Читать книгу "Частный детектив второго ранга. Книга 4"

– Так ведь обед скоро, а я ещё не завтракал, – Савелий сел возле двери, обвил себя хвостом и уставился немигающим взглядом жёлтых глаз.

– Почему ты не пришёл, когда я тебя звал? – откинувшись на спинку дивана, я, в свою очередь, рассматривал кота.

– А ты меня звал? – кот закатил глаза, видимо, что-то про себя высчитывая. – Так я не слышал. Я могу тебя слышать исключительно, когда нахожусь в замке. А мне некогда было, я оборотней тех уродких воспитывал, пока они меня слышат.

– Кстати, насчёт оборотней, – я сел, поставив локти на колени и положив подбородок на скрещенные пальцы. – Ты зачем заставлял меня жизнью рисковать, отстреливая их, если мог вот так запросто прогнать?

– Я не мог, – нехотя ответил Савелий. – Мне Ирочка усилитель связи с замком подарила, ты что, забыл? Сейчас я могу частично экранировать энергию в пространство, а оборотни очень чувствительны к ней. К тому же, они же хоть и блохастые уроды и идиоты, но не тупицы, и всегда готовы выслушать умного котика.

– Скажи, а пытки в этом мире случайно не запрещены? – спросил я, покачав головой в ответ на возмущённое фырканье Савелия.

– На что это ты намекаешь? – кот выгнулся и зашипел.

– Я не намекаю, а интересуюсь, разница небольшая, но очевидная. – Поднявшись, я уже почти на автомате создал вестника. Белка прыгнула к Савелию, послушно передавая моё послание, и исчезла снопом искр, на этот раз зелёных.

– Это что сейчас было? – озадаченно спросил кот, почесав за ухом.

– Вестник, – миролюбиво пояснил я.

– А почему он – белка? – Савелий задумался, а потом подпрыгнул и заорал: – Я понял! Понял, почему тебя белки навещают вместо нормальных птичек. Ты же не переработанную замком энергию жил используешь, а черпаешь её напрямую!

– Ну и что? – я нахмурился, не совсем понимая, к чему он клонит.

– Андрюша, одарённые накапливают переделанную энергию в источниках и используют её под свои нужды. Она же трансформированная к ним приходит, и все заклинания создаются с учётом этой переработанной энергии. Когда замки исчезают в Астрале, энергии-то меньше в общем объёме не становится, но одарённые не могут её усваивать. А ты – можешь!

– Это как вместо бензина в бак живую нефть плеснуть, – я потёр подбородок. – Вроде и гореть должна, только машина ни хрена не едет и даже не заводится. И что же мне теперь делать? У меня же абсолютно все известные заклинания будут такими вот фиолетовыми в крапинку в виде белок.

– Ну что тут сказать, у тебя целый профессор университета вдохновение для диссертации уже десять лет найти не может. Вот пускай и изучает твой феномен, заодно каждое заклинание сначала пробуйте под тремя щитами, а потом пытайтесь изменять, чтобы оно хоть немного по характеристикам с требуемым совпадало, – и кот тяжело вздохнул. – Да, рано мы обрадовались, что ты магом оказался. Ну хоть контролировать свои порывы научился, и то хлеб.

– Да уж, – и я снова потёр подбородок. – Ну, ничего, стрелять я пока не разучился, а самое главное – вестника, создавать умею. Пусть и такого оригинального. Я вот ещё что хотел спросить: Макеев с Натальей, случайно не…

– Нет, – уверенно ответил Савелий. – Они тихо друг друга ненавидели с первого взгляда. Каждый считал, что другой виноват в том, что Марк внезапно на гречку переключился и перестал уделять им малейшее внимание. А что?

– Да просто между ними такие искры летят, вот я и подумал, может быть, Александр сублимирует давно скрываемую страсть к жене друга? – я хмуро смотрел на Савелия, потому что, если он прав, то этому поведению должно быть какое-то другое объяснение, и меня это, если честно, не радует.

– Пф-ф-ф, – Савелий разве что лапой не махнул, высказывая своё пренебрежение. – Скажешь тоже. Когда это Сашку останавливала дружба с мужем очередной понравившейся ему красотки? Но ты прав, они как-то резко стали переходить все границы дозволенного, и это подозрительно.

