Читать книгу "Корпорация Охотники I. Бес"

Второй метнул заточку. Бес отклонился, лезвие просвистело у его уха и зазвенело, ударившись в металлические полки. Ариец не успел даже понять, что происходит, как Бес был уже в атаке. Последовала серия быстрых ударов: локоть в челюсть, кулак другой руки в горло, сминая гортань, ногой пнуть сбоку по сухожилиям колена, заставляя противника оступится, и тут же, с места, удар двумя ногами в нижнюю челюсть, с прогибом на руки. Ариец рухнул как подкошенный, его позвоночник явно был сломан.

Бес картинно сделал стойку на руках и, оттолкнувшись от пола и перевернувшись в воздухе, встал на ноги. На него смотрел ошарашенный Руст.

Ариец был опытным бойцом, чувствовалось сразу. Он не бросался бездумно, не размахивал кулаками. Напротив, увидев как Бес играючи расправился с двумя его подручными, Руст принялся двигаться экономно, выжидая момент и приглядываясь к противнику. Явно было видно, что парень провел на улицах не один год, и учил драться его не пьяный тракторист в селе, а серьезный инструктор.

Они кружили друг вокруг друга между стеллажами.

– Ты хорошо дерёшься, араб, – сказал Руст. – Но это тебя не спасет. Даже если ты победишь нас – Авель пришлет тех, кто сможет убрать тебя. Ты никто, ты одиночка и у тебя теперь ничего нет, даже прикрытия от Старьевщика. Ты труп в затянувшемся отпуске, Бес.

– Зато у меня есть то, чего нет ни у одного из вас, – ответил Бес.

– И что же это?

– А ты еще не понял? На меня не действует «щепка».

Руст ошарашенно взглянул на Беса, и кинулся в быструю самоотверженную атаку – серия непрерывных ударов обрушилась на его противника: джеб, кросс, хук. Профессиональная техника, почти без изъянов. Но … не против того, кто банально превосходил своего оппонента и в скорости, и в силе. Да и в опыте тоже. В действительности Бес мог бы разделать этого урода и без имплантов, но это потребовало бы много времени.

Заблокировав последний «крюк» Руста с левой, Бес ответил – перехватил и выкрутил его руку, заведя ее за спину. Рей вскрикнул, а Бес, не сдерживаясь нанес несколько мощных ударов в корпус, метя в печень. Рей выдохнул и отпрыгнул назад, на его лице была гримаса адской боли.

Бес не дал ему передышки – шаг вперёд, удар ногой в бедро, мгновенно – второй в колено. Руст пошатнулся, переводя руки в нижний блок, и Бес использовал момент – взвившись в воздух так, как не может обычный человек, в прыжке «выстрелил» распрямляющейся ногой прямо в нос лысому качку, вкладывая в удар и могучие искусственные мышцы ног, и весь свой немаленький вес.

От удара такой силы морду «арийца» мгновенно залила кровь, лицевые кости сломались с треском, а нос вообще провалился куда–то внутрь. Руст сдавленно захрипел, захлебываясь кровью и упал. По идее, он должен был и так сдохнуть, но Бес не собирался оставлять это на волю случая. Вдруг выживет, или кто–то захочет поднять эту тварь в клон–капсуле, чтобы допросить.

Бес приоткрыл рот, и из скрытой полости в языке в Руста ударил тонкий жгут нейрохлыста, пробивая через глазницу мозг и насыщая его особыми наномодулями. Модификации, установленные в Беса доктором Павловым, работали безупречно, заменяя сейчас Бесу и патроны «диммак», и «глушилку».

Уже бывший лидер Арийцев задергался в судорогах. Его чип судорожно пытался отправить матрицу сознания хозяина на перерождение, но по какой–то причине его передатчик не срабатывал. А через доли секунды процессорная сборка размером в несколько микрон внезапно дала сбой, и чип выгорел, похоронив вместе с собой и последний слепок данных Рея. Теперь секрет Беса останется секретом.

