Текст книги "Хортарианский ястреб"
![](/books_files/covers/thumbs_240/hortarianskiy-yastreb-206292.jpg)
Автор книги: Александр Гулевич
Жанр: Попаданцы, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Где находятся владения барона Вейхарта?
– В двадцати пяти километрах отсюда, если идти на северо-восток, только я не советовал бы вам туда ехать, это слишком опасно. Дезертиры, сбившись в ватаги, грабят и убивают всех, кто им попадается на глаза. Мы лишь чудом проскочили в степь. В степи, конечно, можно нарваться на диких степняков и попасть в рабство, но уж лучше рискнуть, нежели быть зарезанным, как скот.
– Здраво рассуждаешь, староста. Тебя, кстати, как величать?
– Верином родители нарекли, – с чувством собственного достоинства ответил старик, с любопытством рассматривая меня и моё небольшое воинство.
– Верин, а давно ли баронство Вейхарт в тех местах появилось?
– Да почитай уже лет восемьдесят, как прадед нынешнего барона земли те получил во владение, так с тех самых пор и существует.
Услышав его ответ, я задумался. По всему выходило, отпечатанная карта слишком устарела и не соответствовала текущему положению дел. Как минимум за восемьдесят лет много воды утекло, появились новые баронства, а отсутствие в толстой инструкции упоминаний о каких-то степняках всерьёз насторожило. Ох, неспроста туристическая компания старьё подсунула… Уж не в интересах ли жадных букмекеров, нежелающих выплачивать миллиард лир победителю, подсовывается туристам откровенная лажа?
– Ну что же, староста, не буду вас больше задерживать и желаю счастливого пути.
– Подожди, воин, может, ты нас в услужение к себе возьмёшь на полгода? Мы люди справные и долг всей деревней непременно отработаем.
– Ты хочешь, чтобы я провёл твоих людей через степняков? – в лоб поинтересовался я, обдумывая, стоит ли мне браться за это дело или нет.
– Да, ведь мы сейчас на их земле находимся.
Вот так-так… а староста действительно далеко не дурак. Быстро сообразил, как извлечь пользу для жителей своей деревни, при этом не заплатив денег, которых, скорей всего, у него и не было. Однако дикие воинственные кочевники – это серьёзно, если сядут на хвост, без боя не обойдётся. С одной стороны, малой группой скрытно передвигаться легче, а с другой – от противника большой компанией отбиваться сподручнее. М-да-а… дилемма, однако. Хотя, если честно, тут и думать особо нечего, крестьянам помочь надобно, сами они вряд ли смогут через степняков пройти и непременно угодят в рабство, а мне это не по душе. Рабство, как ни крути, дело мерзкое.
– Хорошо, Верин, я согласен принять твоё предложение, но у меня будет одно условие…
– Воин, я тебя внимательно слушаю.
– Вы пойдёте со мной к Большой реке и поможете в одном деле. Как сделаете, можете быть свободными, если захотите, конечно.
– Большая река… Слыхивал о такой, старики рассказывали, но бывать там никогда не доводилось. Раньше ещё прадеды туда частенько за рыбой вкусной хаживали, но после появления степной орды все пути оказались отрезанными, – задумчиво проговорил староста и, оглядев своих притихших людей, кивнул: – Хорошо, воин, мы пойдём с тобой к Большой реке и будем помогать, но только полгода.
– Договорились.
Заключив соглашение со старейшиной деревни, я отправил в передовой дозор двоих конных андроидов и, пристроив в конец обоза свою телегу с пушкой, отдал команду трогаться. Двигались мы не быстро, и по мере углубления в степь наша скорость только замедлялась, так как время от времени на горизонте с завидной регулярностью стали появляться небольшие группы всадников. Всякий раз, как это случалось, приходилось останавливаться и, используя складки местности, маскироваться, но было понятно, что стычка с ними рано или поздно произойдёт. Пришлось снарядить магазины всех пистолетов, в особенности «Астры 903», перекинуть через левое плечо деревянную кобуру, служившую ещё и пристёгивающимся прикладом, и максимально усилить бдительность.
