Читать книгу "Женя"

И не стал поднимать глаза на него, а просто сел на свое место и посмотрел на своего отца, который гордо начал вспоминать, как я рос. И трудно было сказать, что для меня теперь было страшнее и важнее. Этот день как будто был призван заставить меня встать в такую ситуацию, когда я должен был не только переоценить все то, что знал о себе раньше, но и то, что происходило сейчас со мной. В этот момент.

Все эти люди за столом. Родители, которые вдруг, внезапно, полюбили своего ненужного сына, позор их семьи. Их друзья, которые, услышав о возможном росте моей карьеры, решили женить меня на своей дочери. Август, обходившийся со мной, словно я его эксклюзивная игрушка.

Что я делаю здесь? Зачем мне все это?

– Маша, а помнишь, как мы возили Женьку…

Отец что-то весело рассказывал, выдавая желаемое за действительное. Они меня возили… Для вида. Для отчетности. Ни разу не перемолвившись со мной даже лишним словом, прячась за необходимостью моего всестороннего обучения.

Не заметил, как осушил уже второй бокал с шампанским. Дом Периньон, обычно для меня этот напиток означал праздник. И сейчас тоже. Праздник абсурда.

Почувствовал прикосновение к своей ноге под столом – Август, видимо, решил обратить на себя внимание, но я даже не поднял глаза, все также продолжая смиренно слушать пламенные речи отца и рассматривать свой вдруг вновь ставший полным бокал. А черт с ним! Снова залпом осушил еще один и сразу же поднялся из-за стола.

– П-простите, мне надо выйти, – пробормотал, но на меня, как и всегда, никто не обратил внимание, все слушали Андреа и его историю о сыне, которого он так сильно любит и гордится!

Который только что напился на его глазах, и прямым ходом направился на выход из квартиры, даже не попрощавшись с присутствующими. Мой любящий отец не заметил этого, просто потому, что говорил о каком-то другом сыне, которого не Женя зовут.

А Женя… А Жени скоро больше не будет.

* * *

Утро воскресенья стало для меня супер тяжелым. Голова раскалывается, ее невозможно оторвать от подушки и, самое жуткое, я совершенно не помню и не знаю, где сейчас нахожусь. Чувствую только, что помимо адской головной боли и тошноты, что-то очень тяжелое давит мне на грудь.

Поморщившись, каждое движение отдавало громкой стрельбой в голове, попробовал убрать зверский груз со своей груди и тут же обнаружил, что это «что-то» откровенно мужская рука! Что???

Отпрянул, как ошпаренный и посмотрел на того, кто находился в моей постели. Или я в его…

«Твой любовник» – эхом прозвенело в голове. Август! Его прекрасная голова покоилась на подушках, на которых я только что спал сам!

Как я здесь оказался, черт возьми?!

Ухватился за раскалывавшуюся голову обеими руками, побрел в сторону душа – мне нужен холод! Я не знаю, как лечится похмелье, но интуитивно знаю, что мне нужен холод!

Добравшись до того самого итальянского душа, где после первого раза со своим Богом стоял под струями полностью обнаженный и восторженно обнимал его тело. Стукнул по включателю и, зажмурившись, встал под эти самые струи, только теперь они были ледяными. Они вонзались острыми колючками в мою кожу, голову, принеся вместе с тем постепенное освобождение от боли и тошноты. Как ни странно, этот метод мне действительно помог. От физической боли, но на смену ей пришла боль эмоциональная. Я присел на корточки и обхватил колени руками – мне было жутко стыдно за свое поведение накануне. Я вдруг вспомнил все! И как выбежал из квартиры, и как снова понесся по лестнице, а потом, не добежав до первого этажа, сел на ступеньке и отдался молчаливой истерике, постепенно выпустив пар, а после просто глупо отключившись. А потом я смутно помнил, как меня несли на руках. Это был Август. Рядом, кажется, где-то звучал голос Анастасии Александровны, которая без особого интереса полюбопытствовала, куда мой босс собирается отвезти своего подчиненного.

– Подброшу Женю домой. Накануне мы всей командой до утра занимались проектом, Евгений, судя по всему, с тех пор так и не ложился. Хотя мне самому удалось поспать. Карьера требует жертв.

