» » » онлайн чтение - страница 8

Текст книги "Исчезнувший мир"

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

  • Текст добавлен: 28 октября 2013, 14:47


Автор книги: Йожеф Аугуста


Жанр: Исторические приключения, Приключения


сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Уже после нескольких шагов он вынужден был нагнуться, так как кровля бокового хода становилась все ниже. Высота уменьшалась так быстро, что вскоре проход превратился в низкую узкую дыру. Агли стал на колени, наклонился и просунул горящий факел как можно дальше. И в этот момент в тишине и во тьме раздался его облегченный смех. В конце бокового ответвления прижимались друг к другу три маленькие гиены, дрожащие от страха и ужаса при виде огня и человека – двух врагов, от которых они не могли ожидать пощады.

Агли воткнул горящую ветку в трещину в скале и пополз к маленьким хищникам. Раздался короткий вопль, и все было кончено. В то время, когда охотник возвращался в главную пещеру, в темном уголке уже остывали тела маленьких гиен; тех самых, которые слабым завыванием призывали свою мать, когда она выбежала из логовища посмотреть на того, кто нарушил покой пещеры. Это их завывание, этот тоскливый призыв к матери привлек внимание человека и принес им гибель.

Но Агли об этом не думал. Он радовался и был спокоен, так как теперь уже знал, что в пещере не ожидает его никакая опасность. Осторожная гиена никогда бы не устроила логовище и не оставила детенышей там, где бы не чувствовала себя в безопасности.

И Агли не ошибся.

Через несколько шагов пещера расширилась и превратилась в полукруглый зал с высокими, почти отвесными стенами. Кровля образовывала большой свод, от света факела покрывшийся мозаикой постоянно меняющихся светлых и темных пятен.

Эта обширная подземная пустота произвела на Агли большое впечатление. Он осматривал ее со всех сторон, поднимал взгляд к ее кровле, пока внезапно не почувствовал какую-то подавленность. У него было чувство своей незначительности, неясное предчувствие бед, которые его еще ожидают. Он стоял растерянный и удрученный всем тем, что неожиданно поднялось в глубине его существа и чего он еще не понимал, но хорошо чувствовал.

Догорающий факел вынудил его поспешить к выходу. Он быстро пробежал по пещере и когда опять вышел на дневной свет, раскинул руки и закричал на всю окрестность:

– Эта пещера принадлежит Агли! Агли ее нашел! Никто не смеет в нее вступать, кому Агли не позволит! Должны ее обходить медведь и лев и трусливая гиена! Агли – сильный мужчина, могучий и храбрый боец!

Так окончились его поиски нового жилища.

Глаза Агли горели радостью, воодушевлением и решимостью, и он с напряженным вниманием смотрел по сторонам, как будто хотел убедиться, все ли враги слышали его угрозы и предупреждения.

Затем он бросил горящую ветку в угасающий огонь, положил сверху оставшиеся ветки и, сложив в кожаный мешочек кремневые ножи, инструменты, деревянные палки и трут, стал подниматься вверх по скалам. Он хотел с самого высокого места оглядеть всю округу, чтобы лучше узнать места, где будет жить и охотиться.

Взобравшись на самую вершину скалы, он начал внимательно осматриваться вокруг.

Перед ним в бесконечную даль уходила широкая степь, кое-где поросшая кустарником. По ней вдалеке двигалось несколько гигантских мохнатых мамонтов, мимо быстро пробежало стадо диких лошадей, среди которых были маленькие молодые, а также большие стройные коренастые лошади с большими головами.

Немного поодаль паслось несколько семей первобытных туров, а около них стоял большой и сильный олень с громадными рогами, расширявшимися как лопаты.

Где-то между кустарниками увидел Агли и тучного первобытного носорога, покрытого длинной шерстью, с самкой и детенышем.

Там, где степь переходила в лес, можно было видеть несколько бизонов с могучими гривастыми шеями и рогатыми головами.

Время шло, а Агли все еще не мог оторвать взгляд от благодатного края, где собирался поселиться.

