Книга: Слова - Жан-Поль Сартр

Детство. У каждого оно было и каждый хотел бы вновь в него вернуться. Прекрасное время, когда радость переполняет тебя по любому поводу, когда ты не знаешь усталости от новых ежедневных впечатлений, когда память на всю жизнь даёт высокий критерий любого случая, и ежедневно мир открывается всё разными и разными манящими гранями... Продолжать здесь можно бесконечно, а примеров тому, думаю, каждый приведёт в избытке. А что у Сартра? Разве это детство, когда взрослый уже человек вспоминает лишь своё самокопание, свой, несвойственный возрасту, нигилизм, свой атеизм? Впрочем, отрицая Бога, он почему-то убеждён в существовании Духа, но это же лишь подмена слов, значение который идентично. Мальчик так горд, так видит себя, окружённым вниманием, что ясно сразу его стремление к позёрству, стремление любыми средствами выделяться.

Я был так горд и одинок в ту пору, что хотел либо ощутить себя нужным всему человечеству, либо умереть.

Ему нужен успех, популярность, он искренне удивлён, узнав, что и другие люди, кроме него, могут быть популярными и известными. Врождённое и обострённое чувство духовного превосходства над окружающими прослеживается очень явно.

Мне открылись терзания стареющей актрисы: я понял, что другие тоже могут иметь успех.

Читать - Писать. Повесть разделена на две эти части, которые сразу же ставят смысловые акценты, не подлежащий малейшему сомнению. Мальчик таких лет уже даёт характеристики окружающим людям и вообще всему, что его окружает. Конечно, понимаю, что мы склонны к отрицанию "былых заслуг" и это заложено в психологии большинства молодых людей, но так уничтожительно прямолинейно в свои неполные 10 лет высказываться... Пожалуй, именно многоточие и будет моим отношением.

Одна из фотографий сохранилась: я на ней белокур, розов, кудряв, щеки пухлые, во взгляде ласковая почтительность к установленному миропорядку, в надутых губках затаенная наглость – я знаю себе цену.

Мальчик, знающий себе цену и знающий свою цель в жизни - вот портрет, чёткими словесными мазками, нарисованный на страницах книги.

Один против всех: таков был мой девиз. Ищите источник этих сумрачных и грандиозных фантазий в буржуазно-пуританском индивидуализме моего окружения.

Позёрство или прямота? Вот именно так и спрашивал себя, продираясь сквозь ежестраничные загадки, вопросы и противоречия, рассыпанные в изобилии. Но я не собираюсь укорять Сартра за его негативное отношение к отцу, за его витиеватый атеизм, за его нигилизм к окружающим. Я лишь спрашиваю себя: возможно ли в столь юном возрасте быть уже таким пресыщенным жизнью, ещё не зная её? Мало кто может похвастаться знанием жизни даже в пожилые годы, а тут мальчишка... опять же многоточие. Потому и оставляю свой вопрос я без ответа. Может быть, малое количество серого вещества, данное мне Богом, не позволяет осознать всё величие высокого разума писателя, проявившегося столь ярко ещё в раннем детстве. Наверное, так и есть и потому и моя оценка прочитанного лишь троечка. И это ведь уже повторное перечитывание повести, спустя десятилетия. Что тогда, что сейчас, отношение к написанному практически одинаковое. В потому и пожелаю всем, дочитавшим мои мысли до конца, находить в безбрежном океане мировой литературы именно то, что созвучно вашей душе. "Слова" Ж.П.Сартра с моим внутренним миром точно уж находятся в диссонансе. И вспомнился знаменитый русский романс, где легко и точно и поётся:

Не лукавьте, не лукавьте! Ваша песня не нова. Ах, оставьте, ах, оставьте! Всё слова, слова, слова…

А пока никто не видит, он воображает себя героем из приключенческих романов. Он ребенок. Но очень, очень измученный ребенок без ласки и внимания. В самоотрешении, в аскетизме от детства и забав. Это очень грустно.

Слог автора и то какими именно словами наполняет автор свои работы, для меня, это эталон литературы. Сартр не просто пишет, а чувствует слова на каком-то недосягаемом и квантовом уровне. Переворачивая каждую страницу, я вновь и вновь думала: «Ах, так вот к чему это название!». Возможно, это индивидуально, но все что пишет автор, когда-то проскальзывало и у меня в мыслях. И я в который раз, нахожу это чем-то невероятным, что сквозь время жили и будут жить люди, имеющие что-то крайне близкое на духовном и ментальном уровне друг с другом. 

Экзистенциализм, самоирония и поиск себя в книгах. Еще с детства маленький Сартр был окружен только взрослыми людьми и серьезными произведениями великих классиков, а не играми и сказками. Время, среда и семья повлияли на личность знакомого нам великого эссеиста, философа и конечно же, основоположника самого понятия как экзистенциализм. 

Кого-то подобные мысли пугают и вгоняют в ужас, для меня Сартр это тот, кто помогает понять себя лучше; а язык повествования смешит и подталкивает брать в руки маркеры и ручки чтобы отметить не первую и не последнюю строчку в процессе чтения. 

Произведение привело к очередному чувству глубокого наслаждения. 

По сути дела все неизменно, суета сует на поверхности не должна заслонять от нас мертвящую незыблемость нашей судьбы.

На каждой странице присутствует мысль, которая поражает, которая обвиняет и оправдывает. И если я когда-то с трудом могла представить какие причины побудили Сартра отказаться от Нобелевской премии, то сейчас вопрос снят окончательно. Этот человек не искал прижизненной славы, она давила на него, она ему противила. Лишь посмертная слава была приемлема, оправдана.

В "Словах" Сартр предстаёт перед нами только мальчиком и мертвецом. Все остальное обезличено и обесценено, вычеркнуто из повествования. Вот он мальчик, послушный ангел, сидит в магазинчике в ожидании своей бабушки, и вот он Сартр, написавший свой шедевр, исполнивший свой долг, оправдавший свое существование, мертвец под траурным солнцем славы. Потомки склоняются над его книгой в восхищении, но он уже давно прибыл на конечную станцию, удалился в безмолвие.

Сартр действительно уникален. Он стал словом, он уподобился слову. Безличностный, один среди множества, подобный всем и в то же время обособленный, подобный Слову. И Слово это значимо, незаменимо в повествовании становления мировой литературы. Сартр стал незаменим, необходим, он больше не безбилетный пассажир. Теперь он необходим всему миру.

Есть в такой беспрецедентной гениальности что-то жуткое. Превращающее человека со всеми его страстями и особенностями в прижизненный памятник самому себе. Гениальность накладывает на него клеймо с рождения. Сартр великий и ужасный. Он словно уже родился старым и больным, отрицающим и гениальным. Но все же это было не так. Он родился белокурым ангелоподобным мальчиком. И благодаря его автобиографии мы можем увидеть, как это было. Увидеть как в этот мир приходят гении и каково им нести эту ношу.