Текст книги "Эркюль Пуаро и Путаница в Гриншоре"
![](/books_files/covers/thumbs_240/erkyul-puaro-i-putanica-v-grinshore-86747.jpg)
Автор книги: Агата Кристи
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]
Эркюль Пуаро и Путаница в Гриншоре
Глава 1
На телефонный звонок ответила мисс Лемон, энергичная секретарша Эркюля Пуаро.
Отложив свой блокнот для стенографирования, она подняла трубку и произнесла спокойным голосом:
– Трафальгар, восемьдесят один тридцать семь.
Откинувшись в своем кресле с прямой спинкой, Эркюль Пуаро прикрыл глаза. Его пальцы выбивали негромкий задумчивый ритм на краю стола. В мыслях он все еще продолжал шлифовать и так уже безупречный абзац письма, которое диктовал.
Прикрыв мембрану рукой, мисс Лемон спросила тихим голосом:
– Личный звонок из Лэптона, Девоншир. Будете говорить?
Пуаро поморщился – название городка ничего ему не говорило.
– А кто звонит? – осторожно поинтересовался он.
Мисс Лемон заговорила в трубку.
– Ар-рида? – переспросила она с сомнением. – А как, вы сказали, ваша фамилия? – Она опять повернулась к Пуаро. – Миссис Ариадна Оливер.
Брови Эркюля Пуаро полезли на лоб. В его памяти возник образ женщины с растрепанными ветром седыми волосами… орлиным профилем…
Он встал, взял трубку из рук секретарши и напыщенно сообщил в нее:
– У аппарата Эркюль Пуаро.
– Это говорит лично мистер Эркюль Пэррот?[8]8
Игра слов – пэррот (рarrot) значит по-английски «попугай».
[Закрыть] – раздался подозрительный голос телефонистки.
Пуаро заверил ее, что именно так это и было.
– Соединяю вас с мистером Пэрротом, – произнес голос.
Тонкий, пронзительный голос сменился великолепным глубоким контральто, которое заставило Пуаро отодвинуть трубку подальше от уха.
– Мистер Пуаро, это действительно вы? – требовательно спросила миссис Оливер.
– Да, это лично я, мадам.
– А это миссис Оливер. Не знаю, вспомните ли вы меня…
– Ну, конечно же, я вас помню, мадам. Как вас можно забыть?
– И все-таки некоторым это удается, – произнесла миссис Оливер. – И даже довольно часто. Не думаю, что я такая уж запоминающаяся личность. А может быть, это потому, что я люблю экспериментировать со своими прическами. Но сейчас все это не имеет никакого значения. Надеюсь, я не отвлекаю вас от кучи важных дел?
– Нет, нет, ни в коем случае.
– Прекрасно, мне бы очень не хотелось помешать вам. Все дело в том, что вы мне необходимы.
– Необходим?
– Да, и немедленно. Вы можете прилететь на аэроплане?
– Я не летаю на аэропланах. Меня в них укачивает.
– И меня тоже. Да и в любом случае я не уверена, что на аэроплане получится быстрее, чем на поезде, потому что, насколько я знаю, ближайший аэропорт находится в Эксетере, в десятках миль отсюда. Поэтому приезжайте поездом. Двенадцатичасовым, который отходит с Паддингтонского вокзала. Вы должны выйти на остановке Лэптон в сторону Нассекомбе. Вы все прекрасно успеете. У вас еще целых три четверти часа, если мои часы не врут, хотя в большинстве случаев они именно врут.
– Но где вы, мадам? И в чем, собственно, дело?
– В Гриншор-хаус, в Лэптоне. Или автомобиль, или такси будут ждать вас на станции.
– Но зачем я вам нужен? В чем, собственно, дело? – повторил Пуаро, теряя терпение.
– Телефоны всегда ставят в таких неудобных местах, – объяснила миссис Оливер. – Этот, например, стоит в холле… Здесь постоянно проходят всякие люди со своими разговорами… Мне очень плохо слышно. Но я вас жду. Все будут в совершенном восторге. До встречи.
Раздался резкий щелчок, свидетельствующий о том, что миссис Оливер положила трубку. На линии раздавалось только легкое гудение.
