ужинал.

Интермедия первая

– Нет, Роман Александрович, к нашему счастью, в данном случае мы молодцы. Вы даже представить себе не можете, какие мы молодцы. Власов наш сотрудник, капитан третьего ранга наш офицер, девушки тоже наши маги, и разве, только Жапарова из соседнего региона. То есть мы предотвратили страшнейший теракт в истории Советского Союза. Успехи наших подчиненных есть наши успехи. – немолодой маг усмехнулся, и налил себе холодной минералки.

Главный маг Узбекистана был стар, мудр и опытен в придворных еще интригах. Начав свой путь в магическом искусстве на бастионах Севастополя еще Крымской войны, Прохор Прохорович Силантьев прошел пусть от рядового пехотинца до мага-инструктора, или как еще называли магов высшей категории в СССР, мага-наставника.

Один из собеседников, генерал-полковник Казанцев Иван Григорьевич, был служака опытный, но опыта практического царедворства не имел. Зато имел немалый опыт службы в вооруженных силах Союза, от курсанта заштатного Пехотного Хабаровского Училища и до командующего немалым военным округом. Сейчас он встал, и подошел к панорамному окну.

Второй, к кому обращался главный маг, был Председатель Горисполкома. Назначен недавно, опыт управления огромным городом у него впервые, потому сильно нервничает. Взлетел высоко, падать будет больно.

Сидели собеседники в Штабе ТуркВО, по адресу проспект Максима Горького, дом сто. Здание относительно молодое, брежневский бетонный стиль, да еще хорошо отремонтированное. Не капитально, а именно хорошо. Да, пластиковые окна это здорово, но грамотный ремонт добротнейших буковых лучше. По крайней мере, бук не боится перепада температур. Да и нравится он командующему намного больше.

– Как деревья разрослись. Двадцать лет назад были поменьше. – обратил внимание генерал.

– Да, время идет, Иван Григорьевич. Третий день пошел с момента инцидента. Завтра чекисты официально опросят Власова и Жапарову, по месту проживания. Причем опросят вежливо, Председатель КГБ это особенно подчеркнул. С японским колдуном все ясно, контрразведка вывернула его до внутренней стороны селезенки. Власов его ломал страшно, источники перекорежены, места переломов срастаться не желают, даже в черепе трещины. Это же надо, расколоть череп старейшему магу Японии! Каков красавчик наш Власов. Там и ездит Иэясу зафиксированный на каталке. Переживает, что предстанет перед Аматерасу в неприличном виде. – довольно усмехнулся старый маг, в своей простой косоворотке и мягких сапожках похожий на доброго деревенского дедушку.

– Да, Власов молодец. Не зря боевой маг. Но вот как его хотят наградить? Я хотел представить его ко второй «Октябрьской революции», не дали. Максимум «Знак Почета». Нет, не спорю, награда достойнейшая, но парень спас город! – зло прихлопнул рукой по столу Председатель Горсиполкома.

– Не стоит бежать впереди паровоза. – улыбнулся маг, и покрутил в пальцах Старую Клюку, один из совершеннейших посохов для творения сельскохозяйственных заклинаний. Именно благодаря этому посоху и его владельцу Голодная Степь постепенно уменьшается в площади, как шагреневая кожа. – Аким молод, у нас еще будет повод наградить его в том числе, и этим достойнейшим орденом еще раз. А пока и «Знак Почета» в тему. Тут другое дело. Вы сделайте всех участников этого действа почетными гражданами Ташкента. И выдайте им новомодные квартиры-дюплексы в безраздельное пользование, недавно дюжину домов ведь в Сергилях сдали. Прекраснейшие дома, великолепное место, просто чудесный вид. Вы поверьте, этой награде они обрадуются не меньше орденов. И никто не будет против, потому как решает горсовет.

– Ну еще бы, двести квадратных метров. – усмехнулся генерал. – А с Власовым мы провернем еще один хитрый трюк. На той неделе, еще до этого, я утвердил решение бухарского городского военного комиссариата о призыве Власова на трехдневные учебные сборы, и подписал присвоение звания «войсковой старшина». Сами знаете, магу первого уровня, призванному в строй, это присваивается автоматически. Но тут такое дело. Власов убил старшего демона. А это значит, что?

