Читать книгу "Жена по договору, или Тайна поместья Фортайнов"

Глава 9

Бизнесмен, филантроп, талантливый маг и просто заноза в моей заднице граф Кристофер Ингелберт владел, ко всему прочему, лавкой артефактов. Да не абы какой, в центре рынка, а элитной: в богатом районе, среди уютных двухэтажных магазинов.

Здесь его сотрудники торговали тем, что имело спрос в Норридане: ходовыми артефактами, которым требовалась замена раз в несколько месяцев или чаще. Также предоставлялись услуги подзарядки. Основной же поток производимого в его мастерских направлялся в Аднар, к драгхарам. Сами они создавать такие вещи не умели. Вернее, не считали необходимым тратить на это свое время и магию.

Быт людей и драгхаров в этом сильно отличался.

У нас все держалось на предметах, заключающих в себе определенное заклинание. Их создавали маги, обучавшиеся этому в академии на протяжении семи, а то и десяти лет. Поступить туда было дано далеко не всем. Ведь несмотря на то, что каждый человек носил в себе частичку волшебства, возможность его развить, выучив несколько сотен заклинаний, предоставлялась лишь избранным. А ведь без этого здесь никуда! Потому артефакты имели такой большой спрос.

Одаренные, но не поступившие часто занимались самообучением. Как в свое время Оскар, например. Но без контроля это делать было опасно, а нужные книги достать – проблематично.

Что же касается драгхаров, им нет необходимости знать правильные слова заклинания. Их магия стихийна и подчиняется силе мысли. Достаточно подумать и направить энергию в нужное русло. Артефакты не особо им были нужны, но во многом упрощали жизнь. Те же порталы пространственного перемещения или безлошадные кареты.

Первые торговые отношения между империей Аднар и королевством Норридан зародились сравнительно недавно – несколько десятков лет назад. До этого крылатые жили на завоеванном материке обособленно, не пуская к себе никого извне.

Отец Кристофера Ингелберта был одним из первопроходцев, наладивших деловой союз с драгхарами. И сын успешно перенял дело после его смерти.

Это все рассказал мистер Хичмак, пока волшебная карета везла нас по нужному адресу. Не сказать, чтобы мне было сильно интересно, но в какой-то момент я так увлеклась темой, что начала задавать вопросы. Надо же узнать будущего «мужа» хоть немножко.

– А граф уже был женат? – поинтересовалась я, мазнув взглядом по заоконному пейзажу.

Мы проезжали по мосту через небольшой прудик рядом с городским парком.

– Нет, но у него есть дочь.

– Да? Как же так вышло?

– Так она приемная. Племянница, по правде говоря… Там нехорошая история с сестрой приключилась: померла девица практически в родах. А никого из родни больше не было. Вот милорд и забрал малышку.

Я помолчала, растерянно глядя на Хичмака.

– Надо же…

– О, вот и приехали! – воодушевленно воскликнул мужичок, когда карета начала замедлять ход. Затем повернулся ко мне всем корпусом, инструктируя: – Подниметесь на второй этаж и сразу повернете налево. Там будет одна-единственная дверь. Можете входить без стука.

– А вы? – быстро спросила я.

Почему-то перспектива очутиться с графом наедине завязывала мои внутренности в морской узел. Даже присутствие дотошного мистера Хичмака, скорее всего виновного во всех несчастьях моей фермы, казалось маленьким, но спасением от чего-то ужасного.

Он развел руками.

– Мне велено было лишь доставить вас сюда.

Дверца кареты распахнулась. Сойдя первым, провожатый помог это сделать и мне.

Я очутилась на оживленной улице. Скрип колес, воркование расхаживающих прямо у ног голубей, гомон голосов, летящих сразу со всех сторон. По тротуару, мощенному светло-коричневым камнем, сновали люди, торопясь каждый по своим делам. В воздухе витал аромат печеных булочек с джемом и ванилью. А еще пахло дождем, который сдерживали в себе медленно ползущие по небу тучи.

Передо мной возвышалось двухэтажное белое здание с красноватой крышей. Я сгребла всю смелость, что во мне хранилась, и собралась уже пересечь тротуар, как вдруг дверь магазина распахнулась, являя двух мужчин.

Вернее, драгхаров.

Черты лица одного из них – худощавого, бледного и черноволосого, с тонким носом и острым взглядом темных глаз – вспыхнули в памяти и буквально обожгли изнутри! Я резко вдохнула и отвернулась, вцепившись в рукав мистера Хичмака.

