112 000 произведений, 32 000 авторов Отзывы на книги Бестселлеры недели


» » » онлайн чтение - страница 1

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 14 апреля 2015, 20:58


Автор книги: Владимир Соловьев


Жанр: Современная русская литература, Современная проза


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

Владимир Рудольфович Соловьев
Апокалипсис от Владимира

© Соловьев В. Р., 2007

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2011

* * *

Предисловие

«Апокалипсис от Владимира» – не совсем обычный продукт литературного творчества. Определенно, таких книг еще не было и, наверное, никогда уже и не будет. Почему? Потому что не каждый автор осмелится открыто задавать подобные вопросы. Что, если Конец света наступит сегодня? Что, если все, чем вы жили ранее, окажется ненужным, в том числе ваши родные и близкие? Что, если Господь устанет от наших грехов, забыв о любви и всепрощении, и начнет карать неугодных? Какая кара постигнет их и что будет позволено приближенным к Нему? Как поведут себя «сильные мира сего» при появлении Могущества, которое будет им неподвластно? Как приспособиться к новым реалиям изменившегося мира и не оказаться в числе несправедливо осужденных? Как распознать истинного Спасителя и не отдать свою жизнь служению ложным идеалам? Пожалуй, последний вопрос наиболее близок именно российскому читателю, прошедшему чистилище советского режима. Оттого-то главный герой романа и сосредоточен на событиях, происходящих в России, и сам является известным российским журналистом. Служение вновь явленному Христу круто меняет его статус в глазах бывших начальников и подчиненных, да он и сам меняется, борясь с демонами собственного подсознания за право обрести истинную Любовь.


Начавшись с более чем смелого «Евангелия от Соловьева», сюжет претерпевает неожиданные метаморфозы. Если в «Евангелии» мы только знакомились с главными героями романа: с Даниилом – современной реинкарнацией Христа, продуктом новейших биологических технологий и носителем древних библейских традиций; с Биллом Гейтсом – самым богатым человеком планеты и хозяином огромной империи «Майкрософт»; и Владимиром Соловьевым – честолюбивым и правдивым журналистом, всем сердцем поверившим в нового Мессию, – то здесь нам являются их подлинные лица и раскрываются души. Спаситель гневлив, жесток и почти ни слова не говорит о Спасении. Его апостолы – Владимир и Билл, обретая сверхъественные способности, вторят Учителю, громя всех, ставших на их пути. Президенты и короли покоряются чудовищной силе Даниила, и мир постепенно принимает его в качестве Царя царей. Но дела по спасению мира идут не так гладко, как хотелось бы. Апостолов и самого Даниила одолевают жестокие сомнения в верности выбранного пути, тем более что досаждавшие им еще в первой книге древние пророки Енох и Илия активизируются, собирая под своими знаменами несогласных признавать в Данииле Христа. Все идет к логичному концу, и в конце, конечно, история сделает свой финальный твист, но об этом вы узнаете сами, прочитав обе книги.


Несмотря на то что произведение Владимира Соловьева написано живым и подчас даже «стебным» сатирическим языком, его книгу сложно не воспринимать всерьез. Это не приключенческий роман, хотя остросюжетных и романтических историй в нем немало. Это и не фэнтези, несмотря на то что сюжет книги более чем фантастичен. Это и не библейская литература для законников и богобоязненных верующих, хотя цитат из Священного Писания в ней предостаточно. Это книга-рассуждение: о служении, о собственной судьбе, о судьбе человечества и о будущем, которое, увы, уже не за горами.

Глава 1

Апофеоз безнравственности

«За последние несколько дней я получила множество посланий от наших телезрителей, донельзя возмущенных беспрецедентным телеэфиром, состоявшимся на прошлой неделе. Содержание нашумевшей телепередачи глобального масштаба было настолько необычно, что его крайне сложно вписать в рамки любого из существующих телевизионных жанров. Что это было и кому такое действо понадобилось? Не стесняясь в эпитетах, могу прямо заявить, что откровенно слабая попытка изобразить в прямом эфире подобие Второго пришествия очевидно провалилась.

