Текст книги "Император полночного берега"
![](/books_files/covers/thumbs_240/imperator-polnochnogo-berega-66345.jpg)
Автор книги: Вольф Белов
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
– Но надо же что-то придумать! – не успокаивался Демилий.
– Угу, – все так же мрачно буркнул Хорруг.
– А ты не очень разговорчив, – заметил Демилий.
В голосе паренька слышалась обида.
– Еще успеем наговориться.
Когда ночная мгла полностью рассеялась, вдали, в дымке тумана, показался невысокий частокол, из-за которого выглядывали соломенные крыши строений.
– Это здесь! – нетерпеливо воскликнул юноша. – Идем скорее!
– Ага, – кивнул Хорруг. – И вдвоем разгромим все войско ногаров.
Юноша чуть смутился.
– Ну, я не совсем это имел в виду.
– Не горячись, – посоветовал Хорруг спутнику. – Давай не будем лезть на рожон. Сперва разузнаем, что к чему. Запомни, для всех, кто встретится на пути, мы простые путники. Так что спрячь клинок и не хватайся за него, пока я не скажу. Договорились?
– Согласен, – не стал возражать Демилий.
Юноша спрятал свой короткий бронзовый меч под плащом. Хорруг же свой меч по-прежнему держал завернутым в сукно. За время похода ему пришлось выслушать немало насмешливых замечаний со стороны Аррелия по этому поводу.
Еще издали Хорруг и Демилий увидели нескольких человек, копавших землю чуть в стороне от селения.
– Что они там ищут в такую рань? – удивился юноша.
– Думаю, они ничего не выкапывают, – мрачно произнес Хорруг. – Скорее наоборот, собираются закопать… кого-то.
Демилий побледнел и нервно сглотнул, шаг его сбился.
– Там наши? – спросил он.
– Возможно, – кивнул Хорруг. – Подойдем ближе, узнаем.
Оба направились прямо к землекопам. Догадка Хорруга оказалась верна – на земле рядами лежали более сотни мертвых изрубленных тел. Здесь были и арамеи, и ногары и еще кто-то, видимо, из числа селян.
– Мир вам, – угрюмо произнес Хорруг.
Один из землекопов – седой взлохмаченный старик с короткой бородкой, хмуро взглянул на чужаков исподлобья и проворчал:
– Какой уж тут мир…
Кроме него, еще три десятка стариков и женщин копали длинный широкий ров.
– Что здесь произошло? – спросил Хорруг.
– Одни головорезы перебили других, – скрипуче отозвался другой старик. – Теперь все будут лежать в одной могиле, там не подерутся. Оставить бы их гнить в степи, как они того заслуживают, да слишком уж много нынче падали, стервятники не справляются, того и гляди снова придет мор. Прошлым летом чума уже опустошила половину селений.
Старик сплюнул сквозь редкие желтые зубы и, повернувшись к чужакам спиной, снова взялся за лопату.
– Где все ваши мужчины? – спросил Хорруг.
– В земле, парень, – глухо отозвался первый старик. – Молодые и сильные давно уже пали от клинков таких же головорезов, как эти, – он кивнул в сторону трупов. – Они не хотели покориться грабителям, но нас так мало… Вчера погибли еще несколько человек. Скоро совсем некому будет пахать, и все мы тут передохнем от голода.
Последние слова старик произнес с нескрываемой злобой.
Хорруг и Демилий прошлись вдоль мертвых тел. Тела арамеев были изувечены множеством ран – видимо, лесные варвары бились до последнего вздоха. Среди павших Хорруг опознал князя, Сертония, Киродия, многих других.
– Аррелия здесь нет, – тихо пробормотал Хорруг.
– Моего отца тоже, – так же тихо добавил Демилий.
– Ногары взяли пленников? – спросил Хорруг могильщиков.
Пожилая женщина хмуро взглянула на него и ответила:
– Ищите своих приятелей в Хоруме. Их увели туда.
– Я не говорил, что они наши приятели, – заметил Хорруг.
– Это и так ясно по вашему виду. Одежды из шкур носят только лесные варвары.
– Где этот Хорум? – продолжал расспрашивать Хорруг.
– Ступайте на восход, до него три дня пути. Надеюсь, там вы и сгинете.