Неожиданно он бешено завертелся волчком. Его длинные волосы разлетелись, а его красивое мускулистое тело с широкими плечами засветилось на солнце бронзовым цветом. Он весело рассмеялся, так как весь был переполнен радостью, которая неудержимо изливалась наружу звонким смехом.

Когда же радость улеглась и улыбка исчезла, он зашептал:

– Весь край вокруг Агли – охотничьи угодья! Все принадлежит Агли – рыбы в ручье, звери в степи и в лесу! Большие и богатые места охоты нашел Агли!

К его шепоту примешивались шум леса, шелест травы, плеск воды в ручье, голоса зверей и пение птиц…

Внезапно Агли вспомнил о Гине. Ему необходимо было скорее похвастаться перед ней и привести в красивую сухую пещеру, которая должна была стать их новым домом.

Агли быстро слез со скалы, поспешно спустился по скалистому склону и побежал к тому месту, где его ждала Гина с детьми. Уже издали он весело ей махал, а когда, наконец, приблизился, начал хвастаться:

– Наш путь окончен, Гина! Я нашел сухую и хорошую пещеру. Как только в ней вспыхнет огонь, она защитит нас от холода, непогоды и хищных зверей. В степи и в лесу я буду охотиться. Будет много мяса и шкур.

Гина глазами полными радости глядела на Агли. Она была довольна, что окончились скитания. Радовалась, что снова будет сидеть у костра в теплой пещере, что сможет больше времени уделять обычным женским занятиям.

Несмотря на это в глубине ее существа начало тихонько и несмело возникать чувство страха перед будущим одиночеством. Она останется здесь с Агли одна, и все тяготы жизни лягут только на ее плечи.

В этот момент, однако, ее радость была сильнее, чем страх перед будущим. Поэтому она живо вскочила с земли, завернула младенца в шкуры и укрепила его за спиной. Схватила кучу связанных шкур, позвала обоих мальчиков и медленно пошла вслед за Агли, который вел ее к их новому дому.

Солнце уже близилось к закату, когда они подошли ко входу в пещеру.

Агли отбросил оружие, подскочил к угасающему костру, разгреб его и, собрав на плоском камне несколько горящих угольков, протиснулся с ними через узкий вход в пещеру. Найдя там подходящее место, он вырыл маленькую ямку и высыпал в нее угольки. На них бросил горсть сухой травы и тонких веточек и начал дуть так сильно и непрерывно, что появились язычки пламени, которые быстро охватили приготовленное топливо.

Когда огонь разгорелся, Агли выбежал из пещеры и стал отламывать от старой ели толстые сухие ветки, которые бросал на площадку. Мальчики их собирали и тащили ко входу в пещеру.

Между тем Гина пролезла в пещеру. Она была радостно удивлена, когда увидела, что сразу же за входом может встать во весь рост. Пещера ей понравилась также размерами и сухим дном.

Она направилась к огню, бросила в сторону связку шкур и сняла со спины маленького ребенка. Затем сразу же взялась за работу. С площадки около костра она собрала камни покрупнее и отнесла их к противоположной стене пещеры, где вдоль нее тянулся целый вал из камней.

Прежде чем она с этим управилась, Агли уже снова был в пещере. Стоя у костра, он кидал в него ветви, которые с треском ломал своими мускулистыми руками.

Оба мальчика старательно тащили толстые ветки внутрь пещеры и складывали их недалеко от костра в большую кучу.

Огонь запылал сильнее, распространяя вокруг приятное тепло и свет.

В то время как Гина раскладывала около костра шкуры и готовила постели для ночлега, Агли выбирал среди камней плоские плитки, которыми огородил огонь. Потом он подтащил к костру большой камень и, прочно установив его в желтой глине, сел на него и гордо огляделся вокруг. Он чувствовал себя сильным, умным и мудрым, успокоенным и счастливым. Исполнилось его желание, он достиг своей цели.

Но раньше, чем у него появилось время полностью отдаться этим чувствам, к нему приблизилась Гина и подала кусок ноги серны. Это был остаток мяса, который Гина принесла в связке шкур.

