Читать книгу "Брокингемская история. Том 17"

– Не будем ломать голову! Перетащим всё ваше хозяйство в кладовку – и дело с концом! – принял решение Брэдшоу.

– Вы имеете в виду каморку с задней стороны вокзала, внизу, у лестницы в подвал? – схватил намёк на лету Аллен, – Помилуйте, но она и без того набита под завязку! Я не уверен, что мы сумеем впихнуть туда же и весь наш обменный реквизит…

– Если постараемся, то сумеем, – выразил уверенность Брэдшоу, – Свалим всё ваше хозяйство прямо у входа за дверью – а потом, когда инспектор уедет, вернём всё обратно и заново откроем ваш обменный пункт! (Если, конечно, проверка закончится для нас благополучно…)

– Но не опасно ли прятать наш реквизит в этой кладовке? – забеспокоился Аллен, – А вдруг этот Перегрин догадается в неё заглянуть?

– Не догадается, – проявил неиссякаемый оптимизм Брэдшоу, – Я повешу на дверь табличку «Не влезай – убьёт!» Всё, заканчиваем разговоры! – встрепенулся он, – Аллен, скорее за работу! Через полчаса в вашем обменном пункте должно быть пусто, как в пустыне Сахара в тёмную зимнюю ночь… Хватайте ваш реквизит в охапку и тащите его к чёртовой бабушке в кладовку!

Доддс, осторожно выглядывая из-за расписания движения поездов, с интересом наблюдал за дальнейшим развитием событий в зале ожидания. А развивались они бурно и стремительно… Не прошло и десяти минут, как Аллен и Брэдшоу сумели вынести из обменного пункта стол, тумбочку, мусорную урну, огнетушитель и какой-то дежурный журнал. Всё это на первых порах было свалено на полу зала ожидания возле входной двери. (Туда же Брэдшоу швырнул и картонку с курсами валют, собственноручно открученную им от двери обменного пункта.) Затем ещё минут пятнадцать было потрачено на то, чтобы по-очереди перетаскать весь этот реквизит куда-то на улицу, за пределы зала ожидания… Доддс мужественно подавил в себе приступ любопытства и удержался от искушения лично пронаблюдать, в какое конкретное место Аллен и Брэдшоу уносят свой реквизит. Он не решился покинуть выгодную стратегическую позицию на скамейке за расписанием поездов, справедливо посчитав, что отсюда ему будет куда проще получить ответы на все интересующие его вопросы…

Наконец, посереди зала ожидания осталась стоять лишь одинокая мусорная урна… Закончив с переноской всего остального, Брэдшоу и Аллен снова появились в зале, неся с собой большую щётку, тряпку и ведро с водой. Влажная уборка в помещении бывшего обменного пункта заняла ещё минут пять, после чего оба трудовых энтузиаста в очередной раз отправились на улицу с ведром грязной воды и полной урной мусора… Но и на сей раз Доддсу не пришлось долго скучать в одиночестве: Буквально минуту спустя в зал ожидания уверенной походкой зашёл ещё один решительный джентльмен и прямой наводкой направился за прозрачную перегородку.

– Доддс, вы тут знатно законспирировались! – произнёс Маклуски (ибо это был он), присаживаясь рядом с коллегой на скамейку и забирая у него свой драгоценный саквояж, – С той стороны вас практически невозможно разглядеть…

– Стараюсь, как могу, – подтвердил Доддс, – Ну а у вас как успехи?

– Я бы сказал, что события развиваются по заранее намеченному плану, – доложил новоприбывший, – Информация о времени отправления карлингтонского автобуса в целом подтвердилась. Диспетчер на автовокзале (его фамилия – Керр) клялся и божился, что тот отходит через час с небольшим. (Разумеется, эти данные были актуальны в то время, когда я с ним беседовал. С тех пор успело пройти ещё примерно минут двадцать…) Проще говоря, если мы с вами отправимся на автовокзал прямо сейчас, то прибудем туда минут за двадцать до начала посадки…

– Но стоит ли нам мчаться на посадку так преждевременно? – засомневался Доддс.