В погоне за рейтингом все средства хороши. Казалось, что после передач о каннибалах на НТВ, после драк в прямом эфире у Малахова и очевидной пошлости аншлагоподобных сборищ у зрителя выработается иммунитет к подобным извержениям тележурналистской мысли, но, увы, я оказалась неправа – пришел черед спекуляциям на религиозные темы. Нельзя не отметить, что после разогрева зрительского интереса сериалом «Мастер и Маргарита» и всеобщего сумасшествия по Дэну Брауну чего-то подобного можно было ожидать.

Современный клерикализм уже запятнал себя. Громкие скандалы с антисемитскими письмами, поддержанные некоторыми священнослужителями, и провал на выборах в Государственную Думу всех партий с приставкой «христианская» в названии должны были бы стать холодным душем для мракобесов всех мастей, но, видимо, история до сих пор никого и ничему не учит. Вот и на этой неделе все мы стали жертвами борьбы за зрительское внимание, без которой не обходится современная телевизионная жизнь.

На протяжении нескольких дней нас затягивали в этот новый тип мыльной оперы, снятой в эклектичном жанре с использованием хорошо известных трюков. Судя по всему, мир столкнулся с первым международным телевизионным проектом такого масштаба, что все же не делает его более удачным. Напомню нашим уважаемым читателям, как это все происходило. Сначала в жанре репортажа с места событий нам были показаны волнения в Лондоне, в результате которых некий благообразный старец, произнося довольно сомнительные тексты в адрес никому не известного молодого человека по имени Даниил, договорился до активного вмешательства английской полиции. Не берусь утверждать, так как сама там не присутствовала, но просмотр довольно сумбурного телевизионного репортажа с крайне непрофессиональным комментарием поверх текста английского журналиста оставил у меня впечатление, что старец был тяжело ранен одним из офицеров полиции. Причем, что интересно, на помощь ему пришел тот самый молодой человек, который, по мнению фанатичной толпы, и является новым Мессией.

Как и большинство моих коллег, я ни на минуту не поверила во все эти телевизионные чудеса с левитацией и возвращением к жизни умерщвленных старцев. Дешевые трюки, не более того! После уже ставших попсовыми шоу Дэвида Копперфильда нас не так просто ввести в заблуждение. Мысль о том, что мы стали свидетелями нелепого постановочного фарса, не оставляла меня ни на минуту и окончательного укрепилась, когда на вторых ролях нам была продемонстрирована свита юного дарования, состоящая из знаменитого Билла Гейтса и «самого» Владимира Соловьева. Сомневаюсь, что у продюсеров данного шоу хватило бюджета на привлечение самого богатого человека в мире на, с позволения сказать, роль подтанцовки, так что можно с высокой долей вероятности утверждать, что он сам и является организатором всего этого немыслимого по своей пошлости проекта.

Роль Владимира Соловьева достойна отдельного обсуждения.

На протяжении всей недолгой телевизионной карьеры Владимира Рудольфовича мои коллеги не раз отмечали его явную манию величия, постоянное выпячивание себя, нежелание прислушиваться к критике и плохо скрываемое неуважение к коллегам по цеху. Все эти качества в полной мере проявились у Владимира на следующий день, когда во второй части этого «сериала» мы стали свидетелями работы мэтра и близкого друга президента нашей телевизионной академии Ларри Кинга, бравшего интервью у Даниила. Необходимо учесть, что журналист масштаба господина Кинга сам по себе уже дает немалые цифры рейтинга, так что для раскрутки Даниила продюсеры проекта сделали очень даже верный шаг. Но как раз в момент проведения этого интервью и проявились в полной мере все комплексы господина Соловьева.

На экране их не было видно, но от глаз опытного критика не укрылись признаки того, что все дешевые трюки вокруг пресловутого интервью были запланированы именно им. Чего стоит одна только массовка из VIPов, согнанная на стадион «Уэмбли», столь напоминающая по режиссуре «Золотых Соловьев» – тщеславный проект Владимира Рудольфовича на канале НТВ, который он теперь перенес на CNN.