Агли вынул из кожаного мешочка острый кремневый нож, начал отрезать тонкие куски мяса и раскладывать их на раскаленных камнях. Мясо шипело и наполняло воздух ароматом, дразнящим обоняние проголодавшихся людей.

Оба мальчика в предвкушении лакомства ходили вокруг костра и нетерпеливо ждали, когда Агли даст им по куску полупропеченного мяса, а когда, наконец, дождались, то с аппетитом впились в него зубами.

Первый кусок они проглотили не разжевывая. Когда получили по второму, стали есть помедленнее, смакуя его, чтобы полностью насладиться вкусом пищи. Агли и Гина с неменьшим аппетитом стали есть печеное мясо. И чем дольше ели, тем удовлетвореннее становились их лица.

Тишину вечернего пиршества вдруг нарушил жалобный плач маленького ребенка, лежащего на груде шкур.

Гина быстро подошла к ребенку, взяла его на руки и, сев с ним к костру, стала его кормить. Она зашептала: «И твой животик подает голос, маленький Ван?» Но тот уже удовлетворенно сосал грудь.

Агли пристально смотрел на Гину и маленького Вана. Потом посмотрел и на двоих старших мальчиков, Дина и Рема, которые так сильно устали после долгого пути, что крепко заснули на волчьих шкурах.

Через некоторое время Агли отошел от костра и, протиснувшись через проход, встал на площадке перед пещерой.

Солнце давно уже зашло, и вечерний сумрак опустился на весь край. Высоко над головой горели тысячи звезд, а где-то далеко над потемневшими лесами из глубоких просторов вселенной поднимался серебряный диск луны.

Тишина, которая постепенно наполняла все вокруг, нарушалась лишь однообразным стрекотанием сверчков.

Агли задумчиво глядел в сумрак лунного летнего вечера. Все его существо было наполнено событиями сегодняшнего дня. В сердце были радость и счастье, и будущие дни своей жизни он представлял прекрасными и солнечными. Однако он забыл, что в жизни могут быть также плохие, хмурые дни.

В близлежащей долине раздался пронзительный хохот пещерной гиены, которая покинула свое логовище в скалах и вышла побродить в ночной темноте в поисках пищи.

Этот жуткий звук прервал мысли Агли и сразу же вернул его в мир действительности. Из собственного опыта и по рассказам других он знал, что ночь всегда опасна и полна всевозможных тайн, что ночью охотится множество хищных зверей. Поэтому, не мешкая, он скрылся в пещере.

Прежде чем лечь спать, он завалил вход в пещеру большим камнем, который полностью загораживал вход в пещеру и защищал спящих от любого пришельца извне. Тем не менее Агли долго не мог заснуть.

Он ворочался с боку на бок, ложился то на спину, то на живот, то свертывался клубком, то снова вытягивался словно тетива лука. И, наконец, заснул, беспокойно вздрагивая во сне, а временами сдавленно вскрикивая…

Ночь медленно уходила в глубины вечности.

На востоке вдруг появилось слабое сияние, которое становилось все яснее и отчетливее, пока, наконец, не брызнули первые солнечные лучи. Как золотые стрелы разлетались они по всему краю, пронизали кроны старых деревьев, перескочили вниз на кусты, а оттуда ринулись на покрытую травой равнину и водную гладь ручья.

В кронах деревьев распевали птицы, своими песнями приветствуя появление света и тепла нового дня. Известняковые скалы засветились белизной, в лесах посветлело, а в каплях росы, висящих как большие слезинки на длинных листочках трав, волшебными отблесками отражалась вся красота раннего утра.

Все живое пробуждалось от ночного сна.

Агли тоже проснулся. Быстро вскочил и разгреб пепел в очаге. Потом собрал несколько горящих угольков в кучу и бросил на нее горсть сухих веточек, которые быстро вспыхнули.

Огонек весело затрещал, и свет его попал на сомкнутые веки спящей Гины. Она широко открыла глаза и сначала взглянула на детей. Они еще крепко спали, дышали спокойно, и от здорового сна их лица порозовели.