Сбитый с толку Пуаро в замешательстве повесил трубку и что-то пробормотал себе под нос. Лицо мисс Лемон не выражало никаких эмоций, она сидела с карандашом наготове. Приглушенным голосом секретарша повторила последнюю фразу, которую успела записать перед звонком.
– …позвольте мне заверить вас, мой дорогой сэр, что предположение, которое вы изволили выдвинуть…
Пуаро отмахнулся от обсуждения «выдвинутых предположений».
– Это была миссис Оливер, – пояснил он секретарше, – Ариадна Оливер, писательница детективных романов. Вы, наверное, читали… – Но тут он прервал себя, вспомнив, что мисс Лемон была серьезной женщиной, читала только полезные книги и относилась к таким фривольностям, как детективные истории, с презрением.
– Она хочет, чтобы я сегодня приехал в Девоншир – немедленно, поездом, который отходит, – тут он посмотрел на свои часы, – через тридцать пять минут.
Мисс Лемон неодобрительно вскинула брови.
– Только-только успеть, – произнесла она. – А к чему такая спешка?
– Очень хороший вопрос! Мне она об этом ничего не сказала.
– Очень мило. А почему?
– Потому что, – задумчиво ответил Пуаро, – она боялась, что ее подслушают. Да, именно так она это объяснила.
– Невероятно. – Мисс Лемон вся ощетинилась, готовая броситься на защиту своего работодателя. – И о чем только эти люди думают? Неужели она надеется, что вы броситесь куда-то по первому ее требованию? Такой занятой человек, как вы!.. Я всегда говорила, что эти художники и писатели совершенно не в себе – никакого чувства реальности. Давайте я позвоню и пошлю ей телеграмму: «Сожалею Лондон покинуть не могу».
Она уже протянула руку к телефону, но Пуаро остановил ее.
– Du tout![9]9
Совсем нет! (фр.)
[Закрыть] – произнес он. – Напротив, я попрошу вас немедленно вызвать мне такси. – Джордж, – повысил он голос, – самые необходимые туалетные принадлежности и мой маленький саквояж. И пожалуйста, как можно быстрее. Мне надо успеть на поезд.
Глава 2
Поезд, проделав около ста восьмидесяти миль[10]10
Миля – около 1,609 км.
[Закрыть] из общего расстояния в двести двадцать на крейсерской скорости, медленно и как бы извиняясь пропыхтел оставшиеся тридцать и прибыл в Лэптон. На этой остановке сошел только Эркюль Пуаро. Он с большой осторожностью преодолел препятствие в виде промежутка между ступенькой вагона и платформой и оглянулся по сторонам. В дальнем конце платформы носильщик возился в багажном отделении. Пуаро поднял свой саквояж и двинулся к выходу. Предъявив свой билет, он прошел через кассы и вышел из здания вокзала.
Перед зданием стоял большой «Хамбер-салон»[11]11
«Хамбер» – английская автомобильная марка, существовавшая в 1868–1931 гг.
[Закрыть], шофер которого вышел из машины и подошел к детективу.
– Мистер Эркюль Пуаро? – уточнил он уважительным тоном.
Он взял саквояж и открыл дверь автомобиля перед пассажиром. Они отъехали от станции, пересекли мост через реку и двинулись по загородной дороге, с которой открывался великолепный вид на реку.
– Дарт, сэр, – произнес шофер.
– Magnifique![12]12
Великолепно! (фр.)
[Закрыть] – с готовность сказал Пуаро.
Сельская дорога шла мимо зеленых кустарниковых изгородей, опускалась вниз, а затем снова поднималась вверх.
В том месте, где она поднималась на холм, две молоденькие девушки в шортах и ярких шарфах на головах, нагруженные тяжелыми рюкзаками, медленно поднимались по склону.
– Здесь недалеко молодежное общежитие, сэр, – объяснил шофер, который принял на себя обязанности гида Пуаро по Девонширу. – Называется «Верхний Гриншор». Останавливаются в нем на пару ночей, не больше. Сейчас у них самый сезон. Сорок-пятьдесят шиллингов за ночь.