Все это заняло несколько мгновений, и тело Руста еще дергалось в конвульсиях, когда Бес быстро ухватил с полки тряпку, поднял с ее помощью брошенный в него кустарный нож, и быстро вогнал его в оставленный нейрохлыстом канал в глазу. И, как оказалось, очень вовремя. Двери распахнулись, и в помещение ввалилась дежрная группа охраны, явно ожидавшая совершенно иной картины. Увидев на полу окровавленные трупы и Беса, с беззаботным видом вытирающего кровь шваброй, они ошалели на пару мгновений

—Быстро на пол! Руки за голову! – заорал не растерявшийся капитан, выхватив неуставной пистолет из кобуры и направив его на Беса.

Бес подчинился. Разоружить дурака было бы просто, как и перебить всю. Эту охрану, но задача то была совсем другой, так что он разыграл испуг и уселся на колени на пол, держа руки над головой.

Его схватили, , надели наручники, жестко сдавив кисти металлическими захватами. Руста и его людей осмотрели, и охранники только покачали головами. Вся троица была мертва.

– Ты здесь только сутки, – холодно сказал капитан охраны, глядя на Беса, – И уже три трупа. Как бы так доходчиво объяснить тебе, чтобы ты понял? Тут не Нассар, и убивать здесь можем только мы.

– Я убиваю там, где хочу, и тех, кого хочу. Капитан, ты уверен, что хочешь иметь меня во врагах?

Охраннику показалось, что из глаз этого парня на него смотрит сама Старуха с косой, и он отшатнулся, рефлекторно ухватившись за кобуру.

– Эти трое сначала передрались между собой. Вот тот убил вот этого, потом попытался убить своего кореша, но не вышло. Меня они хотели замочить, как свидетеля. И тут вмешался ты, капитан. Спас заключенного и выполнил свой долг. По моему, прекрасный вариант.

–А передрались они просто так, из любви к искусству?

– Конечно же нет. Вот, пакет дури – из за него и возникла потасовка, так как тощий с ножом в глазу хотел всё себе. Слово за слово, и понеслась.

– Хорошая была бы история, если бы я хотел заполучить себе проблем с «арийцами». Все, поднимайся и пошел, иначе я все таки пристрелю тебя за сопротивление офицеру. Давай, давай, двигай поршнями. Неделя за драку, и три дня за неподчинение офицеру. Итого десять дней в карцере. И радуйся, что я не послал тебя в «девятку».

йолташ – друг; шке – сам; туге – так, верно; поро – хорошо; кай – иди; окса – деньги; паша – работа, дело.

Испанские слова:

hermano – брат; vamos – пошли, давай; cinco segundos – пять секунд; pendejo – придурок; árabe – араб; gracias – спасибо.

Глава 3.Полезные знакомства

Карцер, он же «Яма», как это узилище называли между собой заключённые, был не самым приятным местом. Одиночная камера два на два метра, без отделки – голый армопласт, без мебели, без света. Только металлическая дверь с узкой прорезью внизу для еды. Кромешная темнота. Холодный металлический пол с «парашей» в углу, с въевшимся в стены запахом мочи и плесенью на потолке. Единственный звук, нарушавший абсолютную тишину, – гул вентиляции.

Бес сидел на полу, прислонившись спиной к стене. Мрак был полным. Таким, что глаза начинали выдумывать несуществующие формы, мерцающие точки, тени. Обычного человека это должно было страшно изматывать, но не того, кто провёл месяцы на заброшенных станциях, в трюмах кораблей, в пещерах на мёртвых планетах, терпеливо ожидая возможности устранить цель. Темнота была его союзником, а не врагом.

Можно было просто подключить биокомп и вырубить сознание, уйдя в псевдоанабиоз, но у Беса был и другой способ. Он закрыл глаза, отсчитал от нуля до десяти, и на последней цифре разум послушно ушёл в медитацию.