Потом ее взгляд остановился на Агли, который в этот момент отваливал камень от входа в пещеру и открывал путь из сумерек подземелья в ясное солнечное утро.

Пока Гина подбрасывала смолистые ветки в огонь, Агли вышел на площадку перед пещерой. Он радостно разглядывал все вокруг и с удовольствием вдыхал свежий утренний воздух. Его взгляд блуждал по белым скалам, по зеленым лесам, опускался в заросшую кустами долину, на серебристую гладь ручья. Сердце его сжалось от радости, когда у него мелькнула мысль, что этот благодатный край – его охотничьи угодья.

В этот момент за его спиной раздался веселый крик. Он обернулся и увидел, что к нему бегут оба мальчика. Глаза у них светились шалостью, и каждое движение их здоровых тел выдавало безотчетную радость жизни.

Когда они подбежали к нему, то остановились и начали с любопытством осматриваться. Ничего особенного и необычного они не заметили и поэтому сели к ногам Агли и, дружно беседуя, стали греться на солнце.

Неожиданно Дин схватил Рема за плечи и вытянутой рукой стал показывать на большого жука-дровосека, который медленно лез по сухой ветке куста, росшего неподалеку.

Рем вскочил и погнался за жуком. Однако едва он сжал жука в руке, как Дин уже был рядом и также захотел схватить жука.

– Он мой, я его увидел!

– Но я его поймал!

– Отдай его мне!

– Не отдам!

– Тогда я его у тебя заберу!

И, не дожидаясь ответа, Дин бросился на Рема, вцепился ему в растрепанные волосы, обхватил вокруг пояса и старался повалить на землю.

Это ему удалось, но лишь потому, что Рем все еще держал большого жука в руке и не собирался его выпускать.

Как только Рем очутился на земле, он вынужден был отпустить жука и всерьез схватиться с братом.

Боролись они храбро, но ни один не мог победить. Временами преимущество было на стороне Дина, временами – на стороне Рема.

Около них стоял Агли и смотрел с азартом на борющихся. Он смеялся и криками подбадривал того, кто в этот момент проигрывал схватку.

А тем временем жук-дровосек, из-за которого разгорелась такая борьба, убегал изо всех сил. Как только он добежал до куста, то спасся – потерялся где-то в густом переплетении ветвей и уже больше не появлялся.

Борьба закончилась, как только из пещеры донесся голос Гины, зовущей всех к костру на завтрак.

Мальчики вскочили, жадно хватая ртами воздух, с них лил пот, а лица светились диковатой радостью и удовлетворением.

– Где у тебя жук? – спросил Дин.

– Выпустил его из руки, когда боролись.

– Я найду его!

– И я буду искать!

Но искали напрасно. Жук-дровосек был далеко, и у обоих мальчиков в памяти всплыло наставление, что когда двое дерутся, – третьему это будет только выгодно.

– Дин, Рем! – раздался снова голос матери.

Мальчики встрепенулись, оставили поиски жука и быстро побежали к пещере, проскользнули через узкий вход и в несколько прыжков достигли костра.

Они жадно протянули руки за кусками мяса, вцепились в него зубами и с аппетитом стали его поедать.

Внезапно они увидели, как из темной глубины пещеры на тусклый свет быстро вышел Агли. Он волочил за собой какого-то крупного зверя, которого правой рукой держал за короткий хвост.

Мальчики побежали ему навстречу и с любопытством стали рассматривать зверя. Они узнали пещерную гиену. Ее преследовали и убивали всюду и всегда. Все ее ненавидели из-за ее коварства. Знали, что этот зверь крадет все, что плохо спрятано.

Гина с любопытством тоже смотрела на Агли и на его удивительную добычу. Но прежде, чем она спросила, где он ее взял, Агли сам стал хвастливо описывать, как вчера при осмотре пещеры убил гиену с ее детенышами.

