Читать книгу "Женя"

Глава 25

К вечеру, после бесчисленных лекций, вымотанные все до предела, мы собрались на улице перед машинами, что должны были отвезти нас обратно на виллу.

– Август! – Лукас как всегда взялся руководить парадом. – А как же вознаграждение и традиционный поход в ресторан? Уставшие умы требуют подпитки развлечениями, – подмигнул наш коллега девчонкам и те обе захихикали.

– Хотите продолжить веселье? – вдруг непринуждённо, впервые за последние два дня улыбнулся Доля.

– Да, да!

– Хотим!!!

– В старый город? – Август подмигнул им, открывая дверь ожидавшего нас автомобиля. Он снова собрался сесть рядом с водителем, я же исхитрился оказаться в другой компании, как бы случайно опередив Ксению, которой в результате пришлось сесть в машину к Доле и Джино.

Не хочу повторения предыдущей истории. Пусть вечер остается нейтральным, итак столько впечатлений за день, что я себе уже места не нахожу. Хоть десять минут без него.

Целых десять минут без… него. Слишком долгих. Слишком мучительных. Без Него.

Нас привезли в старый город. Когда-то давно я был и здесь, только снова на учебе, поэтому сам город видел исключительно из окна автомобиля. В это же раз, прежде осесть в одном из маленьких ресторанчиков с летними террасами, где везде уже были зажжены газовые фонари и вышли на работу зазывалы, сообщающие всем прохожим, что «здесь говорят по-русски», мы совершили вечерний променад по городу. Маленькие улицы, очень старые, совсем игрушечные домики. В какой-то момент, Лукас снова взял на себя инициативу, и направил всю компанию по тому пути, который выбрал сам.

Внезапно, на одной из улочек мы натолкнулись на большой плакат, размером, наверное, три на три. Надпись, на котором гласила: «С Днем рождения, Август! Самому лучшему боссу – Ура!». Словно бы из ниоткуда возникли цветы, коробки с бантами – ребята бросились поздравлять своего шефа. И только тут до меня начало доходить, в какую дурацкую ситуацию я успел попасть! У него сегодня день рожденья! Большой день, в который все догадались его поздравить, а я даже не знал, что сегодня за праздник. И это при том, что я был в близких с ним отношениях. Пусть был, но это же просто невежливо с моей стороны, как бы плохо и непонятно мы не разошлись.

Мне в очередной раз повезло, на улице гуляло много людей и в общей суматохе не возникло неловкой ситуации с моим собственным поздравлением. Меня как всегда просто не заметили, потому слегка успокоившись, я направился за остальными в ресторан, решив для себя сделать подарок завтра. Можно с самого утра выскользнуть в магазин и что-нибудь присмотреть. Правда, я даже не представляю, что ему подарить. Что можно подарить человеку, у которого все есть и которому ты причинил столько неудобств? Который, неизвестно что думает о тебе и неизвестно как относится.

Ресторанный зазывала очень обрадовался, поймав в свои сети такую веселую компанию. Он тут же проводил нас к столикам на уютной террасе. Только мы не сразу уселись. Лукас с девушками отправились выпрашивать у администраторов вазы для цветов, а Джино захватили с собой в качестве переводчика, так как он немного знал и французский тоже. Я думал вызваться, но как всегда опоздал со своим предложением, и только посмотрев им в спины, обреченно сел за столик туда, куда мне указал зазывала – прямо напротив моего босса.

Мы опять, опять остались наедине! Я потупил глаза и не нашел ничего другого, кроме как сказать:

– Простите, я не знал, что у вас сегодня день рожденья, – почти прошептал себе под нос, сложив худые руки на плоской груди. Сейчас, когда на мне была майка в обтяжку, да еще с коротким рукавом, наверное, я выглядел особенно жалко. – Если бы знал, обязательно приготовил подарок, это очень невежливо с моей стороны. Простите, мне очень жаль.

Я боялся, что он скажет. Боялся, что посмеется или что еще похуже. Но я совсем забыл, что он не зря был моим Богом.

– Ты уже сделал мне подарок, – мягко произнес Август и я увидел, как он дотронулся до моего браслета на своей руке. Его пальцы, чьи прикосновения никак не могло забыть мое тело, коснулись хлопчатобумажных веревочек. Словно коснулись моей души. – И это самый дорогой подарок для меня сегодня. Обещаю тебе, никогда с ним не расставаться.

Я не поднял глаза на него. Мне было очень больно. А еще очень жарко, потому что там, под столом его колено случайно коснулось моего. Я не стал одергивать свою ногу, потому что она буквально вросла в землю – настолько я боялся потерять эту магическую связь с ним. И в ужасе молился, чтобы только он сам не отстранился от меня.

