Текст книги "Религия и политика"
![](/books_files/covers/thumbs_240/religiya-i-politika-153389.jpg)
Автор книги: Абдул Нуруллаев
Жанр: Религия: прочее, Религия
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
1. Что понимается под исламским фактором?
2. Какой смысл вкладывается в понятие «панисламизм»?
3. В чем сущность исламского фундаментализма?
4. Что представляет собой Всемирная исламская лига (Лига исламского мира)? Каково ее отношение к международному терроризму?
5. Что представляет собой Организация Исламская конференция? Каково отношение к ней России и других постсоветских государств?
6. Дайте характеристику ваххабизма.
7. Что понимать под исламским миром?
8. Как исламский мир относится к проблемам, связанным с глобализацией?
9. Каково отношение мусульманских стран к международному терроризму?
10. Охарактеризуйте сущность учения о джихаде.
1. Гайнутдин Р. Ислам против терроризма // Азия и Африка сегодня, 2005, № 6, 7.
2. Борисов А.Б. Арабский мир: прошлое и настоящее. – ИВ РАН, 2002.
3. Жданов Н.В. Исламская концепция миропорядка. – М., – 2003.
4. Ислам и политика. – М., 2001.
5. Исламский фактор в международных отношениях в Азии (70-е и первая половина 80-х годов). – М., 1987.
6. Малышева Д. Ислам в современном мире // Новый мир. 2002. № 2.
7. Мамаев Ш. Современная концепция джихада // Эксперт, 2001, № 34.
8. Нуруллаев А.А. Исламский мир: ответы на вызовы глобализации // Материалы серии семинаров «Средний Восток и Центральная Азия: проблемы и перспективы в XXI веке». – М.: ИСАА МГУ. 2003.
9. Попов В.И. Исламский мир и Россия – движение навстречу // Азия и Африка сегодня, 2005, № 2.
10. Сычев В.Ф. США и мусульманский мир (религия и политические амбиции сторон вчера и сегодня. Изд. 2, перераб. и доп. – М., 2005.
Глава 5. Религиозный фактор в этнонациональных процессах
Религия и этнос, религия и нация, национальные движения под религиозными знаменами, религиозный фактор в межнациональных отношениях – эти проблемы давно привлекают внимание научной общественности. Однако на протяжении десятилетий в нашей стране главной целью изучения религии в отмеченных взаимосвязях было выявление негатива, поиск аргументов, способствующих обоснованию заданного тезиса о реакционном характере ее воздействия на национальные процессы. Отсюда односторонний характер многих выводов.
В постсоветский период наблюдается крен в противоположном направлении. В печатных и устных выступлениях религиозных деятелей, политиков, части ученых утверждается, что все религии зовут только к миру и дружбе, что религиозное возрождение несет с собой умиротворение, преодоление социальных, межконфессиональных и межнациональных противоречий и конфликтов.
Между тем, воздействие религии и ее институтов на этнонациональные процессы далеко неоднозначно.
5.1. Определение основных понятий.Прежде чем приступить к анализу особенностей влияния религии на различные стороны национальных процессов, необходимо рассмотреть вопрос о понятиях, в которых они выражаются, о терминологии, используемой для характеристики форм и способов взаимодействии религии и нации. Это сделать тем более необходимо, так как названные понятия и термины не получили общепринятых определений в литературе.
Начнем с понятия «религиозный фактор». Слово «фактор» происходит от латинского «factor» (делающий, производящий) и означает причину, существенное обстоятельство в каком-либо процессе, явлении. Религиозный фактор есть специфическое обозначение функционирования религии и ее институтов в системе социальных, экономических, политических, национальных и других отношений; все что относится к религии и ее институтам как субъекту деятельности в разных сферах общественной жизни. В посттоталитарный период, в условиях формирования демократического гражданского общества действует тенденция усиления влияния религиозного фактора на различные стороны жизни общества.
Что касается понятия «нация», то на протяжении десятилетий в советской науке доминирующим было определение, данное И.В. Сталиным. Он характеризовал нацию как исторически сложившуюся устойчивую общность людей, возникшую на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности специфических особенностей культуры.
Это определение было неполным. В частности, оно не учитывало того, что таким общностям присуще самосознание. Положение осложняло утверждение ее автора, что отсутствие хотя бы одного из перечисленных признаков у той или иной общности не позволяет причислять ее к нациям.