Это был он! Тот самый, кому я «обязана» появлением в этом мире.

А настоящая Амелия – смертью.

– Вы чего это? – непонимающе нахмурился провожатый.

Я сглотнула возникший в горле ком и ощутимо прикусила губу. Что этот драгхар делал тут? Он ведет дела с графом Ингелбертом или оказался в его лавке совершенно случайно? Как покупатель, например.

Сердце колотилось запертой в клетке птицей.

– Мисс Фортайн?

– Они ушли? – прошептала я.

– Кто?..

– Двое… Те, кто сейчас вышли из здания.

Хичмак завертел головой, пока его глаза не задержались на ком-то, а затем медленно проводили в сторону.

– Скрылись за углом. Наверное, в кофейню решили заглянуть. Там сегодня отличные пироги с вишней подают.

Я облегченно выдохнула, повернулась и быстрым шагом перешла тротуар. Настрой на продуктивную встречу улетучился, будто его и не было.

Вот же напасть! Что ни день, то сюрприз. И ведь всегда неприятный!

Войдя внутрь, я не смотрела по сторонам – сразу двинулась к лестнице на второй этаж, как проинструктировал мистер Хичмак. Сердце все еще учащенно билось, а в голову лезли нехорошие мысли. А еще воспоминания.

Застыв вдруг на середине пути, крепко сжала перила похолодевшими пальцами.

А что, если Кристофер Ингелберт не только знает этих драгхаров, но и как-то причастен к тому, что со мной случилось?.. Тяжело вздохнув, я медленно повернулась назад и спустилась к основанию лестницы. Стало трудно дышать, бросило в жар.

Только панической атаки мне сейчас не хватало.

Я судорожно расправила свернутые в трубочку листы с правками и помахала ими перед лицом, словно веером.

– Мисс, вам нехорошо? – донесся откуда-то из глубины торгового зала мужской голос.

Быстрые приближающиеся шаги. Передо мной вырос рыжеволосый парень лет семнадцати.

– Вам нужна помощь?

– Нет, – я мотнула головой, беря себя в руки. – Благодарю.

– Тогда, может быть, я могу что-то подсказать?

Он внимательно на меня посмотрел полными участия голубыми глазами. На его лице застыла тревога. Видимо, выгляжу я под стать самочувствию.

– Нет, я… – Мельком глянув через плечо, отпустила перила, за которые все это время цеплялась, и двинулась к выходу. – Я просто ошиблась дверью.

И прежде, чем учтивый парень успел что-либо сказать, вылетела из лавки артефактов как пробка. Руки все еще подрагивали, а в груди отбивалась чечетка.

Думала, травмирующее пробуждение в новом мире и обрывочные воспоминания о последних минутах жизни – в обеих реальностях – остались далеко позади. Но встреча с драгхаром выбила почву из-под ног. Напомнила, что, вернувшись в ту спальню, душегубы не обнаружили тела.

А вдруг они все эти месяцы искали меня?

Но в этом случае разве причастность графа сюда вписывается? Он бы узнал меня. И не стал спасать тогда бредущую по дороге в простыне. А вернул бы в дом, где все бы и закончилось.

Я понимала, что подкармливаю паранойю, но ничего не могла с собой поделать.

Не обнаружив на улице кареты – видно, мистер Хичмак укатил на ней по делам, – повернулась в противоположную сторону той, куда отправились драгхары, и быстрым шагом пошла по тротуару. Ветра не было, прохлады осеннего воздуха хватало, чтобы остудить пылающие щеки. Он забирался в легкие, выталкивая жар из груди, путался в подоле платья и щекотал меня выбившимися из прически волосками по лицу.

Улица вильнула в сторону и вывела к небольшому скверу с работающим фонтаном. Добравшись до ближайшей лавки, я села прямо на листья, что успели налететь на сиденье с близрастущих кленов.

Нужно было вернуться, снова войти в магазин артефактов, подняться на второй этаж и войти в кабинет графа Ингелберта. Он ждал меня и, скорее всего, знал, какой из двух вариантов я выберу.

Но вставать мне совершенно не хотелось.

Из меня будто вынули стержень, державший все эти месяцы спину ровной.

Не знаю, сколько я так просидела. Неподвижное тело быстро растеряло тепло, и не покрытая тканью одежды кожа периодически покрывалась мурашками. Скоро одну из соседних лавок заняли две девушки лет шестнадцати. Они увлеченно спорили о парнях.