Дин и Рем напряженно слушали. Гина тоже прислушивалась с интересом. Ведь Агли благодаря своей осторожности, отваге и силе убил отвратительного хищника, который облюбовал эту пещеру раньше, чем они там обосновались. Спокойствие и удовлетворенность овладели Гиной, когда рассказ Агли убедил ее, что он осмотрел всю пещеру и что им не грозит теперь здесь никакая опасность.

Во время своего рассказа Агли старательно трудился. Острым кремневым ножом он снимал с гиены шкуру и внимательно следил, чтобы на ней не осталось мяса.

Когда, наконец, он снял шкуру, то бросил ее к стене пещеры. Дальнейшая обработка шкуры и превращение ее в мягкий мех было делом женщин и девушек. Поэтому Агли знал, что Гина ею займется. Потом он схватил ободранное тело гиены и вытащил его из пещеры. Подошел к самому краю площадки, сильно размахнулся и далеко забросил тело хищника, так как оно показалось ему слишком исхудалым.

Агли даже не посмотрел, куда оно упало. Если бы он захотел позднее его найти, то все равно бы не нашел, так как возможно уже этой ночью его обнаружат и сожрут сородичи, которые с удовольствием будут есть все, лишь бы это было мясо.

Солнце уже высоко стояло над горизонтом. Воздух, неустанно нагреваемый солнечными лучами, начинал уже дрожать. Кругом слышались стрекотание и жужжание насекомых.

Агли понял, что ему пора отправляться на охоту. Остался, правда, еще небольшой кусок мяса, но, кто знает, как повезет ему. Ведь сегодня впервые он пойдет по новым местам охоты, будет искать зверя, преследовать его с одним желанием – окропить его кровью свое оружие. Сегодня впервые на новом месте раздастся победный крик охотника, если он будет действовать осторожно и если ему повезет.

Не мешкая, он через узкий вход пролез в пещеру.

Подошел к огню и при свете оглядел мощное копье и большой лук. Убедившись, что они в порядке, он прикрепил сухожилием к поясу кожаный мешочек с кремневыми ножами и другими вещами.

– Ухожу на охоту, – сказал он Гине. – Поддерживай огонь и следи, чтобы не погас. Возвращусь раньше, чем солнце спрячется за лесом!

Когда Агли покинул пещеру и отправился на охоту, Гина позвала обоих мальчиков, взяла младенца на руки и также ушла из пещеры. Она осторожно спустилась с детьми в долину, где велела мальчикам собирать сухую траву и листья и складывать все в кучу. Сама она тоже старательно трудилась. Она хотела, чтобы им в пещере было удобно и мягко спать. Шкур было еще мало, и поэтому нужно было заменить их большим количеством сухих листьев и трав.

Они долго собирали листья и траву и сносили их в пещеру. Толстым слоем насыпали они их на то место в углу пещеры, которое выбрали для ночлега. И когда Гина покрыла листья и траву шкурами, она удовлетворенно улыбнулась – эту ночь им будет спать удобнее.

Дин и Рем не удержались, чтобы не попробовать насколько мягче стало их ложе. Они с радостными криками прыгнули на него и стали кататься с одного конца на другой; проказничали так, что мать вынуждена была прикрикнуть на них.

Впереди было много других дел и не было еще времени на игры и забавы.

– Дин и Рем, – приказала Гина мальчикам, – насобирайте сухих ветвей, чтобы для костра было достаточно дров!

Мальчики послушались, хотя без особого желания прекратили веселые проказы. Пока они поблизости собирали топливо и таскали тяжелые охапки хвороста в пещеру, Гина сидела на площадке перед ней и выделывала шкуру гиены, которую утром содрал Агли. Поблизости на мягкой рысьей шкуре развалился маленький Ван и довольно посапывал…

День медленно шел на убыль.

Солнечный шар уже давно миновал зенит и медленно катился по небосводу к закату. Он был еще над лесом, когда с вершины скалы над пещерой раздался веселый крик Агли.

Гина радостно ему замахала, а Дин и Рем ответили ликующими криками. Агли, отягощенный добычей, проворно спустился по скалам вниз к пещере.

