Читать книгу "Мой грех, или История любви и ненависти"

Глава 6

Когда я очнулась в больнице, то увидела рядом с собой Фила.

– Ты? Как ты узнал?

– Мне Ксюха сообщила. Как ты?

– Не знаю. Что со мной?

– Врачи сказали, что ты родилась в рубашке. В тот момент, когда тебя сбила машина, тебя отбросило к стене и ты отделалась только сильными ушибами и сотрясением мозга. Все могло быть гораздо хуже и печальнее.

– А почему так все болит?

– Потому что ушибы очень сильные, но, как ни странно, ни одного перелома. Оля, здесь вся больница в шоке.

– От чего?

– От того, что ты осталась жива. Ведь тебя сбила машина, несшаяся на полной скорости. Она бы переехала тебя, как букашку, и все. Но вместо этого тебя откинуло к стене. Ты со всей силы ударилась об эту стену и осталась жива.

– Значит, там, наверху, решили, что мне еще надо пожить. Видимо, здесь я нужна больше, чем там.

Я посмотрела на Фила глазами, полными слез, и взяла его за руку.

– Я так благодарна тебе за то, что ты рядом.

– Да это я, дурак, не поверил, что за тобой следят.

– Это не важно. Главное, что все позади. А эту иномарку нашли?

– В том-то и дело, что нет, – озадаченно произнес Фил. – Менты объявили план «перехват», но он ничего не дал, несмотря на то, что известны номера машины. Автомобиль словно испарился. Прямо мистика какая-то.

Фил огляделся по сторонам и, наклонившись ко мне поближе, спросил:

– Оля, а как ты думаешь, это как-то связано с событиями в лимузине?

– Я не знаю, – честно ответила я.

– А может быть, это как-то связано с твоей профессиональной деятельностью?

– А при чем тут моя работа?

– Ты сама говорила мне, что ты ценный сотрудник. Может, тебя решили убрать конкуренты?

– Не думаю. Нет, Фил, это исключено.

– Почему?

– Я не начальник фирмы и особого интереса ни для кого не представляю.

– В любом случае к тебе завтра придут из милиции. Говори, как есть. Смотри, не болтни лишнего.

– Ты о чем?

– Оля, ты хорошо знаешь, о чем.

– Фил, я что, сумасшедшая?

– Я искренне надеюсь, что нет.

– Не переживай. О том, что ты убил Лешку, никто не узнает. Мы с тобой квиты. Я пожизненно молчу о том, что ты отправил на тот свет своего друга, а ты о том, что я ударила бутылкой по голове водителя лимузина.

– Ты меня сейчас шантажируешь, что ли? – Фил моментально изменился в лице и с ненавистью посмотрел на меня.

– Ты о чем?

– О том, что я уже тысячу раз говорил тебе, что никого той ночью не убивал. Я всего лишь помог избавиться тебе от трупов, чтобы не навлекать на себя ненужные подозрения, не доказывать, что я не верблюд, и не угодить по ошибке за решетку. У нас любят сажать по ошибке... Кого подозревают, тот и виноват, разбираться особо времени нет.

– Так кто же тогда убил Лешку? – Я уже и сама не знала, какой по счету раз задаю этот вопрос.

– Ты, – совершенно спокойно сказал Фил.

В принципе другого ответа я и не ожидала.

– Я приехал сюда затем, чтобы предупредить тебя об осторожности при разговоре с милицией. А еще мне хотелось узнать, знаешь ли ты, с чем связан этот наезд.

– Ты приехал в больницу только за этим?

– И за этим тоже.

– Я думала, что ты за меня переживаешь.

– Конечно, переживаю. – Голос Фила был каким-то фальшивым, и он даже не старался казаться искренним.

– Скажи, ты хоть рад, что я осталась жива?

– Оля, ну ты такие вопросы задаешь... Конечно, рад.