– Архимаг, безусловно. – Кивнул Силантьев. – Продолжайте, Иван Григорьевич.

– Тогда присвоить класс мастера-мага Власову не позволили из Москвы. Он в юные годы сломал пару челюстей и выбил десяток зубов некоторым товарищам, что сейчас носят новенькие генеральские звёзды, и их родителям это до сих пор не нравится. Они списали убийство демона на старшего мага группы, несомненно, очень сильного мага, и тяжело ранившего демона. Но демон убил его. И демона убил Власов. Это в Министерстве Обороны решили, что неочевидно, но все всё поняли. Просто мусор нести из избы никто из-за старшего прапорщика не захотели, да и неясно было, выживет ли он вообще. Но сейчас и здесь, товарищ Власов победил архимага в прямом личном противостоянии. Во всех розыскных листах японец числится архимагом, опровергнуть это невозможно. Победитель архимага сам есть архимаг! Правда, чтобы стать гражданским магом-инструктором, этого маловато, у вас очень сложный путь наставничества. Ваше звание потому и очень почетно в остальном мире, что оно несомненно показывает превосходство советского подхода к обучению магов. Потому я сделаю новый ход конем. Через полгода, ближе к маю, снова призовем Власова на кратковременные курсы. Все-таки прыжок от старшего прапорщика до войскового старшины слишком широкий, Власову просто необходимо дать хотя бы первоначальный толчок в сторону познания глубин тактики, логистики, и вообще, воинского искусства управления большими соединениями. Недельки две для этого будет достаточно, заодно наберем в группу достойных товарищей из инженеров и чиновников. Подучить их всех этому совершенно не помешает, это никого в Москве не удивит. Учитывая, что Власов снова в рядах, своей волей и своим правом присвою ему классификацию мастера-мага. Никто не сможет оспорить, Власов победил Иэясу в прямом и личном бою. И попробуем ему звание бригадира присвоить, по крайней мере, рапорт об этом наверх я подам, нам сильный маг высокого звания в округе не помешает ну никак. И да, вы зря переживает из-за орденов. Власову светят Военно-Морской крест от США, и Медаль Дружбы от КНР. Они за этого черта награды обещали еще в пятидесятые, и эти обещания до сих пор действенны. Да, на казнь Иэясу приедут послы семи государств, чтобы в ней удостовериться.

– Никогда такого не было, и вот опять. – усмехнулся старый маг, и чуть пристукнул Старой Клюкой. – Сколько веревочке не виться, а конец будет. Повиснет эта нелюдь, коротко и высоко.

Глава четвертая

На выходные мы с отцом и мамой сгоняли в Нукус, родители глянули мой дюплекс. Надо сказать, что он им очень понравился.

– Надо же, а почему у нас в Бухаре такие не строят? – возмутилась мама, глядя на Аму-Дарью с высоты восьмого этажа. Там у меня лоджия, размером три на восемь метров. На лоджию можно выйти из двух комнат, спальни и детской, ну, или гостевой, тут уж как пойдет. Плюс еще пара комнат поменьше, с другой стороны лестницы. На первом же этаже огромная гостиная и кухня с прихожей. Две совмещенных ванных комнаты и туалета, на каждом этаже по комплекту. Прекрасная квартира, надо сказать.

– Рахим сказал, что через десять лет переведут в городской фонд, то есть, фактически, станет моей. – ну да, договор бессрочной аренды, он такой. Можно будет и выкупить, по остаточной стоимости, процентов за шестьдесят цены. Но десять годов квартирка ведомственная. – И да, такие квартиры в Бухаре строят, в новом микрорайоне с другой стороны города. Просто ты там не бывала. Их сейчас в каждом городе Союза строят, просто в процентном отношении где-то больше, где-то меньше.

– Да? Может быть, может быть. – мама снова облокотилась на подоконник. Отец молчаливо дымил «гаванной», развлекая себя анимацией из дымных колец.

– Папа, а почему ты на повышение уровня не подаешь? Ведь реально у тебя никак не меньше первого? – вот ни разу мне раньше этот вопрос в голову не приходил.