И там, в тишине, куда он сам себя загнал, его всё-таки достали. Не охрана, не Роб – Старьёвщик. Лицо старика всплыло само, без спроса: как он щурился над разобранной декой, как ругался по-марийски, когда пайка не ложилась. Бес не звал это воспоминание. Оно пришло, потому что в полной темноте нечем заслониться – ни делом, ни целью, ни чужим затылком, который надо держать в поле зрения. Только он и то, чего он себе не прощал. Он позволил картинке постоять секунду. Потом убрал её, как убирают нож в ножны, и снова стал пустым.

За месяц до ареста, Нассар III, база Старьёвщика.

Бес стоял возле нейросаркофага своего приёмного отца и смотрел на пробитую пулями крышку, из-под которой натекла целая лужа розовой от крови амниотической жидкости. Нужно было поднять эту стеклянную панель и убедиться наверняка, что Старьёвщик мёртв, но Бес медлил, как будто оттягивание этого мгновения могло хоть что-то изменить

Гера, доберман-модификант, мозг которого был синхронизирован с биочипом Беса, очень чётко ощущал состояние своего «папы». Воспринимая сознание хозяина как собственное, Гера понял, что с Бесом беда и надо оставить его в покое. Пёс принял на себя функцию полноценной охраны и сейчас неслышной тенью носился по базе, контролируя периметр.

Модификанты, а по-научному – биомодифицированные боевые кибернетические симбионты, были дико дорогой техникой? Инструментом? Партнёром? Сказать наверняка не мог никто. Появившись лет пятьдесят назад, они тут же заполучили бешеную популярность как среди богачей, так и среди людей, чья жизнь была связана с постоянными рисками.

Корпораты заводили себе экзотов – кротокрыса с планеты Беседка, говоруна из системы Медузы. Наёмники и боевики предпочитали крупных млекопитающих – псов, медведей, больших кошачьих. Всех модификантов объединяло одно. Разумные на уровне семи-восьмилетнего ребёнка, эти животные были не просто компаньонами и напарниками: само их наличие многое говорило понимающим людям о достатке и связях владельца. Модификантов делали только на Нассаре III и только в корпорации «Геномастер».

Но даже на фоне всех остальных крайне крутых тварей доберманы Беса были уникальны. Интеллект на уровне подростка-человека, скорость реакций – за любыми пределами; так быстро не умел двигаться почти ни один загруженный хромом рейдер, не говоря уж об обычных уличных гангах или марах.

Может, где-то в рядах профессионалов и были те, кто двигался и реагировал на опасность так же быстро, вот только за десять лет Бесу и его доберам такие встречались буквально пару раз – и тут в дело вступали кибернетические модификации, сделавшие генмодифицированных собак ещё и безумно смертоносными. Челюсти, легко перекусывающие армопласт и титан, встроенное оружие, миомерные мышцы, интегрированная броня основных жизненно важных органов, регенерационные импланты.

В случае неподчинения справиться со своими доберами мог разве что их хозяин. Ну и ещё один парень, по имени Тапок. По оценке Беса, Тапок был чуть быстрее доберманов. Вот только эти трое никогда не враждовали, скорее наоборот.

Тапок был единственным живым существом, способным общаться с доберами не через команды, а напрямую. В его голове торчало какое-то экспериментальное железо, которое синхронизировалось с биопроцессорами псов. И они понимали друг друга без слов, что поначалу дико бесило Беса, который откровенно ревновал своих псов к другу.

Позже это сменилось уважением, а ещё позже он и сам начал учиться у Тапка говорить с доберманами. После того как один из разработчиков технологии модификантов, доктор Павлов, установил Бесу схожий с Тапковым биочип и Бес сумел впервые услышать напрямую мыслеречь своих друзей-модификантов, его жизнь стала несколько иной. И в том числе теперь он мог воспринимать информацию не только своим мозгом, но и носом, ушами и глазами пса.