Эклектика, вызывающая чувство неловкости! Попытка угодить невзыскательным зрителям! Тут вам и успешно проведенная антитеррористическая операция, и интервью, и покаяние, и научно-технический триллер, ну и под конец воистину голливудский апофеоз – полет над ночной планетой, завершающийся явлением «спасителя» в Иерусалиме. Пошлое заимствование у Шагала и Булгакова! Думаю, всем и так очевидно, что в результате просмотра у несчастной публики должно было сложиться однозначное мнение, будто они присутствовали при явлении Спасителя-Христа-Даниила, а Соловьев и Гейтс – не иначе как его новые апостолы.

Печальное зрелище.

На что рассчитывали создатели сей передачи, мы можем только догадываться, хотя надо отметить, что нас ни разу не отвлекли на рекламу. Перечислю всего несколько фактов, которые вызывают мое возмущение. Во-первых, нас лишили всяческого выбора. Именно во время этого эфира впервые в телевизионной практике использовались доселе невиданные технологические новшества. Все телевизоры были включены дистанционно, зачастую помимо воли их хозяев, и показывали одну и ту же трансляцию по всем каналам, как в далеко не лучшие периоды советского времени. В тех регионах, где еще наблюдаются проблемы с качеством приема телевизионного сигнала, и вовсе были устроены проекционные показы над населенными пунктами.

Масштаб и идеология описываемого зрелища невольно подталкивает к ряду выводов. Нам, гражданам светского государства, чья свобода совести защищена конституцией, навязывают дремучую религиозную пропаганду, упакованную в современнейшие медиасредства. Тот факт, что в этом спектакле участвовали практически все мировые лидеры, свидетельствует о глобальном наступлении на гражданские свободы, за которым несложно предвидеть и появление мирового правительства.

Приближенность к руководителям данного проекта таких одиозных личностей, как Соловьев, особо и не скрывающего свои тесные контакты с Кремлем, свидетельствует о готовящемся клерикальном наступлении на остатки демократических свобод и в нашей стране. С печалью можно констатировать и тот факт, что «оплот демократии» США не проявил достаточной бдительности, хотя мы еще и не знаем реакции американского народа, ведь президент-республиканец – это еще не вся страна.

И вообще, пусть я и не являюсь большим специалистом в вопросах религии, но мне все это действо напомнило скорее апокалиптические сценарии, чем благостно евангелистские. Хотя крайне вероятно, что все, что мы видели, рано или поздно завершится, как и начиналось, – дурной шуткой. Кто знает, вдруг мы просто присутствовали при запуске очередного продукта компании «Майкрософт» – компьютерной игры «Второе пришествие»?».


– Хорошая статья. Мощная, цельная, полная искреннего чувства к тебе! – улыбнулся Билл. Было видно, что ему нравится читать по-русски вслух.

Мы сидели за гигантским столом в президентском номере гостиницы «Царь Давид» в Иерусалиме и разбирали прессу с упоминаниями о нас и обо всем случившемся несколько дней назад. Смысла в этой работе не было никакого, но Даниил посоветовал нам заняться этим лично, не доверяя своим пресс-секретарям. Последние не так давно материализовались из ниоткуда, вкупе с офицерами службы безопасности, водителями, специалистами по связям с общественностью и роем прочих необходимых граждан, слетающихся на каждое новое начинание, от которого веет деньгами или властью. Судя по выправке и манерам свиты, часть ее пришла из «Майкрософта», а кое-кто даже из Моссада, что, в общем-то, было неплохо – все-таки в Израиле они ориентируются лучше нас с Биллом.

Подтекст просьбы Даниила был очевиден: сразу после памятных событий, очень схематично описанных в цитируемой Биллом статье, мы пребывали в состоянии хронической эйфории. Свершилось – агнец явлен миру! Как можно в этом сомневаться теперь, когда все мыслимые и немыслимые предсказания сбылись на глазах у всего человечества?! Имеющий глаза да увидит.