И снова путники уловили злость в голосе селянки, как ранее в голосе старика. Несмотря на то, что с ними вступили в разговор, жители села откровенно ненавидели чужаков, и сомневаться в искренности пожелания женщины не приходилось.
– Не надейся, – мрачно ответил Хорруг и кивнул своему юному спутнику: – Идем.
Юноша последовал за Хорругом. Когда селение осталось позади, Демилий неприязненно заметил:
– Эти люди не слишком гостеприимны.
– Твои соплеменники напали на них и ограбили, – ответил Хорруг. – С чего бы им радоваться таким гостям?
Демилий смутился. Некоторое время он молча шагал вслед за Хорругом, потом вдруг тихо произнес:
– Эти люди несчастны.
– Для счастья у них маловато причин, – угрюмо согласился Хорруг. – Мирные землепашцы вымирают. С одной стороны, их обираете вы и кочевники, с другой – ногары. Все, что они добывают своим трудом, достается другим, им же остается лишь умирать.
– Почему все так, Хорруг? – спросил Демилий. – Ты прав, конечно, мы кормимся за счет этих людей, но ведь тоже живем впроголодь. Я слышал, что и в Ногаре люди голодают. Почему все мы несчастливы?
Хорруг покачал головой и мрачно ответил:
– Я не знаю.
* * *
Ворота распахнулись, пропуская во двор цитадели большой отряд. Колонна из трехсот всадников втянулась внутрь. В хвосте отряда следовали три десятка связанных израненных людей.
В воротах один из пленников – рослый великан, споткнулся. Шедший рядом поддержал товарища. В тот же миг в воздухе просвистела плеть. Ехавший позади всадник пнул сапогом одного из пленников в плечо и прикрикнул:
– Пошевеливайтесь, скоты!
Пленник процедил сквозь зубы:
– Запомни мои слова, ублюдок, я сломаю тебе эту ногу.
– Для начала сбереги свои, – посоветовал всадник и вновь взмахнул плетью.
– Попридержи свой норов, Аррелий, – сказал великан своему товарищу. – У нас еще будет время пустить им кровь.
– Не терпится сделать это прямо сейчас, Тороний, – отозвался тот.
Вслед за пленниками всадники загнали во двор полсотни гиппарионов. Следом за ними в ворота втянулся обоз из нескольких повозок.
К прибывшим вышел человек средних лет в белой тоге с широкой синей каймой, расшитой золотыми нитями. На груди его блестела массивная золотая цепь, а пальцы украшали перстни с рубинами и изумрудами. Человека сопровождала красивая молодая женщина в таких же богатых одеждах и украшениях и еще трое мужчин, одетых попроще.
– На колени, скоты! – приказал капитан отряда пленникам. – Перед вами повелитель Хорума царь Ксеностос!
Не дожидаясь, пока пленные арамеи исполнят приказ, ногарские воины пинками и ударами заставили их опуститься на колени.
– Вижу, весенний сбор дани был удачен, Аксес, – удовлетворенно заметил царь, оглядев пленников.
– Можно сказать, что так, повелитель, – кивнул Аксес. – С деревень и поселков налог нынче невелик, некоторые вымерли начисто. Но нам удалось захватить этих грабителей, разоряющих твои владения.
Аррелий исподлобья взглянул на правителей Хорума. Взгляд его невольно задержался на спутнице царя. Судя по всему, это была царица, хотя по возрасту она годилась Ксеностосу чуть ли не в дочери. Аррелий даже приподнял голову, откровенно рассматривая женщину. Он словно любовался ее красотой, ощупывая взглядом стройный гибкий стан. Царица ответила пленнику таким же пристальным взглядом. Блеск в ее черных глазах лучше всяких слов сказал арамею, что при других обстоятельствах он без особого труда добился бы близости с этой женщиной.
Их обмен взглядами не укрылся от внимания Ксеностоса.
– Эй, раб! – окликнул он Аррелия. – Ты смотришь на мою жену, и мне это не нравится. Ты достоин того, чтобы тебе выкололи глаза.
Царица легонько коснулась плеча супруга и тихо сказала:
– Все эти рабы заслуживают гораздо большего наказания за свои преступления, но ведь целыми, не покалеченными они представляют гораздо большую ценность.
– К сожалению, это так, – вынужденно согласился Ксеностос и поморщился.