И как раз сейчас Гера «говорил» ему, что кто-то чужой, но знакомый вошёл на базу. Бес нашёл прекрасный повод отложить вскрытие теперь уже скорее гроба, чем саркофага, в котором лежал Старьёвщик. Перехватив поудобнее короткий автомат, он неторопливо зашагал ко входу.

Когда закованный в броню Законник сунулся в проход, ведущий в главный зал, его мгновенно снесло с ног что-то тяжёлое и быстрое. Доля секунды – и прочнейший титановый шлем с золотым тиснением слетел с его головы, разорванный пополам, а напротив лица застыла громадная оскаленная морда с клыками длиной в палец крупного мужчины. Что это за пасть, Текс (а именно он был в броне Законника) знал очень хорошо, поэтому не стал и пытаться дёрнуться.

– Гера, Гера! Гера хороший! Это я, Текс. Позови, пожалуйста, Беса! – очень ласково и спокойно проговорил бывший наёмник, бывший охотник за головами, бывший да кем только Текс не был в своей жизни. – Видишь, я не шевелюсь, я не враг.

Пытаться совладать с боевой биомашиной Текс даже не собирался. Когда-то им довелось работать вместе с Бесом и Тапком. Текс давно был бы мёртвым наёмником, если бы не умел выяснять всё о тех, с кем приходится долго взаимодействовать. И сейчас это могло спасти ему жизнь. Записываясь в Законники, он и предположить не мог, что ему придётся ловить Беса, объявленного во всепланетарный розыск.

Зная всю предысторию вражды Беса, Тапка и Сальвадоре, Текс не хотел оказаться между молотом и наковальней. Тапка, по слухам, убили, как и второго Бесова добермана, в ходе ожесточённого боя между ними и верхушкой клана Сальвадоре. Там же пал Папа Лука, он же дон Лука Сальвадоре. Вместе с ним погибли все представители семьи, кроме старшего сына – Авеля. И вот уже почти год Бес вёл то тихую, то громкую войну с мафиозным кланом Сальвадоре, пытаясь добраться до дона Авеля. И делал это, невзирая ни на какие негласные правила поведения в городе.

Итогом этой вражды стало объявление Беса во всенассарский планетарный розыск за терроризм и назначенная награда за его голову, причём награда немалая – за живого Беса предлагали миллион. И полмиллиона – за гарантированную «последнюю смерть». Корпус Законников тут же объявил Беса приоритетной целью.

Текс приложил множество усилий, чтобы оказаться подальше от всей этой истории, и даже не пытался добраться до Беса, зная, чем это закончится. Но вот же незадача – рутинный вызов на перестрелку в заблокированном для посторонних здании энергоцентра привёл его прямо к разыскиваемому преступнику. И что теперь делать, Текс представлял очень слабо. Но, как говаривал один его друг, главное в драке что? Красиво ворваться, а там как пойдёт.

Бес тем временем подошёл к распростёртому на полу Законнику и склонил голову, вглядываясь в его лицо.

– Воскрешение покойников вроде бы не самое распространённое явление, а, йолто? Чем ты можешь доказать, что ты – Текс?

– Можно я сначала поднимусь, хефе Бес? Не очень удобно беседовать, лёжа на полу

Орбитальная тюрьма Харон-9, настоящее время

Дверь открылась. В глаза Беса ударил яркий луч прожектора – явно для того, чтобы добавить дискомфорта заключённому, просидевшему без света сутки. Пухлый охранник, презрительно кривясь, выкрикнул в темноту камеры:

– Эй, дерьмо, вставай. Тебя хотят видеть, так что поднимайся и пошли.

Бес встал из позы лотоса и вышел на свет, даже не прищурившись. На его лице не отразилось никаких эмоций или неприятных ощущений. Только холодное спокойствие. Охранник попятился. На секунду ему показалось, что глаза выходящего из камеры человека сверкнули вертикальными полосками зрачков, будто тот был змеёй. Помотав головой, охранник отогнал секундный испуг, подумав про себя, что надо попить таблеточек, подлечить нервы. А то уже глюки начинаются.

