Текст книги "Скандар. Призрачный всадник"
![](/books_files/covers/thumbs_240/skandar-prizrachnyy-vsadnik-270528.jpg)
Автор книги: А. Стедман
Жанр: Книги про волшебников, Фэнтези
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава пятая
Цветочный холм
![](i_015.jpg)
Спустя пару недель с начала тренировок Скандар, Бобби и Митчелл полетели в столицу Острова, Четырёхточие, за покупками. Митчелл хотел заказать в «Главах Хаоса» книгу о поединках. Бобби были нужны новые щётки, потому что избалованную Ярость больше всего на свете заботил её внешний вид. А Скандару срочно требовались новые чёрные ботинки. Фло же отправилась на свою первую встречу Серебряного Круга, и для Бобби это было как красная тряпка для быка.
– Поверить не могу, что Фло будет заодно с председателем Дуриканом Мерзингом и его блестящими подельниками.
Скандар фыркнул:
– Дуриканом Мерзингом?
– У Фло вылупился Клинок. У неё нет выбора, кроме как стать членом Серебряного Круга, даже если председатель Мэннинг и распространяет о Скандаре всякие слухи, – разумно напомнил Митчелл, спешиваясь.
Они приземлились в конце длинной торговой улицы, где к кольцам на деревьях уже были привязаны несколько единорогов, и оставили Негодяя, Ярость и Ночь перекусить окровавленными кусками мяса, подвешенными к веткам.
– Разумеется, у неё был выбор! – возразила Бобби, когда они двинулись дальше по улице. – Она могла просто не пойти.
Митчелл помотал головой:
– Исходя из того, что я читал, если бы она отказалась посещать встречи, Серебряный Круг заставил бы её покинуть Гнездо.
– Её бы объявили кочевником?! – ужаснулся Скандар.
– Не совсем, – поморщился Митчелл. – Её бы вынудили поселиться на их базе, в Серебряной Крепости, и она бы училась там вплоть до пятого курса хищников.
Даже Бобби выглядела потрясённой:
– Она ничего такого не говорила!
– Но зачем? Зачем отправлять её в эту Крепость?! – возмущённо спросил Скандар.
– Серебряный Круг мотивирует это тем, что им необходимо тренировать молодых серебряных единорогов: вроде как без их присмотра они будут слишком опасны, чтобы свободно гулять по Острову.
– Что за чушь! – вскипел Скандар. – Дориан Мэннинг просто хочет её контролировать! – Его замутило от мысли, что Фло могут выдернуть из их квартета и запереть в Серебряной Крепости.
Митчелл кивнул:
– Я тоже так подумал.
– Пахнет подозрительнее сэндвича с рыбными палочками, – вскинула брови Бобби.
– Сэндвича с рыбными палочками? – переспросил Скандар, отвлёкшись. – Кто делает сэндвичи с…
– О чём и речь, – Митчелл вздохнул. – Порой вы, британцы, вводите меня в ступор.
– Ну, я лишь надеюсь, что с Фло всё хорошо, – сказал Скандар. – Я не доверяю Дориану Мэннингу.
– Я тоже не доверяю этому Хитриану Маклису, – серьёзно согласилась Бобби.
Какое-то время они шли молча. Скандар старался не обращать внимания на направленные на него взгляды островитян, варьирующиеся от неодобрительных до перепуганных. С другой стороны, разве стоило ожидать чего-то иного после того, как он применил элемент духа во время Церемонии сёдел? Он бы удивился, если бы до местных ещё не дошёл слух о том, как недавно он приманил дикого единорога на тренировочное поле. Чтобы не расстраиваться, он старался сосредоточиться на красотах города с его разномастными постройками на деревьях, такими же яркими и неповторимыми, как пятна краски на стволе внутри их дома.
По бокам улицы стояли магазины и лавки, и их витрины под покачивающимися на ветру золотыми знаками были полны удивительных товаров на самый предвзятый вкус единорога или наездника. Дома в Британии у Скандара никогда не хватало денег, чтобы ходить за покупками, но на Острове ему полагалась щедрая стипендия. Хотя он всё равно мало что покупал – только самое необходимое Негодяю, а остальное прятал в верхний карман рюкзака, на всякий случай. Не то чтобы он нуждался в каких-то вещах – но инструктор О’Салливан недавно сделала ему замечание из-за неприглядного вида его чёрных ботинок, а с ней никто не смел спорить.