– Возможно, что и не стоит, – признал Маклуски, – С другой стороны, появляться на автовокзале за полминуты до отправления автобуса было бы крайностью противоположного характера… Я полагаю, нам следует придерживаться как бы золотой середины: Если мы окажемся у автобуса минут за пять-десять до начала посадки, это наверняка будет в самый раз!

– Пожалуй, я с вами соглашусь, – не стал спорить Доддс.

В этот самый момент в зал ожидания снова зашли Аллен и Брэдшоу… На сей раз они несли с собой лишь небольшой дощатый столик. На их лицах была написана усталость – но это была усталость после честно проделанной и успешно завершённой тяжёлой работы.

– А это что ещё за птицы? – вполголоса поинтересовался у коллеги Маклуски, настороженно разглядывая новоприбывших через прозрачную перегородку.

– Один из них (тот, который с галстуком на спине) – это Брэдшоу, начальник станции Пинч, – ответил Доддс, – Другого же зовут Аллен. Если не ошибаюсь, он – заместитель предыдущего…

– Брэдшоу? – переспросил Маклуски, – Да, самая подходящая фамилия для начальника железнодорожной станции!

– Похоже, оба они угодили в весьма неприятную историю, – добавил Доддс, – А дело тут вот в чём…

И он вкратце познакомил коллегу с недавними событиями, которые он имел возможность наблюдать со своего законспирированного наблюдательного пункта.

– Ах, вот оно в чём дело! – смекнул Маклуски, – Иными словами, наших двух друзей накрыла внезапная проверка? Могу выразить им своё искреннее сочувствие! Их чувства и заботы мне хорошо понятны… И всё-таки я бы посоветовал им не терять оптимизма и присутствия духа! Борьбу с проверяющими следует вести планомерно, целеустремлённо, полномасштабно и до последнего патрона – только в этом случае они могут рассчитывать на успех…

Тем временем Брэдшоу и Аллен, оставив принесённый стол посередине зала, ещё немного прошлись по всем углам в поисках возможных недоработок. Поскольку ничего внушающего опасения им обнаружить не удалось, они вскоре снова встретились возле стола и с облегчением перевели дух.

– Ну вот и всё! – выдохнул Брэдшоу, – Кажется, успели…

И он наконец передвинул свой галстук со спины на более привычное место.

– Да, теперь мы полностью готовы к приёму вашего Перегрина! – кивнул головой Аллен, – И стоило вам так сильно переживать?

– Постойте! – не смог смолчать Маклуски, – Что значит «они полностью готовы»? Как раз самого главного они-то ещё и не сделали! Может быть, нам стоит вмешаться и указать им на эту недоработку?

– Давайте не будем совать нос в чужие дела! – пресёк его неуместный порыв Доддс, – Мы находимся на станции Пинч как бы в гостях и обязаны вести себя скромнее… Надеюсь, эти ребята и без нашей помощи заметят свою промашку!

Как обычно, прогноз Доддса оправдался быстро и на все сто процентов: Буквально пару секунд спустя Брэдшоу ненароком поднял голову и наконец обратил внимание на самую главную недоработку.

– Да чёрт бы нас побрал! – вскричал он в порыве чувств, указывая на красивую металлическую табличку над окошком, на которой были выбиты слова «Обмен валют», – Аллен, мы совсем забыли про эту штуку! Её нужно немедленно отсюда снять!

– Она не снимается, – проинформировал его Аллен, – Я попросил сварщика приварить её попрочнее – и он намертво присобачил её сразу к двум балкам. Он клялся и божился, что она будет вечно висеть над нашим обменным пунктом…

– Подождите нагнетать панику! – нервно воскликнул начальник станции, – Ничего вечного в природе не бывает. Пару ударов хорошей кувалдой – и эта штука наверняка оттуда свалится…