– Ах, вот как, – заметил Пуаро. Он уже не в первый раз размышлял о том, что шорты, когда на них смотришь со спины, подходят далеко не всем представительницам женского пола. Сыщик зажмурил глаза от огорчения.
– Кажется, они здорово нагружены, – пробормотал он.
– Да, сэр. А добираться от вокзала или автобусной остановки – путь неблизкий. Почти две мили. Если вы не возражаете, сэр, – заколебался шофер, – мы могли бы их подбросить.
– Ну конечно. Всенепременно, – благодушно согласился Пуаро.
Автомобиль затормозил и почти бесшумно остановился рядом с девушками. К ним с надеждой повернулись два покрасневших и слегка мокрых лица. Дверь была открыта, и девушки забрались в авто.
– Очень по-доброму, пожалуйста, – вежливо произнесла одна из них с иностранным акцентом. – Ходить дальше, чем я думать, да.
Было видно, что вторая девушка совсем не говорит по-английски – она просто несколько раз с благодарностью наклонила голову и пробормотала «grazie»[13]13
Спасибо (ит.).
[Закрыть]. Ее блестящие каштановые кудряшки выбились из-под шарфа, а на носу у нее были очень серьезно выглядевшие очки.
Девушка, которая знала английский язык, тарахтела без умолку. Она приехала в Англию на каникулы, на две недели. Сама она из Роттердама. Она уже видела Страдфорд-на-Эйвоне, Кловелли, собор в Эксетере, Торквай и теперь «после того как посмотреть на здешние красоты и исторический Дартмут, я направляться в Плимут, смотреть на Новый Мир с Плимутский утес».
– Утес? – переспросила итальянка и в замешательстве покачала головой.
– Она сильно не говорить английский, – объяснила голландка. – Но я понимать, что у ее здесь есть родственница, которая жениться на жентелмен, который иметь магазин бакалея. Она проводить время с ним. Мой подруга из Роттердам поела плохой мясо и пирог из ветчина в Эксетере и сичас болеть.
Шофер притормозил на развилке дороги. Девочки выбрались из машины и поблагодарили на двух языках, а затем шофер жестом указал им на левую дорогу. На секунду он сбросил маску олимпийского небожителя.
– И будьте поосторожнее с корнишскими пирожками, – предупредил он. – Одному Богу известно, что они туда кладут в разгар сезона.
Автомобиль быстро двинулся по правой дороге в сторону густой рощи деревьев.
– Приятные молодые женщины, по крайней мере, некоторые из них, хотя и иностранки, – заметил водитель. – Правда, ходят они, где хотят. Совершенно не думают о том, что это частная собственность.
Они продолжали двигаться вниз по крутому склону среди деревьев. Въехав в ворота, машина покатила по извилистой подъездной аллее и наконец остановилась перед большим белым домом, построенным в георгианском стиле и обращенным окнами на реку.
В тот момент, когда шофер распахнул дверь автомобиля, на ступенях появился высокий дворецкий.
– Господин Эркюль Пуаро?
– Да.
– Миссис Оливер ожидает вас, сэр. Вы найдете ее на старом форте. Позвольте, я покажу вам дорогу.
И он показал Пуаро извилистую тропинку; та шла вдоль леса, сквозь деревья которого иногда проглядывала река. Тропинка постепенно снижалась, пока не вышла на круглое открытое место, обнесенное невысоким крепостным парапетом. Вот на этом парапете и сидела миссис Оливер. Она встала навстречу Пуаро; несколько яблок упали с ее колен и раскатились в разные стороны. При встречах с миссис Оливер наличие яблок было неизбежным.
– Не могу понять, почему я все всегда роняю. – Речь миссис Оливер была невнятной, так как говорила она с полным ртом. – Как вы поживаете, месье Пуаро?
– Trе́s bien, chе́re Madame[14]14
Очень хорошо, сударыня (фр.).
[Закрыть], – вежливо ответил Пуаро, – а вы?