Если попытаться учесть те предложения, которые вносились в ходе дискуссий по вопросу о понятии «нация», то можно дать следующее определение. Нация представляет собой исторически сложившуюся этносоциальную общность людей, которой свойственна общность территории, экономической жизни, литературного языка, этнических особенностей культуры и характера, а также общность самосознания.
В работах некоторых этнологов высказывается предложение отказаться от понятия нации как социально-этнической и культурно-исторической общности и понимать под нею согражданство, уравнивающее нацию с государством, как это делают многие западные ученые, описывая опыт своих стран. В соответствии с такими соображениями в состав той или иной нации включаются все граждане государства, независимо от их национальности. «Все, кто участвует в социально-экономической и культурной жизни государства и лоялен этому государству как своей родине, составляют нацию казахстанцев, – пишет, например, В.А. Тишков. – В культурном отношении облик этой нации носит сложный характер, как и у всех других крупных наций мира, будь это индийская, британская, испанская или российская».[72]72
Тишков В. Евразийский Союз как путь нового симбиоза. // Независимая газета. – 1994. – 8 апреля.
[Закрыть]
Таким образом, членами (пока еще не сформировавшейся) российской нации нужно будет признать русских, татар, башкир, чеченцев, ингушей, якутов, чувашей, лезгин и т. д., т. е. сыновей и дочерей десятков народов, имеющих различные языки, культуру, национальный характер.
Такой подход не только не согласуется с Конституцией Российской Федерацией, которая начинается словами «Мы, многонациональный народ России…», но и может инициировать возникновение множества вопросов и трудноразрешимых проблем. Во-первых, какую реакцию вызовут у народов, населяющих нашу страну и имеющих многовековую историю, предложения сливаться в одну нацию уже с сегодня – на завтра, отказавшись от этнонациональной идентичности, тем более, если из подобных соображений некоторыми учеными и политиками делается вывод о необходимости ускоренными темпами ликвидировать национально-государственные образования и осуществить «губернизацию» России?
Во-вторых, захотят ли более 20 миллионов русских, оказавшихся в результате беловежских решений «за границей» быть зачисленными в состав эстонской, латвийской, азербайджанской, таджикской, молдавской, узбекской, казахской и других наций?
В-третьих, если одним из важнейших признаков принадлежности к нации в упомянутом выше смысле является лояльность государству, то как быть с теми группами населения, которые раньше были лояльны государству, а через какое то время перестали быть таковыми, как, скажем, юго-осетины в Грузии? Получается, что они раньше входили в грузинскую нацию, а теперь вышли из нее. А как быть с абхазами в той же Грузии?
И это отнюдь не единственные вопросы и проблемы, возникающие в связи с политическим толкованием понятия «нация».
Мы уже видели, что без национального самосознания нация не может существовать. Но что понимается под национальным самосознанием? На этот вопрос следующим образом отвечал один из виднейших российских этнологов академик Ю.В. Бромлей. «под ним разумеется, – писал он, – весь комплекс представлений национальности о самой себе (в том числе о принадлежности к ней), ее осознанных интересов, ценностных ориентаций и установок по отношению к другим национальностям. Эмоциональную сторону национального самосознания составляют национальные чувства».[73]73
Бромлей Ю.В. Национальные процессы в СССР: в поисках новых подходов. – М. – 1988. – С. 57.
[Закрыть]
С понятием «нация» тесно связано понятие «этнос». Оно определяется как исторически сложившаяся на определенной территории совокупность людей, обладающих общими, относительно стабильными особенностями культуры (в том числе языка) и психики, а также сознания своего единства и отличия от других таких же образований, т. е. самосознанием.[74]74
См. Бромлей Ю., Подольный Р. Человечество – это народы. – М. – 1990. – С. 32.
[Закрыть]
Как видим, понятие «этнос» шире, чем понятие «нация» и неудивительно поэтому, что исследователи, говоря об «этносе», нередко подчеркивают, что этим понятием объединяются понятия «племя», «народность» и «нация».
Не соглашаясь с попытками отрицать сам факт существования нации как социально-этнической общности и использовать термин «нация» лишь в этатистском значении (нация-государство), а также желая способствовать стыковке этнической и национальной терминологии, академик Ю.В. Бромлей предложил термин «этнонациональный». Этот термин подчеркивает, что речь идет о национальном в этническом, а не в этатистском значении слова. И этот термин широко вошел в научный обиход.