На пятый день нашего совместного путешествия я принял решение двигаться только ночами, а днём хорониться в оврагах и расщелинах. На некоторое время это помогло, но под вечер девятого дня одна из групп всё-таки заметила наш караван и, дико завывая, бросилась в нашу сторону. В спешном порядке поставив телеги в круг и загнав внутрь крестьян, я схватился за «астру» и, пристегнув приклад-кобуру, открыл прицельный огонь. Смертоносная машинка оказалась очень точной и за каких-то пару минут я уложил две трети всадников, остальных добили мои боевые андроиды. Нападавших было около сорока, а вот лошадей оказалось раза в два больше. Отправив крестьян собирать трофеи, я быстро перезарядил опустевшие магазины и стал внимательно осматривать горизонт. Как оказалось, не зря. Вновь появились степняки, привлечённые необычными для них звуками, и, заметив нас, тоже незамедлительно понеслись на нас, только на этот раз их было раза в три больше.
Отступать было совершенно некуда, всюду, куда ни кинь взгляд, была выжженная солнцем степь. Надо было опять принимать бой. Отдав команду зарядить орудие картечью и выждав, когда противник приблизится на дистанцию в триста саженей, я отдал команду вести по нему беглый огонь. Как только прозвучал первый орудийный выстрел, я выстроил в линию всех своих семерых конных андроидов, а когда сильно прореженная орда оказалась от нас в ста пятидесяти метрах, приложил приклад «астры» и открыл одиночный огонь по стремительно приближающимся степнякам. Они будто не замечали своих потерь, продолжая нестись вперёд, размахивая изогнутыми саблями, и мне пришлось перевести флажок на автоматический огонь, но такой режим очень быстро опустошил все магазины, а снаряжать их времени не было, кочевники уже совсем близко. Отбросив в сторону тяжёлый пистолет, я схватился за ТТ и продолжил в бешеном темпе стрелять. Когда степняки оказались в тридцати метрах, последний картечный выстрел снёс две трети нападавших, и к нам доскакали только человек пятнадцать, которых мои боевые андроиды уничтожили в течение пары минут.
Бой окончен. Мне так и не довелось помахать своей шашкой, да это и к лучшему. Мне ещё было необходимо как следует потренироваться и отработать базовые приёмы, в противном случае жить мне останется совсем недолго…
Оглядев учинённое побоище, я вызвал старосту и распорядился собрать трофеи и согнать в табун степных лошадей, бродящих среди тел их бывших хозяев, а сам стал подбирать латунные гильзы. Они могли ещё не раз пригодиться. Патронов в этом мире взять неоткуда, а исходя из только что произошедшего сражения, мне их хватит ещё на пару-тройку раз, и можно будет смело спрятать куда подальше пистолеты с револьвером за ненадобностью и переходить на громоздкие аркебузы и пистоли местного производства.
Весь вечер мы собирали, перекладывали и упаковывали трофеи, которых оказалось на удивление много. Нам досталась целая гора разномастных сабель с короткими пиками и луками, а также пара десятков ружей, но больше всего было осёдланных лошадей. После пересчёта их оказалось чуть больше двух сотен. Оно и понятно почему. Каждый степняк имел не менее одной заводной лошади. Сначала мне подумалось отпустить их на волю, но староста Верин убедил этого не делать, а, нагрузив их трофеями, продолжить путь к Большой реке, до которой оставалось всего пара ночных переходов.
– Воин, возьми собранные с убитых степняков деньги.
Взяв четыре кожаных мешочка и заглянув в один из них, я увидел серебряные монеты. Хмыкнув, взглянул в другие. В двух находились медные, а в одном золотые кругляки разных размеров. Скорее всего, хозяйственные крестьяне значительную часть денег присвоили себе, но и того, что перепало мне, было немало. Конечно, я не знал местных цен на товары, но думаю, этих денег мне на первое время хватит, а дальше будет видно.