Внешний вид миссис Оливер несколько отличался от того, который помнил детектив, и причиной этому было то, что она еще раз изменила свою прическу, на что намекнула в телефонном разговоре. В последний раз, когда Пуаро видел миссис Оливер, ее прическа имела вид растрепанной ветром. Сейчас ее волосы, сильно подсиненные, были подняты вверх в виде множества маленьких искусственных колечек, которые должны были напоминать псевдостиль маркизы Помпадур.
Этот стиль пропадал на уровне ее шеи; все, что было на ней ниже этого уровня, можно было охарактеризовать как «практичный деревенский»: грубый твидовый жакет ядовитого цвета яичного желтка и джемпер раздражающего горчичного цвета.
– А я знала, что вы приедете, – весело сказала миссис Оливер.
– Вы никак не могли этого знать, – сурово ответил Пуаро.
– Нет, знала.
– Я сам все еще спрашиваю себя, почему оказался здесь.
– А я знаю ответ – из любопытства.
Пуаро посмотрел на нее, и его глаза блеснули.
– Эта ваша пресловутая женская интуиция, – ответил он, – на этот раз не так уж и далека от истины.
– Не смейте смеяться над моей женской интуицией. Вспомните, что я всегда сразу же угадывала имя убийцы.
Пуаро галантно промолчал, иначе ему пришлось бы напомнить ей – дай бог с пятого раза и далеко не всегда. Вместо этого он произнес, оглянувшись вокруг:
– У вас здесь великолепное место.
– Вы имеете в виду все это вокруг? Но это принадлежит не мне, месье Пуаро. А вы именно так подумали? Нет, нет, все это принадлежит людям по фамилии Стаббс.
– А кто они?
– Если сказать правду, то никто, – ответила писательница. – Просто богатеи. А я здесь исключительно по делу.
– Набираетесь местного колорита для одного из ваших chefs-d’oeuvre?[15]15
Шедевр (фр.).
[Закрыть]
– И опять не угадали. Именно по делу. Я здесь работаю. Меня наняли для того, чтобы организовать убийство.
Сыщик в молчании уставился на женщину.
– Да нет, конечно, не настоящее, – успокоила его миссис Оливер. – Завтра здесь состоится большой праздник. И в качестве основной новинки здесь будет организована «Охота за убийцей». Которую я срежиссирую. Ну, знаете, как «Охота за сокровищами»; только они так часто играли в эту игру, что «Охота на убийцу» кажется им настоящей новинкой. Поэтому мне заплатили весьма неплохие деньги за то, чтобы я приехала сюда и все это выдумала. И вы знаете, это довольно интересно – ничем не напоминает мою обычную скучную рутину.
– И как все это будет происходить?
– Ну, естественно, будет жертва. И подсказки. И подозреваемые. Все достаточно традиционно: женщина-вамп, шантажист, молодые влюбленные, зловещий дворецкий и так далее. Платите полкроны вступительного взноса, и вам предъявляют первую подсказку. После этого вам надо найти Жертву, Оружие, Преступника и определить Мотив. Ну и в конце игры будут раздаваться призы.
– Великолепно, – произнес Эркюль Пуаро.
– Кстати, – с сожалением заметила писательница, – организовать все это гораздо сложнее, чем может показаться с первого взгляда. Ведь, в отличие от моих книг, в реальной жизни люди довольно смышлены.
– И вы пригласили меня, чтобы я помог вам в организации всего этого действа?
Пуаро даже не пытался скрыть свою ярость.
– Нет, – ответила миссис Оливер. – Ну, конечно же, нет! Я уже все сама организовала. К завтрашнему дню все абсолютно готово. Нет, вы мне нужны совсем по другой причине.
– По какой же?
Миссис Оливер подняла руки к своей голове. Она уже готова была запустить их в прическу жестом, который был так хорошо знаком Пуаро, когда вспомнила о своей сложной coiffure[16]16
Прическа (фр.).
[Закрыть]. Поэтому свою мысль она подчеркнула, подергав себя за мочки ушей.
– Я не могу назвать себя неуравновешенной дурой, – сказала она, – но мне кажется, что здесь что-то не так.
– Что-то не так? Что вы имеете в виду?