– Проклятье? – сразу же выдвинул я пришедшую мне в голову теорию. – Призрак жены Макеева мог так им подгадить напоследок?

– Софья-то? – кот отвечал, даже не задумываясь. – Запросто. Вот кто в стервозности Наташке мог мастер-класс показать. Но это что же получается, роковая страсть? Это нехорошо, Андрюша.

– Во что это может вылиться? И не проще запереть их в спальне, чтобы они эту страсть реализовали и мирно разошлись? – быстро спрашивал я, прикидывая, как лучше это провернуть.

– Это проклятье, Андрей. Про-кля-тье! – по слогам произнёс Савелий. – Конечная цель любого проклятья – смерть проклятого. В данном случае время ещё есть, чтобы всё выяснить и попытаться исправить. Они же терпеть друг друга не могут, так что до спальни им идти и идти. Но когда они всё-таки там окажутся, а если это то, о чём я думаю, они там в любом случае окажутся, проклятье вступит в финальную фазу и…

– Как это может повлиять на нас? – я снова принялся перебирать в уме варианты.

– Напрямую. Наташка – твой вассал, и ты вынужден будешь вмешаться, когда ситуация выйдет из-под контроля. Макеев – твой сосед, и, что бы ты о нём ни думал, Сашка очень сильный маг. Вот и прикидывай, каким боком замок может тряхнуть. А я предупреждал, что с таким соседом, как Макеев, никаких врагов не нужно, – мрачно добавил кот.

– Как узнать, есть ли на них проклятье? – я только головой покачал. Вот что заставило меня принять безумное предложение Натальи?

– У Наташкиной матери спроси или у графини Беркутовой. Всё-таки именно члены этой семейки считаются специалистами в данной теме, – посоветовал Савелий.

– Отлично. Программа минимум на балу: расспросить заказчика Бергера насчёт призрака и кольца и узнать у Беркутовых, нет ли на Наталье проклятья. Если на ней есть, то Макеева можно и не проверять, и так всё станет понятно. А потом молиться, чтобы их проклял кто-то живой, так как в этом случае появится шанс снять эту дрянь, и нас не похоронит в итоге под обломками этой «роковой страсти». Интересно, а потанцевать у меня время останется? – я схватил папку с дивана и направился искать Аполлонова, чтобы поделиться с ним теорией Савелия насчёт моего дара. В конце концов, Хранитель прав: Аполлонов у нас профессор, вот пускай и разбирается, а у меня дела, похоже, никогда не закончатся.

Глава 3

Князь Мишин, Георгий Петрович, советник по особым поручениям Отдельного подразделения Имперской канцелярии, сошёл на перрон и принялся осматриваться. Он нередко покидал столицу, служба у князя была такая – работать на местах, чаще всего в таких вот провинциальных губерниях. На фоне остальных губернских городов Дубровск отличался какой-то странной неторопливостью, основательностью, что ли, и Мишин никак не мог понять – это ему нравится или безумно раздражает.

– Георгий Петрович, приветствую вас в нашем славном Дубровске, – раздался знакомый голос, и князь повернулся к говорившему. Данила Петрович Первозванцев шёл к нему по перрону, скупо улыбаясь.

– О, Данила Петрович, сами решили встретить меня, – произнёс в ответ Мишин, делая шаг в сторону Первозванцева. – Рад снова встретиться с давним знакомым и польщён, да, определённо польщён.

Когда предводитель местного дворянства подошёл поближе, они обменялись рукопожатиями, после чего пошли к выходу с вокзала. Мишин даже не посмотрел в ту сторону, где трое его слуг, во главе с денщиком, разбирают багаж и выдвигаются следом за ними, стараясь не отставать.

– Вы один прибыли? – нарушил воцарившееся молчание князь Первозванцев. – По-моему, я чётко указал в донесении, что это непростое дело требует внимания детектива первого ранга.

– Данила Петрович, ну откуда в империи столько специалистов? – Мишин поморщился. Первозванцев своей прямотой частенько выбивал его из колеи. – Некого мне было брать с собой. И скажите спасибо, что меня послали. По вашим сообщениям не совсем понятно, а нужно ли присылать сюда детектива первого ранга. Вот я посмотрю, начну руководить следствием и приму окончательное решение. Да и к тому же у вас есть этот, как его, – Мишин щёлкнул пальцами, – Громов. Да, точно, Громов, я помню, ему не так давно ранг присвоился.