Следующие два ночных перехода оказались абсолютно спокойными, хотя я постоянно ожидал ещё нападения, но его к нашей всеобщей радости не случилось. Под утро вторых суток мы без приключений вышли к реке и погнали лошадей на водопой. Пока крестьяне занимались табуном, я изучил окружающую местность, сравнил её с имеющейся картой и понял, что мы немного отклонились от маршрута. До большой речной излучины надо было идти ещё не менее трёх дней, хотя могло быть и куда больше, если учитывать несоответствие карты с действительной местностью.
Моё предположение оказалось верным, нужная мне излучина показалась только на седьмой день нашего путешествия вдоль реки. Остановив коня на взгорке, я обозрел окрестности и пришёл в восторг от увиденного. Русло реки оказалось намного более выгнутым, чем было отмечено на карте, которой я уже особо не доверял. Место в стратегическом плане было очень удобным. Оставалось только удивляться, почему здесь люди до сих пор не жили, хотя, скорее всего, этому препятствовали дикие кочевники, плотно перекрывшие подступы к Большой реке. Здесь хоть и была степь, но скорее она тут и заканчивалась, так как деревьев на этой земле росло немало, да и кое-какие скалы имелись, главным образом у горловины излучины. Если бы не они, вода давно размыла бы перешеек, образовав большой речной остров. В общем, мне это место понравилось, и для моих целей подходило как нельзя лучше, и если бы не дикие кочевники, можно было бы спокойно наслаждаться жизнью, да только мне в это совсем не верилось. Жёнушки мои уж точно не дадут долго пребывать в праздности, а значит, надо было работать и работать много, иначе скальп с меня как пить дать снимут.
Спустившись с горки, я отдал команду, и караван вместе с навьюченным табуном двинулся к излучине, а спустя три часа мы оказались на месте. Сняв трофеи с лошадей, крестьяне отпустили их на выгул и занялись обустройством на новом для них месте. Оставив с ними возницу с телегой и пушку на конной тяге, я отправил конных андроидов на разведку местности, а сам поехал по излучине общей площадью в несколько квадратных километров. Место было дикое, но иногда попадались места, пригодные для стоянок небольших кораблей, правда, удобных гаваней было всего две. Собранной информации хватало для размышлений. Река была судоходной, правда, не особо оживлённой, но всё равно кто-то и куда-то по ней ходил. Опасно для меня это было или нет, ещё предстояло выяснить, а пока основная угроза исходила из степи, и этим вопросом надо было заниматься в первую очередь…
Вернувшись к перешейку, я ещё раз огляделся и понял, что строительных материалов для возведения мощной оборонительной стены достаточно, и, подозвав старосту, прошёл с ним и показал будущий фронт работ. Верин сразу уловил мою задумку и полностью её поддержал, пообещав начать строительство, как только они построят жилые дома и сараи.
– Сколько времени потребуется на возведение домов? – поинтересовался я у него.
– Если только из самана, то неделю, а если обкладывать камнем, то недели за три, наверное, управимся.
– Обязательно камнем обкладывайте. Дома должны быть непременно крепкими и добротными, способными выдержать осаду, а стеной пока буду заниматься я со своими бойцами.
– Как скажешь, воин, – с поклоном ответил Верин и, огладив седую бороду, испросил разрешения немедленно донести до людей моё требование.
– Иди, староста.
Проводив взглядом резвого старичка, я подозвал к себе троих канониров с возницей и распорядился натаскать как можно больше камней, и, когда они принялись исполнять мой приказ, взялся за чертёж будущей крепостной стены. Припомнив просмотренный мной небольшой документальный сериал о французских крепостях, я взялся за блокнот и начал делать наброски будущей крепостной стены, способной выдержать артиллерийский обстрел. Общие черты я нарисовал быстро, а вот в деталях запутался. Непростым это дело оказалось. Нужно было поразмыслить, как построить крепостную стену с воротами и смотровыми башнями.
