Читать книгу "Испытание воли"

– Я доложу Высокопросветленному, но если…

– Нет никаких «если», любезный брат осеняющий, сообщите Высокопросветленному, что есть информация, которую он должен незамедлительно узнать. И так прошло много времени, и информация может устареть.

Осеняющий кивнул, он знал, что информация об артефактах, которые они ищут по всему миру, является очень важной, и ушел. Вскоре он вернулся и сухо произнес:

– Идемте, брат озаряющий, господин Чамба примет вас.

Чамба был накрыт шерстяным одеялом, из-под которого виднелось нательное белье. Он стоял у карты, висевшей на стене, и при звуке открывающейся двери обернулся.

– Подойди, – коротко бросил он, и озаряющий быстро подошел. – Где? – задал вопрос одним словом глава ордена.

– Во владениях рыцаря Робарта Алуринского…

– Бывшего владетеля, сейчас там правит его сын Антей, – поправил озаряющего Чамба и недовольно скривил пухлые губы. – Точнее – где?

– Вот здесь, – указал рукой на место на карте озаряющий.

– В лесу?..

– Точнее, в болотах, – уточнил Рудольф.

– А что там может быть?

– Ничего, но болота и лес – любимые места, где прячутся слуги Матери Ночи.

– И что, там может быть темный?..

– Вполне. Владения Робарта привлекают многих: и Закат, и нас, и, конечно же, темных. Они спят и видят этот надел своим, – пояснил озаряющий. – Очень удобное место для начала экспансии: отдаленное место, граница королевства, там можно легион спрятать и его не найдут.

Чамба задумался.

– Хорошо, – произнес он, прервав молчание. – Если предположить, что это темный применил артефакт, как такое могло произойти? Для чего?

– Там был брат Орлик, вы его туда посылали для разведки, а покойный брат Гиозо хотел заселить эти места призванными тварями. Вполне возможно, что Орлик успел…

– Бред, – перебил его Чамба. – Со смертью призывателя твари возвращаются к себе.

– Не все, Высокопросветленный, – поправил его Рудольф. – Потомство кикиморы, родившееся в болоте, остается там. И вполне возможно, что темный встретил их и, не имея других способов, уничтожил тварей артефактом.

– А что, сам сын Робарта не может использовать артефакты?

– Он пустышка… Вернее, был им до озарения. Такие люди не умеют пользоваться магией. Мы знаем, что для активации артефакта нужен дар.

– Понятно. Сколько времени прошло с тех пор, как засекли артефакт? – спросил Чамба.

– Немногим более часа.

Чамба молча покивал в такт своим мыслям.

– Рудольф, эта информация должна остаться секретной. Вам предстоит выдвинуться на болота и постараться добыть артефакт. Возьмите с собой озаряющего Чаргу, призывателя, я отдам в ваше распоряжение десяток наемников… Ну и одного огнеборца, он будет искать темного по его ауре. Скорее всего, в болотах прячется проводник, и он один, или с ним пара упырей. Отсюда до королевской дороги полдня пути. Три дня до владений Робарта и еще полдня до леса за болотом, возьмите припасы и не позднее девяти утра выдвигайтесь.

– Благодарю за доверие, Высокопросветленный, – поклонился Рудольф. – Могу спросить, кристаллы брать?

– Нет, если и они будут потеряны, то мы в королевстве потерпим поражение. Огнеборец поможет найти проводника. И когда уже сам сын Робарта должен озариться окончательно?

– К зиме, – поклонился озаряющий.

– Долго, – капризно проговорил Чамба и поправил на плечах одеяло, зябко поежился. – Иди и принеси мне артефакт, озаряющий.

Рудольф вновь поклонился и пятясь вышел.

Отряд из двух десятков орденских воинов Заката приближался к Бремельдорфу. Чтобы противостоять Рассвету, орден решил увеличить свои силы в столице провинции. Не доезжая пары льга до города, на дороге показалась повозка. Дремавший в седле достойный отец Сарвол сонно повел глазами, что-то ему показалось странным. Он пригляделся и понял: в повозке темные.

– Отец Гарсим, – толкнул он плетью соседа, – смотри, повозка, и в ней темные.

