Текст книги "Повелитель дронов – 3"

Глава 10

Я с интересом разглядывал обстановку в кабинете главы рода Башатовых.

Станислав, всё ещё не до конца пришедший в себя после сражения, дрожащими руками налил мне в стакан какой-то дорогой коньяк. Его сыновья, Пётр и Алексей, стояли у стены, как истуканы, боясь даже дышать в моём присутствии.

Я отставил стакан, не притронувшись к нему. Алкоголь – лишний балласт, который мне сейчас ни к чему.

Мой взгляд скользнул по стенам. Весь кабинет был заставлен макетами зданий, проектами и чертежами. Пластиковые домики, футуристические небоскрёбы, целые жилые комплексы… Всё то, что Башатовы строили или мечтали построить. Символы созидания, которые так контрастировали с разрушениями за окном.

– Что вы хотите взамен? – наконец выдавил из себя Станислав, усаживаясь напротив.

Я пожал плечами.

– Ничего. Если вы думаете, что я сейчас выставлю счёт за помощь, то ошибаетесь. Я просто помог союзнику. Вот и всё.

– Но ты не обязан был приходить, – возразил он. – Мы ведь… мы не смогли пробиться к вам.

– Однако вы попытались. В отличии от всех остальных, – я усмехнулся. – Может, когда-нибудь вы тоже кому-то поможете, и мы будем в расчёте. Но это неважно. Что случилось, то случилось. Вопрос в другом: у вас сейчас война, и ваш род, извините за прямоту, в полной заднице. Я изучил ситуацию. Так что вопрос не в том, что вы можете дать мне за прошлое, а в том, что мы можем дать друг другу в будущем.

Станислав подался вперёд, в его глазах появился деловой интерес.

– Какие у вас предложения? Я вас внимательно слушаю.

– Я предлагаю защиту. Нет, я не буду воевать вместо вас полностью, как наемник. Но прикрыть вам спину, обеспечив тридцать, а то и сорок процентов огневой мощи, которой вам так не хватает, – это я могу.

Он скептически хмыкнул. И я его понимал. Тридцать процентов… Звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой.

– Посмотрите в окно, – предложил я.

Граф подошёл к окну. Вдалеке, на краю парка, стоял старый полуразрушенный сарай, который, видимо, использовали для хранения садового инвентаря.

В следующую секунду сарай просто перестал существовать. Беззвучная вспышка, и на его месте осталось лишь облако пыли и щепок.

Станислав отшатнулся от окна, его сыновья вжали головы в плечи.

– Видите, мощи у меня хватает, – спокойно продолжил я. – Прошу прощения за демонстрацию, но нужно было показать, на что мы способны.

Я сделал паузу, давая ему переварить увиденное.

– Но защита – это не главное. Главное – то, что будет потом. Когда война закончится. Я хочу место во всех ваших будущих проектах.

– Место? – не понял он.

– Когда вы будете строить здания, я хочу, чтобы мои системы комфорта были интегрированы в эти дома. Сразу, на этапе проектирования.

Я начал перечислять, загибая пальцы:

– Специальные окна и шахты для дронов-курьеров. Встроенные в квартиры подписки на доставку чего угодно – продуктов, медикаментов, той же шаурмы… Охрана автомобилей жильцов, слежение за периметром комплекса. Экстренные службы – пропал ребёнок, заболела бабушка – по вызову мои дроны начинают поиск или доставляют лекарства. И стоить это будет вполне приемлемо. Разовый платёж – не больше десяти рублей. Годовая подписка со скидкой.

Станислав смотрел на меня, как на сумасшедшего.

– Я что-то… не понимаю. Дроны? Какие дроны?

– А вот такие.

Я щёлкнул пальцами. Окна в кабинете распахнулись, и внутрь влетели несколько моих дронов. Они закружились в танце, перемещая предметы по комнате: вот один подхватил с полки тяжёлую книгу и аккуратно положил её на стол, вот другой переставил вазу с цветами, не пролив ни капли. Они совершали немыслимые виражи, мгновенно затормаживали в сантиметре от стены и снова срывались с места.

Башатовы смотрели на это представление с открытыми ртами.