Охранник провёл его по пустым коридорам блока, мимо камер, из которых доносились храп и тихие разговоры. За углом, в самом конце блока, была ещё одна бронированная дверь-шлюз. Охранник остановился, позволяя видеокамере сличить его лицо со списком тех, кому разрешён проход. Створки дрогнули и разошлись, пропуская охранника и Беса внутрь. В коротком коридоре была только одна камера. Её дверь открылась сама, и охранник коротко подтолкнул Беса вперёд, а сам остался снаружи. Сервоприводы сухо щёлкнули, запирая дверь, и Бес с интересом огляделся.

Внутри было почти уютно. Ковры на полу, настоящая мебель – кресло, стол, книжные полки. Здоровенный экран головизора на стене. Даже растение в горшке. Камера больше напоминала комнату в отеле, чем тюремную клетку.

В кресле сидел тот, в ком Бес легко опознал Роба-Девять-Звёзд. Даже не знай он о нём, было бы понятно, что перед ним один из хозяев жизни здесь, в орбитальной тюрьме.

Итальянец лет пятидесяти, с аристократическими чертами лица, седеющими волосами, зачёсанными назад, и проницательными серыми глазами. Роб был одет в дорогую тюремную одежду – явно сшитую на заказ, а не выданную администрацией. На пальцах – золотые кольца. Перед ним на столе – шахматная доска.

Он не поднял глаз, когда Бес вошёл. Сделал ход конём, потом откинулся в кресле и наконец посмотрел на гостя.

– Значит, ты и есть Бес, – сказал он спокойным голосом с лёгким итальянским акцентом. – Легенда Нассара. Я слышал о тебе многое задолго до того, как ты сюда попал. Слайдер, наследник Старьёвщика. Профессиональный ликвидатор. Человек, практически уничтоживший семью Сальвадоре. Впечатляющее резюме.

– Вы хотели меня видеть, чтобы рассказать, какой я крутой? Я польщён, – жёстко сказал Бес. – Если это всё, то я, пожалуй, пойду?

Хозяин кабинета усмехнулся:

– Прямолинейный. Мне нравится. Садись. – Он кивнул на стул напротив.

Бес сел. Роб налил два бокала чего-то янтарного.

– Ты тут сутки с небольшим, а уже создал мне проблемы. Обычно в такой ситуации я бы просто убрал тебя как фактор угрозы, – авторитет говорил ровно, без нажима. – Все чего-то хотят.

– Это было бы непросто. – Бес не нарывался. Человек был ему нужен, но показать интерес значило отдать козырь.

– Верю. Возможностей у меня хватает. К тому же за твою голову Папа Авель Сальвадоре даёт уже четыре миллиона кредов. Но лезть в это дело я не хочу, да и деньги решают не всё.

– Тогда зачем я здесь?

– Предложение. Мне нужен человек с твоими способностями. Руста попытались поднять в клон-капсуле – и не вышло. Будто вместо заточки в него пальнули «диммаком» или взломали все копии чипа разом и стёрли личность.

– Не знаю, о чём ты.

– Иного и не ждал. Ты ведь крутой слайдер. Твой старик говорил: если бы не желание быть киллером, ты бы превзошёл его. – Роб поднял бокал. – Выпьем за Старьёвщика. Его ведь тоже стёрли, да?

Бес ответил не сразу. Глоток он сделал чуть раньше, чем следовало бы человеку, которому всё равно.

– Угу. Ублюдки Сальвадоре нашпиговали его «диммаками» прямо во время погружения.

– Печально. Но, думаю, для него это не худший конец.