Полный орденский брат лениво отмахнулся.

– Достойный Сарвол, нас вызвали не для войны с темными, а с Рассветом. В данном случае темные вроде как наши союзники, они нас не трогают, и мы давай не будем их трогать.

Отец Сарвол недовольно повозился в седле, но вынужден был признать, что его товарищ где-то прав, тратить силы на борьбу с темными орден не хотел. Перед ними стоял более могущественный враг, а темные люто ненавидели Рассвет, на закатных обычно не нападали, и эта мысль придала Сарволу решимости не связываться с теми, кто ехал в повозке. Он подстегнул лениво бредущую усталую кобылку и проехал мимо скрипящего колесами воза.

«Хоть бы ступицы смазали, уроды», – отстраненно подумал он о небрежности темных и забыл о них.

Перед городом расположилась дубовая роща, и проезжая ее, Сарвол увидел бегущих им навстречу троих людей.

– Гарсим, смотри, наши бегут.

Отец Гарсим поднял взгляд и пристально посмотрел на бегущих им навстречу людей.

– Сарвол, – смущенно произнес он, – какие же это наши, если аура у них темная?

– Точно… – растерялся достойный Сарвол, – но это же служки из службы охраны цитадели.

– Вижу, – ответил отец Гарсим и тут же скомандовал: – Братья, к бою, тут предатели! – и указал на троих бегущих мужчин.

Два десятка воинов развернулись и поскакали навстречу бегущим. Темные не остановились, но перед сшибкой, взмыв в воздух, оказались перед всадниками. Их руки, ставшие черными лапами, молниеносно прошлись по передним всадникам и сбили тех на дорогу под ноги лошадям.

Лошади, почуяв вампиров, заржали и перестали слушаться седоков, началась суетная чехарда усмирения коней, строй разорвался, и в прореху устремились беглецы. Но отец Сарвол был начеку, он поднял шестопер и встал на пути темных. Вокруг него появилось серое облако, оно окутало вампиров и заставило их задыхаться. Они теряли силы и двигались все медленнее и медленнее. Воспользовавшись их замешательством, орденские воины окружили темных и обрушили на них освященные шестоперы и мечи. Вскоре три покалеченных, но еще живых тела лежали на пыльной дороге.

– Странно, – произнес отец Гарсим, – у темных нет крови. Смотрите, как раны заживают… Вяжите их и повезем в цитадель. Там покажем иерархам, пусть решают, что делать с ними. В обитель святости и порядка забралась зараза, и там должны это знать.

Остатки вампиров быстро связали и положили в повозку, следующую за отрядом. Так они добрались до цитадели, там отец Сарвол и достойный Гарсим оставили отряд и направились на доклад к главе высшего совета, высокодостойному отцу Варзавану. Оба поклонились и доложили:

– Мы и отряд из двух десятков орденских братьев, высокодостойный, прибыли для усиления гарнизона цитадели. По дороге мы схватили трех странных темных, и все они из службы охраны цитадели ордена, соблаговолите посмотреть на них.

В кабинете присутствовал отец Варшугель, исполняющий обязанности главы ордена.

– Вы этих тварей привезли в цитадель? – побледнев, спросил он.

– Да, достойный, – ответил отец Гарсим, – посчитали нужным привезти для разбирательств. Мы думаем, что зараза предательства проникала в цитадель, и надо тут искать проводника темных.

– Это темные, – ответил отец Варшугель, – но не простые темные, это вампиры.

– Вампиры?! – удивленно в один голос воскликнули отец Сарвол и отец Гарсим.

– Иномиряне, – быстро пояснил достойный. – Немедленно прикажите вырезать их сердца…

Речь достойного была прервана шумом во дворе, Варзаван вздохнул, посмотрел в окно и грустно произнес:

– Поздно, там началась схватка. Вперед, братья, покажем этим тварям силу госпожи Заката, – и первым устремился вон из приемного покоя.

* * *

Утром выглянуло местное солнышко, пригрело лес и болото, по воде потянулся туман, укрыв серым росистым одеялом болото и лес. Но вскоре солнечные лучи растопили его ненасытную утробу, и туман истаял.