– Смотрите сюда! – Митчелл выбежал из «Глав Хаоса» с утренним выпуском «Инкубаторского вестника» в руках и сунул его практически им под нос.
– Митчелл, – пророкотала Бобби, – либо ты уберёшь эту газету от моего лица, либо я врежу тебе прямо через неё, уж не обессудь.
Но Скандар уже погрузился в чтение.
ТРОЙНОЕ ДИКОЕ УБИЙСТВО!
Ещё два диких единорога найдены мёртвыми, увеличив общее число жертв до трёх. Председатель Серебряного Круга настаивает, что Ткач работает не одна.
– Теория Фло, что это была случайность, себя не оправдала, – пробормотала Бобби.
Теперь Скандару стало понятно, почему островитяне так на него смотрели.
– Идёмте, – позвал он, зашагав дальше. – Нужно возвращаться, мы же не хотим опоздать.
– Ты ещё не купил ботинки! – возразил Митчелл, перейдя на бег, чтобы его нагнать.
– И вряд ли сегодня куплю, – буркнул Скандар, проходя мимо «Бриллиантового ботинка», на двери которого в этот самый момент табличка «Открыто» перевернулась на «Закрыто».
![](i_016.jpg)
Скандара, Митчелла и Бобби пригласили провести выходные в зоне земли вместе с Фло и её семьей. После долгого полёта Негодяй, Ночь и Ярость плавно опустились на красивую квадратную площадь на вершине холма, окружённую домами на деревьях. Скандару ещё не приходилось бывать в зоне земли, но реальность превзошла все его ожидания, подпитываемые рассказами Фло. С высоты он любовался зелёными сельскохозяйственными угодьями, за которыми тянулись луга с пасущимися там козами. А ещё дальше были горы с чёрными провалами пещер и поражающими воображение каменными нагромождениями, напоминающими одновременно древних стражников, стоящих на посту посреди красочных полей, и гигантские кулаки, потрясавшие вслед пролетающим над ними единорогам, да так и застывшим навеки в этом движении. В отличие от зоны воды, представляющей собой равнину с затопленными пастбищами, ивами и лентами рек, здесь Скандар успел насчитать минимум одиннадцать холмов, как высоких и скалистых, так и покатых и заросших травой. Тень от раскинутых крыльев Негодяя скользила по их изумрудным выступам, вдалеке возвышалась фиолетовая громада гор со снежными вершинами, и у Скандара руки чесались всё это зарисовать.
Одиннадцатый, самый дальний от Четырёхточия холм назывался Цветочным – именно там жила семья Шекони, – и он в полной мере оправдывал своё название. Со всех сторон его окружали луга с полевыми цветами всевозможных оттенков, начиная от ярко-синих и заканчивая ржаво-оранжевыми.
– Фло уже здесь! Смотрите, вон Серебряный Клинок! – указала Бобби, когда они спешились.
– Этот запах! – воскликнул Митчелл.
– Ещё один дикий единорог?! – испуганно закрутил головой Скандар.
Митчелл поправил очки на носу:
– Э-эм… Я имел в виду цветы. Правда здорово пахнет?
– Хотя некоторые цветы действительно могут убить. Может, потопчешься на парочке, Скандар, – вдруг это спасёт Остров? Мистер Шекони наверняка оценит, – без улыбки пошутила Бобби.
Скандар смущённо поморщился и не сразу пошёл за Бобби и Митчеллом, направившимися к главному дому на площади. Он посмотрел на бесстрашного серебряного единорога Фло, обнюхивающего гигантские ромашки и сжигающего дотла те, что посмели слишком быстро колыхнуться на сентябрьском ветру. Клинок был не единственным единорогом на лугу, Скандар заметил ещё не меньше десятка, вытаптывающих несчастные цветы или преследующих мелкую живность в высокой траве. У одного было перевязано крыло, второй без конца чихал стихийными выбросами, третий был так густо окутан дымом, что постоянно врезался в других единорогов. Скандар было заволновался, почему они все нездоровы, пока не вспомнил, что мама Фло – целительница единорогов, а это, должно быть, её пациенты.