Обдумывая элементы будущей конструкции, я мимоходом вспомнил о старосте и в который раз подивился его практичности. Случайно встретив меня, он, прекрасно понимая, что пройти через степь не удастся, решил воспользоваться моей охраной, дав слово в течение полугода отработать свой долг и уйти. На самом деле Верин с жителями своей деревни от меня уходить не собирались, они просто не хотели повесить себе на шею ещё одного латифундиста. Если бы это было не так, они ни за что не стали бы строить для себя капитальные жилые дома, обойдясь обычными камышовыми шалашами.
Провозился я с чертежом будущей крепостной стены целую неделю, вконец изломав мозги, но в результате у меня получилась вполне приличная схема. За то время, пока я занимался расчётами, крестьяне успели возвести стены своих будущих жилищ и уже начинали обтёсывать топорами стволы деревьев, предназначенных для постройки крыш. Работёнка была ещё та, пожалуй, даже посложнее, чем сооружение каменной кладки, хотя кому как, но мне уж точно. Одними топорами и примитивными стамесками с киянками вырубать в будущих стропилах стыковые соединения действительно было очень и очень непросто.
Посмотрел я на это дело да и решил прокатиться по округе с целью изучения близлежащих местностей. Запрыгнул на своего андроидного коня и не торопясь поехал, внимательно посматривая по сторонам. Поездка оказалась полезной, так как мне удалось в нескольких километрах от излучины обнаружить залежи природной извести. Её, конечно, нужно было ещё гасить в чанах, но это уже было мелочью, так как без извести невозможно замешать раствор. Одним словом, строительные материалы были буквально под рукой, то есть далеко за ними ездить не надо.
На следующее утро я, взяв верёвку, отметил будущий фундамент защитной стены и велел андроидам выкопать траншею глубиной в два метра и шириной в три. Когда они приступили к работе, я задумался об острой нехватке верёвок, которые в самое ближайшее время должны были потребоваться в большом количестве. Пришлось припомнить старую как мир технологию их изготовления из крапивы. Она на самом деле не очень сложная, но довольно трудоёмка, так как обработка включает в себя несколько этапов. Сначала надо крапиву собрать, обчистить, а затем вымочить. После этого идёт сушка, мятьё и обминание, трепание и ошмыгивание с чесанием волокон, и только затем из полученного материала плетут верёвку. Есть способы и попроще, но в этом случае потребуется хоть и меньше инструментов, но волокно получится гораздо грубее и не такое крепкое. Подумав немного, я отправил возницу вместе с телегой на поиски крапивы.