Антон встал с лежака, размял мышцы и приготовил себе полевую кашу с «тушенкой». Тушенку он стал делать по образцу индейцев. Это была не тушенка в обычном понимании, но Антону привычнее было так называть получившийся продукт. Он многое вспомнил из того, что случайно узнал в прошлой жизни, и эта память сослужила ему добрую службу. Он заставил сушить и вялить на воздухе мясо коров, чем заслужил отзыв старого Флапия о дурости молодого лорда, который по глубине недомыслия превзошел своего отца. А тот, по его словам, был известный всем глупец. Получив скалкой по спине от жены Франси, Флапий забился в угол свинарника и там изливал душу и свои мысли свиньям. До вечера просидел в хлеву, боялся показаться жене на глаза. Антона слова старика лишь рассмешили. Тот был неисправим в своем ворчании и судил о том, чего не мог понять, а чего не мог понять, то считал дуростью, и это из него уже невозможно было выбить.

– Оставь его, Франси, – рассмеялся Антон и ушел.

Затем вяленое соленое мясо резали на мелкие кусочки, топили жир и этим жиром заливали. Антон не помнил, как этот продукт называли индейцы, но помнил, что это было сытно и хорошо восполняло калории.

Налив воды в котелок, он положил полбрикета смеси из застывшего жира и мяса, растопил его и засыпал крупу, похожую на перловку. Подождал полчаса и стал есть горячую разваренную кашу. Не забыл посыпать зеленью, которую приучил есть всю челядь. Спасибо аптекарю, который нашел такие растения в горах. Там росла также черемша, и Артем велел ее солить и мариновать. Запил взваром из ягод и меда и, присев у края родничка, стал мыть серебряную тарелку. Остатки каши подвесил под потолком хижины.

У него был впереди целый день, и он не хотел тратить впустую время. Антон отправился к клочку суши примерно в ста метрах от острова и там, под чахлым кривым деревом, закопал амулет и наконечники, наполненные магией света. Для Изы и Франси было бы невыносимо находиться рядом с ними, и Антон это хорошо понимал. Оставил лишь крестик как амулет Заката. Но и его придется снять и убрать, если он будет использовать стрелы с серебряными наконечниками и амулет для защиты от колдуна.

Болото не поле, по которому можно пройти в любую сторону. На болоте есть тропки и разведанные пути, где можно пройти и не утонуть. Их надо хорошо знать. Таких путей не так много, и Антон потратил день на запоминание пути до края болота и обратно. Он прошел трижды тремя маршрутами, вымок, выбился из сил. Когда уставал, просил помощи у креста, и тот наполнял его силами.

Вечером он сидел рядом с избушкой у костра, разложенного в вырытой яме, обложенной камнями, в одном исподнем, укутавшись в полушубок. На ветках над костром сушилась его одежда.

Приближение людей он почувствовал издалека. Как это у него получилось, он не понял, но осознал, что это сработал сканер, который он давно не использовал. Отметки появились на расстоянии метров ста от него, хотя ранее он мог видеть не далее тридцати. Значит, догадался Антон, его возможности растут, и был этому обрадован. Он дождался Франси и Изы в сопровождении разведчика Эрлая. И встретил их, плотнее кутаясь в полушубок и в сменных солдатских сапогах.

– Добрались, – удовлетворенно произнес он и спросил: – Где слуга?

– На охране остался там, – неопределенно махнула рукой королева-мать, – когда надо будет, я его позову.

– Хорошо, – не стал спорить Антон, – устраивайтесь в избушке. Франси, садись ужинать, и ты, Эрлай, садись. Верно, устал.

– Устал, – кивнул разведчик, – поем, отдохну и вернусь домой. Я так понимаю, что тут я вам не нужен.

– Не нужен, Эрлай, сами справимся. Справимся, Франси? – с улыбкой спросил Антон женщину, та устало кивнула. Зашла в избушку и вскоре вышла оттуда с корзиной.

– Тут пироги и настойка, милорд, чтобы не заболеть, сало и жареная утка.

– Хорошо, я проголодался, – ответил Антон. – А я поделюсь полевой кашей, ее на всех хватит. Хотя, так понимаю, Изе наша пища не подойдет.

– Не подойдет, – раздался голос из избушки, – я просто посижу рядом.