– Второй, – спокойно парировал Первозванцев. – Андрею Михайловичу присвоился второй ранг. А второй, как вы сами понимаете, далеко не первый.

– Если в этом деле замешана нежить или нечисть, то его и попробуем привлечь, – довольно пренебрежительно заметил Мишин.

– Георгий Петрович, в своём донесении я чётко указал на то, что Громов уже отверг версию о причастности нежити… – начал Первозванцев, но советник по особым поручениям его прервал.

– Позвольте мне самому судить об этом. Сдаётся мне, что опыта у меня в подобных расследованиях поболее будет, чем у этого вашего Громова, – произнёс Мишин с нажимом, и Первозванцев стиснул зубы, чтобы не высказать этому напыщенному индюку всё, что о нём думает.

– Я не стал бы так категорично утверждать, что ваш опыт сильно перевешивает опыт Громова. Мне показалось, что Андрей Михайлович вполне знает, что делает, – наконец сказал Первозванцев, когда они вышли к его машине, на которой он приехал дорогого гостя встречать. Рядом стояла ещё одна – для слуг и багажа.

– Шикуете, – улыбнулся краешками губ Мишин, намекая на две машины, приехавшие за ним. Когда же они с Первозванцевым расселись на сиденье, он добавил: – Я вправе утверждать про свой опыт, потому что занимаюсь расследованием странных и запутанных дел уже больше лет, чем живёт этот мальчишка. Ему же ещё и тридцати нет, насколько я помню.

– Вы всё правильно помните, Георгий Петрович, – холодно ответил Первозванцев и повернулся к окну, за которым текла обычная повседневная городская жизнь.

– Данила Петрович, вы же на бал к Беркутовым поедете? – как бы невзначай спросил Мишин.

– Разумеется, там соберутся, наверное, все хоть сколько-то значимые люди нашей губернии, – Первозванцев посмотрел на него. – Не хотите же вы сказать, что тоже собрались посетить это великолепное мероприятие?

– Ну почему же не хочу, – и Мишин снова улыбнулся. – Вы же сможете сопровождать меня, как столичного гостя? Заодно познакомите с Громовым. Он же не станет оскорблять хозяйку вечера своим отсутствием?

Первозванцев ничего не ответил, глядя на советника. Похоже, для Громова этот бал станет очень запоминающимся. Остаётся только надеяться, что он не отобьёт у Андрея желания посещать подобные мероприятия. В противном случае, детектив рискует нажить много врагов среди женской половины губернии, если будет постоянно игнорировать приглашения.

***

Олег сквозь сон почувствовал, что на него кто-то пристально смотрит. Чуть шевельнувшись, он передвинулся таким образом, что рука легла на рукоять ножа, спрятанного под подушкой.

Ощущение взгляда не исчезало, и он снова чуть шевельнулся, приоткрыв один глаз.

– Мать вашу! – Дерешев сам не понял, как очутился на полу, куда скатился, сжимая в руках нож, увидев сидящую на подушке салатовую белку. – Это ещё что за чучело?

– Хватит дрыхнуть, – голосом Громова произнесла в этот момент белка. – Подходи на полигон доложить насчёт оборотней Белова.

Сказав это, белка исчезла, оставив после себя бирюзовый дым, быстро исчезнувший.

– Так, спокойно, Олег, спокойно, – пробормотал Дерешев, поднимаясь с пола и с недоумением глядя на нож в руке. – Сначала говорящие коты, потом белки. Ты в Блуждающем замке, не забыл? Значит, может быть ещё хуже, хотя, казалось бы…

Сунув нож в ножны, Дерешев направился в крохотный санузел, полагающийся ему, как командиру в единоличное пользование. Стоя под горячими упругими струями, он обдумывал всё то, что произошло с ним за неполные сутки. И начать надо с того, что он тоже теперь слышит кота! Правда, как объяснил ему Савелий, исключительно в полнолуние, но и этого было достаточно, чтобы Олег усомнился в своём душевном здоровье.