Снова скользнув взглядом по склоненным головам пленников, он произнес:
– Следовало бы подвергнуть их пыткам и казнить за разбой. Но мы поступим иначе. Продадим их в Хишимер, чтобы возместить ущерб от их грабежей.
При этих словах Аррелий сжал кулаки и стиснул зубы.
– Хвала твоей мудрости, повелитель, – почтительно произнесла царица.
– Хишимер охотно скупает рабов, – добавил один из приближенных. – За этих крепких парней можно получить хорошую цену.
– Пока отмыть их, накормить и запереть в подземелье, – распорядился царь. – Товар не должен предстать перед покупателем в таком неприглядном виде.
Аксес махнул рукой, подавая сигнал солдатам. Ногары пинками подняли пленников на ноги и повели прочь. Конюхи загнали захваченных гиппарионов в конюшню, слуги принялись разгружать повозки.
Царь собирался было вернуться в свои покои, но в этот момент во двор крепости галопом влетел всадник. Спешившись, он припал на одно колено перед Ксеностосом и склонил голову.
– Мой царь, прибыл императорский гонец, – сообщил он. – Он уже подъезжает к крепости.
– Встретим его здесь, – распорядился царь.
– Разумно ли? – тихо усомнилась царица. – Все-таки гонец императора…
– Именно поэтому, – жестко ответил царь. – Я ценю твои советы, Минессис, но не сейчас. Эй, поставьте мне кресло здесь!
Слуги поспешили установить во дворе высокое кресло, похожее на трон. Едва царь занял свое место, во двор въехали несколько всадников в тяжелом вооружении. Один из них держал в руке ярко-синий штандарт императора Ногары.
– Приветствую тебя, правитель Хорума, – произнес всадник со штандартом, натянув поводья.
Ни он, ни сопровождавшие его телохранители не спешились, что позволило им воздержаться от каких-либо поклонов и прочих выражений почтительности. В этом положении императорский гонец смотрел свысока на правителя Хорума и его свиту, и царь вдруг понял, сколь нелепо должен выглядеть. Кроме того, гонец не назвал Ксеностоса царем, словно подчеркивая, что самопровозглашенный государь все же является подданным ногарского императора. Ксеностос запоздало признал разумным совет супруги. Пожалуй, действительно было лучше принять императорского посланника в покоях.
– Зачем ты приехал? – спросил Ксеностос, нахмурившись.
– Тебе надлежит принять посольство императора к царю Хишимера и обеспечить его людей всем необходимым, – объявил гонец.
Царь помрачнел еще больше.
– Можешь передать императору, что я позабочусь о его послах, – произнес он.
– Посольство уже в пути и скоро будет здесь, – сказал гонец. – Императору нет нужды в твоем ответе.
Сказав это, императорский посланник развернул гиппариона, пришпорил его и вылетел за ворота. Телохранители последовали за ним.
Царь взглянул на свою свиту и сказал одному из приближенных:
– Онессес, этот парень держался слишком нагло. Сделай так, чтоб он пожалел о своей дерзости.
* * *
В сопровождении дворцового слуги Идигер вошел в зал. Вдоль стен стояли лучники с натянутыми тетивами. В центре зала бились три воина, в одном из которых жрец узнал своего повелителя царя Азгадера.
– Что происходит? – спросил Идигер.
– Государю захотелось размяться, – тихо ответил слуга.
Царю, облаченному в кольчатую кольчугу и вооруженному тяжелой секирой, противостояли два рослых воина в полном вооружении – видимо, из числа рабов. Судя по виду, это были ногары. Один из противников царя уже изрядно устал и был ранен, его разбитый щит и помятый шлем валялись на полу, правый глаз заливала кровь, левая рука висела плетью, по предплечью также стекала кровь. Он упал на одно колено, едва не выронив меч, но вновь поднялся, что далось ему с трудом. Оказавшись за спиной Азгадера, он вскинул меч. Отбив выпад другого противника, царь, почти не оглядываясь, махнул щитом назад. Зазубренная бронзовая кромка щита разорвала горло раба, тот опрокинулся на спину и через мгновение затих.
Другой противник царя оказался намного крепче и выносливей, да и мечом владел гораздо лучше. Однако и он с трудом мог противостоять Азгадеру, по праву считавшемуся одним из лучших воинов Хишимера.