К противоположной стороне фонтана подошла женщина с ребенком на руках. Он тянул ручки к струям воды и заливисто смеялся, когда брызги попадали на него.

Душу немного отпустило. Тиски, сжавшие ее, ослабились, хоть и не исчезли.

Боковым зрением я увидела, как кто-то подошел справа, и, прежде чем я повернула голову, я услышала знакомый голос:

– Оригинальный выбор места встречи, мисс Фортайн.

Вздрогнув, я вскинула взгляд на мужчину.

Глава 10

Граф сел рядом, не дожидаясь от меня какой-либо реакции. Посмотрел на заливисто смеющегося ребенка за стеной из брызг фонтана и проговорил:

– Умиротворяет, да?

Все это время я не сводила с него глаз. Он так непосредственно себя вел, что аж раздражало. Словно мы сюда голубей кормить ходим каждые выходные! Причем держась за ручки!

– Что вы здесь делаете? – несколько грубовато поинтересовалась я.

– У нас встреча, Амелия. Вы пришли согласиться стать моей женой. – Ингелберт повернул ко мне голову, награждая снисходительным взглядом, и добавил: – Так уж и быть, я готов принять правки в договор, которые вы без устали сочиняли всю прошедшую неделю.

Тут он протянул мне руку ладонью вверх, явно намекая на бумагу, что я держала. Боги, до чего же самоуверенный! Сузив глаза, я крепче сжала пальцы, сминая листы, лежащие на коленях. Он ведь даже не сомневался в моем выборе!

А был ли он вообще, этот выбор?

– Не угадали, ваше сиятельство. Я не согласна.

В серых глазах мелькнуло удивление. Совсем на мгновение, но мне хватило, чтобы ощутить свое превосходство в этой ситуации.

– Что вы сказали? – вкрадчиво проговорил он.

– Я против. Что здесь непонятного? Мне не нужен муж по договору, которого ничего, кроме моего наследства, не интересует. Я не старая дева и не дама в беде, которой не хватает фиктивного мужского плеча под боком. Не хочу становиться заложницей обстоятельств и рабой в собственном доме. Мало того, я не собираюсь наблюдать за тем, как поместье, пережившее несколько веков, разрушают под ноль, дабы построить ваши мастерские. Что из этого мне нужно уточнить конкретнее, чтобы до вас наконец дошло: не видать вам моей земли, как коту – своих ушей!

Под конец речи я совсем осмелела и даже повысила голос. Все это время граф очень внимательно, практически не моргая, на меня смотрел.

– От вас это не зависит, вы же понимаете? – после короткого молчания произнес он. – За вашего опекуна в отсутствие родни выступает король. Мне достаточно обзавестись его подписью в договоре…

– Дерзайте! – не дала договорить, поднимаясь с лавки. – Сколько у вас на это уйдет времени?

Шаткая надежда, что до монарха не так просто добраться, развязывала мне язык. Если б все было легко, граф не стал бы давать мне выбор и ждать целую неделю. А до этого – позволять Хичмаку изводить моих людей мелкими диверсиями. И почему раньше это в голову не пришло?

Скрестив руки на груди, я победно смотрела на графа сверху вниз.

Он вдруг расслабленно откинулся на спинку лавки и улыбнулся. Внутри у меня что-то дрогнуло и рухнуло в пятки. Неужели блеф не удался?

Осмотрев меня странным взглядом с головы до ног и обратно, Ингелберт облизнул нижнюю губу в задумчивости, а потом проговорил:

– Хорошо.

В голосе появились незнакомые бархатные нотки. Я поняла, что где-то серьезно накосячила…

– Хорошо? – повторила уже не так уверенно.

– Да, Амелия. Зайдем через короля.

Я растерянно моргнула.

– Или… – вдруг продолжил он, тоже поднимаясь и подходя ближе. Нас разделял шаг, но энергетика графа обволакивала меня, окутывала со всех сторон, снова зарождая чувство, что я уже проиграла. – Вы станете моей женой без всякого договора.

Я нервно рассмеялась, обхватывая себя за плечи в защитном жесте.

– А на это вы как собираетесь меня уговаривать?!

– А на это у меня есть магия.

Ответ выбил почву из-под ног. Я знала, что этот мир жесток к женщинам – их могут купить и продать, могут выдать замуж, не спрашивая, могут от них отказаться и выгнать из дома, если вдруг станут неугодными. Но мне даже в голову не приходил вариант с колдовством. А ведь он такой очевидный.