– Потому что я хочу быть с твоей мамой. Воздушник третьего уровня спокойно служит на одном месте десятилетиями, лишь бы начальство довольно было. Воздушника второго уровня уже начнут таскать по стране. Первого уровня – кидать в узкие места. Не хочу. Зарплата меня вполне устраивает, даже слишком устраивает. Мама ваша рядом. А она никуда из Бухары не поедет, разве в короткие командировки. Так что все нормально. Я напутешествовался по молодости, больше не хочу. – у отца есть некоторый пробел в известной мне биографии, про который он и мама молчат наглухо. Ну и ладно, меньше знаем – крепче спим.

– Аким, ты рассказывал про парня, которого хочешь взять в помощники? Надо заехать, забрать его к нам в Бухару. Во-первых, если парень стоящий, то Мария его постарается прикормить и забрать, я ее натуру кулацкую знаю уже лет сорок пять. Во-вторых, я посмотрю его здоровье, лихая юность обычно способствует накоплению всяческих болячек. В-третьих, вам пора готовиться к службе. Будешь натаскивать его именно под себя, как в свое время Салават натаскивал тебя. Да, тогда по сравнению с наставником ты был наглым и малоумелым юнцом, а с Кириллом вы ровесники, но готовить помощника тебе все равно надо. Ну, если не раздумал. Поживет у нас, во флигеле. Места хватает, не стеснит. Давай-давай, а то останешься без помощника, не забывай, магов в стране мало.

Ну да, магов мало. Нет, наука говорит, что каждый человек может стать магом, но! Если потратит определенное количество усилий и приложит огромное упорство и желание. Творить чудеса желают многие, но реально пахать ради их обретения мало кто готов. Я знаю десяток прапоров и мичманов, что развили себя с нулевой отметки, до стажера в основном. Но у парней была МЕЧТА, именно так, все с большой буквы. Не думаю, что на гражданке больше. Вообще, сведения о количестве магов, как и о количестве магов каждой категории уже идет под секретными грифами. Не, все засекретить невозможно, потому как количество училищ, техникумов и институтов-универов известно, в ВУЗах учатся иностранные студенты, приезжают всяческие делегации, спортивные, по обмену опытом, и так далее. Существует военное сотрудничество, международные магические комиссии, совместные научные проекты и все больше страны узнают друг о друге через всемирную паутину связи. Но конкретика засекречена. Впрочем, так везде.

Но примерно, магов в стране около миллиона. При этом учащихся училищ и студентов ВУЗов примерно треть. Из оставшейся части половина стажеры, тысяч сто магов третьего уровня, первый уровень ну десять-двадцать тысяч, и человек сто, вряд ли больше, магов-наставников. Учитывая, что армия, флот, МЧС и прочие силовики забирают примерно треть, причем стараются выбрать магов посильнее, на гражданке всегда и везде категорически не хватает опытных волшебников. Как говорил Сталин, кадры решают все. Нет, есть еще ведьмы, оборотни, но и они достаточно малочисленны, хоть и встроены в общество.

Так что мама права. И да, она вдвойне права, потому как товарищ Капитонова была очень недовольна тем, что Кирилла пришлось выдать. Самому здоровяку это было малость индифферентно, он был готов к любой движухе за наш счет.

– Так, молодой человек. У ну ка, медленно повернитесь вокруг себя. – Мама успела поцапаться и помириться с Капитоновой, перецеловаться с половиной МАКовских дам, построить трёх стажёров, запугать бухгалтера. Но все это время она хоть в полглаза, но наблюдала за моим подчиненным. – Давайте-давайте, не стесняйтесь.

В руке мамы появилась волшебная палочка. Старая, ухоженная, из темно-красного вишневого дерева. Палочка реально старая, ей годов триста, мама купила ее по случаю в комиссионной лавке в Варшаве. Оказалось, идеально подходит для сложных случаев диагностики.

– Молодой человек, я должна сказать, что вы полны загадок. Вы знаете, что вы латентный оборотень? Я не могу разобрать, то ли барсук, то ли медоед. Хотя, если судить по вашему характеру, то сто процентов барсук. Домовитый, надежный, любите землю. Драться не любите, но умеете. – надо сказать, что мама моя удивлять умеет. Хотя, если в парне не признали мага, то и оборотня совершенно спокойно могли пропустить.