Фил помолчал и добавил:

– И все же несколько дней тебя здесь подержат. Придется полежать. Сотрясение мозга, как-никак.

– А ты будешь ко мне приезжать?

Я посмотрела на воротничок рубашки Фила и заметила на нем следы яркой губной помады.

– Конечно, буду.

– Фил, поменяй рубашку.

– Да она вроде чистая. Недавно надел.

– Уже успел запачкать.

– Хорошо, поменяю.

– У тебя воротничок в губной помаде. – Я постаралась улыбнуться, но это получилось неестественно.

– Правда?

– Да. Ты же понимаешь, я нахожусь не в том состоянии, когда шутят.

– А это я, наверное, вчера испачкался. Выпил, решил за руль не садиться и в метро поехал. Сама знаешь, что это такое. Народу, как килек в банке. Вот где-то и прислонился. Точно, я помню, рядом со мной стояла какая-то девушка с яркой губной помадой. Еще вагон так сильно качнуло... Она прямо на меня упала.

– Да ты не оправдывайся. Все нормально. Ты же хотел свободы. Считай, что ты ее получил.

Увидев, как я расстроилась, Фил с нежностью погладил меня по голове и предложил:

– А хочешь, когда тебя выпишут, я к тебе с букетом приеду?

– Конечно, хочу.

– Я выберу тебе самые красивые цветы. Какие? Говори.

– Желтые розы. – Я назвала самые любимые цветы на свете.

– Говорят, что они к разлуке, но я в это не верю. Я привезу тебе огромную корзину желтых роз! – торжественно объявил Фил и взмахом обеих рук продемонстрировал, какая огромная корзина это будет.

– Фил, я так сильно тебя люблю... – призналась я и тут же добавила: – Черт с этой корзиной. Ты, главное, сам приезжай. Хоть пустой. Только, пожалуйста, приезжай.

– Что значит пустой?! – оскорбился Фил и тут же постарался перевести все в шутку: – Мужик сказал, мужик сделал! Корзина роз, так корзина роз...

Фил не приехал больше в больницу ни разу. Не брал телефон и не отвечал на мои сообщения. За день до выписки я все же смогла до него дозвониться, но ничего не успела сказать, – он заявил мне, что очень занят и у него много работы. Ксюшка тоже почему-то не взяла трубку, и из больницы я уезжала сама...

Как только я вышла за больничные ворота, то жутко боялась, что машина с тремя шестерками может вновь выехать из подворотни и меня сбить. Милиция пообещала сообщать мне даже самые незначительные результаты, но пока машину с тремя шестерками найти не смогли. Скорее всего, номера были поддельными.

Не знаю почему, но я не решилась поймать такси и села в маршрутку. Среди людей как-то спокойнее и безопаснее. Слезы застилали глаза, я не могла не думать о Филе.

Если бы я знала, что он ко мне охладеет, я бы крепче его обнимала... Боль от того, что он меня не любит, разрывала на части. Я была готова цепляться за любую, самую тоненькую ниточку, которая могла еще нас связывать... Я не хотела верить в то, что Фил может все перечеркнуть одним махом. Ведь мы вместе что-то успели построить...

И про какую гордость говорила мне Ксюха? Какая, к чёрту, гордость, если я так безумно, неистово люблю?!

Без Фила я не живу, а существую. Так больно в груди, что хочется выть. В больнице я практически не спала. Ворочалась и постоянно смотрела на мобильник в надежде, что Фил ответит хоть на одно мое сообщение.

Я даже не злилась на него за то, что он не забрал меня из больницы, как обещал. Я не могла на него злиться, ведь я очень сильно его любила... Я мечтала быть Филу хоть немного нужной и знала, каким бы ни было его ко мне отношение, я буду стараться угодить ему в каждом пустяке.

В глубине души теплилась надежда, что настанет время и в сердце Фила буду жить только я; его взгляд больше не будет таким безразличным, чужим и холодным.

