Текст книги "Схватка без правил"
![](/books_files/covers/thumbs_240/shvatka-bez-pravil-65978.jpg)
Автор книги: Алекс Орлов
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
19
Через сорок минут, умытый и переодетый в новую форму Бена Либермана, Найджел Вершин сидел за столом и беседовал с хозяином кабинета, а также со специально приглашенным технологом Банкоком.
– Я, конечно, тысячу раз извиняюсь, дорогой камрад, что так получилось, но предлагаю начать все наши отношения с чистого листа.
Либерман лучился целым набором дружеских улыбок, а технолог Банкок, напротив, был сосредоточен как никогда. Он прервал словесные излияния камрад-полковника категорическим жестом руки, и тот замолчал.
– Препарат, – произнес Банкок медленно. – Препарат с вами?
– Со мной, – в тон технологу ответил Вершин.
– О! – вырвалось у полковника Либермана, пораженного степенью взаимопонимания этих двух людей.
– Мне понадобится трибинатарная основа и растворитель бытовой типа «ореховый куст».
Банкок не спеша поднял с пола докторский чемоданчик и, поставив его на стол, произнес: – Здесь… есть… все…
– Отлично, – кивнул Вершин. Он открыл чемодан и быстро нашел то, что ему требовалось. Тем временем Либерман не дыша следил за действиями главного свидетеля и думал о том, что еще три пары ботинок, принадлежавших членам команды уиндера «Саратога», скрытно угрожают безопасности «Революшн-И».
Вершин намочил бытовым растворителем ватный тампон и принялся протирать ноготь на мизинце левой руки. После этого подул на палец и, взяв другой тампон, смочил его в растворе трибинатарной основы. Проведя несколько раз этим тампоном по ногтю мизинца, Вершин со всеми предосторожностями вернул его в склянку с основой. Затем тщательно закупорил пробку и встряхнул.
– Теперь добавьте сюда каплю нейтрализатора, и раствор готов.
Банкок не заставил себя долго ждать. Теперь он двигался очень быстро, было видно, что технолог очень взволнован.
Наконец нейтрализатор вспенил полученный раствор, хлопья неизвестного осадка трижды достигали поверхности и снова падали на дно, пока не повисли в жидкости равномерной взвесью.
– Можно, – уверенно произнес Вершин.
– Можно, – повторил за ним Банкок и счастливо улыбнулся. Затем намочил в растворе кусочек ватки и положил его под язык.
С минуту он сидел с закрытыми глазами и слегка покачивался, словно его баюкали невидимые волны теплого моря. Временами улыбка трогала его бледные губы, и в эти мгновения Банкок казался живым человеком.
Вскоре из-под сомкнутых век потекли слезы, и технолог очнулся. Он с удивлением посмотрел на Вершина и полковника Либермана, затем с выражением крайней брезгливости оглядел помещение, в котором пребывал.
– В какой грязи и низости мы живем, господа! – неожиданно воскликнул он. И уже тише добавил: – Я не хочу сюда возвращаться. После того, что испытал, – не хочу.
20
Уже на следующий день на столе команданте Нагеля лежал самый что ни на есть наиблагоприятнейший отчет о качестве представленного Вершином препарата. Особым пунктом технолог Банкок выделил необходимость на начальном этапе получать препарат от нового партнера, поскольку сразу собрать нужные производственные мощности чрезвычайно трудно.
– Я хочу поговорить с этим человеком, – сказал команданте, и за Вершином тотчас послали курьера.
Вскоре Вершина доставили прямо в кабинет политического руководителя, но предварительно Анни и Хлоя так тщательно обыскали гостя, что он вошел в кабинет Нагеля с улыбкой и легким румянцем на щеках.
– Прошу садиться, мистер Вершин.
– Спасибо, сэр.
– Вам идет эта форма. Не хотите ли остаться у нас насовсем?
– Насовсем? – Вершин огляделся, словно ему предлагали жить в кабинете вождя, и, утвердительно кивнув, сказал: – У вас тут довольно уютно, сэр, и если наши дела пойдут, то почему бы и нет…
– Свои источники вы тоже пока не собираетесь нам открывать? – Команданте улыбнулся гостю как мудрый вездесущий старичок – хитро и весело.
– Мои источники очень осторожны, сэр. Одно неверное движение – и они исчезнут, а мы с вами останемся при своих прежних активах. – Вершин развел руками. – А кому это надо?
– Вам стоит поговорить со своими поставщиками, мистер Вершин. У нас огромная станция и три чудесные планеты – Зуфар, Червонец и Судак. Мы можем создать вам любые условия.
– Можете быть уверены, сэр, что я расскажу о ваших широких возможностях.
– А недоразумение…
– А про недоразумение я уже забыл. Чего только не случается в бизнесе.
Иоган Нагель пошевелил бровями, Вершин почесал нос. Они помолчали. Команданте пододвинул к себе листок бумаги и пробежал его глазами.
– Вы бывший военный, мистер Вершин?
– Да, сэр. Я состоял в вооруженных силах республики Конклав. До того момента, пока она не прекратила свое существование.
– У вас есть семья, дети? – посмотрев в шпаргалку, спросил команданте.
– Чего нет, того нет, сэр. Я всегда был один.
– М-да… В таком случае позвольте с вами проститься и пожелать счастливого пути.
Команданте поднялся, Найджел Вершин тоже. Они обменялись рукопожатиями, и команданте, как бы между прочим, спросил:
– Куда теперь?
– Еще не знаю, сэр. Я ведь в этих краях недавно, хочется осмотреться, может, слетаю на Новую Каледонию.
– А зачем вам Новая Каледония?
– У меня там знакомый живет, вместе служили еще молодыми лейтенантами.
– Понятно. – Нагель вздохнул. – Только не советую я вам лететь на Новую Каледонию и вообще появляться в районе Прибрежных Миров…
– Почему, сэр?
– Там находится тайная военная база Объединения Англизонских Миров. Они уничтожают любой объект, который попадает в их поле видимости, – судно, катер, спутник. Все что угодно… Есть даже мнение, – команданте понизил голос, – есть мнение, что населения Деркача и Новой Каледонии уже не существует…
– Вы хотите сказать, сэр… – начал было Вершин и не договорил.
– Именно так, дорогой друг. Живем как на пороховой бочке. Ну, прощайте… Ваш экипаж незамедлительно освободят, а то, что сняли с корабля, поставят на место.
– До свидания, сэр.
Найджел покинул апартаменты команданте, и курьерский унтер-офицер довез его на пузатеньком каре до причальных терминалов. Там, прямо возле перехода на «Саратогу», в окружении полутора десятков вооруженных охранников Вершина ждала его команда.
Лицо Абу Сайда представляло собой сплошную маску из синяков.
Ральф Хильке мог видеть только одним глазом – второй совершенно заплыл.
У Бунзена были рассечены обе брови. Вдобавок ко всему бедняги были разуты и стояли на холодном полу босые, а их руки были стянуты шипованными наручниками.
– Снимите наручники, – приказал Вершин человеку с погонами лейтенанта.
– Вы не полковник Либерман, – возразил лейтенант, посмотрев на прикрепленную к мундиру бирку.
Наверное, имело смысл вызвать местное начальство, которое, по всей видимости, забыло довести свои распоряжения до нижних чинов, однако Вершина распирала злость. Совершенно непрофессиональное чувство, однако это было так.
– Сними с них наручники, у тебя осталось совсем мало времени, – зловеще произнес Вершин и ткнул лейтенанта пальцем в грудь.
Тот попытался схватить нахала за палец, но получил молниеносный и страшный удар головой в лицо.
– Эй, он сшиб нашего лейтенанта! – завопил один из охранников, но тут же согнулся пополам, получив в солнечное сплетение.
– Так, мразь… Буду теперь вас учить! – объявил Вершин. – Кто бил моих людей?
– Это не я, сэр, я точно не бил! – завопил рыжий толстяк. – Это лейтенант Фальберг и еще двое из другой смены!
– Я знаю, что не ты, – ответил Вершин. – Сними с них наручники.
– Есть, камрад-полковник! Одну секунду!
Рыжий стал возиться с оковами, и первый же освобожденный узник, а это был Ральф Хильке, с рычанием набросился на другого охранника, носатого здоровяка. Он вцепился обидчику в горло и повалил его на пол. Носатый попытался вывернуться, но на помощь Хильке пришли Сайд и Бунзен.
Найджел оттащил их вовремя – еще немного, и они забили бы несчастного до смерти. Остальные тюремщики стояли, прижавшись к стенам коридора, и даже не пытались воспользоваться своим оружием.
– Ладно, хватит, ребята, – скомандовал Найджел. – Давайте на судно. А вы, – он ткнул в жмущихся по стенам охранников, – живо тащите нам еду с вашего склада. Это распоряжение самого высокого начальства. И не забудьте привести врача для этого лейтенанта. Кажется, я слишком сильно его приложил…
Когда все ходячие охранники умчались, Вершин перешел на уиндер и застал своих матросов за разборкой располосованных на ленты вещей.
– Посмотрите, хозяин, что эти гады сделали! – потрясая тряпками, завопил Абу Сайд. – Одежду порвали, все остальное вытрясли или утащили с собой.
– Ничего, ребята, они нам сейчас все возместят, уж будьте уверены. Может, кому врач нужен? Кости целы?
– А хрен его знает. – Бунзен поморщился, ощупывая свои ребра. – Но главное, ботинок у нас нет. Неловко без обуви, капитан…
В дверь переходного шлюза постучали, и Вершин пошел открывать. На этот раз пришли солдаты из службы материального обеспечения, а вместе с ними полковник Либерман.
– Принесли вам вещевое довольствие, дружище. – Он помахал рукой, тактично не замечая лежащих в луже крови лейтенанта и охранника.
Найджел посторонился, и солдаты перенесли на борт консервы, напитки, табак, а также хлопковое и шерстяное обмундирование лучшего качества, которое полагалось только камрадам высокого ранга.
– Ну вот, вещички, кажется, вернули, – подходя к Вершину, изрек Либерман. – А это в качестве погашения моральных издержек.
С этими словами полковник передал Вершину карточку на пятьдесят тысяч кредитов. Тот взял подарок и, повертев, спрятал в карман. Карточка была с лимитом разового снятия денег, из чего выходило, что за ним собирались приглядывать, отслеживая платежи. Впрочем, этот трюк был Вершину известен, и он знал несколько способов, как снять все деньги разом.
– Одежда, извините, только военная, но если вы подождете, то мы за несколько часов добудем вам гражданскую, – предложил Либерман.
– Не нужно, обмундирование вполне добротное.
– Я знал, что вы не откажетесь. – Либерман улыбнулся. – Куда сейчас рванете?
– Еще не знаю. Возможно, туда, где больше народу, – чтобы затеряться.
– На Онслейм?
– Возможно, на Онслейм.
– Эх, завидую я вам. – Либерман вздохнул и посмотрел в потолок. – Море, девочки, контрабандные товары и порнографические фильмы. А тут ежедневное служение отечеству и оплоту демократии в условиях жесточайшей ответственности.
Лицо полковника сморщилось, казалось, он вот-вот пустит слезу. Но вот Либерман неловко повернулся, и замаскированный под булавку для галстука микрофон упал ему на живот.
– Оп, неприятность, – смущенно улыбнулся он и сунул микрофон за пазуху. – Каждый день такие неприятности. Вон, третьего дня важный свидетель Гуго Брант разбился вдребезги, упав с койки.
Вершин удивленно поднял брови.
– Да-да, не удивляйтесь, соленоиды в полу старые, особенно здесь, в тюремной зоне. Гравитационные распределители тоже нуждаются в ремонте. Вот в камере несчастного Гуго и образовался пик гравитации в 40 g. Он скатился с кровати и рухнул, как с тридцатиметровой высоты.
– Уверен, что это временное невезение, камрад. Все у тебя обязательно наладится.
– Хорошо бы.
– Я уверен. – И Вершин похлопал Либермана по плечу.
21
За «Саратогой» увязались несколько штурмовиков, якобы провожающих, но уиндер прибавил тяги и уверенно оторвался от этих хулиганов.
Бунзен привычно сидел у штурвала, Хильке разбирался с полученными консервами, а Сайд срезал с одежды все бирки с упоминанием Треугольника. В других местах за такие нашивки можно было запросто получить по морде, а этого никому не хотелось. Получили с избытком.
«Ну вот, еще немного, – подумал Вершин, – и можно будет сказать, что ногу в дверь мы уже просунули». Теперь ему следовало поскорее получить наличные деньги и избавиться от «Саратоги», поменяв ее на другое судно, поскольку на борту уже наверняка имелась масса жучков и радиомаяков – это ведь проще простого.
После смены судна надлежало сходить на встречу и получить препарат «FOG-7» – тот самый наркотик, который привел в такой восторг технолога Банкока. «FOG-7» еще не был известен в этом мире, хотя наркотиками здешних аборигенов удивить было трудно. Через пять-десять лет они бы все равно синтезировали его сами, а так Вершин мог извлечь из этой отравы какую-то пользу.
Неожиданно нос Найджела уловил запах жареного мяса. Оказалось, что Ральф Хильке уже вовсю хозяйничает на крохотном камбузе, разогревает трофейные консервы.
Абу Сайд успел посрезать бирки со всех комплектов одежды, а Бунзен, не теряя времени, заново тарировал приборы, справедливо полагая, что хозяйничавшие здесь охранники могли посбивать все настройки.
«А ребята у меня хорошие», – подумал Вершин. Людей он подбирал наобум, однако же команда сложилась. Впрочем, Вершин знал, что, потребуй того обстоятельства, он избавится ото всех. В игре, в которую он играл, правила были очень жесткие, и любой пустяк мог обратиться в стрельбу в упор или в быстрый удар ножа.
– Всем можно идти кушать! – позвал Хильке. – Бунзен, тебе туда принести или подменить на полчасика?
– Подменять не нужно, принесите в номер, – отозвался рулевой.
Наложив на тарелку мяса с маринованными овощами, Хильке понес ее Бунзену.
– Ты сам-то хоть пробовал? – поинтересовался тот.
– Обижаешь, приятель. Я лучший кулинар на этом судне. И потом, у меня сегодня личный праздник, а в праздники я готовлю особенно хорошо.
– А что за праздник? – спросил Вершин, устраиваясь у небольшого стола.
– Я думал, что мне выбили три зуба, сэр, а оказалось, что только один и еще один шатается. Но он закрепится, это я знаю точно.
– Ну, насчет зубов, Ральф, не беспокойся. Работу стоматолога я оплачу отдельно.
– Спасибо, сэр. Но это большие деньги…
– А поточнее?
– Полторы тысячи кредитов, не меньше.
– Без проблем. Ребята извинились и выдали нам пятьдесят тысяч за моральный ущерб. – Найджел достал карточку: – Вот.
– Обходительные люди, – усмехнулся Хильке. – Нам с ними еще придется встречаться?
– Придется, и не раз, но уже иначе. Это я вам обещаю.
22
У Колина Дзефирелли выдалась свободная неделя. Звучало это совершенно неправдоподобно, к тому же она не была свободной в привычном смысле слова. Просто так сложились дела, что свободный агент завис на Онслейме, в городе Сан-Билинстер, который, ко всему прочему, был известным курортом.
Здесь имелось все: массажные кабинеты, озонарии, медовые маски и минеральные воды, доброжелательный персонал, проститутки под видом санитарок и отличные вина из винограда, вызревающего на южных склонах.
Целая неделя, но кто бы знал, сколько минут из этой недели посвящались отдыху.
Онслейм являлся наилучшим местом встреч с множеством информаторов и связных. Следить за ними здесь было труднее, по крайней мере для тех, против кого Дзефирелли воевал.
Третья, более могущественная сила смотрела на его маленькую охоту словно лев на муху, ползающую по гриве. Однако сам Колин ни на минуту не забывал о тех, кто держал его за болвана. Он знал, что не может тягаться с ними в открытую, но бы уверен, что полновластие Неведомого Контролера не вечно. Придет время, и у него появится достойный противник.
Тут Дзефирелли ничего не выдумывал, у него было достаточно времени, чтобы изучить сыскное дело досконально. А его закон гласил, что нельзя быть охотником вечно. Приходит время, и ты начинаешь убегать.
– Прошу прощения, сэр, но вы опоздали на грязевые процедуры, – сообщила Мелисса, девушка с чудесными раскосыми глазами и ямочками на щеках. Дзефирелли завербовал ее только вчера, она была нужна ему как информатор, работающий в одном из самых больших отелей-здравниц города. Мелисса ведала медицинскими досье и курировала назначение постояльцам процедур, а также графики их проведения.
Дзефирелли решил привлечь ее к своей тайной империи, когда совершенно неожиданно для себя вдруг принялся ей рассказывать, как в шестнадцать лет поймал триппер от подружки из портового района.
Собственно, никакого триппера он не ловил, но желание рассказать девушке что-то значительное заставило его придумать на ходу эту историю с начала до конца. Мелисса внушала окружающим симпатию, располагала к откровенности, и Колин подумал, что такая особа может быть ему полезна.
– У вас сейчас должен проходить криомассаж, а потом пиявочки…
– Простите меня, Мелисса. Я немного задремал на солнце, и в этом все дело…
От стены отделился человек из охраны Дзефирелли, но Колин дал ему знак, чтобы тот не беспокоился. Ситуацию с Мелиссой он контролировал сам. Впрочем, Туранж, так звали охранника, на всякий случай держал руку у пояса, где под полой пиджака скрывался пистолет с электронным спуском.
Вчера в его босса стреляли. И хотя Туранж вовремя прикрыл Дзефирелли собственным телом, его не оставляло чувство, что это покушение не последнее.
Снизу позвонили. Туранж что-то ответил и через мгновение доложил:
– Это Деррик, сэр.
– Хорошо, – кивнул Колин. Он посмотрел на Мелиссу: – Идите, птичка моя. На пиявочки я обязательно буду. Я столько о них слышал, что просто не смогу отказаться от такого удовольствия.
Мелисса ушла, и через минуту в номер вошел Деррик.
– На пол, – скомандовал ему Туранж. Из соседней комнаты вышли еще четверо телохранителей.
Деррика обыскали, затем опросили, и он ответил отзывами на все пароли. Это был настоящий Деррик.
– Поднимайтесь, дружище, – сказал ему Дзефирелли. – К сожалению, до вас мы уже ликвидировали трех Дерриков. Где-то произошла утечка информации о нашей встрече.
– Эй, ты чего такой бледный? – спросил Деррика Туранж.
– Я ранен, – ответил тот совсем тихо. Было видно, что парень теряет силы. Он даже не пытался подняться с пола.
Заметив неладное, Дзефирелли лег рядом с раненым и стал выслушивать его длинное сообщение.
Связной говорил долго – минут сорок. Но с каждой минутой его дыхание становилось все более прерывистым, а голос слабел. Последние слова он произнес почти неслышно, напрягаясь всем телом.
Он умер, не закончив донесение, однако Дзефирелли понял главное. А остальное было уже не так важно.
Он тяжело поднялся с пола и машинально отряхнул брюки. Умерший связной принес весть от агента Жаворонка, который был внедрен на виллу Филиппа Леконта, одного из членов Большой Четверки, на которых охотился Дзефирелли.
Было время, когда Колин связывался с Жаворонком кодированными радиопакетами, но все изменилось, развитие систем перехвата и дешифровки вынудило Дзефирелли вернуться к прежней системе живого слова. Теперь информацию несли курьеры, но каждый из них знал лишь ее часть.
Сложить всю мозаику мог только сам Колин, и Деррик, который принес сведения, заплатив собственной жизнью, был последним недостающим звеном.
Готовый ко всему, Колин тем не менее был чрезвычайно удивлен. Из того, что передал Жаворонок, вытекал только один вывод: боссы Большой Четверки заинтересовались делами контрразведки.
Не прошло и года с того дня, когда был уничтожен Ральф Шендер, человек, который заправлял в контрразведке всеми делами. Правительство и государственные СМИ всячески замалчивали этот факт и говорили о естественных причинах смерти, однако сведения успели просочиться раньше, чем они были блокированы.
Дзефирелли узнал обо всем в числе первых и сразу же связал эти события со своим последним разговором с Ральфом Шендером. Должно быть, парень поспешил и нарвался на неприятности.
Но что же заставило боссов Большой Четверки свернуть свои прибыльные гешефты и переключиться на нынешнего руководителя контрразведки? Как и его предшественник Шендер, Дивар Кевиши был человеком Джакоба Мудли, нынешнего министра обороны, страдающего, по непроверенной информации, манией преследования.
Про Дивара Кевиши ходили слухи, также неподтвержденные, что он чуть ли не трансвестит, однако Дзефирелли этому не верил. Не то чтобы совсем не допускал – жизнь научила его не удивляться самым неожиданным вещам, – но никаких подтверждений у него не было.
Однако какой все это казалось жалкой возней на фоне безупречного надзора со стороны Неведомого Контролера. И чем дальше, тем больше Дзефирелли понимал и представлял себе эту структуру. Даже их главного человека, если это вообще был человек.
«Что-то они сделали с моим крестником Ником Ламбертом», – подумал Колин. За свою долгую карьеру он пожертвовал десятками лучших друзей-соратников и подставил сотни своих собственных агентов, но Ламберта было жаль особенно. Наверное, потому что его забрали, не поинтересовавшись мнением самого Дзефирелли.
– Что с ним делать, сэр? – уже в который раз спросил Туранж.
– Что? Ах, с этим? – Колин рассеянно посмотрел на труп курьера. – Спустите его к остальным, в подвал. И вообще, ребята, нужно собираться. Сегодня вечером мы уезжаем.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?