Скандар снял с Негодяя седло, чтобы он смог присоединиться к сородичам. При виде белой вышивки из символов всех пяти элементов на душе стало чуть легче. По крайней мере, «Сёдла Шекони» в него верят. Скандару по связи передавалось нетерпение Негодяя, усилившееся в разы, когда он увидел, как его лучшая подруга Очарование Красной Ночи галопирует вверх-вниз по склону, испепеляя цветы огнём из копыт. Но Скандар не хотел отпускать своего чёрного единорога: не потому, что боялся за него, – скорее он никак не мог набраться смелости и зайти в дом большой семьи Шекони.
Его ещё никогда не приглашали в гости на обед. И вообще в гости. Дома в Британии у него совсем не было друзей, не считая сестры, а они жили в одной комнате! А вдруг существуют некие негласные правила, о которых он не подозревает? Например, принести что-нибудь в качестве гостинца? Вдруг он сделает что-то не то и они больше никогда не заходят видеть его у себя?
Негодяй послал ему по связи ободряющий разряд, и Скандар, сделав глубокий вдох, достал из кармана пакетик с последним «желейным младенцем», присланный Кенной. Негодяй с жадностью подхватил лакомство с ладони Скандара и пихнул его в бок. Когда мальчик не сдвинулся, чёрный единорог ткнул рогом в носок его потёртого ботинка.
– Ай! – Скандар запрыгал на одной ноге. – Ладно, я пошёл. Ты победил!
Довольный собой, Негодяй фыркнул искрами и стрелой понёсся по лугу, оставляя после себя полосу мёртвых цветов.
Скандар поднялся к дому Шекони по широкой доске, похожей на подъёмный мост средневекового замка, только намного красивее: по обеим сторонам от неё росли цветущие лианы, сводящие на нет опасность случайно шагнуть за край. Доска упиралась в платформу, на которой теснились красочные горшки со странного вида растениями, отдалённо пахнущими как стихийная магия. Отсюда во все стороны тянулись верёвочные мостики, соединяющие главный дом с соседними. Фло упоминала, что ученики её родителей живут с ними – как будущие мастера сёдел, так и целители. Похоже, вся эта площадь принадлежит семье Шекони.
От этой мысли Скандар совсем заробел и нерешительно остановился у красного папоротника, пахнущего дымом. Как бы он хотел, чтобы Кенна сейчас была здесь! Её никогда не пугало знакомство с новыми людьми, для каждого у неё находилась улыбка, она задавала им интересные вопросы и рассказывала захватывающие байки. Но тут он вспомнил, что она не писала ему с самого летнего солнцестояния, и в груди заворочался комок из обиды и чувства вины. Ему до смерти хотелось с ней повидаться и обо всём поговорить с глазу на глаз. Она права: одного визита в год слишком мало…
Из приоткрытой входной двери донёсся встревоженный голос Фло:
– Пап, ты собираешься рассказать Нине?
Ей ответил мальчишеский голос:
– Ой, да ладно тебе, Фло, мне не нужна вся эта шумиха. Ещё не хватало, чтобы узнали мои родители. Они и так на ушах стоят из-за всей этой истории с духовным магом. А теперь это? Да они запишут меня в ученики барда быстрее, чем ты скажешь «истинная песня»!
Джейми?! Что он здесь делает? Скандар подошёл ближе к раскрашенной в цветы двери.
– Командующая должна об этом знать, как и Скандар, – твёрдо сказал Олу Шекони. И добавил с ноткой грусти: – Хотя у бедняги и без того проблем выше крыши… И вы так и не ответили на мой вопрос: это правда, что духовной магии его учит Палач?
Кто-то ойкнул.
– Прости-прости, я знаю, что щиплет. Мои стихийные травы всё-таки предназначены для единорогов, – раздался женский голос, по всей видимости, принадлежащий маме Фло.
– А они точно безопасны для людей? С ним всё будет в порядке? Вы раньше людей лечили? – Тон Митчелла колебался между командным и обеспокоенным.
– Да точно, спасибо за проявленный интерес, мистер Хендерсон. К счастью, людям в плане магии и жажды крови очень далеко до единорогов, но если ты продолжишь свои расспросы, жажды крови во мне однозначно станет больше.