В общем, дел было невпроворот…
Глава 4
В делах и заботах я и не заметил, как пролетел первый месяц пребывания на этой планете, и надо сказать, задуманное мной медленно, но верно воплощалось в жизнь. Крестьяне, отстроив жилища, активно включились в строительство крепостной стены, правда, не все. Некоторая часть занялась огородами, на которых уже начали появляться первые побеги. Помимо этого, староста озадачил одну семью построить коптильню и наладил её снабжение свежевыловленной рыбой. Так что проблем с продовольствием не было, да и в нескольких километрах от базы имелись небольшие залежи соли, что позволило начать консервировать дары Большой реки на зиму. Река, кстати, буквально кишела разной рыбой, и улов всегда был богатым, а вот судоходство на ней, как ни странно, оказалось совсем скудным. Корабль появлялся примерно раз в две недели, и всякий раз, когда такое событие случалось, капитан, заприметив наши движения, спешил как можно скорее пройти мимо излучины, держась другого берега. Похоже, места здесь были не очень спокойные…
Несмотря на все эти тревожные знаки, я вместе с крестьянами трудился как проклятый на возведении крепостной стены, но она росла очень медленно, и всё из-за известкового раствора, скрепляющего камни. Слишком долго он высыхал. Во всяком случае, фундаментную основу мы подготавливали в течение трёх недель и только неделю выкладывали саму стену. На сегодняшний день крепостная стена не превышала одного метра над землёй, но и это уже можно было назвать настоящим трудовым подвигом. Таскать и укладывать камни, скрепляя их раствором, было нелегко, но ещё сложнее стало, когда фундамент сравнялся с уровнем земли. Внешняя сторона из камней была с метр толщиной, а внутренняя получалась полуметровой толщины. Внутреннее пространство мы заполняли глиной и укрепляли балками из морёной древесины, выловленной в реке. Конечно, долговременной осады с применением артиллерии данная конструкция не выдержит, но для начала этого вполне хватало. По крайней мере, от степняков тут отбиться можно было без особых проблем, а вот от большого профессионального войска какого-нибудь богатого барона или графа не удастся. Да и сил для этого, собственно, не было, и если таковое нежданно заявится, останется только бежать в неизвестность на лодках вниз по реке.
Задумавшись над этим, я был вынужден честно признаться самому себе, что на самом деле мне здесь с таким маленьким количеством людей долго просидеть не получится. Надо было увеличить число обитателей излучины как минимум в десять раз, а где их взять – большой вопрос…
На следующий день я оставил артиллерийскую прислугу для охраны работающих на возведении крепостной стены и, забрав всех своих конных андроидов, направился в длительный разведывательный поход. Цель была проста: мне хотелось реально изучить окружающую территорию и, если удастся, найти людей для излучины, которую я давно решил назвать Хортицей. Как-никак самое подходящее название для будущей казачьей вольницы, способной перегрызть глотку любому покусившемуся на её волю.
Ехал я вдоль реки, на этот раз в ту сторону, где мне ещё быть не приходилось. Первые четыре дня мой путь был уныл и однообразен, но на пятый на горизонте начали появляться небольшие группы степняков. Шестой день прошёл в точности так же, как и пятый, за исключением того, что начал накрапывать небольшой дождик, а вот на седьмой я заметил на горизонте длинную пешую колонну, сопровождаемую степняками. Крайне осторожно я приблизился к ней и, прикрывшись кустарником, внимательно разглядел её в бинокль. То, что мне открылось, очень не понравилось. Степняки куда-то гнали примерно триста молодых мужчин и женщин. Зрелище было крайне неприятным и омерзительным по своей сути, но как-то помочь пленникам я не мог, слишком много в конвое было степняков. Подумав, я решил проследить, куда ведут людей, и, выдерживая приличную дистанцию, ехал за ними десять дней, пока не появился довольно большой город с огромным портом в устье Большой реки, впадающей в море. Разумеется, я в него не поехал, а, остановившись на одном из взгорков, стал с любопытством рассматривать строения, пока не осознал, что это лишь перевалочная база. Город был окружён кирпичной стеной высотой метров пять. На ней были многочисленные сторожевые башни, из которых торчали стволы пушек. То есть место достаточно хорошо защищено со стороны суши.
Кстати, степняков в город не пустили, они затолкали живой товар в загоны недалеко от ворот, после чего началась жаркая торговля за каждого раба, которая продолжалась до самого заката солнца. Одна группа приводила пленных, другая, уже продав их, покидала торжище, и так по кругу. За день моего наблюдения таких конвоев к городу прибыло три, но самым большим оказался тот, который меня сюда и привёл. Подумал я, подумал и решил понаблюдать за этим городом и рабским рынком несколько дней. Пришлось капитально обустроить своё лежбище и заняться изучением этого нехорошего места.