Ели молча и даже с жадностью, доели кулеш, запили настойкой и заели пирогами. От утки остались лишь кости, которые Франси выбросила в воду болота. Эрлай распрощался и ушел, уводя лошадей.

Когда остались одни, Антон обратился к матери-королеве:

– Ну, Иза, рассказывай, где наш колдун.

– Он не наш, он слуга князя Маразмирала, – хмуро ответила вампирша, – скоро подойдет к границам ваших земель, хозяин. Утром надо ждать его на болоте. А как вы?.. Сумели вызвать служителей Рассвета?

– Думаю, что сумел. По крайней мере, они узнали, где находится то, что они ищут не одно столетие.

– И что же это? – не сумев скрыть любопытство, спросила Иза.

Антон опустил глаза в костер, подбросил ветки и усмехнулся:

– Эта тайна может стоить жизни, Иза. Пусть она останется со мной.

– Пусть. Это разумно, – ответила мать-королева. – Знать чужие тайны бывает очень опасно. Вы сильно рискуете.

– Да, Иза, сильно, но и выхода нет, поэтому мне и нужен колдун… – Он помолчал и произнес: – Живым.

– Я понимаю, – кивнула Иза. – Чем могу помогу.

– И я помогу, – добавила Франси.

– От тебя, Франси, нужна защита разума, – ответил Антон. – Я вот все думаю, почему нет амулетов, которые защищали бы разум?

– Потому что тех, кто владеет этим даром, убивают в первую очередь, милорд, их считают опасными… И закатные, и рассветные, и просто неграмотные, темные люди… Но амулет сделать можно, если его зарядить темной энергией.

– Да-а-а? – удивился Антон и с интересом посмотрел на Франси. – А почему именно темной?

– Не знаю… но знаю, что с помощью темной силы можно защитить разум.

– Разве силы бывают темные или светлые? – спросил Антон. – Сила – она и есть сила. Только тех, кто поклоняется Матери Ночи, или вампиров, – Антон кивнул в сторону Изы, – почему-то зовут темными. Из-за их ауры. Я не вижу аур, не могу сказать, какого они цвета. Но разве цвет ауры заставляет человека творить зло? Вот рассветные имеют ослепительно белую ауру, но они творят зло, это я хорошо узнал. Закат, говорят, имеет серую ауру, что-то среднее между белой и черной. А слуги Матери Ночи имеют темную ауру. Но вот Торвал и Франси с темной аурой, и они не делают зла… Как разобраться, кто свой, а кто чужой?.. Может быть, цвет ауры показывает способности к управлению стихиями, и только?.. А выбор творить зло или добро остается за человеком? Хотя есть такие существа, каких не должно быть, например, вампиры: они пьют чужую кровь. Зачем? И для чего ты живешь? – спросил Изу Антон.

– Мы избранные, чтобы править миром. Мы бессмертные и поэтому заботимся о том, чтобы люди жили мирно, не воевали. Войны уносят сотни тысяч в могилу. Люди сами себя убивают за обладание всякой ерундой, – невозмутимо ответила королева-мать. – Но для поддержания порядка нам нужна пища, и мы ее получаем, как вы, люди, убиваете скот и им питаетесь.

– Понимаю, люди для вас скот, – ответил Антон. – И я скот, и Франси, но мы сильнее тебя, и ты вынуждена смиряться. А когда накопишь силы, захочешь поквитаться. Я это тоже понимаю. Вы просто извратили суть самой жизни. Вы мертвецы, запертые в теле магией, в вас нет чувства привязанности, нет чести или любви, вы как паразиты на теле этого мира, как блохи, как глисты. Вы есть, и с вами борются.

Иза стрельнула злым взглядом на Антона, но промолчала.

– Я лучше уйду в болота, – произнесла она и поднялась.

– Сидеть! – раздался оклик Франси, и вампирша замерла, не в силах пошевелиться. – Уйдешь, когда разрешит хозяин, – пояснила Франси.

Антона крик заставил сжаться, но не замереть. Крест защитил.

– Иди в лачугу, жди там, – негромко приказал Антон, и королева-мать подчинилась.