Совершенно сбитый с толку, Скандар толкнул дверь и встал на пороге. Олу Шекони расхаживал вдоль ярко-жёлтого кухонного стола. Фло, Митчелл и Бобби сидели на длинной белой скамье рядом со столом, пока Эбб и Сара Шекони занимались юношей, бессильно развалившимся в кресле. Если бы Скандар не слышал его голос, он бы ни за что не узнал своего кузнеца. Всё его лицо было в красных волдырях и царапинах, оба глаза заплыли.
– Джейми! – ахнул Скандар. – Что с тобой случилось?!
– О чём я и говорил: он уже всполошился, – прохрипел Джейми, с трудом двигая разбитыми губами.
Олу рассказал за него, потому что Сара приказала своему пациенту не шевелиться, пока она смазывает его лицо странно пахнущими мазями.
Этим днём Джейми был один в кузнице, проверял крепость нового нагрудника для Негодяя, а остальные кузнецы отправились обедать в таверну на дереве.
– Просто я очень люблю свою работу, – вставил Джейми, и Сара на него шикнула.
В кузницу зашли мужчина и женщина, их лица скрывали капюшоны. Джейми пытался защититься деталями доспехов, но надолго их не хватило. Он звал на помощь, но никто не откликнулся. В итоге он потерял сознание, и в таком состоянии, лежащим на полу, его полчаса спустя нашёл Олу, пришедший спросить насчёт бронированных креплений на седло Негодяя.
– Но за что?! – в ужасе спросил Скандар.
Олу и Сара переглянулись, будто решая между собой, как ему ответить.
– Они сказали Джейми, что, если он не перестанет делать доспехи для духовного мага, они вернутся и завершат начатое, – с нескрываемым отвращением процедила Сара.
– Завершат начатое? – переспросил Митчелл. – Что это зна…
Ему ответил Джейми:
– По сути, если я останусь кузнецом Скандара, они меня убьют. Какие страсти, скажи?
От шока пламя в волосах Митчелла взвилось к потолку.
– Как ты можешь быть таким спокойным? – спросил Скандар Джейми. – Что нам теперь делать?
Олу остановился и положил руку ему на плечо:
– Насколько я могу судить, моя догадка оказалась верна: за всем этим стоят Дориан Мэннинг и Серебряный Круг. Он не скрывал, что не желает видеть духовного мага в Гнезде. А как проще всего этого добиться?
– Угрожать моим друзьям!
– Не совсем, – помотал головой Олу. – Объявить тебя кочевником. Давайте подумаем над всеми уже предпринятыми ими шагами. – Он начал загибать пальцы. – Они пытались заставить Джейми отказаться делать для тебя доспехи; они пытались помешать тебе получить седло; Дориан Мэннинг запугал всех освобождённых духовных магов, из-за чего на роль твоего инструктора, кроме Палача, никого не осталось; и он без конца рассказывает «Инкубаторскому вестнику» о неких «новых подозреваемых» в убийствах диких единорогов, будто бы у Ткача есть сообщник. Прибавьте к этому истинную песню – и конечно же, люди начнут от тебя отворачиваться…
– «Бриллиантовый ботинок» даже повесил на дверь «Закрыто», лишь бы Скандар этим утром к ним не зашёл, – добавила Бобби.
– Понимаете? – очень серьёзным тоном спросил Олу. – Конечно, Мэннинг с радостью бы тебя арестовал за эти убийства, но у него нет доказательств. Вместо этого он пытается помешать тебе тренироваться, чтобы в конце этого года обучения ты провалил турнир поединков. Твои однокурсники уже отказались из-за тебя от одной гонки. Это простейший способ вытурить тебя из Гнезда – и оставить без защиты, – не вызывая подозрений у Командующей, что это всё его рук дело.
Сара подняла глаза от распухшего лица Джейми:
– Именно поэтому нельзя поддаваться.
– Я не допущу, чтобы вы…
– Тебя никто не спрашивает. – Сара опустила губку. – Ну и что, что люди во власти не любят духовных магов? А кого они возненавидят следующими? Целителей? Мастеров сёдел? Наездников с огненными волосами? Кто дал Серебряному Кругу право выходить за рамки их полномочий? Во что превратится Остров, если мы не дадим им отпор?