Я не верю, что в сердце Фила больше нет для меня места. Не верю! Я благодарна ему за то, что он больше не хочет меня обманывать, но я так хочу обманываться...

Не удержавшись, я послала Филу сообщение:

«Я всегда буду тебя ждать, а моё сердце к тебе тянуться. Извини, но я ничего не могу с этим поделать». Ответа на сообщение я и не ожидала, а его и не последовало.

Действительно, Ксюшка права, мне и самой не верится, что когда-то я была сильной и стервозной. Во мне всегда чувствовался некий вызов. У меня есть красота и есть интеллект, а это редкое сочетание в женщине. Я могла управлять любой ситуацией. И пусть зачастую я была расчётливой и холодной женщиной, но я знала, чего хочу. Для меня всегда была важнее любовь к самой себе, чем к кому бы то ни было.

Я тысячу раз задавала себе один и тот же вопрос: способна ли я на глубокое и сильное чувство? Мне казалось, что в любви должны быть приоритеты – сначала люби саму себя, а потом уже кого-то другого. Уж я-то хорошо знала, что мужчину никогда нельзя любить больше, чем саму себя. Он этого не оценит. И что же теперь со мной стало? Моих мыслей и принципов как не бывало.

В отношениях с Филом я допустила непростительную ошибку. Я растворилась в нём и потеряла саму себя. Я пыталась сделать его самым главным в своей жизни, забывая о том, что самой главной в моей жизни должна быть Я. Это стоило мне дорого. У меня больше не было самой себя.

У каждой из нас есть шанс встретить мужчину, которого бы хотелось назвать своим мужем. У меня такой шанс тоже появился, но не знаю, смогу ли я когда-нибудь его использовать. И всё же я счастлива оттого, что в моей жизни есть любовь. И пусть она несёт мне огромные потери, но ОНА ЕСТЬ!

Сейчас я живу только любовью, она стала моим миром. Я живу надеждой на возврат тех дней, когда душа танцевала, смеялась, летала. Когда хотелось жить с Филом, ощущая внутреннюю гармонию покоя и счастья.

Между нами всё вывернулось наизнанку. Все слова, которые Фил говорил мне в последнее время, меня убивали.

* * *

Добравшись до дома Фила, я открыла дверь своими ключами и зашла в квартиру, грустно вспоминая обещание Фила встретить меня с самым красивым букетом цветов... Заметив в коридоре женскую обувь, я содрогнулась от страшного предчувствия.

Услышав громкие стоны из спальни, я распахнула дверь и увидела, как двое занимаются сексом на нашей с Филом кровати. Это были Ксюша и Фил...

Я поняла, что если НЕ ПРЕДАЁМ МЫ, ТО ПРЕДАЮТ НАС. Разбивается чаша из множества кусочков так и не осуществившейся мечты, некогда склеенная надеждой. Мы встаём на колени, вытираем слёзы, нервно собираем осколки и пытаемся их склеить, но они никак не приклеиваются. Они больше не подходят. Ваза становится уродливой и нелепой. В ней слишком много дыр, и через эти дыры вытекает наша душа. Так страшно оттого, что я ощущаю себя использованной и больше не нужной...

Через несколько дней я была в Майами...

* * *

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ tc «ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ»

ПОСЛЕ ЛЮБВИ tc «ПОСЛЕ ЛЮБВИ»

Глава 1

В Майами я потихоньку стала приходить в себя и с головой окунулась в работу. Так получилось, что наш американский партнёр Джордж сразу обратил на меня особое внимание и сделал всё возможное, чтобы моё пребывание в Майами было как можно более интересным.

По вечерам мы гуляли в Майами-Бич, держась за руки, и Джордж постоянно просил меня рассказать о себе. А ночью купались в океане, теплом, как парное молоко. Джордж катал меня на яхте, показывал окрестности знаменитого курорта. Больше всего мне запомнилась поездка на крокодиловую ферму. Там я увидела самого большого крокодила в мире, длиной около пяти с лишним метров. Он весит порядка 900 килограммов, и ему семьдесят лет.