Надо же. Латентные оборотни не сказать, чтобы большая проблема. Редки, это первое, и чем старше, тем сложнее совершить оборот, это второе. Хотя, никто никогда не знает, когда он может произойти.

– Так, мам, уверена? – Я похлопал удивленного подчиненного по плечу, и повернулся к матери. Капитонова, надо признать, удивлена не меньше. И прилично раздосадована, потому как оборотней с выраженным магическим даром немного. Не то, чтобы оборотни-маги были сильней или как-то еще превосходили людей. Нет, просто у перевертыша в обороте исключительное чутьё, чем пользуются во многих специальностях. Та же милиция была бы здорово благодарна, но тут мимо. Кирилл точно в МВД служить не пойдет.

–Да. Второе-третье поколение, но возможность оборота еще осталась. Придется вам, молодой человек, пропить курс специальных зелий, и пройти обучение. У нас в Бухаре оборотней-барсуков нет, есть волки, медведи и лисы. Договоримся, найдем учителя. – раз мама завелась, то все, тушите свет. Моя квартира ей понравилась, мама довольна, и готова облагодетельствовать весь мир в общем и отдельно взятого оборотня в частности.

Пришлось чуть побегать. Закрепили комнату за Кириллом, оформили его у меня ученичество, оформили моим помощником, выписали командировочное предписание, так как он уже работает, суточные и прожиточные, сбегал в разрешительный отдел, так как Кирилл маг-стажёр, то все права на коротко– и длинноствольное оружие у него соответствуют законам региона. Ну, я тут и думать особо не буду, маузер ему как винтовку и манлихер из пистолетов. У меня их куча. Что еще захочет, то уж пусть сам покупает, всё-таки ненаселенка. Да, покажу ему свой ланкастер, может быть и понравится. Да и надо начать с ним над жезлом работать. Самое лучшее, это делать под себя. Очень редко, когда сильный жезл может достаться случайно. Обычно их приходится скрупулезно подбирать, и потом еще настраивать под каждую конкретную личность. Впрочем, моему помогале это все впереди, он только в начале пути. Надо же, Клаузен. Не сказать, чтобы частая фамилия, то ли немецкая, то ли шведская. Не важно, в принципе. Ладно, домой пора.

Летели мы на самолете Аэрофлота, так что мои демоны всей толпой сидели дома. И здорово удивились, когда я им представил Кирилла, как своего помощника. Точней, Вульфу было абсолютно по барабану, а вот Изенька и Марк удивились. Но обрадовались, они у меня за любой движ, лишь бы пожрать.

А утром меня выдернули на птицефабрику номер пять. Рашидов позвонил, предупредил, и вот я еду на китайском микроавтобусе. На руках недовольная тряской Изенька, Марк сидит на плечах у Кирилла, потому как внезапно оказалось, что мой помощник любит кошек. Ну, и котов тоже, даже если они демоны. Собак не любит в любом виде, плохие воспоминания. Изя этого ему пока не простила, фырчит в его сторону, а Марка считает предателем, и демонстративно игнорирует.

– Понимаешь, Аким, индюшата как с ума сошли. Все было хорошо, а тут бах, и того и гляди разнесут клетки. Мы в пожарную систему успокаивающего зелья закачали, и разбрызгали, но так часто не сделаешь. Погляди, а? Ты же химеролог, да еще первоклассный, наша в отпуске, уехала на побережье Мраморного моря. – Ахмед, мой ровесник, был зол, взъерошен и хотел спать. Потому за баранку его я не пустил, крутил руля Вульф, перекинувшийся человеком.

Проблема была в индюшатах новой модификации. Фактически, скрестили ежа с ужом… нет, не так. Смешали индюшачьи гены с генами какого-то динозавра, чтобы резко увеличить размеры. Спрашивается, нахрена, когда те же страусы у нас вполне себя нормально чувствуют? Скорость роста, индюшка-динозавр набирает сорок килограмм за полгода. Экономическая выгода проекта зашкаливает, тем более, что сейчас нет никаких проблем с кормами. В Средиземном море и Тихом океане наши устроили несколько крупных морских ферм по выращиванию водорослей, а в Индийском и Тихом же океанах уже давно работают заводы по переработке криля. Китов-то хоть и не бьют, но криля на всех хватает.