– У тебя такая классная мама, – громко прошептала Бобби Фло. – Она не оставит от председателя Дряблые Мышцы и мокрого места.
Фло натянуто улыбнулась.
Скандар ещё никогда не видел, чтобы кто-то смотрел на другого человека с такой неистовой и безграничной любовью в глазах, как Олу на Сару. И невольно подумал, смотрел ли папа когда-нибудь так на Эрику Эверхарт.
– Ребята, давайте вы пока накроете на стол? Ужинать будем на площади.
Скандару дали стопку разноцветных тарелок, и он последовал за нагруженной столовыми приборами Бобби на улицу. Но на полпути к площади она уронила часть ноши и принялась шарить в траве. Обогнав её, Скандар услышал знакомое дыхание с присвистом – признак панической атаки.
Фло и Митчелл тоже заметили неладное, как и немедленно прискакавшая Соколиная Ярость, глаза которой от тревоги за свою наездницу то краснели, то снова чернели. У квартета успел выработаться определённый план действий на подобные случаи: Митчелл забрал у Бобби из рук оставшиеся вилки, Фло освободила Скандара от тарелок, и они тихонько удалились. Скандар же сел, скрестив ноги, рядом с Бобби и постарался не поморщиться, когда она стиснула его ладонь. Ярость встала перед ними как живой щит. Всё это очень напоминало ту первую паническую атаку, которую он застал год с лишним назад. Их причины не всегда были очевидны, по крайней мере Скандару, но достаточно уже того, что он мог поддержать Бобби в такие моменты.
Двадцать минут спустя Бобби полностью оправилась, и можно было подумать, что того удручающего разговора о Серебряном Круге никогда не было. Они все – семья Шекони, квартет, семеро юных целителей и будущих мастеров сёдел, и Джейми – расселись вокруг большого круглого стола, больше похожего на дерево, чем на предмет мебели. Вместо ножек у него были корявые корни, роль подлокотников играли ветви, столешницу покрывали круглые борозды, как на спиле ствола, и Скандар, забывший о смущении и неловкости, садясь между Джейми и Фло, случайно сбил коленом птичье гнездо.
– У тебя правда крутые волосы, – сказал Джейми Митчеллу. – Если бы я был наездником, я бы точно хотел стать огненным магом, как ты.
– Логично, – отозвался Митчелл. – Огонь и кузнецы вроде как созданы друг для друга. – Он залился краской, когда до него дошло, как это прозвучало, и затараторил, едва не проглатывая слова, что было на него не похоже: – Но моему папе мои волосы не нравятся, он говорит, они слишком вычурные. У него лишь одна прядь стала водяной, и я согласен, что это выглядит элегантнее. И ему не нравится, что Ночь вечно неопрятная и от неё плохо пахнет. Понимаешь, он хочет, чтобы я когда-нибудь стал Командующим. Теперь, когда я прошёл Тренировочное испытание, это его мечта.
– Но у Командующих каких только мутаций не было! – возразил Джейми. – А твоя определённо одна из лучших, которые я видел. Погоди, твой отец ведь водный маг? Тогда понятно, почему он не понимает.
Митчелл помрачнел:
– Почему он не понимает меня.
– А ты сам-то хочешь стать Командующим? – пристально посмотрел на него Джейми своими разномастными глазами – одним зелёным, а другим карим. С постепенно проявляющимися синяками на бледном лице он производил немного пугающее впечатление.
– А кто не хочет?
Джейми пожал плечами:
– Мои родители тоже так говорили о бардах.
Митчелл с удручённым видом принялся водить вилкой по тарелке.
Не став настаивать, Джейми вместо этого спросил:
– Ты читал новую книгу об эволюции доспехов?
– О да! С огромным удовольствием! – оживился Митчелл, обрадовавшись переходу к безопасной теме о книгах.
С другого конца стола прилетел возглас Бобби:
– Но ты должен знать, кто я такая!
Её собеседник, будущий целитель Амран, испуганно ответил:
– Конечно, я знаю. Ты Бобби Бруна, одна из друзей Скандара Смита.
– Нет! В смысле, да… – У Бобби было такое лицо, будто она едва сдерживается, чтобы не ткнуть в него вилкой. – Но я известна не этим! Я выиграла Тренировочное испытание! Я лучшая на нашем курсе, будущая Командующая…
Скандар повернулся к Фло, едва притронувшейся к еде:
– Как прошла встреча Серебряного Круга?