Следовательно, возможно понимание нации как этносоциальной общности и как политической общности (нация-государство, нация-гражданство). Соответственно и национализм может проявляться как этнонационализм и как государственный национализм. В данной главе понятие «нация» используется в смысле этнонациональной общности. Тем более, что в России политическая нация еще только формируется.
Как подчеркивает Р.Г. Абдулатипов «этнонация – наиболее естественная база предистории, более того, живая ткань формирования нации – государства, политической нации».[75]75
Абдулатипов Р.Г. Этнополитология – СПб., 2004. С. 29.
[Закрыть] А в другой своей работе, он научно обосновывает тезис: «Создание российской нации: проект для XXI века».[76]76
Абдулатипов Р.Г. Российская нация (этнонациональная и гражданская идентичность России и в современных условиях. – М., 2005. С. 315 и последующие.
[Закрыть]
Для большей ясности необходимо коснуться и вопроса о понимании термина «национализм», часто однозначно квалифицируемого как явление исключительно негативное. Между тем и в отечественной и в зарубежной литературе есть различный подход к его толкованию. Приведем высказывания двух известных русских мыслителей на этот счет. Н.А. Бердяев писал: «Национализм идолопоклонически превращает национальность в верховную и абсолютную ценность, которой подчиняется вся жизнь…. Национализм враждебен религии, потому что и ее подчиняет своим целям».[77]77
Бердяев Н.А. Философия свободного духа. – М., 1994, с. 347.
[Закрыть]
Иначе подходил к оценке национализма другой русский философ И.А. Ильин. Национализм не отгораживает нас от других народов, писал он, напротив, он «открывает человеку глаза и на национальное своеобразие других народов; он учит не презирать другие народы, а чтить их духовные достижения и их национальные чувства…». И.А. Ильин усматривал тесную связь национализма с религиозной идеей. «Христианский национализм измеряет жизнь своего народа и достоинство своего народа религиозным мерилом: идеею Бога и Христа, Сына Божия», – писал он. И как вывод из приведенных суждений звучит его призыв – рекомендация: «… национализм подлежит не осуждению, а радостному и творческому приятию».[78]78
Ильин И.А. Основы христианской культуры // Собр. Соч.: в 10 т. – М, 1993, – Т. 1. С. 326–328.
[Закрыть]
Учитывая изложенное, в данной работе понятие «национализм» используется без придания ему оценочного смысла.
Своеобразной попыткой выработки консенсусного варианта определения национализма, по своему учитывающего особенности различных подходов, можно считать дефиницию, предложенную В.А. Тишковым. “«Мы определяем постсоветский национализм (точнее-этнонационализм) как доктрину и политическую практику, основанную на понимании нации как формы этнической общности, обладающей членством на базе глубоких исторических и других объективных характеристик. И проистекающем из этого коллективного членства праве обладания государственностью, включая его институты, ресурсы и культурную систему».[79]79
Тишков В.А. Концептуальная эволюция национальной политики в России // Национальная политика в России. – М., 1997. С. 639.
[Закрыть] Он может быть гегемонистским и периферийным, считает ученый, и в последнем варианте в своих неэкстремистских формах в России играет позитивную роль, содействуя децентрализации власти и сохранению культурной отличительности. Будучи антиподом основанного на правах человека гражданского общества, в настоящее время этнонационализм компенсирует недостаток демократии и общегражданской лояльности.[80]80
Тишков В.А. Концептуальная эволюция национальной политики в России // Национальная политика в России. – М., 1997. С. 642.
[Закрыть]
Теперь о понятиях «межнациональные отношения» и «этнонациональные процессы». Межнациональные отношения – это различного рода связи и взаимодействия между двумя или многими национальными общностями в самых разных областях общественной жизни: экономической, политической, идеологической и культурной. Они протекают как на личностном, так и на институциональном уровнях (взаимоотношения трудовых коллективов, общественных организаций, конфессиональных объединений, государственных учреждений и т. д.). И могут носить дружественный, нейтральный и конфликтный характер.
Понятия «национальные процессы» шире понятия «межнациональные отношения». Оно охватывает не только отношения между нациями и различными составляющими этих общностей, но также внутреннее их развитие. Начиная с формирования этнонациональных общностей.