Союз себя вполне себе обеспечивает страну мясом свиней, птицей, рыбой. На экспорт уходит только рыба, а так производим с некоторым запасом уходит в стратегические кладовые. Но птица в основном курица, крупные индюки мгновенно бы решили некоторую напряженность с диетическим мясом. Потому проект курируют из Москвы, и такой облом всем ну совершенно не нужен.

Здоровенные корпуса птицефабрики тихие, индюки пока спят. Не откладывая в долгий ящик, прихватили десяток особей с разных участков, и потащили в лабораторию. Вульф пошел смотреть следы. Следопыт-рейнджер, пусть смотрит, может что и высмотрит. Ну а я займусь вивисекцией.

Выпотрошив бедных индюков, долго зависал над магоскопами. Надо сказать, что лаборатория на птицефабрики выше всяких похвал. Не зря Москва кураторствует. Но похоже, нашел проблему.

– Если коротко, то диверсия. В эмбрионах еще в яйце были проведены специальные мероприятия, скорее всего, ритуал. Хотя, может и сквозь рунную цепочку провезли. Что не так сложно, как кажется, вопрос в точности фокусировки. При достижении массы в двадцать три килограмма индюк резко становится агрессивным к особям подобного вида. Тут все скученно, проснутся, продолжат разносить клетки, а потом массовая драка. Двести тысяч особей – тут у вас все кровью будет залито, и потрохами засыпано. Я один выход вижу – выгнать на волю, в пампасы. Чем выше расстояние между особями, тем ниже агрессивность, тем они тише. Можно резать, но опять же – инфраструктура у вас не готова, индюки же здоровенные, даже двадцать три килограмма это мощная птица. Без травм не обойдется. Или боевая химия, все потравить, и дезинфицировать. – я сижу перед монитором, и глаголю для больших чинов. Наш городской голова, главный по сельскому хозяйству в Узбекии, и наш узбекский и туркестанский главный маг, Силантьев, тот еще хитропопый старик.

– Вы представляете потери? Двести тысяч индюшат, восемь тысяч тонн мяса. Шестнадцать миллионов рублей. Сорок миллионов порций. Армию Союза можно кормить двадцать дней. – главный по сельскому хозяйству растер руками лицо. Похоже, грядет эпохальное опиздюливание.

– Ну, могу предложить схитрожопить. Сейчас же охотничий сезон? Скиньте информацию в СоюзОхот, пусть начнут продавать лицензии на охоту на индюков в ограниченной локации. Армия вам старые палатки и кровати даст, пара организованных палаточных городков, егерей обеспечат. Тут такое всесоюзное шоу можно устроить. Охотников у нас в стране миллионов десять точно есть, желающих как минимум полмиллиона найдется. По червонцу на лицуху – пять миллионов рублей, и это минимум. Сезон длинный, если все правильно организуете, то приедет народу больше и намного больше заработаете. Да еще туристический эффект, Бухара, Ургенч, столовые и рестораны, продажа винно-водочных, короче, расходы сможете отбить. Индюшата толстенькие, сильно похудеть за несколько недель не должны, да и сорняков полно, сожрут. Главное, в культурную зону не выпускать. – я смотрю, как загораются глаза у чиновников. Для них это выход. Резко снизить потери, а то вообще, обнулить их – за это не похвалят, но и ругать сильно не будут. Да, потребуется ресурсы на организацию, но у нас это умеют и любят. Тут как-бы охотничков из Восточной Европы не наехало еще.

Глава пятая

Снова сижу у монитора, и смотрю на выступление Силантьева. Всех магов первого ранга узбекского и туркменского регионов, где наш старик старший, оповестили о онлайн-совещании, и обязали присутствовать. Вот сижу в комнате, улыбаюсь вебке и гляжу, как старик усаживается на рабочее кресло, отодвинутое от стола. Его посох-закорючка при нём, ох я и получил однажды этим посохом по заднице. Ну кто знал, что старый приедет в наше магучилише? Мы как раз в самоход намылились, при помощи самодельных сапог-скороходов. Надеваешь один, и прыгаешь. Левитации уже обучены были, потому с полусотни метров приземлялись нормально. И угораздило нас скакануть как раз перед Силаньевым, что с директором училища прогуливались вдоль одной из боковых стен, как раз возле старого парка. Ну и получил по заднице, потом неделю садился аккуратно. Правда, больше репрессий не последовало, ну, кроме как усиленного изучения артефакторики. Загрузили так, что свободного времени не осталось, да еще алхимию подвесили, и химерологию.