Целую неделю я внимательно наблюдал за порядками, царившими в городе и на рабском торжище. Чем дольше смотрел, тем больше у меня в душе возникало чувство омерзения, но так как я ничего сделать не мог, приходилось и дальше наблюдать за этим со стороны. Степняки регулярно пригоняли пленных, правда, не каждый день и количество их сильно варьировалось, но за неделю моих подсчётов в загонах накопилось около тысячи человек.
На седьмой день моего наблюдения на море показалась группа кораблей под парусами, и спустя пять часов в них уже грузили рабов, причём делали это надсмотрщики в самой жёсткой форме. Людской затяжной вой долетал даже сюда. Я ещё некоторое время посмотрел и стал сворачивать своё логово. Делать мне здесь больше нечего. Об освобождении рабов из загона можно было и не помышлять в ближайшее время. Вернее, проникнуть в загон не составляло труда, да уйти не получится, обязательно поймают. Самой разумной тактикой в моём случае была охота на малые группы степняков, конвоирующих пленных в город с неизвестным названием. Другого способа пополнить людьми Хортицу я, откровенно говоря, не видел.
Собрав вещички, я погрузил их на заводного коня и, прежде чем покинуть узкую расщелину, ещё раз забрался на взгорок, оглядевшись по сторонам. В степи никого не было… С досады хлопнув себя по лбу, я тихо выругался и задумался. За неделю моего наблюдения за городком к нему, кроме степняков, никто не подходил, и это было странно, а если учитывать, что в городе живут далеко не степняки, странность эта начинала выглядеть крайне подозрительно.
Прежде чем дать команду на возвращение, я на всякий случай взялся за толстый талмуд с инструкциями, выданный в туристической компании, но, как ни пытался найти что-нибудь толкового относительно этого городка работорговцев, ничего не нашёл. Не было в этой книге даже малюсенького упоминания или ссылки. Судя по карте, здесь было абсолютно пустынно, да и вообще это была необитаемая глухомань на окраине небольшого материка.
В очередной раз ругнувшись и помянув недобрым словом организаторов экстремального туризма, я спустился в расщелину и, засунув книгу в дорожную суму, направился в сторону Хортицы, но уже по другому маршруту, далеко углубившись в степь.
Ехать в молчании было скучно, особенно на фоне унылого однообразного пейзажа, и, чтобы хоть как-то побороть скуку, я вновь стал отрабатывать приёмы нанесения ударов шашкой по воображаемому противнику. Стало веселее, но не намного. И, чтобы разнообразить дорогу, я задумал выяснять, какими возможностями обладают мои боевые андроиды. Но из этого ничего толкового не вышло. Они хоть и выполняли команды, но только те, которые могли выполнить обычные люди данной исторической эпохи, правда, зрение, меткость и другие необходимые качества находились на самом пределе человеческих возможностей, не более того. Одним словом, поручать искать месторождения руд и тому подобные дела было пустым делом. Они просто не имели таких функций. В общем, мне, как и прежде, следовало рассчитывать исключительно на себя.
Пару дней я ехал по степи, и, как ни странно, степняки мне не попадались. Это произошло лишь под вечер третьего дня, когда я уже подумывал остановиться на привал. Пришлось спешиться за небольшой возвышенностью и подняться на неё, не доходя до верхушки нескольких метров. Улёгшись за колючим кустом, я всмотрелся в бинокль и увидел караван. Степняков было десятка полтора, и они гнали около сотни скованных цепями пленников. Подумав, я принял решение напасть на них, тем более они направлялись в мою сторону, где протекал небольшой ручей. По всей видимости, они задумали именно здесь устроиться на ночлег. Приложив приклад к «астре», я дождался, когда они приблизятся метров на пятьдесят, и открыл прицельный огонь. Сначала степняки не сообразили, что происходит, но, поняв, откуда ведётся стрельба, россыпью бросились ко мне. К тому моменту, когда они добрались к подножию холма, в сёдлах оставалось всего шесть степняков, и в этот момент в бой вступили мои андроиды. Сделав залп из аркебуз, они отправили всех к праотцам. Поднявшись, я внимательно оглядел место скоротечного боя и, не увидев для себя угрозы, направился к пленникам.