Мощным ударом царь опустил секиру на щит противника, разбив его. Ногар едва устоял на ногах, однако не растерялся. Швырнув обломки щита в лицо царю, он перехватил меч обеими руками и сам нанес удар. Клинок врубился в топорище секиры. Удар ногара был столь силен, что Азгадер не удержал секиру. Ногар ударил плечом в щит царя и сбил противника с ног. Наступив на щит, ногар не позволил царю закрыться и занес клинок над простертым телом. Удар без сомнений мог бы стать последним и в этой схватке, и в жизни правителя Хишимерского царства.
Лучники уже были готовы расстрелять победителя с разных сторон, но грозный окрик царя остановил их:
– Всем стоять!
Пристально глядя в глаза ногару, возвышавшемуся над ним с мечом, готовым для удара, Азгадер спросил:
– Чего ты медлишь, раб? Почему не бьешь?
– Тому есть две причины, – глухо ответил ногар.
– Боишься, что мои лучники попортят твою шкуру? – усмехнулся царь.
– Это вторая причина.
– Какая же первая?
– В поединке я не добиваю поверженного противника.
– За это и поплатишься, – процедил Азгадер.
Царь ударил ногой в колено ногара, его ладонь в кольчужной перчатке сомкнулась на лезвии опустившегося клинка. Потеряв равновесие, ногар упал на Азгадера, тот встретил его коленом. Отшвырнув противника в сторону, царь легко поднялся на ноги, меч ногара оказался в его руке.
– В наше время благородство не в цене, – произнес Азгадер. – Но твоя доблесть, стойкость и храбрость делают тебе честь, как воину. Встань.
Ногар поднялся на ноги.
– Как твое имя? – спросил царь.
– Метнос, – назвался пленник.
Азгадер протянул ему клинок и объявил:
– Будешь моим телохранителем.
Брови Метноса удивленно взметнулись.
– Ты готов доверять мне настолько? – ошеломленно спросил он.
– Главное, чтобы ты доверял мне, – ответил царь. – Я же не доверяю никому, помни об этом всегда. Иди умойся, смени одежду и доспехи. Все свободны! – объявил он лучникам. – Этого убрать, – царь указал на мертвое тело. – А ты иди сюда!
Последние слова относились к Идигеру. Как только лучники и Метнос покинули зал, а слуги вынесли тело погибшего раба, жрец приблизился к царю и почтительно склонил голову.
– Мне сказали, ты хотел меня видеть, государь.
– Я хотел видеть тебя еще вчера. Где ты был?
– Я ездил в Ногару.
Азгадер нахмурился.
– Почему мне об этом ничего не известно?
Жрец снова склонил голову.
– Прости, государь. Я не хотел излишне обременять тебя.
– Ты хорошо знаешь, мне не нравится, когда от меня что-то скрывают, – сурово произнес царь, – Если я что-то узнаю последним, это наводит меня на худшие подозрения. А тебе известно, к чему приводят мои подозрения.
Жрец молча кивнул. Он отлично знал, что бывает с теми, кого правитель Хишимера начинал подозревать в неблагонадежности. Немало его приближенных приняли смерть на плахе, в пыточных камерах, а то и прямо в тронном зале, лишившись доверия повелителя. Даже Идигер, верховный служитель культа, не смог бы избежать подобной участи. Но жрец отлично знал все слабости царя и умел угождать своему повелителю, хотя зачастую при этом приходилось балансировать на лезвии ножа.
– Рассказывай, – потребовал Азгадер. – Что ты делал в Ногаре?
– Укреплял твой трон, государь, – ответил Идигер.
Царь недовольно поморщился. Всякое упоминание о троне злило его. Еще при его отце, ревностном приверженце Тота, искусные мастера изготовили трон Хишимерского царства из человеческих костей. Азгадера невозможно было даже заподозрить в слабости духа, однако жуткий трон предка повергал его в трепет, побороть который царь был не в силах. В тронном зале Азгадер всегда предпочитал садиться в деревянное кресло.
Жрец провел ладонью по своей бородке, скрывая улыбку. Дразнить Азгадера было делом весьма опасным, однако Идигер редко отказывал себе в таком удовольствии, лишний раз напоминая царю, что смерть не страшна верховному служителю одного из ее богов.
– Укреплял твою власть, повелитель, – поправился жрец.