Состояние счастья не покидало нас с момента прибытия в Израиль.

В первые часы после явления Даниила миру в Иерусалим устремились толпы паломников со всех концов света. Причем прибывали они настолько активно, что правительством страны было принято разумное решение о временном введении визового режима для всех стран, включая США. Более того, пришлось отменить большинство рейсов в аэропорт Бен-Гурион и закрыть Эйлат для чартеров. В любом другом случае люди в буквальном смысле спали бы на улицах не только столицы, но и всех городов Святой земли. Конечно, исключение пришлось сделать для евреев, вне зависимости от их гражданства, так что консульские отделы круглосуточно выдавали визы гражданам, наконец-то осознавшим всю необходимость совершить алию и прибыть на историческую родину.

Предположение, что появление христианского Мессии не приведет к ажиотажу среди евреев, рассеянных по всему миру, не оправдалось, так что повсеместно начали сбываться розовые мечты черносотенцев – чемодан – вокзал – Израиль. Схема работала безупречно. Именно тогда выяснилось, что многие видные общественные и политические деятели ультранационалистического толка оказались нечисты на бабушек-дедушек и, побросав в котомки кто генеральскую форму, а кто и депутатское удостоверение, устремились замаливать грехи, теперь уже трактуя свою деятельность последних лет как попытку подтолкнуть евреев к скорейшему слиянию в единое целое на Земле обетованной.

Иерусалим в одночасье превратился в столицу мира, и сразу стало ясно, что без строительного бума ему не обойтись. Город рос как на дрожжах: за сутки стоимость квадратного метра преумножалась в разы. Палестинский вопрос стал напоминать скорее удивленный восклицательный знак, поскольку внезапно оказался решен сам собой. Практически в первую же ночь после пришествия Даниила не осталось ни одной палестинской семьи, которая не получила бы коммерческого предложения столь ощутимого размера, сопротивляться которому не было никакого смысла. Создавалось ощущение, что весь палестинский народ в одночасье выиграл в лотерею. За маленькую квартирку в панельном доме отдавали роскошные пентхаусы в любой мировой столице вкупе с машинами и наличными деньгами. Крупнейшие мировые корпорации и завсегдатаи списка самых богатых людей мира платили целые состояния за право оказаться хозяевами собственности на Святой земле. Некоторые горячие головы пытались сопротивляться, но смелость легко проявлять лишь в окружении себе подобных. Гораздо проще убаюкать себя мыслью о том, что полученные от сионистов деньги пойдут на борьбу с ними же, а время этой борьбы уже не за горами.

Вопреки ожиданиям, финансовый рынок не рухнул – стоимость акций «Майкрософт», впрочем, как и всех других бизнесов Билла Гейтса, взлетела до небес. Не оказался внакладе и Тед Тернер – CNN смотрели, не переключая на другие каналы, и капитализация компании росла сумасшедшими темпами. А вот рынок долгосрочных обязательств действительно оказался под угрозой. Дело в том, что уже никто не рассматривал перспективу в двадцать пять лет как реально осуществимую. В ряде стран особо несознательные граждане зачем-то бросились в магазины скупать предметы первой необходимости, которые быстро закончились. Люди среднего достатка перестали хранить деньги «на черный день» и раскошелились на дорогие безделушки, о которых раньше и мечтать не могли. Кубышки были раскупорены, и наличные конвертировались в товар. Торговцы пытались встретить возросший спрос с помощью дополнительных заказов, но выяснилось, что европейские поставщики ушли в отпуск, так как их рабочие предпочитали проводить время в церквях. Зато азиатские фабрики с радостью принимали возросшие заказы, – для них явление Даниила было не более чем забавным происшествием из жизни молодых наций.

