Читать книгу "А + Д =? История еще одной первой любви"

Глава 14
Арс

Я просто отлетаю куда-то в другую реальность от ее запаха, впервые вдыхая его так глубоко. Наверное, я ненормальный придурок. Меня не заводят накачанные губы, которые стали такими модными, не возбуждает грудь, похожая на надувные шары. Меня прет от естественного в девушке. Когда ноги красивые, руки… Черт, мне нравится держать Дилю за руку, и я осторожно накрываю ее ладонь, лежащую на мне, своей рукой. Скольжу чуть вперед, прикрывая глаза от пробегающего по пальцам тока.

Но запах… запах – это что-то особенное. Он привлекает, дразнит, возбуждает. Наверное, это один из моих фетишей – цветы и солнце на ее коже. Проталкиваю свои пальцы между ее и снова утыкаюсь носом в волосы. Диля больше не фыркает на это. Лишь забавно сопит, а ее живот едва заметно подрагивает.

Так странно волноваться, просто находясь в одной постели с девушкой. Никогда раньше не замечал за собой ничего подобного. Обычно это только физика, без эмоциональной привязанности. Я поэтому всегда и старался избегать девственниц. Исключением была лишь негласная традиция клуба Терехова, придуманная неведомо когда и кем втайне от тренера. Бухать нам было нельзя – режим. И лидеры отмечали большие победы с невинными девочками. Но там все слишком сложно. Тебе приходится быть внимательным и терпеливым в ее первый раз, но, так как ты ни черта к ней чувствуешь, секс скорее проблема, чем удовольствие.

С Дилей не так. В голове нет ничего из сюжета мультфильма, только мысли о том, чтобы не перегнуть, не напугать, не навредить. Я очень аккуратно шагаю за границу дружеских отношений, не позволяя себе ничего лишнего. И понимаю, что с ней мне это нравится. С ней есть и чувства, и те самые эмоции. Мне кажется, она тоже понимает, что с дружбой у нас не срослось, как бы мы ни старались, но никто из нас не говорит об этом. И надо ли, если с человеком хорошо? Если тянет.

Мультфильм заканчивается. Диля тянется к тачпаду и, мягко двигая по нему пальцами, закрывает плеер. Отодвигается, поднимает взгляд на меня.

– Что дальше?

– Фотки, конечно. – Убираю руку, чтобы она села.

Ноутбук переезжает к ней на колени. Стрелка шустро бегает по экрану, открывая папку, где все разложено по датам. Выглядит очень удобно, у меня не так.

Устраиваемся плечом к плечу. Диля включает музыку из своего плейлиста. Под песню «Свет фонарей», так напоминающую о нашей недавней прогулке, она листает фото, немного рассказывая о некоторых из них. Там и школа, в которой она училась до переезда, и ее родной город, друзья, тот самый кот, что залил технику. Отдельная папка с семейными фото. Праздники с накрытыми столами, много людей. Все совсем не так, как у меня.

Когда отец был еще жив, праздники отмечали в узком семейном кругу: мама с отцом, я мелкий, дядя с женой и дочкой. Сейчас все чаще ограничиваемся звонками и переводами подарочных денег на карту.

– А вот мама. – Диля показывает отдельное фото.

– Ты на нее похожа, – сразу замечаю я. – Красивая. – Пристально смотрю на нее.

Лило поворачивает ко мне голову, и наши лица оказываются слишком близко. Я чувствую ее дыхание на своей коже, она же смущается от моего. Практически губы в губы. Один короткий рывок – и случится поцелуй.

Прокашлявшись, она отворачивается. А я, тихо рассмеявшись, плавно толкаюсь лбом ей в висок и прикасаюсь губами к щеке. Один раз, второй, третий, образуя дорожку из коротких поцелуев. Обнимаю. Двигаюсь и кладу Дилю спиной на себя так, чтобы мне было удобно смотреть в экран. Сердце колотится в груди, поджигая мои тормоза. Еще немного – и они слетят. Вдохнув поглубже, слежу за тем, как движения ее пальцев по тачпаду стали рваными.

– Мне пора домой, – хриплым шепотом произносит Диля.

– Это из-за меня? – Снимаю ноутбук с ее коленей, чтобы она могла подняться.

– Нет. И да.

Не помню, чтобы хоть раз видел ее такой растерянной. Разговорчивая, улыбчивая девочка замкнулась.

– Если я обидел…

– Нет. – Она подается вперед и закрывает мне рот ладонью. – Не обидел, все хорошо. Мне просто нужно домой. Время. – Кивает на ноутбук.