Не успели они оглянуться, как Агли был уже около них. Он сбросил на землю убитую серну и положил оружие. Затем вынул из мешочка несколько острых каменных ножей и стал сдирать шкуру. При этом он рассказывал, что с ним случилось на охоте, каких он видел зверей и каких выслеживал, какой зверь убежал и как он перехитрил серну. Рассказывал о том, как бесконечна здесь степь и как густы леса с тенистыми ложбинами и коварными болотами, а также с солнечными полянами.

Содрав кожу, Агли разрезал тушу серны на несколько кусков и отнес их в пещеру. Там сложил их в темный угол на несколько плоских камней. С одним куском он вернулся к высоко полыхавшему костру, пламя его накаляло камни, на которых должно было поджариваться мясо.

Гина и мальчики уже сидели у костра и ждали, когда мясо будет готово. Когда каждый получил свою долю, все стали есть. Маленькому Вану тоже дали кусочек мяса. Он крепко держал его маленькой ручкой, как будто боялся, что кто-нибудь отнимет. Он так долго жевал его своими беззубыми деснами, что от усталости уснул. Но и во сне сжимал в ладошке изжеванный кусочек, и наверняка он ему снился, так как временами Ван удовлетворенно причмокивал.

Внезапно взгляд Агли остановился на большом ворохе хвороста.

– Кто насобирал столько пищи для огня? – спросил он.

– Дин и Рем, – ответила Гина.

– Они хорошо сделали, – сказал Агли, – огонь наш друг и не должен терпеть нужду.

Агли замолчал и задумался. Потом долгим взглядом посмотрел на обоих мальчиков, слушающих его внимательно, и продолжал:

– Послушай, Дин, и ты, Рем, что рассказывали старики! Прошло много времени, прежде чем охотники хорошо узнали огонь, прежде чем поняли, что ему нравится больше, так как ему не все нравится одинаково. Лучше всего для него все то, что сухое и смолистое, например ветки старых елей и сосен. Влажное и сырое огонь не принимает, а если он недостаточно силен, чтобы высушить самому, то умирает. Огонь не поедает камни и глину, но зато наполняет их теплом. Охотники должны были научиться и другим вещам. Когда, например, огонь был слишком большим и охотники хотели его усмирить, они должны были знать, что нужно разгрести горячие угли и бросить ему сырую пищу. Когда хотели, чтобы огонь спал и пробудился только тогда, когда они возвратятся с добычей, должны были научиться сгребать угольки в кучу и прикрывать их пеплом.

Агли снова замолчал, под наморщенным лбом у него роились печальные мысли. Он думал, по-видимому, о тех далеких временах, когда люди еще не владели огнем и не умели при необходимости его зажечь. Тогда огонь добывали случайно или крали его из чужого костра и с большим трудом переносили с места на место. Поэтому погасший костер для неудачливого стража огня означал изгнание или смерть, а для остальных членов общины – жалкую, полную страха жизнь.

Однако вскоре морщинки на лбу Агли разгладились и он продолжал:

– Огонь – это верный друг. Когда он коснется мяса, мясо становится вкуснее. Когда сделается большим, исходит от него сильное тепло и свет, он прогоняет тьму, холод, злых и хищных зверей. Огонь никого не боится, каждого он может укусить. Лишь вода сильнее огня. Она его всегда уничтожает, от нее нужно огонь охранять.

А через некоторое время еще добавил:

– Когда упадут листья с деревьев, будет падать долго много воды. Все станет мокрым, и пища для огня – тоже. Поэтому до того времени, ты, Дин, и ты, Рем, должны будете натаскать в пещеру много сухих и смолистых ветвей, чтобы потом огню было хорошо!

Дин и Рем с радостью согласились.

Когда они засыпали на мягком ложе из сухих трав, листьев и шкур, долго еще у них в ушах звучали слова Агли об огне-друге.

Так проходил день за днем, месяц за месяцем…

Агли каждый день ходил на охоту, а дома изготовлял или чинил оружие и инструменты.

Гина сушила на солнце и над огнем полоски тонко нарезанного мяса, собирала разные плоды, семена и коренья, обрабатывала шкуры, шила из них одежду и, наконец, заботилась об огне и детях.