– Не знаю… Я бы хотела, чтобы вы выяснили именно это. Но я чувствую – все сильнее и сильнее, – что мною манипулируют… как будто меня ведут куда-то в узде… Вы можете, если хотите, назвать меня дурой, но я хочу сказать вам, что если завтра вместо игрушечного убийства произойдет настоящее, то я совсем этому не удивлюсь.
Сыщик уставился на нее, и она вызывающе посмотрела на него в ответ.
– Очень интересно, – заметил Пуаро.
– Наверное, вы считаете меня полной идиоткой, – попыталась защититься миссис Оливер.
– Я никогда так не думал, – ответил сыщик.
– Неправда, я ведь знаю, что вы говорите или думаете об интуиции.
– Вещи можно называть по-разному, – объяснил бельгиец. – Я вполне готов поверить, что вы увидели или услышали нечто, что заставило вас насторожиться. Думаю, что вы сама не можете сейчас определить, что же такое вы увидели или услышали. Вы чувствуете только результат. Наверное, можно сказать так: вы сами не знаете, что же именно вы знаете. Если хотите, назовите это интуицией.
– Чувствуешь себя такой дурой, – уныло заметила миссис Оливер, – когда не можешь точно определить свои ощущения.
– Не волнуйтесь, всему свое время, – подбодрил ее Пуаро. – Вы говорили, что ощущаете, словно вас как будто – как вы выразились – ведут куда-то в узде? Не могли бы вы поточнее объяснить мне, что вы имеете в виду?
– Знаете, это довольно сложно… Как бы вам это объяснить – ну, в общем, это ведь мое убийство. Я его продумала и спланировала, и оно абсолютно правдоподобно. Если вы вообще что-нибудь знаете о писателях, то знаете, что мы совершенно не переносим рекомендаций. Люди иногда говорят: «Великолепно, но почему бы не сделать так, чтобы такой-то или такая-то не совершили то-то и то-то?» Или: «А не кажется ли вам, что жертвой должен быть А вместо Б? Или убийцей должен оказаться В вместо Г?» То есть я хочу сказать, что в этом случае мне хочется всем им ответить: «Хорошо, тогда напишите все сами и так, как вам хочется!»
Пуаро кивнул в знак понимания.
– И вы хотите сказать, что именно это сейчас происходит?
– Нет, не совсем… Естественно, была сделана масса всяких глупых предложений, а потом я встала на дыбы, и они от меня отвязались; однако им удалось-таки пропихнуть одно маленькое, незначительное изменение, и то только потому, что по отношению ко всем остальным я стояла насмерть. А с этой тривиальностью я согласилась, даже не обратив на нее внимания.
– Понятно, – задумчиво произнес бельгиец. – Да, действительно, есть такой метод… Сначала предлагается что-то серьезное и заведомо невыполнимое, но не это является главным. Главной целью является именно небольшое и малозначащее изменение. Я правильно вас понял?
– Совершенно правильно, – подтвердила писательница. – И, кроме того – может быть, мне это и кажется, хотя я в этом и сомневаюсь, – ни одно из всех предложений не было важным. И вот именно это стало меня беспокоить – это и та… атмосфера, которая все это окружает.
– А кто предлагал вам все эти изменения?
– Разные люди, – объяснила миссис Оливер. – Если бы это был какой-то один человек, то я была бы более уверена в своих предположениях. Но это не один человек, хотя иногда мне кажется, что это именно так и есть. Я имею в виду, что один и тот же человек действует через множество ничего не подозревающих людей.
– А вы не предполагаете, кто бы это мог быть?
Миссис Оливер отрицательно покачала головой.
– Это кто-то очень умный и осторожный, – предположила она, – и им может оказаться любой.
– Хорошо, а кто принимает участие в инсценировке? – спросил Пуаро. – Ведь этих людей не так много, правильно?
– Что ж, – начала перечислять женщина. – Прежде всего сэр Джордж Стаббс, которому принадлежит это место. Богатый плебей, который не разбирается ни в чем, кроме своего бизнеса. А вот в бизнесе, по-моему, ему нет равных. Потом леди Стаббс, или Хэтти, лет на двадцать моложе своего мужа, довольно красива, но дура дурой. Я уверена, что она полоумная. Естественно, замуж она вышла из-за денег и не способна думать ни о чем другом, кроме шмоток и драгоценностей. Есть еще Майкл Уэйман – он архитектор, молод и довольно недурен собой – в таком грубоватом, богемном стиле. Он проектирует теннисный корт для сэра Джорджа и восстанавливает собор.