Фло наколола на вилку ломтик картошки.
– Не так ужасно, как могло быть. Из всех серебряных ко мне ближе всего по возрасту Рекс Мэннинг, он покинул Гнездо всего пару лет назад, и он дал мне несколько хороших советов, как контролировать Клинка. Рекс…
– Сын Дориана Мэннинга?! – изумился Скандар.
– Не говори о нём в таком тоне! – засмеялась Фло. – Вообще-то он очень даже милый. Признался, что раньше иногда прогуливал тренировки, потому что просто не мог больше выдерживать это ощущение неуёмной силы в кончиках пальцев. Было здорово услышать такое от человека, который по себе знает, что с серебряным единорогом не всегда просто и легко. – Она пожала плечами. – Встреча помогла мне понять, что я такая не одна. И Клинку, как мне кажется, очень понравилось в Крепости.
Но вскоре все за столом заспорили из-за убийств диких единорогов.
– Ну, мои родители говорят, что это точно Ткач. Сто процентов, – заявила Каролина, розовощёкая светловолосая ученица Олу. Эбб объяснил Скандару, что с Шекони живут те, кто пока на первом году обучения, то есть они совсем недавно безрезультатно пытались открыть дверь Инкубатора.
– Моя мама тоже так говорит, – согласился Амран. – Но ещё она говорит, что Ткачу наверняка помогают освобождённые духовные маги. – Его лицо виновато вытянулось. – Без обид, Скандар. Просто у моей мамы всегда было немного своеобразное мнение насчёт духовных магов.
Сара бросила на своего ученика раздражённый взгляд.
– Те дикие единороги умерли от физических ран. Смертельных ран. А значит, их убила не магия и уж точно не элемент духа.
– Но разве дикий единорог может умереть от ран? – покачал головой Олу. – Вся эта история очень дурно пахнет, вы так не считаете? Эти бессмертные создания всегда были здесь, и убивать их – это просто…
– …чистое зло, – решительно кивнул Скандар, вспомнив, как дикие единороги помогли ему победить Ткача.
– И не забывайте о предупреждении истинной песни, – нахмурился Эбб. – А вдруг за убийство диких единорогов действительно наступит какая-то расплата? Вдруг тот бард прав?
Взрослые усмехнулись.
– Я бы не стала так уж из-за этого переживать, – улыбнулась сыну Сара. – Командующая Кадзама правильно сказала, что под «местью» в песне имелось в виду что-то в переносном смысле – а иначе как ты себе это представляешь?
– Я считаю, что все истинные песни – это полная чепуха, – фыркнул Митчелл. – Ну, так говорит моя мама.
Мама Митчелла Рут Хендерсон работала библиотекарем в водной библиотеке Четырёхточия. Родители Митчелла разошлись, и, судя по его рассказам, мама была гораздо более приятным человеком, чем папа. Скандару всякий раз становилось грустно при мысли, что Митчелл выбрал седло Тейтинг, а не Нимро, только чтобы угодить Айре.
– Кто качает ногой под столом? – спросила Бобби. – Он аж весь сотрясается.
Скандар опустил взгляд на столешницу, но не смог ни на чём сосредоточить взгляд. Его стул тоже задрожал, затем и ветви деревьев над ними. Яблоки посыпались на землю, птицы сорвались с макушек облаками перьев, и Скандару по связи передался страх Негодяя, мешаясь с его собственным.
– ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЕ! – хором закричали Сара и Олу. – Все бегом от деревьев!
Скандар и Фло помчались со всех ног по цветущему склону к своим единорогам. Митчелл задержался, помогая раненому Джейми подняться. Бобби уже запрыгнула на Ярость и усадила сзади себя одного из учеников.
Земля продолжала ходить ходуном, когда Скандар добежал до Негодяя. Чёрный единорог не желал успокаиваться, его глаза то наливались кровью, то снова чернели. Он повернул голову, указав рогом в направлении дома Шекони. Митчелл и Джейми добрались до Ночи, которая, судя по поднимающемуся от её спины дыму, тоже была испугана. Серебряный Клинок заревел, глядя куда-то вдаль, Фло пыталась его утихомирить. Бобби и ученику пришлось спешиться, когда стальной масти единорог под ними истерично завизжал. Чуть дальше по склону вверх Сара безуспешно пыталась привести в чувство своих крылатых пациентов.