Длительное время в межнациональных отношениях (особенно в конфликтной их форме) многие авторы усматривали главным образом проявление лишь нерешенности экономических или политических проблем. В результате складывалось впечатление, что достаточно будет решить эти проблемы и межнациональных конфликтов не станет.
Весьма интересным и перспективным представляется предложение К.Н. Хабибуллина и Н.Г. Скворцова рассматривать самые различные формы межнациональных отношений как взаимодействие культур. Ход их рассуждений таков, любое человеческое сообщество представляет собой особую, уникальную культуру. А она охватывает как сферу производства и жизнеобеспечения, так и познавательную и соционормативную сферы, включая способы производства и навыки, направленные на удовлетворение материальных потребностей общества, функционирование многочисленных социальных институтов, совокупность обычаев, традиций, верований, систем ценностей, символов, стереотипов, правил и норм повседневного поведения и т. д.
Всякая культура национальна, этнична. Воплощением в себе своей собственной культуры один народ, одна нация и отличается от другого народа, другой нации. Человек, как правило, относит себя к той национальности в культуре которой он сформировался и носителем которой является. Межнациональные взаимодействия – это и есть контакты различных культур.[81]81
См. Хабибуллин К.Н., Скворцов Н.Г. Испытания национального самосознания. – СПб. – 1994. С. 70.
[Закрыть]
Такой методологический подход предпочтителен, помимо прочего, еще и потому, что позволяет более четко выявить и роль религии, как важнейшего элемента культуры, в этнонациональных процессах.
5.2. Религия и национальная психология.Религия играла важную роль в формировании и развитии различных этнонациональных общностей, их самосознания, в передаче этнокультурной информации от поколения к поколению. В сложные периоды жизни этносов она становилась средством сохранения их культурной самобытности, действенным фактором борьбы за национальную независимость. В свою очередь религия испытывала на себе влияние этнической психологии, исповедующих ее народов. Вероучение, религиозные традиции и культовая практика проходили своеобразную «этнизацию», приводившую подчас к возникновению новых вероисповеданий, которые обслуживали соответствующие этносы.
Что из себя представляет этническая общность (этнос) в самых общих чертах мы рассмотрели. Теперь необходимо коснуться проблем этнической (национальной) психологии.
Исследователи приходят к выводу, что этническая психология имеет сложную двухуровневую систему. Первый уровень составляют чувства, настроения, переживания, эмоциональное состояние сознания; второй – элементы психического склада, связанные с преемственностью и выступающие как феномены массового, народного опыта деятельности, общения внутри и вовне и воздействия природно-экологических условий существования. Второй уровень проявляется как характерное поведение, национальные традиции, обычаи, привычки, которые лежат в основе установок, ценностных ориентаций, Этот уровень составляет основу народной нравственности, через которую осуществляется история нации, духовность в ее преемственном развитии.[82]82
См. Бороноев А.О. Основы этнической психологии. Учебное пособие. – СПб. – 1991. – С. 45.
[Закрыть]
Этнонациональное самосознание, как форма проявления духовно-психологического облика национальной общности, включает в себя идеалы, взгляды, представления, мысли и чувства, связанные с важнейшими сторонами жизни и общения этой общности.
Влияние религии на формирование этноса, его психологию и обратное воздействие этнической общности, ее культуры на развитие религии, результатом чего явилось формирование новой конфессии можно видеть на примере принятия христианства в его византийской форме Русью. Новая религия способствовала ускорению консолидации русской народности и образованию централизованного феодального государства.
В отличие от католицизма, принятое Русью православие разрешало использование местного (в данном случае, славянского) языка во время богослужений и перевод Священного писания на этот язык с применением особой письменности. В результате гораздо раньше, чем в западных странах, здесь получили распространение письменность, литература и право на своем языке.
Психология консолидирующейся этнической общности испытала сильное влияние новой религии. «Душа русского народа была формирована православной церковью»[83]83
Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. – М. – 1990. – С. 8.
[Закрыть], – писал Н.А. Бердяев. Вместе с тем и религия, обслуживавшая этнос вобрала в себя многое из древних верований, культовой практики, традиций местного населения. «Элемент природно-языческий вошел и в русское христианство», «произошла острая национализация церкви»[84]84
Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. – М. – 1990. – Сс. 8, 10.