И он не сделал этого.

Вечер прошел как-то. Я не видел. Все смеялись, шутили, пили и ели, я же проковырял целую дыру в своем куске пирога. Обычно я прилично веду себя за столом, однако сейчас вся Женина воля испарилась. Силы иссякли. Слава богу, меня как обычно не замечали, а на своего Бога я не смотрел. И без того было больнее некуда.

Уже далеко за полночь мы вернулись на виллу. И каждый отправился в свою комнату. За все время, кроме последних его слов по поводу подарка, он не произнес ни одного слова лично мне и больше не попытался прикоснуться. Я закрыл за собой дверь и сразу же направился к окну – распахнул створки как можно шире и вдохнул прохладный ночной воздух, которого мне весь день так сильно не хватало.

Потому что рядом с ним я всегда перестаю дышать. И жить. Существовать. Я просто теряюсь. Всегда.

Потерял счет времени, стоя вот так и глядя на ночной город. Я слышал, как на вилле все стихло – ребята угомонились и перестали топать по коридору, перебегая друг к другу в номер. Решив, что пора, спокойно закрыл окно и вышел на лестницу. Медленно, бесшумно, спустился на этаж ниже.

Я нашел нужную дверь, что снилась мне прошлой ночью.

Не стал стучать. А просто нажал на ручку и вошел без разрешения. Его комната оказалась точь в точь такой же, как и моя. Из душа доносились звуки льющейся воды – значит, он там. Понимая, что у меня есть время передумать и уйти необнаруженным, я все же медлил сделать это и огляделся. На столике возле камина стоял открытый портативный компьютер. Очевидно, он что-то писал. Ту саму книгу, я полагаю, что ждал от него надоедливый Феликс. Я не удержался и, приблизившись к нему, заглянул на экран. И тут же снова застыл. Но, не от удивления. Я как будто знал, что обнаружу там. На рабочем столе был открыт документ, посредине которого было только одно слово. Слово, что ответило сразу и на все мои вопросы.

Женя. Там было написано «Женя»!

Может быть, именно поэтому, я не дернулся с места, когда услышал, как стих шум воды. А лишь медленно, словно под гипнозом повернулся к нему, услышав шаги за спиной. И больше не скрывал свой взгляд, а дал себе волю, буквально обняв его глазами, лаская его божественное тело, упругие перекаты мощных мышц, линию узких, крепких бедер, обернутых в эту секунду белым махровым полотенцем.

Повисла пауза. Мы оба молча смотрели друг на друга. Не знаю, что думал он. Я же хотел броситься к нему, но не мог. Из-за своего побега. Из-за своего предательства. Из-за того, что не знал, как мы расстались и что он мне сказал.

– Что-то случилось? – наконец произнес мой Бог, с трудом скрыв знакомый хрип. – Женя?

Мой взгляд упал на его запястье, туда, где сейчас висел мой браслет, с которого медленно стекала вода, по коже, цепляясь за черные волоски, перекатываясь на пальцы, по ладоням, спеша к подушечкам, о прикосновении которых к себе я так мечтал в данную минуту.

– Я… я не поздравил тебя с днем рожденья, – наконец, встретившись с ним глазами, вымолвил тихо.

– Поздравил, – его глаза вспыхнули! – Я же сказал тебе, – тем не менее, постарался он спокойно продолжить и я почти поверил ему. Почти поверил в это напускное спокойствие и почти дернулся, чтобы уйти. Однако, чувства не обманешь!

– Август, – зачем-то сказал я, прекрасно зная, как он обычно реагирует на это.

– Да, – у него уже не получилось сдержать хрип, – Женя?

– Я больше не могу, – обреченно вымолвил я, признавая свое поражение в этой бессмысленной борьбе, которую я проиграл с самого начала. С того самого дня, как он впервые поцеловал меня в своем кабинете. А потом подарил прикосновение в лифте и выловил в парикмахерской, моментально взяв мою несчастную, неудачную жизнь под свой жесткий контроль.

– Я все еще здесь, – ответил мой Бог, не двигаясь, – и все еще весь твой, – его голос окончательно сел, давая понять своему гостю, что все пути открыты, преград нет. Но на самом деле, преграды были.

– Я… я не могу, – я тоже остался стоять на своем месте.

– Почему, Женя? – ноты боли и непонимания перемешались в его вопросе.

– Я… я предал тебя. Я идиот, – начал свое признание, словно прыгнул в бездну с огромного обрыва.