Раздался страшный треск. Один из ученических домиков на дереве сорвался, превратившись в разноцветную кучу сломанных досок.
Тряска стихла.
– Никто не ранен? – громко спросил Олу.
Сара пересчитала своих учеников, Олу – своих, после чего все собрались посреди практически вытоптанного луга.
Сара крепко обняла дочь:
– Слава богу, мы все были снаружи.
– И часто у вас тут бывают землетрясения? – поинтересовался Митчелл.
Скандар боялся услышать ответ.
– Иногда, – тихо сказал Олу. – Но такой силы – ещё никогда.
– Тот бард пел что-то насчёт землетрясений, помните? – спросила Бобби, озвучив мысли Скандара.
Фло посмотрела на родителей:
– Вы же не думаете, что песня об этом? Что это Остров мстит?
– Сегодня утром нашли ещё двух убитых диких единорогов, – пробормотал Джейми.
– Я думаю, это просто совпадение, – отрезал Митчелл.
– Я думал, ты не веришь в совпадения, – отбил Скандар.
– Ну… – Сара ещё раз стиснула Фло в объятиях и жестом позвала всех следовать за ней назад на вершину Цветочного холма. – Даже если это и была месть Острова за смерть диких единорогов, меня она не сильно впечатлила. Мы все целы, а восстановить дом ничего не стоит. Если это всё, на что способен Остров, думаю, мы все можем с облегчением выдохнуть.
Но Скандар подозревал, что она лишь изображала невозмутимость, да и его сердце, пустившееся в испуганный галоп с начала землетрясения, никак не хотело униматься. А если песня барда на самом деле была пророческой? И если Остров и правда будет мстить за смерть диких единорогов? Может, именно этого и добивается Ткач?
![](i_017.jpg)
После посещения Цветочного холма Скандар внимательно читал каждый выпуск «Инкубаторского вестника», выискивая любые намёки на другие странности, которые могли иметь отношение к истинной песне. Когда Скандар указал на заметки о наводнении в зоне воды и о вышедшем из-под контроля лесном пожаре в зоне огня, Митчелл заявил, что тот занимается ерундой: «Это зона воды, там постоянно случаются наводнения!» и «Обрати внимание на название зоны, Скандар! Пожары там – обычное дело!». Но Скандар всё равно беспокоился. Если это Ткач убивает диких единорогов, в этом есть и его вина. В конце концов, она его мама. И ему необходимо знать, что она замышляет.
Затем в один из последних дней сентября Скандару даже не пришлось листать газету в поисках заметок о новых смертях или бедствиях, потому что прямо на передовице был огромный заголовок:
УЖЕ ВОСЕМЬ:
ЧИСЛО УБИТЫХ ДИКИХ ЕДИНОРОГОВ
ПРИБЛИЖАЕТСЯ КО ВТОРОМУ ДЕСЯТКУ!
«Восемь?!»
Чтобы отвлечься, Скандар на пути к стойлам свернул к почтовым деревьям. Пять стволов – по одному на каждый курс: для слепышей, пискунов, слёток, молодняка и хищников – были утыканы металлическими капсулами, играющими роль почтовых ящиков наездников. Он достал из дерева пискунов свою наполовину синюю, наполовину золотую капсулу и раскрутил её, готовый к очередному разочарованию. Но внутри оказалось письмо, и Скандар воспрянул духом. Кенна ему написала! Наконец-то! Но вскрыв конверт, из которого выпал пакетик «желейных младенцев» для Негодяя, он плюхнулся на землю, поняв, что письмо не от сестры.
Дорогой Скандар,
Это папа. Надеюсь, у тебя и у Негодяя всё хорошо. До сих пор поверить не могу, как здорово вы показали себя во время тренировочного испытания. Кенна какое-то время не будет писать – визит на остров сильно на ней сказался, и сейчас она пытается разобраться в себе. Она ужасно по тебе скучает, но думает, что перерыв в переписке поможет ей быстрее забыть о единорогах. Поэтому какое-то время тебе придётся терпеть мою писанину! Как у тебя дела? Чьё седло ты получил?