– Да вам бы только махать кувалдами и крушить всё вокруг! – возмутился Аллен, – Между прочим, я заплатил сварщику за работу двойной гонорар! А я вам всё-таки – не Рокфеллер, чтобы выбрасывать деньги на ветер… Собственно, что вам не нравится в этой табличке? – он бросил восхищённый взгляд на слова «Обмен валют», – По-моему, выглядит она неплохо и вида не портит… Да, мы ещё не получили лицензии на проведение валютных операций и не имеем права открывать обменный пункт. Но повесить табличку на стенку мы можем и безо всяких лицензий; не так ли? Ну и что с того, что на ней написано «Обмен валют»? Это ещё не означает, что тут действительно меняют какую-то валюту… (Представьте, что у нас на стенке висит плакат со словами «Полёты на Луну»… Это ведь не означает, что где-то на нашей станции находится секретный космодром; не правда ли?) Если же ваш Перегрин вдруг начнёт задавать слишком много вопросов, мы ему ответим, что открытие обменного пункта намечено у нас только на лето, а табличку мы повесили сюда заранее…

– Аллен, вы в какой стране живёте? – не выдержал Брэдшоу, – К нам приедет не коллегия присяжных из сказочного правового государства, а обычный пронырливый инспектор из лондонской проверяющей конторы. Он не будет слушать ваши сказки! Он всё равно напишет в рапорте: «На территории станции Пинч обнаружено помещение под вывеской „Обмен валют“. Имеются основания полагать, что оно используется по указанному назначению». Неужели вы не знаете этих ретивых инспекторов?

– Тогда мы можем поступить противоположным образом, – предложил Аллен, – Давайте скажем Перегрину, что эта табличка осталась висеть ещё от предыдущего начальника станции, а нам пока не удалось её демонтировать ввиду нехватки средств на сварочные работы…

– И этот фокус вряд ли прокатит, – покачал головой Брэдшоу, – Скорее всего, этот самый Перегрин и приезжал сюда с предыдущей проверкой, после которой и сняли Фрейма. Этот пронырливый тип наверняка запомнил, что в тот раз в зале ожидания никаких табличек не висело… Нет, нам в любом случае придётся её демонтировать!

И он в порыве внезапно нагрянувшей отчаянной решимости одним движением подтащил стол к окошку, одним прыжком запрыгнул на него и обеими руками вцепился в злосчастную табличку. Впрочем, уже пару минут спустя стало очевидно, что попытки экстренного демонтажа вряд ли принесут успех…

– Я вам сразу сказал: Отдирать её оттуда бесполезно! – повторил Аллен, наблюдавший за действиями начальника снизу, – Не зря же я заплатил сварщику двойной гонорар!

Брэдшоу закончил трясти табличку, спрыгнул со стола на пол и в задумчивости поскрёб себе подбородок.

– Но не может такого быть, чтобы проблема не имела решения! – глубокомысленно высказался он, – Аллен, подождите-ка минуточку! Сейчас я пораскину мозгами и найду выход из этого тупика…

И он принялся сосредоточенно расхаживать по залу ожидания, напряжённо морща лоб и что-то бормоча себе под нос. Даже со стороны было очевидно, что в его мозгу происходит некий титанический мыслительный процесс… Что касается Аллена, то он молча стоял у окошка, прислонившись к дощатому столу, и, судя по расслабленному выражению лица, вообще не утруждал себя никакими размышлениями.

– Как ни странно, мне и самому стало интересно узнать, каким же образом они собираются выпутываться из этой истории, – вполголоса высказался Маклуски.

– Мне всё-таки кажется, что Брэдшоу найдёт верное решение. Уж больно одухотворённый у него вид! – выразил убеждённость Доддс.

Он опять оказался прав. Не прошло и пяти минут, как начальник станции вдруг остановился посереди зала, поднял глаза к злополучной табличке и в задумчивости произнёс:

– Кажется, придумал! Выход может быть таков: Раз мы не можем снять табличку со стены, мы должны чем-то её замаскировать – например, повесить на неё какую-нибудь непрозрачную занавеску…

– А где мы её найдём? – уточнил Аллен.

– Не будем ломать голову – возьмём первую попавшуюся из нашей кладовки! – принял решение Брэдшоу, – Только что, когда мы заносили туда ваш реквизит, мне на глаза как раз попалась какая-то старая чёрная ширма. Она валяется в кладовке ещё со времён предыдущего начальника станции… (Я так и не успел выяснить у Фрейма её предназначение.) Скорее за дело! – встрепенулся он, – Аллен, срочно бежим в кладовку за этой ширмой!