– Что? – тяжело усмехнулся Август. – Ты говоришь о том, как сбежал к девчонке и переспал с ней?

Я покраснел. Как он догадался? Впрочем, это неважно. Опустив глаза в пол, я пробормотал:

– Я сбежал. И хотел переспать. Хотел доказать себе, что все это только сон, что я нормальный, что я могу быть таким, каким хочет меня видеть мой отец. Я даже снял номер в гостинице. Мы приехали туда.

Мрачное молчание Августа толкнуло меня продолжить:

– Я пытался ее целовать… Я честно пытался… Но все это время у меня перед глазами стоял ты. И… У меня ничего не получилось. Она уехала через несколько минут. И… я… я… предатель.

В следующее мгновение огромная скала Август налетел на меня и так желанно сгреб в охапку:

– Женька… Женька… Ты и в правду дурак, – прошептал он, схватив мой затылок и накрыв мои губы трепетным поцелуем!

Мои ладони уперлись в его мощную грудь, и маленький Женя попытался отстраниться, попытался договорить то, что собирался, пока еще… пока еще не лишился чувств, прямо здесь, в его могучих руках.

– Август… ты правильно сделал, что бросил меня, – завершил все же начатое.

– Что? – мой Бог в изумлении отстранился от меня. – Что я сделал?

– Бросил, – я поднял глаза и, увидев его недоумевающую реакцию, добавил, – ты же… перестал общаться со мной. Я думал… думал… ты меня бросил.

– Женя, – после секундного замешательства, моего босса осенила правильная догадка, – ты что, не прочитал мое сообщение?

– Нет, – признался честно. – Я испугался и все удалил. А потом поехал на работу, чтобы… чтобы… расстаться, но… не успел.

Я не понял его счастливую улыбку, вдруг заигравшую на прекрасном лице Августа.

– В таком случае, я рад, что все так получилось.

– Почему? Ты… – до меня вдруг начало доходить. – Ты не бросал меня? Что? Что было в том сообщении?

– Это неважно, – усмехнулся он, поправив волосы на поем лбу.

– Важно! Важно! – упрямо запротестовал, понимая, что нахожусь на грани истерики.

– Хорошо, хорошо, успокойся, – увидев серьезность моих намерений, согласился мой босс. – Я всю ночь сходил с ума, не понимая, почему ты сбежал. Так, вдруг. Многое передумал и решил, что ты еще очень молод и много не попробовал, не узнал. И эти отношения у тебя первые, и я не смог… сдержать свою страсть. Я написал тебе, Женя, что если ты вернешься на работу, я обещаю, на этот раз со всей серьезностью, что не подойду к тебе и даже не заговорю на личные темы, пока ты сам этого не захочешь. Если когда-нибудь захочешь. Сам. Глупый, мой, Женька…

Я сам подтянулся к нему и, поцеловав его невероятные губы, погряз в его железных объятьях. Боже мой, как же я соскучился по нему. Какой же я идиот! Мне точно, лечиться надо! Он с самого первого дня, с первой же секунды был рядом, отдавался этой страсти, этой любви… целиком, а я не понимал этого!

Я сам подхватил край его полотенца и дернул за материю, высвобождая всю красоту своего Бога на волю!

– Женька… Женька… Спасибо… спасибо тебе, – хрипел Август, срывая с меня майку и джинсы. – Спасибо, что дал мне второй шанс…

– Август, я… – от избытка чувств, слезы плотной пеленой закрыли мои глаза, – я… люблю тебя…

– Женька…

Глава 26

Этой ночью я вымотался окончательно, но и уснул, словно младенец. Может быть, из-за того, что так сильно переживал. А может быть потому, что спал я, укутанный его обжигающими объятиями.

Открыл глаза и увидел, что лежу на его руке, а в каких-то сантиметрах от меня – его запястье, на котором по-прежнему висит мой браслет. Я не убегал, а только развернулся к нему лицом и сразу же угодил на утренний поцелуй от моего Бога.

– Доброе утро, – прошептал он, почти как если бы лев мурлыкнул. – Мой невыносимый и неуловимый Женька.

– Доброе утро, Август, – прошептал в ответ и тоже улыбнулся ему.

– Ты знаешь, – нежно коснувшись губами кончика моего носа, сказал мой Бог, – это был самый лучший день рожденья в моей жизни. И, я должен признаться тебе.

– В чем?

– Дома я разобрал твой чемодан и перенес все в свою комнату. Твоя спальня была слишком далеко.

Я смотрел на него и очень хотел растаять в этом беззаботном счастье, но не мог. Оставалась одна проблема, которая все еще не давала мне покоя.