– Я ведь взаправду считал Громова психом, – он опёрся ладонями на стену, подставляя воде спину и негромко рассмеялся. – Это тебе урок, Олег, на будущее. Нужно своим предчувствиям больше доверять, они-то мне твердили, что я не прав, и Громов действительно разговаривает с котом. Бедный Андрей, за что же ему такое наказание?

Выйдя из душа, он быстро оделся и вышел из казармы, не встретив по дороге никого, кроме вскочившего при его появлении дежурного. А вот на улице к нему подбежал Буров, дежуривший сегодня на воротах

– Олег, подожди, – остановил он командира.

– Что случилось? Быстрее докладывай, меня Громов на полигоне ждёт.

– Там у ворот Селин стоит, поговорить с тобой хочет, – скороговоркой проговорил Буров.

– А ему-то что от меня надо? – Дерешев нахмурился. Селин был командиром отряда оборотней, застрявших в это полнолуние возле Блуждающего замка. – Ночью в любом случае встретимся.

– Ночью не то будет, сам понимаешь, – ухмыльнулся Буров, и в его глазах сверкнуло жёлтое пламя, словно запертый в теле человека зверь хоть таким вот способом стремился прорваться наружу. – Так что, будешь с ним говорить или посылать его подальше?

– Поговорю, – решил Дерешев, прикинув про себя, что вряд ли Андрей сейчас измеряет полигон шагами, ожидая начальника охраны замка. Скорее всего, он снова тренируется в магии, вот и решил совместить, так сказать.

Буров кивнул и пошёл к воротам впереди Дерешева, чтобы побыстрее вернуться к месту дежурства. Подобные новости командиры караулов предпочитали доносить до Олега лично, не пользуясь внутренними передатчиками, чтобы не возникло недопонимания.

По ту сторону ворот стоял высокий крепкий мужчина, одетый в куртку, похожую на ту, что была надета на самом Дерешеве. Он стоял, сунув руки в карманы, расслабленно, и терпеливо ждал, когда Олег к нему выйдет. Вопросов про то, почему его не пропустили, у него не возникло. Селин был опытным наёмником и всё отлично понимал.

– Зачем пришёл? – сразу без каких-либо предисловий спросил Дерешев, выходя за пределы защитного периметра и закрывая за собой калитку.

– На работу пришёл проситься, – немного подумав, ответил охотник. – Надоело мотаться, а вы здесь неплохо пристроились. К тому же хозяин мне вполне адекватным показался, да и в охране здесь одни оборотни, так что мы белыми воронами точно не будем.

– Значит, не только за себя просить пришёл, – задумчиво ответил Дерешев. – Белов как к этому отнесётся?

– Понятия не имею, – Селин пожал плечами. – Мы с ним не на постоянной основе работаем, а по разовым контрактам. Так что мне по большему счёту плевать, как он отнесётся к нашей смене сферы деятельности. Ты же видишь, какая это морока, мы даже ограничитель продлевать не успеваем. Думаешь, нам хочется каждый раз из кожи вылезать, меняя ипостась?

– Некоторым это нравится, – усмехнулся Дерешев и сразу же стал предельно серьёзным и сосредоточенным.

– Некоторым и не такое нравится, извращенцев везде хватает, – поморщился Селин. – Ну так что? Мы согласны на испытательный срок, и с содержимым приносимой клятвы ребята меня немного ознакомили. Ничего в ней невыполнимого точно нет, так что нестрашно.

– Ты же понимаешь, что окончательное решение не я принимаю, – Дерешев обернулся, посмотрев в сторону полигона. Там в этот момент что-то полыхнуло, и он невольно вздрогнул, вспомнив утреннюю белку.

– Да, что это за тварь говорящая нас вчера тормознула, а потом полночи грузила так, что меня до сих пор потряхивает. Этот кошак как-то повлиял на нас… – начал Селин, но Дерешев не дал ему договорить, уже откровенно усмехаясь.

– А не поэтому ли вы все решили пойти в Блуждающий замок служить?

– Нет, не поэтому, – покачал головой Селин. – Так что это за тварь была?

– Это был Хранитель замка, – ответил Дерешев, не сумев сдержать злорадства.