Оба сотрудника в один момент исчезли из зала ожидания. Пока они отсутствовали, Доддс не преминул заметить:

– Пожалуй, идея эта и впрямь довольно свежа и остроумна… Правда, назвать её новаторской будет не совсем справедливо. Наш знакомый Минтер из Бирхема как-то уже рассказывал нам про подобные хитрости на каком-то складе во время какой-то проверки. Как мне помнится, проверяемые как бы невзначай завесили каким-то плакатом антресоли с каким-то незаконным товаром…

– Согласен: Идейка выглядит перспективно, – не стал возражать Маклуски, – Нам осталось лишь понаблюдать, каким образом она будет воплощена в жизнь…

Наконец, Брэдшоу и Аллен вернулись в зал ожидания, волоча за собой большую массивную штору из плотной чёрной материи. Забравшись вместе с ней на стол, они попытались закрепить её верхний конец на двух железных балках, к которым была намертво приварена злополучная табличка. Несколько торопливых суматошных манипуляций – и штора повисла на нужном месте, закрыв собой то, что требовалось… Спрыгнув со стола, Аллен и Брэдшоу отодвинули его немного в сторону и придирчиво осмотрели результаты своих трудов.

– Роскошно! – не поскупился на похвалу Аллен, – Висит, как в музее! По-моему, вид вполне приемлемый… Кстати, нам нет смысла особо усердствовать – ведь после отъезда проверяющего штору всё равно придётся снимать обратно, – резонно заметил он.

– А вот на мой взгляд, работа выполнена откровенно халтурно, – не замедлил со своей ложкой дёгтя Маклуски, – Как сказал бы наш шеф, таким работникам нужно откручивать головы на триста шестьдесят градусов… Нет, вы только полюбуйтесь: Штора висит не просто на соплях, но ещё и изнанкой наружу!

Разумеется, его нелицеприятный комментарий не был слышен по ту сторону прозрачной перегородки. Однако Брэдшоу, как вскоре выяснилось, и без подсказок со стороны смог прийти примерно к такому же выводу… Решив удостовериться в качестве проделанных работ, он резко дёрнул штору вниз. Плохо закреплённый верхний конец тотчас соскользнул с балок и как снежная лавина обрушился на головы незадачливых работников.

Глазам восхищённых зрителей предстала незабываемая картина: Посереди зала ожидания как бы сам по себе громоздился огромный кусок чёрной материи; изнутри из него выпирали две округлые возвышенности – как раз в тех местах, где должны были находиться головы Аллена и Брэдшоу… Два прославленных столичных детектива, большие любители красивых пейзажей, могли лишь пожалеть о том, что не захватили с собой фотоаппараты.

– Аллен, это вы во всём виноваты! – раздался из-под чёрной материи возмущённый голос Брэдшоу, – Это вы по-дурацки закрепили свой конец шторы!

– У меня всё висело нормально, – парировал Аллен из-под другого конца шторы, – Вы сами виноваты: Не нужно было так сильно дёргать!

– Послушайте, прекратите наводить тень на плетень! – вскипел невидимый начальник станции Пинч, – К нам с минуты на минуту нагрянет проверяющий – а вам бы только лясы поточить! Скорее вылезайте из-под этой штуки – и давайте вместе подумаем, как бы нам её покрепче присобачить к этим идиотским балкам…

– А знаете, что мне напоминает эта дискуссия под чёрной ширмой? – обратился к коллеге Доддс, – Вы не поверите: беседу двух любителей русской литературы! Оцените, какие реплики до нас доносятся: «Кто виноват?», «Что делать?», «Ревизор!», «Идиот!» – и прочие давно знакомые нам названия…

– Я – небольшой знаток русской литературы, – честно признался Маклуски, – Но мне почему-то кажется, что накануне больших проверок примерно такие же беседы ведут между собой и миллионы других проверяемых по всему свету…

А в зале ожидания тем временем снова закипела работа по укреплению чёрной завесы. Брэдшоу и Аллен, выбравшись из-под шторы, в очередной раз придвинули дощатый стол к стене. Учтя свой предыдущий опыт, они подошли к решению проблемы более основательно… Не прошло и десяти минут, как штора опять висела на прежнем месте – теперь уже правильной стороной наружу и привязанная к балкам по всем правилам науки.