– Собор? Это что, часть какого-то маскарада?
– Нет, это архитектурное украшение в саду. Знаете, такое небольшое сооружение в виде храма с белыми колоннами. Вы могли видеть подобное в Кью[17]17
Кью – городок поблизости от Лондона, в котором находятся Сады Кью, популярное название Королевского ботанического сада. Городок же свое название получил от Кью-хауса, бывшего королевского поместья.
[Закрыть]. Потом мисс Бревис – она что-то вроде секретаря и домоправительницы в одном лице. Ведет дом и пишет письма – угрюма, но очень расторопна. Ну и другие люди, которые живут в округе и которые предложили свою помощь. Например, молодожены, у которых домик ниже по реке, – Алек Легг и его жена Пегги. И капитан Уорбороу, который является доверенным лицом Мастертона. Потом сама миссис Мастертон, и еще старая миссис Фоллиат, которая живет в домике, раньше служившем сторожкой. Изначально Гриншором владела семья ее мужа. Но все они или умерли или погибли, оставив после себя множество долгов, поэтому последний из рода продал имение.
– А кому пришла в голову идея организации «Охоты за убийцей»?
– Мне кажется, миссис Мастертон. Она жена члена парламента от этого местечка. Очень хороший организатор. Это она уговорила сэр Джорджа устроить завтра большой праздник. Понимаете, это место пустовало многие годы, поэтому миссис Мастертон считает, что люди с удовольствием заплатят, чтобы все это увидеть.
– Что же, по-моему, все выглядит достаточно незамысловато.
– Но только выглядит, – настойчиво поправила его писательница. – На самом деле все не так. Говорю вам, месье Пуаро, во всем этом есть какая-то скрытая опасность.
Пуаро посмотрел на миссис Оливер, а миссис Оливер посмотрела на Пуаро.
– А как вы объясните мое присутствие здесь? Почему вы меня пригласили?
– Ну, это совсем несложно, – заявила писательница. – Вы будете вручать призы участникам «Охоты». Все были просто в восторге от этой идеи. Я сказала, что знаю вас лично и попробую уговорить вас приехать, потому что ваше имя может привлечь зрителей – и без сомнения, так оно и случится, – тактично добавила миссис Оливер.
– И ваше предложение было принято без возражений?
– Я же говорю вам, все были в восторге.
Миссис Оливер не сочла нужным рассказать бельгийцу о том, что среди молодежи было несколько человек, которые спросили: «А кто такой этот Пуаро?»
– Так-то уж и все? И что, ни один не был против этой идеи?
Миссис Оливер опять отрицательно покачала головой.
– Очень жаль, – сказал Пуаро.
– Вы считаете, что это могло бы дать нам какую-то зацепку?
– Ну, будущий убийца вряд ли был бы в восторге от моего присутствия.
– Мне кажется, я понимаю, почему вы думаете, что все это плод моей больной фантазии, – с сожалением заметила миссис Оливер. – Должна признаться, что до того, как я стала вам все это рассказывать, мне и в голову не приходило, как мало у меня фактов.
– Успокойтесь, – мягко сказал сыщик. – Я заинтригован и заинтересован. Так с чего же мы начнем?
Миссис Оливер взглянула на часы.
– Сейчас как раз время чая. Мы вернемся в дом, и вы сможете всех там увидеть.
На этот раз женщина выбрала другую дорогу, чем та, по которой пришел Пуаро. Казалось, что эта тропинка идет в противоположном направлении.
– Так мы сможем пройти мимо лодочного сарая, – объяснила писательница.
Пока она это говорила, лодочный сарай появился прямо перед ними. Он вдавался в реку и представлял собой живописную конструкцию, крытую тростником.
– Вот здесь найдут тело, – пояснила миссис Оливер. – Я имею в виду тело из «Охоты за убийцей».
– И кого же убьют?