– Моя власть и без того крепка, – проворчал царь.
– Но будет еще крепче, когда падут наши враги.
– Рассказывай подробней, – потребовал Азгадер. – Что ты задумал?
– Я добыл для тебя золото Бельфеддора, государь, – сообщил жрец.
– Вот как? – удивленный Азгадер на мгновение задумался. – Что взамен?
– Не много. Взамен ты разгромишь арамеев.
Глаза Азгадера гневно сверкнули.
– Ты решил втянуть меня в бессмысленную войну? – свирепо прорычал он. – И после этого надеешься сохранить голову на плечах?
– Надеюсь, – невозмутимо ответил жрец, даже не моргнув. – Ты воин, государь, и смотришь только вперед. Я же заглядываю немного дальше и смотрю во все стороны.
– Ну и что ты там увидел, в этих сторонах? – недоверчиво спросил царь.
– Перспективы, государь.
Азгадер нахмурился.
– Не запутывай меня словами, жрец, – грозно произнес он. – Говори по сути.
– Изволь, государь, – кивнул Идигер. – Война с арамеями не будет бессмысленной. Сейчас их племена разрозненны, но так будет не всегда и их очень много. Им уже тесно в своих лесах, и скоро они устремятся в степи Ногары. Ногары не смогут противостоять им, и империя будет уничтожена окончательно.
– Ну и какая мне печаль с этого? – безразлично спросил царь.
– Земли Ногары могут стать нашими, и ты можешь стать повелителем новой империи.
– При чем же здесь арамеи? – снова недоверчиво спросил Азгадер.
– Арамеи – наши соперники, – пояснил Идигер. – Земли Ногары сейчас пустынны, кто-то должен их занять. Лучше, чтобы это были мы. Ногара обескровлена, она падет в любом случае. Сейчас твое царство – самая сильная держава по эту сторону Круглого моря. Но арамеев очень много, и если они объединятся… Полвека назад твой прадед объединил племена хошимов, вывел их из полуночных лесов и привел на эту землю. Арамеи сделают то же самое, и сделают в скором времени.
– У них появился верховный вождь? – насторожился царь.
– Есть человек, который может стать им.
– Это меня мало убеждает, – отмахнулся Азгадер. – Ты же знаешь, я не склонен доверять всяческим пророчествам и предсказаниям, их можно толковать и так, и этак.
– В этот раз тебе лучше поверить.
– На словах у тебя все получается слишком гладко, – произнес царь, размышляя. – Разгоним арамеев, разобьем ногаров… На деле за арамеями придется лезть в дремучие леса, где кругом засады и ловушки, а Ногара, хоть и утратила былое могущество, но все-таки слишком сильна. Наверняка все ногарские правители объединят свои легионы против общей угрозы и выставят большую армию. Кроме них, в степях есть и другие племена, а побережье осаждают мораги. Слишком много противников. Эта война обескровит нас.
– Вот для того и понадобится золото Бельфеддора, – ответил жрец. – В подземелье его затерянного города хранятся несметные богатства. На них ты купишь тысячи отличных воинов из Каттана, Ардоны, Хингары и даже из самой Ногары. Война не продлится слишком долго. А о том, чтобы Ногара ослабла еще больше, я уже позаботился.
Азгадер усмехнулся.
– Коварство твое мне известно, – произнес он. – Но если узнаю, что плетешь интриги и против меня… Умирать будешь долго и мучительно.
– Не сомневаюсь, – невозмутимо кивнул жрец. – Но мне нет нужды замышлять против тебя что-либо. Я заинтересован в твоей победе. Ты расширишь свои владения и создашь новую империю, я же распространю влияние Тота на все побережье.
– Ты говоришь как об уже решенном деле, – недовольно заметил царь.
– У тебя нет времени предаваться долгим размышлениям, – сказал Идигер. – Посольство ногарского императора уже в пути, встреча назначена у Хорума.
Лицо Азгадера исказила злобная гримаса.
– Так-так, – грозно прорычал он. – Что ты еще решил за меня?
– На встрече ты поклянешься именем Тота пойти войной на арамеев в обмен на золото Бельфеддора, – бесстрастно сообщил жрец.
– Не слишком ли много ты наобещал ногарам?! – со злобой прорычал царь.