– Вот это – совсем другое дело! – высказал одобрение Маклуски, – Да, такую работу не стыдно предъявить даже пронырливому инспектору…

Спрыгнув со стола, Аллен и Брэдшоу приступили к очередным контрольным испытаниям. Дотошный начальник станции несколько раз подёргал за штору в разных местах и в разные стороны, а в довершение всего даже слегка на ней повисел. Штора с честью выдержала проверку и как будто не выказала поползновений к новым сползаниям.

– Висит надёжно – не хуже вашей таблички! – подытожил Брэдшоу, спрыгивая со шторы, – На мой взгляд, она идеально вписывается в ландшафт, словно сто лет провисела на этом месте. У инспектора должно будет создаться впечатление, будто наша ширма специально предназначена для задёргивания этого окошка… Как там у нас со временем? – он бросил взгляд на свои наручные часы, – Да, мы успели вовремя! Перегрин появится на станции с минуты на минуту… Всё, быстро расходимся! – спохватился он, – Этот хмырь должен застать нас за исполнением обычных служебных обязанностей. Ему ни к чему знать, что нас предупредили о его приезде… Скорее по рабочим местам!

Он водиночку поднял дощатый стол и вместе с ним бегом покинул зал ожидания. Аллен торопливо последовал за начальником… Что же касается шторы, то она продолжала по-прежнему свисать с высоты своими многочисленными тяжёлыми складками и прикрывать собой злополучную табличку.

– Будем считать, что наши новые знакомые успешно решили стоявшую перед ними задачу, – подвёл итог Доддс, – Кстати, а не пора ли и нам отправляться в путь?

– Пожалуй, пора, – согласился Маклуски, поднимаясь со скамейки и беря в руку свой драгоценный саквояж, – Если мы пройдёмся до автовокзала бодрым походным шагом, то как раз успеем к началу рейса до Карлингтона!

Вскоре два непревзойдённых мастера принятия верных стратегических решений уже шагали твёрдой уверенной походкой в направлении автобусной остановки, оперативно обходя на своём пути многочисленные лужи и огибая всевозможные колдобины.

– Я бы сказал, что Брэдшоу и Аллен поступили грамотно, в полном соответствии с теорией, – высказался по дороге Доддс, – Если нежелательный предмет невозможно убрать с места проверки, его следует попытаться каким-то образом замаскировать… Подобный метод широко применяется при обустройстве конспиративных укрытий. Например, чтобы скрыть какой-нибудь потайной люк в полу квартиры, на него можно постелить большой толстый ковёр и поставить сверху диван, шкаф или комод пошире и помассивнее…

– Всё это верно, – ответил Маклуски, – Однако иногда не помогают даже такие хитроумные меры маскировки! Когда к вам прибывает по-настоящему пронырливый инспектор, его уже ничто не способно остановить – особенно, если этот тип энергичен и обладает высокой профессиональной интуицией…

Полтора километра пути быстро остались позади. Не прошло и получаса, как два мастера пеших переходов уже подходили к автобусной остановке… К их удивлению, выглядела она почти так же пустынно, как и зал ожидания на станции Пинч.

– Как это понимать? – произнёс в недоумении Маклуски, – Час назад тут невозможно было протолкнуться от избытка пассажиров – а теперь на автовокзале хоть шаром покати… Куда же делся весь народ, позвольте вас спросить?

– Может быть, сюда тоже нагрянул какой-то инспектор и всех распугал? – выразил обеспокоенность Доддс.

– А вот из окошка диспетчерской выглядывает Керр… У него и уточним! – принял решение Маклуски, – Послушайте, уважаемый диспетчер! – обратился он в окошко, – Разъясните-ка нам: Скоро ли отходит ближайший рейс до Карлингтона?