Жду ответа,
Папа
У Скандара земля ушла из-под ног. Желудок так скрутило, что он испугался, как бы его не стошнило. Кенна больше не будет ему писать. Часто моргая, чтобы не дать слезам пролиться, он, едва отдавая себе отчёт, что делает, вернул капсулу на место. Он и не знал, как ему важно услышать её голос – даже в письме, – пока его не лишили такой возможности. А что, если она так и будет несчастна? А вдруг она больше никогда не захочет с ним общаться?
Он снова и снова перечитывал письмо, готовя Негодяя ко сну. Чёрному единорогу категорически это не нравилось, и он не оставлял попыток перетянуть внимание своего наездника на себя – даже один раз выхватил лист из его рук кончиками зубов. А когда Скандар достал письмо из кармана в третий раз, Негодяй взревел и пахнул на него холодом.
– Эй! Ох, прости! – Скандар погладил Негодяя по чёрной шкуре и поднял письмо с соломы. – Прости, что тебя игнорирую.
Единорог возмущённо фыркнул искрами, но затем, внимательно посмотрев на Скандара, ласково махнул ему по спине крылом. Негодяй знал. Он всегда знал.
Этой ночью все в их доме на дереве легли поздно. Митчелл, Фло и Бобби в первый раз отправились в логова своих стихий – надев в честь этого куртки цвета своего элемента – и вернулись глубоко затемно и тихо, явно не желая бередить душевные раны Скандара, которому запретили посещать Колодец. Его сердце благодарно сжалось, когда они начали обсуждать завтрашнюю тренировку, вместо того чтобы делиться впечатлениями.
Скандар улыбнулся:
– Ну вы бы хоть рассказали, что такого я пропускаю.
– Мы думали, ты не захочешь слышать о наших логовах, – деликатно ответила Фло, проводя рукой по нарисованному ею на стене растению.
– Если честно, – вздохнул Скандар, – я не прочь отвлечься. – Он рассказал им о нежелании Кенны ему писать.
Бобби попыталась его взбодрить:
– Я бы на твоём месте не переживала: моя младшая сестра никогда мне не пишет. У неё все мысли только о том, чтобы быть первой в рейтинге на инкубаторских уроках. Её оценки даже лучше моих – можете в такое поверить?
– Э-эм… Бобби, – удивилась Фло, – ты никогда и словом не упоминала, что у тебя есть сестра.
– Никогда, – подтвердил Митчелл.
Бобби пожала плечами:
– Она младшая, а потому любимица всей семьи. Родители считают её сущим ангелом. Всю мою жизнь они мне твердили: «Бобби, ты старшая, ты должна вести себя соответствующе», «Бобби, мы ожидали от тебя большего» и «Бобби, ну почему ты не можешь быть как твоя младшая сестра?». По правде говоря, я так рада наконец от всего этого отдохнуть. Хотя бы пару лет, потому что, зная её, она будет стоять первой в очереди перед дверью Инкубатора, когда настанет её черёд.
– Почему ты нам об этом не рассказывала, Бобби? Мы бы тебя поддержали, – расстроилась Фло.
Бобби пожала плечами:
– Вы не спрашивали.
Повисло неловкое молчание, и Скандар решил сменить тему:
– Ну ладно, выкладывайте: что у вас за логова? Во всех деталях, пожалуйста!
Все трое просияли.
– В Шахте есть три маленькие пещеры с созвездиями, выложенными тысячами бриллиантов! Можно устроиться в одной с книжкой и представлять, будто ты под звёздным небом, – мечтательно выдохнула Фло.
– Я, конечно, читал про светляков Печи, собирающихся в разные фигуры, но они действительно могут изобразить всё, что у них ни попросишь, Скандар! Кажется, я в жизни не видел ничего круче, – и Митчелл поправил на футболке золотой значок с символом огня словно в приступе особой гордости за свой элемент.
Глаза Бобби искрили, как жёлтая стена у неё за спиной.
– В Улье часть пола выложена электрифицированными плитами, которые взрываются разными цветами, когда по ним танцуешь!
– Звучит жутко! – испугалась Фло.
Бобби пожала плечами:
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?