– Это мои разработки, – пояснил я. – И, по-моему, никто больше в мире ещё до такого не дошёл и не додумался. Увы. Мне чуть-чуть не хватило времени, чтобы их завершить. Тогда мой род был бы жив.

Я видел, как в глазах Станислава промелькнуло сочувствие. Отлично. Легенда о гении-одиночке, который почти успел спасти свою семью, работала безупречно.

Я прекрасно понимал, что мог бы потребовать от него долю в бизнесе или огромную сумму прямо сейчас. Но меня интересовал не разовый куш. Меня интересовал масштаб. Я играл вдолгую. Лучше получать по одному рублю в день с сотен тысяч квартир, чем один раз сорвать джекпот и на этом закончить.

То, что я предложил сейчас, – лишь верхушка айсберга. Малая часть тех возможностей, которые я собирался внедрить в этот мир.

И Башатовы были идеальным партнёром для старта. Не самые мощные, не самые влиятельные, но достаточно честные. И, что самое главное, они не работали на Трофимова.

Моих сил хватит, чтобы их защитить. А их строительных мощностей – чтобы сделать меня очень небедным человеком и легально внедрить мои технологии в повседневную жизнь.

Когда все привыкнут к летающим курьерам и дронам-охранникам, никто уже не будет задаваться вопросом, откуда всё это взялось.

– Я согласен, – наконец произнёс Станислав, придя в себя. – Но… сейчас война. Все эти проекты – это будущее. А нам нужно выжить здесь и сейчас.

– Разумеется, – кивнул я. – Включите принтер.

Станислав удивлённо посмотрел на меня, потом на своего сына. Пётр пожал плечами и нажал кнопку на старом офисном комбайне в углу.

Принтер недовольно загудел и тут же начал выплёвывать листы. Один за другим. Договоры, приложения, юридические формулировки… Ольга на том конце сработала безупречно.

Я взял со стола ещё тёплую стопку бумаги и положил её перед Станиславом.

– Изучите. Если всё устраивает – подписываем прямо сейчас.

Он взял верхний лист. Заголовок гласил: «Договор о военно-техническом союзе между родом Башатовых и родом Бездушных».

В нём было всё. Я официально вступал в их войну, обязуясь предоставить военную и техническую поддержку. А взамен получал всё то, о чём говорил. И даже немного больше.

Станислав пробежал глазами по первым пунктам, потом поднял на меня взгляд, в котором читалось и удивление, и уважение.

Он не стал читать дальше.

Просто взял ручку и размашисто поставил свою подпись.

Главное имение рода Башатовых

Бездушные уехали.

Станислав Башатов стоял посреди своего кабинета и смотрел им вслед. В руке он всё ещё сжимал подписанный договор – единственное материальное подтверждение того, что всё это не было сном или галлюцинацией, вызванной стрессом.

Их спасли. Его, его семью, остатки его гвардии. Спасли трое: парень, который ещё вчера был никем, и две его сестры. И армия… армия дронов. Странных, уродливых, собранных как будто из мусора, но смертоносных.

Он до сих пор не мог до конца осознать, что произошло. В голове – каша из обрывков фраз, странных технологий и абсолютной, всепоглощающей мощи, которую излучал этот новый Феликс Бездушный.

Большой оптимист – вот кем показался ему Феликс. Защита? Союз? Место в будущих проектах? Всё это звучало красиво. Но Станислав был материалистом до мозга костей. Он всю жизнь строил – дома, заводы, свою империю… И он знал: чтобы построить что-то стоящее, нужны ресурсы, время и сила.

А у Феликса, по сути, не было ничего, кроме горстки этих жужжащих железяк.

Десять… ну, может, двадцать дронов… Разве они изменят ход войны? Князь Трофимов – это не банда уличных отморозков. Это целая система, спрут, опутавший своими щупальцами всю губернию. У него сотни, если не тысячи бойцов. У него деньги, власть и связи на самом верху.

А что у Бездушного? Пара десятков дронов, которые, судя по его же словам, он собирал так долго, что не успел спасти собственный род. Где гарантия, что он сможет сделать новых? Что у него хватит на это ресурсов?

Скорее всего, как только о его технологиях станет известно по-настоящему, его просто сцапают. ИСБ, Тайная Канцелярия, да кто угодно. Посадят в самую глубокую темницу и заставят работать на Империю до конца его дней. Это в лучшем случае. А в худшем – просто прикончат, а технологии заберут.

Странная ситуация. Очень странная. Но выбирать не приходилось.

Станислав отбросил сомнения. Нужно было действовать. Он вызвал начальника своей гвардии.

– Нам нужны люди, – сказал он. – Немедленно. Обзвони всех, кто уволился за последние десять лет. Всех, кого мы сократили. Обещай им тройной оклад, лучшие условия, всё, что угодно. Нам нужно восстановить гарнизон. Хотя бы двести-триста человек.

Начальник службы безопасности молча кивнул и вышел.

К следующему вечеру он вернулся. Итог был удручающим. Из сотен бывших гвардейцев, которым они позвонили, согласились вернуться только двое – самых отчаявшихся, кому уже нечего было терять. Остальные вежливо, а порой и не очень, отказывались. Никто не хотел ввязываться в заведомо проигрышную войну против князя Трофимова.

Станислав устало опустился в кресло. Всё было бесполезно. Он снова один.

И в этот момент по всему имению завыла сирена. На территорию врывался враг.

Новое нападение началось без предупреждения. На этот раз Ерёмины не стали мелочиться. Десять тяжёлых бронетранспортёров, ощетинившихся стволами, и один танк – настоящий монстр, способный в одиночку снести всё имение.

Станислав бросился к телефону. Нужно было связаться с Бездушным, предупредить… Но связи не было. Глушили.

«А что бы он сделал?» – пронеслась в голове горькая мысль. – «Прислал бы своих десять дронов против танка? Смешно».

Нет. Это их бой. И, кажется, теперь он точно будет последним.

– Всем на позиции! – скомандовал он в рацию. – Не открывать огонь! Ждем!

Его люди уже выставили минные заграждения на подъездах к главному зданию. План был простым и отчаянным: пожертвовать одним из своих броневиков, чтобы выманить танк на минное поле.

Пётр, его старший сын, лично сел за руль. Броневик выскочил из-за угла дома, дал короткую очередь по танку и тут же скрылся. Танк, загудев двигателем, развернулся и пошёл в обход, прямиком на минное поле.

Грохот взрыва сотряс землю. Огненный шар взметнулся к небу. Башню танка оторвало и подбросило на несколько метров вверх.

– ЕСТЬ! – закричал кто-то в рацию.

Станислав почувствовал прилив надежды. Есть шанс!

Завязался ожесточённый бой. Они сражались, как тигры. Дар телекинеза творил чудеса: бронетранспортёры отталкивало в сторону, они натыкались на стену воздуха, как на стену, один даже удалось перевернуть. Его гвардейцы, укрываясь за стенами, поливали врага свинцом.

Четыре долгих, изнурительных часа… Четыре часа грохота, криков и запаха пороха.

И они победили. Последний БТР задымился и замер. Враг был уничтожен.

Станислав вышел во двор, тяжело опираясь на каменную балюстраду Вокруг – искорёженный металл, трупы и воронки от взрывов. Но они выстояли.

– Отец, посмотри, – подошёл к нему Алексей. – Это же… молодняк.

Станислав подошёл к одному из трупов. Молодой парень, лет восемнадцати. Неопытный, со страхом, застывшим в глазах. Он осмотрел остальных. Все как на подбор – юнцы. Плохо обученные, почти без дара. Пушечное мясо.

И тут один из дозорных закричал:

– Вторая волна! Едут!

На горизонте показались новые огни. Пятнадцать машин. На этот раз – без танков. Но двигались они слаженно.

Станислав всё понял. Первая волна была просто разведкой боем, проверкой их сил. А теперь шли настоящие профи.

Им конец. Они были вымотаны. Их дар почти иссяк. Боеприпасы на исходе.

Он посмотрел на своих людей. На усталые лица сыновей. Они были готовы умереть. Но он не был готов их потерять.

– Готовьтесь к последнему бою, – сухо произнёс он в рацию.

И в этот момент ему в наушник донёсся взволнованный голос начальника безопасности:

– Ваша светлость… происходит какая-то чертовщина! Наши магнитные мины… они движутся!

– Что значит – движутся?!

– Посмотрите на экран!

Станислав подбежал к ближайшему терминалу. На тактической карте, где красными точками были отмечены их мины, происходило нечто невообразимое. Два десятка точек отделились от основного поля и, набирая скорость, полетели по воздуху прямо в сторону приближающейся колонны.

И тут он вспомнил. Дроны. Маленькие, незаметные…

Два десятка огненных столбов одновременно взметнулись в ночное небо. Грохот взрывов слился в один непрерывный гул. Вражеская колонна, так и не доехав до их стен, просто перестала существовать.

Станислав стоял, не веря своим глазам, и смотрел на догорающие остовы машин на горизонте.

В его наушнике раздался тихий щелчок, а затем – спокойный голос Феликса Бездушного:

– Всё под контролем. Я о своей части сделки помню.

Станислав посмотрел на стену огня, поглотившую вторую волну нападавших. В этих машинах были люди. Опытные бойцы, как он предполагал. А может, и такой же молодняк. Неважно. Они все сгорели заживо, даже не поняв, что их убило.

Да, Феликс и правда бездушный.

И Станислав был чертовски рад, что этот бездушный ублюдок – на его стороне.

* * *

Когда мы вернулись, девчонки, вымотанные эмоционально, разбрелись по своим комнатам. Я же, вдохновлённый идеями и планами, сразу спустился в свою мастерскую.

Мой гениальный мозг тут же выдал решение, как ускорить наш «захват» этого мира. Но для этого требовалась помощь.

– Ольга, зайди ко мне, – бросил я в сторону её комнаты-мастерской.

Она появилась через минуту, допивая на ходу кофе.

– Слушаю, начальник. Что-то срочное?

– Срочное, – кивнул я. – Мне нужны приложения. Много.

Я развернул к ней планшет, на котором уже был набросан предварительный список.

– Смотри. «Филин» – это только начало. Ядро нашей будущей экосистемы. Нам нужны модули. Доставка еды из ресторанов и продуктов из магазинов. Курьерская служба для документов и мелких посылок. Экстренная медицинская помощь – дрон прилетает с дефибриллятором или нужным лекарством. Поиск пропавших людей и домашних животных. Социальная помощь – уход за стариками, доставка им продуктов и лекарств по расписанию.

Я пролистывал список, и с каждым новым пунктом глаза Ольги становились всё круглее.

– Так, погоди, – остановила она меня. – Ты сейчас серьёзно? Ты хочешь, чтобы я написала… всё? Целую цифровую инфраструктуру для города, которая заменит половину существующих служб?

– В общей сложности около пятидесяти разных приложений, – уточнил я. – Все они должны быть объединены в одну общую программу с удобным, интуитивно понятным интерфейсом. Чтобы любой человек мог в пару кликов заказать всё, что ему нужно.

– Но зачем… так много и сразу?

– Потому что лучше иметь их заранее, – пожал я плечами. – Мы не знаем, какое из них выстрелит, какое понадобится завтра. А когда понадобится – оно должно быть уже готово.

Она несколько секунд молча смотрела на экран.

– Феликс, ты сумасшедший, – констатировала она. – Но мне это нравится. Похоже, это будет самая интересная работа в моей жизни. Есть какие-то особые требования к архитектуре?

Мы ещё с полчаса обсуждали технические детали. Ольга задавала точные, профессиональные вопросы, на лету схватывая суть моих идей и тут же предлагая свои варианты реализации. Когда мы закончили, она с довольной улыбкой посмотрела на меня.

– Кстати, – сказала она как бы невзначай. – Что подаришь?

Я удивлённо поднял бровь.

– В смысле?

– В прямом. Подарок. Что будешь дарить?

– А какой повод? – искренне не понял я. – Ты сотрудница клёвая, спору нет. Но ты и зарплату получаешь, и защиту, и крышу над головой. И шаурма у меня из холодильника регулярно пропадает, а я же молчу, ничего не говорю. Какой ещё повод для подарков?

Ольга уставилась на меня, моргнула раз, другой… А потом рассмеялась.

– То есть ты реально не помнишь? Удивительно.

– Что?

Она перестала смеяться и тяжело вздохнула, глядя на меня как на безнадёжно больного.

– У твоей младшей сестры завтра день рождения.

Опа.

Я быстро «прошерстил» память прежнего владельца тела. Точно. День рождения. Чёрт. Совершенно вылетело из головы.

– Ну, бывает, – пробормотал я. – А ты, раз такая умная, не знаешь, что бы ей подарить?

– Свой-то подарок я уже купила. А вот ты… даже не знаю. Тебе виднее, ты же брат.

Я задумался.

– Что подарить девушке, у которой ещё недавно было всё, а теперь нет ничего?

– Ну, смотря что ты хочешь. – Ольга хитро прищурилась. – Что-то простое и милое? Или такое, чтобы ей голову сорвало от восторга?

– Давай, чтоб сорвало, – решил я.

– Ну, тогда подари ей… панду, – она заливисто рассмеялась.

Я смотрел на неё, не понимая, в чём шутка.

– А что смешного?

Она перестала смеяться и уставилась на меня с открытым ртом.

– Ты серьёзно? Феликс, ты хоть знаешь, что такое панда в этом мире? Все панды, до единой, принадлежат Китаю. Это их национальное достояние, их гордость и символ. Ни одна панда не может покинуть территорию Технократической Республики без личного разрешения их Императора. Они войну готовы объявить за каждую бамбуковую задницу!

Она подалась вперёд.

– Была история лет двадцать назад. Какой-то немецкий аристократ-коллекционер похитил панду. Так китайцы его шесть лет по всему миру гоняли! Шесть лет, представляешь? И это при том, что панду вернули уже через месяц. Но они всё равно его преследовали, нашли и уничтожили. Отомстили, так сказать. Сровняли с землёй все его заводы и обанкротили все предприятия. Просто из принципа.

– Панда, значит, да? – я потёр подбородок. – Благодарю за содействие.

Я повернулся и громко крикнул в пустоту комнаты:

– Сириус, есть срочная задача!

Дрон тут же появился рядом.

– Повелитель. Что нужно сделать?

– Укради панду.

– Мы же не воруем, – тут же напомнил Сириус о моих же принципах.

– Ну да, – поправился я. – Купи панду у Китая.

– За сколько? – деловито уточнил дрон.

Я посмотрел на Ольгу. Та растерянно пожала плечами и быстро застучала по клавиатуре своего ноутбука.

– Нашла! – воскликнула она через минуту. – Тут есть одна байка. Когда-то у австрийского императора с китайским был какой-то конфликт. И китайцы, в качестве издевательства, предложили ему купить панду. Официально, со всеми документами. За сто юаней.

– И в чём юмор?

– В том, что все понимали – это ловушка. Провокация. Если бы он согласился, они бы тут же обвинили его в попытке унизить их национальный символ и, скорее всего, объявили бы войну. Поэтому они вроде как продают, но никто никогда не покупает.

– Отлично. Сколько там сто юаней в рублях?

– Примерно один рубль.

– Мы покупаем.

– Понял, – качнул корпусом Сириус. – Купить панду за рубль.

– СТОЯТЬ! – вдруг заорала Ольга.

Мы с Сириусом застыли.

– Что не так?

– Я понимаю, что вы взрослые люди, – она на секунду запнулась, – один человек, второй – механизм. Но я должна уточнить. Маргарита – девушка. Она живёт в квартире. Панда – это, на минуточку, дикое и довольно крупное животное. Ей нужен детёныш. Маленькая панда. Вы же это поняли?

Мы с Сириусом переглянулись.

– Да-да-да, конечно, – хором заверили мы её.

– Перестраиваю протокол, – тут же отрапортовал Сириус. – Купить детёныша панды.

Ольга приложила ладонь ко лбу.

– Удивительно… Кто правит этим миром?

– Не знаю, – честно ответил я. – Пока точно не я. И это меня сильно печалит.

Ольга усмехнулась.

– Ага. С твоими амбициями и методами, у меня такое чувство, что я только что заглянула в будущее.

Глава 11

Чанчунь, Китайская Технократическая Республика

Исследовательский центр по разведению больших панд

Профессор Дин Дон, светило мировой зоологии и главный по пандам во всей Технократической Республике, был абсолютно счастлив. Он сидел на огромных, специально построенных для его питомцев качелях, и с отеческой нежностью наблюдал за разворачивающейся перед ним картиной.

Его гордость, самка Мао Юнь, что в переводе означало «Пушистое Облачко», устало развалилась на деревянной скамейке, пытаясь хоть на минуту скрыться от своих неугомонных детей. А те, два крохотных чёрно-белых комочка, отчаянно пытались забраться к ней, неуклюже карабкаясь по ножкам скамейки, кувыркаясь и смешно фыркая.

Полтора месяца назад Мао Юнь совершила почти невозможное – родила двойню. Событие редкое и, как правило, трагическое. В дикой природе, из-за низкокалорийной бамбуковой диеты, самка почти всегда выбирает одного, более сильного детёныша, обрекая второго на гибель.

Но здесь, в Исследовательском центре, выжили оба. Правда, родились они слабыми и недоношенными, и профессору со всей его командой пришлось буквально жить в вольере, выхаживая малышей. И вот теперь они были в полном порядке. Неуклюжие, забавные и абсолютно здоровые.

Дин Дон был не только учёным, но ещё и дипломатом. «Панда-дипломатия» – так это называли в большом мире. Каждая из этих очаровательных зверушек была не просто редким животным, а мощнейшим политическим инструментом. Их не продавали, а давали в аренду, как символ высшего расположения и дружбы. И если страну выбирало руководство Республики, то лично он, профессор Дин Дон, решал, какая какая панда уедет из Китая. Он влиял на мировой порядок. И чертовски этим гордился.

Внезапно освещение моргнуло. Лампы, имитирующие солнце, на мгновение погасли, а потом вспыхнули снова, но уже тусклее, переключившись на аварийное питание. Телефон в кармане профессора пиликнул и затих – пропала связь.

Дин Дон нахмурился, собираясь вызвать охрану, но не успел.

С неба, как хищная птица, спикировал тёмный жужжащий объект, похожий на дрон. Он завис в паре метров над землёй, и из его корпуса выдвинулись два тонких манипулятора.

Мао Юнь встревоженно зарычала, пытаясь прикрыть собой детей. Но было поздно. Дрон метнулся вперёд, ловко подхватил одного из малышей и тут же полетел вверх.

На землю со звоном упала монетка и, прокатившись по бетонной плитке, остановилась у самых ног ошарашенного профессора.

Это был один российский рубль.

Ужас сковал профессора. Но не от дерзости похищения. А от осознания хрупкости жизни этих малышей. Он, как никто другой, знал, что оторванный от матери детёныш, особенно такой слабый, без специального ухода и питания просто умрёт!

– Что вы делаете?! Остановитесь! – в отчаянии закричал он, вскакивая с качелей. – Его нельзя забирать! Он болен! Ему нужен особый уход и специальное питание! Без всего этого он умрёт!

Дрон, уже набиравший высоту, вдруг замер. Из динамика донеслось механическое бормотание:

– Ввод новых данных… Пересчёт вероятностей… Анализ… Подтверждение… Информация подтверждена! Смена протокола.

Дрон плавно опустился и аккуратно положил пищащего малыша на траву рядом с матерью.

Профессор почти выдохнул с облегчением, но тут же снова замер в ужасе. Рядом с первым дроном из ниоткуда появились ещё несколько. Первый снова схватил того же самого малыша. А новые, более крупные, без всяких церемоний подхватили в свои захваты Мао Юнь и начали поднимать её в воздух!

На землю упала вторая монетка.

– А-А-А-А!!! – снова заорал китаец, окончательно теряя самообладание. – Вы оставили второго малыша! Одного! Без матери и брата! Он тоже погибнет!

Дроны снова замерли. Снова та же процедура – анализ и смена протокола…

Появился ещё один дрон, который тут же подхватил оставшегося на земле детёныша. Третий рубль звякнул об пол.

Профессор схватился за голову. Он понимал, что имеет дело с какими-то абсолютно бездушными, но до абсурда логичными машинами.

– Так нельзя! – он подбежал ближе, тыча пальцем в улетающее семейство. – За ними требуется уход! Специальное питание! Лекарства! Они не выживут без меня!

Дроны снова зависли. Один из них отделился от группы и подлетел к китайцу. Его оптический сенсор несколько раз мигнул.

– Простите, – раздался из динамика вежливый синтезированный голос. – Но мы будем вынуждены пригласить вас в гости на некоторое время. Приоритет – жизни питомцев. Простите ещё раз, но мы берём вас в плен.

Не успел Дин Дон и слова сказать, как сразу четыре не самых крупных дрона ухватили его за шкирку и, как котёнка, подняли в небо.

– Бамбук! – успел крикнуть Дин Дон, болтая ногами в воздухе. – Возьмите бамбук! И мою сумку! Там лекарства!

Дроны послушно выполнили и эту его просьбу, подхватив несколько связок свежего бамбука и забытую на качелях сумку.

Последнее, что увидел профессор, прежде чем его унесли в небо, – как самый большой из дронов опустился к одной из камер видеонаблюдения, которая как раз снова включилась вместе с основным освещением, и уронил на землю бумажную купюру.

– Сдачи не нужно, – произнёс дрон прямо в объектив. – Князь Трофимов может себе это позволить!

И все они, жужжа, полетели в небо, унося с собой национальное достояние Китайской Технократической Республики и человека, который знал, как за ним ухаживать.

* * *

– Пу-пу-пу…

Я яростно потёр лицо ладонями, пытаясь стереть с него выражение искреннего недоумения. Не получалось.

– Сириус! Вот скажи мне, ну какого хрена?! – наконец прорычал я, глядя на своего помощника, который виновато завис в углу. – Задача ведь была простейшая! Принести одного. Маленького. Панду! Одного маленького панду! А у нас теперь что? Целая панда-семья и, чтоб его, живой китаец в придачу!

– Но, Повелитель, – тут же начал оправдываться Сириус, – я действовал строго в рамках ваших же директив! Протокол «Не навреди невинным» имеет высший приоритет. Когда я уже собирался покинуть объект с детёнышем, тот человек… профессор Дин Дон… сообщил, что без специального ухода и материнского молока детёныш погибнет.

– И ты решил прихватить и мамашу? – с сарказмом уточнил я.

– Так точно! Но тогда второй детёныш остался бы один, что также привело бы к его гибели! А затем профессор сообщил, что без его личного участия, специальных лекарств и бамбука они всё равно все умрут! У меня не было выбора, Повелитель! Я не мог допустить гибели невинных созданий!

Я тяжело вздохнул.

– Блин… – протянул я, качая головой. – Так-то ты всё верно сделал. По моим же правилам. Но где, чёрт возьми, мы их всех теперь держать будем? Особенно китайца!

– В данный момент они находятся на верхних этажах Башни. За ними присматривают несколько дронов. Я посчитал, что это самое безопасное и уединённое место. Это же должен быть сюрприз для вашей сестры!

– Да пипец сюрприз, – пробормотал я. – Как вообще всё прошло? Надеюсь, хоть без лишнего шума?

– Всё по плану, Повелитель. Китайские системы безопасности оказались на удивление примитивными. Они даже не успели отреагировать. Но когда мы уже возвращались, я перехватил их армейские частоты. Кажется, они поднимали в воздух истребители и всерьёз планировали нанести удар по территории Российской Империи.

– Хах! Это они погорячились! Ладно, погнали к Башне. Заодно и Крепыша в деле проверим.

Пока Дылда вёз нас по трассе, я подключился к армейской волне Империи. В эфире творился настоящий кипиш. Кто-то орал про неопознанные цели на радарах, кто-то докладывал о поднятых по тревоге эскадрильях… Полная паника.

– На всю Империю они точно не быканут, – уверенно сказал я, вспомнив, как в эфире промелькнуло сообщение, что с аэродрома Хвалынка в воздух уже поднимаются перехватчики.

Когда мы подъехали к Башне, у подножия нас уже ждал мой новый грузовой дрон, которого я всё-таки умудрился собрать из останков китайских разведчиков и кучи металлолома. Назвал его просто и понятно – «Крепыш». Он мог поднять в воздух до двухсот килограмм и тащить такой груз около часа. Не предел мечтаний, но главное – его можно было прокачивать.

– Цепляй, – скомандовал я.

Крепыш подлетел, подхватил меня своими мощными захватами и плавно понёс наверх, на самую вершину небоскрёба.

Картина наверху была трогательной до абсурда.

Мама-панда отчаянно рвалась к краю недостроенной площадки, пытаясь посмотреть, что там внизу. Её удерживали два маленьких дрона-«ловца», мягко, но настойчиво отталкивая от опасной черты.

А посреди площадки, на куче строительного брезента, сидел перепуганный китаец. Он крепко прижимал к себе двух крохотных пандят. Один из них, кажется, принял его за новую, большую и тёплую маму, и пытался сосать пуговицу на его комбинезоне. Второй же вдруг поднял милую мордочку и пискляво чихнул. Прямо в лицо профессору.

– Будьте здоровы, – автоматически пробормотал Дин Дон.

Я дал ему пару секунд, чтобы прийти в себя, и только потом заговорил, мягко приземляясь в нескольких метрах от них. Мои ботинки почти бесшумно коснулись бетона.

– Меня зовут Феликс, – произнёс я. – И теперь эти панды – мои.

Профессор вздрогнул и медленно поднял на меня глаза.

– Вы… вы говорите на китайском? – это было первое, что он смог выдавить.

– Я много чего умею, – пожал я плечами. – Но сейчас нас интересует благополучие вот этих комочков.

Знания Техносов и огромный жизненный опыт давали свои плоды. Китайский язык я выучил за одну ночь, просто «загрузив» в мозг нужный лингвистический пакет. Предполагал, что он понадобится. Вот и понадобился.

Профессор Дин Дон вскочил на ноги.

– Вы хоть понимаете, что натворили?! Вы похитили национальное достояние! Символ нашей великой нации! Вас будет искать вся армия! Вас найдут и уничтожат! Немедленно верните панд на родину!

Я спокойно выслушал его тираду. Классическая стадия: агрессия.

– Я готов заплатить! – не унимался он. – Сколько вы хотите? Миллион? Десять? Я – дипломат, смогу найти любые деньги! Только отпустите их, они же погибнут!

А вот и торг. Быстро он.

Я подошёл ближе и посмотрел ему прямо в глаза.

– Успокойся. Никто их не убьёт. Наоборот. Я спас их от участи стать политическим инструментом в руках кучки бюрократов.

Профессор замер, ошарашенно глядя на меня.

– Я приношу свои извинения, – продолжил я уже более мягким тоном. – Честно говоря, у меня не было в планах похищать ещё и вас. Но так уж вышло. Когда я научусь ухаживать за ними, я вас отпущу.

Дин Дон устало опустился на бетонный пол. Принятие. Отлично, можно работать.

– Что для них нужно? – спросил я.

Профессор уныло кивнул и начал диктовать. Список был внушительным: особый сорт бамбука, витаминные добавки, специальная молочная смесь…

Я охренел.

– Где я тебе всё это возьму? Особенно бамбук?

– Не знаю, – развёл руками китаец. – Но без этого они не выживут.

Я мысленно связался с Сириусом.

«Пробей по базам. Бамбук на территории Российской Империи».

«Анализирую… Повелитель, есть хорошие новости. Существует так называемый «сахалинский бамбук», он же «курильский». Растёт здесь неподалёку. По своим питательным свойствам почти не уступает китайскому».

– Ладно, с бамбуком решим, – сказал я, получив обнадёживающую информацию.

– А лекарства? – тут же запаниковал Дин Дон. – Им нужны особые препараты! Где вы их возьмёте?

Я улыбнулся.

– Не переживай. С этим тоже проблем не будет. Просто у меня есть один знакомый друид.

Уссурийск, магазин «Охота и рыбалка»

Камуфляж. Слово-то какое, мужское, грубое…

И пахло здесь соответственно – смесью оружейной смазки, резины и чего-то ещё, смешанного с пылью. Полки ломились от патронов, ружей, термосов, способных выдержать сибирскую зиму. Вдоль стен тянулись бесконечные ряды всяких удочек.