– Ну да, скоро, – ответил Керр, – Сегодня вечером, часиков примерно через пять…

– Каких ещё часиков? – не понял Маклуски, – Час назад вы утверждали, что наш автобус якобы отчаливает через час с небольшим!

– Это было не час назад, а уже почти полтора, – поправил диспетчер, – Тот автобус, который я имел в виду, отправился в Карлингтон пять минут назад. Следующий, согласно расписанию, ожидается только вечером… Если не верите, взгляните на расписание! (Оно висит с той стороны диспетчерской.)

Детективы для очистки совести взглянули на расписание и убедились, что Керр, к их глубокому сожалению, ничего не перепутал.

– Ну что за незадача! – огорчился Маклуски, – Мы совсем потеряли счёт времени, пока глазели на Аллена и Брэдшоу с их чёрной шторой… И вот вам результат: Наш автобус уже укатил в Карлингтон! Надо полагать, на нём и уехала львиная часть местных пассажиров. (Вот почему здесь теперь так пусто!) И придётся нам с вами дожидаться следующего рейса…

– Но имеет ли нам смысл целых пять часов торчать на этом плохо отапливаемом автовокзале? – поставил вопрос ребром Доддс.

– Возможно, что и не имеет, – взглянул реальности в глаза Маклуски, – Пожалуй, нам следует снова вернуться на станцию Пинч! Ещё часа четыре мы сможем со всеми удобствами провести в тёплом уютном зале ожидания – а затем с новыми силами снова отправимся на автовокзал… Кстати, кондуктор нашего поезда обмолвился, что на станции Пинч якобы имеется в наличии неплохой буфет. За эти четыре часа у нас будет достаточно времени, чтобы проверить это утверждение…

Решительно развернувшись, детективы твёрдой уверенной походкой двинулись в обратный путь.

– Вот так всегда и бывает! – не смог сдержать досады Доддс, – Чем хитрее пытаешься поступить, тем большую глупость сморозишь… Мы с вами опасались, как бы нам не пришлось зря тащиться пешком от станции до автовокзала со всем нашим багажом. Мы приняли меры, дабы избежать подобного варианта – а в итоге именно этот вариант у нас и получился! И теперь нам с вами вместо полутора километров предстоит отшагать с полной выкладкой целых четыре с половиной… (А вы к тому же пробегали дополнительные три километра налегке.) Несмотря на это, мы всё равно опоздали на автобус и вынуждены задержаться в этой дыре ещё на пять часов… Да ни один самый злостный вредитель не смог бы причинить нам столько неприятностей, сколько мы устроили себе сами по собственной воле!

– Но давайте подумаем: А где случилась самая главная задержка на нашем пути? – заглянул в корень проблемы Маклуски, – Да это и так очевидно: В зале ожидания на станции Пинч! Мы с вами, два безмозглых ротозея, с разинутыми ртами наблюдали, как Аллен и Брэдшоу развешивают свою дурацкую штору – вот мы и проспали автобус до Карлингтона! Весьма безответственно с нашей стороны…!

– Вы правы: Нашему поведению не может быть оправдания, – проявил самокритичность Доддс, – Мы не имели права забывать о своих командировочных обязанностях и совать нос в постороннюю историю, которая нас совершенно не касается… Кстати, – заметил он к слову, – Сейчас у нас появилась отличная возможность узнать, каким финалом эта история завершится!

Некоторое время спустя два прославленных детектива повторно за последние пару часов прибыли на станцию Пинч. (Маклуски сделал это даже не во второй, а уже в третий раз.) Пройдясь быстрым шагом по знакомой пустынной платформе, они снова зашли всё в тот же зал ожидания и прямой наводкой направились за прозрачную перегородку к уже насиженной ими скамейке… Момент для вторжения был выбран на редкость удачно – в зале на сей раз оказалось абсолютно безлюдно. Массивная чёрная штора продолжала всё так же невозмутимо висеть на положенном месте, закрывая своими тяжёлыми складками окошко бывшего обменного пункта, а заодно и неснимающуюся табличку с соответствующей надписью… Впрочем, не успели детективы как следует перевести дух, как с улицы в зал ожидания твёрдой уверенной походкой зашло ещё трое важных персонажей этой истории.