– О чем ты думаешь? – отреагировал Август, заметив, что я нахмурился. – Что-то случилось? Скажи мне, я все решу.

Он прикрыл меня одеялом и еще ближе придвинул к себе, решив, что мурашки, пробежавшие из-за его голоса по моей коже, были следствием того, что мне стало холодно.

– Август, у меня действительно есть одна проблема, о которой я не рассказал вчера.

– Женька, говори, что может быть такого страшного, что заставляет тебя так переживать? – прорычал мой бог, словно хотел напугать мой страх и заставить его убежать.

– Я… тогда, ночью, когда мы с Аникой приехали в отель и… и я оттолкнул ее, она допытывалась, что случилось. И я… я на эмоциях рассказал ей о… о наших отношениях. Рассказал о нас с тобой. О моих чувствах к тебе. Я сглупил, прости.

– Почему? – Август вновь поправил мою сбившуюся челку. – Женя, я говорил тебе, что буду счастлив, если все узнают о нас. Почему ты так боишься этого?

– Дело в том… Что она очень обиделась. И теперь угрожает рассказать все моим родителям, если я не расстанусь с тобой и не начну отношения с ней.

– Пусть рассказывает, – только улыбнулся мой бог.

– Но… Это же ненормально, – ляпнул я, заглянув в его синие глаза и получил незамедлительный, серьезный ответ, который решил мою дальнейшую судьбу:

– Женя. Это нормально. Нормально когда любишь ты и любят тебя. Искренне. Даже не думай сомневаться в моих чувствах к себе. Мне кажется, если выбирать между тем, кто тебя любит и тем, кому ты не нужен – решение будет очевидно. Я ни в коем случае не хочу сказать, чтобы ты отказывался от родителей. Но, ты взрослый. Они отпустили тебя самостоятельно искать свое счастье. И, не знаю, как ты, но я его нашел. Поверь, они удивятся, но очень скоро примут твой выбор, и нет никакого смысла жертвовать своими настоящими отношениями ради того, чтобы угодить им. Если ты хочешь, чтобы тебя уважали – делай свой выбор, а не подстраивайся под других.

– Но, как же…

– Женя. Со мной, в моем доме – ты всегда будешь в безопасности. И точно никогда не почувствуешь недостатка в любви, разве ты этого еще не понял?

– Понял, – кивнул, утонув в его непрошибаемой уверенности.

Вот этого. Именно этого, настоящего наставления мне всегда не хватало в жизни. И мой Бог восполнил собой всю ту черную дыру одиночества, что съедала под собой мою пытавшуюся быть радужной вселенную.

Я не сразу смог принять его позицию. И в тот день, а также в последующие дни, что мы провели в Бельгии, продолжал скрывать наши отношения перед ребятами. Мы много гуляли, все вместе веселились и я больше не убегал от своего Бога. На людях, он не прикасался ко мне и не выказывал, в общем и целом, никакого особого внимания. Разве только иногда, мог подшутить или потрепать по волосам, словно любимого младшего брата. Каждую ночь, когда все уже отправлялись спать, я приходил к нему, и наша запретная сказка начиналась, а завершалась только под утро. Не думаю, что прямо уж никто не заметил, что до самой пятницы, мы оба позже всех вставали и опаздывали на завтрак. Может быть, и догадывались, но внешне что-либо подозревать им повода никто не давал.

Август честно держал слово дождаться, пока я сам буду готов к этому. Один только раз, в четверг. На обеде. После того, как Джино неосторожно снова положил руку мне на плечо, один раз после этого, мой Бог поставил мне ультиматум – или я сам прекращу попытки итальянца приставать ко мне, или он его уволит. Или. Он предложил третий вариант:

– И мне он нравится больше всего. Еще раз заставишь меня ревновать – я тебя прилюдно поцелую.

Я покраснел и согласился поговорить с Джино.

Обратно, домой, мы летели тем же составом. Только теперь команда сидела за общим столом, мы же с Августом на отдельных креслах – плечо к плечу. Он писал книгу, а я работал над проектом. У нас совсем мало времени, чтобы изменить систему образования и открыть для всех желающих крутые возможности в большую жизнь. Эта цель окрылила меня, а Август всецело поддержал.

На второй час полета, завершив очередную часть проекта, я закрыл ноутбук и задремал. И сам не заметил, как моя голова безвольно соскользнула с подголовника сиденья на его надежное плечо. Мой Бог не отодвинулся, а наоборот, перенес вес на мою сторону, чтобы его неуклюжему Жене было удобнее спать на нем.

Конец Первой Книги