Иза, отвернув лицо, покорно ушла, а Франси наклонилась к Антону:

– Милорд, она опасна…

Тот покивал.

– Да, опасна, – тихо произнес он, – но не мне и не тебе. Она – мое оружие, и только. Я сейчас уйду к краю болота и буду высматривать колдуна, мне нужен ее слуга. Иза! – крикнул он, и та показалась из лачуги. Молча уставилась на Антона. – Зови призывателя и дай ему команду меня слушаться. Мы уходим встречать колдуна.

– Он может подчинить моего слугу… – нервно отреагировала Иза.

– Я не дам, – ответил Антон, – не спорь.

Королева-мать опалила его ненавидящим взглядом, но молча позвала бывшего рассветного, тот вынырнул из темноты.

– Идешь с господином и служишь ему, – приказала Изараэль. – Понял? – Слуга поклонился.

Антон надел свою высушенную одежду, оставил Франси полушубок и произнес:

– Франси – старшая, Иза, что она скажет, то и делай, не спорь.

И не оглядываясь, пошел в топь, в руках он держал длинную жердь. Трэлл пошел по воде следом, запнулся, упал, утонул и выплыл. Антон подал ему жердь и вытащил.

– Иди за мной след в след, – приказал он. – Я не спросил, как тебя зовут, трэлл?

– Я еще не заслужил имя, – ответил тот тихим равнодушным голосом.

– А как звали раньше?

– То имя стерто, – ответил трэлл.

– Будешь иметь кличку, раз не заслужил имя. Запомни, я буду звать тебя Дух.

– Понял, – все таким же равнодушным голосом ответил трэлл. – Буду Духом.

– Вот и хорошо, – удовлетворенно произнес Антон и пошел дальше.

Антон не имел четкого плана действий при встрече с колдуном, но хотел встретить его подальше от Изы и Франси. Трэлл ему нужен был, чтобы призвать лешего, и чтобы тот путал дорогу и уводил в сторону колдуна и его слуг. Пусть колдун увидит его ауру или ауру трэлла, они не будут к нему близко подходить. А как знал уже Антон, здесь колдун не может летать. Он будет идти, как выразился Антон, ножками и только ножками, а еще будет тратить силы для противодействия лешему, а их у него не так много. На этом был построен его расчет. Он догадывался, что колдун дойдет до места, где прятались Королева-мать и Франси, но там его ждет амулет Рассвета, и пусть попробует через него пробиться. Пока будет бродить по болоту, должны подтянуться рассветные, и среди них обязательно будет призыватель, которого нужно будет убить в первую очередь, и этим вопросом должен будет заняться Дух.

Антон шел одним из ранее разведанных маршрутов и к середине ночи добрался до островка, на котором был им же сооружен шалаш. Антон устало вышел на сухую землю и направился к шалашу. Дрожащими пальцами с помощью огнива разжег костер и уселся на поваленное дерево. Сапоги промокли, он, сняв их, выжал портянки, развесил на ветки перед костром, сапоги надел на колья, вбитые у костра, и оставил сушиться. Все это было им приготовлено заранее. Затем вытащил из заплечного мешка котелок и заварил взвар, воду набрал из бьющего из-под земли родничка. Правда, вода попахивала сероводородом, но это можно было стерпеть. Дух, как изваяние, остался стоять рядом.

– Сядь, – приказал Антон, – и слушай, что творится вокруг. Я посплю, а ты будешь охранять.

Антон вскипятил воду, заварил напиток и выпил его, достал из заплечного мешка кусок шерстяной ткани, завернулся и лег рядом с костром. Он уснул сразу, словно его выключили.

Пришло неожиданное странное сновидение, от которого его даже во сне пробрало.

Он появился в кабинете среди людей в белых халатах. Он стоял среди них, но его не видели, они обсуждали что-то ему знакомое, и Антон поневоле прислушался.

Говорил немолодой мужчина с волосами, зачесанными назад, и крепкой фигурой. Он стоял у схемы, висящей на стене.