– Подумай о том величии, что ждет тебя, – сказал Идигер. – Твоя власть сильна, но в любой миг может пошатнуться. Потомки племенных вождей и старейшин хишимерских родов еще не забыли о тех временах, когда наш народ сам избирал себе правителей подобно тому, как арамеи по сей день избирают своих князей. Народу нужна убедительная победа над врагом, чтобы укрепить веру подданных в твое могущество. Я же со своей стороны могу обещать тебе полную поддержку Тота.
Азгадер погрузился в раздумья. Отступив от жреца, он подошел к окну и выглянул наружу. Идигер молча ждал, обхватив себя за плечи и склонив голову Неожиданно царь резко обернулся и произнес:
– Тебе следовало бы выпустить кишки за дерзость и самоуверенность. Клянусь, если хоть что-то пойдет не так, как ты наобещал, я так и сделаю.
– Я учту это, – спокойно ответил жрец.
Царь снова ненадолго умолк, потом сказал:
– Скоро гипиты соберутся в степи у Хорума на Праздник Огня. Я встречусь с ногарами на празднике.
* * *
Шедший впереди Хорруг резко остановился, вскинул руку, подавая сигнал опасности, и припал на одно колено. Демилий последовал его примеру и схватился за рукоять меча, скрытого под плащом.
– Что там? – тихо спросил юноша.
– Люди, – ответил Хорруг. – Сдается мне, что они тут не на отдых расположились.
– Ногары? – снова опасливо спросил Демилий, с тревогой вглядываясь вдаль.
– Похоже на то, – кивнул Хорруг. – Впрочем, это уже не имеет значения. Кажется, все они мертвы.
Хорруг поднялся во весь рост и направился к лежавшим посреди степи телам. Демилий последовал за ним.
– Действительно, ногары, – произнес Хорруг, осматривая павших. – Солдаты императора. Вот и штандарт. Странно видеть их здесь, так далеко от столицы. Освободи гиппариона.
Он указал спутнику на испуганно фыркавшего неподалеку коня, в стремени которого запутался ногой погибший всадник. Юноша осторожно приблизился к гиппариону, потрепал холку животного, успокаивая.
– Как ты думаешь, кто напал на них? – спросил Демилий. – Разбойники?
– Вряд ли, – усомнился Хорруг, покачав головой. – Разбойники забрали бы все, даже сняли бы с трупов сапоги и одежду. Этих же просто убили. Даже гиппариона оставили.
– Он ранен, – сообщил юноша, осмотрев жеребца. – Наверное, потому его и оставили здесь.
Демилий повел коня за собой. Гиппарион действительно заметно хромал. Окинув взглядом мертвые тела, юноша воскликнул:
– Смотри, один еще живой!
Он указал на воина, сжимавшего древко императорского штандарта. Ногар и в самом деле пошевелил рукой. Хорруг присел на корточки рядом с раненым. Ногарский воин приоткрыл глаза, посмотрел на Хорруга мутным взлядом и прохрипел:
– Кто ты?
За время недолгой службы наемником в войске одного из ногарских царей Хорруг успел немного выучить их язык, поэтому понял вопрос и ответил по-ногарски:
– Путник. А ты кто?
– Гонец императора, – тяжело выдохнул ногар. – Что со мной?
– У тебя из живота торчит стрела, грудь пробита, а правый бок рассечен секирой, – сообщил ему Хорруг. – Ты умираешь.
Ногар закрыл было глаза, вновь проваливаясь в забытье, но вопрос Хорруга вернул его к действительности:
– Кто напал на тебя и твоих людей?
Императорский гонец кашлянул и коротко простонал. Из уголка рта выбежала струйка крови, прокладывая по подбородку новую дорожку среди уже запекшихся. Хорруг поддержал голову ногара и повторил вопрос:
– Кто напал на вас?
– Ксеностос, царь Хорума, – прохрипел гонец. – Это были его люди. Император направил посольство к царю Хишимера и потребовал от Ксеностоса встретить караван в Хоруме. Похоже, Ксеностосу это не очень понравилось. Скоро караван будет здесь, но мне уже не успеть предупредить послов императора об опасности. Проклятье… Кажется, я действительно скоро сдохну. Эй, приятель, окажи мне одну услугу.
– Какую?
– Дай воды. Дьявольски хочется пить.