Дин и Рем старательно помогали матери.

Только маленький Ван беззаботно резвился на мягких шкурах и довольно агукал, когда животик у него был полный и голод его не беспокоил.

Прошло солнечное и теплое лето, и уже давно у ручья не раздавался веселый смех мальчиков, которые каждый день купались в его прохладной воде. Томительная жара прекратилась, ночи становились длиннее, а дни короче.

В птичьих песнях исчезли все ликующие и радостные мелодии весны и солнечного лета, даже скрипучее стрекотание насекомых звучало реже и боязливей.

Вечерами и поутру становилось холоднее. Хлопья холодного белого тумана появлялись в это время над водной гладью ручья, они росли и разлетались во все стороны пока, наконец, не наполняли всю долину.

Листья деревьев и кустов стали желтыми и красными, и когда ветер начинал дуть сильнее, он срывал их с ветвей и уносил с собой.

Все говорило о том, что лето прошло и наступила осень…

Агли опять собирался на охоту.

Теперь он должен был ходить чаще, так как звери стали пугливее и осторожнее, когда узнали, что на их пастбищах появился ловкий и хитрый охотник, который неустанно за ними следил и готовил им всевозможные западни. Агли был вынужден охотиться далеко, так как звери покинули близкие окрестности пещеры и уходили дальше в степь и в глубь лесов.

Но хуже было то, что он мог добывать лишь небольших зверей. В одиночестве он не отваживался охотиться на больших и сильных животных, мясом которых он был бы обеспечен на долгое время, что избавило бы его от забот о пропитании Гины и ее детей. Его сил не хватало, чтобы сразиться с крупными животными и победить их в схватке. Один он не мог также отбить от стада кого-нибудь из молодняка, загнать его и убить.

С помощью хитрости ему также до сих пор не удалось добыть большое животное. Хотя он выкопал в разных местах несколько глубоких ям, которые хорошо замаскировал ветвями, травой и глиной, до сих пор он не нашел ни в одной из них добычи, которой так жаждал.

В эти дни, когда Агли бродил от одной пустой ямы к другой, впервые он воочию убедился, насколько невелики возможности одинокого охотника, даже если у него есть сила, отвага и храброе сердце.

Тогда ему впервые пришло в голову, что один охотник никогда не сможет сделать столько, сколько сделают много охотников. Он уже понял, что совместная работа, при которой каждый делает свое дело, приносит значительно больше пользы для всех. И мысль об этом глубоко засела у него в голове и не переставала его преследовать.

И сегодня эти же мысли не выходили у него из головы.

Он сознавал, что лето, самое благоприятное для охоты время, уже прошло, а они еще не имеют достаточного количества шкур. Знал, что и запасы высушенного и полукопченого мяса невелики. Гине тоже не удалось насобирать достаточное количество плодов, семян и кореньев; у нее было слишком много других дел: она все должна была делать сама и кроме того она не знала еще здесь таких мест, где можно было бы найти много сладких кореньев или вкусных клубней и плодов. Помощь мальчиков также не была существенной; они были слишком молоды и не умели еще как следует ни работать, ни охотиться.

Лицо Агли было печальным, когда он вышел из пещеры.

Но не только охотничьи заботы тяготили Агли.

Странным было и поведение Гины. Уже давно ему казалось, что работящая и старательная Гина стала грустной. Он не знал почему, а Гина молчала. Спрашивать он не хотел, но не думать об этом он тоже не мог.

Агли не догадывался, что Гина скучает по обществу женщин. Ведь раньше, до того как они покинули общину, каждый вечер после напряженной работы женщины усаживались в отдаленных уголках пещеры, и отовсюду доносился веселый говор, радостный смех и лукавый шепот.

А ведь Агли мог бы понять Гину, ведь и он сам много раз скучал о разговорах с охотниками и о рассказах стариков около пылающего костра.

С наступлением осени Агли стал сильнее ощущать тяготы жизни и чувство одиночества.