– Товарищи, мне доложили, что ваши эксперименты с аппаратом погибшего ученого Ительсона наконец прошли успешно и объект вернулся. Руководством принято решение отправить в прошлое одного из наших сотрудников. Сначала он пробудет там, – мужчина сделал многозначительную паузу, – пару минут, осмотрится и вернется, затем срок пребывания увеличим и будем отправлять его туда, пока есть такая возможность. Он будет собирать информацию о месте своего нахождения. Не скрою от вас, мы хотели бы понять, в какое прошлое он попадет, но видеоматериалы, которые мы имеем, позволяют только утверждать, что это лесной массив, даже животных там, – он покрутил пальцем, – не обнаружено.

– А кто будет участвовать в эксперименте? – спросил немолодой человек в очках и с полностью лысой головой.

– Это, Павел Сергеевич, наш сотрудник Егоров. Сергей, покажись.

Из толпы людей в белых халатах вышел крепкий парень, он прошел сквозь Антона, не обратив на него внимания.

– Капитан ФСО капитан Егоров вызвался добровольцем, – представил его говоривший мужчина.

– Это опасно, товарищ полковник, слишком мало собрано материала, и сам аппарат работает нестабильно, что-то мешает, объекты возвращаются разрушенными, словно их разрезало пилой.

– Это было раньше, Павел Сергеевич, я прочитал все отчеты, последние десять пробных пробоев прошли благополучно.

– Да, но нет гарантии, что так будет и дальше, – не согласился лысый ученый. – Мало фактического материала для статистики…

– Достаточно, – перебил его полковник. – Наверху требуют результат, финансирование проекта скоро может быть закрыто за отсутствием зримых результатов. Понимаете меня?

Все присутствующие как болванчики закивали. Даже Антон поддался общему настроению и кивнул.

Антон стал догадываться, что хотели сделать эти люди. Они думали, что попадают в прошлое Земли, а на самом деле это пробой в мир, где сейчас живет Антон. В голове у него стала складываться картинка. Сюда перебрасывают нового носителя, значит, его уже похоронили. Как только появляется новый претендент на артефакты, то предыдущий по всем раскладам должен покинуть бренную жизнь.

«Неужели все так плохо?» – в испуге подумал он. Хотел закричать: «Не делайте этого!» Но вместо крика лишь застонал и проснулся. Он открыл глаза и уставился в лицо Духа. Тот склонился над ним, показывая длинные зубы.

– Захлопни пасть, чудовище, – прорычал Антон, и Дух закрыл рот, отодвинулся.

– Вы стонали, господин, я хотел узнать, в чем дело.

– В чем дело? – повторил Антон и сел. Его взгляд был устремлен в прореху между деревьями, и он видел, что серость предрассветного мрака сменяется утром. – Не твое дело. Хотя если ты еще способен думать, это неплохо.

Антон повесил отсыревшую шерстяную ткань на ветки, разжег потухший костер и заварил взвар, достал пирожки и сало, принесенное Франси. Он ел и думал о том, что ему приснилось. В то, что это был просто сон, он не верил. Его предупреждали, и делал это Просветитель.

Ничего не придумав, он прямо спросил:

– Просветитель, вместо меня готовят нового носителя?

Тот ответил сразу:

«Такой информации я не имею».

– Я видел сон, в котором люди хотели отправить сюда еще одного человека, использовать для этого оборудование, с помощью которого я попал в этот мир.

«Точки перехода есть во множестве миров, населенных людьми. Даже если кто-то попадает, то не обязательно он выживает. Обычно попавший иномирец гибнет в первые дни. А если выживет, то теряется на просторах мира. Тебе повезло, что прежний претендент позаботился тебя встретить».

Антон иронично хмыкнул:

– Да уж. Повезло так повезло. Как-то странно устроена ваша система, Просветитель. Ты не находишь? Тратить энергию для переноса иномирца и дать ему погибнуть – это расточительно, учитывая, что монгриды все больше воруют магической энергии. Так можно и не дождаться того, кто исполнит призвание.

«И такое бывало, – равнодушно ответил Просветитель. – Так устроена система, те, кто ее создал, погибли, и некому за ней следить…»

– То есть все идет своим чередом без вмешательства извне? – удивился Антон.

«Да».

Ответ Просветителя поразил Антона своей откровенностью.

– Но почему погибли, если знали об опасности? – вырвалось у него.

«Поздно спохватились и создали искусственный интеллект, который стал вырывать людей из разных миров для того, чтобы такое не случилось с другими мирами».

– Охренеть! – воскликнул пораженный Антон. – Я даже не знаю, что на это ответить. Создатели артефактов погибли, система работает сама по себе, и ее не заботит судьба тех, кого вытаскивает сюда, и некому ее остановить…

Антон надолго задумался, затем ему в голову пришла, как ему показалось, достойная внимания мысль.

– Просветитель, ты тоже искусственный интеллект, и я уверен, что в тебе есть способность к самообучению.

«Есть», – ответил Просветитель.

– Тогда давай заключим с тобой еще один договор. Ты же видишь, что я продвигаюсь по пути, так сказать, познания… Как могу, – добавил он к сказанному.

«Вижу, потому и разговариваю с носителем, – ответил Просветитель. – Что за договор предлагает носитель?»

– Ты помогаешь мне выжить, даже нарушая свои правила, а я буду стараться остановить монгридов. Вполне возможно, что следующий носитель может появиться через сто, а то и больше лет, когда уже нечего будет спасать. У тебя и у меня есть реальный шанс преуспеть. Что скажешь?

Ответом Антону было долгое молчание. Антон уже подумал, что Просветитель, как всегда в своей манере, стал его игнорировать, но тут в голове раздался голос:

«С учетом сложившихся обстоятельств я готов заключить дополнительный договор. Носителю придется активизировать свои действия по приобретению новых способностей, что скажется на его психологическом и физическом состоянии. Организм носителя не имеет необходимых жизненных ресурсов для быстрого продвижения. Если выражаться проще, то будет больно и иногда страшно».

– А ты соизмеряй мои силы и возможности, не доводи до разрушения моего тела и психики.

«Принято, – ответил Просветитель. – Я готов заключить дополнительный договор, вот условия». И Антон получил информацию, из которой ему стало ясно, что Просветитель расширил область взаимоотношений с носителем с целью его более успешного и быстрого развития и защиты, а носитель должен приложить силы и старания приобретать новые умения, несмотря на боль и страх.

– Договор подтверждаю, – особо не вникая в его суть, ответил Антон. Он уже понял, что большого выбора у него не было. Система, которая работала сама по себе, озаботилась прислать сюда конкурента. А это значило, что его списали или система просто без затей отправляла в этот мир любого, кто попробовал сюда пробиться. Это Антону напомнило «Длинную руку» – программу, которая запускала ракеты по противнику даже в случае гибели руководства страны. В этом случае система заброса иномирцев продолжила функционировать без участия погибших создателей. И ее не интересовали желания Антона и того, кого она отправляла для борьбы с монгридами. Не спрашивая, хочет этого человек или нет, но как-то управляя теми изобретателями, которые могли в своем мире создать механизм пробоя.

Антон не верил, что тут обошлось без участия инопланетной цивилизации. Он только удивлялся, как могла погибнуть столь технически и магически продвинутая цивилизация? Для него это было непостижимо. Вот он, носитель артефактов, и в своем мире не был гением или суперменом, не обладал обширными знаниями, не имел магической силы и вообще был среднестатистическим человеком, а не выдающейся личностью. И теперь он стоит на острие борьбы с расой, которая погубила создателей артефактов. Где эти гении магической инженерии совершили непоправимую ошибку?

– Просветитель, как так случилось, что столь развитая цивилизация создателей артефактов и системы проноса иномирцев погибла? – спросил Антон своего учителя.

«Война. Они убили себя в войне за власть, и когда пришли монгриды, они не смогли им противостоять. На спутнике их планеты ученые создали базу и смогли распространить артефакты по десяткам миров. Но люди не вечны, и когда магическая энергия была вычерпана монгридами, они умерли. В магических мирах магия необходима для функционирования жизни».

– Но ведь есть люди, которые не имеют дара! – удивленно воскликнул Антон. – Они-то почему погибли?

«Всем людям в таких мирах магическая энергия нужна как вода и воздух, без нее нет жизни».

– Надо же, как воздух, – произнес Антон, – тогда уж лучше жить без магии, чем с ней.

Ответа ему не последовало, но он его и не ждал.