Первым шёл джентльмен весьма решительного и даже несколько самонадеянного вида, одетый в служебную железнодорожную форму. В руках он держал большую красную папку с какими-то важными документами… Его сопровождали предельно учтивые и сосредоточенные Брэдшоу и Аллен в безукоризненно отглаженных костюмах и безупречно завязанных галстуках. Первый из них нёс в руках большую связку с ключами… Все трое неспеша направились к окошку бывшего обменного пункта и в задумчивости остановились перед свисающей сверху чёрной шторой.

– Ну, что скажете, Перегрин? – осторожно осведомился Брэдшоу у джентльмена в форме, – Мы с вами уже как будто осмотрели на станции все залы и кабинеты…

– Как будто да, – нехотя согласился Перегрин, бросая вокруг настороженный взгляд, словно в поисках ещё не осмотренных залов и кабинетов.

– Не пора ли вам писать отчёт об итогах проверки? – позволил себе прозрачный намёк Аллен.

– Как ни странно, я в этом ещё не уверен, – глубокомысленно ответил Перегрин, – Меня не покидает ощущение, что я на вашей станции упустил из виду нечто важное…

– Но помилуйте! – воскликнул Брэдшоу, изображая на лице беспечную улыбку, – Мы уже показали вам всё, чем владеем! Мы не утаили от вас ни одной мелочи… У вас остались какие-то сомнения? Ну что ж, мы готовы показать вам наши помещения и по второму разу!

– Буду с вами откровенным! – Перегрин извлёк из-за пазухи небольшую записную книжечку, – Значит, ваша станция называется Пинч? Ну так вот: Один достойный доверия источник сообщил, что на вашей станции имеются в наличии следующие нарушения: во-первых, пункт незаконной торговли спиртными напитками; а во-вторых, незаконный пункт обмена валют, – процитировал он по первоисточнику, – Тем не менее, мне пока не удалось обнаружить на вашей территории ни того, ни другого, – выразил удивление он, убирая записную книжку обратно во внутренний карман.

Пока голова проверяющего была повёрнута в другую сторону, Брэдшоу и Аллен успели незаметно от него обменяться между собой весьма тревожным взглядом. Но как только Перегрин обернулся, Брэдшоу снова принял беспечный вид и демонстративно рассмеялся:

– Спиртные напитки? Обменный пункт? Боюсь, что ваш источник немного устарел… Подпольная торговля спиртом процветала на нашей станции полгода назад, при прежнем начальнике. Но после моего назначения подобные злоупотребления больше не могут иметь места!

– То же самое относится и к обменным пунктам, – высказал уверенность Аллен.

– И всё-таки сомнения у меня остаются… – произнёс Перегрин, в задумчивости прохаживаясь по залу ожидания, – Предчувствия мне подсказывают: На вашей станции где-то наверняка имеется некий неприметный потайной уголок, в котором до сих пор продолжается незаконная торговля спиртом… Например, а здесь у нас что? – он резко отдёрнул чёрную штору, словно надеясь увидеть за ней притаившегося спиртоторговца с самогонным аппаратом наперевес, – Какого чёрта тут висит эта занавеска? Уж не для того ли, чтобы скрыть нечто незаконное?

– Нет-нет, уверяю вас! – нервно захихикал Брэдшоу, – Мы и сами не знаем, для чего эта штука тут висит! Надо полагать, её повесил сюда Фрейм, предыдущий начальник станции. Он так и не успел её отсюда снять, пока его самого отсюда не сняли…

– Тогда почему её не сняли вы? – поставил вопрос ребром Перегрин, – Вас ведь назначили на эту должность уже больше двух месяцев назад; не так ли?

– Мы ещё не успели разобраться, каким образом эта штука крепится, – не вполне убедительно ответил Аллен.

– А каково предназначение данного помещения? – продолжал допытываться настойчивый инспектор, заглядывая в окошко бывшего обменного пункта.