– Его зовут Гомэк, – рассказывал Джордж, прижимая меня к себе.

– Какой он огромный.

– Всеобщий любимец. Люди прилетают со всего мира только для того, чтобы на него посмотреть. За месяц съедает тонну продуктов.

– Ужас.

Мы плавали на лодке вблизи зарослей тростника и смотрели на сотни спящих крокодилов. Джордж сказал, что они спят, пока солнце, а охотятся в основном ночью.

Часто я доставала мобильный и смотрела, нет ли сообщений от Фила – вдруг он вспомнил о моём существовании. Но сообщений от Фила не было...

– Оля, ты постоянно о ком-то думаешь, – взволнованно сказал Джордж, когда мы завтракали на крыше одного модного ресторана. – Иногда мне кажется, что ты не со мной, а где-то в другом месте.

– Не обращай внимания. Это всего лишь больная любовь.

– А почему тот, кого ты любишь, не с тобой?

– Потому что я ему не нужна...

– Ты?

– Я.

– Разве такая женщина, как ты, может быть не нужна???

Я посмотрела на Джорджа глазами, полными слёз, и прошептала:

– Я и сама никогда не думала, что на свете есть мужчина, который будет обращаться со мной как с ненужной и использованной вещью, а я буду стараться этого не замечать и продолжать его самоотверженно любить.

– Оля, но ведь это действительно больная любовь.

– Я понимаю, но это ничего не меняет.

На следующий день я не удержалась и всё же набрала номер Фила. Он опять сидел в какой-то компании, и в трубке слышался женский смех.

– Привет, – глухо произнесла я, почувствовав, как закололо в сердце. – Я смотрю, у тебя всё хорошо. Как всегда, тебя окружают красивые девочки.

– Карина, ты?

– Нет.

– Лилька?!

– Нет.

– Жанна?

– Нет.

– Ой, Верка, извини, как я тебя сразу не узнал.

– Это не Верка. Это Оля. Я звоню тебе из Майами.

– Оля?! – Голос Фила сразу переменился, и от былой весёлости не осталось даже следа.

– Ты не рад?

– Ну, как тебе сказать...

– Говори, как есть.

– Просто я как-то о тебе забыл... Стало так легко и свободно. Никто не душит своей любовью и не напрягает душераздирающими чувствами.

– Спасибо за честность.

– Кстати, у меня для тебя новость. Нашли иномарку, наехавшую на тебя.

– Где?

– У моего дома.

– Теперь уже у твоего дома?

– Только на ней уже был другой номер. Номера и в самом деле липовые. Так ты не представляешь, эта иномарка поджидала меня. Хозяином иномарки оказался обезумевший сын водителя лимузина.

– Сын водителя?! – Услышанное повергло меня в шок.

– Как я и думал, никакой фирмы не было. Сын купил лимузин и посадил за руль своего отца. В ту ночь тот позвонил сыну и продиктовал мой адрес, сказав, что машину заказал именно я. После того как нашли лимузин и возникла версия, что водитель просто не справился с управлением, сын до последнего не верил в случайность и стал за нами следить, решив устроить нам кровную месть.

– Теперь понятно, кто на меня наехал.

– Обезумевший сынок, который до этого долго за тобой следил.

– Но ведь у него нет никаких фактов моей причастности к смерти его отца.

– Оля, горе творит с людьми самые непредсказуемые вещи. Сын потерял отца и бизнес, который их неплохо кормил. Но ты не переживай, больше нам ничто не угрожает. Кстати, когда ты приедешь, тебе придётся пообщаться с милицией. Только смотри, не сболтни лишнего.

– Ты о том, как ты расправился с Лёшкой?

– Оля, ну не по телефону же...

– Извини, но я уже научилась общаться с милицией.

– Это радует.

– Мог бы меня об этом и не предупреждать.