Конечно, смели с книжных прилавков Библии, книги Билла Гейтса и всю печатную продукцию, имеющую хоть какое-нибудь отношение к религиозной тематике. Проявил сноровку Тед Тернер, который, особо не мучаясь моральными дилеммами, уже на следующее утро запустил в продажу на всевозможных носителях запись теперь уже исторической передачи. Не хочу бросать тень на брата Билла, но за несколько дней до событий «Майкрософт» потратил сумасшедшие деньги на приобретение собственности в самом Иерусалиме и его окрестностях. Надеюсь, что это произошло помимо его воли, ведь теперь у него уже нет нужды таким образом зарабатывать себе на хлеб насущный.

Скажу сразу, что Даниила мы видели не много. Правительство Израиля предложило ему любую резиденцию на его усмотрение, но он, отказавшись от всех предложений, временно пребывал в Гефсиманском саду, никого не принимая. Попытки зевак проникнуть к нему были тщетны, так как его круглосуточно охраняли представители спецслужб.

В первые часы наши с Биллом телефоны раскалились добела от звонков президентов и приближенных к ним лиц. Было всего два исключения – ни Буш, ни Путин не звонили. После первых слов поздравлений шли вопросы о дальнейших указаниях и заверения в готовности немедленно воплотить их в жизнь, а тут мы вынуждены были брать паузу. Наше апостольское мнение было единодушным: Даниил выступит перед человечеством с проповедью, ну а дальше по распорядку – выделяем приемные часы, и давай судить всех подряд.

С этого момента стройность нашего плана терялась, поскольку было не до конца понятно, где и кого нам предстоит судить, да еще и мешали неприятные вопросы с уже умершими. Как их приводить к судебному разбирательству? В каком виде? Или что, по городу будут передвигаться мощи, устремляясь к месту Страшного суда, а оттуда уже или в Геенну огненную, или в Рай? Кстати, в Рай в таком виде вообще пускают? Опять же, стоит вопрос с большим количеством стран, не имеющих никакого представления о христианстве, как с ними поступать? Сначала крестить всем скопом и проповедовать истинное учение, а потом судить? Да еще и мусульмане. Они, конечно, к Христу относятся с некоторым уважением, но все же недооценивают. Их что, тоже крестить? Так ведь они так просто не дадутся, а насильственное крещение нам не кажется правильным.

Вот с иудеями все получается само собой. Их пока все устраивает. Главное – решился палестинский вопрос. И их, конечно, не может не радовать, что Даниил гражданин Израиля, да и превращение Иерусалима в столицу мира полностью соответствует иудейским представлениям о роли евреев в истории мировой цивилизации. Кроме того, благодаря довольно вольному трактованию Кумранских свитков религиозные лидеры иудеев пришли к выводу, что Христос считал себя правоверным иудеем, а построение христианской церкви и конфликт с иудаизмом лежит на совести Петра и Павла. Так что спешить с выводами не стоит, а воцарение в Иерусалиме и собирание на Земле обетованной всего разбросанного по планете богоизбранного народа не может не вызывать уважения. Того и гляди найдутся потерянные до этого колена родственники детей Израилевых. Даниил, по сути, оказался царем евреев в Иерусалиме, хотя об этом еще никто вслух и не рассуждал.

Откровенно говоря, мне весь этот праздничный угар даже нравился. Первое время я пытался понять, как мне теперь нужно себя вести, как одеваться и все прочее, но в итоге решил особо на эту тему не грузиться. Привычный стиль менять неправильно, тем более что теперь уже, пожалуй, все будут ориентироваться на нас. Можем даже на паях с Биллом открыть Дом моды «2 апостол 2» – мода на все времена. Какая чушь в голову лезет?! А с другой стороны, что с меня взять? Ценных указаний я не получал, что говорить страждущим – не ведаю, так что только на пустяки и могу размениваться. Кто же мог подумать, что после такого успеха Даниил всем скажет: «Придет время, и обращусь к вам, а сейчас с Отцом моим наедине оставьте меня!» – и уединится в Гефсиманском саду, лишь изредка выдавая нам оттуда довольно сомнительные поручения.