– Ну я же говорю, просто охренительный кот, мне он сразу понравился, – сразу же сориентировался Селин. – Когда ты меня с Громовым познакомишь? Я же правильно понял, мне сначала нужно одному с ним переговорить?

– После полнолуния приходи, – нехотя ответил Дерешев. Расширять штат было необходимо, а отряд Селина хорошо зарекомендовал себя. Да и Белов с кем попало дел никогда не ведёт. – Хотя нет, давай через неделю. После полнолуния же этот чёртов бал, не до тебя всем будет.

– Я приду, – кивнул Селин и уже начал разворачиваться, чтобы уйти в лес, где его отряд встал лагерем, чтобы пережить здесь полнолуние, но тут остановился, а его глаза блеснули. – Ого, я понимаю всё больше и больше, почему тебя отсюда ломом не сковырнёшь. – Он расплылся в улыбке и поклонился, с кем-то здороваясь. Дерешев почувствовал лёгкий знакомый запах и скрипнул зубами, но ничего не стал говорить, медленно поворачиваясь к Катерине.

– Я пришла спросить, вы сегодня где ужинать будете, Олег Яковлевич? В казарме или с Андреем Михайловичем? – произнесла она, бросив мимолётный взгляд на Селина.

– В казарме, – ответил Дерешев, прикидывая, может ли он забрать свои слова обратно, сказав, что Блуждающий замок больше в охране не нуждается.

– Очень хорошо, – Катерина улыбнулась, и на её щеках сверкнули ямочки. – Только вы предупреждайте заранее, чтобы никто за вами не гонялся по всему поместью.

– Я учту ваше пожелание, Катерина Михайловна, – сухо ответил Дерешев и повернулся к Селину. – Тебе к своим людям не пора возвращаться?

– Да, время так быстро летит, надо же, уже ужин скоро, – Селин говорил, не переставая улыбаться. – Я запомнил про неделю, Олег. Ночью увидимся, – и он быстро пошёл в сторону леса, махнув на прощанье рукой.

Дерешев проводил его взглядом до поворота и почти бегом направился к Громову. Нужно как-то с Хранителем договориться, чтобы тот снова пришёл лекции о вреде блох читать. Может быть, перспектива жить на одной территории с котом отобьёт желание у отряда Селина искать здесь работу.

***

– Ещё раз неоформленной силой, – скомандовал Аполлонов, поднимая свой странный прибор, которым проводил какие-то измерения проявлений моего дара.

Я вскинул руки и направил неоформленную волну прямо в стену защиты, использовав при этом, кажется, три или четыре нити. Я их не разбирал, просто ударил тем, что под руку попалось. Волна искажённого воздуха, видимая даже невооружённым взглядом, пролетела через всё поле и расплескалась по защите.

– Так, хорошо, – пробормотал профессор, доставая блокнот и что-то увлечённо в него записывая.

После обеда он решил попытаться вычислить характеристики моего дара. В принципе, я был согласен с его решением, и вот теперь с тупой методичностью долблю стену, посылая в неё все новые и новые волны.

– Щит можно снимать? – раздался приглушённый голос Дерешева, и я кивнул, давая разрешение. Судя по сосредоточенному выражению лица Аполлонова, на сегодня ему информации вполне хватит, так что на сегодня пора с экспериментами заканчивать.

– Ну ты и спать, – я повернулся к Олегу, разглядывая его. – Я вестника уже пару часов назад послал, а ты только сейчас соизволил явиться.

– А-а-а, так это вестник был, – протянул Дерешев. – А я-то думал… Кстати, почему эта белка сидела и ждала, когда я проснусь и обращу на неё внимание, и только после этого передала информацию? Вестники так себя не ведут, это кроме того, что он у тебя не птица.

– Я в курсе, что не птица, а насчёт того, что ждала… – повернувшись к внимательно слушавшему нас Аполлонову, я успел заметить, как он записывает новые характеристики моей белки в блокнот. – Это хорошо, есть надежда, что меня услышат. Надо как-то внушить ей быть понастойчивее. Будить, например, а не просто ждать, когда тот, кому предназначено послание, проснётся. Например, крик: «Аларм!» прямо в ухо подойдёт?