Не доходя до скованных цепью людей пару десятков метров, я вгляделся в их заморенные лица, с насторожённостью наблюдающие за непонятным для них человеком, и громко поинтересовался:
– Откуда будете, бедолаги?
– Кто откуда. Нас из общей колонны выдернули и в походной кузне нацепили вот эти «украшения», – демонстрируя кандалы, ответил мужчина лет тридцати, с длинным шрамом через всё лицо. – Вот и идём неведомо куда уже пятый день. Совсем уморились, ведь всё это время не евши по степи топаем. А вы кто будете, мил человек?
– Кто я такой, спрашиваешь… – протянул я, задумчиво глядя на мужчину, задавшего мне вопрос, на который я ответить не мог даже самому себе, хотя ответить надо было непременно, и я ответил: – Это узнают только те, кто добровольно согласится со мной пойти, остальные вольны идти на все четыре стороны, я никого насильно не держу.
– Да уж, выбор невелик: либо с вами непонятно куда и зачем шагать, либо обратно в рабство к степнякам, – понуро проговорил кто-то из пленников, прячась за спинами собратьев по несчастью.
– Это будет только ваш выбор и больше ничей. В общем, решайте сами и постарайтесь сделать это как можно скорее, мне задерживаться здесь не с руки.
Предоставив пленникам самим решать свою судьбу, я вернулся к андроидам, собравшим трофеи, и, поковырявшись в них, нашёл зубило с небольшой кувалдой и наковальней. Сложив инструмент в холщовый мешок, я запрыгнул на коня и неторопливым шагом подъехал к скованным людям. При моём появлении они умолкли, рассматривая мою персону с задумчивостью, причём некоторые с очень большим вниманием посматривали на шашку. Определённо, эти люди имели боевой опыт и с профессиональным интересом изучали незнакомое для них оружие.
Не став затягивать образовавшуюся паузу, я сбросил мешок к ногам одного из пленных и громко порекомендовал самостоятельно освободиться от своих оков. Эта процедура заняла около трёх часов, и, когда солнце уже заходило за горизонт, я ещё раз поинтересовался, есть ли желающие последовать за мной. Желание было у всех, и в этом ничего удивительного. Шансы добраться до баронств и вновь не попасть в рабство фактически отсутствовали.
– Есть ли среди вас те, кто умеет обращаться с оружием?
– Мы были солдатами у графа Гонзы, – отозвался всё тот же мужчина со шрамом через всё лицо.
– Как твоё имя, солдат?
– Борислав.
– Значит так, Борислав, организовывай дружину и забирай коней с трофейным оружием. Будете охранять безоружных людей вместе с моими людьми, но имей в виду, я не потерплю невыполнение приказа. В случае, если таковое произойдёт, буду сурово карать.
– Мы люди с понятием воинской дисциплины, – серьёзно заявил он, глядя прямо в мои глаза.
– В походе проверим. Кстати, меня можете называть атаман Кудряш.
– Атаман – это титул такой? – наморщив лоб, поинтересовался Борислав, усиленно пытаясь припомнить, слышал ли он когда-нибудь такое слово.
– Нет, это не титул, это звание. Остальное узнаете на месте, а сейчас занимайтесь делом.
Отдав распоряжение, я вернулся к андроидам, опять поднялся на горку и стал в бинокль рассматривать горизонт, не желая вновь встречаться с воинственными степняками. На этот раз горизонт был чист, да и дело уже близилось к ночи, а они не очень жаловали путешествовать по темноте, предпочитая это делать днём, с чем это было связано, я не знал и предпочитал, наоборот, идти ночами, чтобы избежать неожиданной встречи с большой ордой, деваться-то в степи особо некуда.
