Читать книгу "Стих «ХОР-3»"

Стих «ХОР-3»
Янос Ли Рувер

© Янос Ли Рувер, 2024

ISBN 978-5-0062-6068-9 (т. 3)

ISBN 978-5-0062-6066-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

 
573
Мы театральны, как постановка Бергмана,
Интеллектуально болтливы, как фильмы французской волны,
Прекрасны в стоп-кадрах, как будто бы ведаем,
Как будто бы жизнью Великой полны.
516
Денежное мясо, денежное мясо,
Оно так прекрасно, оно так прекрасно.
Тянет меня к низу, тянет очень грубо
Чем-то очень глупым, как-то очень
Скупо.
578
Там однажды я видел тебя,
Через толпы людей, совсем мимолётно,
Не успев пробиться.
Я теперь часто хожу туда,
Как сентиментальный убийца,
Что у могил жертв своих,
Словно червь после смерти
Вьётся.
Будто надеется —
(теперь)
Что всё теперь обойдётся.
531
Мой пёс остался дома один (вот приключение),
Когда меня задержали,
Когда мне безбожно впаяли
Приговор на принудительное лечение
 
 
Сроком на месяца три,
Или больше,
Не помню
(но точно не меньше)
(ключи от дома всё это время были при мне, это я помню точно)
665
 

Дактилоскопия сознания после первого глотка:

Ошмётки ровных линий и их берега,

Состоящие из ломкого тонкого льда.

Поиск похожего: ещё та ерунда.

Этернализм суррогатов, апокрифов пахнет ничем,

Только вопросы в пути: зачем и зачем.

Ответ очевидный: в этом и суть —

Подтянуть нечто это мокрого неба,

Найти (как) основное где бы то ни было.

644

Я штампую мысли в Слово,

Где пять тысяч – комплименты:

Белые большие на платформе;

Джинсы, ветер, рупора.

Отстук андервуда и табачный,

Ацетальдегид, тоска.

Е шесть пять взбивая

Красным в росчерках пера.

3.6.6. по многу раз;

Ритуалы, цель, дела,

Но я обязательно,

Как повинность. Это да…

Я закончу отбивать

Литер. Биттер. Литера.

Тебе письма письмена

Там на светлом под слова.

И пять тысяч, да, да, да.

(Там, в скрижалях: «Как дела?»)

(Всякие «Люблю тебя»)

Идеальные текста,

Сшепченные сверху.

613

Дождь в асфальта впадинах,

Плёночная фотография.

Комбинезон джинсОвый,

Журнал молодёжный, клёвый.

Пахнет сбыточными мечтами

Там, где-то впереди временами.

А пока кассетный плеер,

Ворох обложек-вкладышей веер,

Гул VHS проигрывателя,

Где добро всегда в победителях,

Где злодеи вполне однозначные

И мотивы прямо прозрачные.

Контркультура из каждого творения позже.

В обшарпанных подъездах тоже.

Разговоры шире и дальше:

Взрослее, мудрёней и старше.

Потом опять дождь в асфальт впадинах,

С поближе плёночные фотографии.

В зернистых размытых и полароидные,

Где лица и лица – довольные.

Впереди времена лучшие ожидающие,

Хорошо время вместе проводящие,

Танцуя под разные из волн песен радио,

Грезя о:

Как настанет оно,

(далеко ведь ещё)

Прекрасное будущее.

Такое на всех

Одно.

640

Автобус едет вниз, автобус едет в ад.

Никто из пассажиров в нём этому не рад.

Становится темней, становится всё тише,

Ведь каждый об аду не лучшего наслышан.

Компостерный билет, и ряд зеркальных цифр:

Счастливое число неразличимым шифром.

Становится теплей, становится всё жарче.

Из темноты как вдруг – становится всё ярче

Гомон голосов, иерихонским громом:

Пожаловать добро, и будьте тут как дома

Среди таких же душ, среди таких же туш.

Оркестр (что на въезде), вы догадались:

Кичит туш.

637

И на доли из параллельных

Мигом увижу тебя:

Как сидишь ты спиной у камина,

Как в окно бьёт вьюга,

И снегом верха

Засыпает крыши

Лавина

Зимнего вечера.

Из

Дремотного сна

Моего

Пробуждает меня

Реальная грязная притча

Верховного дня

Нереального, очередного.

Морозного.

634

Пока ты дежуришь на крыше

Дома в тесном Париже,

Всеми цветами взрывается

Яркий большой фейерверк.

И в этом громе-затишье

Нет под прицелом излишних,

Никто пока не пытается

Праздник испортить в четверг,

В этот обычный четверг.

628

Клопы выжирают спасения ваших душ.

Толпы насекомых сгрудились у ваших культей.

Чернозём хрустит среди моментов стуж.

Ваша смерть незаметна толпам людей,

Шагающих от bus stop

До мест работ, где в пот

Бросает от каждой мелочи

И

 
Комментариев бестолочи.
618
Жирное масло рек дождевых вод
Через сталь решёток.
Железобетонные тысячи плит вброд
Тонущий город уродуют.
 
 
Блестящие мокрые тела по ним,
Как пальцы по ломаным клавишам
Тонкие и к топонимам
Привязанные, страшные нам
 
 
Образом дымчатых духов,
Говорящие («тшшш») тишиной,
Переливчатых скудных звуков,
Как будто мычит немой.
616
Я теряю об-лик.
Заказывай столик.
На ровно в полночь
В столичном
Месте отличном,
С которого огни города
Видать
На километры
Вда-а-аль.
И мы с тобою призрачной,
Весьма и весьма приличествуя,
Сядем за полночь,
Опоздавший каждый
Ровно на полчаса.
И ты и я,
Знаем ведь себя
И себя.
И даже то, что скажем,
Даже то, что закажем,
На вперёд партию.
(Вот повёл бы нас
Слепой случай
Как-нибудь).
608
Мне захотелось сохранить этот ужасный скриншот,
Попрошайки лестных эпитетов совершенно не чтут полёт
Инкрустаций желаний непринуждённых фраз
К тем или иным дифракциям фаз (депрессивных/маниакальных).
 
 
Протянутая рука, протянутые слова,
Заботливые обиды на всех и на вся.
Особенно на себя, у них на себя.
Они ведь не так интерпретируют происходящее у их алтаря.
 
 
Всё им не всем, всё им не нам.
Мне тоже – дай.
Мне то же – дай.
Ведь это ж рай:
Упрямым днём
Забрать себе
Негожий лай,
Притворный лай,
Бессмысленною милостью,
Осмысленною милостыней,
Посчитанной за звонкую монету,
Истинную веду
Во мраке тёмных истин,
Своих шагов ошибочный, да склизкий путь
Напудренный
И глупостью наполненный.
И вот признать – да нет.
Ведь легче – руку паперти на —
Вытянуть.
598
Золотые рыбки,
Золотые рыбки
Погрузили в пытки
Двух пенсионеров,
Двух визионеров:
Одного пониже,
А другую выше:
 
 
Ссохшая их крыша
Ссыпала их разум.
То стяжали властью,
То стяжали сказкой,
То корытом новым,
То избой прекрасной,
Чином и дворянством,
Скипетром потрясным.
Выдавали сразу,
Сразу по запросу,
Отобрали тоже:
Сразу, без вопросов.
 
 
Вот такие пытки,
Вот такие пытки
Золотых созданий,
Любителей стенаний,
Прямо из изданий
Многих экземпляров
Титул и название:
«Рваный бестиарий»
591
Я оправдываюсь перед тобо

...

конец ознакомительного фрагмента