– Мог, но хочется и спать спокойно.

– Поверь, я сделаю всё возможное, чтобы не потревожить твой сон.

Вновь услышав в трубке женский смех, я сглотнула комок в горле и произнесла:

– Ну ладно. Было приятно тебя слышать... Ты, как всегда, занят.

– Сама понимаешь. Шальная молодость, красивые женщины...

– Понимаю, только вот с моей подругой ты переспал зря.

– Почему зря? Мне понравилось. – Слова Фила прозвучали словно пощёчина, и я закрыла глаза от боли.

– Как там погода в Майами? – Фил словно почувствовал моё состояние и поспешил перевести разговор на другую тему.

– Спасибо. Хорошо.

– Ну, давай, не скучай.

– Я пытаюсь...

Эту ночь я провела с Джорджем. Он был нежен и страстен и все время повторял, что полюбил меня с первого взгляда. А я в его объятиях думала о Филе...

Днём мы сидели в офисе, ночью купались в океане, а вечером гуляли или ужинали в каком-нибудь уютном ресторанчике.

Однажды мы лежали на пляже, ели мороженое, и Джордж попросил меня не уезжать...

– Оля, останься.

– Как я останусь, у меня уже командировка заканчивается?

– Навсегда.

– Навсегда?

– Да.

– Джордж, я не могу...

– Ну что тебя держит в России?

– Работа, – сказала я первое, что пришло в голову.

– Не обманывай меня и себя. Работы у тебя и здесь будет полно. Тебя держит человек, которому ты не нужна...

– Джордж, это очень тяжёлая и болезненная для меня тема.

– Выходи за меня замуж.

– Замуж?!

– Ну да. Пусть у нас всё будет по-честному.

– Джордж, ты очень хороший, но я тебя не люблю, – вырвалось у меня.

– Я не вижу в этом ничего страшного.

– Что значит, ничего страшного?

– Я сделаю всё, чтобы ты меня полюбила. Я уверен, что заслужу твою любовь. Ведь многие сходятся, живут, уважают друг друга, а потом к ним приходит любовь.

– Джордж, извини, но я так не могу.

– Почему?

– Потому что я люблю другого...

– Оля, ну почему в жизни всё не так, как должно быть? Почему мы любим тех, кто не любит нас?

– Я не знаю.

– Но у тебя с ним нет будущего – ты ему не нужна.

– Я знаю. Я просто ЛЮБЛЮ.

Мы с Джорджем говорили до позднего вечера и любовались высокими волнами, постоянно гоняя чаек, норовивших отобрать нашу еду и пытающихся залезть в сумки.

На следующий день Джордж повёз меня в заповедник попугаев. В этом тропическом раю я почувствовала себя беззаботным ребёнком, а когда смотрела представление с дрессированными редкими птицами, то так громко хлопала от восторга, что даже отбила себе ладоши.

Джордж напоминал мне Петра. С ним было так же спокойно, тепло и уютно. Разница между ними была лишь в том, что Джордж был разведён и предлагал мне выйти за него замуж.

Перед отъездом он держал мои руки в своих и говорил, что будет всегда меня ждать...

– Знаешь, я очень долго думал о твоей жизни... Я помню, как ты сказала, что хочешь узнать, где похоронен твой отчим, что хочешь приехать на его могилу и плюнуть.

– Да это я так, в порыве гнева наговорила...

– Я позвонил в колонию, где он сидит.

Я мгновенно изменилась в лице и поправила Джорджа:

– Не сидит, а сидел.

– Сидит, – стоял на своём Джордж. – Он не умер от туберкулёза. Он освобождается в феврале этого года.

– Джордж, ты что-то напутал... Я получила письмо от начальника зоны. Там было сказано, что он умер...

– Сейчас там уже другой начальник. А тот написал тебе по просьбе твоего отчима, он боялся, что молодая и горячая девушка наделает глупостей...

– Джордж, может, ты ошибаешься?