Роб поднял бокал и негромко чокнулся со стоявшим на столе вторым стаканом. Бес был вынужден поднять бокал и выпить. Проявлять неуважение в такой момент и демонстрировать паранойю было бы верхом хамства. Виски оказался очень высокого качества, а сканер в языке тут же сообщил, что ядов не обнаружено. Бес с удовольствием погонял во рту небольшой глоток и допил одним глотком всё, что оставалось в бокале.

– Так что же вам от меня надо, хефе Роб?

– Я могу помочь тебе и на какое-то время прикрыть от арийцев и от ликвидаторов Сальвадоре. Но мне нужно кое-что взамен.

– Что именно?

– Для начала – простое задание. Можешь считать его проверкой и расплатой за тот шухер, что ты устроил в моей тюрьме.

– Слушаю внимательно.

– У меня есть проблема с одним охранником. Капитан Уокер. Ты его видел, когда тебя взяли над трупами Руста и компании. Уокер – идеалист, не берёт взятки, не закрывает глаза на мой бизнес. Из-за него я потерял три крупные поставки за последний месяц. Мне нужно, чтобы он исчез. Не физически, конечно, – это я мог бы устроить и сам. Нужно, чтобы его уволили, а я был бы вообще ни при чём.

– Как именно это должно произойти?

Роб-Девять-Звёзд улыбнулся, как крокодил, – широко и абсолютно невесело:

– Вот и придумай. Ты же специалист. Он должен исчезнуть и больше мне не мешать.

Бес щёлкнул пальцем по щепке-невынимайке в нейропорте.

– Доступ к сети у меня сейчас, скажем так, затруднён. И деки нет – лежит на тюремном складе вместе с остальными вещами.

– Первое решается легко. Второе обойдётся мне дороже, но тоже решается. Только учти: налажаешь – продам твою тушку Авелю по частям. Или сдам «Животным», они до сих пор не остыли к тебе и твоему бешеному стрелку.

Бес промолчал. Раньше он бросил бы что-нибудь дерзкое – про штаны, про то, как ему страшно. Сейчас просто посмотрел на Роба так, как смотрят на дверь, которую всё равно придётся открыть.

– Дай деку и сеть, Эрик.

– Жди. Доставят в камеру. – Роб откинулся в кресле и махнул рукой.

Беса вернули в камеру. От вопросов Диего он отмахнулся, лёг и расслабился. Сеть он не любил объяснять и не стал объяснять себе сам – просто знал, что серая, утилитарная до зевоты архитектура «лома» – единственное место, где его наконец отпускает. Туда он и хотел поскорее.

Дождавшись отбоя, когда Диего засопел внизу, Бес лёг на спину, воткнул для виду в деку радиал и закрыл глаза. Щепка-невынимайка, которую ему вставили ещё в изоляторе, должна была блокировать, помимо имплантов, и доступ к сети, превращая нейропорт в бесполезную железку.

Должна была. Но ребята из Orbital Security не знали, что Павлов, помимо всего прочего, внедрил в нейрокортекс Беса микроскопический обходник – крошечную схему из биосовместимого графена, которая при подключении строго определённой деки с кодовым набором сигнатур просто перенаправляла сигнал мимо «щепки», используя нервную систему оператора. Грубо говоря, «щепка» успешно блокировала порт, но Бес в нём и не нуждался – он был в сети через «бэкдор». Да уж, классная штука этот биопроцессор. Ну, до тех пор, пока не станет массовым.

Тюремная сеть Orbital Security была скучной. Серая архитектура, утилитарная до зевоты. Прямоугольные блоки данных, выстроенные, как сами тюремные коридоры, – ровными рядами, без фантазии. Файрволы стандартные, корпоративные, обновлённые, судя по метаданным, месяца три назад. Для обычного хакера без нейродоступа это серьёзное препятствие. Для слайдера уровня Беса – забор с дырой, через которую пролезет слон.

Он скользнул вдоль внешнего контура, не трогая ничего, просто наблюдая. Привычка, вбитая Старьёвщиком: «Сначала смотри. Потом думай. Потом делай. И никогда не считай, что противник тупее тебя».