– Девушку-туристку, которая потом окажется югославкой и первой женой молодого ученого-атомщика, – поспешно ответила писательница.
Пуаро моргнул.
– Естественно, все будет выглядеть так, как будто ее убил ученый-атомщик. Но, как вы догадываетесь, все не так просто.
– Естественно, ведь это ваше творение…
Миссис Оливер отмахнулась от этого комплимента.
– Потом окажется, что ее убил местный помещик – по довольно неординарному мотиву; боюсь, что большинство не сможет о нем догадаться, хотя пятая подсказка прямо на него указывает.
Пуаро пропустил тонкости сюжета миссис Оливер мимо ушей и задал практичный вопрос:
– А где вы возьмете подходящее тело?
– Им будет одна из девочек-скаутов. Сначала телом должна была быть Пегги Легг, но теперь все хотят, чтобы она сыграла роль гадалки, поэтому телом будет местная девочка-скаут, которую зовут Марлен Такер. Девочка туповата и постоянно простужена. Хотя для нее все будет не так уж сложно – ей надо будет надеть рюкзак и замотать голову шарфом, – а потом, когда она услышит, что кто-то приближается к сараю, ей надо будет улечься на пол и обмотать шею веревкой. Бедняжке все это может показаться довольно скучным – просто сидеть в сарае и ждать, когда тебя найдут, – поэтому я позаботилась, чтобы там была хорошая стопка всяких комиксов. На одном из них будет даже нацарапана одна из подсказок, поэтому думаю, что все у нас сработает.
– Ваша изобретательность лишает меня дара речи! Ведь вы предусмотрели, кажется, все.
– Предусмотреть все не так уж и сложно, – потупилась писательница. – Проблемы приходят тогда, когда начинаешь пытаться предусмотреть слишком многое и все становится слишком запутанным. Поэтому приходится потом отказываться от некоторых задумок, а это как резать по живому… Давайте пойдем здесь.
Они двинулись вверх по крутой зигзагообразной тропинке, которая вела их вдоль берега реки, но чуть выше, чем они шли до этого.
Пройдя сквозь деревья, Пуаро и миссис Оливер оказались на лужайке, в центре которой стояла небольшая оштукатуренная копия античного храма. На некотором расстоянии от него расположился молодой человек, который смотрел на сооружение с кривой усмешкой. На мужчине были надеты фланелевые брюки и рубашка довольно кричащего зеленого цвета. Он повернулся на звук их шагов.
– Мистер Майкл Уэйман, месье Эркюль Пуаро, – представила их друг другу миссис Оливер.
Молодой человек небрежно кивнул.
– Поразительно, – произнес он с горечью в голосе, – куда только люди ни запихивают вещи! Вот эта, например. Построена не более года назад – очень хороша сама по себе и хорошо соответствует стилю самого дома. Но почему именно здесь? Ведь такие вещи предназначены для того, чтобы их видели – они должны располагаться только на возвышении, как говорится, в окружении сочной зеленой травы и нарциссов. И вот тут стоит этот бедняга, засунутый в глубь леса, не видимый ни с какой точки… Придется вырубить не меньше двадцати деревьев, прежде чем он станет видим со стороны реки.
– Но, может быть, другого места просто не было.
Майкл Уэйман презрительно фыркнул.
– Вершина того травянистого высокого склона возле дома – роскошная естественная площадка. Но ведь эти богатенькие ребята – они все одинаковы. Никакого художественного вкуса. Вот захотелось им «сюрприз в саду», как они сами это называют, и они ее заказывают. А потом начинают размышлять, куда бы ее пристроить. А потом, как мне кажется, шторм ломает большой дуб, и в лесу остается некрасивое свободное пятно. «Мы все сделаем красиво, если поставим сюда эту штуку», – думает такая богатая задница. Ведь эти городские богатеи ни о чем больше не думают, кроме как «сделать красиво»! Я все никак не могу понять, почему же он не окружил дом клумбами с красными геранями и кальцеоляриями… Таким людям надо запретить владеть подобными красотами!
Было видно, что архитектор кипит от возмущения.
«Этот молодой человек, – подумал про себя Пуаро, – совсем не любит сэра Джорджа Стаббса».
– Вещь поставили на бетон, а здесь мягкая, влажная почва, – заметил Уэйман. – Поэтому она и стала проваливаться. Вся растрескалась – скоро это станет просто опасным. Наверное, лучше всего будет ее разобрать и поставить в новом месте на речном берегу рядом с главным домом. Вот что я посоветую, но этот глупый старик ко мне не прислушается.
– А как дела с теннисным павильоном? – поинтересовалась миссис Оливер.
Лицо мужчины еще больше помрачнело.
– Ему нужна китайская пагода, – со стоном ответил он. – И пожалуйста, с драконами. И все потому, что леди Стаббс видит себя играющей в теннис в шляпе китайского кули[18]18
Китайские крестьяне (кули) носили остроконечные шляпы.
[Закрыть]. И как после всего этого быть архитектором? Тот, кто хочет построить что-то стоящее, не имеет на это денег, а те, у которых они есть, хотят что-нибудь абсолютно ужасное.
– Могу вам только посочувствовать, – серьезно сказал Пуаро.
Миссис Оливер повернулась в сторону дома, а детектив и расстроенный архитектор приготовились следовать за ней.
– Эти богачи, – продолжил последний с горечью, – не в состоянии понять главного принципа, – он оглянулся на покривившийся храм, – если сгнил фундамент, то, считайте, сгнило все.
– То, что вы говорите, очень правильно, – согласился бельгиец. – Да, очень правильно.
Тропинка, по которой они шли, вышла из-под деревьев, и белый дом, обрамленный темными деревьями, которые росли за ним, предстал перед ними во всем своем великолепии.
– Дом действительно очень красив, – пробормотал Пуаро.
– А он хочет надстроить на крыше бильярдную, – ядовито заметил мистер Уэйман.
Прямо под ними, на берегу, пожилая леди, вооруженная садовыми ножницами, занималась растущим там кустарником. Слегка задыхаясь, женщина поднялась на откос, чтобы поздороваться с ними.
– Все заброшено уже многие годы, – пояснила она. – В наши дни так трудно найти человека, который бы разбирался в кустарниках. Ведь в марте и апреле этот склон должен сиять всеми цветами радуги, но в этом году ничего подобного не было. Весь этот сухостой надо было убрать еще прошлой осенью…
– Месье Пуаро, миссис Фоллиат, – прервала ее миссис Оливер.
Пожилая леди расплылась в улыбке.
– Так, значит, это и есть знаменитый Эркюль Пуаро? Как мило с вашей стороны согласиться помочь нам в завтрашний праздник! Эта умница придумала совершенно интригующий сюжет – как это будет свежо и ново!
Пуаро был слегка заинтригован тонкостью манер маленькой женщины. Почему-то ему захотелось, чтобы хозяйкой дома была именно она.
– Миссис Оливер – моя старая знакомая, – вежливо ответил сыщик. – Я с удовольствием ответил на ее просьбу. Место просто восхитительное, а сам дом выше всяких похвал.
Миссис Фоллиат небрежно кивнула.
– Да. Он был построен прапрапрадедом моего мужа в тысяча семьсот девяностом году. Раньше на этом месте стоял дом в елизаветинском стиле. Он пришел в негодность и сгорел году этак в тысяча семисотом. А вообще, наша семья живет здесь начиная с тысяча пятьсот девяносто восьмого года.
Ее голос звучал спокойно и безразлично. Пуаро внимательнее присмотрелся к ней. Он увидел небольшую и ладно скроенную женщину, одетую в поношенную одежду из твида. Самой выразительной деталью ее лица были чистые, ярко-синие глаза. Седые волосы женщины были убраны под сетку. Хотя было видно, что она мало следит за своим внешним видом, но что-то в нем делало ее личностью, что-то, что было практически невозможно объяснить.
По дороге к дому Пуаро произнес неуверенным тоном:
– Должно быть, вам трудно видеть, как в вашем доме поселились чужие люди.
Миссис Фоллиат чуть помедлила с ответом. Ее голос звучал чисто и четко, но в нем, на удивление, не было никаких эмоций.
– А жизнь – вообще трудная штука, месье Пуаро.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?