Итак, нас с преподобным Биллом поселили в президентских номерах отеля «Царь Давид» и оставили на хозяйстве. Общением с Самим мы были обделены, но указания от него изредка получали. Правда, если до этого они были скорее хозяйственного толка, то теперь вот это – ознакомиться с прессой негативного содержания. Зачем? У меня и так нет никаких иллюзий. Я за половину наших критиков сам могу сказать все, о чем они только собираются подумать. Конечно, можно предположить, что Даниил таким образом воспитывает в нас христианское смирение, хотя, позволю себе крамольную мысль, сам не всегда служит его примером. Бедный английский премьер до сих пор страдает легким заиканием после демонстрации божественной силы. Так что вряд ли все так просто.

Пока я предавался праздным размышлениям, Билл продолжал просматривать газетные страницы разных цветов и форматов, по мере возможности сброшюрованные в папки с названием стран на обложке. Наверняка товарищу Гейтсу такая работа с информацией казалась на редкость средневековой, ведь кому как не ему можно было задать параметры поиска какому-нибудь Yahoo – Google и заниматься тем же, не пачкая руки о типографскую краску и не ломая глаза о непривычные шрифты. Но Даниил отчего-то решил по-другому.

Если логика в таком задании и была, то она определенно проживала не в нашей с Биллом системе координат, где компьютер однозначно удобнее писчебумажных принадлежностей. Хотя должен признать, что далеко не все издания попадают в обзоры поисковых систем, а некоторые газеты вообще не выходят в электронных версиях, так что могут запросто выпасть из поля нашего просвещенного зрения.

Статья, привлекшая внимание Билла, по сравнению с написанными в других газетах-журналах была совсем неплоха, а кроме того, в ней четко прослеживалась общая тенденция всех изданий либерального толка: недоверие к действующей власти, попытка во всем увидеть проявление авторитарных тенденций и наступление на оставшиеся демократические свободы. Российские националистические газеты были гораздо резче. Звучали призывы к восстанию, Даниил назывался не иначе как царем жидомасонов, президенты всего мира – его преданными вассалами, а Путин – ставленником мировой закулисы, который скоро отдаст Россию на съедение алчным детям Сиона. Эпитеты в мой адрес не поддаются цитированию в принципе.

Особенно меня порадовала одна английская газета, издаваемая мусульманским братством. На ее страницах в приторно-розовых красках повествовалось о погибших при попытке организации теракта. Неудавшиеся исполнители подрыва мировых лидеров представали скромными тружениками, оказавшимися невинными жертвами испытания нового оружия. Их семьи, причитая, рассказывали настолько трогательные истории из жизни, что у читателя складывалась стопроцентная уверенность, будто бы речь идет не о бандитах, а о добрых, мирных и законопослушных гражданах Великобритании, единственной виной которых служит их вера в Аллаха. И, конечно, у журналистов не вызывал никакого сомнения тот факт, что взрывчатку и оружие к останкам жертв подбросили спецслужбы.

Желтые газеты разных стран мира пестрили фотографиями с экрана, отражавшими наиболее яркие моменты тернеровской передачи, и наперебой пытались доказать, что никаких чудес не было, а был лишь довольно грубый монтаж. Разумеется, не обошлось и без откровений никому до этого не известных дамочек об их любовной связи с Даниилом, Биллом и мною, причем одна из них даже созналась, что кувыркалась со всеми одновременно. Кто-то из наших попытался взять интервью у моей мамы и детей, но родственники повели себя очень грамотно и от комментариев отказались. Я поймал себя на мысли, что ищу интервью с Эльгой, но, видимо, так глубоко журналисты не копали.