– Так, вроде кворум есть, отсутствуют двое. А, вот и они. Готово, Прохор Прохорович. – секретарь нашего главы встал, и установил микрофон перед старым магом.

– Новомодные штуковины, но надо признать, в чем-то даже удобней астрального сборища. Здравствуйте, товарищи. Причина нашего слета одна – мы ждали активных действий наших врагов в прошлом году, к девяностолетию Октября. Они так, пытались, но вяло. Судя по всему, массовая атака будет в этом году. Уже предотвращено три больших теракта и множество мелких атак по всему Союзу. Вполне возможно, что активность врагов только будет возрастать. Потому бдительность и еще раз бдительность, товарищи. Помните, что сказал Ленин – революция чего-нибудь да стоит только тогда, когда умеет защищаться. Бдительность и еще раз бдительность. Силы врага не бесконечны, да и ответка последует обязательно. Вычислим кто стоит за этим, и ударим так, что кровавые брызги по стенам. А пока, живем и работаем. Реагируем на возможные угрозы, созидаем, помогаем стране в силу своих возможностей. Благодарю вас всех за внимание, все свободны.

Маг встал, и просто исчез. Ну да, Силаньев тоже любит в понты, и у него это получается. Нуль-переход не портал, но тоже, вещь крайне серьезная.

Так, кой-чего проясняется. Скоро девяносто один год Октябрьской Революции, это многих не радует. Страну качать пытались не раз и не два, и снаружи, и изнутри. Пока держимся, и вполне себе уверенно. Более того, потихоньку налаживаем отношения с Китаем, которые Мао сумел загнать под плинтус. Но выпрямляем. Правда, китайцы всегда были теми еще хитрецами, крутят между нами и амерами, пытаются заработать и там, и там. По мне, их дело и право.

Потянувшись, подумал и пошел вниз. Потихоньку разбираю битые мотоциклы, пару сделаю как основу для корпусов глайдеров, а пару просто восстановлю. Аппараты классные, куда-нибудь пристрою.

Мама вернулась с Кириллом, которого припахала тащить сумки с дынями, по дороге они на базар залетели. Вот мама и воспользовалась халявной рабочей силой. Кирюха парень здоровенный, маму слушается беспрекословно, да и вообще, по-моему, боготворит. У него мать умерла давно, еще когда на малолетке сидел. С тех пор круглый сирота, отца-то он и не знал. Похоже, парень просто наслаждается тем, что попал в семью. Оно ведь так, ценишь только то, чего тебе не хватает.

Мама спустилась ко мне, поглядела на мою измазанную грязью и машинным маслом физиономию, вздохнула и присела на специально для неё стоящий, идеально чистый стул.

– Аким, слетай завтра к бабушке. Она просила. – Ого, это странно, надо сказать. Ба не любит общение, с тех самых пор, как на Чернобыльской АЭС ликвидировала последствия катастрофы. Ну, не она одна, но бабуля хватила дикую дозу радиации, спасая пожарников от лучевки. Их-то спасла, а сама переродилась в лича прямо там. Для неё это было дичайшим шоком. Одна из сильнейших целительниц страны, к которой ехали со всех концов Союза – и лич. С восемьдесят шестого года сидит в тюменской тайге, в здоровенном доме из лиственничных бревен. Общается только с матерью и тетками, даже с нами, внуками, предпочитала не разговаривать. Гостей не принимала, ей сейчас мало что надо. Лечит зверушек, разговаривает с лешим и болотником. Этакое добровольное затворничество. Пару раз пыталась принять срочных пациентов, и даже вылечила, но больше не стала. Что-то у нее пошло очень сильно не так. – Хочет уйти, существование личем её не устраивает. Поговори с ней, может, уговоришь остаться. Нет, помоги достойно уйти. Пожалуйста.

Мама смахнула с глаза слезинку, и ушла. Сейчас запрется в комнате, и будет реветь, поставив «заглушку». Не любит, когда ее видят плачущей.