– Поясните? – Голос мой прозвучал ровно, хотя внутри все перевернулось и рухнуло в пятки.

Кажется, противиться брачному договору было ошибкой. И почему я решила, что смогу отделаться от Ингелберта малой кровью?

– Я устал с вами возиться, мисс Фортайн. Мне нужна ваша земля…

– Точнее, источник? – не сдержала горькую усмешку.

Он пропустил ее мимо ушей, продолжив:

– …и заполучу я ее любой ценой. Я пробовал подойти с разных сторон, но вы упрямитесь. Неужели думаете, что выйдете из этого противостояния в победителях? У меня нет в планах выгонять вас из дома, разрушать особняк или что вы там еще успели себе напридумывать. Мне нужно завладеть землей, и я это сделаю.

Выдержав его пристальный взгляд, проговорила:

– Вы не пояснили насчет магии.

– Разве не ясно? Я могу сделать так, что вы уйдете из этого сквера по уши в меня влюбленной. Вернее, будете так думать. А может, и чувствовать. Смотря как поведут себя чары. Всего минута воздействия, и вы с радостью скажете «да» на любой мой вопрос, подпишете любые бумаги, что я вам подсуну. Мне было бы проще поступить так еще неделю назад, но опускаться до подобного не в моих правилах. Теперь же… не остается выбора.

– У вас он как раз все еще есть, – с горечью пробормотала я, отводя глаза.

Смотреть в лицо графу было невыносимо.

– Амелия?

Я нехотя взглянула на него. Сохранить остатки достоинства оказалось непросто. К горлу подкатил ком, и хотелось расплакаться. Признаться, сдерживалась я уже из последних сил. Чтоб хоть как-то придать себе уверенности, упрямо поджала губы и вздернула подбородок. Говорить больше нечего. Оставалось молчаливо ожидать, что он предпримет.

Если Ингелберт собирается прибегнуть к магии, у меня все равно нет никаких шансов защититься.

– Так мы вернемся к брачному договору? – неожиданно произнес он.

Несколько раз моргнув, я искренне удивилась:

– Договору?

Страшные варианты с королем или проклятьем мы больше не рассматриваем? Граф молчал, выжидательно на меня глядя. Я быстро смахнула все ж сорвавшуюся с ресниц слезинку и сдавленно пробормотала:

– О… – опустила глаза к смятым листам бумаги, что все это время держала у живота, словно щит. – Вынуждена признать, договор – не худшее из зол.

– Вот и замечательно, – слишком быстро подытожил он, отворачиваясь. – Давайте вернемся в помещение и обсудим детали. Полагаю, у вас есть условия, которые мне придется выполнить.

Граф пошел первым, не дожидаясь, когда я отомру и последую за ним. А я никак не могла сообразить, что сейчас произошло. Эмоциональные качели, на которых с самого утра качалась, распугали все мысли из моей головы.

До лавки артефактов мы дошли очень быстро.

Ингелберт открыл передо мной двери, предлагая войти первой. Внутри я сразу же наткнулась на любопытный взгляд рыжего парня, который недавно интересовался моим самочувствием. Судя по всему, именно он указал графу направление, куда я делась.

– Рикон, организуй нам бодрящий чай, пожалуйста, – бросил мой будущий супруг, даже не взглянув на работника.

Ну конечно! Взбодриться – вот чего мне действительно сейчас не хватает. Сдержав саркастичное закатывание глаз, я последовала за графом вверх по ступеням.

Все как говорил мистер Хичмак: второй этаж, от лестницы налево, а затем до упора к единственной двери.

Кабинет был средних размеров, но из-за малого количества мебели казался просто огромным. И холодным. Ни капельки не уютным. Серые стены, серые полы, черный рабочий стол в центре комнаты. За ним – большое, ничем не занавешенное окно, через которое поступало много света. Одинокий шкаф с книгами сиротливо подпирал одну из стен, а два мягких кресла – один хозяйский, второй для приходящего – выглядели совершенно неуместными в минималистичном интерьере.

– По лицу вижу: дай вам волю, тут непременно поселятся ковры, картины, яркие занавески и что-нибудь им подобное.

Я обернулась, замечая, что граф стоит в дверях и наблюдает за мной. Дернув уголком губ в кривой улыбке, он прошел к столу и сел, указывая на свободное кресло.