Дерешев вздрогнул, видимо представив себе это. Он помотал головой, глядя куда-то в пустоту, а потом перевёл взгляд на меня.

– Может, не стоит этого делать? Пробуждение было и так довольно некомфортным, а если бы белка ещё орала в ухо… – он снова содрогнулся. – Насчёт оборотней. Всё под контролем, они сидят в лесу и обещают не хулиганить.

Он, кажется, хотел сказать что-то ещё, но внезапно передумал и замолчал. Я ждал почти минуту, пока Олег продолжит, но тот, кажется, не собирался больше ничего говорить.

– Это всё? – наконец спросил я, вопросительно глядя на него.

– Да, то есть… – Дерешев запнулся, а потом добавил, улыбнувшись: – А где сейчас находится Хранитель?

– Гречку караулит или чем-то не менее важным занят, – ответил я, продолжая его разглядывать. – А тебе зачем Савелий? Решил прибить, пока никто не видит?

– Что ты, как можно даже думать о таком кощунстве, – возмутился Дерешев. – Хозяев Блуждающих замков убивали, не без этого, всякое в жизни может произойти. Но я никогда не слышал, чтобы у кого-то рука поднялась на Хранителя. Я просто хотел попросить его составить мне ночью компанию.

– Кто на самом деле остановил стаю? – резко спросил я.

– Мы вместе, – Олег перестал улыбаться и говорил серьёзно. – Я бы справился, но без Хранителя мог возникнуть конфликт, и небольшой стычки с вожаком вряд ли удалось бы избежать. Селин очень сильный оборотень, так что он начал бы оспаривать моё право командовать. А с Хранителем, ты сам видел, они как нашкодившие щенки себя вели.

– И ты готов слушать Савелия целую ночь, чтобы избежать драки? – я почувствовал, как мои брови удивлённо поползли вверх. – Неожиданно. Олег, мне однажды не придётся тебя вытаскивать из весёлого дома, оказывающего весьма сомнительные услуги?

– Нет, не придётся, – выдохнул сквозь зубы Дерешев.

– Ну-ну, я надеюсь, но на всякий случай куплю плётку и подарю её Катерине. Думаю, у неё получится наказать очень непослушного мальчика, – Олег насупился ещё больше, я же повернулся к Аполлонову. – Ну что скажете, Всеволод Николаевич?

– Насчёт сомнительных пристрастий Олега Яковлевича? – профессор пожал плечами. – Мы все были молоды и искали в жизни чего-то неизведанного.

– У меня нет сомнительных пристрастий! – рявкнул Дерешев. – Если это всё, то я, пожалуй, пойду. У меня много дел.

– Не надо стесняться, Олежа! – крикнул я ему вслед, приложив руки ко рту рупором. – И мне даже не нужно будет Савелию об этом говорить, он сам поймёт, когда ты его на ночную прогулку позовёшь! – тихо рассмеявшись, я повернулся к Аполлонову. – Всё на сегодня, или что-то ещё нужно сделать?

– Давай неоформленную волну водной нити попробуем, – тут же ответил профессор, поднимая прибор.

– Да откуда я знаю, какая из этих нитей водная? – огрызнулся я. – Если по цвету судить, то голубых штук пять наберётся. Каждую будем пробовать?

– Вот! – Аполлонов поднял палец вверх. – Ты сам подошёл к своей следующей проблеме: нужно научиться всё дифференцировать на уровне чувств. Давай начнём их перебирать, но ты не просто будешь использовать дар, а постараешься прочувствовать каждый нюанс возникающих у тебя ощущений, когда ты прикасаешься к той или иной нити. И да, начнём с голубых.

Я вздохнул, сконцентрировался и попробовал выделить одну из нитей. Это было сделать очень непросто, они всё время убегали и пытались переплетаться друг с другом. Наконец мне это удалось, и на меня словно ветер налетел, заставляя кожу покрываться мурашками. Так, похоже, это воздух.

Ну что же, начнём, и я направил его в сторону стены восстановленной защиты, а Аполлонов принялся что-то яростно писать. Надеюсь, мы всё делаем правильно, потому что мне сейчас как-то не хочется останавливаться на сомнительных файерболах и белке-вестнике, которую я всё-таки как-нибудь научу орать «Аларм!»