– Пока никаково, – смешался Брэдшоу, – Мы планируем открыть в нём дополнительную билетную кассу… или газетный киоск… или что-нибудь ещё…

– А на мой взгляд, тут – просто идеальное место для торговли спиртным, – Перегрин деловито захлопнул окошко и снова задвинул его занавеской, – Нет-нет, неспроста висит здесь эта чёрная ширма… Меня ваши хитрости не обманут! Я за свою жизнь разоблачил больше подпольных спиртоторговцев, чем вы повидали железнодорожных составов… Судя по всему, процесс торговли спиртным происходит следующим образом: Посетитель подходит, протягивает руку за ширму и стучит в окошко, – (он сопроводил свой рассказ наглядными действиями), – Окошко приоткрывается; посетитель суёт туда деньги; из окошка высовывается рука с бутылкой; посетитель молча забирает её (бутылку) и уходит прочь… Если его даже и поймают с бутылкой в руках, он всё равно не сможет опознать продавца, поскольку не видел его из-за ширмы. Вот для чего эта штука тут висит! – он со злостью подёргал чёрную занавеску вверх-вниз и вправо-влево.

Стоявшие за его спиной Брэдшоу и Аллен с трудом удержались от кое-каких чересчур эмоциональных восклицаний. К счастью, непроницаемая завеса с честью выдержала испытание и осталась висеть на прежнем месте.

– Посмотрите, какой у этого Перегрина целеустремлённый и одухотворённый вид! – вполголоса обратился к Доддсу Маклуски, – Он уже напал на след и нащупал слабое место во владениях проверяемых; ещё немного – и он непременно разоблачит все их хитрости! Он напоминает мне бывалого следователя по особо важным делам, размышляющего над некой чересчур мудрёной проблемой…

– Его профессиональному нюху остаётся лишь позавидовать, – согласился Доддс, – Думается, от такого бесценного работника не отказался бы ни УБОП, ни УБЭП, ни даже УБОПЭП!

А упорный проверяющий тем временем всё дёргал злосчастную чёрную занавеску, пытаясь заглянуть за неё то с одной, то с другой стороны… Наконец, Брэдшоу собрался духом и осторожно заметил:

– Перегрин, я вам ручаюсь: Вы ищете не в том месте! Посудите сами: Если бы здесь торговали спиртным, тут бы уже давно всё пропахло алкоголем. Но никакого запаха вы ведь не ощущаете; не так ли?

– Не ощущаю, – вынужден был признать проверяющий, слегка пошмыгав носом, – Как ни удивительно, но вы абсолютно правы!

– Тогда вам, наверно, стоит поискать в других местах – например, в нашем буфете? – прозрачно намекнул Аллен, – Походите по станции и попринюхивайтесь – вдруг где учуете запах алкоголя?

– Ну что ж, давайте попробуем! – нехотя согласился проверяющий, отпуская занавеску.

Все трое двинулись на выход из зала ожидания. Брэдшоу и Аллен уже готовы были вздохнуть с облегчением и поздравить себя с удачным завершением проверки… Но радовались они рано: Буквально за пару шагов до входной двери Перегрин вдруг резко остановился, круто развернулся и со словами «Ага! Кажется, до меня дошло, зачем эта штука там висит…» снова решительно направился к шторе. Оба проверяемых затравленно посмотрели ему вслед, а на их лицах появились прямо-таки зверские гримасы.

– Ну-ка, ну-ка… – сказал Перегрин, подтягивая к себе нижний конец шторы, – Брэдшоу и Аллен, идите скорей сюда! Хватайте эту штуку за края: один – за левый, другой – за правый! А теперь тащите их в разные стороны… Нет-нет, вы, Брэдшоу, идите вправо, а вы, Аллен – влево! Ещё дальше! Ещё! Ещё… Ну вот, что я говорил!

И тут все присутствующие наконец смогли понять смысл остроумной догадки проверяющего. После того, как Аллен и Брэдшоу растянули штору в противоположных направлениях, на ней на двухметровой высоте явственно проступила самодельная надпись белой краской, ранее неразличимая в глубине многочисленных складок: «Алкоголь. Недорого. Сзади вокзала, вниз, возле лестницы».