Ну вот, подумал о моей любимой, и сердце привычно защемило. Звонить пока рано, я не смогу ответить ни на один ее вопрос, а мучить себя и ее пустыми обещаниями бессмысленно. С мамой я, конечно же, поговорил по телефону сразу после известных событий, сказал, чтобы она не волновалась и что, как только будет возможность, я ее заберу, но ведь с Эльгой так не получится. Мама всегда мама – другого сына вместо меня она не заведет, а здесь любовь. Да к тому же, что я про свою Дульсинею знаю? Конечно, учитывая апостольские возможности, стоит лишь сосредоточиться – и все тайное станет явным, но вправе ли я так поступать? А вдруг у нее семья, а я так – интрижка, эпизод бурной молодости? Вот позвоню сейчас ей домой, а к трубке подойдет приятный баритон – убеждай себя потом, что это брат-сват.

Не могу, не хочу отказываться от иллюзий. Пусть все откроется вовремя. Сейчас я просто не смогу контролировать свои эмоции и издалека наворочу такого, что никакое апостольское звание не выдержит. Стоит мне только допустить мысль о том, что мое солнышко в чужих объятиях, как во мне тотчас зарождается смерч, такой черный, что даже меня это пугает. Чувствую, что достанется всем: сотру в порошок, уничтожу, растопчу! За то, что оказалась недостойна меня – богоизбранного и призванного.

Все, надо успокоиться, ведь еще ничего не известно! Сам себя накручиваю, придумываю всякую чертовщину, прямо бес какой-то, а не апостол. А что, даже если и бес? Так-то, пожалуй, еще веселее. Вот уж будет где порезвиться! С моей-то фантазией я так нашкодить смогу, что никакая армия ангелов со швабрами наперевес и за тысячу лет порядок не наведет.

Хватит чудить!

Я не на шутку рассердился на себя. Какой позор! Что за мысли?! Вместо того чтобы заниматься делом, тешу себя игрой со злом, как подросток спичками. Ну вот, все ведь не случайно, наверняка кто-то подсовывает мне такие мысли, чтобы я потерял концентрацию. Я невольно покосился на погруженного в чтение Гейтса. Однако Билл был сама невинность и мои мысли наверняка слушал вполуха. Я взял в руки очередную газету. Среди кучи одинаковых статей я чуть было не пропустил, пожалуй, самую важную – небольшую заметку о состоянии здоровья Еноха. Оказывается, старик самовольно сбежал из больницы в Лондоне, и английская полиция теперь никак не может напасть на его след.

Что-то подсказывает мне, что с этим ветхозаветным старцем нам еще предстоит повозиться.

Покончив с российской прессой, Билл с интересом стал просматривать американские газеты, из озвученных цитат которых мне стало ясно, что у него на родине уже образовался целый ряд крупных поселений, объявивших, что отныне они живут в полном соответствии с Писанием и признают власть только одного правителя – Даниила. То есть никакие светские власти им отныне не указ. К инициативе американцев постепенно присоединялись жители других стран: так, в Мексике, на Филиппинах и в Ирландии уже можно было говорить о назревающем конституционном кризисе. Конечно, прошло не так много времени с момента явления Даниила миру, но уже явно прослеживались предпосылки для появления теократических христианских правительств в еще не так давно светских демократических государствах.

Стиль письма не оставлял сомнения в том, что Билл цитировал «Вашингтон Пост».

– А заголовок? Наверняка что-нибудь патетическое, например, «Конец демократии»? – Я не удержался от язвительного замечания, хотя поймал себя на мысли, что название не так уж далеко от истины. Билл отложил газеты и очень внимательно посмотрел на меня. В воздухе повисло звенящее напряжение – не к добру такие взгляды.

Не могу сказать, что наши с Биллом отношения складывались безоблачно, ведь времени узнать друг друга поближе не было. Служение крайне быстро втянуло нас в контакт, превратив в подобие частей неидеально работающей машины – зубчики совпадали, но не более того. Мы не превратились в единое целое, отчего порой в механизме вспыхивали искры.