Мягко убираю ее руку от своего лица и осторожно касаюсь ее щеки.

– Мы же еще увидимся?

– Конечно. – Она улыбается. Не так, как обычно, но меня все равно отпускает. – Я обещала тебе сыграть.

– Я помню. И про твою маму тоже. Назначь день среди недели, когда мы с ней сможем увидеться. Я подстроюсь. Кроме следующей пятницы и выходных.

– Договорились. Проводишь?

– Довезу. – Слезаю с кровати, поправляю на себе одежду и протягиваю Диле руку. Как только она цепляется за мою ладонь, крепко сжимаю и тяну Диляру к себе. – Точно все нормально? – Заглядываю ей в глаза.

– Точно. Все хорошо, Арс. Не заморачивайся.

Диля и моя мама тепло прощаются, и я везу свою Лило домой. По дороге обсуждаем планы на следующую неделю и вместе выбираем день для знакомства с ее семьей.

– Пока. – Смотрю ей в глаза. Кивает, стреляя взглядом то прицельно в меня, то в лобовое стекло..

Убегает, а я привычно сижу в машине еще несколько минут и только потом уезжаю. Не знаю, зачем делаю это. Каждый раз спрашиваю себя и не нахожу ответа.

На обратном пути заезжаю в магазин за продуктами. Глянув на закрытую витрину с сигаретами, расплачиваюсь и уезжаю. В этот раз я так просто не сдамся. У меня впереди настоящая война за жизнь мамы, за достойное место в проклятой «Клетке». Поднимаюсь домой. Разбираю пакет и встаю у окна, сжав в ладони телефон. Диля написала, что ее маме будет удобно встретиться послезавтра.

– Проводил? – тихо спрашивает моя.

– Да. – Смотрю, как зажигаются и гаснут огни в соседнем доме.

– Хорошая девочка. – Тонкие пальцы мамы осторожно поглаживают меня по плечу, уходят на затылок и уютно взъерошивают короткие волосы. Наклоняю голову, уходя от прикосновения.

– Хорошая, – повторяю я.

– И чего ты растерялся? – В стекле отражается мамина добрая улыбка.

– Я все испорчу. Всегда порчу. – Смеюсь, пряча горечь и тоску.

Так не хотелось отпускать Дилю сегодня. Мы могли бы просто побыть вместе, что-то еще посмотреть, но она сбежала, а я воспользовался этим, чтобы сохранить те хрупкие миллиметры расстояния между нами, что еще остались.

– Арсик, ты же понимаешь, что нет между вами никакой дружбы?

– Понимаю…

Она точно больше не друг. Она кто-то гораздо ценнее. Я просто слова такого не знаю, в которое можно уместить все, что я к ней и рядом с ней чувствую.

– Иди спать, мам, у нас завтра безумный день.

– Пообещай мне, что не будешь делать глупостей, что бы нам завтра ни сказали, – просит она.

– Ты теперь каждый раз будешь мне об этом напоминать? – Повернув голову, смотрю на ее красивое, но заметно вымотанное болезнью лицо.

Компьютерная томография показала крайне неутешительную картину. Обнаружено несколько новообразований, в том числе в легких. Маме сделали биопсию. За срочность, конечно, пришлось доплачивать. Зато результат у нас будет не через десять дней, а спустя сорок восемь часов, то есть как раз завтра. Время сейчас стоит очень дорого. Чем быстрее мы все обнаруживаем, подтверждаем и лечим, тем выше шанс, что все получится.

– Буду. – Мама пытается быть строгой, но получается так себе. Проводит ладонью по моему плечу и уходит к себе, а я остаюсь у окна.

Еще полчаса стою, глядя в подсвеченный фонарями двор, и ухожу в душ. Подставляю лицо под воду. Она свободно стекает по телу, а в голове возникает Лило и вкус ее кожи на моих губах. Облизываюсь, и тело красноречиво намекает, что у меня давно не было секса. Делаю воду похолоднее. С шипением зажмуриваюсь, кожа покрывается мурашками, но вроде отпускает. Пока что не хочется никого другого даже ради физики, даже если в глаза не смотреть и свои тоже закрыть.

Вытираюсь, надеваю домашние шорты и устраиваюсь на кровати. Подушка пропиталась запахом цветов и солнца. Ложусь на живот, утыкаюсь в нее лицом и, рыкнув от того, что у меня снова стоит, зло дергаю бедрами и уже не надеюсь так быстро уснуть, как планировал.

– Арсик, Арсений, – доносится до меня сквозь сон. Следом стук, похоже, по дверному косяку. Мамин голос разбавляет будильник откуда-то с пола.