– Прошу, мисс Фортайн. Хотя лучше: Амелия. И давайте перейдем на «ты»? Все-таки скоро мы станем друг другу не чужими людьми.

Тут его улыбка стала чуточку шире, а в глазах блеснули золотые искорки. Я сначала подумала, что мне почудилось. Но стоило внимательнее приглядеться, как цвет радужек Ингелберта вновь стал чисто серым.

Я никак это не прокомментировала. Приняла приглашение сесть, сразу же выкладывая перед мужчиной листы с поправками к договору.

– Это мои условия.

Он даже не взглянул на них.

– Может, сначала ознакомишься с оригиналом? – открыл ящичек стола и вытащил из него свиток пергамента. Протянул его мне.

В памяти мелькнуло, что на таком носителе обычно скрепляются не простые сделки, а с магическим подтекстом. Внутри неприятно заскребло. Сжав пальцы в кулачки, убрала руки на колени и резко спросила:

– Все же надеешься связать меня чарами? Давай играть честно, Кристофер.

Он откинулся на спинку кресла и убрал свиток обратно.

– Я удивлен.

– Моему нежеланию ввязываться в колдовской контракт?

– Твоему чутью на зачарованные вещи. Я не ощущаю магии в твоей ауре, как ты узнала, что пергамент не то, чем кажется?

Я несколько раз моргнула в растерянности. Мой дар был «выпит» драгхаром. Отнят вместе с жизнью. Но знания прежней Амелии частично передались мне, хоть и не всегда обнаруживались вовремя.

– Это была проверка?

Когда не знаешь ответ, атакуй вопросом – совет кого-то близкого из прошлой жизни.

Кристофер потянулся к стопке лежащих на столешнице бумаг, взял верхний лист и подвинул его ко мне.

– У нас будет интересный союз, – ушел от ответа он. – Вот настоящий договор. Не переживай, он абсолютно чист – с какой стороны ни глянь.

Меня удивило количество текста. Всего на полстраницы. Внизу уже красовалась размашистая подпись с инициалами К. Л. И. Интересно, какое у него второе имя?.. Взяв бумагу в руки, я принялась читать. Строчки закончились очень быстро, пришлось возвращаться и начинать сначала, чтобы ничего не упустить.

Странно. По условиям договора, после скрепления брачного союза мы становились владельцами имущества друг друга. Каждый имел право на любые манипуляции, кроме продажи и дарения лицам, не состоящим в кровном родстве с кем-либо из нас.

То, что граф наконец запустит руки в мое поместье, вполне ожидалось. Но то, что он предоставит такое же право мне… Чуялся здесь какой-то подвох.

Подняв глаза от листа, спросила:

– А где написано, что наш союз фиктивен и будет расторгнут в определенный срок?

– Этого не предусмотрено.

– Но… Я же не становлюсь вашей женой по-настоящему! Этот брак не может длиться вечно.

За спиной раздался стук двери и чужие шаги. Я прикусила губу, дожидаясь, пока Рикон поставит передо мной чашку дымящегося чая, передаст такую же графу, а затем торопливо ретируется.

– В определенный момент мне захочется создать семью, – продолжила, когда мы снова остались наедине. – Не по договору.

Кристофер подался вперед, облокачиваясь на столешницу.

– Год.

– Год?

– Да. Двенадцать месяцев, начиная с завтрашнего дня. Пропишем это в приложении к договору.

– И внесем туда мои правки.

Он нащупал смятые листы, не сводя с меня глаз.

– Смотря какие. Попробуй чай, пока я ознакомлюсь. Уверяю, лучшего ты еще не пила.

Граф принялся за чтение, а я взялась за белые бока кружки. Взгляд сам по себе заскользил по мужскому лицу, изучая его поближе.

А ведь красив, черт! Если б мы встретились в прошлой жизни, я определенно бы его запомнила. Именно такие мне всегда нравились: с волевым подбородком, прямым носом, четко очерченными губами. Морщинка меж широких бровей и густые темные ресницы, придающие любому оттенку глаз особую выразительность. Высок, широк в плечах, обаятелен – все как в лучших романах о прекрасной и вечной любви.

Удивительно, почему рядом с ним до сих пор нет женщины? Значит, имеется какая-то темная тайна. Парочка скелетов в шкафу или целый самосвал подводных камней. А может, так повезет, что и то, и другое.

Кто, как не я, должен был встать у него на пути?

Вот уж, встретились двое одиноких…