Агли проворно вылез на скалу над пещерой и по тропке, которую сам протоптал, быстро зашагал вверх.

Вскоре он достиг края степи.

Приложив ладонь ко лбу, долгим внимательным взглядом осмотрел широкую равнину, лежащую перед ним. Медленно и тщательно изучил каждый уголок степи, но нигде не обнаружил следа зверей. Лишь где-то далеко увидел небольшое облачко, которое вскоре исчезло вдали. Оно не пробудило в нем какой-либо надежды на охотничий успех, так как он понял, что это пыль, поднятая убегающим стадом диких лошадей, догнать которых мог бы только быстрый ветер.

Агли решил, что пойдет охотиться в лес.

Осторожно двигался он по краям скал огромного каменного обрамления долины, над которым чернел обширный лес. Прошло немного времени, и Агли очутился под зеленым сводом крон старых деревьев.

В этот момент Агли забыл обо всем, что его тяготило, и стал только охотником.

Осторожно крался он от дерева к дереву. Следил, чтобы все время он был скрыт за могучими стволами и чтобы под его ногами вдруг не захрустели сухие веточки. Долго и безуспешно искал он в лесу добычу.

Огорченный неудачей, Агли уже хотел вернуться. Но в этот момент он увидел, что невдалеке лес кончается и переходит в луг, покрытый травой и кустарником.

– Посмотрю еще там, – решил он, – может быть выслежу и добуду хоть кролика, зайца или охотящуюся лису.

Он подошел к лугу и осторожно стал пробираться вдоль него по краю леса, скрываясь за стволами деревьев и старательно наблюдая вокруг.

Вскоре он внезапно остановился, глаза его засветились.

Совсем близко от себя Агли увидел россомаху, пирующую около остатков молодой серны, на которую вчера напала и разорвала рысь. Когтистой лапой она придерживала лопатку серны, а крепкими зубами отрывала остатки мяса. Агли проверил лук и положил на тетиву стрелу. Но прежде чем ее спустить, он решил, что будет лучше поближе подкрасться к этому, похожему на куницу, хищнику, на темно-коричневой густой шкуре которого вокруг головы было светлое кольцо.

Россомаха была так поглощена едой, что забыла об осторожности. Поэтому уже было поздно спасаться, когда глубоко в бок ей вонзилась стрела, и жгучая боль пронзила ее тело.

Но не только от боли дрожало ее тело. Россомаха была взбешена. С оскаленными зубами она оглядывалась вокруг, ища врага, который нарушил ее пир и тяжело ранил.

Агли был скрыт за стволом могучего дерева и стоял не двигаясь, лишь осторожно наблюдал за раненой россомахой, так как по опыту знал, что это смелый и отважный хищник, который не избегает схватки. При неосторожности охотника она может нанести серьезные раны.

Россомахе не удалось обнаружить спрятавшегося врага и она попыталась вытащить из тела торчащую стрелу. Попробовала это сделать пастью, но когда ничего не вышло, то легла на бок и постаралась выбить ее лапой.

Прежде чем ей это удалось, в воздухе раздался слабый свист, и новая стрела проникла ей глубоко в грудь.

Россомаха быстро вскочила на ноги и сразу же бросилась в атаку, – она заметила Агли по его незначительному движению.

У Агли уже не было времени послать в хищника следующую стрелу. Он едва успел отскочить в сторону от разъяренного зверя и правой рукой крепко схватить мощное копье.

Но раньше, чем он замахнулся, чтобы всадить копье в бок россомахи, зверь снова бросился на него и, хотя Агли отскочил в сторону, россомаха задела его когтистой лапой и оставила на бедре несколько глубоких борозд, из которых брызнула кровь.

Однако в этот же момент Агли вогнал копье в тело россомахи, резко его повернул в ране и быстро выдернул. Затем проворно отскочил в сторону и снова пронзил хищника, когда он опять бешено помчался на него.

Всего лишь несколько мгновений продолжалась эта схватка. Затем россомаха внезапно упала на землю, несколько раз судорожно дернулась и затихла.

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации