Читать книгу "Тайновидец. Том 8: Старый пройдоха"

От раздумий меня отвлёк звук работающего мотора. Я выглянул в окно и увидел, что к калитке нашего дома подъехал грузовой мобиль. Водитель остался за рулём, а двое рабочих в синих комбинезонах направились по дорожке к дому.

– А как же мы будем грузить эту статую? – недоуменно спросил я. – Она же весит несколько тонн, не меньше.

Но я напрасно беспокоился. Рабочие оказались квалифицированными магами: один владел магией земли, а другой – магией воздуха.

– Будьте добры посторониться, ваше сиятельство, – вежливо сказал мне рабочий. Он небрежно провёл ладонью по каменным складкам плаща туннелонца, накладывая заклинание. Затем кивнул своему напарнику.

– Давай, Гриша.

Маг воздуха сделал несколько быстрых движений руками. Тяжёлая статуя легко поднялась над своим основанием, затем послушно наклонилась и замерла в горизонтальном положении.

– Отличная работа, – восхищённо кивнул я. – Теперь я понимаю, почему услуги вашей компании стоят так дорого.

– Мы перевозим любые тяжёлые грузы, – улыбнулся рабочий, – даже самые ценные. Не беспокойтесь, доставим статую в целости и сохранности.

Глава 3

Статуя туннелонца послушно плыла по саду, едва не касаясь складками плаща садовой дорожки. Почему-то мне показалось, что она похожа на черный метеорит, который плывет в космическом пространстве.

Когда статуя подплыла к мобилю, маг воздуха снова взмахнул руками. Скульптура послушно поднялась выше и улеглась в кузов мобиля. Я увидел, как машина вздрогнула и просела под тяжестью камня.

Рабочие закрепили статую широкими ремнями и уселись в кабину. Грузовой мобиль осторожно тронулся.

В его кузове лежала целая статуя, а широкие колеса катились по осколкам разбитых скульптур. Потрясающее зрелище!

– Мы снова пойдем через магическое пространство? – спросила Лиза.

– Нет, – улыбнулся я. – Не стоит пугать студентов. Для разнообразия вызовем извозчика.

Когда мы сели на заднее сиденье, и извозчик тронулся, Лиза доверчиво прижалась ко мне.

– Саша, я почему-то боюсь, – тихо сказала она.

– Чего? – удивился я.

– Магии! – вздохнула Лиза. – Знаешь, я только сегодня поняла, что Храм Путей и в самом деле будет построен. И мне придётся в него войти.

– Так для этого всё и затевалось, – улыбнулся я. – Ты войдёшь в Храм Путей и останешься наедине с магией. Она посмотрит на тебя и предложит тебе твой удивительный ?уть.

– А если нет? – вздохнула Лиза, – вдруг мой путь окажется самым обычным? Может быть, я просто придумала себе волшебную судьбу? И что я тогда буду делать?

Я тихонько погладил Лизу по плечу.

– Тебе обязательно выпадет уникальный Путь, вот увидишь, – твердо сказал я, – это будет только твой Путь, и ничей больше.

– А если нет? – жалобно спросила Лиза.

– Тогда ты сама сделаешь его уникальным, – кивнул я. – Уж в этом-то я уверен.

***

Через полчаса мы въехали во двор Императорской Магической академии.

Всего за неделю двор здорово изменился. Домик сторожа у ворот был выкрашен свежей краской и блестел чисто вымытыми окнами. То ли ректор академии нанял нового сторожа, то ли старый взялся за ум.

Огромные кучи земли бесследно исчезли. Вместо них я увидел вымощенную брусчаткой стоянку, на которой теснились самые разные мобили – как потрепанные, так и новенькие, дорогих моделей. Впрочем, потрепанных мобилей было куда больше, и я вспомнил слова императора о том, что дворян на церемонию Выбора Пути собирали чуть ли не по всей Империи.

Будущие студенты нетерпеливо толпились возле стоянки. Судя по удивленному выражению их лиц, ребята недоумевали, зачем их срочно вызвали в академию.

Чуть в стороне Анна Владимировна что-то увлеченное объясняла садовникам. Все они работали в городской службе благоустройства и обладали начальными навыками магии природы. Поэтому всего за неделю успели благоустроить практически весь парк. По крайней мере, ту его часть, которая вплотную прилегала к зданию Академии.

Вслед за нами в ворота въехал грузовой мобиль со статуей туннелонца в кузове. Мы все-таки умудрились его обогнать.

Увидев мобиль, Анна Владимировна кивнула садовникам и пошла к нам.

– А вот и вы, – радостно приветствовала нас она. – Доброе утро.

И тут же принялась разглядывать статую.

– Какая изумительная работа, Лиза. Эта статуя будет отлично смотреться на берегу пруда. Мы уже подготовили для нее постамент.

Пока рабочие выгружали статую, я разглядывал студентов. Как и предупреждал его величество, их было человек двадцать, не меньше. Судя по одежде, они принадлежали к самым разным кругам имперской аристократии, от беднейшего безземельного дворянства до влиятельных родов.

Я попробовал прислушаться к их эмоциям, но уловил только недоумение и скуку. Ребята не понимали, для чего их собрали здесь, воскресным утром.

Нужно им все объяснить, решил я.

Когда студенты узнают, зачем их собрали, то вряд ли смогут скрыть от меня свои настоящие эмоции. Именно это мне и требовалось.

Я подошел к ребятам, они, переглядываясь, повернулись ко мне.

– Добрый день, дамы и господа, – улыбнулся я, – позвольте представиться. Граф Александр Васильевич Воронцов. Еще меня зовут Тайновидцем.

Студенты, как по команде, замолчали, все смотрели только на меня.

– Это я попросил собрать вас сегодня здесь, – объяснил я. – Император оказал вам честь, разрешив пройти церемонию Выбора Пути раньше срока. Но прежде чем вы ее пройдете, я должен удостовериться, что вы лояльны по отношению к Империи и его величеству.

Студенты растерянно переглядывались.

Но тут вперед вышел широкоплечий, синеглазый блондин. Снисходительно улыбаясь, он обратился ко мне.

– И как вы собираетесь это сделать, господин Тайновидец?

– С кем имею честь? – поинтересовался я.

– Михаил Александрович Долгоруков, – надменно представился блондин.

Он смотрел на меня, ожидая моей реакции.

– Вы принадлежите к старшей ветви рода Долгоруковых? – серьезно осведомился я.

Блондин раздраженно нахмурился.

– Нет! – нехотя признал он, – я из младшей ветви. А какое это имеет значение?

– Никакого, – улыбнулся я, – проверку должны пройти абсолютно все.

– Род Долгоруковых не потерпит такого унижения, – заявил блондин. – Я немедленно сообщу об этом дяде.

– Так вы племянник князя Долгорукова? – догадался я. – И насколько я понимаю, не единственный.

Михаил Долгоруков прищурился, пытаясь понять, куда я клоню.

– Если вы откажетесь от проверки, то его величество просто посоветует вашему дяде найти другого кандидата, – объяснил я. – Желающих будет с избытком.

– Ну и как же вы собираетесь нас проверять? – раздраженно спросил блондин.

Он был года на три младше меня, но спеси и гонора у него хватало.

– Очень просто, – усмехнулся я. – Есть у меня такая магическая способность. Я безошибочно чувствую эмоции людей. Я понимаю, когда собеседник боится или пытается что-то скрыть. Вот и все. Видите, как просто?

– И император поверит вам на слово? – скривив губы, спросил Долгоруков.

Я разочарованно покачал головой.

– Нет, его Величество просто прислушается к моим словам и предложит Тайной службе повнимательнее приглядеться к тем кандидатам, которые покажутся мне подозрительными.

Долгоруков прикусил нижнюю губу, и я почувствовал, что он боится.

Надо же!

Вот и первый улов.

Я не сомневался, что император о чем-то догадывался, потому он и попросил меня устроить эту проверку.

Но кроме Михаила Долгорукова, здесь были другие студенты. Ими тоже следовало заняться.

Большинство студентов выглядели растерянными, но я заметил девушку, которая внимательно наблюдала за моей ссорой с Долгоруковым. Когда я поставил молодого княжича на место, в ее взгляде промелькнула ехидная насмешка.

Девушка старалась казаться неприметной. Ее светлые волосы были собраны в простой хвост, на лице красовались очки в тяжелой оправе. Примерная ученица, да и только!

Но ее уверенная манера держаться, насмешливый взгляд и дорогой костюм подсказали мне, что это просто игра.

Я обратился к ней:

– Как ваше имя?

– Елена Дмитриевна Разумовская, – спокойно ответила девушка.

Ее голос звучал свободно, в нем не было даже намека на напряжение.

– Рад познакомиться, – улыбнулся я. – Какой магией вы владеете?

– У меня есть способности к магии воздуха, – строго ответила девушка.

Я заметил быстрый взгляд, который она бросила на Лизу и восхищенно покачал головой.

Елена Дмитриевна сразу же поняла, что мы с Лизой вместе, и мгновенно выбрала самую правильную линию поведения. Она даже не попыталась заигрывать со мной. А ведь у женщин эта игра на уровне инстинктов.

Я повнимательнее прислушался к эмоциям Разумовской и ощутил ее уверенность и тщательно скрытую радость. Почему-то Елене Дмитриевне очень понравилось, как я осадил Долгорукова.

– Ваш талант к магии воздуха будет очень кстати, – улыбнулся я. – Скажите, вы сможете поднять эту статую?

– Попробую, – согласилась Разумовская.

Она подошла к статуе туннелонца, и рабочие сразу же отступили. Не обращая на них внимания, Елена Дмитриевна провела ладонями по складкам каменного плаща. Затем сделала плавное движение и статуя послушно взмыла в воздух.

– Замечательно! – улыбнулся я. – Вы пойдете с нами, Елена Дмитриевна. Мы установим статую в подходящем для нее месте.

Я серьезно посмотрел на Долгорукова.

– Михаил Александрович, ваша помощь тоже не будет лишней. Пойдете с нами или предпочитаете вернуться к своему дяде?

Я постарался не допустить даже намека на насмешку, но Долгоруков негодующе фыркнул. Похоже, он давно заготовил резкую фразу и только ждал в случае, чтобы поделиться ею.

Разумовская с интересом смотрела на него. Перехватив ее взгляд, Долгоруков проглотил заготовленную колкость и угрюмо кивнул.

– Хорошо, господин Тайновидец, я пойду с вами.

Глядя на Долгорукова и Разумовскую, я понял, что они хорошо знакомы друг с другом. Их явно что-то связывало, но не взаимная симпатия. Это я уловил совершенно точно. Интересно.

– Статуя тяжелая и громоздкая, – сказал я, – так что нам понадобится еще помощь.

Я обвел взглядом студентов, пытаясь угадать, кто из молодых людей принадлежит к роду Шереметьевых, но никого подходящего не увидел.

Тогда я просто спросил:

– Кто из вас представляет род Шереметьевых?

– Я, – робко отозвался один из парней.

Его внешность заставила меня удивленно поднять брови.

Под моим взглядом он неуклюже топтался на месте и к тому же косолапил, втягивая голову в плечи. Старомодный костюм был ему слегка маловат.

И это представитель одного из самых влиятельных родов Империи?

– Назовите свое имя, пожалуйста, – предложил я.

– Владимир Меньшой, – торопливо ответил парень.

И тут же добавил:

– Владимир Сергеевич.

– Меньшой? – нахмурился я, пытаясь вспомнить разветвленную династию рода Шереметьевых.

В любом старом дворянском роду было множество ветвей, и далеко не все они носили фамилию старшей ветви.

– К какой ветви вашего рода вы принадлежите? Откуда вы?

– Из Костромы, – торопливо ответил Меньшой. – Отец получил известие от главы рода и сразу же отправил меня в Столицу.

И без магической способности было понятно, что парень чувствует себя неуютно. Он ежился под любопытными взглядами будущих сокурсников, то и дело отводил взгляд, но тут же одергивал себя, заставляя смотреть прямо.

– Вы тоже пойдете с нами, – добродушно сказал я. – По дороге мы познакомимся поближе.

Я никуда не спешил. Нужно было проверить всех студентов, и я заранее настроился на то, что это займет целый день. А может быть, и не один день.

Там посмотрим.

В любом случае, просьбу его величества нужно выполнить хорошо.

Большинство студентов меня не заинтересовали, Молодые дворяне разного достатка и воспитания. Все они старались держаться уверенно. Кому-то это удавалось лучше, кому-то хуже.

Но мое внимание привлек только один невысокий черноволосый паренек. Прячась за спинами, он так пристально смотрел на меня, что я буквально кожей чувствовал его взгляд.

Его тёмные глаза лихорадочно блестели на его узком лице, а в эмоциях я уловил любопытную смесь леденящего страха и угрюмой решимости.

Интересно, что его так беспокоит?

– Подойдите, пожалуйста, ко мне, – сказал я, глядя прямо на него.

Черноволосый паренёк вздрогнул от моих слов и замер. Но потом пересилил себя и вышел вперед.

– Как вас зовут? – доброжелательно спросил и я.

Прежде чем ответить, парень обвел сосредоточенным взглядом двор магической академии. Затем твердо сказал:

– Данила Изгоев.

Свою необычную фамилию он произнес с каким-то скрытым вызовом. Я сделал вид, что не обратил на это внимания.

– Вы тоже пойдете с нами, господин Изгоев, – сказал я.

Затем повысил голос, обращаясь к остальным студентам:

– Вы поступаете сегодня в распоряжение садовников академии. Поможете благоустроить парк к началу учебного года. Вам всем предстоит учиться здесь, так что это в ваших интересах. Настоятельно прошу не покидать территорию академии без моего разрешения.

Я улыбнулся Гораздовой, которая с любопытством прислушивалась к нашему разговору.

– Анна Владимировна, пожалуйста, распределите будущих студентов по группам. А вас я прошу пойти с нами. Покажите место, где нужно установить статую.

– Хорошо, Александр Васильевич, – улыбнулась Гораздова.

Кажется, происходящее ее порядком забавляло.

Она быстро отдала необходимые распоряжения. Студенты под руководством садовников разбрелись по разным уголкам парка.

– А мы займемся статуей, – улыбнулся я. – Елена Дмитриевна, прошу вас.

Разумовская коротко кивнула и плавно повела руками. Статуя туннелонца послушно взмыла в воздух.

– Здорово! – с искренним восхищением сказала Лиза.

– Не надорвитесь, Елена Дмитриевна, – громко и язвительно заявил Долгоруков.

Разумовская вздрогнула.

Тяжелая статуя туннелонца рухнула на землю. Хорошо, что Разумовская подняла ее совсем невысоко, и падение не повредило скульптуре.

Не сдержавшись, Разумовская наградила Долгорукова испепеляющим взглядом.

– Несмотря на договоренность между нашими родами, я трижды подумаю, прежде чем выходить за вас, – медленно и четко сказала она.

– Это я подумаю, – угрожающе фыркнул Долгоруков.

Так вот оно что, понял я.

Теперь ситуация значительно прояснилась.

– Вы отлично владеете магией воздуха, Елена Дмитриевна, – сказал я, – но, думаю, нам лучше не рисковать. Позовем на помощь профессионалов.

Я взмахом руки подозвал рабочих, которые еще не успели уехать.

– Будьте добры, помогите нам доставить статую до места, – сказал я.

Лиза и Анна Владимировна пошли впереди, показывая дорогу. За ними величаво плыла тяжелая статуя. Рабочий и Разумовская совместно поддерживали ее магией воздуха. Я видел, что это порядком бесит Долгорукого.

– Почему бы не оживить эту статую? – громко, никому не обращаясь, сказал он. – Всего несколько капель человеческой крови, и она, как миленькая, сама пойдет куда нужно.

– И вы способны это сделать, Михаил Александрович? – изобразив искренний интерес, спросил я. – Изготовление големов относится к запрещенной магии. Я правильно понимаю, что вы обладаете даром некроманта?

Долгоруков прикусил язык, в нем волной шевельнулся испуг.

– Ничего подобного я не собираюсь делать, – выдавил он.

– Это хорошо, – мягко сказал я. – В управлении Тайной службы очень комфортабельные камеры, но все-таки в них не так уютно, как в княжеском дворце.

По дорожке, выложенной красноватыми плитками, мы дошли до знакомого огромного валуна и повернули направо к пруду. Вместо петляющей между деревьями тропинки, садовники успели проложить здесь широкую и удобную дорожку, посыпанную гранитной крошкой.

Статуя туннеллонца без помех плыла над дорожкой. Елене Разумовской и рабочему осталось только поддерживать ее в воздухе и задавать направление.

Мы вышли на берег пруда.

Уровень воды в нем повысился, черные коряги скрылись из вида. На темной поверхности воды плавали белые кувшинки.

Слева вдалеке чернела старая плотина, а за ней я разглядел знакомое здание заброшенной мельницы. Над серыми каменными стенами белели свежие стропила новой будущей крыши.

– Я убедила ректора Собакина выделить средства на ремонт мельницы, – с улыбкой сказала Анна Владимировна. – В ней поменяют крышу, вставят новые окна и двери.

– Вы по-прежнему мечтаете устроить в мельнице лабораторию? – рассмеялся я.

– Мне бы хотелось, – улыбнулась Анна Владимировна, – но сначала нужно обсудить это с господином Чахликом. Кстати, Александр Васильевич, вы не могли бы устроить нам встречу?

– Я поговорю об этом с Валерианом Андреевичем, – кивнул я. – Насколько я знаю, он пока не решил, будет ли преподавать в Магической Академии или предпочтет пожить в Сосновском лесу.

– Благодарю вас, – улыбнулась Гораздова и повернулась к Разумовской. – Прошу вас, поставьте статую сюда.

Анна Владимировна указала на плоское каменное основание, глубоко вросшее в травянистый берег.

– Нам понадобится помощь, – предупредил рабочий.

Умело пользуясь магией воздуха, они с Разумовской перевернули статую вертикально и медленно подвели ее к каменному основанию.

Мы с Изгоевым уперлись в каменные складки, разворачивая статую в нужную сторону. Слева от меня сосредоточенно пыхтел Меньшой – он тоже помогал устанавливать скульптуру.

Долгоруков стоял в стороне, сложив руки на груди.

Чары воздуха сделали статую невесомой, но массу она не потеряла, поэтому поворачивалась тяжело, рывками. В какой-то момент статуя резко дрогнула, словно собираясь упасть, но маги воздуха сумели ее удержать. Я услышал, как сдавленно вскрикнул Изгоев, когда статуя наклонилась в его сторону.

Наконец каменный туннелонец дрогнул последний раз, опустился на основание и застыл, глядя из-под глубокого капюшона на спокойную гладь пруда.

– Сейчас я ее закреплю, – сказала Лиза, брызгая на основание статуи раствором, размягчающим камень.

Я взглянул на Изгоева и увидел на его лбу глубокую ссадину, из которой текла кровь.

– Когда ты успел пораниться? – спросил я.

– Статуя покачнулась, и я ударился лбом, – объяснил Изгоев, размазывая кровь по лицу.

– Не трогай ссадину, – поморщился я. – Анна Владимировна, в академии есть целитель?

Глава 4

Мы с Лизой отвели Изгоева в лазарет.

Необходимости в этом не было, ссадина на его лбу оказалась неглубокой. Анна Владимировна быстро остановила кровь. Как и все маги природы, она обладала некоторыми навыками целительства.

Вот только состояние Изгоева мне не нравилось. Он как будто потерял много сил вместе с несколькими каплями крови.

И угрюмая решимость парня не проходила.

Кроме того, я чувствовал, что ему неприятно находиться рядом со мной, и решил этим воспользоваться.

В Императорской Магической академии был свой самый настоящий небольшой лазарет.

В нем даже нашлась палата с тремя койками. Пожилой целитель быстро промыл рану на лбу изгоева, приложил к ней марлю, пропитанную целебным зельем, и умело забинтовал.

– Голова кружится? – спросил он Изгоева.

Молодой дворянин едва заметно кивнул.

– Похоже, юноша сильно ударился, – сказал мне целитель. – Ему лучше отдохнуть в палате под моим присмотром, хотя бы до вечера.

– Отлично, – согласился я. – Там мы с ним и поговорим.

Изгоев коротко взглянул на меня и сразу же отвел взгляд. Я чувствовал, что он боится предстоящего разговора.

– Подожди меня здесь, – попросил я Лизу.

– Конечно, – невозмутимо ответила она.

Лиза хорошо понимала, что некоторые вещи гораздо легче выяснить наедине.

Я проводил Изгоева в палату и плотно закрыл за собой дверь.

– Так что случилось? – спросил я. – Как ты умудрился пораниться?

– Статуя неожиданно покачнулась, – упрямо объяснил он. – А у меня поехала нога по скользкой траве. Вот и все.

Он явно не договаривал, но я не стал давить на парня. Зачем? Все равно, рано или поздно, причина его поведения выяснится сама собой.

Да мне и не нужно самому во всем разбираться. Достаточно сообщить о своих подозрениях Никите Михайловичу Зотову. А он моментально узнает всю подноготную парня.

Так что в ответ на его вранье я лишь дружелюбно кивнул.

– Ладно, отдыхай. Уверен, до церемонии выбора пути твоя ссадина заживет, даже следа не останется.

Но Изгоев вдруг впился в меня пронзительным взглядом темных глаз и даже сделал движение рукой, будто хотел схватить меня за рукав.

– Александр Васильевич, я не хочу принимать путь сейчас, – нервно сказал он.

Такого я не ожидал и удивлённо посмотрел на Изгоева.

– А почему? Разве не для этого ты приехал сюда из… Кстати, откуда ты приехал в Столицу?

– Из Новгородской губернии, – сказал Изгоев и крепко сжал губы, как будто тут же пожалел о своих словах.

– У нас с мамой там небольшое имение. Но это не важно. Я просто использовал приглашение на церемонию как предлог, чтобы попасть в Императорскую академию.

– Так сильно хотел учиться? – добродушно улыбнулся я.

– Да, – торопливо закивал Изгоев. – Вот именно. Я просто хотел учиться в Столице. Поступить в академию на общих основаниях я бы не смог. Это нам не по карману.

– Но почему бы не принять путь сейчас, раз уж выпала такая возможность? – поинтересовался я. – Кстати, целитель сказал, что тебе вредно стоять. Присядь.

Изгоев сел на кровать. Пружинная сетка скрипнула под его весом.

Сцепив руки в замок, парень зажал их между колен и отвернулся к окну. На его лице застыло упрямое выражение.

– Так почему ты отказываешься принимать Путь? – спросил я.

– Просто не хочу, и все, – негромко, но твердо сказал он. – Не уверен в себе. Я же не обязан выбирать Путь сейчас?

– Не обязан, – легко согласился я. – И твоей учебе в академии это не помешает.

В самом деле, почему бы не успокоить парня? Слишком уж он напряжен.

– Ладно, отдыхай, – кивнул я, – спасибо, что помог установить статую. Если ты не собираешься принимать Путь, значит, и проверять тебя дальше незачем. Хорошей учебы!

С этими словами я вышел из палаты обратно в кабинет целителя и плотно прикрыл за собой дверь.

Лиза хотела что-то сказать, но я приложил палец к губам и прислушался. Пружинная сетка кровати скрипнула во второй раз. Значит, Изгоев лег, как и советовал ему целитель.

Похоже, он мне поверил. Людям свойственно верить, что все обойдется.

– Как пройти в кабинет ректора Академии? – спросил я целителя.

– Кабинет Вениамина Сергеевича в другом крыле, – объяснил целитель. – Но я не знаю, на месте ли господин ректор. Впрочем, утром я, кажется, видел на стоянке его мобиль.

– Благодарю вас, – улыбнулся я.

И мы с Лизой вышли из лазарета.

– А зачем нам к ректору? – с любопытством спросила Лиза, когда мы оказались в коридоре. – С этим Изгоевым что-то не так?

– И не только с ним, – улыбнулся я. – Думаю, ко всем будущим студентам нужно присмотреться внимательнее. Есть у меня один план.

– Какой план? – нетерпеливо спросила Лиза.

Я залюбовался золотыми искорками, которые вспыхнули в ее серых глазах.

– Сама увидишь, – с улыбкой ответил я.

От коридоров Императорской Магической академии прямо-таки веяло мрачной торжественностью. Многовековая история этого места буквально давила на плечи. Я с трудом мог себе представить, как в этих мрачных коридорах весело гомонят студенты. В Императорском лицее, который я закончил, все было куда проще.

Целитель подробно описал дорогу, так что мы добрались до кабинета ректора, не заблудившись и даже не встретили по дороге ни одного призрака. А ведь в таком здании непременно должны быть призраки. Они просто обязаны скитаться здесь по ночам, угрюмо завывая и гремя цепями.

Я постучал в дубовую дверь с табличкой «Приемная».

– Войдите, – откликнулся из-за двери мелодичный женский голос.

Мы вошли и оказались в большой приемной, отделанной резными панелями из темного дуба. За письменным столом сидела секретарша. Дверь в дальнем конце просторного помещения, очевидно вела в кабинет ректора.

– Добрый день! – с улыбкой поздоровался я. – Вениамин Сергеевич у себя?

На лице секретарши появилось растерянное выражение.

– Я не знаю. А вы с ним договаривались о встрече?

– Нет, – терпеливо ответил я. – Но я надеюсь, что господин ректор не откажется нас принять.

– Вениамин Сергеевич нездоров, – сообщила секретарша. – Только необходимость заставила его прибыть сегодня на службу. Но он категорически приказал мне никого к нему не пускать.

– Вот как, – удивился я. – А что это за необходимость?

– Дело государственной важности, – поджав губы, ответила секретарша. – Большего я вам сказать не могу.

– Возможно, это важное дело связано с проверкой студентов Академии? – предположил я.

Секретарша удивленно посмотрела на меня.

– Откуда вы знаете? Вениамин Сергеевич сказал, что это тайна.

– Мы и есть те самые проверяющие, – с улыбкой сообщил я. – Позвольте представиться. Граф Александр Васильевич Воронцов. А мою спутницу зовут Елизавета Федоровна Молчанова. Теперь мы можем поговорить с господином ректором?

– Подождите минуту, – умоляюще произнесла секретарша, а затем прикрыла глаза.

Наверное, она посылала зов ректору. Я внимательно следил за ее подвижным лицом.

– Вы можете войти, – наконец сказала секретарша, – только умоляю вас, не утомляйте Вениамина Сергеевича долгой беседой. Ему действительно не здоровится.

– Мы постараемся, – вежливо ответил я, открывая дверь в кабинет ректора.

Ректор Императорской магической академии Вениамин Сергеевич Собакин не был болен. Это я понял с первого взгляда.

Он был смертельно напуган.

Настолько напуган, что встретил нас не сидя за своим роскошным письменным столом. Нет, он прижался спиной к стене за высоким книжным шкафом и оттуда испуганно смотрел на нас.

– Вениамин Сергеевич Собакин? – уточнил я. – Ректор Императорской Магической академии?

Ректор наклонил голову на бок и приоткрыл рот, прислушиваясь к моему голосу. Затем кивнул и шепотом ответил:

– Да, это я.

– Может быть, оставить дверь в приемную открытой? – вежливо предложил я. – Мне кажется, вам так будет спокойнее.

Я сказал это в шутку, чтобы немного разрядить напряженную атмосферу.

Но Вениамин Сергеевич очень серьезно отнесся к моим словам и даже обдумывал мое предложение секунд пять, не меньше.

– Не нужно, – наконец отказался он. – Их это не остановит, а я не хочу пугать Ниночку.

– Кто вас так напугал? – напрямик поинтересовался я.

Вместо ответа, Вениамин Сергеевич снова тревожно оглянулся. Затем сделал несколько быстрых шагов и остановился, так, чтобы нас с ним разделял письменный стол.

– Кто вы? – спросил он, с тревогой глядя на меня.

– Александр Васильевич Воронцов, – ответил я. – А это Елизавета Федоровна Молчанова. Думаю, вы уже знаете, зачем мы здесь.

– Знаю, – торопливо закивал ректор. – Знаю. Не могли бы вы подойти ко мне?

– Конечно, – удивленно ответил я и направился в обход большого письменного стола.

Но тревожный окрик Вениамина Сергеевича тут же остановил меня:

– Нет, не так близко. Подойдите, пожалуйста, к столу.

– Что за шутки, Вениамин Сергеевич? – теряя терпение, поинтересовался я.

Вместо ответа ректор шагнул назад и попытался спрятаться за спинкой своего кресла.

– Я прошу вас, – пробормотал он. – Подойдите к столу.

– Ну, хорошо, – нетерпеливо кивнул я. – И что дальше?

– Извините, но я должен вас потрогать, – прошептал Вениамин Сергеевич. – Протяните, пожалуйста, руку.

Я решил, что он сошел с ума. А спорить с сумасшедшими бессмысленно, это мне рассказывал еще Иван Горчаков.

Никакой угрозы ректор не представлял. Он был просто до смерти напуган. И если я хочу узнать, что его напугало, то мне придется его разговорить.

Поэтому я послушно вытянул руку перед собой. Вениамин Сергеевич смотрел на нее так, будто увидел змею. Н все-таки он пересилил свой страх и осторожно коснулся пальцами тыльной стороны моей ладони.

– Вы настоящий, – с облегчением прошептал он. – Слава магии. А ваша спутница? Могу я и ее потрогать?

– Это уже слишком, – строго сказал я, убирая руку. – Кто вас так напугал, Вениамин Сергеевич?

– Это неважно.

Ректор дернул головой и снова оглянулся, будто нас могли подслушать.

– Я не хочу об этом говорить.

Я молча смотрел на него.

Ректор кивнул и повторил.

– Не хочу. Что вам угодно, господин Тайновидец? Вы закончили проверку студентов?

Я пожал плечами.

– Еще нет. Возникли небольшие трудности.

– Какие? – торопливо спросил Вениамин Сергеевич.

Кажется, он был рад возможности сменить тему разговора.

– Я не хочу говорить об этом, – с усмешкой ответил я. – Но мне придется провести с вашими студентами чуть больше времени.

Вениамин Сергеевич подергал головой, как будто вратник мундира сдавил ему шею.

– Скоро у молодых людей начнутся занятия. Я мог бы собрать их еще один раз, но это все, что я могу сделать.

– Еще одного раза будет мало, – нахмурился я.

– Так чего же вы хотите?

Решение пришло мгновенно.

В Императорской Магической академии происходило что-то странное, и за неполный день я успел окончательно в этом убедиться. А странности в магической академии – это как раз по моей части.

– Я хочу, чтобы вы приняли меня на работу, – с улыбкой сказал я.

Вениамин Сергеевич изумленно уставился на меня.

– Что? Как это – на работу? Кем?

– Преподавателем, – улыбнулся я. – Так будет удобнее всего. Я смогу встречаться с вашими студентами на занятиях.

– Но кем же я вас возьму? Программа обучения давно утверждена и штат укомплектован.

– Полностью? – удивился я. – А магическая история? Кто будет ее вести?

– Господин Чахлик сегодня прислал мне зов и дал окончательное согласие, – обрадовал меня ректор.

– Это замечательно, – улыбнулся я.

Значит, кощей все-таки последовал моему совету и понял, что магическим существам нужно налаживать отношения с остальными обитателями этого мира.

– Хорошо, что господин Чахлик согласился, – кивнул я. – Честно говоря, я не очень хорошо знаю магическую историю. Мне больше подойдет какой-нибудь другой предмет.

Разговор о Чахлике натолкнул меня на подходящую мысль.

Совсем недавно в Сосновском лесу, на берегу лесного озера, я нашел старый золотой браслет. Мне удалось разглядеть его даже через слой земли, которым он был укрыт.

Отличная способность, и наверняка она заинтересует любопытных молодых людей.

– Я могу преподавать у вас магическую археологию, – предложил я. – Буду вести полевые занятия.

– Где? – изумился лектор.

Я развел руками.

– Да прямо здесь. Здание окружает большой старинный парк. Наверняка в нем можно найти много интересного.

Вениамин Сергеевич молча глядел на меня. Он был так растерян и испуган, что даже не предложил нам с Лизой сесть. Да и сам остался стоять на ногах.

Наконец, ректор собрался с мыслями и потряс головой.

– Нет, господин Тайновидец, я не вправе принимать такие решения. Программу академии утверждает департамент образования.

– Вы уже забыли, зачем я здесь? – напомнил я. – Его Величество лично попросил меня проверить студентов, и я намерен выполнить его просьбу на совесть. Кроме того, император предоставил мне полную свободу действий. Поэтому будьте любезны зачислить меня в штат, а мой предмет внесите в учебную программу. Думаю, двух занятий в неделю будет достаточно.