Сам факт того, что я оказался призван Даниилом чуть раньше, автоматически повышал меня в божественной табели о рангах, и это крайне беспокоило Билла. Ведь что ни говори, а Гейтс сыграл во всей этой истории роль куда существенней моей: и с Папой Римским мы благодаря ему встретились, и Тед Тернер его знакомец, да и сам Билл в списке самых богатых людей мира под номером один давно обосновался, а я так, второй миллиард замыкаю. Кроме того, упоминания Билла и его матушки относятся к одним из наиболее часто произносимых на планете. Если угодно, то в размерах отдельно взятого киберпространства Гейтс и есть Создатель. Ну, а тот факт, что мы можем легко читать мысли друг друга, отнюдь не облегчает задачу взаимного понимания. Уж больно разнятся системы базовых ценностей и традиции воспитания.

Хотя, что с того? Да он даже «Двенадцать стульев» не читал! Темнота. Я уже не говорю про «Мастера и Маргариту». К тому же только закоренелый американец может надевать белые брюки, синий блейзер, розовую рубашку-поло и черные ботинки. А после этого еще и иметь наглость спрашивать у окружающих об их настроении, не понимая, что сам вид такого орла-дальтоника уже портит картину мира на ближайшие пару часов.

Моя последняя мысль совсем не понравилась Биллу. Он прервал разглядывание меня тяжелым вздохом, встал со стула и подошел поближе. Достав из кармана брюк очки, он старательно протер их, нацепил на нос, поморщился и, вернув очки в карман, устало помассировал пальцами брови. Проделав все эти манипуляции с давно не нужной ему оптикой, Билл продолжительно посмотрел на меня. Со значением. Так смотрят на любимого, но глубоко больного родственника, навсегда отставшего в своем умственном развитии от нормального хомо сапиенс.

– Дорогой брат, – сказал Билл, – порой мне кажется, что цель нашего знакомства, кроме очевидной апостольской, еще и в воспитании во мне смирения, так как степень твоего ехидства никак не соответствует всей серьезности нашего служения. Редкая же ты язва, Владимир! Понимаю отношение к тебе твоих телевизионных коллег. Неудивительно, что в моем лице они нашли заступника.

Билл снова достал очки, повертел в руках и вернул на место.

– Возвращаясь к твоей шутке о конце демократии, – продолжил он, – должен заметить, что для меня это вопрос очень серьезный. Я бы даже сказал – фундаментальный. Ведь самосознание нашего народа строится на незыблемости демократических принципов. Как это часто бывает с постулированными ценностями, мы предпочитаем не задавать себе вопрос о том, что это такое и возможна ли действительная демократия для каждого. Такого рода размышления от лукавого. Конечно, любое человеческое общество несовершенно, но даже мой личный пример доказывает действенность нашего образа жизни. Я ведь добился всего сам, так что наша система ценностей работает. Навязшая в зубах фраза Черчилля о том, что демократия плоха, но все же это лучшая из существующих государственных систем, на протяжении веков подтверждалась практикой. За последние десятилетия демократия являлась по своей сути мировой религией. Во имя демократических свобод начинались войны и перекраивались государственные границы. У демократии были и есть свои апостолы и боги, своя церковь и свой Вселенский собор. Даже свой язык – столь ненавистный тебе политически корректный. Если угодно, то демократия в системе ценностей стала выше любой религиозной догмы, во многом изменяя ее и даже вступая с ней в прямой конфликт. Выросшая из упрощенных христианских добродетелей, демократическая вера переросла в отрицание своего родителя, во многом повторив отношения между иудаизмом и христианством. И не случайно, что именно в последние годы стал заметен прямой конфликт между базовыми ценностями религиозными и светскими. Посмотри, как активно требуют от Ватикана признания права гомосексуалистов на церковное служение, разрешения на аборты, презервативы, равноправия женщин, причем требуют все жестче и наглее. Здание католической церкви, теперь уже благодаря нам, окрепло, но ведь еще недавно оно трещало по швам! И ты думаешь, что вот сейчас, в одночасье, все возьмут и одумаются? Признают, что не только они, но и их родители, и родители их родителей, и даже, страшно сказать, отцы-основатели, заблуждались?! Здесь, дружочек ты мой, все не так просто!

Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 | Следующая

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю

Рекомендации