Его спокойный, уверенный голос и мерное покачивание моего бренного тела в его сильных руках, пока он нес меня к машине, еще глубже погрузило меня в царство Морфея.

А теперь мне стало стыдно. За свое поведение, за отношение к нему. Среди всех них, он единственный отнесся ко мне по-человечески. Пусть, конечно, и по-своему, снова использовав шанс, и затащив меня в свою постель, но все же. Теперь, даже когда уйду от него, все равно очень долго буду помнить его доброту и заботу, по отношению к себе.

– Женя, – я даже не вздрогнул, когда его рука коснулась моей голой спины. То ли похмелье, то ли общее состояние так и не прошедшей истерики, заставило меня продолжать воспринимать реальность в тумане. Как будто все это все еще был сон. Тупой сон о тупом Жене, которому не место на земле с правильными людьми. Которого вселенная создала, чтобы посмеяться, понять то, какими не надо создавать людей.

Смутно понял, что ледяные струи перестали бить меня по спине, а за место них, меня кто-то накрыл огромным махровым полотенцем и заставил подняться на ноги.

– Идем, – голос Августа прозвучал где-то совсем близко и в то же время совсем далеко.

Мой Бог заставил меня что-то выпить и снова уложил в постель. Меня трясло так, что даже одеяло, которым он укрыл своего подопечного, не помогло. И только когда я почувствовал прикосновение его горячего обнаженного тела, только тогда начал согреваться его волшебным теплом, и практически моментально успокоился и уснул. Как будто я в миг превратился в младенца, которого, плачущим, вернули матери на грудь.

Его тепло не было возбуждающим. Оно обволокло меня со всех сторон, как будто говоря: «Ты дома, тебе ничто здесь, возле меня, не угрожает». Это магическое тепло заставило поверить ему и, наконец, расслабиться, забыть все, что было. И просто утонуть в его надежности и защите. И хотя бы до следующего пробуждения не думать о плохом.

Глава 18

Проснулся только через несколько часов и без никакой головной боли. А проснувшись, сразу же подскочил на кровати – плохое самочувствие прошло, однако, на его место пришло чувство стыда за все, что я вытворил накануне и потом, сегодня утром. Я не знал, радоваться или нет, тому, что на этот раз проснулся один в кровати. Августа нигде не было видно.

Поискал глазами свою одежду и не нашел ничего, кроме его белой рубашки и костюма, аккуратно развешанных на спинке кресла. Я знал, что на мне ничего нет, а выходить из комнаты совершенно голым, особенно после того, что было вчера, совсем не хотелось. Но выходить надо было. Надо срочно выяснить насколько все плохо и…

Действовать по ситуации.

Единственной альтернативой его одежде было насквозь мокрое полотенце, брошенное здесь же на полу – но, я не знаю почему, о нем я даже не подумал. Меня как магнитом манила его белая рубашка, ворот которой обычно так сильно притягивал мое внимание. Встав с постели и почти на цыпочках подойдя к креслу, с предельной осторожностью взял в руки это белое произведение искусства и, не удержавшись, приложил его к лицу – эта вещь все еще хранила аромат тела моего Бога. Я вдохнул его как можно более глубоко, совершенно откровенно пуская его в себя. Сейчас, наедине с собой, я мог по секрету признаться самому себе в том, насколько схожу с ума по нему. Господи, если бы не абсурдность всей ситуации, если бы я только был девушкой – я бы не раздумывая сделал все, чтобы только остаться с ним, чтобы быть с ним каждую секунду своей жизни и благодарил бы Бога за такой щедрый подарок.

Но, я парень. Пусть и не по виду. Я парень. И точка. И это уже не исправить. Операция – не вариант. И никогда им не будет. Я итак никчемный, а окончательно превращать себя в инвалида тем более не собираюсь. Просто надо принять мою зависимость от него и все же потихоньку разорвать эту порочную связь. И дать жить ему своей жизнью, и начать свое собственное нормальное существование.

На полном автомате я запустил руки в рукава его рубашки и застегнул пуговицы на своей плоской груди, как и он, оставив свободным треугольник сверху. Вещь оказалась слишком большой для меня, так что пришлось закатать рукава и подтянуть ее на плечах, чтобы не потерять по дороге в свою комнату.

Сделав несмелый выдох, осторожно приоткрыл дверь и вышел наружу. И в удивлении остановился – моего Бога нигде не было видно. Прошлепав босиком по паркетному полу, обошел зал и кухню – все также, Августа нигде нет. И что теперь делать?

Пока я стоял, застыв в размышлениях посреди гостиной, хлопнула входная дверь. В буквальном смысле подскочив от испуга, я резко повернулся на звук и увидел своего босса, вошедшим в дом. Он выглядел бодрым, и как будто только недавно после тренировки. В пользу этого довода свидетельствовала и его одежда – синяя майка, плотно облегавшая его превосходный торс и плечи, светлые свободные спортивные штаны и светлые же кроссовки. В довершение ко всему, в руках он нес спортивную сумку.

– Доброе утро, – Август неожиданно радостно улыбнулся своему заспанному подчиненному и с удовлетворением прошелся взглядом по моей фигуре. Я не сразу понял, что его так обрадовало, а когда осознал, поспешил оправдаться:

– Прости… простите, я не нашел свою одежду, не хотел голым… – и тут же предательски сглотнул, поняв, какую глупость сболтнул. – Я, я сейчас верну, – сделал было шаг в сторону своей спальни, но мой Бог остановил меня жестом:

– Не надо, оставайся, мне очень приятно, – Август бросил на пол свою сумку и сделал несколько шагов в сторону вечного нарушителя своего спокойствия, испуганно смотревшего на него в этот самый момент. – И, я думаю, мы уже можем перейти на «ты». Мне как-то не по себе, когда ты ко мне обращаешься, как к чужому.

Я попятился назад, снова понимая, что теряю контроль над собой. Видимо, тренировка закончилась совсем недавно и, хоть было видно, что он уже был в душе, однако, от его тела все еще шел разгорячённый жар, который буквально лишал меня воли.

Не заметив диван позади себя, споткнулся и рухнул на него. И мгновенно постарался сесть, сложив руки на груди, исключительно в целях защиты от самого себя! Август же только ухмыльнулся, но остался стоять там, где стоял.

– Как ты себя чувствуешь? – только и спросил хозяин дома.

– Уже лучше, сп-спасибо, – почему-то начал заикаться я.

– Ты так крепко уснул, что я решил отправиться, наконец, в зал, рассчитывал, что успею вернуться до твоего пробуждения, – говоря это, мой Бог остановил свой взгляд на том самом магическом треугольнике, только теперь уже очутившемся на моем невзрачном теле.

И в тот момент я подумал, что теперь ни за что не верну ему эту рубашку.

– Женя, ты помнишь хоть что-то, что произошло вчера? – чуть охрипшим голосом внезапно спросил он.

Я покраснел. Конечно, помню. И мне ужасно стыдно. Сначала этот флирт с Аникой, его месть, а потом мой срыв и позор перед ним и перед моей семьей. Конечно, я помню, мог бы и не спрашивать. Я ничего не сказал ему в ответ, но, он, видимо, понял все по моему лицу.

– Я говорил утром с твоим отцом. И он скоро будет здесь. Боюсь, не обойдется и без остальных.

– Что? Что вы ему сказали?! – мое сердце чуть было не выпрыгнуло из ушей. Он рассказал моей семье, что я живу с ним??!

– Подожди делать выводы, – Август остановил меня без тени улыбки на его прекрасном лице, покрытом с утра божественной небритостью, делавшей его еще более красивым и мужественным. – Он поинтересовался, где ты, так как не смог дозвониться до тебя. Я сказал, что ты немного перебрал и, так как я взялся подвезти тебя до дома, но не смог найти ключи в твоей сумке, принял решение забрать тебя к себе домой. Нормальный поступок в отношениях парня с парнем, – именно сейчас хитрая ухмылка оголила его белые зубы, напоминая мою неосторожную фразу, про «что может быть между двумя парнями». – Так что, у тебя есть минут десять, чтобы умыться и одеться. И убери свои вещи в шкаф, на случай, если кто-то из любопытных гостей решит посетить твою спальню, – на этих словах, он упер свои руки в бока, все еще опаляя меня слегка неодобрительным взглядом, – мог бы сделать это в первый же день, а не оскорблять меня своей жизнью на чемоданах.

Покраснев от этого упрека, прозвучавшего в мой адрес, я резко вскочил с дивана и ринулся в сторону своей спальни, однако, был решительно перехвачен своим Богом. Он поймал меня в свои объятья и мгновенно прижал к себе с такой силой, что я заполыхал от долгожданного удовольствия и невероятного возбуждения. Все утро, я в тайне ждал этого, надеялся и сейчас, когда это произошло – мой организм мгновенно отреагировал на него. И мой Бог понял это, просто потому, что на мне не было нижнего белья, и ничто не сдерживало и не скрывало мое пламенное отношение к нему.

– Женька, – его завораживающий хрип опять беспрепятственно проник в меня, а за ним его рука на моей спине скользнула под теперь уже мою рубашку, – я тоже очень хочу… Но, не сейчас… Потерпи, всего пару часов и я буду в полном твоем распоряжении, к услугам, – его голос окончательно сел, – любых твоих смелых фантазий…

– Я… – в неожиданном порыве мои губы решили произнести что-то, что уже несколько дней отчаянно пряталось в моем сердце, – я…

– Что? – прошептал мой Бог, словно боялся спугнуть мою внезапную смелость.

– Я… – отчаянно сглотнул и в последний миг, все же смягчил свое признание, – я тоже хочу этого…

Озвучив свое откровение вслух, обреченно опустил глаза куда-то в ложбинку на его мощной шее, где от возбуждения ярко пульсировала большая вена.

– Ты же не это хотел сказать? – мягким движением он убрал непослушную челку с моего лба.

– Нет, – обреченно мотнул головой.

– Я надеюсь, – его горячий шепот и палец, подхвативший мой подбородок, и потянувший его вверх, заставляя поднять на себя глаза, сделали свое дело, донеся его слова по прямому туннелю непосредственно к моему сердцу, – я надеюсь, чуть позже ты все-таки наберешься смелости сказать то, что на самом деле хотел.

Неловкий момент прервал звонок в домофон. Его большие ладони в последний раз горячо сжали мое тело под рубашкой, а потом отпустили, Август же приказал:

– Иди, одевайся, ты же не хочешь, чтобы все узнали о наших отношениях. Хотя я – только за. Запомни это. Я хочу, чтобы все узнали о нас.

Глава 19

Я наспех принял душ и вычистил зубы, высушил полотенцем волосы, которые после этого встали неаккуратным торчком, и, найдя в своей комнате на стуле свои вчерашние брюки и майку, быстро облачился в них. Хотелось, конечно, залезть в свежую одежду, но это не соответствовало бы легенде о том, что вчера мы так и не попали в мою квартиру. Вот таким вот форменным пугалом я и выскочил обратно в гостиную, боясь, как бы в мое отсутствие Август не сказал ничего лишнего на тему «наших» отношений.

– Я прошу прощения, только после спортивных занятий, поэтому встречаю вас в таком непрезентабельном виде. Андреа позвонил мне, когда я ехал в машине.

– Ой, Август, не беспокойтесь, вы великолепны в любой одежде! – ворковала вокруг моего Бога неизменная Анастасия Александровна, она-то сегодня нарядилась, словно на свадьбу королевской семьи, выбрав изысканное платье бежевого цвета не очень корректно подчеркивавшее ее неидеальную фигуру и вычурную шляпку, какие одевают только представители английской знати. – Это мы должны просить прощения, что потревожили вас в столь ранний час. Но мы обязаны забрать Евгения, вчера так неловко получилось…

В этот момент, все присутствующие заметили мое появление. Действительно, какое чудо! «Забирать» меня приехала целая делегация: папа, Анастасия, Петр Федорович, очевидно боявшийся отпускать супругу к сопернику, и Аника. Мама, видимо, решила, что я не достоин ее внимания. Анастасия, если по правде, скорее приехала исключительно к Августу, посмотреть одним глазком, где живет ее кумир. А Аника… Не могу сказать, приехала она по принуждению родителей или по своей собственной инициативе.

– Ничего страшного, – мой Бог, как и всегда, встал на мою защиту, – с кем не бывает. Мы и в самом деле, как я уже говорил, накануне много работали, и Женя, в силу своей молодости, просто не выдержал нагрузки.