[Закрыть] подчеркивал великий русский философ.
Влияние религии на национальное самосознание весьма характерно не только для прошлого, когда многие русские на вопрос о их национальности, отвечали, что они православные, а узбеки, таджики, татары или башкиры отвечая на аналогичный вопрос, говорили, что они мусульмане. Еще и сегодня широко распространены стереотипы типа «русский-православный», «татарин-мусульманин», «бурят-буддист» и т. д.
Насколько глубоко укоренились такие представления в массовом сознании можно судить по следующему факту. В ходе социологического опросов, проводимых в стране значительная часть респондентов, не включивших себя в число верующих в Бога, назывались последователями различных вероисповедных сообществ: православного, мусульманского, буддийского. Это свидетельствует о сохранении в сознании значительной части населения национальной и конфессиональной самоидентификации неразделенными.
Весьма примечателен и такой факт. В своем выступлении на сессии Ассамблеи народов Казахстана, состоявшейся в Алма-Ате 24 марта 1995 года, президент республики Нурсултан Назарбаев заявил, что 60 % населения страны относят себя к мусульманам. Иначе говоря, речь шла о всех казахах, узбеках, киргизах, татарах и других представителях тех народов, которые исторически были связаны с исламом, независимо от их отношения к религии.[85]85
См. Назарбаев И. Страны и народы вернутся на путь интеграции // Независимая газета. – 1995. – 12 апреля. – С. 3.
[Закрыть]
Стремясь способствовать прогрессу своей нации, люди обращаются к «национальной религии», рассматривая ее и как связь с прошлым, и как утверждение своей этнической самобытности, и как важный фактор нравственного возрождения этноса. Следовательно влияние религии на формирование этнонациональной психологии будет возрастать, хотя и сейчас оно достаточно высоко. В свою очередь нормативные элементы национальной психологии – народные традиции, обычаи, привычки, – многие из которых либо были привнесены религией, либо тесно связаны с ней, оказывают сильное воздействие на становление личности членов этнонациональной общности.
Некоторые ученые полагают, что национальное самосознание отражает бытие «через адекватное и объективное видение» «интересов и потребностей социального субъекта».[86]86
См. Мухамметбердиев О.Б. Национальное самосознание народов Средней Азии на современном этапе развития. Автореферат диссертации доктора социологических наук. – М. – 1992. – С. 23.
[Закрыть] Но такая постановка вопроса исключает возможность неадекватного отражения национальным самосознанием интересов и потребностей этнонациональной общности. Между тем истории, в том числе и относительно недавней, известны многочисленные примеры, когда национальное самосознание воспринимало ложные интересы за подлинные национальные интересы (к примеру, национальное сознание германской нации в период правления страной А. Гитлером).
Национальному самосознанию на определенных этапах развития нации могут быть присущи разные виды негативных явлений: а) национальное (этническое) предубеждение; б) стремление обеспечить своей нации (этносу) привилегии за счет других (нациоэгоизм или этноэгоизм); в) враждебное отношение к другим национальным (этническим) общностям (нациофобизм).[87]87
См. Бромлей Ю.В. Национальные процессы в СССР: в поисках новых подходов. Сс. 163-164.
[Закрыть] Поэтому насущной является задача позитивного воздействия на этнонациональное самосознание. Формирование интернационалистски ориентированного национального (этнического) самосознания в новых поколениях через школу, средства массовой информации.
Необходимо воспитание у людей национального достоинства исключающего возможность ущемлять права представителей других народов; формирование уважительного отношения к иным культурным традициям и религиозным верованиям.
Религиозные организации также имеют большие возможности влиять на формирование национального самосознания в сторону его гуманизации. Распространение идей конфессиональной и национальной толерантности, уважительного отношения к людям иной культуры, организация постоянного межвероисповедного диалога могут сослужить добрую службу на пути межэтнической интеграции, усиления чувства общности у граждан России.
На протяжении столетий храмовая проповедь способствовала взращиванию патриотических чувств у россиян. Если самоидентификация себя с великой державой глубоко укоренилась в сознании не только русских, но и татар, и башкир, и чувашей, и мордвинов, и кабардинцев и граждан многих других национальностей, то в этом немалая заслуга религиозных организаций. Проповедь превращения России в великую процветающую державу и в дальнейшем может служить эффективным интегрирующим фактором.