– Сейчас тебе не пойдет это на пользу, – предупредил Хорруг. – У тебя брюхо продырявлено.
– Мне жизни осталось на два вздоха, – прохрипел ногар. – Подохну хотя бы не от жажды.
По просьбе Хорруга Демилий подал ему фляжку с водой. Хорруг поднес сосуд к губам умирающего ногара, влил ему в рот немного воды. Сделав пару глотков, императорский гонец вдруг всхрипнул, откинулся назад и затих. Накрыв лицо ногара ладонью, Хорруг закрыл ему глаза.
– О чем ты с ним разговаривал? – поинтересовался Демилий.
Хорруг вкратце передал спутнику свой разговор с умершим гонцом.
– Смотри, сюда кто-то едет, – сказал Демилий.
Хорруг оглянулся. На пологом холме показались несколько всадников и устремились к месту недавнего боя, а через мгновение из-за холма появился целый отряд. Поднимая клубы пыли, катились колесницы и повозки в сопровождении не менее трехсот конных воинов.
– Похоже, это и есть посольский караван, – произнес Хорруг. – Я вижу императорский штандарт над первой колесницей.
– Не лучше ли нам убраться с их пути? – опасливо спросил Демилий. – От ногаров добра не жди.
– Нас уже заметили, – ответил Хорруг. – Вдвоем на одном хромом гиппарионе мы далеко не ускачем. Вряд ли ногары встретят нас радушно, ни к чему усиливать в них подозрения своим бегством. Помни, мы простые путники. Попробуем присоединиться к каравану, так будет легче попасть в Хорум.
– Мне не нравится твоя задумка, – пробормотал Демилий.
– Можешь предложить что-нибудь получше?
Юноша неопределенно пожал плечами.
– Тогда стой и помалкивай, – посоветовал ему Хорруг. – Говорить буду я. Поверь, даже в качестве пленников нам лучше присоединиться к посольскому каравану.
Между тем всадники окружили путников. Их предводитель – молодой воин в позолоченных доспехах, окинул взглядом мертвые тела, затем пристально посмотрел на Хорруга и Демилия и спросил:
– Ну и что вы мне скажете?
– Люди правителя Хорума убили императорского гонца и все его сопровождение, – ответил Хорруг.
– Ты сам это видел?
– Он сказал. – Хорруг указал на тело гонца. – Он был еще жив, когда мы пришли сюда.
– Кто вы? – продолжал спрашивать молодой ногар.
– Путники, – просто ответил Хорруг. – Идем в Хорум.
Предводитель ногарских воинов вновь окинул обоих внимательным взглядом, словно ощупывал.
– Вы не похожи на простых пилигримов, – произнес он. – Этот парень, что все время молчит и, скорее всего, не понимает ни слова, явно арамей, и я вижу меч под его плащом. Да и ты, похоже не налегке. Что у тебя в свертке?
Видимо, несмотря на молодость, ногар был уже достаточно опытен и умел подмечать мелочи, ускользающие от внимания других.
– Здесь мой меч, – ответил Хорруг. – Дороги нынче опасны для путников.
– Почему твой меч завернут? – удивился ногар. – В этих краях всегда лучше быть наготове.
Хорруг пожал плечами.
– Нет нужды обнажать оружие, пока не появится враг.
– Значит, нас ты за врагов не считаешь? – усмехнулся ногар. – Ты, случайно, не дромид?
Хорруг снова пожал плечами.
– Я даже не знаю, кто это.
Тем временем караван встал, одна из колесниц приблизилась к всадникам, окружившим путников. Высокий ногар средних лет с проседью в волосах, облаченный в пурпурную тогу императорского советника, окликнул предводителя воинов:
– Благородный Икестос, у нас нет времени на разговоры со всякими разбойниками. Пусть им отрубят головы, и поедем дальше.
Если бы Демилий понимал язык ногаров, он наверняка обнажил бы меч при этих словах. Но юноша лишь смотрел на своего спутника, ожидая от него объяснений.
На лице Хорруга не дрогнул ни один мускул. Встретившись глазами с его жестким взглядом, Икестос усмехнулся и ответил человеку в тоге:
– Казнить их мы всегда успеем, благородный Аксеннос, если на то будут основания. Ты прав, у нас нет времени на долгие разговоры., разберемся с ними позже.