– Но вам пришлось забрать его к себе домой! – возмутился отец, посмотрев на меня с укором.

– И в этом нет ничего страшного, – поспешил успокоить его мой босс, – с моей командой и не такое случается. В этом и есть смысл нашей работы. Большие умы не умеют работать по стандарту. Идеи могут приходить в любое время суток. Поэтому у меня есть правило – если кому-то из них в три утра потребуется мне позвонить и поделиться гениальным соображением, я всегда возьму трубку и приеду это обсудить без промедления.

– Вы добрейший начальник! – всплеснула руками Анастасия, пожирая обожающим взглядом своего кумира.

– Но, даже не смотря на это, сотрудники не должны стеснять вас, – проворчал отец, бросив на меня недовольный взгляд, однако, Август продолжил свою словесную дуэль с моими родственниками.

– Ни в коем случае не стесняют. Это жилище я выбирал с расчетом на такие случаи, здесь есть две гостевые спальни, предназначенные именно для таких ситуаций. Нередко рабочий процесс над срочными проектами из офиса переносится сюда, где я и моя команда, располагаемся, кому как удобно и сутками напролет работаем. Естественно, внеурочное время соответственно вознаграждается. В том числе и выходными.

– Вы просто гениально управляете бизнесом! – Анастасия Александровна все никак не могла остановиться, только громче восторгаясь достоинствами Доли и этим раздражая своего мужа.

К моменту, как я вышел из комнаты, папа и знакомые семьи расположились на диванах в гостиной, Август же стоял перед ними практически на том самом месте, где всего лишь несколько минут назад обнимал меня.

– Что ж! Раз мы встретились так рано, может быть, кто-то желает чай, кофе? Что-то покрепче? – предложил гостеприимный хозяин бесконечного лофта. – Я надеюсь, Евгений поможет мне, – на этом он повернулся ко мне и ободряюще подмигнул своему секретному сожителю.

Ответил ему вымученной улыбкой и быстрым согласным кивком – я лучше буду готовить сто кофе, чем общаться с отцом и его командой сопровождения на тему своего плохого поведения.

– Это так любезно с вашей стороны! – тут же отреагировала Анастасия. – Я тоже с удовольствием помогу вам!

– Ни в коем случае не позволю гостям дома утруждать себя на кухне, – мгновенно остудил ее пыл мой Бог. – Мужчины справятся.

Больше с ним никто не стал спорить. И, выслушав пожелания каждого, мы оба направились на кухню. А там сразу же как-то даже слаженно, словно знали друг друга долгие годы, занялись приготовлением напитков. Это снова было так странно и необычно, потому что с ним я чувствовал себя дома, под настоящей защитой. Он ни на мгновение не прекращал нежно заботиться обо мне и оберегать от любых невзгод. И самое страшное, что оберегать ему приходилось меня от моих же родных.

На этой высокотехнологичной кухне отыскались и изысканные угощения – большая коробка с разноцветными макарунами, которые я по рекомендации своего Бога, выложил на стильной этажерке. Водрузив все необходимое на два подноса, мы все это отнесли в гостиную.

– Боже, какая красота! – восторги Анастасии уже начинали меня радовать, ведь даже не смотря на свою навязчивость, она единственная здесь, за исключением самого Августа, излучала какое-то добро и тепло. Остальные же были чернее самых черных туч. В плюс ко всему, папа с Петром Федоровичем, как и я, страдали от легкого похмелья. Может быть, именно из-за этого состояния я не сразу понял, что пора бы уже куда-то присесть, и мой босс, снова опередил меня – подтолкнув задумавшегося Женю в сторону двух стоявших рядом кресел. В результате чего, я опустился в одно из них, а он во второе, снова тем самым приблизив меня к себе и спрятав от других за своим покровительством.

Когда готовили напитки – Август успел сделать что-то особенное и для меня, шепнув при этом мне на ухо, что это должно улучшить мое состояние.

– Ой, нам так неловко, что потревожили вас! Мы постараемся не задерживаться, – продолжала Анастасия оживлять обстановку.

– Да, Женя, готовься, поедешь с нами, подбросим тебя до дома. Надеюсь, ты свои ключи нашел, – как-то подозрительно недовольно сказал мой папа.

Хотя, я знаю причину его недовольства. Только он, было, обрадовался, что моим наличием, словно знаменем, можно размахивать перед знакомыми, как вдруг, я такая бестолочь, взял и опростоволосился! И теперь неизвестно, как это отразится на бывших вчера блестящих перспективах.

– Не вижу необходимости в отъезде Евгения, – остановил моего грозного родителя, мой не менее, а то и более грозный защитник.

– Почему же? – удивился отец, не ожидавший такого отпора, делая при этом глоток ароматного напитка из белоснежной чашки.

– Нам в любом случае следует еще поработать над проектом – дел много, а он очень масштабный. Евгений – руководитель, но, помимо идеи, ему необходимо вникнуть во множество деталей, которые он просто не может знать в силу своей молодости, – невозмутимо соврал мой босс, так мне тогда показалось. – Предпочитаю на первых этапах максимально вкладываться в разработку, а отдохнуть мы еще успеем.

– Август! Вы так жертвуете собой! Лично натаскиваете каждого сотрудника! – Анастасия Александровна вновь не удержалась от восклицания.

– Не в каждого, – отрицательно мотнул головой мой Бог. – Возможно, так будет понятнее – Евгений первый, в чью идею я делаю столь масштабные вложения. Именно поэтому, ближайшее время он фактически будет жить на работе. И, если честно, сегодняшний день, я планировал весь посвятить изучению нюансов и подводных камней по проекту.

– Отлично вас понимаю! – гордо хлопнул рукой по худому колену мой отец. Похоже, несколько грубое на первый взгляд замечание Августа о том, что гости ему откровенно помешали сегодня, произвело на него впечатление. Он и сам трудоголик, влюбленный в свою работу, поэтому как никто может понять то, о чем говорит Доля. Ну, а замечание о том, что я первый, в кого Август вкладывает столь значимую сумму, буквально заставило его глаза сиять. – И мы ни в коем случае не намерены вам мешать. Раз вопрос ставится под таким углом, в таком случае, мы не станем вас более задерживать.

Я никогда раньше не видел отца настолько счастливым, а если еще учесть тот факт, что его и его друзей в данный момент так откровенно выставляли из дома, то это вообще странно.

– Как? Мы уже уходим? – попробовала возразить Анастасия.

– Ну, ты же слышала, – тут же поддержал друга Петр Федорович, – господину Доле надо работать. И Женя теперь на ответственном посту, у них впереди серьезные дела. Настя, пойдем, пойдем.

Мужчины как-то разом засобирались и потянули за собой и женский состав болеющей команды. Август поднялся их проводить и прошел вперед всей процессии. Я же застрял в самом конце. Дело в том, что меня задержала Аника.

– Женя, – шепотом, очень нерешительно, девушка задала мне вопрос, – можно я позвоню тебе вечером?

Я с удивлением уставился в ее большие, бесцветные глаза. Это что-то новенькое. Еще никто и никогда не спрашивал у меня разрешения, позвонить мне. Это можно считать настоящим флиртом? Флиртом настоящей девушки ко мне?

– Евгений, – услышал откуда-то со стороны холла жесткий голос Августа. И лишь только мельком взглянул на своего снова недовольного Бога, гневно прожигавшего глазами во мне дыру в этот самый момент.

– Можно? – потянула меня за рукав Аника, возвращая внимание на себя.

Еще раз ошеломленно заглянул в ее глаза и на автомате кивнул. У меня как бы не было очевидных причин отказывать ей в таком пустяке. Мало ли, о чем она хотела поговорить.

– Но у тебя нет моего номера телефона, – хотел напомнить ей, но девушка тут же успокоила:

– Есть, твои родители дали его мне. Я позвоню?

– Звони, – ответил как можно тише, потому как догадывался, что за нами сейчас наблюдал тот, с кем через несколько минут я останусь наедине.

– Спасибо, – улыбнулась девушка своим маленьким розовым ротиком и поспешила к родителям.