Разъяснение верующим массам идеи всечеловеческого единства, а она, как известно, сформулирована и в Библии, и в Коране, если ее не связывать с утверждениями о «единственной истинности» лишь одной религии, к которой должно прийти все человечество, может благоприятствовать отказу от религиозной нетерпимости, преодолению национального эгоизма и переходу к общечеловеческому мышлению, к этике взаимопонимания и сотрудничества.
Этнонациональная психология, национальное самосознание, всегда, а в переломные периоды истории – в особенности, являются ареной острой борьбы. Различные политические силы, стремясь повести за собой широкие массы представителей той или иной национальности готовы играть на национальных чувствах людей, выпячивать застарелые, многовековой давности, обиды. Наличие «белых пятен» в истории народов нашей страны, упрощенная или искаженная трактовка событий, имеющаяся в литературе и выступлениях иных государственных и общественных деятелей, создают благоприятные возможности для таких политических спекуляций.
В тоже время, в условиях бурного роста национального самосознания, активизации религиозных чувств, резко обостряется восприятие любых критических выступлений, затрагивающих прошлое и настоящее этноконфессиональных общностей. В прежние эпохи религиозные меньшинства вынуждены были мириться с подобными явлениями. В условиях же демократизации общественной жизни и прихода в ряды конфессиональных общин больших групп людей с высшим образованием, специалистов различных отраслей знаний, у них появилась возможность не только внимать таким выступлениям, но и реагировать на них, выражая свою позицию. И они пользуются такой возможностью.
Вне поля зрения конфессиональных учреждений религиозных меньшинств не остаются не только суждения ученых, затрагивающие национальные и конфессиональные проблемы. Своеобразной экспертизе подвергаются и государственные решения. В этом отношении весьма показательно Заявление Совета муфтиев России от 30 марта 2001 года «О сохранении и укреплении национального единства в Российской Федерации».[88]88
Заявление Совета муфтиев России «О сохранении и укреплении национального единства в Российской Федерации» // Мусульманская газета. 2001 г. № 7. С. 10.
[Закрыть] В нем выражается озабаоченность тем, что в ряде официальных документов и учебных пособий история Российской Федерации преподносится как история Московского княжества, победы которого над другими княжествами и ханствами в борьбе за власть в одной стране трактуются как победы над внешним врагом. В образе врага предстают при этом народы, исконно проживающие на территории страны.
В качестве примера берется включение в число государственных праздников сражение на поле Куликовом, которое официально именуется «победой русских воинов над монголо-татарами». «уже одно наименование этого события противопоставляет друг другу народы нашей страны» – сказано в Заявлении. – Хотя это сражение не имеет ни межгосударственного, ни межнационального значения, – говорится далее в документе, – ибо на стороне князя Димитрия были татарские воины, лояльные Тохтамышу, от которого он имел ярлык на княжение в Москве. А на стороне Мамая сражались воины двух русских князей, а также литовцы. В заключительной части документа содержится следующий вывод: «Только подчеркнутое уважение государства к каждому народу, исконно проживающему на территории Российской Федерации, к его истории, культуре и религии, способно скрепить общественные связи единого целого и реально обеспечить национальное единство нашей общей Родины. Со своей стороны, Совет муфтиев России готов оказывать всестороннее содействие в этом всем государственным, общественным, национально-культурным и религиозным организациям».
Поставленная проблема, думается, заслуживает внимания. Очевидной является необходимость правдивого раскрытия исторического прошлого всех народов страны, объективное освещение их совместного участия в становлении, развитии и защите российской цивилизации. Такой подход не только будет способствовать формированию цивилизованного исторического сознания, но и явится серьезным вкладом в дело гармонизации этноконфессиональных отношений.
Очень важно также глубокое изучение особенностей формирования у людей национального самосознания и межнациональных установок, вопросов межкультурного и межконфессионального общения.
Игнорирование мощного мобилизационного потенциала, которым располагают религии, слабое или крайне плохое знание этнической психологии, путей и методов формирования общественного мнения, характерное для многих политиков регионального и даже федерального масштаба приводит к принятию неверных решений в сфере государственно-конфессиональных отношений, которые крайне отрицательно сказываются на этнонациональных контактах, способствуя обострению межэтнических противоречий.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?