Проморгавшись, сажусь и никак не соображу, сколько я спал.

– Ща, мам, – хрипло бубню себе под нос, воюя с глазами, которые так и норовят снова закрыться.

В этот раз для разнообразия в моей бессоннице виновата исключительно Диляра. Чего только не было в мыслях. Вспоминаю и улыбаюсь. Наверное, пóшло. Ну и ладно!

Пять минут на хорошее настроение. Еще десять на то, чтобы умыться и пройтись по лицу электробритвой. На завтрак дома времени не остается, поэтому собираю с собой и жую за рулем сэндвич с индейкой, мягким сыром и свежим огурцом. Мама рядом, листает бумаги с результатами обследований, анализов, расшифровками снимков и назначений. Уже по второму кругу. Забираю у нее папку и кидаю на заднее сиденье. Она отворачивается к окну и молчит до самой клиники.

К врачу, как всегда, заходим вместе. Мне важно быть с мамой рядом, важно быть в курсе. А следом входит дядя Ваня. Вновь приехал поддержать. Целует маму в макушку и кладет ладони ей на плечи, слегка сжимая.

– Я получил результаты биопсии, – озвучивает онколог. – Диагноз подтвердился. Рак перешел в легкие.

– Твою ж… – Выдыхаю, крепко сжав руки в кулаки.

Глава 15
Диля

Последний год я мечтала попасть именно в этот университет. У нас в городе не так много столичных филиалов, но несколько по-настоящему достойных все же имеется. Я поступила как раз в один из них на сложную, но интересную специальность – юрист в области международного права. Долго взвешивала все за и против, стараясь реально оценивать свои способности, и вот я здесь, в актовом зале, где собрали первокурсников для приветственной речи. Серьезный мужчина с густыми седыми бровями рассказывает нам об учебе, ответственности за наше будущее. С одной стороны от меня сидит парень, с другой – девушка. Оба внимательно слушают, а я растворилась в мыслях об Арсе.

Его поцелуи все еще ощущаются на щеке, но волнует не это. Нет, конечно, это тоже волнует. Еще как! Но больше я беспокоюсь о том, что с ним происходит. Мой Стич похож на взрывное устройство, которое все время тикает, но не может себе позволить взорваться, и детонация происходит внутри, чтобы никого не зацепило.

Я же и сбежала в тот вечер потому, что по-настоящему испугалась того, как нас неумолимо тянет друг к другу. Он старается держать дистанцию. И я стараюсь. Но каждый раз, когда мы оказываемся слишком близко, все усилия превращаются в пыль. Арс берет меня за руку, и я задыхаюсь от жара его кожи. Он смотрит на меня глубокими голубыми глазами, и я вижу нас обоих в этой бездне. Она то холодная, то обжигающе горячая, а мы все равно тонем.

Я пропала в нем окончательно. Опасный мальчик пробрался в сердце, в мысли, в мою жизнь, так или иначе подчиненную стабильному расписанию, мечтам, привычкам, целям. Никогда не считала себя той самой правильной девочкой из книжек, но рядом с Арсом я чувствую себя именно так – «паинька и хулиган». Чертова классика во всей красе!

Всегда думала, что таким девочкам просто не хватает острых ощущений, поэтому они влюбляются в отвязных парней. Но мне-то всего хватает! Арс доказал обратное. Все это время мне не хватало именно его… Расправив несуществующие складки на строгой юбке-карандаше графитового цвета, переплетаю пальцы, устраиваю замок из ладоней на коленях и честно пытаюсь уловить смысл хотя бы окончания приветственной речи, но все без толку. Как только нас отпускают, выхожу из зала в числе первых.

– Привет, ты тоже с международного? – Рядом со мной снова оказывается тот самый парень, что сидел по соседству в актовом зале.

– Угу. – Проверяю входящие сообщения. Мама должна подъехать, у нее сегодня знакомство с Арсом.

Забавно, что ни он, ни я не подумали о том, что назначили эту встречу на первое сентября.

– Как зовут? – не отстает парень.

– Давай потом, – резко остановившись, прошу его. – Мне сейчас совсем некогда.

– Завтра?

– Наверное. – Пожимаю плечами, витая мыслями где-то вне универа.

– Ну ладно. Тогда до завтра. Если что, я…

Киваю, пропуская все мимо ушей. Придерживая небольшую сумочку, подходящую под строгий стиль, выхожу на крыльцо вместе с потоком студентов и оглядываю площадь в поисках мамы. Приоткрываю рот, заметив ее улыбающейся в компании Арса. В ее руках – букет нежнейших кремовых роз, а второй букет на согнутой руке держит Стич. Его кисти затянуты в черные спортивные перчатки без пальцев. Одет, как обычно, в футболку, идеально белую, черные джинсы и ослепляюще белые кроссовки.