– Нет. Я всё узнал.

В аэропорту Джордж не хотел меня отпускать и шептал:

– Оля, я тебя люблю. Оставайся.

– Не могу.

– Подумай. У тебя есть время. Я сделаю всё, чтобы ты была самой счастливой...

Глава 2

Не успела я вернуться в Москву, как соседка Фила мне сообщила, что он находится в реанимации.

– Что с ним?

– Не знаю. Говорят, ему горло перерезали, – только и развела руками она.

Уже в больнице я узнала, что однажды вечером пьяный Фил зашёл в свой подъезд, на него набросились сзади и перерезали горло. Фил, как мог, боролся за свою жизнь и, откинув нападавшего, попытался зажать себе сонную артерию. В надежде, что Фил смертельно ранен, убийца выбежал из подъезда и оставил его истекать кровью. Фил потерял сознание, и его действительно не было бы в живых, если бы сразу после произошедшего в подъезд не зашла соседка...

Я разговаривала с врачами, но они не сказали мне ничего обнадёживающего. После того как Фил потерял сознание, у него началось кислородное голодание головного мозга. В результате инсульт и паралич.

Ещё позже я узнала, что по делу Фила задержаны двое: девушка и её брат. Девушка рассказала, что около полугода назад она познакомилась с Филом и тот пригласил её в сауну, пообещав ей интимный вечер. В сауне вместо романтического уединения девушку изнасиловали трое: Фил, Лёша и их друг. Подавать в суд на насильников девушка то ли побоялась, то ли постеснялась, и за её поруганную честь решил отомстить брат.

Сначала убили Лёшу. Брат девушки выследил его и Фила в кафе и, пока лимузин ждал их у входа, а водитель пошёл в ларёк за сигаретами, пробрался внутрь и спрятался в тумбочке диск-жокея. Перерезав горло Алексею, он выскочил из лимузина следом за Филом и хотел свершить акт возмездия и над ним, но не получилось... Что-то его спугнуло...

Следующим был тот друг Фила, которого нашли мёртвым в автомобиле, ну а Фил чудом остался жив. Правда, он стал инвалидом...

Я забирала его из больницы и чувствовала, как мои глаза застилают слёзы. Его лицо было перекошено. Губа дёргалась. Он самостоятельно не ходил, не разговаривал, а мычал.

Уложив его на кровать, я окинула его взглядом, полным ненависти, и произнесла:

– Ну и кому ты теперь такой нужен?! Где твои бабы?! Где твоя шальная молодость?! Фил, куда же всё подевалось?!

Глаза Фила смотрели в разные стороны, и он что-то мычал. Со временем я научилась понимать те звуки, которые он издавал.

Он говорил одно и то же:

– Не бросай...

Я жила с ним и ненавидела. Ненавидела и жила...

Я уезжала на работу, а с ним оставалась сиделка; как только я возвращалась, то отпускала её домой и сидела с ним сама.

– Я ненавижу тебя! – прокричала я ему однажды, когда он стал проситься в туалет по большому. – Ты испортил мне жизнь! Живи как хочешь, я ухожу!

Утром я собрала свои вещи, а когда зашла в комнату, то увидела в его глазах слёзы и поняла, что не могу уйти...

Любовь прошла. Остались ненависть и жалость.

С каждым днём я бледнела, худела, дурнела и ненавидела не только Фила, но и себя. Когда я собиралась на работу и крутилась у зеркала, Фил поднимал голову и пытался чем-нибудь кинуть в меня той рукой, которая двигалась. Так он выражал непонятно откуда взявшуюся ревность.

– Куда наряжаешься? – мычал он и плевался слюной.

– А может, я хочу кому-нибудь понравиться?! Ты что думаешь, что я, кроме тебя, никому не нужна?! Ошибаешься!

– Ты выглядишь как шлюха, – произносил он только мне понятную речь.

– Слушай, ты, придурок! Тебе ли меня осуждать! Я похоронила себя заживо из-за такого дерьма, как ты!

Я вновь собрала вещи, но Фил стал просить меня, чтобы я его не бросала.

– Хочешь, мы с тобой оформим официальный брак? – предложил мне он, чтобы удержать.

– Зачем? – Я рассмеялась истеричным смехом. – Ты думаешь, мне нужен инвалид?! Фил, все наши желания должны выполняться своевременно.

По вечерам мне звонил Джордж и звал к себе в Америку.

– Оля, ты что, так и будешь всю жизнь бесплатной сиделкой?!

– Джордж, но я не могу его оставить...

– Ты его ещё любишь?

– Я его ненавижу.

– Знаешь, самые странные женщины на свете русские. Ради кого и чего ты должна жертвовать собой? Я могу сделать тебя счастливой.

– Джордж, ну кому он нужен? Он болен.

– Но ведь, когда он был здоров, ты была ему не нужна. У него есть родственники, родители. Пусть это будет их проблемой, но никак не твоей. У тебя всего одна жизнь. Разве можно её так не ценить?!

– Я всё понимаю... Но я не могу его оставить. Он же не умер...

– Оля, если бы подобное случилось с тобой, Фил бы вычеркнул тебя из своей жизни и забыл о твоём существовании.

– Я знаю.

– Приезжай ко мне.

– Не могу.

Как только я положила трубку, я посмотрела на Фила, который всё слышал и пускал от злости слюни.

– Что ты уши развесил?! Что, думаешь, что меня нельзя любить?! А меня, между прочим, любят и замуж зовут.

– Шлюха, – твердил Фил и пытался в меня чем-нибудь кинуть.

* * *

Этим утром я вновь подошла к зеркалу, посмотрела на своё бледное отражение и ярко накрасилась. Мне хотелось выглядеть по-особому красивой. Сегодня торжественный день...

Надев белое пальто, я повязала шею красным шарфом и подошла к наблюдающему за мной Филу. Сев перед ним на корточки, я постаралась сдержать слёзы и тихо произнесла:

– Вот и всё, Фил. Вот и всё.

– Что всё? – испуганно спросил меня он.

– Закончилась наша с тобой история любви и ненависти.

– Ты меня бросаешь, что ли?

– Я должна возвратиться к себе...

– Оля, ты не посмеешь меня бросить...

– Посмею. Я позвонила твоим родителям. Они скоро приедут.

– А ты?

– А я должна жить дальше...

– Оля, ты не посмеешь?! – У Фила началась настоящая истерика.

– Посмею...

– Где твоя совесть?!

– Исчезла.

– Ты обязана...

– Я никому и ничем не обязана...

– Ты обещала...

– Я врала. – Я приложила ладонь к губам Фила и прошептала: – Фил, всё. Отпусти меня.

– Нет!!!

– Отпусти.

– Я люблю тебя...

– Ты не умеешь.

– Я научусь.

– Уже поздно...

– Оля, не смей!

– Посмею...

– У тебя нет сердца!

– Оно устало...

– От чего?

– Оно устало любить и ненавидеть...

Когда я пошла к выходу, Фил упал с кровати и пополз за мной.

– Не бросай! – мычал он и прыскал слюной. – Это подло!!! Ты поступаешь как тварь!!!

Я остановилась, посмотрела на этого голого, беспомощного мужчину и выскочила из квартиры. На лестничной клетке я столкнулась с его матерью.

– Он там с кровати упал, – всхлипывала я, вытирая платком слёзы.

– Сбегаешь?

– Сбегаю.

– Все вы такие. Вам мужики только здоровые нужны, а как беда случится, так вы от них как от проказы бежите... Мерзавка ты, Оля!

– Мерзавка, – кивнула я головой и добавила: – Но я больше так не могу!

– Что ты не можешь? За ним ухаживать?

– Не могу любить, когда меня не любят! – крикнула я и побежала вниз по лестнице...