Пока наблюдал за горизонтом, освобождённые пленные разобрались между собой, и те, кто был воином, сноровисто подогнали амуницию и, вооружившись, забрались на небольших, но очень выносливых степных коней. Выстроив в походную колонну остальных бывших пленников, все двинулись в мою сторону. Подождав, когда они приблизятся метров на сто, я отдал команду, и мы двинулись по направлению к Хортице.
Возвращались неспешно, измотанные долгой дорогой люди проходили за ночь километров пятнадцать и под утро валились от усталости. Прекрасно понимая их состояние, на охоту я отправлял своих андроидов. И на восемнадцатый день мы с горем пополам добрались до облюбованной мной излучины, где уже была наполовину возведена крепостная стена.
Нас заметили издали и поначалу всерьёз забеспокоились, но, разглядев знакомых лошадей, успокоились и выслали делегацию для встречи. Подъехав к ней, я соскочил с коня и, поздоровавшись, поинтересовался у старосты:
– Верин, надеюсь, за время моего отсутствия у вас никаких проблем не было?
– Нет, воин, проблем у нас не было, да и степняки не появлялись, только один раз торговый корабль на ночь на стоянку становился, и мы выменяли на еду швейные иголки, несколько топоров с молотками и четыре пилы. Торговцы обещали на обратном пути к нам заглянуть с новым товаром.
– Случаем, не знаешь, куда они шли? – с любопытством поинтересовался я, предполагая, что корабль направлялся в портовый город работорговцев.
– Так эта… говорили, в устье Большой реки есть очень богатый город, с которым только кочевники дела имеют, а также те, кто по воде к ним иногда захаживает, но таких очень мало, так как без ханского ярлыка непременно убьют или в рабство продадут, – ответил старик и с презрением сплюнул на землю.
– И как же этот город называется?
– Я-то сам никогда не слыхивал, что в тех местах какой-то там город имеется, но эти ироды окаянные говорили о нём. Его название Джерсан, а правит в нём великий хан Тугуркан. Ещё говорили, что этот хан вовсе не степняк, а какого-то иного роду-племени. Больше мне об этом городе ничего не известно.
– Ну что ж, для начала и этого достаточно для размышлений о нашем будущем… – тихо проговорил я и, подумав, отдал распоряжение: – Староста, пусть твои люди пристроят новых людей, они все из полона, так что отнеситесь с пониманием. Как только всё сделаете, постройтесь возле стены, я хочу всем объяснить ситуацию, в которой мы оказались, и что нам предстоит. После этого пусть каждый решит, оставаться ему или нет. Неволить никого не буду.
Старейшина внимательно всмотрелся в моё лицо и, кивнув, озадачил своих односельчан проводить измотанных людей на излучину, предоставив мне возможность немного передохнуть, прежде чем обратиться ко всем с речью. Дождавшись, когда вся разношёрстная колонна бывших пленников пройдёт через проход, где в скором времени должны появиться крепкие ворота, я обошёл стену и остался вполне доволен качеством работ. Крепостная стена уже сейчас была способна некоторое время выдержать плотный артиллерийский огонь, но и только. Для того, чтобы она по-настоящему была неприступной, надо было ещё приложить очень много труда, да и вообще, если смотреть на дело шире, следовало всю излучину обнести крепостной стеной, как с суши, так и со стороны Большой реки, оставив большой каменный причал для торговых судов. Мысль, конечно, интересная, но для возведения столь масштабного сооружения требовались годы, которых у меня, разумеется, не было. Присутствие на планете моей бывшей жены с её хахалем да ещё в придачу с самозваной жёнушкой, страстно мечтающей отправить меня в лучший мир, не давало покоя. Рано или поздно они меня найдут даже в этой глуши, но к тому времени я надеялся основательно укрепиться здесь, обзаведясь хоть какой-нибудь боевой дружиной, способной защитить мою драгоценную шкурку, а там уж как Бог даст…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?