Он кивнул своим воинам.
– Связать их, и в обоз.
Демилий не понял ни слова, но когда солдаты начали выкручивать ему руки, попытался было воспротивиться и дотянуться до меча.
– Не дергайся, – остановил его Хорруг. – Целее будешь. Драка нам сейчас ни к чему.
– Добрый совет, – сказал Икестос по-арамейски, обращаясь к Демилию. – Прислушайся к своему приятелю, парень, – останешься с головой на плечах.
Хорруг позволил себя связать без сопротивления. Один из воинов подал Икестосу его меч, завернутый в сукно. Икестос развернул клинок и удивленно прищелкнул языком.
– Ты только взгляни на это, благородный Аксеннос, – сказал он, подъехав к колеснице советника.
– Да это же сталь! – воскликнул Аксеннос. – Отличный клинок! Мастер, создавший его, был знатоком своего дела. Хошимы ценят добрые клинки – пожалуй, стоит присоединить этот меч к прочим дарам.
– Не мешало бы спросить и моего согласия, – угрюмо заметил Хорруг.
Советник отмахнулся от него, как от назойливой мухи, и презрительно ответил:
– Благодари своих варварских богов, бродяга, что пока не расстался с головой. Наверняка ты украл этот меч или снял с убитого благородного воина.
– Считай, что вам обоим сегодня повезло, – с усмешкой добавил Икестос.
– Повезет ли вам? – мрачно отозвался Хорруг.
Икестос нахмурился.
– Звучит как угроза. Ты хоть знаешь, кто перед тобой?
Хорруг пожал плечами.
– Мне это безразлично. Многим когда-то приходится сожалеть о своих неосторожных поступках, будь то царь или нищий.
– Мне не придется, – самоуверенно заявил Икестос и кивнул своим воинам. – В обоз их!
* * *
Укрывшись за ветвями кустарника, Ксаннея неотрывно следила за царевной Немеей. Девушка сидела в одиночестве в легкой открытой беседке. Вытянув руку, царевна разглядывала кольцо с изумрудом на среднем пальце, на ее губах играла мечтательная улыбка.
Стоя в своем укрытии, Ксаннея нервно покусывала губы. Она отлично могла себе представить причину подобного настроения царевны. Кольцо девушке преподнес Икестос перед самым своим отъездом. Всякий раз, вспоминая, как Икестос во главе своих воинов, призванных охранять посольский караван в пути, покидал Императорскую площадь, Ксаннея проклинала хишимерского жреца Такой поворот событий она предположить не могла. Караван должен был вести другой полководец, однако незадолго до выезда посольства император вдруг заменил командира отряда. В ночь накануне отъезда посольства император долго беседовал с Икестосом наедине. Ксаннея могла лишь догадываться, о чем был их тайный разговор. Вспоминая, как воодушевился Икестос после этой встречи, какой взгляд он бросил, уезжая, на террасу дворца, где стояла царевна, и какими глазами смотрела ему вслед Немея, императрица начинала подозревать, что молодому полководцу поручено особое задание и в случае успеха обещана рука царевны.
Все чаще императрица вспоминала, какое развитие событий предрек Идигер в случае ее бездействия. Как ни проклинала Ксаннея хишимерского жреца, все же приходилось признать, что его слова оправдываются. Уже не первый раз за последние дни пальцы Ксаннеи нащупывали кисет с ядовитым снадобьем, спрятанный под одеждой, но императрица не решалась последовать совету Идигера и пустить зелье в ход. Ей вовсе не было жаль падчерицу – не будь она царевной, Ксаннея давно бы уже нашла возможность избавиться от соперницы менее изощренным способом. Уж чего-чего, а профессионалов, владеющих ремеслом ночных убийц, хватало и в Отоммосо, и в самом дворце. Но Немея являлась дочерью императора, и этого было достаточно, чтобы задуматься о возможных последствиях таких крайних мер. Императора Нокатотоса вряд ли можно было назвать сильным и властным правителем, но упрекнуть в бесхребетности и слабоволии точно было нельзя. Импульсивный и вспыльчивый, он растоптал бы любого, осмелившегося нарушить его благополучие и душевный покой. Смерть любимой дочери могла не только повергнуть Нокатотоса в уныние и апатию, но и привести к вспышкам неконтролируемой ярости и жестокости.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?