Осторожно спускаюсь по ступенькам. За лето отвыкла ходить на каблуках, теперь боюсь зацепиться и рухнуть на потеху всему универу. Пересекаю площадь и вопросительно смотрю на Арса. Это как называется? Я думала, у меня будет время на подготовку к их знакомству, а в итоге они справились без меня.

– Поздравляю с началом учебного года. – Широко улыбаясь, Арс протягивает мне цветы.

– И… тебя…

Мама так закатывает глаза, будто уже успела перейти на сторону тьмы.

– Едем или еще тут постоим? – интересуется Арс.

– Куда?

Я все еще тормоз!

– Куда и собирались. Заодно праздник отметим.

– Ты сам-то в универе был? – отмираю я.

– Естественно. Правда, уехал немного раньше, чтобы успеть к тебе. Сюрприз хотел сделать.

– У тебя получилось. – Беру маму под руку.

Идем за Арсом к его машине. Косимся друг на друга. Я чувствую, как горят щеки. Мама прикладывает к моей левой щеке теплые пальцы, заправляет мне за ухо волосы. Галантный Стич открывает для мамы заднюю пассажирскую дверь своей «Октавии», а мне предлагает место рядом с собой.

– Арсений, – зовет его мама, когда мы трогаемся с места, – а тебе совсем неинтересно было, чем закончится собрание первокурсников?

– Я и так знаю. У меня вообще сложилось впечатление, что они речь скачали на одном сайте и просто каждый вставил свои названия. У нас в спортивном на первой встрече говорили все то же самое.

– А, ты уже учился? Перевелся?

– Заново поступал. Специальность другая. Перевестись не получилось бы.

Он внешне абсолютно спокоен. Но руки на руле то и дело сжимаются в кулаки. Обрезанные пальцы перчаток сползают, и я замечаю ссадины. Он ловит мой внимательный взгляд, расправляет напряженные плечи и дергает кистью, чтобы перчатки сели нормально.

Мама у меня очень тактичная, она не лезет сразу глубоко в жизнь малознакомого человека, но и совсем не спрашивать не может.

– Диля говорила, ты работаешь…

– Сложно назвать это полноценной работой. Так, подрабатываю у дяди в автомастерской, когда есть время.

– Тренировки, наверное, съедают все?

– Практически, – подтверждает он, заинтересованно косясь на меня.

Во взгляде вопрос: «Что еще ты про меня рассказала?»

«Почти ничего», – так же взглядом отвечаю ему. Не знаю, понял ли он. Отворачивается, внимательно смотрит на дорогу, а я вновь слежу за его руками. Точно, внутри у Стича спрятан часовой механизм, и прямо сейчас там происходят какие-то опасные реакции, а он улыбается и даже подмигивает.

Машина останавливается у кафе. Почти все столики на улице заняты старшеклассниками из ближайшей школы и родителями с первоклашками.

– Я забронировал. – Арс уверенно ведет нас к свободному столику в углу площадки.

– Какой молодец, – шепчет мама.

Мне же не терпится спросить, что с его руками, как мама и что вообще происходит, но я сдерживаю порыв. Меню нам выносят прямо на улицу. Арс заказывает только чай, объясняя, что из представленного ему сейчас можно ровно ничего. Я тоже выбираю чай, облепиховый, и кусочек морковного торта. Мама берет морс из нескольких видов ягод и классический чизкейк.

После недолгих разговоров об увлечениях, целях Арса, его планах на жизнь мама озвучивает то, что беспокоит ее больше всего:

– Мне важно, чтобы мой ребенок был в безопасности, когда я куда-то ее отпускаю. Это касается не только физической защиты от возможных хулиганов. Пойми, Арсений, я не против того, чтобы Диля дружила с парнем. Мне как матери хочется, чтобы парень понимал всю ответственность за отношения с девочкой. Бездумные порывы могут принести много печальных последствий. Надеюсь, ты меня понимаешь.

– Конечно, – абсолютно серьезно подтверждает он.

– Ну и моему мужу придется осторожно сказать. Папа у нас, скажем так, консервативнее, традиционнее и строже, но к нему можно найти подход. Сначала я сама с ним поговорю, потом приглашу вас в гости для официального знакомства, чтобы кто-то, – мама косится на меня, – не сбегал среди ночи, как нашкодивший кот.