Я задумчиво последовал за ней. Опытный Август, не смотря на все свое недовольство мной, виртуозно попрощался со всеми так, что никто не почувствовал себя обиженным, что обязан уходить раньше, чем изначально планировалось. И я даже не удивился, когда со мной забыли попрощаться ровно все, кроме маленькой, хрупкой Аники. Естественно, в тени Августа, который с таким усердием закрывал меня своей широкой спиной, кто же заметит маленького Женю? Выходит, у любой защиты есть и другая сторона.

Об этом я размышлял, когда дверь за гостями, наконец, закрылась, и мой Бог гневно развернулся ко мне лицом:

– И что это было? – со знакомой хрипотцой в голосе прорычал он.

– Что? – я не сразу вернулся из своих размышлений в этот мир.

– Женя. Прекрати делать вид, что не понимаешь. Ты вчера крутился возле этой девчонки, сегодня. Тебе нравится меня раздражать?!

– Нет, я совсем не это… – не договорив, захлопнул рот, так как мой Бог схватил меня за руку и потащил к тем самым огромным диванам, что только что освободились от незваных гостей.

– Отлично, будем считать, тебе это удалось!

Одним рывком, Август «уронил» меня на диван и мгновенно снял майку со своего божественного тела:

– Женька, я слишком голоден, чтобы разговаривать… Потом… Я разберусь с тобой потом… – в следующую секунду его мощное тело накрыло меня, а руки вцепились в его тщедушного подчиненного, пытаясь и взять, и разорвать одновременно. – Сколько можно дразнить меня?! – голос моего Бога совсем пропал, а зрачки от возбуждения затмили собой белки. Его дикое возбуждение моментально передалось и мне, и я сам, первый вцепился в него поцелуем!

– Женя… Женька, как же ты… – его восторженный хрип сделал свое дело, снова унеся меня в другую вселенную, где не было никаких запретов и предрассудков. Где были только чувства двух людей, направленных друг на друга, чувства, что своей откровенностью и открытостью соединялись друг с другом в пламенном танце и заставляли их хозяев стать счастливыми. На какие-то моменты, минуты, секунды – но по-настоящему счастливыми!

Я обнимал его и думал о том, как этим утром мне было плохо и как это самое божественное тело согрело меня своим теплом, не только физически, но и морально. Согрел, успокоил и принудил полюбить этот мир, со всеми его недостатками.

– Спасибо, – прошептал в порыве нежности к этому сильному человеку, который пусть и в своей интерпретации, но за последние дни сделал для меня больше, чем кто-бы то ни было когда-либо.

Я думал, он не услышит, увлекшись страстными порывами, но, мой Бог внезапно остановился и, слегка отстранившись, ровно настолько, чтобы заглянуть мне в глаза, серьезно посмотрел на меня.

– Глупый, – вдруг все также серьезно сказал Август, – ты всегда можешь рассчитывать на меня. Если, конечно, не будешь раздражать меня своей невестой.

– Я доставляю вам одни неприятности, – снова прошептал, упорно глядя на пульсирующую вену на его могучей шее.

– Нет. Не одни, – я почувствовал его ухмылку, – и, на самом деле, все в твоих руках. Но я бы начал с того, чтобы ты перестал называть меня на «вы». Женя, – его голос вдруг стал необыкновенно мягким, при этом завораживающая хрипота стала в нем слышна более отчетливо, – скажи мне «ты».

– Ты, – произнес почти беззвучно и все же посмотрел в его синие глаза. И задрожал всем телом от его искренней улыбки.

– Скажи мое имя, Женя, – попросил он, словно совсем обезумев.

– Август… – прошептал несмело.

– Ты.

– Август, ты… Август, ты… Август, ты…

Я шептал и шептал, он же впился губами в мою шею, его же мощные руки начали в сумасшедшем безумии срывать с меня одежду!

– Женька, Женя, – произносил он, гуляя по моему телу своими нетерпеливыми пальцами, – Женя… – прорычал мой Бог, в буквальном смысле разрывая мой пояс на брюках.

– Август, ты… – я же не мог остановиться, повторял и повторял эти магические слова, что в какие-то мгновения погрузили нас обоих в бессознательную, чисто интуитивную конвульсию наслаждения друг другом.

Все это магическое действо словно стало одним целым, превратилось в одно волшебное мгновение, заставившее остановиться вселенную ради нас.